Фрэнки

Выдавив хриплый смешок, Джек, оперившись ладонью о стену, встал на ноги.   Плечо кровоточило. Он чувствовал голод.   - Я в порядке, - ответил он на вопрос Эсмеральды. - И если нам не встретятся по дороге ещё представители местной фауны, то я буду чувствовать себя даже прекрасно.

Если бы он был жив, то кровь из свежей раны на плече, наверно, брызнула фонтаном, окрасив белые стены кабинки алым цветом. Так грубо и одновременно аккуратно. Красота в хрупкости бессмертного создания.   Навредить, но не бросаться опрометью. Посмотреть что внутри, но сохранить отголосок жизни. И среди смертных кроме инквизиции сородичам есть кого бояться.   Лишившись защиты затемнения, Джек взирал на рыжеволосую женщину. Красивый образ был искажён деформациями в виде торчащих из бледно-розовой плоти костей, жуткого пирсинга и шрамов. Вместо левой руки был коготь с глазом, который уставился прямо на фигуру носферату, игнорируя рядом Эсмеральду.   Джек ухватился за рукоять меча. Женщина кинулась навстречу ему, замахнувшись когтем. Лифт затрещал, он падал вниз.   Не повезло.       С дыр на потолке разломанного лифта стекали маленькие багровые капли. Лампочка потухла. Где-то вверху раздавался знакомый неприятный скрежет по стенам шахты, удалявшийся прочь.   Джек протёр тыльной стороной ладони щеку, чтобы вытереть капли крови. Чуть привстал и обнаружил рядом отрубленную руку по локоть той рыжеволосой женщины. Недоверчиво нахмурился, переведя взгляд назад к потолку.   Испугалась?   Отнюдь.   Не гончая, а как охотник будет выжидать более подходящего момента для поимки дичи.   Джек подвинулся в угол, где лежала Эсмеральда. Целая и невредимая, но всё равно с едва заметным беспокойством глазах осмотрел её, опустил ладони на плечи.   Он знал что делать.   Протёр ладонь об пальто, подобрал меч. Пальцами провёл по острию, на котором красовалась кровь… вампира? Нет. Живой инструмент вампира, который некогда был человеком.   Джек едва коснулся окровавленными пальцами губ Эсмеральды и замер в ожидании.

Джек нахмурился, бросил быстрый взгляд в сторону уже закрытого люка. Могла ли это быть… Но не успел он что-то сказать, как звук лезвия по шахте раздался уже над самим лифтом. Джек схватил Эсмеральду (кажется, за плечи) и прижал её к стене. - Не успеем, - прошипел он. Отпустил равнос и сделал тихий быстрый шаг назад, растворяясь с окружением. - Не двигайся, - и сам прижался спиной к противоположной стене. Сверху раздались шаги. Цоканье сапожек по железной поверхности. И затишье. Джек вытянул чуть вперёд голову, а затем… Потолок кабинки пронзило что-то, напоминавшее коготь с кровавыми жилками. Лифт пошатнулся, но продолжал ехать дальше вниз. Джек прищурился, заметив на жилках когтя маленький, едва пульсирующий мешочек, который оказался глазом. Оно вытаращилось в пустую стену и быстро пробежалось взглядом по кабинке. Кто или что не вонзило в лифт гротескную конечность, но через несколько секунд оно её убрало прочь. Для того чтобы вновь пустить в противоположный угол кабинки.

Железная коробка, закрыв дверки, повезла посетителей вниз.     И через несколько минут резко остановилась. Джек коснулся ладонью стены, чтобы не потерять равновесие и сощурил глаза, когда лампочка часто замигала.   Раз.   Два.   Три.   Потухла.   - Очаровательно, - без разочарования и удивления прокомментировал сложившуюся ситуацию Джек. Он проверил карманы пальто, которое ему дала Эсмеральда, вытащил телефон и включил фонарик. - План "Б"?

Что-то раздражённо хищное проскочило в бледно-голубых глазах канализационной крысы. Хищное и одновременно преисполненное удовлетворением, отчего Джек не мог не ухмыльнуться в ответ на удары девочки, которой лишили сладкого на ночь.   Впрочем, носферату также испытал досаду. И в первую очередь от того, что облик равнос оставался невидимым. Не насладиться... оттенками прекрасного.   - Чудно, - промурлыкал Джек, следуя за Эсмеральдой.     Первое, на что носферату обратил внимание в секретном холле, был, разумеется, упомянутый лифт, свет которого приглашал внутрь небольшой комнатки.   Джек тихо присвистнул.   - Дай угадаю... зайдём в лифт и окажемся на съёмках фильма Найта Шьямалана?

Женскую ладошку на миг сжали крепче. Требовательно. Свободная же ладонь Джека осторожно нащупала плечо Эсмеральды, провела вдоль шеи, пальцы нащупали подбородок, и острый ноготь чуть коснулся мягких губ.   Была ли это всего лишь игра, имитация влечения, азарт под натиском чего-то опасного, что затаилось в стенах госпиталя? Удовольствие от шаловливых провокаций и танцев на острие бритвы.   Иди ко мне.   Эхом в сознании звучит собственный голос. Слова, которые были сказаны… ночь назад? Слова, которые не должны были видеть своего перерождения.   Джек подался вперёд. Он не видел глаз своей напарницы, но ощущал близость её тела. Ноготь чуть надавил на нижнюю губу и, прикрыв веки, Джек наклонился ближе к лицу Эсмеральды…   …   … как вновь раздался неприятный скрежет где-то в холле, предупреждая о том, что погоню за сородичами не отменяли.   Джек тихо рыкнул и отпустил Эсмеральду.   - Ты что-то нашла? - перешёл к делу.

Ладонь носферату крепко сжала ладонь равнос, отчего маскировка первого рассеялась. На невидимую Эсмеральду с самодовольным умиротворением смотрел Джек, будто мальчишка, который узнал один страшный секрет взрослого.   Особенный секрет.   Но хитрая ухмылка на его устах быстро померкла.   - За мной кто-то шёл, - сказал угрюмо. - Не знаю кто, но что-то мне подсказывает, что в госпитале не так уж безопасно для сородичей, - и вновь он улыбнулся. - Хотя... если, конечно, твоё тело ещё не до конца омертвело и подобное известие тебя даже возбуждает, - нотка издёвки в голосе.   Будто мысленно обещает, что припомнит ещё равнос о том, что слышал.

А снятся ли действительно вампирам сны? Буйство ярких, незабываемых эмоций. Желания и страхи, что воплощаются явью в сознании крошечной вселенной, в которой цветёт кроваво-красный пион. Не воля умершей души. Не воля потусторонней сущности, что находится за гранью жизни и смерти - куда выше существ ночи, которые ещё зависимы от своей материальной оболочки.   Ощутила бы в этом что-то отдалённо знакомое Айла?   Когда сознание её металось между природой Зверя и Человечности. Когда она начала задавать себе сакральные вопросы о смысле своего бытия. Когда чувства священные становились ещё более хрупкими под гнётом времени, и она уже больше не могла продолжать войну своей проклятой души.   - Какой сладкий звук, - прозвучал довольный хрипловатый мужской голос над головой Эсмеральды, и что-то острое прошлось от подбородка к ключице. - Лисичка, - тихо прозвучало следом над самым ухом.

Холл безмолвствовал. Сконцентрировав своё внимание можно было бы услышать отдалённые голоса смертных - будто редкое завывание ветра сквозь щель чуть приоткрытого окна. Будто напоминание о том, что во внешнем мире ещё пульсировала жизнь, как гибло не ощущалось в потаённой секции госпиталя, где сейчас находилась равнос.   Носферату всё ещё не было.   Ни звука размерных шагов, не знакомого хрипловатого голоса и мимолётного блеска бледно-голубых глаз во тьме. Ни ладони с острыми когтями, которые осторожно касаются женского плеча.   Разве что…   Со стороны запертой двери в карантинную зону что-то приглушённо заскрипело. Звук напоминал, как если бы кто-то слишком резко повёл мелом по грифельной доске. Неприятный, режущий уши звук. Но если бы Эсмеральда решила ещё раз посмотреть в окно закрытого холла, то она никого бы не увидела. Осталось бы эхо неприятного звука и, вдруг, звон, уведомляющий о прибытии лифта.   Дверцы отворились, замигала несколько раз лампочка, приглашая в маленькую комнату.

Невидимкой в кресле никто не захихикал. Лишь безмолвно взирали в ту сторону, где раздался женский голос два маленьких осколка рубина изысканной трости с головой египетского бога, которая облокотилась к стенке книжного шкафчика рядом с рабочим столом. Ощущалось в ней… что-то магическое. Тяжёлое. Являлась ли она сосудом или вместилищем силы своего хозяина? И мысль соблазнительная для неоната - обуздать эту силу, невзирая на последствия. Рубины сверкали в свете угасающих фонарей и лунного сияния. Серебряная голова Анубиса под искажением света будто бы довольно ухмыльнулась. Кроме этого в кабинете ничего особо не привлекало так внимания. Полка с книгами (некоторые из которых были чуть выдвинуты вперёд) с римской нумерацией. Таблица Менделеева и чёрный клочок бумаги возле клавиатуры на рабочем столе. Белой ручкой на бумаге были записаны четыре элемента из таблицы. Li + Mg + O + H

- Зуб даю, что в кабинете Ривьера очень много всякой любопытной хрени, которую можно прибрать себе или продать за выгодную цену заинтересованным лицам коллекционного бизнеса, - тихо начал Джек, спрятав руки за спину и направив взгляд куда-то в сторону, прищурившись. - Ты и я – мастера скрытности. Карту госпиталя мы пока ещё не видели, но вряд ли будет сложно её найти. Как насчёт того, чтобы ты на себя наложила иллюзию, а я на себя - затемнение. Кто первый найдёт карту и кто первый дойдёт до кабинета Ривьера, заберёт себе то интересное, что у него там найдётся. Описание "игры" отдалённо напоминало аранта-шадур, столь любимое в обществе канализационных крыс в качестве досуга и оценки потенциала неонатов проклятого клана. За тем исключением, что Джек не против был поиграть сна острие бритвы, даже если он или Эсмеральда в процессе рисковали быть пойманными. - Впрочем, если ты не хочешь, - промурлыкал Джек, скорчив маску невинности на лице агента Цепеша.

До приятного сна с реками крови и духом озлобленной старейшины у них определённо оставалось ещё несколько часов.   - Придётся тогда тратить витэ и на меня, - заметил Джек на предложение Эсмеральды наложить иллюзию сразу на себя и него.   Не сказал, что идея плохая, но избежать лишней траты. Вопреки тому, что равнос дивно превосходила в родственной дисциплине носферату, а тому оставалось только слушать да болтать.   Плечи вдруг дёрнулись. Джек хищно улыбнулся.   - Как насчёт… небольшой игры? - в глазах зажегся дьявольский огонёк азарта.

В последние несколько ночей госпитали Аризоны приобретали более гротескный вид в воображение ещё молодого представителя клана носферату. Разумеется, за невозможностью полноценно охотиться в некоторых моментах после стычек с охотниками, другими вампирами или даже оборотнями волей удачи избежав окончательной смерти под тяжестью их когтистых лап, сородичи запасались пакетами с кровью, чтобы восстановить отголоски витэ. Кто-то выбирал это полноценным способом кормления, отказываясь питаться из живых сосудов. На памяти Джека - держались на такой диете сородичи недолго. Тёмные ночи, сотканные из красных ниток соблазна и вой Зверя где-то на задворках сознания. Теперь светлые здания с сияющими огнями прямоугольной формы, выстроенные строго в ряд словно кирпичики, напоминали фабрики, где не прекращались звуки бойни, как на мясокомбинатах. Исключением являлось то, что скот, который держали в клетках, умирал почти всегда беззвучно - в эйфории волшебной смерти. И разве это не хорошо? Они погибали. Но погибали с улыбками на устах, а затихающие сердца не сковывали цепи сожалений о прошлом или будущем. Волшебно. Техасский реабилитационный госпиталь Форт-Уэрта встретил лже-агентов тёплыми красками зелени и синевы вместе с оранжевыми просветами ночной смены. ♬

Есть что-то в людях, что может напугать даже бессмертных. Эфемерная ниточка, которая едва касается мягкой кожи духа. Маленький разряд тока бежит по стеклянным сосудам, огибает линию рук, плеч, шеи, вонзает зубы пиявки в сознание, оставляя неприятный осадок. Бессмертный смотрит с настороженностью на того, кто играет роль временной пищи или будущего потомка. Пробуждает интерес, а тотчас и страх. В некоторых единичных случаях, когда мёртвое с живым кружатся в танце симпатии и взаимоуважения, ощущение страха прячется за раскрывшимся бутоном лилового интереса. Страх не погибает в утробе, но ждёт, когда опадут лепестки интереса, и вместо них вырастут шипы.     Амала взглядом проводила удаляющихся агентов, улыбаясь уголком губ. Джек украдкой бросил на неё взгляд, а затем, когда вместе с агентом Джипси покинул архив, осторожно схватил ладонью локоть напарника.   Бледное небо за пеленой карих глаз мужчины азиатской внешности. Наверно именно такое небо озаряло почерневшие от огня инквизиции кости, которые приходились останками погибших сородичей в темные времена средневековья.   Цепеш очаровательно улыбнулся.   - Пока я обсуждал нюансы бытия в хронической депрессии и увлечений по части онлайновых видеоигр в перерывах между испанскими сериалами с Наталией Орейро в главной роли, я решил, что это весьма кощунственно, если у меня нет возможности воспользоваться своим природным обаянием во благо нежизни аж целых двух с половиной сородичей, - через некоторое время Цепеш отпустил локоть Джипси. - Милой души Триша рассказала мне, что медицинский центр, который является связующим между больницами Форт-Уэрта, был основан в 1989 году. А одним из его основателем являлся некий Ривьер, - Цепеш многозначительно посмотрел на Джипси, полагая, что это конкретное имя побудит в памяти полное имя одного знакомого вампира, о котором упоминала Элин Оливекрона. - К слову он также приложил руку к Техасскому реабилитационному госпиталю Форт-Уэрта, основанного в 1987 году. Конкретно реабилитационным госпиталем заправляет племянник  ныне покойного Сэмюэля Ривьера, когда как медицинским центром заведует человек никак не относящийся к семейному древу Ривьера, - голос стал его тише. - Могу предположить, что или вампир соратник, или гуль, дабы не привлекать внимание инквизиции.   По окончанию озвученной информации, Цепеш и Джипси уже находились на улице.   - Я бы предложил проверить этот реабилитационный госпиталь, да и по архитектуре он оказывается не такой уж большой. Попробовать проникнуть в глав-кабинет племяша Ривьера. Времени потратим немного до рассвета. А... ты что думаешь? - с интересом склонил голову.

- Раз дальнейший поиск будет безрезультатным, то, как понимаю, у найденной информации о больницах тоже особо ничего любопытного не проскакивает, - сделал вывод из сказанных слов своего коллеги Цепеш, чуть наклонившись вперёд и быстро пробежавшись взглядом по тексту.   На маску легла тень разочарования.   Амала в этот момент оторвалась от экрана монитора и, закинув ногу на ногу, с интересом смотрела на агентов.   - Уходим или желаешь здесь ещё задержаться? - спрашивает следующее Цепеш, выпрямившись. - Ну, а насчёт того, что я смог узнать у милой Триши на ресепшене и у её передового компьютера с Windows 11 без лагов, то, - он дёрнул плечом, - считай, тоже ничего особо существенного. Могу рассказать подробнее, если надумаешь устроить экскурсию по госпиталю.

Больше ничего нарыть не удалось по этим двум больницам. Равнос чувствовала, что на верном пути, но схватить ускользающие детали не удавалось. Пока что.     - Нашёл что-нибудь интересное? - через некоторое время прозвучал рядом мягкий с хрипотцой голос агента Цепеша. Он по-доброму улыбался, спрятав руки за спину. Только глаза выдавали дьявольское озорство, свойственное голубоглазому носферату.   Амала сидела поодаль от Джипси и Цепеша, лениво прокручивая колёсиком мышки ленту новостей медицинского центра Форт-Уэрта. Краем глаз Джек зацепил её фигуру, дабы убедиться, что не подслушивает разговор сородичей-шпионов, прикидывающихся агентами.

Амала вдруг резко остановилась. Опустила голову, чтобы ещё раз посмотреть на агента не через оправу чёрных очков. Светло-карие глаза пристально изучали фигуру мужчины. Неприятная ухмылка коснулась губ Амалы, словно бы она уличила своего собеседника во лжи.   - Ясно, - беспечно сказала она, отпив ещё один глоток чая из пластикового стаканчика.   Чёрные сапожки на высоком каблуке звонко цокали, отдавая слабым эхом по коридорам медицинского центра.   - Я работаю опекуном для клиентов из дома престарелых, что недалеко от медицинского центра, - отвечает она следом на вопрос агента. - Здесь находится мой кабинет, - она надменно хмыкнула.   Для социального работника она выглядела.... нестандартно. Или она очень рьяно заботилась о своих клиентах, или доила их как скот, свободно распоряжаясь их имуществом ввиду недееспособности.   - Пришли, - Амала открыла широкие двери, которые вели в большой белый архив в три уровня.     Возможно, здесь хранилась информация о пациентах, врачах, событиях не только медицинского центра, но и дочерних госпиталей, о которых ранее рассказывала девушка на ресепшене.   - Итак, агент... чем вам может помочь наш скромный архив? - со скрытой издёвкой в бархатном голосе поинтересовалась Амала у Джипси.

Заметив маленькую перемену в лице своего напарника, Цепеш хитро ухмыльнулся.   Хищно, как мог Джек.   - Я бы поверил информацию на компьютере ресепшена, - предложил Цепеш, а затем перевёл взгляд на девушку. - Если вы, конечно, не возражаете, - он учтиво склонил голову. - Вы могли бы провести агента Джипси в секцию архивов?   Девушка нервно поёрзала на стуле.   - Я… я не могу покидать своё рабочее место, - попыталась твёрдо настоять на своём.   - Уверяю вас, - Цепещ сложил пальцы в замок. - Вам абсолютно нечего бояться.   Работница медицинского центра оглянулась по сторонам, а затем округлила глаза и встала со стула.   - Амала! - окликнула она женщину в очках, явившуюся через главный вход центра. - Нас… посетили детективы по очень важному делу, - улыбнулась девушка своей знакомой. - Агенты Джипси и Цепеш. Можешь, пожалуйста, провести агента Джипси в архивы? Пожалуйста, я не могу сейчас бросить своё рабочее место...   Женщина опустила голову, чтобы внимательно рассмотреть агентов.     - Детективчики, - она отпила из трубочки пластикового стаканчика глоток чая с пузырьками, а затем лениво кивнула в сторону, чуть облизав губы. - Ну, пошли. Нечасто предлагают мне роль гида.   В этот момент Цепеш обошёл стол ресепшен, чтобы проверить информацию на компьютере.   - Вас сюда из Далласа прислали? - сухо поинтересовалась Амала у Джипси. - И по какому делу, если не это сверхсекретно?

- Ну, - девушка опустила ладони на колени, чуть поёрзала на стуле. - Хирургический госпиталь Бейлора и Уайта соответственно предоставляет спектр стационарных и амбулаторных хирургических услуг с помощью передовых технологий в области медицины, - улыбка её стала чуть шире, глаза зажглись озорством и гордостью. - Техасский реабилитационный госпиталь Форт-Уэрта предоставляет специализированные программы лечения для пациентов, выздоравливающих после инсульта, черепно-мозговой травм, неврологических состояний, травм спинного мозга, ампутаций и ортопедических травм, - окончив фразу, она протянула задумчивое "ммм". - Patient Care Pavilion предоставляет почти идентичные услуги, что и реабилитационный госпиталь Форт-Уэрта, хотя, - девушка понизила голос, - не пользуется особой популярностью в отличие от последнего. Medical City Fort Worth предлагает широкий спектр медицинских услуг для детей, взрослых и пожилых людей. - А что насчёт медицинского центра Форт-Уэрта? - подал голос Цепеш. - Собственно говоря, что мой напарник у вас и спрашивал. - Если честно, то я не замечала ничего подозрительного в последнее время в нашем центре. Старых пациентов заменяют новые, причины их пребывания здесь различны… такая работа, что уже не обращаешь внимания - пришёл ли клиент из-за какой-нибудь простуды или он нуждается в хирургическом вмешательстве. А насчёт человека по имени Эдуардо, - она прикусила губу. - Сожалею… но нет. Никого с похожим именем за последнюю неделю по крайне мере я не могу припомнить. - А проверить архивы? Девушка отрицательно мотнула головой. - Я бы запомнила. Сожалею.

Девушка заметно растерялась, когда ей показали удостоверения ФБР. Она опустила голову, и очки чуть было не упали на рабочий стол - быстро она схватила их тонкими пальчиками за дужки.   Агент Цепеш утешающее улыбнулся, что возымело положительный эффект на работницу.   - Д-да, конечно, - вернула улыбку она. - Медицинский центр Форт-Уэрта будет рад посодействовать агентам ФБР в их деле.

  Следом за мужчиной с опущенными волосами из форд мустанга вышел молодой человек азиатской внешности в опрятном тёмно-синем костюме. Он пригладил ладонью чёрные волосы и поправил галстук.   Агенты зашли в здание медицинского центра и оказались в просторном, весьма роскошном холле, отчего агент Цепеш (а вернее Джек) не срыл щепотку удивления, с интересом окинув взглядом помещение. Ближайшая больница в Нью-Йорке не могла похвастаться оным размахом и больше походила на жуткий лабиринт в бледных тонах, где витали запахи спирта, краски и крови.     На ресепшене сидела миловидная девушка с круглыми очками и в ванильной рубашке, поверх которой был надет белый халат. Услышав приближающиеся в её сторону шаги, она подняла голову и тепло улыбнулась.   - Добрый вечер, - мягко поздоровалась, попутно поправив очки. - Чем могу вам помочь?

Джек почесал указательным пальцем переносицу. Идея Эсмеральды ему очень понравилась и он уже предвкушал как будет отыгрывать агента ФБР, но тут он нахмурился.   - А не потребуют… не знаю, ордена какие-то? - неуверенно спросил. Затем округлил глаза, на уста вернулась улыбка. - Может у тебя получится наложить иллюзию на кредитки, если вдруг у входа попросят удостоверение?

В Форт-Уэрте находилось несколько больниц, две из которых детские поликлиники и одна ветеринарная клиника. Джек предположил, что последние три отметаются - вряд ли утончённый Последователь Сета будут какие-то дела в детской или ветеринарной больнице, верно? По дороге Джек выделил четыре больницы, которые находились недалеко от медицинского центра: JPS Patient Care Pavilion, Medical City Fort Worth, Теxas Rehabilitation Hospital of Fort Worth, Baylor Surgical Hospital at Fort Worth. - Можно попробовать накопать какую-нибудь информацию в базе данных медицинского центра, - предложил Джек, выискивая что-то в телефоне. Форд мустанг припарковался возле золотого здания, являвшегося медицинским центром. - Только… боюсь, что будет это немного затруднительно с нашим «оборудованием». Можно всё равно так рискнуть. Тем более, если допустим ошибку, то у нас будет фора уехать, - он посмотрел в сторону здания медицинского центра, опустив свободную ладонь на руль. - Не знаю, конечно, могут ли тут ошиваться охотники, - а затем взгляд перевёл к лицу Эсмеральды. - Ты как думаешь? В тупике ли оказались сородичи?

Она уже порядком задержалась в Аризоне. Кровавые пустыни, под песками которых дремали древние хищники и их потомки. Не являлись исключением другие штаты Америки или страны Европы, где проходило её бытие неоната под покровительством сира. Было там не лучше и не хуже, всегда стремительным потоком текла по лесам высоких зданий из железа да мрамора красная эссенция жизненного витэ, поддерживающего эфемерное дыхание противоестественного существования, её крох человечности или ростков пробуждающегося Зверя. Порой она задумывалась над тем, как будут выглядеть последние минуты её не-жизни. Сородичи не могут питать надежду на спокойную смерть в постели - смертные должны быть благодарны Адаму и Еве за то, что они вкусили запретный плод, а Бог за это лишил их бессмертия, одарив болью, гневом и отчаянием. Бессмертие мнимо. Однажды и долгий сон прервётся. И порой она представляла, как лежит в гробу, сложив руки крестом. Её мягкая кожа усыхает. Гниёт. Её молодость с облегчением умирает. И ни следа больше остаётся от человечности, подобно ящерицы сбрасывая старую кожу только для того, чтобы в свете луны родилось что-то чудовищное. Возможно, они обрели силу. Небывалую силу. Вот только она знала, какой ценой она обойдётся. И знала, что старые связи пора обрывать. Оттава выглядит неплохим местом для начала новой строки в личной биографии. Едва Лулу Мэй успела выключить телефон, как она услышала дверной звонок её домика, стоявшего на окраине Тусона. Пухлые губы тронула тёплая и одновременно едкая ухмылка. Она подошла к входной двери и открыла её, чтобы встретить старого знакомого увядающего прошлого. - Наконец-то соизволил поинтересоваться как дела у твоей мамочки, - хмыкнула Лулу и окинула гостя с ног до головы пристальным взглядом. - Что-то в тебе изменилось… не знаю, что именно, но мне это очень нравится. - Нужна твоя помощь. ♬ Недаром Даллас считался самым изысканным городом штата Техас. Едва сородичи пересекли рубеж города, как их сходу встретили яркие огни многоэтажек, ночных клубов, магазинов, ресторанов и отелей. Крупный экономический центр Техаса, разделяющий много общих черт со своим южным соседом Хьюстоном, с которым поддерживал дружеский паритет. Сюда же стекалось много людей (а также сородичей) из других штатов и стран - в поисках временного развлечения, бизнес сделок или лучшей доли жизни до наступления рока смерти. Идеальным примером служила русскоязычная диаспора, состоявшая из эмигрантов республик бывшего СССР. Но все эти яркие огни являлись лишь одной стороной красного яблока, вкус которого приносил неземное блаженство. Преступные группировки, криминальные подполья, контрабанда и наркоторговля - канализационные крысы могли рассказать и о более насыщенных увлечениях, которые могли предложить жителям да гостям тёмные уголки Далласа. - Добро пожаловать в сияющий алмаз Техаса! - с нотками издёвки торжественно произнёс Джек, когда он вышел из машины, припарковав её возле бара с названием Little Angel.

Джек нахмурился. Сам он не мог сказать наверняка, когда соизволит явиться его младший братец, золотой мальчик Холли-Молли. Сказывалась ли натура гангрела или сложный характер самого парня, который словно находился в бесконечных поисках того, на что точный ответ никак не получишь.   - Можем подождать, если хочешь, - предложил следующее Джек, дёрнув плечами.   День или два?   Неделю?   Он чуть опустил голову и протёр когтистыми пальцами подбородок. Округлил глаза и хитро ухмыльнулся.   - Или… или могу связаться с одной моей знакомой, дабы та дала наводку Холли о Далласе. Она как раз по совместительству, считай, его приёмный сир.