Перейти к содержанию

Кафкa

Клуб TESALL
  • Постов

    5 416
  • Зарегистрирован

  • Победитель дней

    92

Весь контент Кафкa

  1. Кафкa

    "Химера"

    Вау. Это... красотища :О
  2. Кафкa

    Глава I. A Loss of Innocence

    Спасибки всем.   Ну, скриншоты Хэнга, конечно же. В частности, this. Как увидела, так сразу безумное вдохновение наполнило, лол.   Так-то я обычно пишу строго, даже как-то возвышенно и по-викториански, что ли. А здесь вот захотелось оторваться.     Будем надеяться, первая глава не будет последней.   Это великая честь. Теперь мне точно конец. ЗлоDeiчик, , я хотела сделать абсолютный трэш, но нужные анимации, если честно, лень было искать в этой огромной куче. Ну ничего. Сие вопрос будущего.
  3. Кафкa

    Madblivion Сетсуны

    Всякий бред.
  4. Кафкa

    Глава I. A Loss of Innocence

    Из альбома: Madblivion Сетсуны

    Давным давно жили на свете сводные сестра и брат, потомки древней аристократической фамилии. Сестра любила упражняться с катаной и читать книжки, а брат был сорвиголовой, избалованным мальчишкой со скверным характером. Он являлся наследником, но вечно ворчал и высказывал капризное недовольство. А ещё он был орк. Ведь древняя фамилия, о которой мы ведём речь, отличалась прям-таки исключительно прогрессивной толерантностью. Четвёртая эра, в конце концов. Что мы, чёрт возьми, данмеры какие-то. Семейное имение располагалось высоко в горах над Брумой. Выше храма Клинков. Можете представить? Додзё для тренировок и волшебный сад – для релаксаций. Мечтать больше не о чем. Однако однажды в раю голубых кровей случился крупный конфликт, скандал и вообще нечто невероятное. Мальчишка, который любил болтаться по окрестностям, в конце концов пробрался в ближайшее святилище какого-то даэдра... и нашёл там некий чудовищный артефакт. Артефакт медленно сводил его с ума, однако плоды подобного влияния становились всё заметнее с каждым прошедшим годом. Более того, сам артефакт тоже рос в размерах. А однажды молодой наследник слетел с катушек настолько, что сорвал с себя всю одежду и начал носиться с этим артефактом по городу. Сам объект напоминал безвкусно разукрашенную булаву и был весьма тяжелым. Но, поскольку мы говорим про орка, пусть даже не очень взрослого, то вес лишь незначительная деталь. Увы, парадом в неглиже дело не закончилось. Парень ворвался в часовню и расшибил артефактом головы священника и графини. Последняя кое-как выжила, пусть и стала немного... не в духе. Духовное же лицо, увы, подобного откровения не выдержало. И скончалось. Стоит ли говорить, что после этого прискорбного события мальчишку с позором лишили наследства, вручив его в руки благоразумной сестры? Однако не всё так просто, и мальчуган затаил зло. Проорав во всё горло, как они ещё пожалеют, орк взял с собой пару тряпок для тела и артефакт. И ушёл. Прошло несколько лет, однако никто его не видел. К сожалению, сестра беглеца, неприступная девственница, проявлявшая к нему неизменное терпение и вежливо отклонявшая его сексуальные домогательства на протяжении многих лет, слишком поздно узнала о том, что её братец связался с очень плохой компанией. Ну, впрочем... не будем забегать вперёд. Кстати, сестричку звали Луиза, а братца – Иоганн. Такие дела. Пока Луиза наслаждалась роскошной жизнью и читала женские журналы, посвящённые переменам в веяниях валенвудской моды, Иоганн сражался, не покладая рук. Артефакт помог открыть ему врата в иной мир и сделал совершенно безжалостным. Благодаря его волшебной поддержке орк сокрушил столько голов, сколько не удалось разбить его более зелонокожим и более цисгендерно-ориентированным сородичам. За последний год Иоганн собрал вокруг себя самых лучших бойцов иного измерения, которых только смог откопать. И уже лелеял планы по возвращению домой. "Берегись, Луиза, — думал он, — я тебе покажу, что значит быть настоящим транс... ох, то есть настоящим мужчиной, конечно же! Аха-ха-ха! Чёртовы стереотипы..." Жил же Иоганн вместе со своими новыми друзьями в гордыне и огне. Буквальном огне, ага. И вот, настало долгожданное время. Орк разрабатывает тактику, а Камилла, личная горничная и телохранитель на полставки, даёт "ценные" советы. Будто они ему нужны. Рыцари поместья не смогли принять родственных объятий, которые раскрыл для них блудный сын. Что же. Все мы ошибаемся. Личная армия Иоганна в маленьких стычках являлась практически непобедимой. Именно поэтому ему так легко и приятно было грабить торговцев. Грабежи, изнасилования или взятие штурмом родного дома – разница, серьёзно, невелика. А предатели, верные его сестре, заплатят кровью! У-у-у!.. Итак, очередная битва позади. Парочка показательных казней и пыток для того, чтобы эти ублюдки знали своё место, и можно приступать к долгожданному делу. К расправе. Ах, какое сладкое для языка словцо. Оно отдаёт привкусом кислоты, расплавленного камня и лавовых пустошей Мёртвых земель. Иоганн не желал думать ни о чём другом. Кроме, пожалуй, одного. Исполнения своего давнего, исключительно порочного желания... Приказав Камилле сторожить вход на случай подкрепления из города, орк гордо прошествовал внутрь, где его ждал "тёплый" приём. Но никто не смог устоять против даэдрического артефакта! Все погибли! "Туда и дорога, — скрежетал зубами от удовлетворения Иоганн, — я хозяин, могу вязать и разрешать по праву рождения. А все остальные – пыль." Иоганн рубил своих бывших слуг и родичей направо и налево. Последний, способный сопротивляться, пал от невиданной силы артефакта. Орка сжигало нетерпение. Вот она, та самая дверь в покои сестры. Наконец-то! Он прям дрожал. Как только Иоганн увидел её, то на мгновение остолбенел. А потом заклокотал, захрипел от безумной ярости. Луиза... приказывает ему уходить прочь из родного дома? Приказывает? ЕМУ?! Этого нельзя так оставить, о нет. Такая наглость должна быть награждена по достоинству. А ведь он даже... немного скучал. <БЕШЕНЫЙ ВОЙ ОЗЛОБЛЕННОГО ОРКА> ... ...... ........... Грация или жестокая сила? Гармония космоса или ползучий ужас хаоса? Искусство меча или сверхъестественная сила магии? Что способно победить? Увы, иногда кровь решает. Не такая кровь, которая аристократическая, а злая, прибавляющая немалый такой бонус к силе и проворству. Кровь отчаянного оборванца, поехавшего даэдропоклонника и просто орка. К тому же обиженного на весь мир с раннего детства. Очень неприятное сочетание, вы знаете. Луиза проиграла битву, что длилась в общей сложности... кхм, дайте вспомнить, целых два часа, и оказалась вынуждена терпеть многочисленные последствия этого сокрушительного поражения. Что, в общем, вполне ожидаемо. Ведь братец так хотел. Луиза была символически принесена в жертву Его Светлейшеству Фалло... то есть, простите, Талосу. Что это с моим языком, в самом деле, несёт дичь полную. Потом её, правда, вылечили. Ведь извращённая братская любовь не могла удовлетвориться столь... малым. После стольких лет!.. Во время, свободное от истязаний, её держали в канализации, дабы дать прочувствовать весь контраст с роскошной жизнью в поместье. Пока Луиза сидела по колено в "плодах" жизнедеятельности жителей Имперского города, Иоганн сибаритствовал в поместье и отмечал своё возвращение по полной. Настолько бурно и настолько неумеренно, что совсем расклеился. Последнее и стало причиной его падения. Но-о... Но до этого момента миновала ещё пара месяцев... ...в которые Луиза наконец-то потеряла свою тщательно сохраняемую все эти годы (не иначе как по личной причуде) девственность. Сначала со скелетом Берана Синтава, потом с тремя дэйдротами, а после – с Камиллой. Которая на самом-то деле была футой. Только тс-с-с, я вам этого не говорила, окей? Иоганн же предпочитал стоять в сторонке и наблюдать. Он вообще обожал наблюдать. Это доставляло ему большее удовольствие, чем непосредственное участие. Намного большее. Вы и представить себе не можете, какое. Однако месяцы шли, бдительность орка начинала таять. Луиза вообще умела притворяться кроткой и послушной, когда этого требовали обстоятельства. А они требовали. Когда удобный случай подвернулся под руку, Луиза улизнула в ближайший город и спуталась там со странствующей наёмницей, имевшей необычные вкусы. Вместе они заманили "великого воина" в ловушку. Вечно под скумой, пьяный и опустившийся, проигравший всю свою непобедимую свиту в карты с данмерами, с окончательно разрушившимся умом, он легко поверил, что сестрица задумала невероятное приключение. Совсем как в их детстве. А детство – такое солнечное время же! Так бедняга и попался в цепкие женские руки. И они его долго не отпускали. Наказав братца тщательно, по достоинству, и во все нужные места, Луиза со своей новой подружкой отправились куда подальше из этой жалкой дыры. И жили они долго и счастливо. Конец сказке. Правда, потом... что-то случилось.

    © Сэцуна

  5. Если голая грудь прикрыта фотографиями голой груди, то она закрыта или открыта? Внезапность вопроса заставила Алекто слегка подскочить от неожиданности. Пожалуй, от Хави она ждала чего-то подобного меньше всего. Мир полон сюрпризов, не так ли? Откровенно говоря, это немного походило на попытку узнать человека получше, только не самым прямым путём. Ну, совсем непрямым, если начистоту. Алекто развернулась, с интересом посмотрела Хави прямо в глаза. Нет, она не была скромняшкой, и смутить мисс Эванс простыми словами – задача почти невыполнимая. Если только слова эти не исходят откуда-то ещё, выражая высокие чувства. Вот тогда, временами, начинаются проблемы. И это не тот случай. — Если голая грудь прикрыта фотографиями голой груди, то это называется «двойная нагота», — сощурившись, улыбнулась она, — скажем, я только что придумала это определение, и не вижу причин, по которым оно не может существовать, — и добавила, немного подумав, — а ведь это ещё от фотографий зависит, верно? То есть, одно дело – если запечатлённая на них грудь твоя, и другое – если чужая. Думаю, «двойная нагота» актуальна скорее в первом случае, — заливисто рассмеялась Алекто, будто только что услышала величайшую шутку на свете. Воистину, странный разговор. Впрочем, не более странный, чем игра в карты на краю бездны, в которую всё постепенно скатывается. И ей это немного нравилось – даже учитывая, что всё плохо, пусть и ненамного хуже, чем всегда. Наверняка тем здесь присутствующим, чья личность и судьба оказались на момент начала событий более устойчивы, приходится намного тяжелей. Либо... быть может, они просто предпочитают держаться за якорь веры?..
  6. Кафкa

    НеЧат #21

    Это реальная боль да В такие моменты мне хочется расшибить что-нибудь ногами
  7. Кафкa

    НеЧат #21

    Согласна с Сел. Оке, я опять отписываюсь за минуту до конца логички времени голосования лол (чёртова голова) С прошлой юбилейной мафии это явно стало дурной привычкой <.<
  8. Азартные игры и выпивка – лучший на свете способ не думать о трагедиях и проблемах. Алкоголя здесь всё ещё не было. Осталось глушить тревожные мысли карточными играми и болтовнёй о фотографиях. Алекто понимала, насколько некоторым бывает необходимо отвлечься, но сама не могла принять участие в происходящем. Во многом оттого, конечно, что всё ещё чувствовала себя осколком, безнадёжно выпавшем из общества. Столь коллективные мероприятия её... немного пугали.   — Господа, никто кроме меня в этом зале не понимает желания развеяться лучше, пожалуй, — тихо, но достаточно слышно хихикнула девушка, — однако не стоит забывать, что мы находимся в очень сложной ситуации, которая требует мало-мальских бдительности и единства. Моё мнение... не столь значительно, но всё-таки предлагаю обратить внимание на Элизабет Ноур. С самого начала она, подобно тени, странствовала с нами – а те немногие слова, которые я от неё слышала, способны насторожить, мне кажется, и более бдительного человека.   Алекто замолчала. "А всё-таки интересная с курткой вышла история," — неожиданно подумала она.
  9. Да уж. Этот оборот Земли вокруг Солнца оказался поистине наполнен приключениями.   Алекто последние парочку часов оставалась преимущественно в сторонке, раздумывая над своей дальнейшей судьбой. Только когда близнецы на пару с Коннором принялись натирать идола чесноком, она недоумённо поглядела в их сторону, однако ничего не сказала. Разве что в этот момент девушке подумалось, что отказываться от предложенной стопки, возможно, было не так уж и умно.   А теперь же вихрь безумия превратился в смертельный, разрушительный поток. Дела стали гораздо, гораздо хуже.   Мисс Эванс сомневалась, что кто-то из присутствующих здесь в принципе способен сохранить достаточную долю здравомыслия, чтобы стать "лицом" всех остальных. Слишком ответственное дело. А проблемы, как говорится, есть у всех – и их компания стала прям-таки кунсткамерой в этом плане.   Коннор, погрязший в паранойе?.. Прекрасный, но слишком импульсивный Хави?.. Милая Беатрис, которой, при всей её прелести, самую малость не хватает жизненного опыта? Или вообще садовник – что здесь, считай, появляется только для того, чтобы накормить всех остальных своим урожаем.   Алекто тяжело вздохнула. Раз они уже попали в водоворот, бессмысленно пытаться вырваться. Лучше нырнуть ещё глубже, в надежде отыскать на той стороне выход в новый мир. Поэтому она сделала самый безрассудный выбор, который только пришёл ей в голову, пускаясь во все тяжкие – как, впрочем, и всегда.   — Сарен и... э-э, Стив, – кивнула она близнецам, – мне кажется, лучшей кандидатуры, чем вы, в этом зале быть не может, — она развела руками, — пусть лучше сила сочетается с безрассудством, а не чем-то худшим. Во всяком случае, игры со штангой и попытка создать охранный истукан были самым меньшим злом, что произошли с нами за последние сутки.
  10. Кафкa

    НеЧат #21

    Как правило, в темноте тепло, сухо, уютно, и там обитают всякие безобидные существа с очень длинными, гибкими и вибрирующими щупальцами, которые буквально спят и видят... как бы поиграть с нами... Разве тебе не жалко разочаровать малышей?! Вступим же вместе на темную сторону, чтобы избежать этого!
  11. Кафкa

    НеЧат #21

    Не. Мой профиль круче на тёмной выглядит. А я туда часто захожу х)
  12. Кафкa

    НеЧат #21

    Лисёнок Антошка, , кубик – неверный приятель Сегодня он похлопывает тебя по плечу и предлагает выпить, а завтра гогочет во весь голос над тем, как ты страдаешь
  13. Кафкa

    НеЧат #21

    Тут уже полдня требуется, полагаю xD Ибо три часа прошло. Ну, или пусть близнецы творят непотребства кувалдой! :О С удовольствием на это посмотрю, хе-хе... ( ͡° ͜ʖ ͡°)
  14. Кафкa

    НеЧат #21

    Ладно, я на пары теперь xD В игре буду, наверное, ближе к вечеру. Если снова не усну, как вчера. ^^V А пока пусть кто-то другой берёт под контроль нашего несчастного безумца  И устраивает трэш. И да, Антошка, спасибо :3
  15. Роберт-Алекто - Ты в порядке? - поинтересовалась Беатрис у неё.   Алекто грустно вздохнула и покачала головой. Нет, после такой безумной вечеринки определённо не будешь себя чувствовать, как будто только что вышла с воскресной мессы. Но для неё-то это не первый случай.   — Всё в порядке, милая, — тепло улыбнулась она, слегка сморщившись от головной боли, что прекрасно сочеталась с неприятной болью в животе, — поверь, бывало похуже. Вот, теперь ты видишь, что у меня тоже есть свои слабости, — она участливо посмотрела на Беатрис, — держись подальше от всего, что содержит спирт. Иногда однажды начав, реально сложно остановиться, — чуть взбодрившись благодаря поддержке подруги, она весело пожала плечами, — боюсь, сейчас мне поможет только хорошая такая бочка зелёного чая с мёдом. Он прекрасно лечит подобное состояние, — хихикнула Алекто, сладко потягиваясь.   Свежий воздух немного развеял мысли, и она решила осмотреться, пока остальные отдыхают. Или занимаются любимым хобби – тоже прекрасный способ не думать о будущем, к слову. У Алекто же было только одно хобби. Жаль, не слишком креативное.   Ферма располагалась на краю огромного лесного массива – в основном там росли пышные ели, но встречались и другие хвойные. От бокового входа в главный дом, отчего-то плотно заколоченного досками и обвешенного странными бумажками с иероглифами, похожими на восточные обереги от нечистой силы, в лес вела заросшая бурьяном каменная дорожка. Когда-то она, вероятно, выглядела очень ухожено и аккуратно, но теперь стала крайне унылой. Дорожка терялась в чёрной бездне, разверзавшейся между деревьями. Скорее всего, этот эффект создавало всего лишь отсутствие дневного света, но выглядел естественный "проход" весьма зловеще.   Определённо, Алекто не хотелось туда идти. Однако альтернативой являлись поля, выходящие на дорогу. Дорогу, где полно полицейских патрулей. Или же...   Только-только девушка покосилась на единственное зажжённое окно, как внутри проскользнула какая-то тень. Сначала Алекто испугалась, что кто-то её увидел и уже собирается вызвать службы социального обеспечения – или кого похуже, но сразу же вспомнила, что тому, кто здесь живёт, был предоставлен прекрасный шанс это сделать, пока она валялась полуголой вместе с остальным грузом. Машина, кстати, всё ещё стояла неподалёку.   Пока Алекто раздумывала, не лучше ли будет смыться в лес, пока не стало слишком поздно – дверь фермы отворилась, и оттуда вышел мужчина весьма преклонных лет, одетый как-то... странно. Вместо нормального головного убора или парика, чтобы прикрыть лысину, он напялил уродливую остроконечную шапку с красной советской звездой. Рубаха из грубой ткани с масляными пятнами машинного происхождения, старые штаны и... стоп, это что, лапти?.. Несомненно, если это и владелец фермы, то он явно в восторге от невероятно чуждой американскому стилю культуры.   — Проснулся наконец? — усмехнулся старик, лицо которого было изъедено многочисленными складками и морщинами, и совершенно не казалось злым, — тебе повезло, что ты влез туда именно сегодня, — кивнул он в сторону грузовичка, — окажись хозяйка здесь, ты бы уже давно сидел не с моими пушистыми приятелями, а в вытрезвителе или... где похуже, — он внимательно посмотрел на Роберта, — слушай, я не знаю, что ты там на корабле натворил, и знать не хочу. Шума получилось много, но я сам в былые деньки устраивал такие безумства, что при сравнении ты, считай, дитя малое, — в глазах старика промелькнула светлая тень ностальгии, — завтра ферма будет выставлена на продажу. Тут... кхм, — он, сощурившись, поглядел в сторону леса, — тут странные края, пользующиеся недоброй репутацией, и долгая жизнь может показаться... некомфортной, — внезапно старик добродушно рассмеялся, — миссис Стоун, владелица фермы, слишком устала и решила обзавестись маленькой квартиркой в Нью Йорке. И, сказать по правде, я её понимаю. Ну да что-то я разболтался. Хочешь щей отведать? Ты проголодался, наверное, — с глубоким сочувствием посмотрел он на Роберта.    — Э... д-да, спасибо вам большое, мистер? — Алекто вопросительно взглянула на собеседника.   — Макаров, местный охранник и эконом по совместительству, — хохотнул мужчина, — пора мне уже на пенсию, это да. Не выгляжу... внушительно, если ты понимаешь, о чём я. И да, это не имя, а фамилия, но все всегда звали меня так, прилипло основательно. Ладно, иди за мной.   Алекто недолго думала. Ей безумно хотелось есть, и ещё больше – разузнать чуть больше о месте, где она очутилась.   Макаров отвёл мисс Эванс в небольшую, ярко освещённую комнату, служившую по совместительству кухней и библиотекой. На застеклённых книжных полках красовалось основательно потрёпанное частым перечитыванием собрание сочинений Маркса и Энгельса. В уголке вовсю дымил самовар, на стене висел портрет Сталина и пыльный календарь, страницы которого давным-давно застыли на ноябре. Рядом со спартанским столом были рассставлены столь же непритязательные стулья и выключенный пузатый телевизор, на котором стояло украшение-матрёшка.   Старик поставил на стол две маленьких рюмочки, достал откуда-то прозрачную стеклянную бутылку с водкой и наполнил сосуды её содержимым, предлагая Алекто присоединиться. — Ну, за упокой? Давай, лечись от головной боли, — с лукавой насмешкой протянул он ей рюмку.   Мисс Эванс посмотрела на очередную порцию алкоголя с какой-то странной ненавистью. — Нет... спасибо, лучше в следующий раз, — отказалась она голосом, дрожащим от напряжения.   Старик вздохнул и снял с плиты кастрюльку. Щи.   — Следующего может не быть. Ладно уж, садись и угощайся, — сказал он Алекто, — может, это мой последний ночной ужин на ферме. Завтра увезу в город все оставшиеся вещи... и пойду куда-то ещё, — Макаров тяжело вздохнул, — славное времечко я тут провёл, чего уж говорить. И даже странности не смогли разрушить радость от жизни на природе, — Макаров придвинулся поближе, — я уже говорил, что места здесь чудные, да? Особенно лес... Знаешь, некоторые считают, что там обитает какое-то древнее зло. Люди пропадают, — понизил он голос до заговорщицкого шёпота, — поверь, лучше тебе туда не ходить. Иногда, в чистые лунные ночи – совсем как нынешняя – в чаще мелькают зеленоватые такие огни и слышится пение, — Макаров сделал многозначительную паузу, — а совсем недавно дверь чёрного хода оказалась вымазана кровью... и какими-то угрозами на валлийском. Бессвязный бред про малый народец и месть, грядущую из-под земли. Можешь такое представить? В тот день, когда миссис Стоун увидела это, с ней сразу случилась истерика, и тогда же было принято окончательное решение о продаже. Такие вот дела.   Настенные часы мирно тикали в светлой комнате, однако атмосфера стала какой-то гнетущей. Пожалуй, рассказывать страшные истории в эту ночь изначально было не самым лучшим решением. За ужином Алекто заметила, что совсем рядом с ней лежит большой такой кухонный нож, и в голове мгновенно прокрутилась кошмарная цепочка. Вот кто-то берёт нож в руки, набрасывается на старика, перерезает ему горло, пока тот не успел кликнуть своих питомцев. Старик не может защититься, телефона поблизости тоже, видимо, нет. Кто-то убивает старика, забирает ключи от машины, деньги и кучу еды с одеждой, садится в грузовичок и катит отсюда. Как можно дальше. Прочь от Нью Йорка.   Никого нет. Никто не узнает. А учитывая отвратительную репутацию места – никто, скорей всего, даже не удивится. Мысль показалась бы невероятно привлекательной, не будь у Алекто совести совсем. Однако мисс Эванс была, может, и алкоголичкой, и не самой святой, однако абсолютно плохим человеком она не являлась точно. И она искренне надеялась, что никто из её новых знакомых не попытается совершить нечто подобное. Сколь бы разумной мысль не казалась.   В конце концов... Вряд ли она после подобного поступка сможет спокойно спать.
  16. Роберт-Алекто Разбираться с проблемами, которые наворотили другие, было не самым любимым занятием Алекто. Говоря начистоту, она даже со своими собственными не всегда могла справиться. Однако когда встаёт вопрос выживания – не только собственного, но и тех, кого любишь – выбора попросту не остаётся. Тебя припёрли к стенке. И в таком состоянии иногда решаешься на отчаянные поступки. Как зверь, которого загнали в угол. Несомненно, девушка была рада, что Хави не стал сопротивляться и продолжать настаивать на невыполнимом – это показывало, что в нём ещё остался здравый смысл. И что он, может, и безумен, но не окончательно. Не так, как Коннор, несчастный Коннор, настолько глубоко погрузившийся в пучины паранойи, подозрительности и ужаса, что лишь по-настоящему человеческое отношение может его спасти. Вытащить за волосы со дна. Алекто желала пареньку удачи. Когда она вышла со стоянки, уже вечерело. Город готовился завершить очередной рабочий день, поставив на нём печать «Принято и приведено в исполнение», чтобы спустя несколько часов открыть новый цикл. И так до бесконечности. Где-то послышался вой сирены. В сердце Алекто шевельнулся отвратительный комок ужаса, который она попыталась со всех сил подавить. Плакать и сетовать на свою судьбу время ещё не пришло. Пока… нужно сохранить концентрацию, чтобы сохранить немногое, что ещё не потеряно – а только-только появилось, избежав временной коррозии прожитых лет. Алекто двигалась в тенях. Она шла по узким переулкам, отвратительным каналам, исполненным вони и нечистот – местам, столь знакомым ей по фотографиям из телефона. Только шпилей и спутанной архитектуры не хватало. Постепенно всё дальше отходила она от места, в котором случилось чудовищное недоразумение с полицейскими. Район, куда приплелась Алекто, определённо нельзя было назвать благополучным. Однако он находился не столь уж далеко от городского порта. Совсем недалеко, по правде. Возможно, эффективнее было угнать машину, как предлагал Хави. Однако транспортное средство слишком легко отследить по номеру. Далеко, не собрав за собой «хвост» из полицейских машин, они точно не уедут. Город сжимался, как удушающее кольцо, с каждым потраченным зря часом. Медлить… Слишком опасно. Солнце заходило, проливая кроваво-красные лучи на загаженные городские улицы, роняя свой холодный свет на измученные лица бездомных. Шум сирены стоял в ушах, пронзая мозг лучами ужаса — потерять всё именно сейчас было бы слишком несвоевременно. Постепенно она начала чувствовать колоритную смесь портовых запахов – свежесть океана с элементами чего-то другого, слишком человеческого. Уже близко. Алекто пошарила по карманам. Пальцы наткнулись на пластик с выбитым номером – банковская карта. Девушка отчаянно надеялась, что она не заблокирована. Ведь кассы были столь близко. Кроме того, поверхность явно ощущалась более шершавой, чем ей следовало быть. Кажется, она записала на карточке раньше что-то. Только забыла, когда. Очень странно… Неясно, как именно, но ей всё-таки удалось дождаться своей очереди и купить билет, но при этом не поддаться отчаянной панике. Более того, средств на счёте хватило, а нацарапанный четырёхзначный номер оказался, по видимости, пин-кодом. Дьявольски непредусмотрительно с её стороны. Когда она вообще успела стать такой рассеянной? Алекто собиралась уплыть как можно дальше от города, пока облава не приобрела глобальные масштабы. Затеряться где-то в сельской местности, переждать шторм, не ей затеянный. И почти получилось. Если бы не чёртов бар на корабле. Но, в конце концов, она же не виновата! Это всё проклятый устроитель банкета, не удосужившийся снабдить их достойной выпивкой!.. Когда Алекто зашла на корабль, готовый к отбытию в ближайший час, она принялась блуждать по палубам в поисках своей каюты – и наткнулась на шикарный стенд с напитками. В глазах мисс Эванс что-то загорелось. И она начисто забыла о погоне, о том, в какой ситуации они все очутились. Только сейчас она поняла, как же сильно, дьявол всё побери, она устала и как же сильно хочет расслабиться. Не прошло и двух минут, как она заказала самый дешёвый, крепкий и дрянной напиток из всего ассортимента. Потом ещё раз. И ещё. И снова. Дальнейшие воспоминания казались какими-то совсем смутными. Если бы вы задали Алекто уточняющие вопросы, она наверняка бы не поверила, что орала во всё горло «Марсельезу» и пыталась танцевать на столах, сорвав с себя почти всю одежду, а под конец даже начала клеиться к пассажирам, далеко не все из которых были совершеннолетними. Дело, естественно, завершилось вызовом охраны, которой Алекто не стала дожидаться, выпрыгнув с корабельного борта прямо в воду. Кое-как доплыв до берега, девушка, дрожа и шатаясь во все стороны, завалилась прямо в кузов какого-то грузовичка – и отключилась окончательно. — Что это за… боже, что он тут делает? — голоса за семью каменными стенами пытались что-то спрашивать, однако единственным звуком, который Роберт издавал в ответ, было лишь нечленораздельное мычание и обрывки французского гимна свободе, вырванные из контекста. — Отнеси его туда, — проворчал кто-то, — да, прямо туда, не подыхать же бедняге от холода. Когда Алекто проснулась, то обнаружила, что лежит в каком-то убогом сарае, в обнимку с тремя огромными лохматыми собаками. Одежда на ней была совершенно чужая, но чистая и тёплая. И – что удивительно – никаких ранений не ощущалось. Разве что голова вновь... раскалывалась. Как всегда. Когда девушка, скрипя зубами от досады на своё самочувствие, вывалилась из сарая, в мире уже вовсю властвовала ночь. Вокруг раскинулись бескрайние пшеничные поля, а на небосводе сияла полная луна – огромная и жёлтая, будто пропитавшаяся неким внутренним солнечным пламенем. Несколько ветряных мельниц украшали пейзаж, привнося в него ещё более глубокое ощущение сельской романтики, ежели это возможно. Большинство окон ближайших домиков были уже слепыми и мёртвыми, однако одно-единственное верхнее ещё горело. Алекто стояла в полной растерянности, оглядываясь вокруг. С одной стороны, она достигла своей цели, попала в глушь, отсрочив на время неизбежную поимку. С другой же – почти не помнила, что происходило на протяжении последних нескольких часов, и где вообще очутилась. Как далеко от города. Пожалуй, всё немного вышло из-под контроля… Кто бы сомневался.
  17. Кафкa

    НеЧат #21

    Надеюсь, я всё сделала правильно <__> В куче сообщений легко запутаться, а со мной такое регулярно случается
  18. - Это ведь как собственная игровая площадка! - с воодушевлением ответила Беатрис на предложение Алекты. На место, где могут находиться они или те, кого они захотят там видеть. Конечно, дальнейшую фразу про армию она уже не поняла, но все-таки также посмеялась вместе с девушкой. Ведь отчего бы и нет? Она же была счастлива и почему бы это не проявить? Тем более рядом с Алектой ей этого хотелось сильнее всего. Алекто Эванс уже готова была совершить следующий шаг, соответствующий по логике вещей её желаниям, однако бурный поток последовавших событий несколько смешал вполне определённые планы влюблённой. Возможно, это было даже к лучшему – однако она, впрочем, так не думала. Только-только они с Беатрис смеялись так, будто в этом мире кроме них никого не существует. Но внешняя реальность напоминает о себе неизменно. Началось всё, естественно, с полицейских. От них вечно проблемы. Налоговую инспекцию в своё время тоже сопровождало несколько людей в форме служителей закона. И Алекто знала, что они чаще всего служат не закону, а своим гнусным желаниям... О, она прекрасно помнила, как один из них поставил её перед выбором. В тот раз унижения чудом удалось избежать. Не факт, что в следующий раз всё пройдёт так же гладко.   Поэтому девушка прекрасно понимала поступок Хави – быть может, слегка сумасшедшего, но мыслившего в верном направлении... Как правило. Однако понимала она также и то, что в данном случае поступок этот стоил им слишком многого. Нужно было действовать изящнее. Пойти на компромисс. Притвориться.   А теперь их разыскивает весь город. И Алекто понятия не имела, как спастись из этой ситуации – разве что бежать, бежать как можно дальше, прочь из Нью Йорка. В другой штат. В другую страну даже. Здесь её ничего не ждёт. Как и Беатрис. И всех остальных. Я закончу начатое и спасу нас. Только не мешайте, - убийца поднял тёмные глаза на остальных.   Алекто мягко подошла к Хави и сжала его плечо рукой. Бережно, будто пытаясь успокоить капризного ребёнка, и в то же время опасаясь, что он разревётся ещё сильнее. — Ты закончишь... что? Попытаешься прорваться обратно, туда, где наверняка уже собралась толпа зевак? Туда, где полно скрытых камер, которые записали твой... поступок, который ты, несомненно, совершил ради общего блага, — она горько вздохнула, — друг мой, всякое зло в этом мире рождается из лучших намерений. Если ты попытаешься вернуться на место "преступления", нам всем конец. Запрут в белых комнатах. Посадят на электрический стул, — она зловеще улыбнулась, — это очень больно, когда всё тело пронзает ток. И если всё придёт к такому финалу, то ничего не останется. Твоя миссия... миссия рыцаря-защитника будет сокрушительно провалена, — сделала она ударение на предпоследнем слове намеренно, чтобы дать понять – попытаться исправить что-то уже слишком поздно.   — Нам нужно вырваться отсюда, — после секундной паузы сказала Алекто, — уйти от места, где всё это произошло. Скрыться. Возможно, будет тяжело. Но тогда... Призрачная возможность, крохотный шанс? Но хоть какой-то шанс. А не самоубийство...
  19. Кафкa

    НеЧат #21

    Стоит чуть-чуть отвернуться, и сразу... э-э... беготня с блином от штанги... вау, ну вы наворотили дел. Нерадивая ученица дядюшки Шео завидует :О
  20. Кафкa

    НеЧат #21

    Маста, расскажи подробнее про процесс... ну, сотворения собственной реальности внутри, э-э, другой внутренней реальности, что заключена в голове Роберта (как бы безумно это не звучало ага ^^T)?.. Или это такая область, где можно креативить? Просто опасаюсь наворотить странностей, немножечко xD   И да, мнение эксперта: Вибрирующие фантазии – чудесная штука ^_^
  21. - Спасибо, - не выдержала Беатрис и обняла свою подругу. Крепко-крепко, как только могла. Смущение? О нет, нисколько. Малая доля сомнений? Ну, может быть, совсем небольшая – настолько незначительная искра, что угасла почти сразу... Когда Беатрис обняла Алекто, то последняя впала в некий транс, все её чувства, казалось, застыли – лишь для того, впрочем, чтобы мгновением позже освободиться, сбросить с себя цепи, стать ещё более жаркими, чем они были всего лишь какой-то секундой ранее. Алекто склонилась – и страстно сжала Беатрис обеими руками, и её длинные волосы окутали девочку, как чёрный туман, зловеще клубящийся в покинутом городе кошмаров. — Знаешь, некоторые люди считают, что весь мир – это сон древнего божества, которое однажды… когда-нибудь… восстанет от него, — Алекто приблизилась настолько тесно, что Беатрис могла слышать её дыхание, — и мы все – лишь игроки на этом поле. Наверное, это божество так страдало раньше, или просто... заработалось, иначе бы сотворённый им мир не был таким дисгармоничным, полным табу и запретов, что делают нас несчастными, если мы пытаемся встроить в его мёртвую систему свои желания, — на губах Алекто играла блуждающая, химерическая улыбка, — возможно, если эти люди правы – что забавно, я никогда не задумывалась об этом до нашей с тобой встречи – то вселенная рухнет уже завтра. Так зачем же… ждать, непрестанно откладывать воплощение своих желаний, если ты можешь исполнить их… как только сочтёшь нужным… моя милая, — Алекто коснулась кончиком языка мочки уха Беатрис и игриво укусила его. Сердце, казалось, готово было вышебить грудную клетку, разбив её на куски, в сознании хаотично проносились обрывки воспоминаний из далёкого прошлого и образы будущего, не содержащие какой-либо определённости, больше походившие на ночные мечты, чем конкретные планы. — Если мы с тобой действительно, согласно воле некоего безумного высшего замысла, заперты в шкатулке – то никакой Создатель не сможет нас спасти, — заговорила она снова, сплетая в единое полотно навеянные любовью и вином рассуждения, дрожа от восторга, — лишь мы сами, продолжая ломиться вперёд, разбивая один безликий образ за другим, сможем прорваться к миру, скрытому за внешней, лживой тканью реальности, — Алекто выдохнула. За её тонкой, просвечивающей и влажной от пота бежевой рубашкой виднелась белая кружевная бра – и почти идеальная светлая кожа, не закалённая жарким пляжным солнцем. Неожиданный порыв ветра поднял в воздух грязные обрывки газеты «Таймс» и парочку фантиков от просроченных сникерсов. Мимо проходили люди, не замечавшие сцену, что видна была лишь немногим, стоявшим на спортивной площадке.   Внешний мир жил своими собственными интересами... как и всегда.   — В практическом же отношении это значит, — добавила Алекто тоном, в котором скользил оттенок скорее доброго веселья, чем палящего желания – уже не таким страстным, но полным чистой привязанности, — что нам с тобой стоит найти местечко, где будем... только мы с тобой, и те, кого пожелаем пустить! Ведь едва ли будут успешны завоевания армии, лишённой военной базы, сколь бы многочисленна и прекрасна она не была, —закончила Алекто, беззаботно рассмеявшись.
  22. Когда к ней подбежала очаровательная подруга, Алекто немного отвлеклась мрачноватых мыслей о предопределённости и стремлении к энтропии, заложенном в человеческую природу, подобно часовой бомбе. Она подумает над этим. Как-нибудь... потом. Я видела лицо того гада в окне, - сказала Беатрис, - вот у него лицо было! Жалко, что нельзя было ему что-нибудь кинуть на память. Например, камень. Такое ведь запоминается, да? — Не уверена, что такое запомнится надолго, дорогая, — искристо рассмеялась девушка, — если хочешь поставить перед собой цель по-настоящему проучить этого идиота, то нужно бить прицельнее. Например, в глаз. Или в рёбра! Тогда он, несомненно, стал бы жалеть о своём грешке каждый раз, как перевернулся не на тот бок, или даже просто посмотрел бы на свою убогую физиономию в зеркало, — усмехнулась Алекто, но почти сразу же её взгляд печально померк, — но, к сожалению, мы не можем как просто позволять себе вершить то, что считаем справедливостью, даже если нам чертовски обидно. Проблема в том, что есть в этом мире и всякие другие «гады», намного более крупные и вредные, чем старый пёс-гастрабайтер. И если либо ты, либо я учудим нечто подобное, они могут сделать нашу жизнь невыносимой, — Алекто грустно покачала головой, — даже самый великий рыцарь бессилен, если его окружили четыре огнедышащих дракона. А государство со своими острыми инструментами насилия, что служат для установления порядка – именно что такой непобедимый дракон, с которым можно кое-как договориться и сосуществовать, если уметь сдерживать свои эмоции, — девушка злобно сжала зубы, — и играть по его правилам, когда это необходимо. Мы можем проучить одного уродца, но если на нас накинется два десятка таких же, как он, но вооружённых электрическими дубинками, разобраться будет гораздо сложнее. Алекто взяла маленькую ручку Беатрис в свои – тёплые, с длинными ногтями, украшенными чёрным лаком, и кольцом-печаткой, на котором был изображён оскалившийся то ли от злобы, то ли от язвительной насмешки над всем миром лик легендарной Медузы. В этом жесте не было ничего похожего на покровительство. Скорее, он был наполнен сестринской заботой. И даже больше: нежностью той, чьё сердце пламенеет любовью. — Иногда лучше просто забыть. Оставить змеиный клубок копошиться в своей ядовитой яме. Если тебя станет беспокоить мнение всякой мошкары, ты не будешь счастлива. Просто знай… Что бы тебе не говорили тени людей, которых ты встречаешь на своём пути… Ты выше. Я знаю это, — она посмотрела прямо в глаза Беатрис, приоткрывая белые зубы в ослепительной, горячей улыбке, — несравненно выше. Гордость и независимость – это прекрасные качества. Нужно взращивать их в себе. И тогда даже самая обычная жизнь станет в разы красивее.
  23. Кафкa

    НеЧат #21

    По крайней мерке не единица. Может, в следующий раз повезёт.
  24. Алекто чувствовала холодное прикосновение ветра к своей влажной от возбуждения спине, к волосам, развевающимся, как знамя. Оно походило на февральскую оттепель, наступившую после длительного зимнего стазиса. Такое же удивительно новое. И столь же вдохновляющее. Знаете такое чувство, когда за окном несколько месяцев подряд льёт кислотный дождь, и ты не можешь даже выглянуть на улицу, а если всё-таки выходишь – то вынуждена надевать на себя массу одежды? Так вот, здесь было нечто похожее. Грозовой фронт миновал, небосвод прояснился – и настал рассвет. Для Алекто ощущение это было сильно внове. Настолько, что она даже почти совсем забыла о разочаровании, что вызвало отсутствие в приёмном зале взрослых напитков, без которых жизнь совсем-совсем не в радость. Это был невероятно захватывающий опыт. Ей хотелось заорать во весь голос, чтобы мотоциклист нёсся быстрее, она мечтала обогнать ветер, видеть, как автозаправки, небоскрёбы, магазинчики джанкфуда и небольшие офисы с бешеной скоростью проносятся мимо. А потом… рухнуть в пропасть огня и металла, из которой в наш мир рождаются беспокойные демоны, появляющиеся в ночных кошмарах, и падать, падать… Вплоть до собственного грандиозного финала. Алекто чувствовала себя живой, и порочная влюблённость не затемнилась новыми эмоциями, а лишь втройне усилила их. — Зачем так беспокоиться, а?! — смеялась она, когда увидела, что их защитник явно не получает такого же удовольствия от гонки, как она – и некоторые другие, — наслаждайся мгновением. Если не хочешь стать такой же, как… как одна моя близкая знакомая, которая неделями сидит в кресле, не делая ничего вообще, — Алекто безумно хихикнула – поведение, столь же несвойственное ей, сколь несвойственна важность среднестатистическому ребёнку, — лучше ярко вспыхнуть и сразу же выгореть, чем прозябать годами в пансионе для умалишённых, тебе так не кажется, дружище? — и мисс Эванс фамильярно взъерошила Хави волосы. Жест, в иной ситуации вполне способный сойти за бесстыдное нарушение личных границ – ведь они были почти незнакомы друг с другом. Но всё когда-то кончается. Кончилась, наконец, и безумная гонка, завершившись на спортивной площадке. Алекто тяжело дышала, на её щеках пылал болезненный лихорадочный румянец. Она сбросила с себя верхнюю одежду, оставшись в одной рубашке и юбке, доходившей до колен. Оживление медленно, но неуклонно улетало прочь, осталась лишь… небольшая усталость. Ей уже не верилось, что она только что мечтала о том, как будет падать в угольный ад, увлекая за собой всех остальных. И была невероятно рада тому, что не высказала вслух чего-то подобного – иначе бы сразу попала под бдительный надзор – Хави в первую очередь, а с ним наверняка шутки плохи. Саморазрушение допустимо, пока это не приносит никому вреда. Но они же… связаны друг с другом. Нужно быть осторожнее. Алекто поёжилась. Она только что находилась на лезвии бритвы, куда как более остром, чем в иные времена длительных блужданий по инфернальным ночным руинам. И, что самое страшное, ей очень хотелось повторить это. Снова.
×
×
  • Создать...