OZYNOMANDIAS

Уии, вот это тема :з Соу, вот кэн ай сэй? Я могу только предложить ряд игр, особенности которых запали мне в душу. Enjoy the meal ^^ 1. Arcanum – ну, это практически шедевр ФРПГ. Её два минуса – это как раз наличие огромных незаселенных территорий с рандомизированным лесом и наглыми рожами мобов-суицидников типа "Хилый волк" (от наматывания кидометража по которым спасает своеобразная фишка вроде быстрого перехода, в ходе которой бег по территории осуществляется в быстрой перемотке – правда, периодически герой спотыкается о тех же самых гребаных мобов) и ГРАФООООООН, который, в ходе последних исследований вкусов игроков старше шестого класса, уже не баг, а фича. В обмен на эти два сомнительных косяка мы получаем просто сотни игронефти, которой так не хватает в других рпг: • Действительно открытый мир, исследование которого доступно с самого начала – пусть и порой сопряжено (если ты хитрый и опережаешь сюжет) с ПРОСТОВРОТМНЕНОГИ какими трудностями, которых, в ходе прохождения простынок сюжета, в принципе не будет; • Атмосфера, на которую грамотно наложен сюжет, который как раз имеет вариативность решений и разные финалы (в 2001 году-то, да чтобы финалы зависели от действий игрока НА ПРОТЯЖЕНИИ ВСЕЙ ИГРЫ, а не прямо перед финишной чертой – это мощно) – это просто что-то с чем-то. После этой игры реально втягиваешься во вселенную стимпанка, при том, что он там абсолютно не навящевый. Фичи с персонажами – например, бывший профессиональный стрелок с убероружием, вступивший в секту, принявший пацифизм и отрезавший указательный и средний палец дабы соблюдать заповедь "Не убий", или криптозоолог, который гонится за легендой о Великане Тихих Вод, или слепой мастер уклонений, которого вероломно лишили глаз – боже, с ними надо просто столкнуться. • Кастомизация персонажа, действительно проработанные спутники со своей историей и своим мировоззрением, а также балансирование между наклонностями к магии или технологии – все это реально приносит ощущение погруженности. Например, есть дверь, которую можно взломать, сломать, взорвать (например, динамитной шашкой), открыть заклинанием, открыть ключом (там же выкрасть ключ, обменять ключ, выпросить ключ и т.д.). И это – только одна дверь. Одна. Гребаная. Дверь. И так – со всем, что тебе попадается под руку. Даже в диалогах можно ответить грубо в любой момент, что-то вроде "Я, пожалуй, выжму всю кровь из твоего мерзкого тела!", когда богоугодный няш-священник предлагает тебе памфлет о вере в Насрудина. Или вариант сделать персонажа с интеллектом 2 – и смотреть на чудесные строки диалогов типа "Я ЕСТЬ ВУМНЫ, АСЬ?", получая за выполнение заданий по 15-30 золотых вместо 100-250 ^^ • Много фич, лулзов и отсылок. Для меня это важно в игре, ибо хорошо и тонко шутить можно даже в самом мрачном сеттинге, и без юмора мир в принципе не реалистичен. Например, ведущий промышленник по производству паровых машин Гилберт Бейтс (первые буквы решают), или эльф, который жизненно важен для квеста и ССУКА ОСОЗНАЕТ ЭТО, просто троллируя игрока и отвечая односложными бессмысленными ответами типа "Скажи мне, где столица эльфов?" – "На деревьях." – "Где на деревьях?.." – "В лесу", чем вызывает просто взрыв нервов у некромантов, которые прибивают гада, вызывают душу и так по-доброму "НУ ЧТО, УБЛЮДОК, ААА??!?? АА?!?! КАК ТЕБЕ, МАТЬ ТВОЮ?!?" Фух. Чет как-то много вышло на один Арканум >,,< Ладно, остальные игры подождут, пока у меня семинар не кончится xD

Ну что, нацистский спецназ ревностно ликвидирует последних представителей армии и прямых участников военных действий FOR GREAT JUSTICE!!1!!1! А на самом деле тупо выпиливают самцов, чтобы потом высадиться на Боро-Боро и провести мафию по шоу "Холостяк", хитрые ррожи!!! xD Короче, всем спасибо за игру :з Жалко, конечно, что мой интернет начал выписывать такие вот выкрутасы с начала логички, а перед этим навалившийся реал и пост-реаловые хандра и прострация, усугубляемые Дарк Соулсом и Бордерлендсом, не дали мне по достоинству отрыгать отыграть с вами (черт, опечатался, но так достойно, лол) ^^ Мирные, как обычно, зэ бэст :з Мастер над нами, море под нами, трупы в чулане – вперед, горожане ^^ А теперь трекан, под который я отключался от Лобо и настраивался на простынки за Роджерса :з Всем бобра! Аве, Мастер! Идущие на эпилог приветствуют тебя!..

Капитан хмыкнул.  Было ощущение, словно пассажиры делятся друг с другом своим мнением на какой-то радиочастоте, вроде бы что-то обдумывая, но, в то же время, ничего не обговаривая. Об этом Роджерс рассуждал просто – кто меньше всех говорит, тот больше других чего-то боится. И запертые с ними на корабле нацисты определенно не стали бы много болтать – только сопровождать каждую новую жертву сочувственными взглядами и вздохами. — Фрау Майер, — твердо сказал Стив, — ваш ответ не содержит совершенно никакой информации. Вы ссылаетесь на слова Торнтона, как на слова невинного пассажира, чтобы его труп защищал вашу позицию? Похвально, — он хмыкнул, — но, как по мне, совершенно бессмысленно. Фрау Майер, может, вы не поняли – сейчас я открыто обвиняю вас в вашей причастности к гибели нескольких пассажиров "Антилии", а вы даже не собираетесь противопоставить мне хоть что-то. Кроме, разумеется, слов погибшего Торнтона. И я прошу остальных, — Стивен оглядел собравшихся, — поддержать меня. Может быть, я не гений в разгадке задачек, но опыт нахождения среди мафии нацистских шпионов дал мне нюх на действия, которыми они могут защищаться в критической ситуации.

Оки-доки :з Это не то слово, которое заимствовано из идиша. Это слово, сокращенное от "пацан" (что означает как раз "мальчишка" и "подросток"), и используется в том же контексте. Да, само слово "пацан", возможно, кривое, даже позаимствованное, но черт, оно вообще не используется как МПХ – благо уж для этого слова есть вполне себе достойные альтернативы. По крайней мере, оно не используется в этом плане сейчас. Нигде. Как и его сокращенная форма. Насчет расцвета или упадка культуры, как и расцвета или упадка самого языка, здесь можно спорить бесконечно. Для меня любое обновление и изменение в языке – это необходимая эволюция, пусть и не литературного ядра. Я же не говорю, что слово "поц" непременно нужно вписать золотыми буквами в словарь Даля, верно? Я говорю, что сейчас, и на несколько поколений вперед оно будет использоваться именно так. Как бы кого это не коробило, лол.

Стивен рассуждал над сложившейся ситуацией, крепко задумавшись, и отчаянно надеялся, что в его голову наконец придет некая светлая мысль. Даже темнейшая ночь заканчивается – он услышал это давно, и сейчас был готов поставить многое за то, чтобы увидеть сказавшего это: уж он-то определенно имел тот опыт, которого ему сейчас не хватало.  Нужно было научиться строить мосты из мыслей и строк, а не ползать по паутине догадок. Фьюри, поправляя повязку на глазу, всегда говорил: "преступник – это хреновый актер", и Роджерс был уверен, что этими словами сержант не оценивал мастерство отдельно взятого артиста. Скорее, он имел ввиду либо внимание, которое этот актер к себе не привлекает, либо нервозность действий, которые должны уводить от основной мысли повествования. — Кхм, — решил заговорить Стив, оглядев собравшихся в баре и выразительно кашлянув в кулак. Меган, которая, как ему показалось, посмотрела на него, была удостоена теплым, чуть смущенным взглядом. — Я тоже подозреваю мистера Монтану. Но если его тактика вызывает у меня сомнения, то... — он повернулся к Терезе, будто бы нарочно отсевшей за самый дальний стол, — то действия фрау Майер кажутся мне еще более подозрительными. Она пытается привлечь к себе как можно меньше внимания, при этом показать какое-никакое участие в происходящем. Словно отвлекает нас от мысли, что запятнала свои руки. После этого капитан многозначительно посмотрел на Терезу, скрестив руки на груди. Конечно, Фьюри бы сумел сделать более хитрую логическую цепочку, чем Роджерс – на то он и был секретным агентом, призраком американских интересов. К тому же Ник однозначно воспользовался бы "популярностью" Майер среди остальных пассажиров, чтобы скомпоновать обвинение.  Стив был не таким. Как ни крути, он был солдатом.

Именно.      Я знаю (точнее, давно слышал, но не придавал этому значение), что такое "поц" на идише, и, кхм, ты как бы единственный, кого это покоробило :з А остальные приняли это слово с тем смыслом, который я в него изначально вкладывал ^^  Я не еврей, и для меня использование слова "поц" ассоциируется с сокращением от "пацан", да. И я как бы носитель русского языка, сленговые изменения в котором также неизбежны, как и в любом другом, а потому я вполне могу их использовать так, как посчитаю нужным; в противном случае, если следовать принципу созвучия, то и старое доброе слово "щит" можно ассоциировать исключительно с дерьмом, мутсера.  Так вот, мне как бы без разницы, что значит слово "поц" на другом языке, если на моем родном оно используется иначе – пусть даже в качестве жаргонизма/сленга. Но уж в качестве оскорбления или ругательства оно всяк не используется. Шендерме? ^^

Мой голос в 8:44 – штука, которую я обговаривал с мастером, тк был уверен, что меня до вечера следующего дня в интернет-среде не станет. То есть я просил его подскочить в пять утра и выложить мастер-пост, но он почему-то поленился и разрешил написать до его каракулей ^^ У меня карма постоянно привлекать внимание к словам и действиям, в которое отдельные люди вкладывают более каверзное значение, чем весь остальной мир и молодежная среда в целом?  Продолжение известного сериала "Вова-заткнись" xD Ща поправлю, знаток :з

Такс такс такс што тут у нас? Мемы мемчики мемы наканец-та Ща я доберусь до дома (оооо, с перваками получился просто шедевр) и отпишусь. Вотъ :з

Следующий день первого голосования Всё, что начало происходить на корабле, застало Стивена врасплох – спящим после долгой бессонной ночи. Или нескольких ночей? В любом случае, он чувствовал себя неважно, и новости "Антилии" доходили до него медленным, степенным шагом. Не успел он более-менее свыкнуться с мыслью о предстоящей "работе" в Бразилии, только-только отошел от своей смерти на газетных обложках – и судьба подкинула ему очередной ребус. Который, впрочем, благодаря настоявшейся за пару дней ополовиненной бутылки виски, он принял стоически. Стоило сделать выбор, особо не вникая в происходящее. Да, тяжело и, возможно, необдуманно, но способность удачно действовать наугад – одно из немногих наследственных качеств, полученных Роджерсом от отца. — Некоторые вещи нельзя скрыть или приукрасить, — тяжело покачал он головой. — Хотя сейчас, наверное, во мне говорит ненависть прошлого. Стив взял листочек бумаги и написал на нём имя. Макс Монтана. Наверное, единственным его достойным получателем мог стать Санта Клаус, но капитан, покинув каюту со своим письмецом, прошел мимо бара – всё-таки это место было довольно популярным на корабле – и оставил записку на одном из столиков. Он не был уверен, что кто-то заметил этот жест, но в этот момент Роджерсу было далеко не до этого.

А СПОНСОР МОИХ ПОСТОВ – ПОЗИТИВ @@@ ПОЗИТИВ – НЕ ХОЛЕРА, ЗНАЧИТ ТИФ ^^

Последние несколько дней оказались тяжелее, чем Роджерс предполагал. Конечно, неожиданная теплота встречи рыжеволосой красавицы Меган грела измученное войной сердце капитана – но, как оказалось, перед долгим исходом в страну ледяного кошмара, сошедшего наяву со страниц приказов, полученных Стивом от Фьюри. Новых приказов для старого мертвеца. Данные, которых касался пытливый взор Роджерса, были собраны в результате долговременной разведывательной деятельности ЦРУ, чьи агенты сейчас гнили среди тропических лесов Южной Америки. Перечисление операций, оценка потерь, расположение возможного противника и тайники – активная работа агентуры обеспечила Пентагону огромный потенциал в искоренении красной коммунистической угрозы, пока медвежья пасть сковывала страхом всю только что освобожденную Европу. Очевидно, что, негласно воюя с СССР в грядущей гонке сверхдержав, обжигаться тылом на пламени революции американский центр абсолютно не собирался: наоборот, его задачей был полный контроль действий тех стран, которые в ответ на ядерную угрозу со стороны США не могли ответить ничем, кроме ответного залпа вилами и факелами. Нет, это была не угроза – это было превосходство, которое нельзя было оспаривать – или ты с нами, или ты с ними. А тот, кто с ними, будет гореть под нашей пятой. Эти неспокойные мысли блуждали в голове капитана, и он старался не покидать каюту, иногда только выходя за очередной порцией еды или кофе. Попадаться на глаза девушке, которая явно была ему небезразлична, в таком подавленном виде Роджерс совершенно не собирался, как и разговаривать с остальными пассажирами "Антилии": он был полностью сфокусирован на изучении предоставленных данных, все глубже проникая в пучину безумия. Теперь по ночам его мучили кошмары, порой перетекающие в воспоминания о войне, об убитых и искалеченных её перемалывающими челюстями людях, и он просыпался в холодном поту. Враг был повержен, а "коричневая чума" исцелена огнем и мечом – но только для того, чтобы сменить один стяг на другой. А методы... Методы остаются теми же. ...Ночь была суровой, и пальцы сковывал ломящий кости холод. Под ногами скрипел снег, белой пеленой застеливший мертвый лес с голыми черными стволами, поэтому отряд продвигался сквозь него осторожным шагом, двигаясь за ведущим след в след. Вокруг звенел морозный воздух и царила гнетущая тишина, и Роджерс чувствовал, как за его спиной дрожат от озноба и уповают на незримого бога солдаты, сжимая в руках холодную сталь винтовок, пока он, будто ослепленная бабочка, вел их на мелькающий свет. На его губах уже запеклась кровь, вкусом которой пропитался уже сам воздух над растерзанной нацистами землей, а в глазах стояли огненные всполохи, разрывающие небо с любой стороны, куда бы он не посмотрел. Капитан уже видел многое, что было принесено в жертву ненасытному богу мировой войны – от кровавой дани, собранной свинцовым дождем, до объятых пламенем и скорбью городов, разрушенных силой слепой муравьиной жатвы. В госпиталях он видел обрубленные руки и ноги, смотрел в глаза умирающим от ожогов и выплевывающим свои лёгкие солдатам. Там не пахло кровью. Там пахло разложением. Это были храмы смерти, в которых раненые лежали вперемешку с гниющими трупами и невольно вдыхали смрад их отравленных тел. Тогда Стивен понял, что хочет умереть и сгореть в слепом огне фронта, чем медленно сдохнуть, варясь в разлагающемся воздухе среди обездвиженного гнилого мяса. Он знал, что герои не погибают в госпиталях. Тогда он еще не знал, как погибают герои. Впереди послышались голоса, оборванные зашумевшим ветром и расстоянием: несмотря на это, капитан легко определил язык. Немецкий. Значит, разведка доложило точно – нацисты переправляли военнопленных через эти места, перегоняли в один печально известный лагерь смерти на западе отсюда. Много ли сопротивления можно получить от измученных условиями жизни концлагерей, которую в самых позитивных хрониках будущего опишут как "скверную"? Для фрицов это был скот, ведомый гвардией псов на скотобойню. От них уже несло смертью за версту. Видимо, колонна остановилась здесь на ночь, переждать мрак, а этих выставили в качестве дозорных, часовых, а заодно и сторожей исхудалой толпы мертвецов, цепляющихся за жизнь тонкими, как соломинка, пальцами. Капитан подводил отряд все ближе, чутко рассматривая очертания заметно поредевшего леса. Немцы перед ним продолжали говорить, обмениваясь четкими и выверенными, как винтовочный выстрел или щелчок заводных часов, фразами. Это был народ гениальных механиков, считал Роджерс: плохо только то, что теперь они, облаченные в черную форму, были механиками смерти и чинили всё человечество. Нужно было снять часовых, и Стивен, подбираясь к во мраке к их силуэтам, осторожно вытащил штык-нож и поудобнее перехватил его. Как и любая другая месть, его лезвие было холодным, и теперь оставалось только надеяться, чтобы в нем не отразился случайный свет. Капитан был напряжен, поэтому не сразу уловил шум скребущих землю лопат и тяжелый звон цепей, бьющихся о оледенелый грунт: уловив его, он чуть приподнялся, надеясь увидеть его источник. И замер. Несколько десятков людей, грязных, истощенных и скованных цепью держали в руках лопаты, копаясь в твердой от мороза почве. Это были мужчины – видимо, самые выносливые из тех, кого могли предоставить в концентрационном лагере. Облаченные в робы, они дрожали от холода и часто кашляли, стараясь закрыть лицо рукой: они еле поднимали инструменты, выданные им надсмотрщиками, и с трудом раскапывали землю, после чего вытягивали из неё что-то и бросали назад, в темноту. Как и положено, между ними ходили нацисты, дулом автоматов придавая сил своим работникам. Всё происходило в спешке, словно фрицев гнал взашей сам фюрер, и даже по лицу немцев было заметно, что они нервничают. И, когда Роджерс разглядел то, что узники вытаскивали из-под земли, он понял причину их нервозности. — Shnelle! — раздалось в темноте, и один из копателей, получив удар от надсмотрщика, упал на колени. Выронив при этом только что выкопанное полусгнившее тело с перекошенным лицом. И тогда один из нацистов медленно обернулся к Стивену, замершему с ножом в руках. Капитан перевел взгляд с раскапывающих трупы заключенных на лицо заметившего его часового, и с ужасом узнал в нём сержанта Фьюри.  — Ты опаздываешь, капитан Роджерс, — оскалился сержант. — Мы выкопали всех. Теперь осталось только сжечь трупы. Позади Фьюри взметнулось яркое пламя, поглощающее плоть и кости эксгумированных. Капитан выдохнул и почувствовал сильный толчок в спину, сбивший его с ног; потеряв равновесие, он упал и покатился в самый центр костра, не в силах остановиться. "Сжечь трупы, капитан." Сжечь трупы... Сжечь... Роджерс резко поднялся, задыхаясь на кушетке своей каюты. Немного посидев, он понял, что все еще находится на "Антилии", окруженный страницами из конверта Фьюри. Допив давно остывший кофе, он тяжело поднялся и начал собирать данные. Воспоминания о первом столкновении с "Sonderaktion 1005", также известной как "операция эксгумации", врезались в память Стивена сразу после той ночи и не оставляли до сих пор. Раскапывая массовые захоронения и сжигая трупы, нацистские гении, как потом узнал он, избавлялись от хвостов "операции Рейнхардт" – государственной программы Третьего Рейха по систематическому истреблению евреев и цыган. Улики отвратительных военных преступлений уничтожались еще более отвратительным военным преступлением. Стивен бросил взгляд на поднятый лист и вчитался в его строки. "Мертвые единицы по данным координатам должны быть обнаружены и уничтожены для сохранения секретного статуса операции". На словах – необходимость ради своей страны. По факту – прямой приказ совершить то, против чего он боролся за целый океан от дома. Роджерса пробрал холод. Закончив собирать документы, он вышел из каюты и решил пройтись по кораблю, надеясь разогнать всё это.  

Идейный вдохновитель? Я не знаю ^^

Монолог Дарт Аурелии в одной картинке :з Хмм

Тот момент, когда ты понимаешь, что твой персонаж застрял в текстурах и его уже ничто не спасет :с

- Лобо не стоит   мелочиться на  15 тысяч  кредитов  ибо тебя  в  итоге  ждет   миллион  кредитов,    такое  заманчиво и длинное число,    с  шестью нулями.   Реальный Мужик не отличался особенными способностями в математике, если не считать как-то доказанную на спор с одним бородатым пожилым мужиком, которого сам Лобо называл "Пельменьман", гипотезу о том, что связное, односвязное, компактное трехмерное многообразие без края гомеоморфно сфере S кубической. Причем когда наёмник это сделал, Пельменьман выбежал из своей халупы, выкрикивая что-то о "доказательстве Пуканкаре" и скрылся в неизвестном направлении. Из-за количества выпитого охотник за головами так и не вспомнил, что это за планета, и за проигранным в споре миллионом кредитов – проклятое число – так и не смог вернуться. Так вот – несмотря на то, что наёмник не отличался особенными способностями в математике, он определенно знал, что ноль это ничто. А шесть нулей – это одно большое шестикратное ничего. Особенно тогда, когда этот миллион значился исключительно в воздухе. — За свой миллион я уже принес ту штуку, которую поручено, — хмыкнул наёмник, — даже ради этого съев – нет, не собаку. Или собаку, если та была резиновой и при этом мертвой, — он звучно отрыгнул. — Так что давай, раскошеливайся за профессионала.

Я таки отредактировался О.О Фигня какая-то вернулась >,,<

- Лобо   нам  тут  нужен третий  нет  для того, что  пройтись по барам, а чтобы сходить в  Оксигенетику.    Составишь нам компанию   Наёмник лениво поднял взгляд на окликнувшего его зеленого парня, которого всё никак не вывернет наизнанку, и поначалу прикинулся, что спит. Поначалу у него это получалось отлично – правда, глаза были чуть широко открыты, и немного выдавала сжатая зубами сигара, – но потом Лобо решил прикинуть, что вообще могло поднять его сейчас с байка, прижатого к своему седлу грузами ответственности, самодостаточности и двух-тире-двадцати литров влитого вовнутрь пива. Среди таких причин значились только простой высокооплачиваемый заказ и готовая на всё и даже больше милашка, вроде тех девочек, которыми Реальный Мужик в Красном Квартале был укрыт, словно охотник в шкурах добытых зверей. И то – для девушки в стоячем положении требовался даже не весь Лобо. — Ну, — многозначительно хмыкнул он, потирая живот, — если это не поход по барам, а посещение какой-то непереводимой непроизносимой хрени, то это вполне попахивает заданием, — по-деловому указал на суть проблемы наёмник и, обнаружив, что требуется более прямолинейный подход, буркнул ругательство и открыто спросил: — Скока заплатите, а? Разумеется, бесплатно Реального Мужика вряд ли что-нибудь подняло бы с места. Хотя... Ведь это были его напарники по добыче миллиона кредитов, с которыми ему предстояло пережить множество борделей и бутылок, разгуляться на множестве планет и перепробовать целую гребаную гору жареных сапог Аурелии. Всё это, безусловно, требовало особого отношения к проблеме. — Ладно, — буркнул он, — тысяч десять-пятнадцать – и я с вами, щенки. Поистине, предложение было божеским. Аминь.

Ну, нет. Но теперь, зная тебя, не знаю xD А что такое? :з

Вот один Лобо всех любит, изверги >,,< да уж, звучит это в одном предложении очень даже интересно xD

O,,O Ну, может, потому что он... сексуальный? ^^'

Кракен, солнышко, поясняю: каждый пишет так, как может, хочет и как ему удобно. Не надо всех подгонять под одну гребенку, мы тут не за этим ведь собираемся, и тем более не надо рассыпаться в критике, причем не в первый раз. Или ты считаешь себя просто в рот тебе ноги каким гениальным игроком и писателем? Или, может, мастером игры, раз возмущаешься формой оформления текста других игроков? Даже если так, то от того, что ты каждый раз обращаешь внимание на одну и ту же особенность человека, ничего, как ты видишь, не меняется. Следовательно, либо это бесполезно, либо твои слова не имеют, мать его, никакого влияния на атакуемого твоим ЧСВ юнита, и в обоих случаях наиболее приемлемым решением будет "Have a nice cup of shut the fuck up". Подобными своими постами ты раздражаешь людей куда больше, чем Тираэль – своим отыгрышем. Я серьезно. For Great Justice, ага.

Блотва, Спальня Лобо Общая Каюта Пока его напарники, которых скорее можно было назвать "сокамерниками по несчастью", прибывали на корабль, Лобо, удобно расположившись на байке, абсолютно абстрагировался от всей той чуши, которую они несли. Он не замечал практически ничего, даже задремал, а во сне прыгал на космических дельфинах вокруг двух огромных скрещенных бананов малинового цвета, которые медленно увеличивались, а затем превратились в световые клизмы; очнувшись от этого ужаса и проверив сохранность заднего прохода методом сравнения задницы с пальцем, Реальный мужик начал потихоньку ловить слова группы, которыми они обменивались не очень-то охотно. Решив, что услышал достаточно, все оставшиеся прения наёмник воспользовался зарекомендовавшим себя пальцем и занимался... ...очень важными делами. — Это ведь все херня, — авторитетно заявил он, не поднимая головы. — Мама-Горилла просит найти свою жену? Ге-рон-то-го-мо-зоо-филия, — выговорил он в нос, ибо заветный мизинец неожиданно – или ожидаемо – застрял. — А если еще и грохнуть её, то получим сверху "некро-", мать его. Хм, — охотник за головами прикинул в уме звучание нового слова и неодобрительно покачал головой. — Если произнести это вслух, то можно вызвать нетолератного Сатану, бу-э, — Лобо открыл рот и запустил в него два пальцы с той же руки, где находился и заветный мизинец. Затем, решив, что нужно хоть как-то отозваться насчет плана в целом, наёмник, не вытаскивая пятерную из труднодоступных мест, дружелюбно проговорил: — В офем, ваф фван – говмо. Раздался мокрый шлепок, и Реальный Мужик вытащил руку, чуть не сломав мизинец и хмыкнув. После этого, шумно вдохнув и набрав целый шарик склизской жидкости, он выпустил заряд гайморита в потолок. Тот, немного повисев там, незамедлительно плюхнулся вниз и Лобо, как обычно, поймал его ртом. Чуть посмаковав, он продолжил: — Короче, мне накласть. Это дерьмо не стоит особых размышлений, а вот то, которое скопилось у меня в кишках – стоит, — наёмник похлопал по животу. — Если выбирать между охотой за очередной сраной головой и толпой палящих в тебя придурков, то я выбираю две пушки и хреначу в оба ствола. Да, это по мне, — улыбнулся он.

Ранее... Предложение Меган присесть было с радостью, пусть и с небольшой неуверенностью, принято: всё-таки отвлекать девушку от её обязанностей ему казалось хотя бы бестактно, тем более, когда у неё наверняка есть чем заняться. Однако Роджерсу казалось, что она бы не предложила остаться здесь, если бы у неё было много работы, и без лишних слов отправила бы его восвояси. — У тебя здесь... уютно, — оценил обстановку капитан, рассматривая медицинский пункт. — Часто принимаешь больных? Сам Стив болел редко и начал часто посещать лазареты уже на войне, попадая в руки врачей с пулевыми отверстиями и осколками гранат. Поначалу это скрывалось – никому не хотелось, чтобы Капитан был уязвим в глазах врага, а затем деятели пропаганды решили, что показать остальным солдатам, что их герой и кумир также смертен и может истекать кровью, но несмотря ни на что бросается в гущу врага и всегда идет впереди других солдат... Да уж, это заставляло других преодолевать себя и требовать от своего бренного тела подвигов. Кушетка, на которой он сидел, была достаточно жесткой, но Роджерс, чувствуя себя совсем не в своей тарелке, абсолютно не мог расслабиться. Ну что, что он делал в медпункте, если физически чувствовал себя совершенно здоровым, не унимался разум, пока Стив переключился с обстановки на куда более привлекательный объект изучения – милую рыженькую девушку – и совсем не сводил с неё глаз.