Фрэнки
-
Постов
574 -
Зарегистрирован
-
Посещение
Тип контента
Профили
Новости
Статьи
Мемы
Видео
Форумы
Блоги
Загрузки
Галерея
Весь контент Фрэнки
-
- Мне "нашептали", что в Майами аж три места для ночлега. Но один закрыт сейчас - там травят тараканов, как мне сказали по секрету, - пожала плечами вампирша. - Осталось два на проверку. Было бы неплохо задействовать Шиву... так было бы быстрее. Взгляд на ночное небо. Глаза искали знакомую птицу. Долго ожидать фамуласа Холланда не пришлось. Знакомый шелест крыльев раздался со стороны форда. Белый ворон приземлился на крышу машины и начал разглядывать сородичей алыми бусинками осквернённой кровью вампира души. Дольше всего Шива задержала свой взгляд на лике Джудит. У этой оболочки больше нет цельной структуры. Не он и не она. Зависимы ли две души друг от друга? Или разум, тесно соприкоснувшийся с вуалью смерти, ещё сможет сполна вкусить гранат свободы и вернуться домой. Зрительный контакт длился недолго. Шива подпрыгнула и вновь теперь парила над зданиями Майами Аризоны. - Ну что же, - Джек зажмурил правый глаз, погладив ладонью затылок. - Самый насыщенный разговор в моей не-жизни, где вообще никакого разговора не было. - Скоро вернётся, - сложив пальцы в замок и вернув на уста обаятельную улыбку, сказала Джудит.
-
Лёгкая улыбка на губах Джека говорила сама за себя. - Думаю, что твой вопрос в лично моём ответе не нуждается. Разумеется, он ей поможет. Он, Эсмеральда, Холланд и Морис отказались дальше служить князю. И пусть Джованни с ними больше не было, носферату был готов помогать равнос. - Я хочу застать этот хаос, - в светло-зелёных глазах Джудит зажглось адское пламя предвкушения касаемо исхода аукциона. - К тому же я дала слово вашему гангрелу сопровождать вас, пока он отсутствует, - она обаятельно улыбнулась.
-
- Если Морис связан с Культом Гекаты, - тембр голоса перевоплощённого Джека звучал спокойно. Умиротворяюще. Вопреки чувствам тревоги и разочарования. - То он, вероятно, рассказал всё в мельчайших подробностях касаемо аукциона, - он нахмурил брови. Дурак, который наступает на одни и те же грабли. Мечтатель, нарисовавший картину сородичей, которых покинули их сиры. То их сплочение. Джек чувствовал себя комфортно с братом (без вопросов), комфортно с Эсмеральдой и Морисом, что теперь больше характеризовало его как наивного сородича. Даже незнакомка Джудит внушала некоторую симпатию, хоть у него интереса к ней было столько же, как и у равнос. Дурак. - Раз Морис выехал раньше нас, то вероятно встреча с культистами могла уже подойти к завершению, - тут он округлил глаза и хищно улыбнулся. - Если что-то узнаем от местных о белобрысом госте на байке, то, возможно, сможем выйти на то место, где будет проводиться аукцион. А дальше... - А дальше вам лучше быть наготове, - подала голос Джудит. - Если там будут присутствовать сородичи, то наверняка в разы старше, а соответственно сильнее вас. Если суматоха и произойдет за право обладание статуэтки Брайана Ломео, то вы сможете ею воспользоваться, чтобы проскочить незамеченными.
-
Ухмылка стала несколько кокетливой, когда равнос протянула ладонь к рыжей шевелюре почившего смертного лика носферату. - Но согласись, - промурлыкал Джек, скорчив забавную рожицу с широкой улыбкой от уха до уха и коснувшись ладонями щёк, - хоть высоковатый, но весьма привлекательный, - затем он хрипло рассмеялся, услышав имя обезьяны. Флоки. Так, кажется, звали героя Густафа Скарсгарда в каком-то сериале о викингах. - Каковы ваши дальнейшие планы пребывания здесь? - поинтересовалась Джудит, не отрывая взгляда от капуцина, будто околдованная. По дороге в Майами Джек рассказал ей касаемо статуэтки с призраком, аукционе и немного о Морисе. - Полагаю, помощи от сбежавшего друга вам не ждать, - осмелилась сказать Джудит, вскинув элегантную бровь. При упоминании Мориса, улыбка на лице Джека исчезла. - Шива, фамулус Холланда, сейчас летает над городом, - в свою очередь сказал он. - Не знаю, когда она вернётся, но найти нас для неё проблемой не будет, - он кивнул в сторону, предлагая вернуться к форду. - А ты что думаешь, лисичка? - обратился он затем к Эсмеральде. - В принципе город, как посмотрю, небольшой. Наверно, здесь даже открытие цветочного магазина огромное событие.
-
Во тьме мистерия - бесконечных образов её масок. Сигарета истлела наполовину, прежде чем её выбросили в сторону, щёлкнув пальцами. Маленький огонёк ещё сиял в тусклом свете улиц, выражая в какой-то мере эйфорию горькой на вкус надежды касаемо прошлого и будущего, когда как серый дым служил их хрупкой цепью. В стенах магазина скрылись две фигуры. Только потом зашла третья, не привлекая к себе особого внимания. Фигура высокого мужчины с голубыми глазами оттенка насыщенного, в чём-то завораживающего, если присмотреться внимательнее. Тешит эту память. Лета многие пустую. И всё же тешит как болезненного зверька, которого жаль жизни лишать из-за щемящего чувства жалости под боком мёртвого сердца. Джек снял капюшон и широкой ладонью взъерошил рыжие волосы, поискав взглядом знакомые лица. Джудит схватила в охапку неописуемое количество одежды, когда как Эсмеральда тряпки выбирала более тщательно. Немного погодя, Джек направился в сторону Джудит. Спрятав руки в карманы пальто, он наклонился к ней и прошептал, когда она перебирала юбки: - Так из какого ты клана? - поинтересовался, и Джудит тут же обратила на него свой взор, не смутившись, а скорее догадавшись, что к ней обращался носферату. Очаровательная улыбка тронула её губы, но ответа Джек не получил. Джудит пихнула ему в руки горку собранной с вешалок одежды и подхватила несколько, с которыми скрылась в одной из примерочных. К тому времени иллюзия спала. В эхо миновавшей не-жизни Джудит тяготела к длинным нарядам, но как будто поймав тревожный настрой равнос насчёт будущих событий в Майами Аризоны, она выбрала наиболее комфортную одежду, не лишённую изысканности. Всего несколько минут, чтобы вернуть частичку утраченной привлекательности и вновь довольно улыбнуться своему "возрождения". - Недурно, - вынес свой вердикт Джек, когда перед его глазами объявилась Джудит в уже материальном наряде. Будто сородич другой. Отчасти такой же забавный (как показалось Джеку по первому впечатлению), но веяло теперь невозмутимостью духа и неким злым роком, присущим вампирам Шабаша. Джек нахмурил брови. Хамелеоны. Изверги. Так она... Мысль он не закончил, поскольку вернулась Эсмеральда. И не одна. - Дай-ка угадаю, - начал Джек, разглядывая пушистое созлание на плече равнос. - Ты провалилась в Нарнию и нашла лепрекона? Джудит молчала. Взгляд её выражал неизменное любопытство.
-
Мимолётное недоумение быстро сменилось пониманием касаемо незавидного положения текущего гардероба их новой знакомой. Джек пожал плечами и широко улыбнулся на слова Эсмеральды. - Идете, - дал он добро. - Если кто-то будет приставать малосимпатичный, то сожгите магазин, - по-чёрному пошутил носферату, расслабленно откинувшись на спинку сиденья. В тёмном небе промелькнуло едва заметный белый силуэт Шивы. Птица пролетела мимо магазина брендовой одежды, а затем исчезла из виду. Её хозяин пребывал в спячке, но даже так она продолжала исполнять роль разведчика. - Ну что? Джудит. Пойдем? Или ты уже привыкла? Джудит выглянула в окно и, заметив витрину магазина, с озорством улыбнулась. Она вышла из машины, а за ней следом затем Джек, накинув капюшон на голову и сунув в рот сигарету. Решив, что будет лучше держать кругозор в ладони раскрытой, если вдруг что-то произойдёт. - Я, кажется, в порыве предвкушения насчёт своего пробуждения потеряла дар речи, - Джудит теперь более внимательно разглядывала витрину магазина и пыталась вспомнить где раньше могла слышать название линии одежды. - А какой сейчас более точно год? - Две тысячи двадцать первый, - ответил на её вопрос Джек, выдохнув клубок дыма. - Что за это время успело произойти в обществе смертных и сородичей объяснять вовсе долго. - О, и не стоит, - воодушевилась даже Джудит, сложив ладони вместе. Хотя на её лице можно было заметить тень горечи.
-
- А где Морис? - глаза недобро сузились. Эсмеральда предчувствовала, что ответ ей не понравится. Внутри все было в напряжении. - Нам пора в Майами. - Морис поехал без нас, - поморщился Джек. - Вероятно, счёл, что он выше ожиданий какой-то черни, - недобрые слова, за которыми едва пряталась личная обида. Джек обошёл форд и открыл дверцу водительского сиденья. Свистнул Джудит, привлекая её внимание к себе. - Залезайте, святая дева. С удовольствием послушаю, каково вам было в голове моего брата, - затем вернул взгляд Эсмеральде. - Едем. Чёрт знает, что в голове творится у Мориса, но то, что может произойти в Майами, касается теперь и нас, - с этими словами он сел за руль. Следом на заднем сиденье устроилась Джудит. Сиденье пассажира рядом с водителем теперь было предоставлено Эсмеральде.
-
Он злился. Да. Но не так как вчера на Каминского, Голубку и Мориса. Яркая кровавая вспышка, ослепляющая окружающую материю. Чувство поглощающее сознание подобно водовороту. Соблазнительное, а тотчас губительное. Нет. Это была очень вялая злость. Сродни той, когда он был ещё смертным. Когда маленький Холланд что-то разбил, сломал или порвал из-за детского любопытства, озорства, а объяснять ему, что это плохо уже просто было лень. - Монашек-то я видел, - пробурчал Джек, опустив руки на пояс. - Преимущественно в фильмах категории Б, - он перевёл глаза к Джудит, которая рассматривала здание госпиталя Василия Блаженного. - И, кстати, - чуть тише добавил он, - верно ли понимаю, что она сейчас практически щеголяет с голым задом? - догадался он о том, что одежда монашки было не более чем просто иллюзией. - Где ты могла в больнице одежду такую найти? Джек устало протёр пальцами переносицу. - Я знаю. За то, что Холли раньше уже поглощал душу сородича, - он пожал плечами. - Он бродил с Лампаго. От Мексики к Штатам. Тот же Лоуренс держал её выводок на окраине Тусона, чтобы кормить их неугодными сородичами. За соседа… в его голове я также знал. Братья мы до сих пор или нет... Горько. Неприятно. Но вопрос следующий коснулся чужой тревоги. - Я не знаю, когда он вернется, - тихо проговорила равнос. - Ты расстроена? - поинтересовался Джек у Эсмеральды и криво улыбнулся. - Что мой братик поступил как мудила. Сбежав куда-то в Нирвану, а на своём месте оставив какую-то девку, - он нахмурился, - с вероятным синдромом аутизма после долгой спячки в чужой голове. В этот момент Джудит обратила свой взгляд к носферату с равнос.
-
Ей не свойственно было сострадание. А если и так - то зачастую решал винкулум. Но по какой-то причине, глядя на эту бледную женщину с изумрудными глазами, что-то внутри странно ёкнуло в груди Джудит. Чувство настолько яркое… его трудно описать. Плод безымянного дерева, который упрямо цвёл даже в самые холодные лета не-жизни. А под ним спал белокурый садовник. Этот сон ей был знаком. В воображении мальчишки каждому родителю выдали по маленькому зелёному росточку. Годы шли. Они вырастали в могущественные деревья. Родителя засыпали у их корней и, возможно, ожидали часа лучшего своего бытия или окончательной смерти. Час лучший зачастую означал смерть всех потомков. Наверняка Каин этого сам желает. - Пошли, - взмах руки, зовущий отстающих за собой. - И да, не забывай, что ты все же голая. Хотя, зачем я это говорю, - уже намного тише добавила Эсми, обращаясь к себе, - не будет же она создавать проблем и вешаться на прохожих. На фарфоровом лицо Джудит вернулось воодушевление. Она сложила ладони вместе в молитвенном жесте и направилась следом за Эсмеральдой, сея слово божье в массы вампиров. - Да снизойдёт до вас его любовь и сострадание, братья мои, - обратилась к первым попавшимся сородичам, перекрестившись. - Да отпущены будут ваши грехи. Аминь! - затем она заметила взгляд Эсмеральды и вприпрыжку ускорила шаг за ней. Выглядело забавно. А если бы сородичи знали, что одежда не более чем иллюзия - сюрреалистично. ◈ ◈ ◈ Джек терпеливо ждал Холланда и Эсмеральду возле форда, сложив руки на крыше машины. Он обернулся, когда услышал чьи-то шаги. Тепло улыбнулся, увидев знакомую фигуру равнос. В следующий миг лицо его исказило недоумение, когда следом за ней шла какая-то монашка. - Приветствую, брат мой, - улыбнулась Джудит. - Ага, - неуверенно протянул Джек, окинув незнакомку взглядом с головы до ног и ощутив в её наряде что-то "неестественное", - и тебе... не хворать, - затем он посмотрел на Эсмеральду. - Лисичка? - и тут на лице маска смятения. Он не знал теперь что и спрашивать.
-
Наряд разительно отличался от того, что она предпочитала носить до того, как её и её стаю растерзал выводок Лампаго. Не длинная мантия с золотыми украшениями с вкраплёнными осколками рубинов и ониксов, но проклятая душа преисполнилась энтузиазмом отыграть монахиню вампира - даже если ситуация оного не требовала. В остальном… Джудит всё ещё чувствовала себя голой. - А теперь ответь, как долго ты... Холланд будет спать? Оторвавшись от созерцания своего наряда, Джудит вскинула брови, вернув свой взгляд Эсмеральде. Как если бы только сейчас её увидела. Светло-зелёные глаза - не она словно смотрела, а Холланд в пучине сладкой дрёмы. - Это будет зависеть от него, - спокойно отвечает Джудит. - Его сон может продлиться три дня. А может и неделю. Сказать я сама точно не смогу. Он глупый, но волевой мальчик. Зверь пасует перед тем, насколько сильна пока его человечность. Сам он был так расстроен последние дни, - она склонила голову. - К слову, что ты скажешь за его отсутствие некому Джеку?
-
Второе, что до неё дошло - похоже, она находилась в какой-то больнице. Заброшенной? Здесь отсутствовали окна. Окружающий запах отдавал плесенью, пеплом и кровью. Почти детское любопытство. Будто щенка только выпустили на улицу познавать большой мир, полный опасностей и приключений. - Как чудно, - воодушевилась Джудит, сложив тонкие пальцы в замок. - Иллюзорный наряд… как в сказке "Новое платье короля"? Или ты перевоплотишь меня в детище Герберта Уэллса? У вас, кстати, ещё популярен одноимённый фильм с Кевином Бейконом? - трудно не отметить сходу словоохотливость новой знакомой. Может тому способствовала своеобразная "спячка", которая затянулась на примерно восемнадцать лет не-жизни.
-
Женщина чуть склонила голову, наблюдая за внешними метаниями равнос. Губы застыли в дуге лёгкой улыбки, но глаза не выражали какого-либо интереса или участия. Безжизненные. Словно два стеклянных шарика. - Холли, - как интересно теперь звучит это имя с её уст. Холли. Ассоциируется со снежным комком. Первым снегом и Рождеством. - Холли в порядке. Он спит, - по крайне мере она его сейчас не слышит и в клетке бодрствует только один зверь. Поразительно смирный. - Не стоит, - мягко звучит бархатный с хрипотцой голос незнакомки, уловившей беспокойство равнос. - Это было решение юного гангрела. Не самое мудрое, но весьма сострадательное. А я не монстр, чтобы так запросто вытеснить его душу, хоть соблазн и велик. Моё воспитание не столь приземлённо, как у кланов, главенствующих Камарильей. И не столь злопамятное, как у почивших сородичей Шабаша. Ох, - виновато вздохнула. - Где мои манеры. Моё имя Джудит. Будем знакомы, Эсмеральда, - она опустила голову и в удивлении вскинула брови, только сейчас, похоже, заметив, что стоит перед равнос совершенно нагая с ещё свежими пятнами крови. - Прежде чем я продолжу отвечать на твои вопросы... у тебя не найдётся чего-нибудь приличного из одежды? Полагаю человечество не докатилось до той поры модных тенденций, которые были популярны в каменном веке.
-
Выходи. Усмирение зверя. Она знала нескольких представителей клана гангрел и равнос, которые мастерски владели оной способностью дисциплины анимализм. Яркое пламя в душе живых и мёртвых затухает. Безвольная кукла, растерявшая всякий интерес к жизни. Вот только никогда не подумала бы, что потусторонняя апатия когда-нибудь коснётся её проклятой души. Место есть для злости и раздражения - они усыхают подобно каплям воды под палящим солнцем. Женщине знакомы эти глаза. Вечно молодая зелень. Оттенок куда более привлекательный, нежели глаза карие или голубые. Она считала их редкими. Драгоценными. Изумрудные и светло-зелёные. Оливковые - они принадлежали кому-то из далёкого прошлого. Встань. Длинные тонкие ноги дрожат. Чтобы не упасть снова, она цепляется за край стола. Шаг за шагом. Как дитя смертного. Губы тронула улыбка. Из тени показалась нагая стройная фигура молодой женщины. Дивная красота зловещего фарфора. Русые взлохмаченные волосы, светло-зелёные глаза, россыпь веснушек на носу и щеках. - Эсмеральда… верно?
-
Джексон - С пробуждением, - равнос улыбчиво поприветствовала носферату, который уже тоже бодрствовал. - Я пойду, схожу за падубом, - сообщила она и сделала пару шагов к выходу из палаты. - Будет хорошо, если ты найдешь Мориса. Я хочу поскорее сесть в машину и добраться до города. Джек кивнул на слова Эсмеральды, протирая ладонью лицо. Какое-то время он сидел на кровати с закрытыми глазами. Через пару минут быстро вскочил, взмахнув подолом лёгкого чёрного пальто, будто крыльями ворона. Сначала Джек решил отправиться к парковке, думая, что встретит Мориса возле своего мотоцикла. Однако нет. Зато он заметил сложенную несколько раз серую бумагу на ветровом стекле. Увидимся в Майами. Морис. Джек на некоторое время впал в ступор. Сложенные воедино слова на бумаге на миг превратились в неразборчивые каракули, а голова начала неприятно гудет, перематывая странную сцену прошлой ночи. В следующий миг лицо Джека исказила рассерженная, но тотчас обиженная гримаса. - Ублюдок, - горько прорычал он. Бумага вдруг зажглась чёрным пламенем, которое быстро её пожрало и исчезло, когда ясноокий носферату сжал пальцы в кулак. ??? Покинув комнату, Эсми заспешила к заколдованной стене. Долго идти не пришлось, она быстро нашла стенд об амнезии. Протянула руку. Пальцы прошлись сквозь иллюзию. Нащупали и сжали ручку. Тихий щелчок и скрип двери. Эсмеральда вошла внутрь, чтоб увидеть... Пустующая кушетка, на которой красовались тёмные красные пятка. Кровавые следы босых ног, которые вели от кушетки в соседнюю комнату кабинета. Эсмеральда была здесь не одна. Определённо. Она слышала чьи-то шаги, звон пустых склянок и скрип открывающихся да закрывающихся шкафчиков. Но Холланд ли находился в соседней комнате…
-
- Ты ж не против? Я здесь посплю, - рука хлопнула по старому матрасу. - Не прогонишь, как твой братец? - озорной блеск в глазах. Он совершенно не был против. Присутствие рядом знакомого сородича скрашивало нависшую серость одинокой ночи. Улыбка носферату вышла на этот раз мягкой и довольно милой, хоть оного Эсмеральда не заметит. - Спи, - дал Джек добро, затушив об край стола ещё одну сигарету. Он встал с кресла и лёг на кровать. - Я даже рад такому дивному обществу, - промурлыкал он, закрывая веки. А затем свет догорающих сумерек канул в языках чёрного пламени необъятного сна.
-
- Да-а, - короткий смешок. - Так и есть. Хотел побыть в одиночестве. Видимо, - Эсмеральда с улыбкой легонько прикусила мизинец, - видимо, я его утомила. И он устал. К потолку поднимался серый дымок. - Не волнуйся, он... хотел привести мысли в порядок, - тут она не увиливала. Пару раз Джек удивлённо моргнул. Затем губы его тронула хитрая, хоть и несколько горькая ухмылка. Холланд явно больше тяготел к обществу равнос с пышными чёрными кудрями, нежели к брату. Невинная иголка ревности. - А где Морис? - хитро щурилась, перекидывая вопрос. - Без понятия, - пробурчал Джек. - После разговора с Малисентой мы разделились, чтобы вас с Холли найти. Я вернулся, сказал, что вы уже в курсе дела касаемо Майами, а он молча вышел из палаты. Мину скорчил, что ребёнок обиженный, - носферату раздражённо рыкнул и клацнул зубами, дабы не сказать чего лишнего под веянием негативных эмоций. Зажмурил глаза и протёр пальцами переносицу. - В общем... полагаю, ему тоже нужно привести мысли в порядок. Выглядел он... не знаю. Каким-то взволнованным касаемо этого аукциона и того, кто там будет присутствовать.
-
- Знаешь, он мог шерифа подвергнуть узам. От оных слов Джек поморщился, принявшись вновь разглядывать потолок. Пальцами водить вдоль кривых трещин, изредка цепляясь за тонкий серый дым тлеющей сигареты. - А где, кстати, Холли? - всё же обратил внимание старший брат на отсутствие младшего. - Он что, решил в отдельной палате переждать день?
-
- Да что мне княже этот, - прыснул Джек, ухмыльнувшись от уха до уха. - Он конечно секс, но нет, - широкая ухмылка чуть померкла. - Я скорее больше за свою носферскую мамашу с дедом переживаю. Почему Голубка не сказала на самом деле как обстояли дела на той записи с Модианом. Я ведь их потомок. Это так необходимо даже со мной вести себя скрытно или… Фраза оборвалась. Или если я прямо спросил, то она бы ответила. Как же упрямо. Глупо и эгоистично. Джек протянул к потолку свободную ладонь. Пальцами начал водить вдоль трещин той части потолка, которую разглядывал он. Для тореадоров краски из мёда и масел, а для носферату - сажа и пепел. Айла. Луноликая. Родители точно знали, как назвать девочку, не подозревая о том, какая судьба впоследствии её будет ждать. - Как думаешь, - вновь краем глаз Джек попытался зацепить фигуру Эсмеральды, - кошмары возобновятся раз мы уже не подле Каминского? Кои для Айлы явно что-то да значил.
-
Лицо Джека быстро переменилось, когда он услышал знакомый женский голос. А до этого будто и не заметил её появления. Сигарета тлела, серая дымка тянулась к потолку, а явь временно превратилась в дрёму. - Такие как я не хандрят, - отрезал Джек, оскалил острые зубы в жуткой ухмылке. - Только угрожающе рычат и кусаются, - затем оскал смягчился, как и черты лица, делая внешне носферату чуть более человеком, нежели монстром. Что же ему пожаловаться на уход Мориса аля персонаж Чарльза Диккенса? - Пустяки, - умиротворённо промурлыкал Джек, потушив окурок сигареты об край стола. И минуты не прошло, как носферату зажёг вторую сигарету, но к губам её не поднёс, чтобы закурить. Просто наблюдал за тем, как теперь тлела она. - Тяжёлая какая-то выдалась ночь. Такое неприятное послевкусие бывает, когда догадываешься, что с тобой не до конца искренни были, - он скосил глаза в сторону Эсмеральды. - Или ты наоборот счастлива, что не придётся больше быть девочкой на побегушках у князя?
-
Молчание Мориса и то, что он вышел из палаты, едва явился носферату, ещё более уязвило самолюбие Джека, нежели разговор с князем. Как будто Джованни вспомнил, что он царских кровей и негоже ему яшкаться с канализационной крысой в одной комнате. - Ну что же, - пробурчал Джек, глядя теперь на закрытую дверь. Лицо носферату сделалось жалостливо грустным. Он закинул ноги на кровать и, поправив ворот пальто, скрестил руки на груди.
-
Когда она ушла, Холланд прилёг на кушетку. Устроился поудобнее, устремив глаза к потолку. Видимые ему только картинки проектора отображали то, что произошло в течение одной недели. Искры огней и брызги крови, чёрное небо с резкими линиями грома и огромные щупальца, тянувшиеся к нему сквозь пелену потусторонней завесы. Неописуемые вида картины, которые находятся за гранью понимания какого-то неоната. И дела житейские, которые валяться с рук одно за другим. Так легко сказать "не думай об этом". Но в какой-то момент всё равно что-то перещёлкает. Так ему казалось. Перещёлкает, а ответа он так никакого не нашёл. Холланд закрыл веки, когда мёртвое тело ощутило приближение рассвета. Белокурый мальчик стоял возле берега реки, наблюдая за тем, как весело плескается в воде чёрная фигура. Мальчик подходит ближе - фигура в ответ ближе подплывает. Протягивает тонкую ладонь. И когда мальчик касается её, то вмиг утаскивают его в морскую бездну. Всплеск воды. Столь незначительный. Ни крика, ни плача. Будто всё так и должно было произойти. Считать больше не была смысла. Не говорит "прощайте". Но и не обещает о скорой встрече, нежась в объятьях умиротворяющей холодной тьмы. ◈ ◈ ◈ В палату он не спешил возвращаться. Шёл медленно, водил когтями по бледно-фисташковой стене, оставляя едва заметные серые следы. Не сказать что беспокойство произошедшего причина его нынешнего настроения. Отчасти обида и сожаление - в разуме он осторожно собирал по кусочкам разбитый калейдоскоп. Надеялся увидеть ту деталь, на которую почти никогда не обращал внимания. Надеялся, что получит ответ цельный. Какая глупость. Ещё никогда он не чувствовал себя настолько неуверенным. - Хватит, - недовольно прорычал самому себя Джек, ускоряя шаг. Вскоре он дошёл до комнаты, где находился сейчас Джованни. - Холланд и Эсмеральда отошли, - сказал он, вынимая из кармана пальто зажигалку с пачкой сигарет. - Рассказал им что к чему. От поездки в Майами тоже не откажутся, - Джек плюхнулся в кресло, а затем закурил. Память тела. Но не ощущения. И это можно было бы назвать отголоском затухающей человечности.
-
- И что дальше? Мне уйти, чтоб дать тебе... хм... настроиться? Или мне остаться и подстраховать тебя до утра? - интересуется равнос. Холланд протёр костяшками пальцев щеку. Тихо звякнула серьга в виде пера с парочкой круглых побрякушек. - Ну, - задумчиво протянул, нахмурив брови. - Оставаться, думаю, нет необходимости. Хотя, - он внимательно посмотрел на Эсмеральду, - можешь… можешь завтра проверить меня? Не знаю, что будет… надеюсь ничего фатального, - он хрипло рассмеялся. - Буду спать аки Аврора.
-
На немой вопрос ответ был бы один. Я так хочу. Спонтанное решение, которое не смотрит куда-то вдаль человеческого нрава и природы зверя. Импульс, за которым нет и тени лжи. Самое яркое. Самое доверчивое. Самое глупое. Отчасти - бесценное. В целом - безделушка, как и эта дырявая монетка со шнурком. Холланд подошёл ближе к Эсмеральде. Так теперь, что перед собой видеть будет только изумрудные глаза. Умел бы он читать прошлое и в зеркалах души видеть будущее - её рок был неизбежен. Как, в общем, и его. Ладони осторожно коснулись светлых женских щёк. Лоб вновь коснулся лба, а веки гангрел прикрыл. - Я вернусь, - шепчет и в нотах его голоса ничего кроме уверенности. - Чтобы монетку забрать, ага, - тихо рассмеялся, вновь заглядывая в знакомые глаза равнос. Легонько толкнув лбом лба, Холланд отстранился от Эсмеральды, чтобы потом сесть на кушетку. Смотрел он всё также тепло, не испытывая больше страха или сомнений.
-
- Готово, - равнос довольная собой вернулась в гангрелу. - Хочешь можешь глянуть, - широкая улыбка. Любопытство взяло вверх над смирением. Холланд встал с кушетки и вышел за дверь, оставив её чуть приоткрытой. Почти детское восхищение озарило лицо гангрела. Когда он вернулся в комнату, глаза его сияли. - Круто! - весело сказал он, приблизившись к Эсмеральде. - Я… чёрт, даже не знаю, что и казать тебе. Кажется что одного "спасибо" будет мало, - брови гангрела задумчиво сузились, а над переносицей появилась забавная морщинка. Немного подумав, Холланд снял со своей шеи дырявую монетку на тонком шнуре. Опустил её себе на ладонь. Иронично. Он остаётся. А в то же время всё равно "уходит". - Держи, - Холланд протянул Эсмеральде незамысловатое украшение. - Если честно, то я хотел бы тебе это отдать в Элизиуме ещё. Если бы решил работать дальше на Каминского, - хрипло рассмеялся. - Я-то передумал, конечно, и отдавать это сейчас вроде как смысла никакого нет, но… А кто его знает. Что теперь будет завтра. Холланд улыбался. Искренне. Тепло и по-доброму, срывая всяк покровы о бессердечных монстрах в человеческих шкурах.
-
- Ты странный, - вдруг сказала она. Беззлобно. Даже по-доброму. Словно смирилась с чужими демонами. Удивление искреннее на блаженном лице. Чужие уши внимали его словам, чужие глаза следили за его жестами, а слова поддерживали. Что эфемерное не заполняло собой холодное тело, оно наливалось теплом. Чувством доверия, безопасности и сожаления. Улыбка Холланда вышла искренней. - У тебя будут какие-то распоряжения, если все пойдет не так? Или... - сухой смешок, - может последнее желание? Перед долгим сном? В голове крутилось много мыслей касаемо того "что может пойти не так". И на каждую он не знал что можно было бы предложить. Холланд окинул внимательным - и несколько придирчивым - взглядом комнату. - Я думал, не найдётся ли тут комната на подобии морга. Может просто ящик какой-нибудь, - тут следом щёлкнул пальцами. - Или… как думаешь, ты сможешь повесить иллюзию на дверь этой комнаты? Сделать её невидимой. Чтобы никто посторонний не смог войти. Включая Джека.
