Thinvesil

Сколько там у апачей женщин и девушек? Много? Чем они там занимаются, что можно понаблюдать или узнать на эту тему? В плане быта и культуры.

Это Крис вдохновляет своим профессиональным примером. ))))

Фолси, я так понимаю, можно пока побродить и пообщаться без нефанди, а когда к горе выдвинемся - тогда их достать? На горе же пустынно, люпинов нет?    С кем вообще в деревне пообщаться можно, кроме Чарли? Мы сейчас типа с ней встретились, да?   Дух 6 кубиков  

Мы готовы идти. Пинайте нас к Апачам )

— Тогда... ладно. Так мы хотя бы будем ближе в случае необходимости, не в нескольких часах пути. Если Эндрю не захочет остаться здесь, то я наверно предпочла бы в твоём измерении переждать. Только постарайтесь не затягивать слишком, пожалуйста...   Эндрю было все равно, а вот Ренэйт заупрямилась и во что бы то ни стало хотела сопровождать кузена. Пришлось уступить, чтобы не затягивать сборы. Проводив нефанди в убежище, Руперт свернул палатку, отвел лошадей на удобную поляну поближе к ручью и скрыл их от посторонних взоров и нюха иллюзией. Отряд был готов выступать, и немец снова доверился их проводнику Нику.

— У тебя там есть хоть что-нибудь, чем можно себя занять в ожидании? — решила задать крайне важный вопрос Руперту культистка. — Карты какие-нибудь может быть, кости, что угодно? А то может вы там на дни застрянете в переговорах, а нам сидеть в мелком мирке. Без игр или чего-нибудь другого я могу взвыть довольно быстро, тем более там даже нет живых видов, которые на той же лошади можно было рассматривать.   - Там же мои вещи, - услужливо подсказала Ренэйт. - Мольберт с холстом и нитками для вышивания, книги, Библия.    Руперт прыснул.   - Ты бы еще мои шахматы предложила. - Он обернулся к Лили. - Покопайся там в шкафчиках, кажется, с прошлого раза должны были остаться пара колод и кости. И еще нарды. И койка. - Юноша улыбнулся. - Найдется, чем себя занять, не волнуйся.

- И когда тебе откусят голову дикие свободолюбивые индейцы, или засунут в очередную мандрагору, как мы оттуда выберемся? - Скептически уточнил Эндрю. - Сама по себе идея хороша, но только при условии твоей безопасности.   Глаза Ренэйт округлились.   - Я не думаю, что Чарли допустит это, - с сомнением протянула девушка. - Ей нужны были посланники от Арканума, а не трупы. Наша смерть ей ничего не даст.    - Мы не знаем пока в точности, что кому нужно, Ренни, - пожал плечами вон Витце и обернулся к Эндрю. - В худшем случае, уверен, Кристофер сможет вас вызволить. Это, конечно, своеобразный отдельный мирок, а не Умбра, но столь искушенный в аркане Духа маг что-нибудь придумает. А вот от оборотней защитит. Я все проверил и убедился, что убежище вполне безопасно. - Юноша с сомнением покосился на Ренни. - Решайте сами, в общем, кто воспользуется предложением, а кто остается. Совать голову в чью-либо пасть я не буду, Эндрю. Прошлого раза не повторится.

— Ха, ну какие-то маги наверно и колдуют в свободное время, а я магию только при необходимости применяю. У меня не те заклинания, которыми можно просто так играться. Поэтому... — Лили пожала плечами, — именно в свободное время я обычно либо с друзьями вожусь, либо гуляю где-нибудь... во всяких местах. Но то всё-таки город, а не дикие земли. Хотя тут тоже есть что поделать: охотиться можно, в холоднющей воде купаться, на змей каких-нибудь пошипеть, просто новых зверюшек смотреть. Да, наверно заняться будет чем. Это не Англия, есть что новое поузнавать.   - Звучит не очень радостно, - сочувственно вздохнула Ренэйт и взглянула туда, где сидели Руперт с Летикой. Она надеялась, брат все же не заставит друзей ждать долго. Тем более, в таких опасных местах.   Заметив, что кузен собирает со стола, девушка отправилась ему помогать, и вскоре маги разошлись ко сну. Точнее, сошлись - в просторной палатке хватало места даже без учета дополнительной комнаты с выходом в заднюю стенку шатра.    Утром, наскоро одевшись, умывшись и позавтракав, отряд стал собираться в дорогу.    - Я вот думаю, может, не оставлять вас здесь? - Стоявший напротив палатки, которую еще не успели свернуть, Руперт поймал проходящего мимо Эндрю. - Я мог бы упрятать вас в своем убежище, а потом останется только поставить палатку и вытащить вас. Если хотите, конечно. А лошадей привяжем подлиннее вон там у ручья, и я прикрою поляну иллюзией, чтобы их не подрали дикие звери или кто-нибудь похуже. Что скажете? Ренни, ты тоже могла бы пересидеть внутри. Побудешь гостеприимной хозяйкой.   Девушка, специально для визита в деревню апачей одетая в лиловую амазонку с кокетливой шляпкой, заметно приуныла.   - Не знаю, Руппи. Мне бы хотелось пойти с тобой. Всегда было интересно, как живут другие народы.

Чувствуя, что она невольно заметно нахмурилась, Лили мотнула головой и сделала глубокий вдох, затем медленно выдыхая. — Надеюсь, у вас с индейцами всё получится нормально. Даже не знаю, чем тут можно будет заняться, пока вас нет, — смягчилась она в лице.   - Если Руперт не решит оставить и меня тоже, - вздохнула аристократка. - Хотя было бы интересно взглянуть на их поселение. Я думаю, кузен не будет долго тянуть, только узнает, что к чему - и при первой возможности обратно. А чем вы обычно занимаетесь в свободное время? Колдуете? - Ренэйт с интересом посмотрела на девушку. Должно быть, увлекательно быть магессой. Можно найти занятие поинтереснее, чем ходить по лазаретам и сидеть вышивать. 

— А вам было что-то за это потом? — с настоящим интересом спросила она.   С загадочной улыбкой на лице Ренни отрицательно помотала головой.   - Если не брать в счет поучения, что юным леди так вести себя не подобает, нам все сходило с рук. - Девушка хихикнула и пояснила слушателям. - Это все Руппи. Когда нас ловили на чем-то, она тут же бросалась нас выгораживать и брать вину на себя. Говорила, что это она все придумала и подговорила нас, она во всем виновата, и просила не наказывать нас, а наказать ее. То есть, чистейшую правду говорила, но с таким лицом, что это выглядело так, будто она врет, пытаясь кого-то выгородить. Нас наказать не могли, поскольку Руппи всегда настаивала на своем и не сдавалась (что, в общем-то, было логично, поскольку как раз она нас и втравливала во все проказы), а ее не наказывали, потому что считали, что она все врет, и получается, будто бы и не за что. Во всяком случае, не за то, в чем она расписывалась. - Ренэйт тихонько вздохнула. - Не удивлюсь, если отец до сих пор считает, что Руппи нас покрывала - он всегда ставил кузину нам с Бенни в пример. 

- Даже веселые люди временами впадают в уныние. - Улыбнулся Эндрю. - Задача священника вовремя сделать что нибудь выдающееся, чтобы души возрадовались. И если разговор со мной кому-то помогает задуматься, я весьма доволен и собой и жизнью и служением Господу. Но теперь я тоже присоединяюсь к просьбе Лили и хотел бы услышать истории про Руперта.   Ренэйт бросила сначала на Лили, а потом на Эндрю признательный взгляд, а затем снова покосилась в сторону брата.   - Полагаю, он не будет против. Хотя и рассказывать, в общем-то, нечего, это весело, когда принимаешь участие. В основном всякие глупости были, вроде исследования подземелья или создания собственных тайников в замке, тайком от взрослых. Еще мы частенько выбирались тайком, чтобы поделать что-нибудь, что обычно не разрешали. Искупаться в речке, половить жаб или пробраться в кладовку, чтобы объедаться вареньем и ветчиной. - Девушка смущенно хихикнула. - Иногда это были мелкие шалости. Помню, как-то мы умудрились, пока старик Густав не смотрел, набросать ему больше половины корзины камней, а сверху прикрыть их пойманной им рыбой, и даже не попасться. Правда, потом, когда он приволок свой "улов" на кухню, обман все равно раскрылся, и нам стало уже не так весело. Отец с дядюшкой были очень недовольны. - Ренни снова оправила юбки и с улыбкой вздохнула. - Сейчас я думаю, что понимаю их. В каком-то смысле это была жестокая шутка, несмотря на то, что никто по сути не пострадал.

- Это сложная тема, и мы к ней еще вернемся. - Пообещал Эндрю. - Пока же задумайтесь о том, кто из ваших близких говорил о грехе, и сколько из них ни про какой грех не упоминали. Когда мы спасали Руперта, мы совершили путешествие в его душу, и там видели некоторые его личные воспоминания. Я не вправе разглашать их, но прошу вас поговорить с Рупертом о Ролане и его отношении к вашей матери. Если он расскажет, его позиция станет понятнее.   Ренэйт искоса бросила на преподобного недоумевающий взгляд. Конечно же, о грехе говорил Ролан, но ведь это по его части. Кому еще рассказывать о том, что грешно, а что праведно, как не священнику? Однако насчет разговора с кузеном она всерьез задумалась. Если бы он знал что-то важное, разве не рассказал бы он об этом сестре? Они ведь всегда были так дружны. С другой стороны, он скрывал от них с Бенни, что считал себя парнем. Неужели не доверял? Лили, вон, рассказал, а ведь с ней он был знаком гораздо меньше, чем с теми, с кем рос с детства. Ренэйт погнала прочь неприятное чувство, ведь зависть и ревность - один из семи смертных грехов.    - Благодарю за совет, ваше преподобие. - Девушка оправила юбки бежевого, с лазурной вышивкой, платья и мягко улыбнулась священнику. - Я обязательно последую ему и поговорю с братом. Простите, пожалуйста, что вывалила на вас все это, - она посмотрела поочередно на Эндрю и сидящую рядом Лили. - Наверное, я действительно унылая. - Виновато улыбнувшись, молодая немка решила сказать что-нибудь более хорошее. - Вот с Руппи точно было бы веселее. Она всегда что-нибудь придумывала и нас в это втягивала. Не то, чтобы мы были против - это было забавно.    Девушка бросила взгляд в сторону, туда, где за столом сидел Руперт с Летикой. Брат о чем-то оживленно беседовал со своей нареченной, однако с их места разговор было не расслышать.

Я уверен, что ваш отец счастлив от того, что после супруги ему осталась дочка, которая так ее напоминает. Вы же никого не убивали и сами чудом не погибли. Это я сейчас серьезно говорю, как духовное лицо. Вам надлежит обдумать свою жизнь, отречься от ложных грехов и покаяться в грехе уныния и гордыни. Вы живете ту жизнь, которую не смогла прожить ваша мать. Живите ее так, чтобы она, глядя на вас с небес радовалась и благословляла свою дочь.   Ренэйт грустно покачала головой. Все-таки Его Преосвященству Ролану было лучше знать, что говорить. Как-никак, он был капелланом семьи и знал, что у каждого на душе. Да и сама девушка видела, читала на лицах других. Нет, никто не обвинял ее вслух, напротив, все жалели Ренэйт, что ей пришлось расти без матери, однако она не могла не замечать грусти в глазах, когда вспоминали леди Карлу. И непреходящую любовь в глазах отца.   - Я благодарна вам за ваши слова, преподобный. Вижу, что вы хотите смягчить боль утраты. Но уверяю вас, я несу свой долг и свое искупление с полным пониманием и принятием. Проживаю и за свою жизнь, и за отнятую - как вы и сказали. И тем не менее, факт остается фактом: если бы не мое появление, мама была бы жива. Чтобы дать жизнь мне, ей пришлось лишиться своей. И этого не изменишь, и не убежишь. - Голубые глаза смотрели на священника серьезно и вдумчиво.

- Расскажите мне про свою матушку. - Попросил Эндрю - Судя по реакции вашего отца, она была удивительной женщиной.   Ренэйт тихонько вздохнула и задумчиво устремила взгляд в небеса, на звезды.   - Да, он очень любил ее. Все мы любили. Я никогда не знала матери, но Его Преосвященство много рассказывал мне о ней. Говорил, что мир лишился в ее лице ангела и воплощения добродетели. Я никогда не смогу восполнить эту потерю, никогда не смогу искупить свой грех, но я могу хотя бы нести крест за двоих - за себя и за мать. Я должна нести. Каждый день искупать содеянное, до последнего вздоха, ибо такую утрату не вернуть. И он прав, святой отец. Я никогда не знала матери, но все любили ее. И простые люди, и дядя с тетей. Она всем помогала и поддерживала, постоянно трудилась и старалась сделать мир более уютным и теплым местом. А я убила ее. - Признание вырвалось само собой, тихим вздохом. Словно прошелестел по траве ветер. - А папа говорит, что я очень похожа на маму, и напоминаю ему ее. Ужасно! Бедный отец!

- Так и брак на время, а не на всю оставшуюся жизнь. - Вздохнул Эндрю. - Очень мало счастливцев, которые проживают в совместном браке всю оставшуюся жизнь. И не принимайте мои слова близко к сердцу, леди Ренэйт. Я вовсе не хотел вас обидеть. Но судя по вашей реакции я вижу, что сердце ваше снедает какая-то грусть. Поделитесь со мной вашим горем и я попробую найти слова которые поддержат вас на жизненном пути.   - Нет-нет, что вы, - поспешила заверить его Ренэйт. - Я не грустная, я вполне, нормально себя чувствую, как и всегда. Не принимайте на свой счет, пожалуйста. - Девушка виновато улыбнулась. - А насчет того, что не на всю жизнь, - она тихо вздохнула. - Это действительно так, однако это нельзя назвать счастливым исходом, верно? Отец, например, до сих пор не оправился. Да и если мой супруг, не приведи Господь, отойдет на тот свет, вдова все равно не возвращается в отчий дом. 

- Но погодите-ка, леди Ренэйт. - Округлил глаза Эндрю. - Разве сейчас вы не находитесь в разлуке с отцом, тётей и дядей и через океан от любимого Винзена и его людей? И вы сами сбежали сюда, по своей воле, и теперь находитесь здесь одна в чужих краях, среди страшных и жутких анафем и магов. Неужели вы не трепещите?   - Так ведь это на время, не на всю оставшуюся жизнь, - грустно опустив голову, заметила девушка. Она решительно не понимала, что в этом смешного. - Вы, верно, издеваетесь надо мной, святой отец? Что я вам плохого сделала?

- Не будем загадывать так далеко вперед, но с Божьей помощью все наладится. - Подытожил Эндрю. - Но почему вы не захотели выходить замуж, леди Ренэйт? Неужели ваш отец нашел кого-то ужасного вам в женихи?   - Нет, что вы. - Девушка грустно улыбнулась. - Браки заключаются на небесах, разве может быть в этом что-то ужасное? Но дело в том, что как жена я буду обязана последовать за своим супругом в его земли, войти в чужую семью. А я не хочу расставаться с Винзеном и его людьми. И с близкими не хочу. Бенни как вышла замуж, так только дважды за год к нам приезжала. Я не выдержу такой разлуки с отцом и тетей с дядей. Уж как без Руппи нам было грустно, а потом еще моя старшая сестра. Не представляю, каково мне будет одной в чужих краях. Мое место там, где я родилась. 

- Был, леди Ренэйт, был. Иногда мужская душа попадает в женское тело и наоборот. Церкви такие случаи известны с древних времен и предосудительными не считаются. Нету в этом ничьей вины и нету в этом греха. А учитывая те чудеса которые произошли с Рупертом, остается только за него порадоваться. И я в этих чудесах явно вижу благосклонность Божию.   - Так тяжело привыкнуть, - тихо вздохнула девушка. - Но да, воистину, это чудо Господне, ведь наш род теперь не угаснет потому что нет ни одного наследника мужского пола. Тетя Анна больше не может родить, а отец вряд ли на ком-нибудь снова женится. Одна надежда на Руппи теперь.

А долго ли он раздавал имущество и остались ли после этого бедные в вашем графстве? - С невинным видом  поинтересовался преподобный.   - Если я все верно помню, - задумчиво протянула Ренэйт, не совсем понимая, почему преподобный интересуется, - основную часть в виде недвижимости и земли распределили по нескольким богадельням и приютам. Святые реликвии передали в Монастырь, а для драгоценных чаш, шкатулок и других подобных вещей - нашли покупателей, чтобы, опять же, вырученные средства передать в благотворительность. Честно говоря, я не особо вникала, лучше вам спросить у Руппи. Он проводил много времени с Роланом, так что должен знать в точности. - Девушка тепло улыбнулась. - Руппи всегда была его любимицей. Ой...

Мне повезло с ним, а ему со мной - я тоже люблю повеселиться, а он помогает мне творить добро и вместе мы ищем ответы на загадки мироздания. Учитывая, что последний ангел которого мы встретили в Лондоне кормил свою паству человечиной, из лучших побуждений, разумеется, не могу не радоваться своему партнеру.   - Господь милосердный! - Воскликнула девушка и перекрестилась. Ангелы-людоеды. Или склоняющие людей к людоедству? Одно другого не лучше. Ренэйт вздохнула и решила слегка сменить тему на более приятную. - Вот бы Его Преосвященству Ролану такого помощника, как у вас. А то он, бедный, совсем один посреди жестокого мира. То есть, он уже не Преосвященство, - поправилась молодая аристократка. - После того чуда, которое случилось с Руппи, на него снизошло озарение, и Ролан сложил с себя сан епископа. Как вы, раздал все свое имущество бедным и сиротам, а сам отправился по миру - чтобы помогать нуждающимся, нести Божье благословение непросвещенным, и делать мир вокруг чуточку лучше в меру своих сил. Святой человек!

Ангелы нуждаются в нашей помощи, люди нуждаются в нашей помощи, а мы слишком слабы, чтобы помочь хотя бы самим себе. Кто-то видит в этом повод для того чтобы отвратиться от добра и начать жить в свое удовольствие, я же считаю, что мы должны поддерживать то доброе что есть вокруг, по мере сил низвергать зло и оставить мир после себя лучше, чем он был до нас.   Ренэйт изумленно слушала откровения преподобного, размышляя о сказанных им словах. Ей встречались разные люди. Кто-то не верил в Бога и ангелов. Кто-то сетовал, что им нет дела до простых людей. Кто-то превозносил их как высших существ. Но чтобы сравнивать посланцев с Небес с детьми... С другой стороны, она своими глазами видела, как молитва священника исцелила ее кузена. Наверное, преподобному лучше знать, раз он заручился поддержкой ангела.    - А этот ангел, он говорит с вами, отец? - Девушке было очень интересно. - Какой он? 

- Говорить что все падшие превратились в демонов примерно то же самое, что называть всех людей злодеями. Известно, что люди совершают злодеяния. Но есть люди которые этого не делают. То же самое и с ангелами. Что же до Господа - я не знаю за что он будет карать, а за что не будет. Я использую полученную силу для того чтобы служить Богу и спасать людей. Если мне предстоит суд после смерти, я готов к нему. Для очистки совести, добавлю, что договор я заключил до того, как стал священником. И мой ангел не требует от меня ничего, что могло бы быть богопротивным, он и сам по Богу сильно скучает.   Рука девушки потянулась к груди, пальцы погладили спрятанный под одеждой нательный крестик. Последние слова преподобного вызвали щемящее чувство сострадания к бедному ангелу.   - Так значит, библейские сказания, где ангелы приходили на помощь или с вестями к святым людям - они про людей вроде вас? Тех, к кому снисходят посланцы Божьи, даруя Его благословение? - Ренэйт подняла на священника голубые глаза. - Вы, наверное, очень хороший человек, преподобный Эндрю, раз ангел выделил вас среди всех прочих. Я вам завидую, хотя и знаю, что никогда не буду достойна такой милости. Но ведь служить людям можно по-разному. - Девушка грустно улыбнулась. - Даже обычные поступки могут показаться кому-то чудом, если сделают его жизнь лучше.

- Я заключил договор с падшим ангелом, леди Ренэйт. - Пояснил Эндрю. - Из за того, что многие падшие после перенесенной муки превратились в демонов, людей подобных мне преследуют арканисты, а оборотни впадают в ярость от одного нашего присутствия. - Священник слегка улыбнулся и подмигнул девушке. - Разумеется, это большая тайна и секрет. Но Арканум уже в курсе о моей особенности, и предпочитает закрывать на нее глаза, пока от меня есть польза. А реакция оборотней неконтролируемая, поэтому проще и для нас и для них не пересекаться.   - А, так вот о каких демонах упоминал Руперт... - протянула девушка, вспомнив слова брата три дня назад. - Так значит... Если ангелы превратились в демонов, то получается... - Немка нахмурилась, наткнувшись на непонятную и пугающую мысль. - Простите, если лезу не в свое дело, но не значит ли это, что вы заключили договор с демоном? Но вы же священник! Разве Господь не покарает за это?

Во время ужина, аристократы переговаривались обо всем и ни о чем с друзьями. Обсуждать дела пока не хотелось - зачем портить аппетит, если можно просто перевести дух? Однако когда чувство голода было утолено, и священник покинул стол, Ренэйт покосилась на кузена с его невестой и решила деликатно оставить их вдвоем, чтобы не мешать беседовать. Прошелестев юбками, девушка прошла к ручью, ополоснула руки и присоединилась к священнику, присев рядом на дерево.   - А почему вам нельзя идти дальше, преподобный? - Стараясь не показаться навязчивой, легким тоном поинтересовалась немка, глядя на звездное небо. - Вы с оборотнями не ладите?

Он пригубил напиток, поставил бокал обратно, ухватил кусок мяса двумя пальцами и поднялся. - Благодарю за ужин, - развернувшись, он сунул мясо в рот. - Увидимся на рассвете, - бросил он, уходя куда-то в кустарники.   "Совсем одичал, бедненький", подумала Ренэйт, успевшая отметить про себя и дворянский герб, и перышко в волосах. Похоже, с индейцами у Ника было что-то личное, оно чувствовалось в его горьких словах, как чувствуется терпкий дубовый оттенок в богатом букете вина. Отпив из стакана, девушка отрезала от куска мяса очередной маленький кусочек.    - Руппи, ты ведь не станешь ввязываться в дела с этим рабством? Ты ведь даже не англичанин.    - Не хотел бы. - Юноша обеспокоенно взъерошил волосы. - Я бы предпочел оставить это Кристоферу, пусть он разбирается. Наша задача - выяснить, что там с оборотнями творится.