Thinvesil

Таверна   — В "Скорпионах" я, чтобы найти призвание, побывать в разных уголках Тедаса, увидеть мир... и, наверное, начать зарабатывать собственные деньги, не полагаясь на родителей. А вступать с кем-то в обсуждение политических дел в мире или становиться друзьями в мои планы не входит. Надеюсь, в будущем меня не станут задевать намеренно. Терпеть оскорбления в свой адрес, высказанные в лицо, я тоже не могу — родители воспитали меня так, чтобы я могла и сама постоять за себя, а не выглядеть слабой и жалкой, — несколько запальчиво заявила Викториа. — В конце концов, если постоянно закрывать глаза на выпады в свою сторону, некоторые могут подумать, будто ты беззащитен и можно делать с тобой все, что заблагорассудится.   Озвученной причины явно не хватало для того, чтобы объяснить, зачем начинать с участия в противозаконном проекте, но Руфус деликатно сделал вид, что удовлетворен им.    — Несомненно, очень важно сохранить честь и достоинство в любой ситуации, — согласился он. — Кто бы ни был зачинщиком конфликта, лучшей тактикой будет сохранять спокойствие и не поддаваться на провокации. Строго обозначьте свои границы, не переступайте чужих — и тогда не придется краснеть перед командиром или остальными спутниками. Нарушивший первым выставит дураком сам себя. — он мягко улыбнулся, чтобы дружеский совет не приняли за нотации. Затем взгляд мага прошелся по гаснущим окошкам таверны и ближайших домов. — Но сейчас лучше выбросить все лишнее из головы и как следует выспаться перед завтрашним днем. Если позволите, я бы хотел прийти сюда утром, чтобы помочь вам перевезти ваши вещи. В котором часу вам удобно, миледи?

Ночной Монсиммар   — Кстати, хотела поблагодарить вас за то, что вызвались меня проводить. После той атмосферы, что царила в комнате во время сбора, мне казалось, что некоторые готовы были на меня буквально наброситься, — она сморщила нос, словно испытывала невероятное отвращение к людям, что опускались до драки за неимением лучших аргументов, да и до оскорблений тоже. Это для Виктории было прибещием для недалеких умом и неумеющих пользоваться собственным языком. — Может быть, мне следовало бы извиниться перед Уильямом Холтом за то, что я позволила себе вступить в перепалку, да и перед вами немного стыдно. Не сдержалась после долгой дороги до Орлея.   — Не стоит волноваться об этом, — Руфус мягко улыбнулся, не забывая следить и за дорогой. — Возможно, эта девушка из.. фрименов, — в последнем слове проскользнула легкая тень сомнения, — в иных обстоятельствах и набросилась бы, однако не думаю, что в ее чувствах было что-то лично к вам. Скорее, к обществу, которое вы представляете. В остальных же я не ощутил никакого негатива к вам Викториа, хотя тема обсуждения была сама по себе острой и довольно спорной. — маг чуть успокаивающе улыбнулся. — Уверен, командир не допустит, чтобы кто-то из наших спутников перешел границы. И, возможно, нам всем будет легче примириться друг с другом, если будем помнить, что у нас общая и крайне важная цель. Междоусобные распри не способствуют ее достижению.    Откровенно говоря, сам Руфус трудностей не испытывал. Он давно научился принимать людей такими, какие они есть, но ощущал, что Виктории нужна была сейчас ненавязчивая моральная поддержка.

Ночной Монсиммар   — Да? Для меня все это в новинку. Я раньше почти никогда не покидала Тевинтера, а если и уезжала, то совсем ненадолго и только к друзьям семьи. Но иногда приходит время все же вылететь из гнезда и найти свое место в мире, — миролюбиво сказала магесса, шагая по мокрой брусчатке и осторожно обходя лужи, стараясь не замочить ботинки на небольшом каблуке.   Что же, вполне логично, учитывая, как молодо выглядела девушка. И все же Руфус снова испытал недоумение, зачем втягивать в столь незаконное дело столь юных и неискушенных дам.    — Есть и более безопасные способы найти свое место в мире, — вскользь заметил маг, испытывая, тем не менее, еще больший интерес, зачем вписалась в это дело сама Викториа. Однако проявлять его было все еще преждевременно. — Но это ваш выбор. Стало быть, забираться в глушь и жить походной жизнью вам тоже не доводилось? — полуутвердительно уточнил Руфус. — Поиски обещают быть сложными.

Ночной Монсиммар   — Не такая. На моей родине подобные манеры считаются уделом южан, — магесса не звучала сердито или раздраженно, и не дрожала от холодного дождя, который заставил кончики длинных черных волос поблескивать каждый раз, как они ступали в пятачок света одного из уличных фонарей. Стараясь держаться главных улиц и не сворачивая в подозрительные и удобные для грабителей узкие переулки между домами, они быстро шли по направлению к трактиру. — А вы? Я заметила, что вы воспитаны намного лучше, чем большинство присутствующих в том жутком, провонявшем кровью и потом месте, — Виктории явно не понравилось то, что они собрались именно на арене.   Руфусу доводилось видеть разных людей. И хорошие манеры, порой, от тех, от кого не ожидаешь, и наблюдать полное их отсутствие у тех, кто принадлежал явно не к самым низким кругам — в общении с простолюдинами у таких манеры куда-то резко исчезали. Сам маг придерживался мнения, что вежливость не имеет сословных границ, а зависит от конкретной личности.   — О, я уже давно привык, — легко ответил маг, чуть аккуратнее придержав локоть, когда пара обходила лужу. — Люди — довольно занятные существа, но в целом неплохие. Хотя поначалу, конечно, тоже удивлялся. Покинул дом совсем юнцом. С тех пор ни разу не оборачивался назад.

Монсиммар, "Муравей в штанах"   — Ладно, давай, — согласился демонолог.   Девушка облегченно выдохнула. Она уже опасалась, что Дамиан уйдет в дождь просто так. Хорошо, что все-таки согласился.    Не став тянуть время, она просунула руку в оконце в двери и отодвинула щеколду. Гостиница толком не запиралась, но в этом и не было нужды. Местные знали и любили заведение, и даже воры обходили его стороной, предпочитая искать поживу в других районах. Чужие же заходили редко — не такой большой куш, чтобы был смысл соваться. "Муравей в штанах" был не самым процветающим заведением, хотя хозяева и старались поддерживать опрятный и достойный вид.   Впустив Консула в комнату, она отыскала среди вещей скатанный в сверток плащ и поспешила вниз. Не стоило заставлять парня дожидаться посреди сырой и промозглой ночи.   — Вот, держи. — она протянула Дамиану сверток. — Ну, не буду задерживать. Удачно тебе дойти.   Демонолог поблагодарил девушку и надел сшитый из тонкой, но плотной кожи плащ. Как и предполагала магесса, тот полностью скрыл фигуру, защищая не только от дождя, но и от сырого ветра. Надвинув на голову капюшон, парень попрощался и быстрой походкой двинулся прочь. Алисия стояла под козырьком и смотрела ему вслед, пока фигура мага не скрылась во тьме. Впечатления от более близкого знакомства оказались довольно странными. Бежать сквозь дождь и ночь, чтобы извиниться за сущую ерунду! Его что, били в детстве за такие провинности? Конечно, как и всякого достаточно активного и не слишком послушного ребенка, Алисию тоже наказывали или устраивали выволочки, но чтобы так зашугать человека, требовалось что-то похуже. А Дамиан показался ей именно что зашуганным. И явно хотел казаться полезным, рассказывая о том, как будет всех прикрывать со своим демоном.    Покачав головой, альтус вернулась обратно в гостиницу. Сняла с себя мокрые вещи, переоделась в сухое и попросила Шона нагреть воды для купания. Хотелось как следует отогреться. Бадья была готова, девушка погрузилась в теплую негу, чувствуя, как проникаются теплом ее ноги и руки, как обволакиваются им промокшие плечи. Отдыхая телом, магесса перебирала в уме события вечера, анализируя то, что собралось. Наверное, следовало все же не дурковать с тем опозданием, а заявиться пораньше, но с другой стороны, она правильно сделала, что не успела как следует пообщаться со всеми. Нужно было еще понять, как себя вести, чтобы случайно не выдать происхождение. И особенно, владение магией. Теперь, когда вокруг столько глаз и ушей, придется одергивать себя от многих вещей, которые магесса привыкла выполнять почти что автоматически.    Вымывшись, Алисия причесалась, заплела косу и облачилась в ночную сорочку (не ту летнюю, до середины бедра, которая так нравилась Ларсу, а теплую, плотную, до самых щиколоток) и, потрепав пса между ушей, забралась в постель. Консул уже похрапывал, лежа рядом с горячей каминной трубой, но собачий храп был привычным звуком и ничуть не мешал блаженному засыпанию.   -50 серебра за постой   Монсиммар   Руфус сопровождал Викторию, не забывая краем глаза следить за окружением. Хотя шансы, что кто-то из ночного отребья покусится на пару гуляющих магов, один из которых мужчина, были невелики. Дождь намочил его волосы, но это не слишком испортило вид. От влаги свисающие до плеч локоны завились в легкие кудри.    Магесса держалась молодцом и никаким образом не показывала, что страдает от непогоды. Однако она была совсем девушка, и разумеется, в холодном дожде не было ничего приятного, даже если на тебе плащ с капюшоном. К тому же еще эта перепалка на брифинге. А ведь им придется как-то уживаться вместе, хотя сейчас в отряде каждый, казалось, думал в первую очередь о себе, а не об общем деле. Нужно как-то сгладить углы, но лезть в душу или расспрашивать о том, как она оказалась замешана в этой миссии, было неуместно и нетактично.   — Весьма разношерстная подобралась компания, — заметил Руфус, обращаясь к спутнице. — Не такая, к которой привыкли бы в вашей семье?   Маг помнил, что Виктория происходит из зажиточной семьи лаэтан, а учитывая ее тевинтерское происхождение и манеры, логичным было предположить, что и круг общения там был соответствующий.

Монсиммар   — Не, я пойду, пожалуй, — ответил он тоном помягче. — Время позднее, мне возвращаться к себе пора.   Эльса окинула мага сочувственным взглядом. Промок, продрог. И еще куда-то идти снова. И все из-за нее, если смотреть в корень. Девушка вздохнула.   — Дай я хоть к себе за плащом от дождя поднимусь, — предложила она. — Мы одного роста, тебе будет впору. Завтра вернешь.   Первым порывом было просто так подарить, а себе купить новый, но альтус вовремя опомнилась, сообразив, что это может показаться уже слишком. Наверняка откажется, и получится, что она только лишний раз смутит бедолагу. Лучше уж так.

Монсиммар   Свернув в последний раз, они вышли к проулку, в котором ютилось искомое заведение. Некоторого труда стоило отыскать вход, но и с этим справились. Местечко на вид оказалось не из приятных. По своему опыту Алисия знала, что подобный вид придают местам "только для своих" — нарочно, чтобы отпугнуть нежелательных посетителей. Похоже, Холт говорил правду насчет связей хозяина с Сопротивлением. Странно только, что легионеры до сих пор не перетрясли кабачок.   Полюбовавшись на заколоченную витрину у Герна, Алисия огляделась вокруг. — Ну и дырища, — прокомментировала она, обозревая очертания крыш домов, за которыми виднелась вдалеке парочка шпилей, темными силуэтами вырисовываясь на чуть менее темном небе. Место показалось знакомым. — Хм. А мы здесь точно не были?   Консул принюхался и тихо гавкнул. А когда поймал взгляд магессы, рванул куда-то вбок в прореху между домами.   — Ты уверен? — пес явно хотел, чтобы Алисия пошла за ним, и ей ничего не оставалось, как последовать. Дамиану тоже пришлось отправиться с ними. Неловко вышло.   Они миновали пару дворов, заваленных каким-то темным и мокрым хламом, свернули в отнорок за приземистым деревянным зданием и, пройдя буквально еще три дома, Алисия чуть ли не носом уперлась в вывеску.   — Ха! Да это ж мой "Муравей", — удивилась она. Оказывается, ее апартаменты совсем недалеко от трактира "У Герна", если знать, где пройти. Девушка обернулась к Дамиану и пояснила. — Я остановилась в этой гостиничке. Если хочешь, можем зайти погреться, обсохнуть.

Монсиммар   — А по какому принципу эта порода своего хозяина выбирает? — поинтересовался демонолог. — Можно просто щенком купить и крутиться рядом почаще или ещё что-то сделать надо, чтобы свою преданность выстроили?   — А фиг его знает, — Эльса скосила глаза на трусящего рядом пса. — Точно известно, что они сами выбирают, кому служить. Считается, что обычно самых достойных, самых лучших людей, но так люди говорят, а люди склонны упрощать и преувеличивать. О нас с Кунсеем могу сказать, что он меня когда заприметил, испытывать пытался. Видимо, остался доволен реакцией, или что там такое еще в собачьей башке. — девушка задумалась, как вообще можно объяснить то интуитивное, что она ощущала при встрече. — Я думаю, тут так же, как и с людьми. Вот бывает такое, что встречаешь кого-то, знакомишься — и понимаешь: с этим человеком тебе по пути, он будет хорошим другом и товарищем. Вот и с мабари точно так же. Они ж ведь не по-собачьему развитые.

Монсиммар   — Режет, тянет и кусается, — буквально в трёх словах описал всю суть Истязания демонолог. — Будет драться со мной.   — Да уж, — девушка передернула плечами и смахнула с лица мокрую прядь. — Хорошо, что она на нашей стороне.   Они прошли еще один перекресток, а дальше по рассказу целителя нужно было свернуть направо и в первый же проулок влево. После этого останется дойти до конца улицы и там снова свернуть.

Монсиммар   — Может пойдём пока? — предложил Дамиан, и оба они вернулись под дождь. Холодноватый, честно говоря. — Да моя тварюка на хорошем поводке, не сорвётся, за это ручаюсь. А с чужими жопами из Тени, по-хорошему, нам бы и не сталкиваться.   — А что она делает? — на этот раз совершенно искренне поинтересовалась Эльса. Если речь о конкретной тварюке, значит, там привязанный демон. Интересно узнать, какой.   Кунсей трусил рядом, неся свою стражу, а магесса показывала дорогу. Благо, у Руфуса хватило ума не растекаться кучей лишних деталей. Легко запомнить.

Монсиммар   — Ага. Демонологов не сильно любишь, угадал? — предположил он.   Девушка пришла в замешательство. Как это не любишь? А папочка? И потом, с чего он вообще взял, что она не любит?   — Ну ты это... — она взглянула на Дамиана слегка с опаской, но не слишком бросающейся в глаза и вполне объяснимой для сопорати. Наверное. — Демонюков своих на поводке держи и все будет в порядке же, да? Я так-то рада, что ты тоже маг. Магией много полезного делать можно, а главное, легче. Просто я в этих ваших жопах из Тени не разбираюсь совсем. Извини.

Монсиммар   — Дамиан, один из двух демонологов. Буду стараться крыть отрядные задницы на передовой. Ну или, раз на передовой, то не задницы... — задумчиво добавил он. — А ты из бойцов будешь, значит. Ещё и с псом. Магов мажных у нас полно будет, а вот любителей оружия попроще маловато. Обычно наоборот всегда.   — Дамиан. Красивое имя, — искренне подметила Алисия. Да и сам парень тоже был ничего. Как раз такого типажа, как ей нравились. — Я обычно одна работаю. Ну, точней, мы вдвоем с Кунсеем. А тут дело такое, понимаешь... Отряд. Придется привыкать. Но ты не волнуйся, в бою я не подкачаю, да и если с народом дело иметь, тоже подход найду.   Она замолкла, не зная, что еще сказать.

Монсиммар   — Ну, раз всё хорошо, то я рад. Тебе не лень-то в такую погоду по темноте тащиться на разведку? — решил он плавно перевести тему. — Я думал просто переехать сейчас, как за вещами вернусь, и потом до утра отсыпаться.   Эльса пожала плечами. Откровенно говоря, идея мотаться ночью туда-сюда с пожитками ей казалась довольно глупой. Почему бы не сделать это с утра? Ничего же не горит. Но критиковать парня она не стала. Кто знает, какие у него свои резоны.   — Я утром планирую, чтобы ночью туда-сюда не бегать с барахлом. А сейчас просто решила крюк сделать, чтоб, опять же, знать как дойти, а не мотаться с барахлом и искать, где там эта таверна. Заодно вот, и песелю вечерний моцион. — она кивнула на мабари. — Кстати, я к знакомству, как я поняла, опоздала. Тебя как зовут-то?

Монсиммар   — Я это... — Дамиан шмыгнул носом и на миг задумался, словно собираясь с духом, — извиниться хотел. Ну, что тогда в магазине не сдержался. День беспокойный выдался, вообще ерунды понаделать успел, пока не в духе был. Виноват, погорячился.   — Говна-пирога! — вырвалось у Эльсы подслушанное когда-то ругательство. Очень уж колоритное было, поэтому запомнилось. — То есть, извинения приняты, — поправилась девушка, изрядно удивленная и смущенная. — Но вообще я не в обиде.    И ради этого он шел за ней через дождь?! Да она сама и вовсе забыла о том инциденте. Не то чтобы поведение в лавке заслуживало одобрения, но Алисия ведь прекрасно понимала, что негатив был направлен не лично к ней, а на вынужденное ожидание. И думать забыла, прошло и прошло.   — Послушай, я сама тоже хороша была. Не подумала, что человек ждет, стояла общалась. А если еще и день бесючий, то я понимаю, почему у тебя раздражение сорвалось. Это нормально. — альтус примирительно улыбнулась. Бедный мальчик! Как надо было переживать из-за такого незначительного события, чтобы его запомнить. — Не стоило волноваться из-за такой ерунды. Все мы люди, и иногда приходится сбрасывать пар, чтобы не лопнуть. Все нормально, я не держу на тебя зла.

Монсиммар   Один из козырьков, впрочем, принадлежал явно пустующей закрытой на ночь лавке. Можно было и укрыться, и перед кем попало не разводить болтовню. Хотя, если подумать, то тут и разговор не такой, который следовало бы сильно скрывать. Благо, не обо всяких там Создателях да Андрастах Дамиан собирается пообщаться. — Далековато до неё, я думал позже сходить, — мотнул головой наёмник. — Слушай, я ненадолго. Отойдём на минутку? — кивнул он в сторону той самой лавки.   — Конечно, — кивнула Алисия и снова ощутила неловкость от того, что не знает его имени.   Когда отошли под козырек, стало немного легче. По крайней мере, не приходилось щуриться от падающих в лицо капель. Консул тоже спрятался под крышей и прижался к девушке теплым боком, но продолжал обозревать и вынюхивать.   — О чем ты хотел поговорить?

Монсиммар   Пёс, заметивший чужака, предупреждающе зарычал. Тихо, но очень отчётливо. — Эй-эй, полегче, приятель, я просто побеседовать хотел, — самую малость напрягшись, ответил наёмник и перевёл взгляд на девушку. — Эльса, верно? Можем поговорить немного? — аккуратно спросил он, на секунду бросая взгляд вверх. Лучше бы ещё и не под этим дождём.   Девушка сразу узнала его, но все равно удивилась.    — Не обращай внимания, это он в режиме охранника, — успокоила чернявого и обратилась к псу. — Хвалю за бдительность. Свои.    Консул принял к сведению и переключился на слежку за окружением, а магесса снова подняла взгляд на парня. Дождь был не слишком сильным, однако еще немного таких прогулок, и его рубашка промокнет насквозь. Наверное, она выглядела не лучше с мокрыми, висящими сосульками прядями, что выбились из хвоста, но по крайней мере была одета в прочную кожу с металлическими накладками.   — Хочешь поговорить? Прямо здесь? — она все еще не представляла, что такого важного мог сказать этот брюнет, имени которого она так и не услышала на общей встрече, но причин возражать не имела. — Я иду к таверне этой, разведать, что к чему. Может быть, там поболтаем? Или срочное что-то?    Эльса огляделась вокруг в поисках укрытия. Разумеется, дома щерились множеством козырьков, но не зная, о чем будет разговор, не хотелось рисковать и вести его под чужими окнами.

Монсиммар   Алисия с Консулом медленно шли улицами Монсиммара по тому самому маршруту, который ей подсказал Руфус. Сверху лил косой дождь, но девушка не обращала внимания, углубившись в собственные мысли. Верный мабари бдительно охранял ее, осматривая и обнюхивая окрестности, а способность резко переключаться в состояние боевой готовности выработалась у альтуса еще в детстве. Если постоянно быть начеку, так недолго и крышей поехать.    Слишком далеко, впрочем, уйти не удалось. У первого же перекрестка девушка остановилась, вглядываясь в мокрую темень и пытаясь разглядеть нужный ориентир, о котором говорил Руфус.   — Да-а, — протянула магесса, щурясь сквозь струи дождя. — Это совсем не то, что дома.   Консул тихонько заскулил, соглашаясь, и девушка потрепала его между ушей.   — Да-да, я тоже тоскую. — сейчас, на запутанных улочках чужого города, альтус остро ощутила тоску по родному Минратосу. Там она знала чуть ли не каждый проулок, и даже самый замызганный трущобный тупик казался милее, чем местные вычурные домики. — Воспринимай это как начало нашего возвращения, — приободрила она мабарика. — Если все пройдет успешно, сможем вернуться домой.    Песель радостно завилял хвостом. Алисия улыбнулась и кивнула в нужную сторону — она все-таки отыскала тот флюгер в виде свиньи и поняла, в какую сторону нужно сворачивать.

Арена, третья комната -> Монсиммар   — Держи, — обратилась Адалин к Эльсе, одну капсулу на столе.   — Спасибо.    К девушке уже вернулась прежняя собранность и суровость. Взяв капсулу, она спрятала обе в кармашек на поясе и занялась перевязью. Теперь, когда обе руки были здоровыми, можно было повесить мечи так, как они должны висеть, по обеим бедрам.   — Надо будет придумать тебе какую-нибудь повязку на лапу или что-то в таком роде, чтобы в нее зашить, — вполголоса произнесла она и подмигнула Кунсею, ободряя его. — Будем надеяться, что это нам не понадобится.   Лобастая башка молча уткнулась ей в голень. Эльса погладила пса и огляделась. Остальные тоже засобирались уходить, но девушка, никого не дожидаясь, выскользнула из комнаты вместе с песелем — она узнала, что хотела, больше здесь их ничто не задерживало.

Арена, третья комната   Холт покачал головой и посмотрел на Адалин. — Выдай ей вторую капсулу. Но не больше. Остальное спрячь, знаешь сама где.   Эльса бросила на командира полный признательности взгляд. Первое впечатление оказалось обманчивым. Под непритязательной внешностью и попытками играть в строгого командира скрывалось чуткое сердце. Она выжидающе взглянула на Адалин.   Поежившись, будто от дунувшего из окна порыва холодного ночного ветра, Викториа посмотрела на Руфуса. — Думаю, нам пора идти, — предложила она, поднимаясь и направляясь к двери.   — Один момент, я кое-что обещал юной леди, — Руфус задержался рядом с молодой ферелденкой и кратко, выдавая только самую суть, объяснил, как добраться отсюда до таверны "У Герна". — Прошу вас, миледи.    Мужчина галантно открыл дверь, пропуская даму вперед, но затем занял место чуть сбоку, чтобы легко было расчистить путь в толпе собравшихся на Арене. Выбравшись на свежий воздух, он предложил Виктории локоть.

Арена, третья комната   — Собака ведь не может проговориться... — она пришла в замешательство не меньшее, чем Эльса. Либо наемница врала, либо от Адалин что-то ускользало. В любом случае, просьба была странной.   Адалин почему-то упрямствовала или не понимала, зачем может быть нужен яд. Собственно, сама смерть как раз и была прямым назначением яда, а то, что мертвый не проговорится — лишь следствие. Так сказать, побочный эффект. Странно, что девушка рассматривает это средство только в качестве кляпа.    Надо было объяснить ей. Но у Алисии не поворачивался язык. Вот так, среди кучи посторонних людей обнажить душу... Все-таки это было очень личное. Она окинула взглядом присутствующих, остановившись на Холте. Может быть, он придет ей на помощь?   Но помощь пришла, как ни странно, от того мага, Руфуса.   — Мабари невероятно верные и преданные псы, — мягко заметил он, с сочувствием глядя на ферелденку. — Один раз выбрав, они никогда не будут служить другому человеку, а служат только одному и до самой смерти. Если же смерть человека наступает раньше, они остаются рядом с ним до конца своих дней, не заботясь о собственном выживании, включая еду и питье. — Ладонь ученого ободряюще сжала плечо Эльсы. — Крайне тяжелое и жуткое решение, но, возможно, яд действительно будет лучше, чем медленная голодная смерть.   С сочувствием посмотрев на девушку, Руфус деликатно вернулся к своим делам. Пересыпал монеты к себе в кошель и окинул взглядом тех, кто еще не успел забрать деньги.   - Вопросы есть, но учитывая обстоятельства... - Эльф слегка привстал, подняв руку как в школе, и кивнул на мешочек с капсулами, - полагаю, чем меньше мы знаем - тем лучше? Я имею ввиду... что не касается дела. Например, как выглядит девушка, сколько ей должно быть лет, какие-то отличительные черты - если вдруг случайно мы еë встретим... Или это пока рано?   — Подозреваю, что будь известны такие ценные детали, нам бы обязательно сообщили, — он вопросительно взглянул на Холта. — Однако на один вопрос, полагаю, ответ у нас есть. Поскольку эта Сулана — ребёнок кого-то из Избранных, а в приюте Минратоса оказалась после известных событий и в весьма младом возрасте, лет ей должно быть не более тридцати. Возможно, чуть меньше.    Алисия слегка выдохнула, когда целитель переключил внимание на эльфа. Он действительно ей помог, не вынуждая проговаривать это все самой, но все равно это было очень личное. Она снова бросила умоляющий взгляд на Холта, надеясь на понимание.

Арена, третья комната   — Зачем? — Адалин перевела взгляд на Эльсу. Яд не было особенно дорогим и ценным, но не давать же всем подряд смертельное оружие. Тем более наемникам, которых она видит второй раз в жизни.   И без того было нелегко принять такое решение, а тут еще и вопросы. Алисия пришла в замешательство.    — Ну... — она кивнула на пса, чтобы Адалин точно его разглядела. — Нас двое. 

Арена, третья комната   — Рад знакомству, Эльса, — кивнул маг и бросил взгляд на пса. — И Кунсей. Не стоит благодарности, это мелочь.   — Для вас, магиков, мож и мелочь, — хмыкнула Эльса, спуская и закрепляя наруч к запястью — там, где ему и положено быть. — А мне обычно приходится следить, чтобы запас зелок был. Эта, правда, и сама зажила бы через несколько дней.    — Вот и пополни запас, — мягко, но требовательно ответил Руфус, придвигая к наемнице одну из кучек монет. Видя, что юноша сам решил проявить сострадательность, он не стал вмешиваться. — Мы, целители и другие маги, не всегда можем быть рядом.   Целитель, значит. Магесса скрыла ухмылку и переключила внимание на деньги, засыпая их в туго набитый мешочек к остальным. А стихийный маг успел первым. Впрочем, может быть, этот Руфус собирался потом ей с рукой помочь, когда закончат с главным, поэтому она не обиделась. В конце концов, свою задачу ее самодельная рана выполнила, добавив еще один мелкий камешек в подтверждение легенды сопорати-наемницы. Любой маг, мало-мальски освоивший азы исцеления, вылечил бы такой порез сразу — Алисия постаралась нанести себе достаточно серьезную рану, чтобы мешала действовать рукой.    — Обязательно прикуплю еще, — пообещала она мужчине, которого называли Руфус. — И не только зелья.   Переведя взгляд на мешочек с ядом, альтус протянула руку и осторожно взяла одну капсулу. Внимательно рассмотрела на свет черный шарик. Похоже, штука вполне надежная, случайно не пережмешь. Заинтересованный пес тоже сунул нос к горошине.   — Кунсей, ты же слышал, что говорил Холт. От этой штуки останавливается сердце и умираешь.    Мабари жалостливо взвыл.   — Вот именно, — ответила Алисия, пряча горошину в карман.   Мабари взвыл еще требовательнее. Девушка успокаивающе положила ладонь ему на голову и задумчиво посмотрела в умные собачьи глаза. Эта магически выведенная порода славится своей преданностью. Если альтус погибнет, он все равно останется верен ей, вплоть до медленной голодной смерти рядом с ее хладным трупом. Мысль об этом встала комом в горле. Жалеть себя она не умела и не желала, а вот другие, особенно, близкие — совсем другое дело. С другой стороны, яд был не самым приятным способом самоубийства, это она знала из обрывков тех лекций от Ливии, которые чудом отложились в голове несклонной к занудным наукам младшей сестры. И все же это была более быстрая смерть. Во всяком случае, этот яд, если верить Холту.   Не убирая ладони с головы пса, Эльса подняла взгляд на Адалин. — А можно нам еще одну капсулу? — тихим безжизненным тоном спросила она.

Арена, третья комната   Авварской традиции. Альваро едва заметно покривился, но быстро взял себя в руки. Вот ещё, его источник такого нарекания был куда лучше. — Нет, к авварам я никакого отношения не имею, это семейное прозвище, за талант, — пояснил он. Версия была не до конца честной, но всё равно явно ближе к настоящей.   Алисия скрыла разочарование. На ее взгляд, достойнее было заслужить прозвище от других, а не от семьи, которая тебя и так любит и холит, а как следствие — пристрастна в лучшую сторону.    Аккуратно прижав кисть Эльсы к столу, Альваро занёс вторую руку над раной, едва не прикасаясь к ней, и спустя считанные мгновения, когда в ладони чародея едва сгустился тусклый желтоватый свет, девушка стала ощущать, как уходит боль от потревоженного пореза, а затем как стягивается на место кожа, не оставляя даже мелкого шрама. — Так-то лучше, — улыбнулся антиванец и вернулся на место.   Эльса неверяще подвигала исцеленной рукой, а потом покрутила запястьем. — Ровно ничего и не было, — она восхищенно присвистнула. — Вот везуха вам, чароплетам. Раз — и ничего не болит. Спасибо большое тебе, Сын Огня. Ты меня очень выручил. После вчерашней стычки думала, неделю не смогу обоими мечами махать. — Девушка улыбнулась. — Я б тебя даж расцеловала, если б не толпень. Покачав головой, она снова пристально взглянула на мага, словно оценивая и решая что-то. Ей не понравилось, как он отреагировал на версию об авварах, но все-таки он вылечил ее руку. Проявил внимательность и доброту к ближнему. К тому же, так будет вежливо. — Я Эльса. — представилась девушка. — А это Кунсей.

Арена, третья комната   — Кажется, тебе это доставляет неудобства, — негромко сказал он, кивая в сторону руки. — Я Альваро из антиванского рода Сарвенте, ношу прозвище Сын Огня. Позволишь помочь? Я владею магией исцеления.   Эльса слегка удивлённо взглянула на парня, однако протянула тому раненую руку. — Если тебя не затруднит. — голубые глаза рассматривали мага вблизи, словно впервые увидели. — Сын Огня — это что-то из авварской традиции? Я слышала, у них принято давать прозвища за выдающиеся качества или заслуги.

Арена, третья комната   Викториа, которая все это время молчала и внимательно слушала, разглядывая свои металлические ногти, которые зачем-то носила, хотя выглядели они ужасно нелепо и неудобно, подняла глаза и посмотрела на присутствующих. — Лично мне все понятно, — сказала она. — Кто-нибудь сможет проводить девушку до таверны? Я не хочу ночью идти одна по этим грязным улицам, полным карманников и бандитов.   — Почту за честь, миледи, — отреагировал Руфус. И впрямь, бродить одной ночью в таком городе не стоило даже магессе. Пусть она и смогла бы отбиться, но лучше лишний раз не провоцировать негодяев. — Но для поддержания легенды не лучше ли нам покинуть Арену вместе? Впрочем, если вы настаиваете...   Он не закончил фразу. Алисия закатила глаза, почухивая мабарика правой рукой. Левую она берегла. А обещал ей рассказать, где таверна. Все мужчины одинаковые павлины. Видя, что никто не озаботился дележкой жалования, она придвинула мешочек с деньгами поближе и принялась раскладывать монеты на равные кучки.