Мафия 008: Запись

[Osidius the Emphatic]

 

Пролог

Спойлер

После звонка двери лифта открылись, и свет лампы в фойе здания Вудлэндс осветил полные усталости черты шерифа. В коридоре перед офисом Администрации как всегда толпилась очередь, но в этот раз ему удалось миновать ее без осуждающих взглядов и выкриков вслед. Время вело себя сегодня особенно странным образом, и сейчас ему казалось, что очередь он видел невозможно давно, а спускался вниз невообразимо долго. Впрочем, это все от усталости: последние несколько дней были... не самыми легкими в его... его "карьере".
 
В первое мгновение после подземелий Администрации дневной свет показался ему слепяще ярким, но глаза быстро привыкли. Большой и Страшный Серый Волк направился к яркому грузовику, готовому отправиться на Ферму. С припасами и... новыми постояльцами.
 
- Приходил попрощаться? - услышал Бигби, как только машина тронулась с места, отъезжая прочь, и новая яркая деталь - цвет волос Нериссы был таким же огненным, как цвет грузовика Мухолова - привлекла внимание шерифа. Начался промозглый, совершенно не летний дождь.
 
"Я должна кое-что тебе рассказать. О Лили... и Вере".
 
В висках болезненно застучало, стоило ему услышать эти слова.
 
"Мне нужно кое-что тебе рассказать".
"Я должна кое-что тебе рассказать".
"У меня такое чувство, будто мы уже где-то встречались".
"Тебе нравится моя ленточка?"
"Тебе нравится?"
"Вера носила точно такую же".
"...скрыть ее красоту, чтобы она могла сбежать из его королевства".
"Раньше меня называли Русалочкой".
"Доктор Свиное Сердце говорил тебе что-нибудь еще по поводу тела Веры? 
Он сказал только, что хочет провести какие-то дополнительные исследования".
"Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь".
 
И ведь стоило ему сейчас попытаться коснуться ее в знак утешения, она отшатнулась так, будто его руки ударили бы ее током. Бигби нахмурился, глядя уходящей вслед. 
 
"Еще увидимся... Волк".

Информация для игроков

Спойлер

• Сеттинг повествует о том, герои народных эпосов, фольклора и сказок были изгнаны из своих выдуманных миров в наш мир. Все они поселились в Нью-Йорке, создав свою общину Фейблтаун. Часть из них живет в городе, часть (те из них, которые не имеют человеческий вид или не способны оплачивать соответствующие "Чары") - на "Ферме", зачарованной территории на окраине штата Нью-Йорк, где они не попадутся на глаза "простакам", т.е. обычным людям.
• На дворе ранний июнь 1986 года со всеми вытекающими из этого последствиями.
• События мафии следуют сразу за окончанием событий первого сезона игры Wolf Among Us и являются вольной фантазией авторов (Osidius the Emphatic, Nomides) на тему возможного продолжения, которое ждет нас во 2 сезоне. 
• До событий первого (и тем более последующих) выпуска Fables еще должны пройти годы.

Требования к персонажам

Спойлер

• Ваш герой - рядовой или не очень житель Фейблтауна.
• Персонажи сеттинга - это, как уже говорилось, герои народных и не очень эпосов, фольклора и сказок, следовательно, не отвечающие этому критерию персонажи приняты быть не могут.
• Действие происходит в Нью-Йорке, стало быть, ваш герой должен или иметь человекоподобную форму, или иметь доход, чтобы регулярно покупать Чары у ведьм с 13го этажа. Исключения вроде Жабба или поросенка Колина не будут приняты как минимум потому, что сюжет предполагает возможность у героев свободного перемещения по городу. 
• Что касается канонических Сказаний, то выбор ограничен лишь списком недоступных персонажей и здравым смыслом. То есть если Сказание фигурировало в комиксах и/или игре, соответствует требованиям и его нет в "черном списке", его можно взять. Единственная просьба от Мастера - постараться не слишком сильно рвать шаблон канонофилам ломать обозначенный образ. Если есть вопросы относительно допустимости тех или иных изменений, Мастер будет счастлив разрешитьэээ... обсудить (:

Важно! События игры стараются сохранить и передать атмосферу, но допускают некоторый отход от каноничности. Главное требование - не противоречить логике мира. Предлагая важные нововведения, иметь соответствующие рамкам сеттинга обоснования тоже было бы неплохо х). С возникшими (любыми!) вопросами и согласованиями обращаться в лс Мастеру или к справочной статье по миру.

Список основных Сказаний, фигурировавших в каноне и доступных для отыгрыша:

(остальные персонажи скорее всего с ними знакомы, неважно лично или косвенно)

Спойлер

• Роза Красна (сказка "Беляночка и Розочка") - сестра Белоснежки, в силу семейного конфликта пытающаяся совершать поступки назло старшей сестре. Веселый, заводной, но в то же время взбалмошный и взрывной характер Розы известен многим, но, возможно, все это оттого, что младшая сестра заместительницы мэра просто не может найти свое место в сообществе Сказаний.
• Красавица и Чудовище (сказка с аналогичным названием) - супруги со стажем семейной жизни, насчитывающим сотни лет, живут в Вудлэндс в огромных апартаментах, напоминающих их родной замок. Правда, материальное положение их семьи в последнее время ухудшилось настолько, что они с трудом сохраняют возможность оплачивать привычный уровень жизни.
• Синяя Борода (сказка с аналогичным названием) - необыкновенно богатый, Борода стал одним из тех крайне немногих Сказаний, которые смогли бежать из Родных Земель вместе с собственными богатствами. Обладая неограниченными финансовыми возможностями и правом начать все сначала, дарованным им Амнистией, Борода смог организовать побег в мир Простаков для других Сказаний, но, как и любая другая помощь сообществу, оказанная этим "щедрым" меценатом, сделано это было не безвозмездно. Впрочем, возможно, это как раз и помогло Синей Бороде сохранить свое богатство до настоящего времени.
• Роза Терни (главная героиня сказки "Спящая Красавица") - вторая бывшая жена Прекрасного Принца и одна из тех Сказаний, которые сумели разбогатеть в мире Простаков. Роза быстро сколотила состояние, играя на фондовой бирже. Как бы то ни было, поцелуй Принца не излечил ее от проклятия, и до сих пор - стоит ей уколоить палец, она и все в определенном радиусе вокруг нее погружаются в сон, который, впрочеМ, можно прервать лишь поцелуем принца.
• Принц Амброуз или "Мухолов"(сказка о Короле-лягушонке, или о Железном Генрихе) - уверенный, что его семье удалось сбежать из захваченного Врагом королевства, он в скитаниях по Родным Землям прибыл в мир Простаков в надежде найти их в этом убежище Сказаний. Когда семьи в Фейблтауне не оказалось, он был подавлен, но решил остаться. Несмотря на то, что Амброуз (или Мух, как зовут его многие жители Фейблтауна) не помнил ничего о том, что случилось, когда Враг вторгся в его земли, порой, захмелев, он принимался говорить об этом. Работает уборщиком в Вудлэндс. Как и у Розы, проклятье Мухолова не было полностью исцелено поцелуем принцессы, и до сих пор, стоит ему чересчур переволноваться, он превращается в лягушку.
• Пиноккио (сказка "Приключения Пиноккио") - "бойтесь своих желаний" для него не пустые слова. Однажды, будучи деревянной куклой, он загадал Голубой Фее желание стать "настоящим мальчиком" и стал им... навсегда. Живя с работающим в Администрации Пастушком, он из-за своей внешности не может работать и большую часть времени проводит как обычный ребенок.
• Пастушок (английское детское стихотворение "Little Boy Blue") - секретарь Администрации, Пастушок работает и живет в здании Вудлэндс, помогая мэру и Белоснежке заботиться о нуждах их тайного сообщества.
• Джек Хорнер (сказка "Джек и бобовый стебель") - авантюрист по натуре, Джек до сих пор мечтает в один день проснуться богатым и знаменитым, для чего предпринимает различные сомнительные (и всегда провальные) схемы. Как бы то ни было, по крайней мере в одном из пунктов он преуспел: о том, что любая предложенная им авантюра является крайне сомнительной и ваших денежных вложений не стоит, знает любое Сказание.
• Прекрасный Принц (сказки "Белоснежка и Семь Гномов", "Спящая Красавица" и "Золушка") - три раза был женат, но все три - неудачно. Сбежав в мир Простаков, оказался не готов работать, чтобы зарабатывать, и в настоящее время во имя тяги к роскошной жизни гастролирует по домам и кошелькам молоденьких глупышек, которые готовы простить многое красивой внешности, эталонным манерам и... кое-каким другим талантам.
• Маугли (сказка "Книга Джунглей") - Маугли бывает в Фейблтауне лишь время от времени, ибо он - один из Туристов, Сказаний, нанятых Мэром и Шерифом для того, чтобы приглядывать за некоторыми Сказаниями, живущими за пределами Фейблтауна. Из Родных Земель сбежал вместе с Багирой и Балу.
• Золушка (сказка с одноименным названием) - третья из трех бывших жен Прекрасного Принца, Золушка получила предложение работать на Администрацию в качестве Туриста. Впрочем, об этом не знает никто кроме ожидающего от нее ответа Бигби. Для всех ее основной род деятельности - это дела обувного магазина "Хрустальная туфелька".

Список недоступных для отыгрыша персонажей:

(может пополняться, но маловероятно)

Спойлер

• Бигби Волк
• Белоснежка
• Вера (Ослиная шкура)
• Нерисса (Русалочка)
• Икабод Крейн
• Траляля и Труляля
• Кровавая Мэри
• Король Коул
• Доктор Свиное Сердце
• Фрау Тотенкиндер, а также любые ведьмы с 13го этажа
• Красная Шапочка
• Кай
• Джепетто
• Снежная Королева
• Баба Яга

Изменено 28 июля, 2015 пользователем Osidius the Emphatic

[Kurasagi]

Спойлер

 Чеширский кот. он же Чарли кейн. (для простаков)
Увы даже у чеширских котов бывают трудные периоды в жизни. Особенно если твоя Алиса посещает психотерапевта. А тебя чеширского кота выкинуло на задворки жизни и ты ничего не имеешь за душой. Окромя старого пикапа.
Вот так с ним ислучилось.
Чеширский кот, а для покупателей Чарли Кейн, торгует клубными и легкими нароктиками. Чем и зарабатывает себе на жизнь и на чары. Правда из-за своей натуры каждую весну он не вылазит из борделей. Где и просаживает почти все до последних трусов и потом начинает все сначала. Человеческий облик чарли, худощавый парень, носящий круглые позолоченные очки или просто круглые. Истинный же облик, кот с мехом фиолетового оттенка. Из недостатков является то, что чарли сидит на Метамфетамине.
Из имущества имеет только

Старый пикап который заводитсья через раз.

Да револьвер в котором все равно нет патронов.

Спойлер

 

 

 

 

 

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

 

Изменено 22 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Spectre]

Пеппи Длинный Чулок

Спойлер

"Где же ты, мой единственный, кто защитит меня от всех невзгод этого нового, ужасного мира."
Пеппи Длинный Чулок - молодая рыжая девушка, которая жила вместе со своими питомцами и друзьями в старом семейном доме в небольшом провинциальном городке. Но это все изменилось, когда неожиданно в ее дом ворвались странные люди, которых Пеппи называет как теневики. Они выгнали ее из родного места и Пеппи ничего не оставалось как бежать, куда глаза глядят. О судьбе же своих друзей она ничего так и не узнала. Пеппи побывала во многих местах, но нигде не чувствовала себя в безопасности и постепенно из-за тяжести новой жизни характер Пеппи начал извращаться. Теперь образ милой, спокойной и вечно улыбающейся девушки стал всего лишь маской новой Пеппи, которая стала подавленной, нервной, вечно оглядывающейся девушкой с безумными глазами и маниакальной тягой найти мужчину, что способен ее защитить от всего этого зла. В итоге девушка осела в пригороде Нью-Йорка, где к ее удивлению были люди, которые также пострадали от злых людей, что выгнали Пеппи когда-то. И она решила здесь остаться и сняла крохотную грязную квартирку, которая и в подметки не годилась ее прежнему дому, но выбирать Пеппи не приходилось. Также девушка решила начать работать, чтобы снять хотя бы часть негативных мыслей и устроилась на работу в местное кабаре, где часто выступала с рассказами о своем прошлом, об отце, который возглавил целое племя и другие истории, впрочем в которые люди с трудом верили, но охотно слушали. Но даже несмотря на это, мысли о поиске защитника не покидали ее и она обязательно найдет его.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 22 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Плюшевая Борода]

Черный лебедь

 

 

Спойлер

Айвен Свон, двенадцатый брат

 

Далеко-далеко, в той стране, куда улетают на зиму ласточки, жил-был король. У него было одиннадцать сыновей и одна дочка, Элиза…эмм, ну если честно, братьев было двенадцать - самым младшим из них был самый несносный на свете мальчишка, злобный проказливый гаденыш, имя которому было Айвен. Насыпать гвоздей в сапоги или ослабить подпругу на седле - шутки у парня были все как на подбор злобные и для объектов шуток крайне травматичные(в королевстве впервые за долгое время были даже зарегистрированы случаи столбняка, и не где-нибудь, а среди королевской челяди и даже среди особ, приближенных к телу), и вся эта возня продолжалась бы еще долго, и мальчишка, пожалуй, даже успел бы испоганить любимую книжку Элизы(с картинками и ценой в пол-королевства), но злой рок внес свои коррективы в судьбу королевской сеьми - король неудачно женился. Злая королева, избранница короля, первым же делом избавилась от Элизы, сослав ее в самую глухую деревню под кров и на воспитание в крестьянскую семью, а следом за этим начала наговаривать на братьев и спустя неделю король их в глаза видеть не мог, так они стали ему противны, а самый младший, который уже успел попроказничать над самой королевой, оскорбив ее честь и достоинство словом и делом( отоварив ее из ушата ледяной водой, или, по более правдоподобной версии, помоями из кухарского ведра), и вовсе был ему ненавистен.

 

- Летите-ка подобру-поздорову на все четыре стороны! - сказала злая королева(после ванной из помоев даже очень злая), — Летите большими птицами без голоса и промышляйте о себе сами! А ты, двенадцатый, за язык свой поганый да за дела свои каверзные и мерзкие будешь черным, как вороново крыло!

 

И стоило последнему слову слететь с ее губ, как одиннадцать братьев обернулись прекрасными белыми лебедями, а двенадцатый стал черным, как вороново крыло(и правда больше похожим на ворона, чем на лебедя…или на нечто среднее), и улетели они прочь, в далекие-далекие края…

 

В общем, за всеми этими перипетиями сюжета, жизненными передрягами и драматическими поворотами сталось так, что сумела Элиза расколдовать одиннадцать белых лебедей (обошлось не без жертв – одиннадцатой рубашке она не успела довязать рукав, а двенадцатую, следовательно, не успела связать вовсе), а Айвен…Айвен так и остался бессловесной черной птицей.

 

Айв постоянно носит солнцезащитные очки, много курит и еще больше - молчит. Молчит не потому, что неразговорчив или нелюдим или стесняется или еще что-нибудь - нет, он просто не может выдавить из себя ни слова, ведь с тех самых пор, как злая королева прокляла его, он нем, как рыба, и уже сбился со счета, на что потратил денег больше - на Чары или на визиты к многочисленным врачам, ни один из которых так и не смог ему помочь. Кстати, о деньгах - их у мистера Свона не всегда бывает в достатке, но чаще они у него есть, чем нет, а все потому, что мистер Свон - профессиональный игрок в покер. Омаха, пятикарточный стад, Let it Ride и бессонные ночи, проведенные за карточным столом — все это и многое другое из мира прожигателей жизни не понаслышке знакомо вечно балансирующему на грани разорения и оставания ни с чем(без Чар в том числе) трюкачу Айву, но, похоже, азарт - это единственное(или одно из немногого), что все еще удерживает парня от того, чтобы не пустить пулю себе в лобешник.

Спойлер

 

 

 

 

 

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 27 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Laion]

Леонтика  (Маленькая разбойница)

 

 

когда-то давно

"— Так и быть,  возьми назад свои меховые сапожки — будет ведь холодно! А муфту уж я оставлю себе, больно она

хороша! Но мёрзнуть я тебе не дам; вот огромные матушкины рукавицы, они дойдут тебе до самых локтей! Сунь в них

руки! Ну вот, теперь руки у тебя, как у моей безобразной матушки!
Девочка, сидящая верхом на олене, всхлипывает и улыбается сквозь слезы.
Вот еще! Терпеть не могу, когда хнычут!  Теперь тебе надо смотреть весело! Вот тебе ещё два хлеба и окорок! Что?

Небось не будешь голодать!
Хлопок по оленьей ляжке и животное, рванув с места, исчезает в утреннем тумане. Вслед ему несется:
-  Ну, живо! Да береги смотри девчонку!..."

Этот сон, который она видит уже несколько лет. Почти сразу же после того, как уехала Герда, Маленькая разбойница

покинула банду и отправилась путешествовать. Да, она потом еще встретилась с Гердой и Каем, когда они

возвращались  домой, и даже пообещала когда-нибудь заглянуть к ним в гости.
Прошло  уже несколько лет, Маленькая разбойница, или, как она себя теперь называла, Леонтика, выросла, но все

так же путешествовала  от города к городу, от деревни  к деревне. Своевольная, дерзкая и бесшабашная, она бы,

наверное, давно уже сколотила свою собственную банду, если бы не воспоминание о девочке, которая была готова даже

раздетой и босой идти по ледяной пустыне, чтобы спасти своего названного брата. Выцветшая от времени и с местами

уже вытертым мехом муфточка лежала как постоянное напоминание об этом на дне холщовой сумки.
И неизвестно, куда и как завели бы дороги Леонтику, если бы не Враги.  Откуда они появились, что  хотели

в этой мирной сказке, для чего были им нужны опустевшие чертоги Снежной королевы - никто не знал.. Уходя от Врагов,

Леонтика нырнула в какой-то портал, открывшийся прямо перед ней и оказалась в совершенно незнакомом месте - похожем и одновременно непохожем на ее родную Сказку. Какое-то время ей понадобилось, чтобы понять, что вернуться в сказку

она не может, но это не слишком расстроило  Маленькую разбойницу. Впереди - новые приключения! Главное, освоиться в

этом мире и привыкнуть к нему.
Как оказалось, не она одна была выкинута в мир людей из сказки. Слухами земля полнится, и вскоре стало ясно,

что Сказаниям лучше держаться вместе. А еще лучше - отправиться на поиски новых земель куда-нибудь за океан, в

густонаселенной Европе, сотрясаемой революциями и войнами, спокойной жизни Сказаниям не было. И вскоре  еще с несколькими такими же, как она Сказаниями-переселенцами Леонтика уже плыла на корабле через океан в Америку. Туда, где как говорили, открываются новые горизонты и возможности...

Нью-Йорк. Бруклин. 1986 год.

"Да что он о себе возомнил, этот простак! Пицца ему видите ли, поздно доставлена! Ну.. Опоздала, да. Мопед сломался так некстати в дороге!"  - сидящая  на скамейке возле дороги Леонтика сердито пыхтела, подсчитывая наличность.  Придется отдать хозяину свои деньги за пиццу, чтоб не ругался. На а раз за пиццу уже (практически) уплачено, можно со спокойной совестью ее съесть. - подумала Леонтика и  решительно распаковала картонную коробку. Взяв кусок, она с удовольствием откусила  от уже остывшей пиццы. " Ну и дурак! Все равно вкусно! А ты сиди голодным. " злорадно подумала она и откусила еще. В нескольких шагах от нее остановился бродячий пес, худой, рыжий с черными подпалинами, молча уставился на Леонтику, принюхиваясь.
- Эй, как тебя.. Будешь?  - девушка  улыбнулась и окликнула пса, поставив коробку с пиццей прямо на землю возле скамейки. Дожевав еще один кусок, она поднялась, выкатила из-за дерева прислоненный там мопед, и, заведя его с нескольких шагов, запрыгнула и вскоре скрылась из виду за поворотом дороги. Пес, все еще недоверчиво оглядываясь, подошел к оставленной на земле пицце и жадно принялся за еду.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 22 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Ларьяда]

Василиса Премудрая

 

 

Спойлер

Когда вражьи орды пришли на Сказочную Русь, приём их ждал суровый. И богатырями Русь сильна была, и волшебством. Но и защитникам тяжко пришлось: всё-таки Враг к тому времени скопил уж силы немалые.
Иван-царевич, муж Василисы Премудрой, тоже войска повёл на защиту родной земли. Василиса вместе с ним напросилась – она знатной чародейкой была, а значит, немалую пользу могла принести.
Много за войну выдюжили. Даже батюшка Василисы, Морской Царь, с зятем наконец помирился, простил их с дочкой за то, что из Подводного царства когда-то сбежали. Вспыльчивый был у неё батюшка, своевольный, но всё ж таки не дурак, ой, не дурак! Понимал, что не до дрязг теперь.
Бились-бились со врагом, да так вышло однажды, что Иван-царевич с самыми верными его дружинниками оказались отрезаны от своих. На самом деле, нарочно врага за собой увели, да о том кому попало знать не надобно.
Василиса и тогда с мужем всё время была: то голубкой сизокрылой по небу летит, то змеёй во траве схоронится, а то и вовсе фибулой на плаще обернётся. Где пошпионит для мужниных войск, когда весточку от батюшки передаст – мало ли дел для волшебницы?
А теперь им любой ценой портал волшебный уничтожить было надо, чтобы вражьи орды через него в соседние Русские сказки попасть не могли. Если уж не совсем уберечь от вторжения, так хоть время для соседей выиграть.
Да только и самим в тот портал идти пришлось, и вражьи отряды туда заманивать. И сделать надо было так, чтобы солдаты противника оттуда не вышли. Вообще никуда. Ну, тут уж Василисе пришлось поработать, потому как она была при муже главной волшебницей.
Непростой задачка оказалась. И вражин погуби, и своих постарайся уберечь, и домой уже дороги не будет…
Так и вышло: смогла Василиса сделать, что гоблинов вражеских Волшебный коридор смолол, а русичей живьём выплюнул. Да только не в сказку вовсе, а в обычный мир. Русь сказочная с Русью настоящей всегда тесно связана была, а враги о том не ведали. Вот Василиса и смогла провернуть свой фокус. А иначе и её с мужем, и дружинников верных ждала бы смерть неминучая.

 

Назад нельзя было возвращаться. Враг шёл с Запада, и первыми пали перед ним европейские сказочные королевства. А о Руси у Европы всегда были странные представления, весьма далёкие от истины. Этим и пользовались русские чародеи с чародейками, во всю мороча головы чужеземным захватчикам. Так что воевали не только мечом, но и хитростью.
И Василиса много всяких тайн знала о том, как дела в её родных землях на самом-то деле обстоят. И тайны эти уберечь важнее всего было. То, как нечисть сказочная на Руси испокон веков между волшебным миром и обычным путешествовала, было одной из таких тайн.

 

Спойлер

В России со временем образовалось несколько маленьких общин из числа выходцев из разных сказок. Они поддерживали между собой связь, но старались держаться как можно незаметнее. Героям западных сказок доверия в то время не было, так что за океан никто не рвался. И потом, Русь, хоть сказочная, хоть нет, а всё равно Русью оставалась. А значит, была куда роднее заморских государств.
Время шло. Российская Империя сменилась Советским Союзом, и связь с заграницей стала практически невозможной, разве что с помощью волшебства. Но в том большой нужды никто не видел.
Василиса работала учительницей начальных классов в школе. Её Иванушка за годы жизни в обычном мире многие специальности освоил, в последнее время работал на оружейном заводе. Но очень уж по своей сказочной родине тосковал. Новостей оттуда было мало, а достоверных – ещё меньше. Одно ясно: Враг так и не унялся.
Иван-царевич чуть ли не бредил тем, чтобы назад вернуться, землю родную отвоёвывать. И однажды исчез.
Василиса подозревала, что нашёл-таки способ в Сказку попасть, да больно хитро всё провернул, раз даже жену сумел обмануть. Потому что она не знала, как он это сделал. Первый раз он сделал что-то такое, о чём она ничего не знала и узнать не смогла.
Теперь она с замиранием в груди ловила любые весточки с родины, а они были ой скупы… И ещё одна загвоздка: Иванов на Руси – в каждой сказке пачка. Вот и пойди угадай, про твоего или не твоего люд волшебный молву ведёт, даже если и есть новости?
В общем, извелась Василиса. Чувствуя, что сидя вот так на месте, она с ума сойдёт, решила делать хоть что-то, чтобы прояснить судьбу мужа. Исколесила всю страну, но безрезультатно. Если и объявлялся где какой сказочный Иван, то оказывался не её.
По последним слухам, какой-то Иван-царевич вроде бы мог находиться сейчас в Америке. Возможно, контуженный после участия в боевых действиях против Врага. Может, и её Иванушка, а может, и не её. А может, и вовсе нет там никакого Ивана-царевича. Но Василиса твёрдо вознамерилась все эти слухи проверить. А раз так, путь её лежал через океан.

 

«Холодную войну» никто не отменял, так что нормальным путём, с помощью обычного транспорта, попасть в Штаты нечего было и думать. Перелететь голубкой? Нет уж. Далековато. Так и помереть по дороге недолго от усталости. Превратиться в любимого хомячка кого-нибудь из туристов? Н-да, дурацкая идея… Загрантуристов вообще мало, а путешествующих с хомячками – и подавно.
Подумав, Василиса избрала третий вариант: обернулась банальным носовым платком и так проехала в багаже какого-то дипломата. Платок прятался в глубине одного из кармашков чемодана, куда хозяин обычно вообще не заглядывал. Василиса же не дура – ещё не хватало, чтобы в неё сморкались…
Ну а уже в Нью-Йорке пришлось полетать голубкой, до самого Фэйблтауна.
Уже в своём истинном обличье Василиса представилась тамошней администрации. Рассказала историю: дескать, так и так, я из России, жила там среди простых людей, не выдавая себя, последнее время была скромной учительницей. Ищу мужа, Ивана-царевича, которого давно не видела; по слухам, он может быть где-то здесь. Увы, у него возможны провалы в памяти, так что он вполне мог забыть и о жене, и кто он сам, и даже о том, что не является обычным человеком. Многого Василиса не просит, только помочь ей с документами и временным обустройством на новом месте. Обязуется следовать здешним законам и не создавать местной общине лишних проблем.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 22 июля, 2015 пользователем Звездочет

[ProfessorSeverus]

Магер Унштерблих (Кощей Бессмертный)
нелегальный производитель шоколадных яиц "КиндерСюрприз" на территории США.
 

Патрик Коблер (Лепрекон)

владелец бутика обуви и ремонтной мастерской

 

Спойлер

 

 
В Нью-Йорке поселился, переехав из Ирландии в поисках своего горшочка, потерянного во время нападения Врага на его прекрасные, прекрасные, прекрасные изумрудные холмы и луга. И никому уже не нужна радуга и никто не верит в магию и чудеса.

- Здравствуй, девочка, у тебя каблучок скоро сломается...

- Отвали, урод ряженный!

Не стало жизни в родном краю... Америка - страна больших возможностей, и есть в  кармане фляжка с  потином, да   трубка с табаком, серебряный шиллинг и золотая монетка...
 
 

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 22 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Supreme Overlord Malekith]

[spoiler="Борис Кощей "Бессмертный" НПС."]

[/spoiler]

 

 

    Кощей когдато был царем и имел принцесс аль дев чудесных ликом прелестных и спелыми красотами, но те времена сказочные к сожалению прошли и теперь он в новом мире...и таки неплохо в нем устроился, есть черти и заместо магии обращать в камень людей можно волшебным веществом-"цементом", а закатать в цемент дешевле и проще, не говоря о постройке дворцов с ним, да и заместо 3 ведер воды можно и 3 чарки водки выпить чтоб побуянить и цепи рвать как и потроха врагов.

 

    Вот Кощей и стал купцом а точнее заморским "бизнесменом" и владельцем строительной фирмы, где ему служат черти как и раньше и внешне как и голосами не сильно поменялись но теперь паспортов им не дает, впрочем Кощей не теряет времени и темые делишки творит как прежде и ходит по корчмам и по ясно девицам танцующим и срамотам с сладостратию уподобающимися

 

   Не растается с пистолетами и автоматами кои ему приглянулись и он жалел что раньше у него не было таких вещей против всяких богатырей. отя меч верный булатный он не забыл. но вот коня сменил на железного и лошадями внутренними большими и что пьет воду огненную, также ему приглянулись модные "яйца смерти" с коленьями светлыми

Изменено 2 августа, 2015 пользователем Drazhar

[Кайра]

Холли   ( nps)

Спойлер

 

 

 

Хозяйка  бара  " Цокот копыт"     Симпатичная  блондинка, но с сердцем тролля,  по своем   заботиться   о тех  кому не повезло в новой   жизни,   тех кому не повезло   и тех кого не замечает правительство.   Холли в очередной раз протерла     стойку  и стала ожидать новых клиентов, как бы не болело твое сердце, после утраты сестры  мы ведь должны  жить дальше?

 

 

Грендаль

Спойлер

 

 

Спойлер

Все, что я хочу   немного тишины, чертов Нью- Йорк, гребанная   администрация, которой на тебя плевать.  Думаете  Снежка  лучше Крейна , но может и лучше только  им одиночкам по прежнему приходиться  заботиться  о себе самим

Последние  время   были тяжелыми для него он как мог пытался  утешить Холли, но  увы вряд ли  было можно   его  назвать отзывчивым, слова  застревали в горле, вернее правильные слова.
Все,  что он  мог быть рядом, было странно наблюдать, как этот вечный  бродяга сделал   «Цокот копыт» своим  домом  и стал его бессменный Стражем...

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 1 августа, 2015 пользователем Звездочет

[Verina]

Левша

Спойлер

Тульский мастер-самоучка, подковавший блоху и "в награду" брошенный умирать в больнице для бедных.

Эмигрировал в надежде получить признание. С механикой на "ты", умеет починить любой прибор.

Особые приметы: один глаз немного косит.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 22 июля, 2015 пользователем Звездочет

[First Contact]

Рапунцель (Валерианелла)

 
Рапунцель живёт в небольшой квартирке (меньше, наверно, только у Бигби), в которой царит чисто женский милый/адский кавардак, когда на кухне среди специй можно найти флакончики лака и смывки для ногтей, в ванной - десятки баночек и бутылочек, половина из которых давно уже пустая, в комнате всё, на что можно что-то повесить (включая велотренажёр), завешано блузками, маечками и брючками, а чулочки, носочки и симпатичные, как правило хлопковые с цветочным орнаментом, предметы нижнего белья можно встретить буквально где угодно. Холостяки, считающие, что их расставленные по периметру носки, и автомобильный аккумулятор с удочками посреди спальни - это нечто выдающееся, просто никогда не были в квартире незамужней барышни, не склонной к порядку. Рапунцель в этом плане - образцовая, и к нему не склонна ни в быту, ни в делах, ни в мыслях. К слову, зачем ей специи на кухне - тоже не понятно, готовит она плохо и не раз задумчиво выбрасывала хорошо подгоревшее непоймичто прямо со сковородки. Но пусть специи уже давно грустно выдохлись, у них очень красивые баночки, вероятно это и побудило Рапунцель однажды их купить.
 
Впрочем, в её квартирке мужчины не бывают - ни холостяки, ни женатые. По крайней мере в качестве мужчин. Несмотря на сексапильность в десять баллов из десяти, на окружающую её ауру женственности и подчас провоцирующее поведение, в котором она совершенно не отдаёт себе отчёта, мужчин она опасается, и избегает историй по мере ума. То есть довольно регулярно в них попадает. Но, к разочарованию и досаде мужских персонажей этих историй, мало кто (если вообще кто-то) мог бы честно сказать, что ужин с Рапунцель окончился десертом. А естественно, чем больше разочарованных, тем больше злословия и лжи, поэтому репутация у Рапунцель плавает от пресловутых "ах, какая дурочка" до "чёрт, какая же дура" и от "динамы" до "слабой на корму". На самом же деле, чтобы справедливо описать Рапунцель, стоило бы всё это свести воедино.
 
В отличие от многих Сказаний, чьи волшебные способности только осложняют им жизнь в несказочном мире и никак не помогают зарабатывать на хлеб и масло насущные, Рапунцель повезло. Она никогда не останется без денег - до тех пор, пока сможет продавать свои ежедневно отрастающие до пола золотистые волосы. Она является владелицей маленького салона красоты - на пару парикмахерских кресел, маникюршу и кабинетик для массажа и эпиляции. (К слову! О том, что до пяток ежедневно отрастают волосы не только на голове Рапунцель - это всё, конечно, злые сплетни.)
 
Скорее всего и таким небольшим бизнесом она не смогла бы разумно распоряжаться, да и найти, как без подозрений сбывать свои золотые кудри, тоже, если бы не Джоэл Кроу, формально - работающий в её салоне мастер-парикмахер, на деле - не только её персональный стилист, но и тот, без которого всё и в бизнесе, и в жизни Рапунцель скатилось бы в полный беспорядок.
 

Спойлер

Сонная Рапунцель, только что отхватившая большими ножницами отросшие за ночь волосы, теперь наводит красоту в ожидании, когда Джоэл придёт и пострижёт её нормально.

 

История Рапунцель

Сказки, что в нашем мире читают деткам на ночь или включают в виде мультика, чтобы хоть ненадолго удержать их на одном месте (и при этом не на голове у родителей), это чистый вымысел. Но совсем не в том смысле, что драконов, фей и добрых королей не существует. Просто по ним столь многократно проехались цензурой, что от того, как всё было на самом деле, практически ничего не осталось: каждое поколение имело свои соображения, что детям надо рассказывать, что не надо, а что надо добавить для пущего воспитательного эффекта.
 
Настоящие же биографии Сказаний содержат такую концентрацию секса и насилия, что многие из них только рады были бы поверить в свои "официальные" истории. А Рапунцель уже через пару лет жизни в Нью-Йорке без особого труда запамятовала многое, включая своё настоящее имя.
 

..Мать Валерианеллы была дурой изумительной красоты. Мужчины не давали ей прохода, женщины не спали ночами, выдумывая, как извести такую соперницу. Но удивительная глупость позволяла ей считать досадными недоразумениями все невзначай опрокинутые на неё вёдра с помоями, и красота её таким образом ничуть не омрачалась терзаниями и обидами, а железное упрямство в сочетании с достаточно строгим воспитанием способствовало тому, что "до свадьбы - ни с кем", поэтому, вопреки стараниям и поклонников, и завистниц, репутацию ей тоже удалось сохранить, и в свой срок благополучно выйти замуж.. за простого и искреннего человека, не принца и не нищего, не красавца и не урода, не дурака и не хитреца, не злодея и не героя - за совершенно не по-сказочному обычного парня. Все были разочарованы и в первый момент даже как-то отстали от так скучно вышедшей замуж красавицы, но.. красота ведь никуда не делась. А муж, тем более такой никакой - не стенка, можно и подвинуть. Поэтому, когда оторопь прошла, всё началось по новой - вёдра помоев невзначай и ухаживания очень даже взначай.

Выпроводив очередного соискателя жениной благосклонности из собственной спаленки, будущий отец Валерианеллы понял, что больше не может. Пусть всё злословие скатывалось с супруги, как вода с гуся, пусть все ухаживания были совершенно бесплодны, он так больше жить не желал. Долго он решался и подбирал слова, и каково же было его удивление, когда жена не просто согласилась уехать в лесной домик, а согласилась с радостью, тут же расщебетавшись о том, как замечательно они там будут жить. Трудностей она не осознавала, поэтому они её не пугали.

Возможно переезд и правда пошёл на пользу то ли ей, то ли ему (постоянный стресс - дело такое), но едва они обустроились на новом месте и жизнь покатилась своим чередом, стало понятно, что стоит ожидать прибавления в семействе. Радость гордого отца быстро сменилась чем-то совсем иным, когда стало понятно - беременность жена переносит плохо и потому капризначает очень хорошо. А будучи глупой и очень упрямой женщиной ни на какие доводы и уговоры она не смягчалась - "хочу!", и всё тут.

Пару раз ей хотелось чего-то, что не легко, но можно было раздобыть в лесу, на опушке которого стоял их домик. Пару раз ему удавалось обмануть её и подсунуть одно за другое (потому что о том, что просит, она сама имела весьма смутное представление). Но когда она захотела салатную травку валерианеллу, никакие хитрости не помогли: все лже-валерианеллы отправлялись в окошко, а плач стоял такой, что у бедного мужика разрывалось сердце и барабанные перепонки. Самое обидное заключалось в том, что "какая она на вкус, твоя валерианелла-то", капризуля сказать не могла, и у мужа было серьёзное подозрение, что ей просто нравится длинное вычурное слово.

День шёл за днём, а страсти по валерианелле не унимались. Надо было собираться за чёртовым салатом в город - ради ребёнка, за которого он уже начинал опасаться. Куда как проще было бы наведаться туда, где они жили до переезда, но показываться там ему не хотелось, тем более не хотелось самому показываясь там, тем самым давать понять, что жена осталась одна здесь. Поэтому, зная, что по другую сторону леса тоже есть городишко, он вышел затемно и направился туда с единственным желанием - обернуться как можно быстрее. Он очень любил свою глупую жену, и очень тревожился, как бы в его отсутствие с ней чего не случилось.

Поэтому, когда на лесной дороге он почувствовал запах дымка, то есть жилья, он без раздумий свернул с дороги на узенькую, малоприметную тропку. Ну вдруг неизвестный ему лесной отшельник выращивает на огороде не только честную брюкву и тыкву, но и эту самую проклятую салатную траву? Несколько минут - зайти и спросить, а может быть не придётся тащиться в дальнюю даль, откуда он вернётся, хорошо, если к ночи.

Надо сказать, что неладное он смутно почуял - чем ближе он подходил, тем противней пах этот дымок, словно жгли там мокрую шерсть, а может кости.. Но мало ли что приходится делать в хозяйстве, и он не сбавил шага.

Заколебался, правда, когда вместо хижины или домика, продравшись сквозь почему-то сомкнувшиеся на самой тропке колючие ёлки, он увидел каменный дом за высокой каменной оградой. Странные господа должны были бы жить в глуши, посреди леса. И не бояться разбойников - вон, калитка покосилась на одной петле и не заперта..

Он честно собирался зайти, постучаться в дом и спросить. Он не был вором и за всю жизнь не присвоил себе ни одной чужой крошки. Всё просто так вышло. Сначала, пройдя сквозь противно скрипнувшую калитку, и послушав тишину на своё громкое "эй, добрые хозяева!", он увидел огород. Потом, потоптавшись немного и отчего-то робея постучать в треснувшую посредине толстую дверь, решил глянуть одним глазом - может он и сам увидит, что никакой валерианеллы здесь нет, да и не станет терять времени на пустые разговоры и объяснения. И наконец он увидел её.

Не было сомнений - на одной из неровных, словно в дурном настроении разбитых грядок, росла валерианелла. Розочки нежных, овальных, чуть зубчатых по краю листьев были покрыты утренней росой, как драгоценными камнями. Он ещё раз посмотрел на дверь, из которой не доносилось ни звука, на поднимавшийся из трубы тёмный вонючий дым, и решил, что не станет докучать хозяевам, которые, видно, заняты чем-то важным, а просто сорвёт немножко несчастного салата и положит пару монет на порог.

Сорвать-то он сорвал, а вот монеты положить не успел. Прижимая нежные розетки листиков к груди и неловко развязывая одной рукой кошелёк у пояса, он уже подходил к двери (но пойди докажи, что он подходил к ней, а не крался мимо), когда она распахнулась - с такой силой, что ударила кованным переплётом о каменную стену. "Воррррррр!!" - пророкотал гневный старушечий бас, и злополучный салат выпал из враз ослабевшей руки. "Ведьма Мёртвычада," - пролепетал несчастный, в ужасе глядя на ту, что появилась в дверях и указывала прямо на него корявым пальцем.

Он не был героем, но и трусом не был, а может, просто не был дураком, и понимал, что бежать от колдуньи бесполезно - пробежишь два шага, а на третий уже поскачешь лягушкой.. в лучшем случае. В общем, бежать он и не пытался, и, между нами говоря, именно это и спасло ему жизнь - Мёртвычада на всякий детский сад с лягушками размениваться бы не стала. Но он стоял смирно, и она лишь рокотала раз за разом "Ворррррр!!", не спуская с него корявого пальца и в крайнем бешенстве топая ногами. Но вечно так продолжаться не могло, он более-менее собрался с мыслями и начал попытки объясниться. Ещё некоторое время они представляли собой довольно забавный для стороннего наблюдателя дуэт, особенно если б сторонний наблюдатель был любителем оперы: неумолимая тема судьбы в тяжёлом ведьмином басе и этом колокольном "ворррр-ворррр", и тревожный, трепещущий, нежный речататив оправданий лирическим баритоном, местами переходящим в драматический тенор.

И как росток пробивает камень, постепенно до ведьмы начали доходить все эти "салатик", "беременная жена", "очень люблю".

— Любишь, значит? - неожиданно спросила ведьма противным, но вполне себе человеческим, а не колокольным голосом , не опуская, впрочем, пальца.

— Очень, - простодушно ответил злополучный добытчик салата.

И ведьма сделала ему предложение, от которого, в лучших традициях всех миров, бедолага не смог отказаться, каким бы чудовищным и несправедливым оно ни было: отдать ведьме ребёнка, чтоб сохранить жизнь обоим родителям. "Траву подбери," - велела Мёртвычада, отирая руку о бесформенную складчатую юбку, когда договор был скреплён рукопожатием "на слюнки". - "Полезная и нервы успокаивает".

Один из двух полезных пучков он, не чувствуя вкуса, сжевал по дороге. Хотя может быть особого вкуса там просто не было. Подходя к дому, он с удивлением обнаружил, что вернулся к завтраку - всё его судьбоносное путешествие заняло несколько часов, никаких тебе "долго ли, коротко ли".

Когда жена выбежала навстречу и, обняв, прижалась к нему уже изрядно округлившимся животом, он чуть не заплакал. "Вот.. я принёс валерианеллы, милая.. Не очень много, понима.." Но она перебила его, толком и не взглянув на нежные листики в его руке: "Ах, ну зачем ты вообще пошёл куда-то, я соскучилась, тебя не было так долго!" С глухим стоном он схватился за голову.

Потом, когда с десятого раза ему удалось всё объяснить, было очень много слёз. Вернее, они начались где-то на четвёртом заходе объяснений, ну а потом уж не иссякали. Но вся эта история происходила в сказочной земле, поэтому они не обвиняли друг друга, они пытались друг друга утешить. Должны же быть у сказки какие-то отличия от наших порядков..

И в конце концов, в одиннадцатый раз пересказывая жене слова ведьмы, он обнаружил то, что как-то упускал раньше - ведьма сказала: "Сама я уж слишком стара, чтобы родить ребёнка, так вы отдадите мне свою девочку в падчерицы". То есть съесть ребёнка или употребить его на чёрное колдовство она не собиралась! Всё познаётся в сравнении, и теперь они почти обрадовались. Слёзы были вытерты, и было принято решение не горевать. В конце концов они молоды, и будут у них ещё дети. На том и порешили, а начавшую уж подвядать валерианеллу кинули в салат с молодым редисом и варёными яйцами, получилось хорошо.

И вот тут настало "долго ли, коротко ли", дни шли за днями, живот подростал, а каждое утро на пороге словно сама собой появлялась корзинка свежей валерианеллы. Жена иногда вхлипывала, когда крошила её листики в большую миску, но в целом - история родителей Рапунцель на этом себя исчерпывает. Они смирились и в назначенный час, после лёгких и благополучных родов, услышали стук в дверь и отдали новорожденную девочку явившейся за ней собственной персоной ведьме Мёртвычаде.

Несмотря на жуткое имя и исключительно недобрую славу, ведьма не была лишена определённой человечности. И о маленькой девчушке проявляла самую трогательную и пристальную заботу, ежедневно по нескольку раз купая её в отварах девяти колдовских трав, выкармливая молоком девяти чёрных коз, спрядая ей пелёнки-одежонки на девяти станках, сделанных из деревьев, в которые били молнии, и всё такое прочее. Ведьма бережно взращивала самое дорогое, что может быть, помимо собственного дитя - преемницу своего искусства.

Но когда девочке исполнилось три года, Мёртвычада, что смотрела на неё, играющую с птичьими пёрышками и косточками, со смешанными чувствами сделала два вывода. Первый - девочка будет очень красива, правда не той классической красотой ведьмы, что одновременно манит и пугает, а той, от которой мужчины превращаются в идиотов. Второй - преемницы из неё не получится, потому что она не блещет памятью, усидчивостью и быстротой соображения. Мягко говоря. Сама-то Мёртвычада в сердцах плюнула и загнула невоспроизводимое сказочное ругательство, от которого где-то в чаще леса раскололась пополам вековая сосна.

Ведьма назвала белокурую малышку Валерианелла, то ли руководствуясь горькой иронией автора ситуации (ведь кто знает, не была ли вся история подстроена ею с того самого момента, как молодая пара поселилась на опушке её леса), то ли просто потому, что это было красивое длинное слово. Она перестала ждать от девочки чего-то выдающегося, но не съела и не пустила на колдовство, а оставила, потому что.. даже ведьмы нуждаются в компании.

Но, всё же, не в любой. А когда Валерианелле исполнилось лет девять, стало понятно, что предварительные выводы Мёртвычады насчёт неё были не совсем верны. Второй был, пожалуй, излишне категоричен, девочка была скорее рассеяна и легкомысленна, чем патологически тупа. А вот первый, пожалуй, не отражал всей серьёзности ситуации. Ведьма не раз мучалась вопросом - не проморгала ли она рыжего пятнышка на одной из черных коз, и не осыпалась ли цветочная пыльца в настой девяти трав, и не помочился ли кобель-крипторх на одно из тех деревьев, в которое потом ударила молния.. В общем, не приложила ли нечаянно сама ведьма руку к обозначившейся способности Валерианеллы.

Первым был младший сын того охотника, что раз в год приходил в ведьмин лес за непуганными оленями, в виде платы оставляя у её калитки лучший подвяленный окорок. Кому страшная злая ведьма, а кому - деловой партнёр. Но отношения несколько расстроились после того, как Мёртвычада обнаружила его пятнадцатилетнего мальчишку, самозабвенно целующегося с Валерианеллой в садовом сарае и уже задравшего ей на голову юбку. Лишившись сына, охотник несколько расстроился, и на зиму ведьма осталась без оленины. Искренне расстроенная (не отсутствием оленины, а довольно таки мрачным финалом ухажёра) Валерианелла только хлопала полными слёз глазами, и повторяла, что не знает, как так получилось. "Чуть было не получилось", - с мрачным сарказмом думала ведьма, вновь отмечая, как быстро оформляется фигура у девятилетней девочки.

Потом был бродячий музыкант, забредший в зимнее ненастье на огонёк. Он был постарше, и ведьма не стала ждать чего-то помимо жарких взглядов, которыми он начал обшаривать девчонку, затеявшую мыть на карачках пол, едва отогрел у огня сосульки на бороде. Валерианелла, которая так и не поняла, куда же делся такой приятный человек, посланный ведьмой за дровишками, очень сокрушалась - он-де обещал ей, оказывается, показать что-то интересное перед сном. Мёртвычада только диву давалась - и когда успел. Хотя был шустрым, хорошо бежал по снегу.. те пару шагов.

Одинокий домик в лесу удивительным образом переставал быть одиноким. Чем теснее в груди становилась Валерианелле детская рубашка, тем чаще ведьме приходилось, подобрав свою складчатую юбку, спешить за дом, к сараю, на чердак, на ягодную полянку, к ручью, обратно к дому, туда и сюда, чтобы обнаружить всё ту же картину: Валерианеллу, совершенно лучезарно и невинно улыбающуюся какому-нибудь, непонятно откуда взявшемуся двуногому кобелю, едва только не развязывающему уже штаны. Так часто Мёртвычада не изводила людей, кажется, никогда за всю свою долгую карьеру злой ведьмы.

Одной звёздной летней ночью, когда Валерианелле должно было исполниться 12 лет, Мёртвычада долго возилась у своего ведьминского котла, а когда бросила в варево последнюю щепотку, её дом содрогнулся от крыши до основания, так, что трещина в толстенной входной двери стала ещё глубже, а на чердаке совы, уже вернувшиеся с охоты, разухались возмущённо, как какие-нибудь куры.

Наутро, когда рассвело, вышедшая на двор Валерианелла не узнала леса вокруг. Колдовство перенесло дом ведьмы в самую глушь, куда не забредали ни охотники, ни певцы, ни разбойники, ни коробейники. Девочка простодушно обрадовалась и захлопала в ладоши - ведь так интересно должно было теперь исследовать новое место! Но радость обернулась слезами, когда выяснилось, что переездом план ведьмы не исчерпывается.

Весь день Мёртвычада готовилась к большому колдовству, не поддаваясь на мольбы и не откладывая задуманное и на "пару денёчков, ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста". С последним лучом солнца на полянке неподалёку от дома был закончен круг из камней, а посредине, голая и дрожащая была привязана к столбу Валерианелла. Когда же взошла луна, Мёртвычада смочила колдовским варевом камни вокруг девочки, приказав им расти выше деревьев, и её волосы - им повелев расти до земли.

К утру Валерианелла оказалась наверху высокой башни без дверей, а белокурые, золотистые волосы её через единсвенное окно свешивались, послушно касаясь земли. Так и кончилось её детство.

И вновь было "долго ли, коротко ли", дни шли за днями, и нельзя сказать, что так уж была безрадостна её жизнь. Хотя, конечно, довольно скучновата. Не обладая никакими особыми талантами, а значит и увлечениями, способными занимать время, Валерианелла большую часть времени проводила в мечтах и уходе за волосами. Её тело менялось и расцветало день ото дня, и Мёртвычада, которая навещала узницу ежедневно, поднимаясь в башню по опущенным из окна волосам со сноровкой бывалого альпиниста, говорила себе, что всё сделала правильно и вовремя.

Неизвестно, что там было в голове у ведьмы, хотела ли она навсегда оставить Валерианеллу при себе или, быть может, дождаться только ей известного срока, и выдать ту замуж за короля или колдуна.. Но вряд ли, осуществись её планы, сказка стала бы известна. Ведь в интересной истории всё должно постоянно идти наперекосяк.

Наперекосяк пошёл, вернее поехал некий юный принц, заплутав в лесу. И конечно он набрёл на Валерианеллову башню. И конечно ведьма именно в тот день отправилась на дальнее болото за белыми пиявками и слюной болотных русалок, а добывать и то, и другое - дело не быстрое. И в распоряжении принца был весь день.. и вся ночь. А Валерианелла так соскучилась по людям за годы своего заточения, и так жалко ей было бедного уставшего от блужданий по лесу принца, которому из высокого окошка и стакана воды было не подать, что, само собой, она выбросила из окна свои косы, по которым он, несмотря на всю усталость, забрался в её башню пошустрей ведьмы..

На этом роль принца в истории Валерианеллы заканчивается. Больше она его не видела. И совсем не потому, что его настигла страшная Мёртвычада, просто он как-то и не планировал возвращаться.

Но Валерианелла об этом не знала и каждое утро с улыбкой смотрела вдаль из своей башни, ожидая процессию сватов. Ведь если любовь, то это значит свадьба, верно?.. А потом она пожаловалась ведьме, что платье почему-то стало узковато в талии.

Не одно вековое дерево в чаще леса треснуло в ту ночь от ведьминой брани. Поросль послабее и вовсе разлеталась мешаниной листьев и веток. Ярости Мёртвычады не было предела, и она не убила забившуюся в угол Валерианеллу только по одной причине - не хотела для неё такой лёгкой судьбы.

Намотав на одну руку её чудесные золотистые волосы, на другой ведьма выпустила огромные когти и отсекла их. На чёрных перепончатых крыльях вылетела она из окна башни, держа Валерианеллу поперёк живота, и выбросила её в самой мрачной чаще, немало не заботясь, как та приземлилась. Сломала себе что-нибудь - и хорошо, думала разъярённая, обманутая и обиженная в лучших чувствах ведьма. Она ли не растила, она ли не берегла..

Мягкие еловые лапы смягчили падение Валерианеллы, лишь немного оцарапав. От пережитых волнений она уснула тут же, на мшистой земле, и крепко проспала до самого утра. А когда проснулась, обнаружила сразу несколько проблем: она не знала, куда идти, она была голодна, начавшее жать платье свободнее не стало, и честно продолжавшие исполнять однажды наложенное заклятье волосы отросли до самой земли. В своей одуряющей ярости Мёртвычада не учла, что просто обкорнать их недостаточно.

С голодом вопрос решался проще всего - выросшая в лесу девочка, пусть и бездарная ученица с точки зрения ведьмы, Валерианелла быстро нашла и грибы, что можно было есть сырыми, и ягоды, что утоляли жажду. Цеплявшиеся за всё, тяжёлые от ночной росы волосы она кое-как заплела в косы и завязала на поясе. Не понимая причины, по которой жало платье (дети - это ведь после свадьбы, верно?..), она всё надеялась, что проблема решится сама собой, просто надо сильно не наедаться. Оставалось только решить, куда идти. Это кажется смешным, но Валерианелла решила искать дом ведьмы. В конце концов та была её единственной семьёй.

Её не тронули дикие звери, она не умерла от голода, распорола острым камнем платье на талии, привыкла укрываться на ночь волосами, и через пару месяцев даже нашла свою башню, забраться в которую, впрочем, всё равно не смогла бы, даже не будь беременной. А вот каменный дом ведьмы исчез, оставив только пятно голой земли, где ещё девять лет не должна была осмеливаться расти трава. Мёртвычада вновь переехала, как говорится, не оставив адреса.

Всякая наивность имеет пределы, и к этому моменту Валерианелла уже понимала, что раздуло её отнюдь не от ягод и грибов. И ещё она знала, что носит не одного ребёнка, а двоих - они уже начали толкаться, и она часто замирала, прижимая руки к животу навстречу этим толчкам и улыбаясь. Но улыбка сменялась слезами страха и отчаяния. С каждым днём ей было всё тяжелее, она боялась предстоящего и нуждалась в помощи.

Первыми людьми, которых она встретила, выйдя через несколько недель на опушку огромного леса, был старый охотник с сыновьями, некогда привозивший к дому ведьмы вяленые оленьи окорока. Эта история могла бы стать намного страшнее и печальнее, но то ли из страха, то ли из брезгливости, они лишь прогнали "ведьмину приживалку" - ту, которую считали виновной в гибели своего младшего брата.

Не исключено, что охотник послал сыновей предупредить окрестный люд о том, что тут таскается "проклятая ведьмина брюхатая потаскуха", и когда Валерианеллу в пятый или шестой раз встретили камнями, она поняла, что ей остаётся лишь уйти обратно в лес.

Идя, не разбирая дороги и рыдая, она не сразу поняла, что у неё начались роды. Дальнейшее потонуло в боли и бреду.

Когда Валерианелла очнулась, она почувствовала.. пустоту. И ещё странный вкус на губах. Шатаясь, она вышла к ручью и долго пила, пытаясь холодной водой хоть немного заполнить пустоту внутри себя и смыть этот отвратительный, навязчивый, приторный до горечи вкус с яблочным запахом.

Постепенно она начала что-то вспоминать. Как кричала, выгибаясь на траве, набирая полные пригоршни лесной земли, и как откуда-то появилась незнакомая ей женщина, шептавшая успокаивающие слова и давшая ей яблоко, с каждым укусом от которого боль становилась всё глуше, ей начинало казаться, что она парит в ночном небе и видит далеко внизу свою башню, и себя в ней, высунувшуюся из окошка и придерживающую намотанные на крюк в стене волосы, по которым взбирается её принц.. Она смеялась, а он всё поднимался и поднимался.. А потом она услышала детский плач. Но женщина, чьё лицо никак не желало вспоминаться, склонилась очень близко и прошептала грустно: "Твои дети умерли, милая. Ни к чему тебе их видеть, я унесу и похороню их. Спи, тебе нужно отдохнуть." И она послушно уснула, но засыпая продолжала слышать детский плач, и в дурмане, навеянном колдовским яблоком, думала: как же так, ведь мёртвые дети не могут плакать?..

 
До наступления Врага и бегства из Родных Земель Валерианелла не раз предпринимала попытки разыскать своих детей. Но ни разу ей не удавалось найти хоть малейший след. Время шло, и иногда ей казалось, что не только детский плач почудился ей в бреду, а что и та женщина, спасшая ей жизнь, но унёсшая детей, тоже была видением.
 
В Нью-Йорке, оказавшись одной из тех Сказаний, что смогли относительно неплохо устроиться в чужом для себя мире, она, кажется, твёрдо решила начать всё с чистого листа. В том числе - с лёгкостью приняв более привычное для этого мира имя Рапунцель.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 31 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Элесар]

Ренар Гупиль /Лис Ренар (Reynard the Fox)

Биография:

Спойлер

В Родных Землях был одним из вассалов короля-льва, Нобля.  Ни сеньор, ни другие знатные звери не любили Лиса из-за его плутовства и розыгрышей, но в то же время всячески старались с ним потягаться в хитрости. Когда на королевство напал Враг, портал, единственный, через который можно было сбежать, перекрыли войска противника. Лис пришёл к гоблинам, составлявшим армию Врага, и убедил их, что желает помочь истребить остатки повстанческих сил. Когда же они, в соответствии с планом Ренара, дожидались остальных зверей в роще, он смог провести беглецов к порталу.
Новый мир встретил пройдоху совсем не так, как тот  ожидал – вместе с остальными, не похожими на Простаков Сказаниями, он оказался заперт на Ферме. В то же время как его давний враг – кошачий принц Тибольд – вполне себе неплохо поживал на ту часть сокровищ, что ему удалось захватить с собой, пока Ренар занимался вызволением остальных (и его в том числе). До Синей Бороды, по размерам “спасённого” золота, кошаку было, безусловно, очень далеко, но Лис всё равно чувствовал обиду из-за несправедливости.
Спустя какое-то время такой жизни, Лис сбежал с фермы и попытался пробраться на 13-й этаж, чтобы вызнать секрет Чар у ведьм, но его поймали. Ренару, однако, удалось убедить одну из волшебниц заключить с ним договор – она предоставляет ему Чары “в кредит”, а он обязуется в течение двух месяцев найти средство заработка, для оплаты её услуг сейчас и в будущем. Как он успел убедиться – за этот срок нереально найти хорошо оплачиваемую легальную работу. Так закончилась сказка благородного пройдохи и началась история Ренара Гупиля – скупщика краденого.
Официально у него есть свой собственный видеопрокат, однако живёт он явно не по средствам – “белого” дохода едва хватало бы на то, чтобы продолжать платить ведьме с 13-го этажа. Не связываясь  с чем-то совсем уж опасным – наркотиками, оружием, Чарами – Ренар смог неплохо наладить покупку и продажу контрабандного и просто незаконного товара. Возможно, конечно, и за ним когда-нибудь придёт Большой Страшный Волк, но Лис не из тех зверушек, которых легко поймать.

 

Наши дни:

Спойлер

- Я могу вам чем-то помочь, уважаемый?
- Я… продавца жду. Да, продавца, - нервный темноволосый мужчина испуганно посмотрел на подошедшего к нему и невольно сглотнул.
- Продавец отошёл, но я к вашим услугам. Хозяин этого уютного местечка. Зовите меня Ренар.
- Эээ… - замялся посетитель, но протянутую руку всё-таки пожал. По виду было похоже, что он готов провалиться сквозь землю, лишь бы оказаться в каком-нибудь другом месте.
- Понимаю. Не хотите афишировать своё присутствие и порой так трудно решить кто вы – мистер Смит или мистер Джонсон. Не волнуйтесь, это совсем не обязательно, - ободряюще улыбнулся мужчине Ренар и, сложив руки за спиной, выжидающе глядя на него. – Может быть, всё-таки расскажете, с какой целью вы нас посетили?
- Ну, я слышал, вы торгуете…
- Шшш… - хозяин  приложил палец к своим губам. Кровь в жилах клиента застыла – похоже, что-то пошло не так. Но не успело подсознание подкинуть ему пару весёлых картин, в которых фигурировала полиция, Ренар продолжил, как ни в чем ни бывало. – Мы даём видеокассеты в прокат милейший и только, - он подошёл ближе, заговорщически понизил голос и подмигнул посетителю. – Но здесь всегда готовы поговорить с друзьями. Вы же мой друг, мистер… ну, допустим, Питерсон? Я вас, например, своим другом уже считаю, хоть знакомы мы и недавно.
Новоявленный “мистер Питерсон”, который явственно потерял дар речи, тут же закивал, не перебивая собеседника.
- Поэтому, допустим, если мой посетитель расскажет о том, что бы он хотел приобрести, я бы очень внимательно его выслушал.
- Альфа Ромео… Альфа шесть, - заплетающимся языком проговорил темноволосый. Похоже это был его максимум, на данный момент.
- Итальянское качество? Прекрасно, прекрасно. Вы же в курсе о расценках… услуг нашего проката мистер Питерсон?
- Да, я принёс деньги, мистер… Ренар, я вам их сейчас отдам… - снова закивал клиент, роясь в карманах в поисках долларов.
- Ну почему же отдадите, милейший? Вот… - с этими словами хозяин достал с полки одну из касет и протянул её темноволосому, - …прекрасный образчик американского искусства, который поможет вам скоротать вечер. Оплатите полную стоимость проката на кассе и кто знает, может через неделю или, максимум, две, ваша мечта о машине осуществится. Вам всё понятно, мистер Питерсон?
- Я… да, всё понятно, - ответил мужчина и медленно побрёл в сторону кассы. Странный этот хозяин, но какие ещё были у него варианты? Купить машину в салоне он не мог себе позволить.
Ренар усмехнулся, кивнул вернувшемуся на своё рабочее место продавцу, и пошёл на выход из магазина. Мечты вообще часто сбываются, особенно если ими поделиться с правильными друзьями и иметь на руках достаточно денег. Как хорошо для мистера Питерсона, что Гупиль как раз такой, правильный друг.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 24 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Alice von Bertruher]

Элли Смит

Не путать с Дороти Гейл!

Спойлер

  После приключений в Волшебной стране Элли попыталась вернуться к обычной простой фермерской жизни в своем родном Канзасе (где именно находилась ее ферма неизвестно, и был ли это реальный Канзас). Однако непредвиденные обстоятельства и внезапная гибель младшей сестры Энни заставили вернуться на тот момент уже взрослую девушку (26 лет) в Волшебную страну. Ее взору открылась разоренная и почти полностью разрушенная некогда прекрасная и удивительная страна, покрытая лишь пеплом, полыхающая огнем. Изумрудный город был одним из немногих кто до последнего сопротивлялся яростным атакам сил таинственного Врага. Правитель города, Страшила Премудрый, генерал изумрудной армии, Железный Дровосек, а также Храбрый Лев держали оборону в течение нескольких недель, с общими силами добрых волшебниц и армии крылатых обезьян. Использовали даже прирученных саблезубых тигров и бомбы из сонных маков. Но даже это не спасло великий город с его казалось бы неприступными крепостями и стеной. В бою пал Храбрый Лев, Страшила и кто-то из волшебниц были схвачены в плен, и дальнейшая их судьба неизвестна. Лишь Дровосеку вместе с Элли удалось избежать страшной участи. Они вдвоем одни из немногих, кто спасся из чудовищной резни.

  Сейчас как и остальные Элли и Дровосек проживают в Фэйблтауне. События прошлых дней так сильно тронули девушку, что она кардинально изменилась. Из милой, общительной и ласковой, она стала более холодной, грубой и неразговорчивой. Носит странные очки с зелеными стеклами, как единственное воспоминание о прошлом. Слушает какую-то мрачную музыку и поддерживает такой же внешний вид.

В ее комнате живет огромный черный пес по кличке Тото.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 28 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Лакич]

Лютер Альбрикх

 

 

Спойлер

- Здравствуйте, вы дозвонились в ломбард и ювелирный магазин "Счастье Нибелунгов", если вы из банка, то можете смело идти в задницу, потому что я отдал вам все еще в прошлом месяце, пока, - недовольный гном положил трубку, гневно взирая на свои владения: позолота, дешевое серебро и самоцветы - Простаки, Сказания, все они любили эти жалкие безделушки, причем обычно скрывая это под какими-нибудь глупыми отмазками:"О, дорогая, я купил тебе это колье, потому что наша семья по уши в долгах, я работаю на трех работах, но как-то же надо самоутвердиться, если в постели не судьба?" или "Смотри, если у тебя будет позолоченное, дешевое, но большое кольцо с фальшивым камнем внутри, то люди будут думать, что у нас нормальный брак и мы вовсе друг-друга не презираем уже несколько лет, дурачье!".
Лютер фыркнул, тряхнув головой, поймав себя на мысли, что его начинает нести на романтику - неблагодарное это дело, мечтать о плохой жизни других, когда у тебя есть своя, не менее удачливая. Поэтому, наверное, следуя каким-то унылым наваждением, цвейг, лениво насвистывая незамысловатую мелодию, поспешил закрыть свой магазин раньше обычного и отправить туда, где таких как он - отверженных и немощных - встречают с распростертыми руками - в какой-нибудь дешевый бар.
Ну, или почти всегда.

Вообще, обычно, Лютер никого и никогда не трогает, если его не злить. Однако проблема была в том, что он был зол чуть меньше чем всегда, поэтому, наверное, все закончилось так как закончилось.
- Ох, - простонал цвейг, осматриваясь по сторонам - он лежал, среди мусора, в грязи и засохшей крови, в каком-то переулке, даже не замечая восход, который, словно специально, его еще больше раздражал. "Что же вчера было?" - задавался вопросом Альбрикх, однако единственное, что он помнил, это лишь небольшую беседу с местным колоритом.
"Да дерьмо это ваше Назад в будушее, - помнится, причитал он, когда пинта дешевого (и разбавленного, наверняка!) пива встретила свой конец, обращаясь с компании людей, явно недоброжелательной внешности, но Лютер смотрел ведь в душу, - и вторая часть тоже дерьмом будет!". Так, слово за слово, начавшие уже клеветать родословную друг-друга, собеседники, посчитав цвейга слишком искусным в словесных перепалках, ничего лучшего не решили, как выбить ему пару зубов.
Лютер встал, пошатнулся и, посматривая на восходящее слонце, сплюнул в сторону.
- Еще один дерьмовый день, - пробормотал гном, направляясь домой.

 

Вечно раздражительный, мягко говоря, недружелюбный и унылый, этот гном может казаться черствым и отверженным. Однако так ли на самом деле? Может его судьба так изменила? Или же ярлык хранителя клада, которого ничего кроме золота не интересует, сделал его таким? Быть может этот цвейг - романтичный и утонченный в глубине души, защищающийся от этого мира броней грубости и язвительности? Все может быть.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 27 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Elli_Pirs]

                                                     Роберт Вайт. "White Rabbit"/"Белый Кролик".

 

 

 

Кролик под чарами:

 

Спойлер

Белый Кролик... Наверное нет ни одного человека, который не слышал бы про этого персонажа из сказок. И тем более нет ни одного сказания, которое не знало бы, кто это такой. Маленький, добрый, пушистый, быстрый, тщеславный... Тот, кто постоянно умудрялся ускальзать от Большого Серого Волка, когда тому не хотелось доставать Красную Шапочку, и тот, кто каким-то образом сумел продуть гонку с черепахой. Став человеком, кролик не растерял свои качества и по сути продолжил заниматься тем, что делал раньше (прожигать жизнь), только не боясь того, что его кто-то может съесть. Даже наоборот, научившись довольно хорошо драться, водить машину и хитрить, он перестал быть таким безобиным. Хотя кого я, рассаказчик, пытаюсь обмануть? Вы же знаете, какими становятся люди, получившие силу, после того, как его долгое время притесняли? Нет, он не стал злым... Но на пути к своей цели он может использовать более жёсткие методы.

Наверное Вайт никогда бы не дожил до момента, когда всех сказаний изгнали, если бы был дураком... А он довольно таки умный, ведь результат говорит сам за себя. Поэтому Кролик работает учителем химии в университете. А по ночам подрабатывает курьером, который перевозит... немного незаконные грузы и получает хорошие деньги за то, что доставляет всё быстро и без лишних вопросов. Днём добрый и весёлый учитель, от которого без ума ученики и которого уважают остальные педагоги, а ночью контробандист... Да, Мистер Вайт - многогранная личность. Из доходов можно так же назвать его пристрастие к покеру.    

Кролик - создание, которое стермится к скорости, поэтому пока что в своей жизни больше всего он любит свою машину Ford Mustang.

Машина:

Спойлер

    

Так же при себе он всегда имеет маленький револьвер, на случай, если кто-то из очень сильных сказаний захочет вспомнить былые времена, а боевые навыки Вайта тут не помогут.

Спойлер

  

 

Случай 2 недели назад:

Спойлер

Дверь в помещение автормастерской со скрипом отворилась, задев маленький колокольчик, который должен был оповещать о приходе новых клиентов, но на этот раз это был не совсем человек, готовый тратить здесь деньги. В комнату зашёл Вайт и, поправив двумя руками воротник своего пиджака, облокотился на деревянный прилавок, из под которого доносился шорох, недовольные возгласы и виднелась сгорбленная спина.

- Ээээх, - громко вздохнул Роберт, пытаясь дать понять, что продавец здесь не один.

- Сколько же раз говорил, что бы они ложили квитанции к квитанциям, чеки к чекам, широкую на широкую... - продолжал недовольно ворчать мужчина, что-то собирая с пола.

- Алё? - ещё громче сказал Кролик, недовольный тем, что его, хоть и не специально, но всё же игнорируют, - Ты там оглох?

- Они свинячат, а я должен убирать, как чёртова золушка... - всё так же разговаривал сам с собой продавец.

На этом терпение Вайта истекло и он пнул прилавок, из-за чего мужчина резко захотел поднятся и ударился головой об крышку стола, затем выпрямился и, почёсывая затылок затороторил.

- Всегда рады в нашей автомастерской "У Чарли". Я Чали. По субботам у нас действует особая скидка и вы сможете пройти развал схождение за пол цены.

- Нет, Черепаха, - ответил Кролик, засунув руки в карманы брюк, - Это ты мне сейчас заплатишь. И не пол цены, а всю сумму.

- Что простите? - спросил Чарли, сделав вполне убедительный вид, будто не узнаёт своего собеседника.

- Три дня назад я привёз груз суммой на 300.000$. Верно?

- Верно, - кивнув головой согласился продавец.

- Ты должен был заказчику 300 кусков, а он получил лишь 200. Где ещё 100?

- Какие 100 кусков?

- Что за цирк!? - повысил тон Вайт, разведя руками в стороны, - Всё ты помнишь, чёртова кастрюля на ногах, без актёрского таланта! И грузовик с товаром и оплату... И меня! Ты знаешь кто я! Назови моё имя!

- Кролик, - вытерев проступивший пот с лица, отвтеил Чарли. 

- Ты чертовски прав! - подтвердил Роберт и, сложив руки на груди, продолжил, - Так где 100 кусков?

- Слушай, Вайт, у меня небольшая заминка и остальное отдам через неделю...

- Прямо сейчас! - грубо перебил его Кролик, - И никаких отговорок!

- Да не могу я сейчас, пушистая ты сволочь! - сорвался Черепаха, - Да и треть вашего груза была бракованная и я не обязан за неё платить!

- Ты не заплатишь моему нанимателю, - на удивление спокойно начал говорить Вайт, словно забыв про свой враждебный настрой, - Он не заплатит мне, в итоге у меня не будет денего, что бы купить чары, я перестану быть человеком и БигБи отправит меня на ферму. А ты на эти 100.000 будешь набивать брюхо и наслаждяться всеми прелестями человеческой жизни, как цветной взгляд на мир, танцы, езда, любовь... Разве такого будущего ты хочешь для своего старого приятеля?  

- Глядите-ка какой ты у нас бедный на спорткаре! Мы не приятели, усёк? И мне начхать, что бедет с твоей пушистой, зажравшейся мордой! - всё так же грубо продолжал Чарли.

- Значит ты тащишь сумку с деньгами прямо сейчас, - Кролик схватил продавца за грязную футболку и немного подтянул к себе через прилавок, явно перестав играть в "хорошего копа".  

- Ребята! - жалобно взвыл Чарли, - Бейте его!

Из рабочего помещения выбежали трое мужчин, уже готовых избить кого-нибудь. Кролик оттолкнул Чарли от себя, так что тот упал на спину, а затем повернулся к недоброжелателям. Первый хотел ударить Вайта куском арматуры, но он сделал шаг вперёд и пол оборота в сторону, ловко пропустив его мимо себя так, чтобы он споткнулся и рхнул, сбил вбок удар слудующего "борца за правду", затем заехал ему коленом в живот и и правой рукой в нос. Тут же Роберт почуствовал, что его крепко схватили сзади и он, не долго думая, ударил схватившего затылком в лицо и, резко развернувшись, всёк ему локтем в ухо, тут же взял его за волосы и пока он был "немного потерян" пару раз стукнул работника головой об прилавок так, что послышался звук трескающегося дерева. Кролик обернулся и увидел "бойца с арматурой" который явно не собирался снова падать. Вайт увернулся от двух ударов, отходя назад, пока не наткнулся на этот чёртов прилавок по середине помещения. Тут же Кролик cел на cтолешницу, скинув пару бумаг, и развинул ноги в стороны, чтобы не получить по коленям от корокого вертикального удара арматурой. Из этого положения Роберт положил одну ногу на плечо атакующего, зафиксировав таким образом положение его "башки", а другой ногой с размаху ударил в висок, отправив мужчину в накакут.

Кролик вновь встал на пол и услышав, как сзади открылась дверь с недовольным грубым криком "Да можно мне поспать!?", машинально достал из-за спины револьвер и выстрелил в дверной косяк в знак предупреждения. Железный Дровосек, в полуметре от головы котрого пролетела пуля, окончательно осознав, что это совсем не его дело, так же резко захлопнул дверь, как и открыл пару секунд назад.  

Вайт убрал пистолет на место и подошёл к Чарли, который всё так же лежал на спине и не мог встать.

- Как прятно осозновать, что хоть ты и человек, но кое-что никогда не меняется, - с издёвкой подметил Кролик беспомощное положение Черепахи.

- Ладно! Хорошо! Ты победил! К вечеру будут деньги! Клянусь! - торопясь начал Чарли, - Только оставь меня!

- Так бы сразу, - спокойным голосомответил Вайт и, поправив рукава пиджака, направился к выходу.

- Эй, Вайт? Ты же меня поднимешь?

- Сам вылезешь...  

 

Интересный факты/черты:

- Превосходный игрок в покер.

- Имеет ярко-зелёные глаза.

- Обожает свою машину.

- Любит виски со льдом.

- Имеет слабость к девушкам (особенно рыжим/темноволосым).

- Носит дорогие деловые костюмы. 

- Недолюбливает шерифа (кролики и волки никогда особо не дружили)

- Любитель рэпа:  

Спойлер

http://www.youtube.com/watch?v=gT1bphQZOnE&feature=player_embedded

- Жил в Детройте, Лос-Анжелесе и в конце концов Нью-Йорке.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 28 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Энди-с-Лицом]

Рудольф фон Штильцхен, Румпельштильцхен.

 

Портрет

Без Чар

Рост — 1 метр, 28 сантиметров.

С Чарами

Рост — 1 метр, 82 сантиметра.

 

Кратко: Рудольф фон Штильцхен, он же Румпельшитльцхен (для друзей — Румпель или Штильцхен), он же герой сказки имени самого себя. Время от времени может обращать подручные материалы в золото 999-й пробы (чему имеются свои ограничения, не позволяющие разбогатеть). Не самое доброе Сказание. Характер скверный, язвительный, саркастичный; бывает груб (на что повлияли жизненные обстоятельства). Не женат.

 

Сказка — ложь или Развёрнутое описание жизни Румпельштильцхена

Жизнь — страшная штука. И несправедливая. Страшно несправедливая, можно сказать. И, как правило, разительно отличающаяся от сказок. Прекрасным тому доказательством служит Румпельштильцхен, он же Рудольф фон Штильцхен, он же просто Румпель. Сказку об этом вредном человечке слышали многие. О том, как он жестоко пытался отжать первенца у всей такой невинной дочери мельника, резко заделавшейся королевой. Ну и том, как от злости мерзкий карлик разорвал себя на части. Очень смешно, не правда ли? Ага, только вот Румпеля история его жизни совершенно не веселила.

 

Начать, пожалуй, следует с того, что Румпель был вовсе не карликом. То есть, пониже, конечно, остальных людей, но вы посмотрите на ту гоп-компанию, с которой тусовалась Белоснежка! Вот там да, там настоящие карлики. Гномы, тьфу на них. А Румпель просто в детстве много болел, вот и вырос невысоким и щупленьким. Ну и не красавцем. Впрочем, сами попробуйте с таким идиотским именем вырасти в нормального человека. Даже старый хрыч, у которого он пытался выучиться колдовству, предпочитал обучению бесконечные издёвки, в том числе в стихотворной форме. Плюс способностей у Румпеля хватило только на одно заклинание, зато полезное — превращать вещи в золото прикосновением. Что не сильно подняло его авторитет в глазах колдуна. Румпель не выдержал, нахамил учителю и смылся из его башни, оставив в подарок вредному сморчку золотую статуэтку его любимого хомячка.

 

А ещё Румпель любил детей. Нет, серьёзно, он любил возиться с малышами. Чего не желала понять эта жестокая стерва, дочь мельника, она же её величество. Та самая, которая лично способствовала распространению большей части того бреда, который нынче принято рассказывать детям на ночь (хотя сам Румпель не представлял, какой законченный садист будет рассказывать эту историю собственному чаду). В действительности Румпель искренне посочувствовал несчастной (ага, как же…) мельничихе, которую страдающий от приступов жадности в тяжёлой форме король заставил превратить целую комнату соломы в золотую пряжу.

 

Как выяснилось, со стороны Румпеля подобная милость была величайшей ошибкой в и без того лишённой обилия светлых моментов жизни. Потому что жадность короля не знала границ. На следующую ночь количество соломы, которое по странному курсу должно было перейти в золото, увеличилось вдвое. И тут крестьянка проявила характер, начав выть и призывать Румпеля. Тот явился и был поставлен перед ультиматумом: или золото, или король узнаёт о талантах Штильцхена. Пришлось батрачить всю ночь. За колечко из бронзы, покрытой тонким слоем позолоты. Шахтёры, добывающие золото, и те больше получают.

 

Третий заход оказался вдвое богаче первых двух на солому. Психанув, Румпель рявкнул, что сделает работу за ребёнка, первенца этой курицы. На самом деле, ничего подобного у него и в мыслях не было, он просто пытался заставить её одуматься. Но нет, видимо, мыслительных способностей курицы на такую сложную комбинацию не хватило, и она согласилась на ребёнка. Связанный договором, Румпель едва успел, подстрекаемый сварливым голосом будущей королевы, сделать работу. Логично было бы предположить, что за подобный труд полагается награда. Но в тот день он был так зол, что начисто забыл о столь мелких подробностях.

 

За платой он явился спустя год, когда злость более-менее улетучилась. И тут началось самое интересное. Стоило ему явиться пред светлейшие очи почтенной супруги идиота-правителя прилегающих территорий (который вместе со своими подданными год уже жалел о таком необдуманном поступке, как женитьба на этой стерве), как она тут же начала дурным голосом (впоследствии Румпель догадывался, с чего был списан звук пароходной сирены) вопить, что мерзкий карла хочет отнять у неё ребёнка. Румпель немного обалдел от такого поворота, ведь он ещё рта не успел раскрыть, а история с ребёнком успела повыветриться из головы. Но было уже поздно. Появилась стража, так что достопочтенному Румпельштильцхену пришлось мотать из замка со скоростью, близкой к световой, так как его не самая привлекательная голова была весьма дорога ему, пока находилась на его не менее ценной шее. Позже он решил, что такой конец истории его не совсем утраивает, и предпринял ещё две попытки добиться справедливости (отсюда три дня на размышление в сказке, будь она неладна). На третий раз королеве удалось выведать с помощью тайной полиции имя и место жительства Румпеля, которые пришлось резко менять. И терпеть этот спектакль Румпелю приходилось раз за разом.

 

Нетрудно догадаться, что когда Враг пришёл воевать сказочные миры, Румпель не сильно расстроился и местами даже обрадовался новому раскладу. Быстренько собрав вещички, хранившиеся в избушке на краю леса, Штильцхен поднял якоря, помахал агонизирующему миру Сказаний ручкой и двинулся искать счастья в реальном мире, возглавив длинную вереницу беженцев. И вроде бы ему удалось наладить свою жизнь в Берлине, среди немецких Сказаний (большую часть которых он не слишком-то любил), но…

 

...не всё шло гладко в совсем не сказочной жизни

Дверь содрогнулась от обрушившегося на неё поистине богатырского удара. Румпель, лихорадочно толкающий ко входу в комнату тяжёлый письменный стол с кучей ящичков и грудой канцелярских принадлежностей на заляпанной чернилами столешнице, подумал, что стоило, наверное, разориться на дверь получше. На что-нибудь глубоко историческое и желательно дубовое. А лучше — совершенно не историческое, но из прокатной стали, способной выдержать… ну, например, автомобиль на полной скорости. Впрочем, как это всегда бывает, хорошая и дельная мысль приходит со значительным опозданием. Делая поправку на ситуацию, можно сказать, что мысль пришла вместе с весьма упитанным пушным зверьком, чей ареал обитания, по идее, должен находиться максимально далеко от Берлина. Но нет, миграция началась именно в направлении столицы Германии, а именно — на Фридрихштрассе, 18, подвальный этаж.

 

Ещё в процессе толкания стола Румпель подумал, что второй по значимости ошибкой было расположить свою контору в центре города. Будучи человеком не самым щедрым, но тщеславным, Румпель решил, что офис в центре города — это минимум, на который может рассчитывать Сказание. Цены на аренду его с самого начала неприятно удивили, но стиль превыше всего. В результате компромиссным решением стал этот чёртов подвал, из которого был ровно один выход, который ы данный момент не был выходом. Вот если бы он разорился на первый или второй этаж, у него было бы окно. А так… Румпель бросил безнадёжный взгляд на форточку. М-да, кот бы спасся. Но Румпель не был котом.

 

Плавное течение мыслей прервал новый удар в дверь. Штильцхен бросил ношу и скрылся за столом, решив, что двери настал конец. К его немалому удивлению, створка выдержала напор, но штукатурка с потолка уже начала сыпаться. Румпель аккуратно выглянул из-под стола, чтобы проверить состояние двери, но тут же скрылся обратно, так из-за двери мощный бас гаркнул:

 

— Эй ты, карлик поганый! Открывай, тебе же хуже будет!

 

— Хотите сказать, если я открою, мне будет лучше?! — вслух удивился Штильцхен, пытаясь привести в движение стол из положения сидя.

 

— Засунь себе своё ехидство… Открывай, мы просто поговорим!

 

— Не открою, — убеждённо возразил Румпель, сдвигая махину стола на сантиметр, — ты на меня будешь кричать. И даже бить. Варвар! — добавил он для пущей убедительности, изучая стоявший справа от двери шкаф и оценивая перспективы его падения набок с последующей блокировкой прохода.

 

— Чего сразу варвар-то? — обиделся бас за дверью. — Сам такой… Не испытывай моего терпения! — дверь опять содрогнулась. — Я же всё равно войду!

 

— Предпочитаю жить настоящим моментом! — гордо провозгласил Штильцхен, выползая из-под стола и стремительно подлетая к шкафу. Идея, как выяснилось, была не из лучших: здоровенная махина из добротной древесины, забитая тоннами макулатуры, весила как десять Румпелей. Что автоматически обнуляло шансы завалить шкаф на бок. Положение стремительно катилось псу под хвост.

 

— Если не откроешь, вообще с жизнью попрощаешься, — ехидно заметил невежливый посетитель. — Подумай, взвесь, только не тяни, — от нового удара дерево затрещало. Румпель с ужасом обнаружил, что косяк рядом с замком основательно треснул.

 

— Да чего тебе надо, псих больной? — взорвался Штильцхен, бросив злосчастный шкаф и вновь переметнувшись к столу. — Катись отсюдова, чудище доморощенное! Нет у меня ничего! И не будет! И к чёрту всю вашу шайку бандюков, так там всем и передай.

 

— Ты меня расстраиваешь, Румпель, — вздохнул бас. То ли обладатель голоса подустал штурмовать дверь, то ли просто знал, что торопиться некуда и не торопился. — Ты же знаешь, что у тебя очень даже есть что нам предложить…

 

— Сделай вид, что меня тут нет, — посоветовал Штильцхен, толкая стол. Осталось протолкать примерно метр.

 

— А смысл? — удивился бас. — Ладно, моим товарищам я ещё могу это сказать, но мне-то какой с этого толк? Ты ведь бизнесмен, — в голосе опять появились нотки ехидства, — должен понимать такие простые вещи. К тому же, ну откупишься ты от меня, а дальше что?

 

— Дальше уже мои проблемы, — Румпель сообразил, что переговоры, похоже, ещё не окончательно зашли в тупик и у него есть шанс на успешный (успешным в данном случае было бы сохранение целостности костных и эпителиальных тканей) исход. — Так что ты там говорил про толк?

 

— Уже другой разговор, — удовлетворённо констатировал бас.

 

После вышеописанного инцидента Румпель принял волевое решение сматывать удочки и увеличивать расстояние между собой и сказочным криминалитетом. Два года Штильцхен валандался по миру, с трудом умудряясь доставать денег на Чары (к своему истинному облику, пусть и не самому страшному, Румпель успел выработать отвращение). После ряда историй, по напряжённости не уступавших достопамятным берлинским событиям, он выбрал новым местом постоянного проживания Нью-Йорк, где собирался открыть небольшую контору по выдаче кредитов под залог. Возможная конкуренция его нисколько не волновала. Так и вышло, что две недели назад мистер Рудольф фон Штильцхен прибыл в Международный аэропорт имени Джона Кеннеди…

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 27 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Шепобелк]

Джоэл Кроу

 

Спойлер

 

Спойлер

Ворону положено быть мрачным и своим появлением предвещать беду. Если смотреть с этой точки зрения, то первый пункт Джоэл Кроу выполнял на двести процентов. Наверное, потому, что со вторым пунктом как-то не сложилось, ведь его появлению радовались. Радовались скупщики, предвкушая новую порцию золотистого товара. Радовалась Рапунцель, предвкушая новую стрижку. По той же самой причине радовались и клиенты парикмахерской. Только сам Кроу мало чему радовался. Кроме, пожалуй, односолодового виски и ощущения волос под пальцами, неважно, каких: мягких, жестких, ломких сухих или грязных жирных. Главное, что это волосы и их можно стричь. Ахх, это щелканье ножниц, услаждавшее слух лучше любой музыки! Кроу по давней привычке, ставшей традицией, не пользовался грубыми и шумными машинками для стрижки, предпочитая работать только ножницами, причем только самыми лучшими. Клейма DOVO и KASHO на солидно поблескивавшем металле говорили сами за себя для знающего человека или Существа.

 

Судьба изрядно помотала ворона по свету. Давно уже не было того короля и той сестры, да и королевства того не стало, прежняя жизнь рассыпалась угольками под пятой Врага. И итоге Кроу нашел себе новое место, осев в Нью-Йорке. Холодный и острый, как его ножницы, ум ворона с лихвой компенсировал легкомысленность Рапунцель, создавая необходимое для успешного бизнеса равновесие. Золотоволосая девушка стала для Кроу настоящей фата моргана, мечтой во плоти. Ее волосы, ах, ее чудесные золотые волосы были настоящим вызовом его мастерству, причем вызовом каждодневным и непреходящим. И ради моментов, когда он мог снова к ним прикоснуться, ворон терпел все. И причуды Рапунцель, и вечный бардак у нее дома, и ее нетерпеливое и чудовищно непрофессиональное обращение с ножницами по утрам. Он уже потерял счет, сколько раз просил Рапунцель потерпеть до его прихода, предоставить право и наслаждение работать с этим чудом от и до, а не облагораживать варварский ужас, который девушка самостоятельно творила у себя на голове. Бесполезно. К счастью, к обеду волосы отрастали заново и вот тут он имел полное право и возможность развернуться во всю ширь своих черных крыльев. Рапунцель могла и не знать, но под одеждой Кроу всегда скрывалась небольшая ладанка из черной кожи, в которой хранилась прядь волос Рапунцель. Самая первая прядь волос, состриженная лично им самим, как подтверждение договора между ними.

 

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 31 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Безликий]

Мэри Поппинс  (или просто Мари)

 

Изгнанная врагами из своих родных земель Мэри Поппинс отправилась  в  Фэйблтаун и устроилась там  няней. Сначала она неплохо зарабатывала, но со временем  дети все меньше стали нуждаться в услугах няни, и доход ее сильно снизился. Чтобы прокормить себя, бедной Мари  пришлось устроиться уборщицей в придорожном кафе "Картошечка".  Казалось бы что в этом такого? Простая работа уборщицы. Так думала  и Мари до того, как открыла двери кухни того самого кафе: где-то вдалеке, словно дрессированные,по кругу бегали тараканы, стайка  каких-то грызунов, борющихся за кусок подгнившей морковки, пробежала мимо ее ног,а с  потолка вместе со штукатуркой, отлеплялись и падали  на пол чайные пакетики, приклеенные ради веселья работниками кафе.

 

Проработав там месяц, Мари превратила это место в сияющий дворец. Получив за свой труд "Почетную уборщицу месяца", Поппинс  благополучно оттуда уволилась. Но вот проблема- с тех пор она просто терпеть не может грязь.Она начала носить длинный клетчатый шарф, которым она частенько прикрывает нос и рот, когда считает,что рядом кто-то "заразный" и никогда не снимает белоснежные перчатки. В добавок к этому, в сумочке у нее целый набор антибактериальных и очистительных средств, начиная от обычного  мыла до  средства для окон.

 

Особенности: умеет летать с помощью зонтика.

Мари нередко покупает чары у ведьм, чтобы в дождливые дни случайно куда-нибудь не улететь со своим зонтиком и не раскрыть себя.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 31 июля, 2015 пользователем Звездочет

[Ларьяда]

NPC

 

Владислав Грей

 

Последние числа мая, 1986. Дачный посёлок под Тулой

Спойлер

- Нет, родные мои, поеду…
Василиса сидела на большой деревянной колоде, глядя куда-то себе под ноги. Её не радовало ни ясное солнышко в этот по-летнему тёплый день, ни щекотавший ноздри запах жарящихся шашлыков, ни… Да ничего её по-настоящему не радовало с те пор, как муж пропал. Уже и во всесоюзный розыск подали, да до сих пор без толку.
- Василиса, ну ты ещё сгинешь – как мы перед Иваном твоим отчитываться будем, когда он объявится?
Святослав, рослый детина с соломенными кудрями, когда-то один из дружинников царевича, а сейчас просто верный друг, всё ещё пытался её отговорить.
- А если он в беду попал? Может, ему помощь нужна! Нет, Славик, не могу я на месте сидеть – сердце на части рвётся.
К ней подошёл и опустился рядом на корточки высокий мужчина средних лет с серыми от тронувшей их седины волосами.
- А как ты за границу попасть собираешься? – спросил он.
- Не знаю. Что-нибудь придумаю.
- Василис, ну выкинь это из головы, ну давай я лучше этим займусь! В конце концов, Иванов из неприятностей вытаскивать – это почти что моё хобби, - серовласый подмигнул.
- Ну да! – встрял важный мужичок пониже росточком и покоренастей. – Сначала затаскивать, а потом вытаскивать! Деда его кто подбил коня у меня воровать? Нет чтоб придти в открытую да по чести попросить!
- Да уймись ты, Афрон! – беззлобно ответил местный специалист по вызволению Иванов. – Не отдал бы ты коня. И потом, просто так отдавать – примета плохая. Ещё сдох бы твой конь по дороге…
- Разбойник ты, Серый, вот что!
- Да ну чего ты мне голову морочишь? Не из-за коня ты злишься, а из-за бабы, которая не тебе досталась. И чего? Можно подумать, баба золотая была. Ты знаешь, сколько она нервов Ваньке потом потрепала, эта Елена Прекрасная? Чуть в могилу не свела, змеища…
- Серёжа, Афрон, уймитесь, - попросила Василиса, но её будто и не слышали.
- И за Красную Армию ты воевал, когда за царя стоять надо было!
- Ну а ты за Белую, и что? Я просто носом чую, откуда ветер дует. И вот видишь – я прав оказался, что красных выбрал.
- И французов бить не ходил!
- Ой, то двести лет назад было, – повёл головой Серый. - И вообще, я по лесам партизанил – попадётся какой французишка – чего б не задрать?
- Партизанил он! Разбойничал! А французов драл не за Родину, а из разбойничьих побуждений! Зверь ты и есть дикий! Вот не зря люди говорят: сколько волка не корми – он всё в лес глядит!
- Я Великую Отечественную всю прошёл, а ты дома сидел.
Афрон насупился:
- Меня по здоровью на фронт не взяли…
И поскорей переключился на другое, пока Волк его не уел:
- Василис, а ты б и правда дома оставалась, а? Ну какая тебе Америка? А детишки как же? На кого их бросишь?
- Так каникулы у них. К сентябрю вернусь, думаю.
- Э-эх, Василисушка… А хозяйство-то тебе не жалко оставлять? Ты глянь, как хорошо у тебя всё растёт!
- Жалко, - вздохнула Василиса. – Да Ванька мне дороже. И вон, Домовой присмотрит за хозяйством, если что.
Она кивнула в сторону огромного чёрного кота, сидевшего на пороге домика.
- А огурчиков кто нам насолит? – выспрашивал Афрон. - Знатные у тебя огурчики получаются, Василиса, у моей Любки такие не выходят никак…
- Ну вот, с Любкой своей живёшь; где-то там, в родном царстве жена осталась; а ты мне всё Елену Прекрасную до сих пор поминаешь, - упрекнул седой.
- И Елену Прекрасную тоже! – чуть ногой не топнул Афрон. - Нет, ты вообще понимаешь, что тогда натворил? Боярыни как резаные орали, как у них на глазах девка красная в здоровенного волчару превратилась! Одна из нянек вообще заикой на всю жизнь осталась!
Серый расплылся в улыбке:
- Весело вышло! Были времена, а?
- Нет, вы поглядите на него! – бывший царь выразительно развёл руками. – Он ещё и зубоскалит!
- А ты тут жён меняешь, когда тебя дома родная ждёт.
- А куды мне деваться-то, если она там, а я здесь? Вообще без бабы что ль жить? Сам кобель, а мне указывать будешь! Иди за шашлыками смотри, сгорят ещё!
- Не сгорят. Это вы растяпы, а у меня шашлыки никогда не сгорят, - но всё же поднялся на ноги и пошёл переворачивать шампура.

 

Улучив момент, Святослав отозвал Серого в сторонку.
- Чего делать будем? – тихо спросил у волка. – Ведь и правда же упорхнёт! Она ж и волшебством владеет – не уследим. Хоть под замок сажай – не поможет. Упрямая она…
- Упрямая, - согласился Сергей.
- Можешь хоть ты за ней приглядеть, если что?
Серый Волк, известный на настоящее время как Сергей Владимирович Серых, посмотрел на Василису, что-то прикидывая.

 

Давным-давно, Сказочная Русь

Спойлер

«Как есть-то хочется… Вот бы попался кто? Заяц… Или уточка… Хотя откуда здесь утки? Озера-то нет поблизости…»
Иван-царевич на коне богатырском всё ехал и ехал по лесу. Да то ли конь слишком громко фыркал, то ли доспехи гремели, а дичи, пригодной на обед, так и не попадалось.
«Эх, вот бы сейчас поросёночка жареного, али курочку... Да капустки квашеной. Или щей…»
Вдруг… Шорох в кустах! Глядь – а оттуда волчонок выскакивает. Иван-царевич скорее целиться в него, потому что уже и собачатиной готов не побрезговать, раз уж курочек жареных с поросятами взять неоткуда, но тут вслед за волчонком – волчица, и взмолилась:
- Пожалей дитятку, царевич!
Обалдел Иван: то ли с голоду мерещится, то ли и правда зверь говорящий. Потому и не спустил стрелу.
А волчица скулит, по земле стелется:
- Пожалей! – и на волчонка тихо рычит: - Я говорила тебе – тихо сиди!
Опомнился царевич и говорит честно:
- Да есть я хочу. А больше нечего.
- Ну не тронь моего детёныша, ну пожалуйста! За добро добром отплачу!
Тут ещё кто-то в кустах завозился. Волчица и вовсе затравлено смотреть стала. Догадался Иван, что там у неё ещё волчата.
А она и говорит:
- Ну или в услужение к себе его возьми, только не убивай!
Вздохнул царевич и рукой махнул: дескать, быть так. Разжалобила она его.
Волчонок маманю лизнул в нос напоследок, да делать нечего – побежал за Иваном. Сначала понуро трусил, а потом повеселел, нос выше задрал и давай за бабочками гоняться! Занятный такой оказался! Иван глядит на него и принялся поддразнивать:
- Серенький Волчонок, а Серенький Волчонок? Со мной бежать не боишься?
- А чего бояться-то?
- Так я до сих пор есть хочу!
- Я тоже…
- А если я тебя съесть надумаю всё-таки?
- А я убегу!
- А стрела быстрее летит.
- Не-а! Я быстрее. Я очень быстрый.
- Да ладно? – деланно удивился царевич.
- Мама говорит, что мой дедушка – сам Северный Ветер!
- Правда?
- А папа – кобель шелудивый…
Разулыбался царевич от такой непосредственной откровенности.
Едут дальше и уже вместе о всяких вкусностях мечтают, вслух. Конечно, разговор на кулинарные темы притуплению аппетита не способствует.
- Вот змею бы сейчас съел, - признался царевич.
- А они вкусные?
- Не знаю… О! Ворона! Ну, ворона – так ворона…
И вскинул лук.
Ворон (а это был ворон, а никакая не ворона) посмотрел на Иванушку как на умалишенного.
- Ты чего, ошалел? – спрашивает человеческим голосом.
- Есть я хочу, вот чего!
- Вороны невкусные, - поделился волчонок.
- Да мне уже без разницы, - сказал Иван.
- А ещё они заразу всякую разносят. Совсем гнилую падаль едят и прочую дрянь, от которой всякие нормальные животные нос воротят. Поэтому если ворону съесть, то пропоноситься можно, и это ещё в лучшем случае…
- Верно малец говорит – не надо меня есть, - поддакивает ворон. – Отпусти меня лучше – я тебе ещё пригожусь, может быть…
У царевича и самого уже аппетит пропал.
- Ладно, лети…
Наконец к морю подошли.
- Видишь остров? – спрашивает Иван у волчонка.
- Угу.
- Вот мне туда надо – там смерть Кощеева. Н-да, как же нам перебраться-то?
А тут вдруг щучонок из воды выскочил да на берег плюхнулся!
Иван обрадовался:
- О! Сначала закусим, а потом и подумаем!
Волчонок подозрительно принюхался к рыбине.
- А их что, едят?
- Едят, едят, ещё как!
Тут щука из воды высовывается и жалостливо так смотрит на царевича:
- Отпусти дитятку!
- Ну ещё одна! Что мне теперь – с голоду помирать?
А глаза у щуки не столько жалобные, сколько хитрые, и молвит она как бы между прочим, вкрадчивым таким голосочком:
- Через море как думаешь переходить? А я тебе помогу! Отпусти дитёночка…
Посмотрел на неё Иван, посмотрел на щурёнка, посмотрел на остров вдали, где дуб рос. Почесал затылок… Вздохнул – и отпустил рыбину.
- Вот так-то, - сказала щука и мостом разлеглась аж до самого того острова.
Добрался наконец Иван и до дуба, и до сундука. Собирается замок с цепей сбивать. Волчонок вокруг с любопытством скачет:
- А что там, а что там?
- Смерть Кощеева! – гордо отвечает царевич.
- А как это?
- А вот так: внутри – заяц, в зайце – утка, в утке – яйцо, а в яйце и смерть супостата этого! Иголочка там внутри, по-моему, которую сломать надо…
- Заяц, заяц! – уже и не слишком внимательно слушал его волчонок. – И уточка! Поедим!
«А хорошая идея», - согласился мысленно царевич. Сбил замок, крышку откинул, заяц как выскочит оттуда – только его и видали!
Волчонок радостно завопил:
- За-а-яц!..
Припустил за ним, хвост задрав, и догнал же! Шею свернул и царевичу приносит. У ног кладёт, а сам шерсть отплёвывает.
- Ох, хороший заяц – жирный! – похвалил Иван. Достал нож и взялся разделывать тушку, предвкушая скорый сытный обед. Волчонок всё возле скакал:
- Чур мне потрошка, чур мне потрошка!
Да тут бац – не только потрошка из брюха у зайца вывалились, но ещё и утка! Живая!!! И улетела…
Волчонок ей вслед с таким разочарованием смотрел… А на неё уже ворон с воронятами накинулись. Волчонок аж на месте подпрыгивал, на них глядя – будто тоже взлететь хотел!
Вороны заклевали утку, что она наземь упала, спустились тоже вниз и говорят важно:
- Нам потрошка!
- Эй! – волчонок был не согласен. Но те быстро заячьи потроха растащили, улетели на дуб и там склевали.
- Не расстраивайся, - потрепал за ухом серого малыша царевич. – У нас вон, ещё целые заяц с уткой есть.
Волчонок всё равно выглядел насупленным.
- А мама говорит, что хоть папа и кобель шелудивый, но превращаться умеет во всех - во всех! Я вот тоже когда-нибудь во всех - во всех научусь превращаться. Даже в ворон, чтобы они у меня потрохи не воровали…

 

Первые числа июня, 1986. Нью-Йорк.

Спойлер

Грязь, ободранные стены, пошлые надписи… Трудно было поверить, что это вообще жилой дом.
Она уже давно не была неженкой; жизнь успела потрепать их всех за последние две сотни лет. Бывшие сказочные царевны и королевичи успели попробовать на вкус и тяжкий труд, и нищету, и голод, и холод, переживая вместе со страной все сваливающиеся им на головы перипетии. Но это…
Создавалось впечатление, что живущим здесь людям и прочим существам самим было наплевать на окружающий их кошмар. Ведь можно жить в бедности, но сохраняя хоть какое-то уважение к самим себе; поддерживая хотя бы элементарный порядок. Хотя бы не гадить под собственными дверями! Она этого не понимала. Она привыкла бережно относиться к тому немногому, что давала ей судьба. Здесь, похоже, привыкли жить иначе.
Василиса подошла к двери. Достала ключ. Вставила в замок, повернула. Замок щёлкнул.
Она вошла внутрь.
Крошечную квартирку, выделенную ей на первое время, похоже, вообще никогда не ремонтировали. Драные обои в пятнах и разводах; стёртый пол в грязи и кусках осыпавшейся штукатурки; потолок в трещинах. В единственной комнатке были лишь отсыревшая кровать, пахнувшая помимо сырости чем-то ещё, прелым и неприятным, да маленький старый стол с таким же старым стулом. Мебель выглядела так, словно в любой момент была готова развалиться.
Вот и всё. Всё её хозяйство.
И даже за это надо платить…
Деньги. Деньги, деньги, деньги, деньги… Она не могла бы сосчитать, сколько раз за сегодняшний день слышала это слово. Сложилось ощущение, что деньги – это вообще единственное, о чём способны думать здешние обитатели. О чём бы ни заходил между ними разговор, всё неизменно сводилось к деньгам. К тому, что нужно достать деньги; на то-то и то-то придётся потратить столько-то денег; кто-то должен кому-то денег; такая-то вещь стоит столько-то денег; у того-то не выпросишь денег; на то и на это не хватает денег; и так далее, и так далее: деньги, деньги и снова деньги.
И ей тоже теперь придётся думать о том, где взять эти проклятые деньги.
Не так она себе всё представляла…
Здесь, в этом месте, нормой была грязная брань. Здесь женщины считали приемлемым раздеваться на публике за деньги. Здесь каждый будто ждал от другого удара в спину. Всё вместе сливалось в гнетущую атмосферу, давящую на плечи серым свинцом. Хотелось отмыться от самого здешнего воздуха.
Василиса невольно зашла в ванную. Сантехника вся была в ржавых подтёках. Казалось, что открой кран – и оттуда вместо воды польётся какая-нибудь вязкая отвратительная жижа.
Василиса не выдержала, убежала прочь, села на кровать и заплакала в голос.
Никогда она ещё не чувствовала себя такой чужой.

 

Был вечер, и она не заметила, как уснула. А поутру, не в силах больше выносить чувство собственной раздавленности, решилась сбежать от всего этого хоть куда-нибудь, хоть ненадолго. Привела себя в порядок, как смогла, и поспешила на улицу, надеясь, что свежий воздух принесёт ей облегчение.
Она шла по чужому городу, куда ноги несли. Фэйблтаун остался позади, но местность вокруг так и не становилась приветливее. А Василиса всё шла и шла – куда глаза глядят, в буквальном смысле. Всё лучше, чем сидеть в этой грязной комнатёнке. Которую, кстати, надо будет привести в божеский вид; а значит, как следует всё отмыть. Для начала. Ещё надо позаботиться о таких простых вещах, как зубная щётка, одежда – угораздило же Василису не подумать о багаже. Она рассчитывала, что главное – это самой до места добраться, что, учитывая нынешнюю политическую ситуацию, тоже было задачкой не из простых. И помощь от заокеанских сказочных героев представляла себе не так, как получилось. Нет, она не ждала золотых гор или того, что получит всё, что только может ей понадобиться, на блюдечке с каёмочкой. Она была готова к трудностям. Вот только «трудности» оказались… другими. Однако, что есть – то есть. Так что надо собраться, придти  в себя и думать, что делать дальше. По всей видимости, нужно попробовать найти работу. И искать её в Фэйблтауне почему-то не слишком хотелось. Почему-то сказочные обитатели Нью-Йорка казались Василисе сейчас более отталкивающими персонажами, чем обычные люди, которых здесь принято называть «простаками».
Она не знала, сколько уже времени прошло. Скверика на пути так и не попалось. Зато встретилось уличное кафе, напомнившее о том, что кое-кто сегодня ещё не завтракал.
Ссуженной наличности было в обрез, и неизвестно, на какой срок придётся растягивать эту сумму. Приготовить что-нибудь дома наверняка вышло бы дешевле. Но возвращаться туда, в эту душную каморку, сейчас не хотелось. Однако, Василиса пока раздумывала, стоит ли здесь тратить деньги.
Её внимание привлёк разговор двух посетителей.
- …Конечно, Влад, вы можете на меня рассчитывать.
- Ну вот и чудненько! Встретимся завтра, здесь же. Во сколько?
- Я вам позвоню.
Она ошалело смотрела на двух мужчин. Одного она вообще не знала, но вот другой, которого назвали Владом… Высокий, улыбчивый, уже с морщинками на лице и с тронутыми серой сединой волосами…
Он тоже заметил её и улыбнулся ещё шире. Распрощавшись со своим собеседником, он направился к ней.
- Серый! – воскликнула женщина, когда к ней вернулся дар речи.
- Василиса, здравствуй! Как ты?
- Ты… Ты здесь откуда? Как?..
Не дождавшись ответа, она просто бросилась ему на шею:
- Серенький, как же я рада тебя видеть!
- Ну, Василисушка, ну, - погладил он её по спине, боясь, как бы она сейчас не расплакалась. Но она и не собиралась.
- Ты как тут очутился? – снова начала она выспрашивать, когда он повёл её к одному из свободных столиков.
- Да так же, как и ты: в соседнем чемодане приехал. Это ты ловко придумала!
- Ох, Серый! – лёгкий упрёк в голосе не мог скрыть её радости по поводу неожиданной встречи.
- Ну а ты как? Рассказывай давай!
Она лишь отмахнулась в ответ, давая понять, что рассказывать особо не о чем: «ничего хорошего» - так можно было бы перевести её жест.
- Жильё нашла? – спросил волк.
- Да выделили тут квартирку на первое время.
- И как, нормально?
- Ужас. Не знаю… Что-то получше только самой искать. И то не знаю, выйдет или нет.
- А с документами?
- Жду. Сделать обещали. Похоже, они на меня тут смотрят как на источник проблем. Зря я на них понадеялась, рассчитывала бы с самого начала только на себя – всё по-другому бы совсем было. А ты-то как?
- А я нормально. Ты же знаешь, что я везде устроюсь. Кстати, хочешь – я тебе документы достану?
- Серенький! – во взгляде Василисы промелькнула строгость. – Ты тут, надеюсь, ни во что такое не ввязался?
- Обижа-аешь! Всё совершенно законно… Ну, почти! Не можем же мы твой настоящий возраст в паспорте написать! А так… Старые друзья, кто-то меня лично знал, а теперь я рассказываю им, что я внук «того самого»… Ну и вообще я умею связи находить. Кстати, можем поселиться в маленькой уютной квартирке совсем рядом с этим их Фэйблтауном. И не смотри на меня так! Там две изолированные комнаты. Хотя ради тебя, Василиса, я готов и на коврике в прихожей ночевать. Но ты ведь меня не заставишь, нет? И будем всем говорить, будто ты моя сестра. Ну?
Она задумчиво смотрела на него, подперев щёку ладонью, и, судя по полуулыбке, всё ещё не могла до конца поверить в своё счастье – что она здесь не одна, рядом есть хороший старый друг, готовый подставить плечо. Хотя и догадывалась, что он ей сейчас в чём-нибудь, а привирает.
- Ну что, Василис, ты согласна?
- Ну конечно, Серенький, согласна!
- Тогда пойдём? Я покажу вам, милая барышня, наш новый терем, - он подал ей руку, чтобы помочь подняться.
- Да? Ну что ж! Кстати, как к вам теперь следует обращаться, мистер…
- Грей. Мистер Грей, мэм, - волк галантно подставил ей локоть.
- Вот как?
- Ну, мистер Вулф тут уже есть один поблизости, и я не хотел бы заимствовать его фамилию. Да и привык я, чтобы меня все Серым называли!
- А имя? Влад?
- Поскольку Вовой или Серёжей я здесь назваться не могу, то решил, что Владислав, как хотя бы чуточку более интернациональный вариант, мне тоже подойдёт. Не Вова, так пусть будет Влад. И всё равно Серый…

 

Коротко

Серый Волк из волшебных русских сказок, отпрыск одного из братьев Большого Злого Волка. Прилетел в Америку вслед за Василисой, чтобы присмотреть за ней. Ну или… кто знает, что у него на уме?
Любит всякие авантюры и уж точно не страдает от излишней скромности.

[Князь Вольтецкий]

Гензель

Спойлер

— Ведьма! — высокий черноволосый мужчина сбросил с плеча на землю худощавую рыжеволосую девушку, связанную веревкой по рукам и ногам. Стоило хрупкому телу удариться о твердые камни, выложенные на главной площади города, раздался сдавленный стон и едва слышный всхлип. — Тихо! — прорычал её пленитель и сильном пинком в туловище усмирил девушку.

Мужчина был одет в длинный черный плащ, под которым он носил брюки и кожаный камзол. На коричневого цвета ремне сбоку висел стилет с гравированной непонятными символами ручкой, а в лезвие легко узнавалось серебро или, как минимум, посеребренный металл. За спиной висел деревянный арбалет, изящной работы с похожей гравировкой, что была на стилете. Глаза его были голубые с зеленоватым оттенком и в них легко читалась ненависть каждый раз, когда он смотрел на лежащую на земле девушку.

Кругом начали собираться люди, чтобы поглядеть на представление. Хотя ведьм теперь сжигали постоянно, зрелище это всегда вызывало в одних – чувство гордости за праведное дело и банальное наслаждение муками созданий Зла, в других – страх и сочувствие за бедных страдалиц. При всем этом, официально не было несогласных с Инквизицией. Иначе, тебя вполне могли осудить и отправить на обогрев до конца жизни.

Посередине площади были установлены несколько кострищ. Власти города распорядились иметь такие в готовности постоянно, в любое время суток. Данное распоряжение сильно понравилось инквизиторам: теперь не нужно было держать ведьм в заключении, а в качестве места дознания костер подходил как нельзя лучше.

— Дочка мясника, — шептались горожане, кивая или показывая пальцами на лежащую на земле девушку.

— Помню, как она приносила нам домой колбаски, — доносился шепот других.

Но этих шепотов никто не слышал, потому что по всей площади разносились громкие крики и ругань.

— Сжечь ведьму! Сжечь!

— Дьявольское отребье!

— Ты умрешь в муках, дрянь!

Мужчина в плаще подошел к девушке и, достав стилет, разрезал веревки на ногах. Пленница в этот момент не шевелилась, но в глазах явно читался страх и, вместе с ним, ненависть. Инквизитор схватил несчастную за волосы, заставляя ее встать на ноги. Сильным толчком в спину, он направил ее к месту казни.

— Будь ты проклят, охотник, — прошипела она сдавленным голосом, но послушалась и пошла навстречу своему концу.

— Уже, — ледяным голосом ответил инквизитор и под одобряющие крики толпы проводил ведьму до кострища

На минуту установилось молчание, пока мужчина привязывал девушку. Даже шептавшиеся замолчали, угрюмо наблюдая за подготовкой к процессу.

— Ты не услышишь моих криков, ублюдок, — за дерзость уже привязанная к шесту девушка поплатилась сильным ударом в челюсть.

— О, услышу, — самодовольно заявил охотник, принимая в руки факел. Давно его не называли ублюдком. Мужчина впервые посмотрел в голубые глаза ведьмы. "Как у Гретель" — Но мне не нужны твои крики.

Сказав это, мужчина поднес факел к сухим деревяшкам и через несколько секунд пламя начало подбираться к ногам девушки. Выражение ее лица, до сего момента смелое, сразу же изменилось на диаметрально противоположное. В красивых глазах отчетливо читался страх, а губы зашевелились в безмолвном шепоте.

Стоило пламени охватить ноги приговоренной, как из ее уст донесся сдержанный стон, который вскоре сменился криком. Крики ведьмы, сжигаемой на костре. Есть ли на свете мелодия более приятная для ушей?

Охотник немигающим взглядом смотрел на постепенно скрывающуюся в огне девушку. Он помнил каждый крик, каждое лицо, каждую охоту. Но больше всего он помнил ее.

Фрау Тотенкиндер. Его молитва, его кошмар. Причина, по которой он просыпается по утрам и идет на охоту. Имя, которое он шепчет, разжигая праведный костер. Фрау Тотенкиндер. То-тен-кин-дер. Отвратительное имя отвратительной ведьмы.

Девушка больше не кричит, но в ее обгоревшем лице он видит знакомого человека. Лицо, которое не видел уже много лет.

— Гензель, — каждый костер, как транс. Забываешься, пока горит костер и только голос извне может тебя разбудить. Охотник оборачивается и видит своего помощника, мужчину моложе его лет на пять. — Ты не передумал?

— Нет, — инквизитор снова повернулся, чтобы посмотреть на догорающий костер. Девушки на нем уже не было. Всего лишь воспоминание, всего лишь кошмар. — Когда?

— Завтра, прямым рейсом до Нью-Йорка.

Отделавшись кивком, Гензель подошел ближе к костру, ощущая остаточный жар. Присев на колени, он достал фляжку и потряс ею перед собой. Внутри находился пепел, который он тщательно собирал с каждой своей жертвы. Его трофеи. Его память.

Охотник поднялся на ноги и посмотрел на заходящее солнце, но тут же отвел взгляд. Ему показалось, что на оранжевом диске местной звезды он увидел лицо девушки.

Спойлер

Гензель жил со своей сестрой Гретель и отцом. Когда их отец снова женился, их мачеха выгнала детей из дома, обрекая на смерть. Фрау Тотенкиндер, жившая в тех лесах, заманила детей в свой дом, используя дорожку из сладостей, планируя полакомиться маленькими братом и сестрой. Однако, дети скмели обмануть ведьму и убили ее. Одержимость Гензеля ведьмами началась в тот самый день.

Когда брат и сестра сумели сбежать из леса, армии Врага атаковали окружающую область. Гензель пришел к выводу, что Бог позволил демонам атаковать людей, в качестве наказания за их грехи. Гензель и Гретель в итоге выбрались в Нью-Йорк, где, как они полагали, жили все хорошие люди.

Брат и сестра подписали Амнистию и прибыли в Фэйблтаун счастливыми с томящейся надеждой на спокойное существование. Когда Гензель увидел Фрау Тотенкиндер, он разозлился и покинул Нью-Йорк, чтобы стать знаменитым охотником на ведьм в Европе.

Века охоты изменили мужчину полностью. В итоге, он осознал, что не может полноценно существовать без сестры и решил вернуться в Америку.

Спойлер

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 4 августа, 2015 пользователем Звездочет

[FromDarkTime]

Дэгги Брем, он же Пес из Бременских музыкантов.

 

 

Спойлер

На потрепанном диванчике сидел молодой мужчина (на вид где-то около 25) в обтягивающих штанах, на коленях у него покоилась малышка марки Steinberger. В одной руке он держал какую-то книжку, другой же чесал где-то за ухом свою пышную шевелюру.
"Сраные утырки, это же просто...!" - негодуя и одновременно восхищаясь думал мужчина: надо же так изложить истории - вроде и похоже на правду, но зачастую с правдой не имея ничего общего. Задумавшись, он уставился в одну точку, примерно между 15 и 20 строкой. Откуда он мог знать это? Да просто эта писанина пролистана не одну сотню раз, пускай и каждый раз мужчина до этого чего-либо употреблял.

 

- Дэгги, кончай это дерьмо, нам пора! Ты что, сукин сын, опять под кайфом?

Брем даже бровью не повел на ругательство в свой адрес - в конце концов  это было правдой и его мать была сукой. Во всех смыслах.

- Не кукарекай, иду уже.

- Ты нас когда-нибудь определенно всех подставишь, если не бросишь обдалбываться в край перед выступлением, - пробасил другой мужчина, держащий бас-гитару.

- Хреновы идиоты, я сегодня еще ни разу... - прорычал Дэг, но его перебил спокойный и мягкий женский голос.

- Пора, мальчики. Покажем рок в этой дыре! - она грациозно подхватила гитару и пошла в сторону сцены.

Пес небрежно швырнул книженцию куда-то в угол каморки. На упавшей в пыль обложке вычурным шрифтом было выведено "Сказки Братьев Гримм"

"И кто придумал, что кошки с собаками - враги?" - ухмыльнулся Дэг, глядя на виляющие бедра Кэтрин. Кошачья грация, знаете ли, нигде так не проявляется, как в постели.

- Везучий ты сукин сын, Дэг, - серьезным тоном сказал Руст, он же Петух, глядя туда же, куда и Пес. - Такой идиот, но везучий.

Мужчины переглянулись и, усмехнувшись, пошли следом за девушкой.

 

Давным-давно они собрались и хотели выступать, да вот только до Бремена так и не дошли: та потасовка с бандитами (к слову, так невинно описанная в этой долбанной книжке) показала зверью, что выживать так куда проще, чем зарабатывать на улицах какого-нибудь городишки. Но конечно об этом никто не сможет рассказать, кроме самой четверки: все их дерзкие набеги и ограбления проходили без свидетелей, хотя иногда последних приходилось устранять самим. Они были отвязными, дерзкими и смелыми, и потому, когда Враг оказался у самого порога, Бременские дали бой. Сказать, что тот был короткий - ничего не сказать: мгновенно оценив ситуацию, четверка самым позорным образом бежала из своего дома. То неожиданное поражение, весь тот страх и шок, который они испытали, стерли из памяти то, как они попали в этот чужой мир. Хорошо, что хватило мозгов прихватить пару ценностей, а то сидели бы сейчас на Ферме. А так, после приобретения Чар, Пес, Осел, Петух и Кошка наконец-то смогли стать теми, кем хотели с самого начала - музыкантами. Их квартет выступает и сам, и, было дело, на разогреве у гигантов рока, хотя когда-то они начинали как обычные "певуны" в многочисленных барах да прокуренных ресторанчиках.

О, этот сладкий звук электрогитар и барабанов. А табак, алкоголь, крэк?  Черт возьми, уж что-что, а развлечения Простаки умели придумывать. Хлесткий глэм, драйвовый хард, отвязный панк, жесткий хэви или же мрачноватый пост-панк - Четверке было все равно. Они ловко подстраивались и выбирали нужное из своего репертуара перед каждым новым концертом, буквально чувствуя настрой публике.
Частенько Дэгу казалось, что в толпе он видел несколько более или менее знакомых Сказаний, хотя поручится за это не мог. Пес частенько видеть много чего такого, что не видит никто, кроме него. Но он отбрасывает эти мысли с новым рифом - к черту все, а сейчас - музыка!

 

p.s. Альтернативная фоточка, на всякий, мало ли там для авки.

Спойлер

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 4 августа, 2015 пользователем Звездочет

[Юми]

Ада 
 
 

Спойлер

На улицы Нью-Йорка опускался вечер. Зажигались огни на Бруклинском мосту, и набережная Гудзонова залива осветилась мягким светом круглых фонарей. Почтенные матери семейств в элегантных шляпках поднимались со скамеек, собирали детишек — девочек с белой, почти прозрачной кожей, одетых в скромные, но нарядные платья, кудрявых мальчиков в коротких штанишках и круглых шапочках. Пора домой, собирать на стол, вытаскивать из буфетов толстые графинчики, следить за нерасторопными домработницами, чтобы не передержали рыбу. Скоро по домам придут мужья, степенные, в широкополых черных шляпах, в чересчур жарких костюмах из плотного сукна. Окна одно за другим вспыхивали, безмолвно сигнализируя: тебя здесь ждут.

 

И лишь один из домов, выходящий на набережную окнами двух своих этажей, выбивался из общей добропорядочной шеренги: хоть светом, пробивающийся из расписанных витражами окон первого этажа он ничем отличался от соседей, тревожные, мятущиеся отблески на втором навевали мысли о свечах, цокоте лошадиных копыт по деревянным мостовым, о телегах, везущих из порта невиданные, пахучие специи и приторные засахаренные фрукты.

 

Впрочем, последнее видение могло быть лишь плодом воображения мужчины, стремительно взбежавшего по мраморным, добела вымытым ступеням этого дома, и замешкавшемся в последнюю минуту, словно бы не решаясь взяться за ручку старомодного дверного молотка, из тех, что не спешили сдавать свои позиции новомодным штучкам вроде электрических звонков и камер. Здешние обитатели ценили респектабельность, хотя бы в том виде, в котором они себе ее представляли. Быстро оглянувшись по сторонам, мужчина решительно, как входя в холодную воду, дернул кольцо, и медный молоточек звонко и радостно ударил по табличке:

 

Ада Розенталь.

Доктор психологии
 

— Сегодня у меня был тяжелый день, —  в комнате на втором этаже где, действительно, царствовали свечи, разместившиеся на многочисленных низких столиках, расставленных по комнате столь небрежно, что в этом чувствовался настоящий вкус, трудно было узнать  нервного мужчину, что пять минут назад стучался в дверь. Он превратился в вальяжного европейца, попавшего в восточную сказку. Полулежа на невысокой софе, окутанный ароматным дымом из кальяна, стоявшего по его правую руку, он потягивал напиток из чаши, что поднесла ему красавица, одетая с той восточной роскошью, какую тамошние красавицы берегут лишь для внутренних двориков гаремов. Женщина сидела на коленях у его ног, и почтительно слушала его болтовню. —   Джеймс Грин, он тоже метит в партнеры, а ведь на самом деле никакой он не Грин. Я наводил справки, он, на самом деле Гринберг, ох, простите, мисс Розенталь...

— Доктор Розенталь, — резкость, с которой женщина ответила ему, словно бы обожгла мужчину.  - Но, по-моему, вы заболтались, господин Эйнштейн. И мне совершенно, абсолютно не интересны ваши рассказы про двух евреев, строящих друг другу козни.

— Но я...

 —Ни слова больше, прошу, — металл в голосе исчез, сменившись чарующей мягкостью. — Сегодня вечером вы принадлежите мне, и я расскажу вам интересную сказку. Только вот не знаю, какую выбрать, — мягкий голос перешел в шепот, не смолкавший, пока женщина, легко поднявшись с колен, развязала на шее мужчины галстук и завязала им его глаза. Так, что скосив глаза вниз он смог увидеть, как она расстается со своим богатым одеянием, и как мелькает в воздушном шелке нижней юбки молочно-белая нога. Он попытался поднять голову выше, туда где разрез юбки заканчивался, сглотнул, но тут женщина резко потянула за конец галстука.

— Куда это вы смотрите, господин? Вам известны правила. За попытки смотреть, вам полагается наказание. Я хотела рассказать вам сказку о принцессе лебедей, — с этим словами она ловко взяла его руки и пристегнула сперва одну, а потом и вторую, к резным подлокотниках диван. Раздался легкий щелчок, и подлокотники взмыли вверх, поднимая мужчину на ноги, к потолку. Он охнул, чаша с напитком вывалилась у него из руки, подушки разлетелись в разные сторону. — Эта принцесса была, на удивление, столь же добра, сколь и прекрасна...  — Мягкие, нежные руки освободили его от пиджака, расстегнули рубашку. Он ощутил, как к его обнаженной груди прикасается перо, проводя круги вокруг сосков, спускаясь вниз, замедляясь, и снова скользя... Одна рука взялась за ремень. Мужчина дернулся и застонал, снова скашивая глаза, увидел длинные черные волосы, опущенные густые ресницы, приоткрытый рот, готовый принять в себя то, чего он знал, она хочет получить, а он — отдать....

Внезапно голова его запрокинулась вверх, и тут же живот ожег удар.

— Но она не любила, когда на нее смотрят, — резко сказала женщина. - И тем, кто не слушался ее, она рассказывала совсем другие сказки. О принцессе змей, от объятий которой, у ее любовников оставались следы, — еще удар,— алые полосы по всему телу. Но она была так прекрасна, и так сладки ее объятия, что...

Теперь удары сыпались один за другим, а голос женщины стал снова мягким и воркующим, он рассказывал волшебные истории о том, как принцесса змей полюбила ифрита, и как он обманул ее, после чего она поклялась отомстить всем, кто когда-либо пожелает вонзить в нее свой кинжал, и как она мстила, не позволяя дотронуться до себя, а мужчина качался на волнах этого голоса в сладком забытьи, где боль не позволяла вынырнуть, но не позволяла и утонуть, пока наконец не разрослась до размеров цунами, захватила его, закружила, как щепку, и...

— На сегодня все, мистер Эйнштейн, — за это он ценил  Аду Розенталь, и ее сеансы психотерапии. Она никогда не задавала вопросов и никогда не позволяла выразить голосом или еще каким-то способом то, что она не верит ни единому его слову, хотя он рассказывал ей чистую правду обо всем, за исключением своего имени. Слишком известен он был, чтобы она хранила записи о нем в своих журналах. Но уж конечно, она знала кто он такой. Не могла не узнать. Если бы и ему хотя бы раз удалось увидеть ее лицо! Но она уже снова была в чадре, и не было никакой возможности схватить ее, обездвижить, открыть ее лицо, хотя бы на долю секунды. Страшнее наказания нельзя было бы и придумать: она не разрешит больше ему приходить. Так доктор Розенталь сказала ему, когда он впервые пришел к ней по рекомендации одного известного политика, с которым играл в гольф по четвергам. Он подозревал, что многие сильные мира сего захаживают к Аде, но тайна должна оставаться тайной. О том, что он проходит лечение под названием «Сказки Шахерезады», не должен знать никто.

- Я увижу вас в среду в восемь вечера, мистер Шопенгауэр, - проворковала женщина след уходящему мужчине. - Постарайтесь не приходить раньше назначенного времени.

Закрыв за мужчиной дверь, доктор Ада Розенталь сняла с себя порядочно душное одеяние, тут же на полу скинула нижние юбки и расшитый бисером и стразами лиф, в одних кружевных трусиках прошла в кухню. Засыпая кофе в турку и ставя ее на песок, она сполоснула руки и умыла лицо прямо в раковине. В этот раз она даже не утомилась этому «Эйнштейну» надо немного. Вот завтра у нее трудный день. С утре ее ждут в Фэйблтауне, и она не может не прийти. Так что сегодня нужно лечь пораньше, а не хлестать кофе на ночь. Она решительно вылила кофе в раковину и поставила греться молоко.

Ей не нравился Нью Йорк. Но здесь, внутри Большого Яблока, по крайней мере, лучше чем в этом городке внутри Большого Яблока, куда она регулярно наведывалась для того, чтобы под каким-нибудь предлогом навеститить Вудлэндс, дом-штаб Фейблтауна. Наверняка Белоснежке отлично известно о том, чем зарабатывает на жизнь арабская гостья, да и Волка не проведешь, он прекрасно знает, что Шахерезада не живет в той грязной квартирке в Фэйблтауне, где старательно изображает следы жизни, но ее никто ни о чем не спрашивал. Ее вообще никто ни о чем не спрашивал с тех самых пор, как она Синдбад отправил ее сюда.

 

 Шахерезада прикрыла глаза, вспоминая те неприятные дни, когда археологи раскопали эти фрески, изображающие сказки «Тысячи и одной ночи»... И как какой-то безумец, увидев ее на улице,  решил, что она — прямой потомок той самой Шахерезады.  От одного сумасшедшего ученого можно было бы избавиться, но книгочей создал научную группу, которая во что бы то ни стало решила взять у нее образцы крови, чтобы в будущем, когда наука под названием "Генетика" достигнет пика своего развития, воссоздать из них копию Великой Сказительницы, чтобы та восполнила пробелы в Арабских Сказаниях. И тогда Синдбад, ругая на чем свет стоит «эмансипированных дур, которые забыли Аллаха и ходят по улицам не в закрытых паранджах, а в хиджабах, открывающих все лицо» посадил ее  в самолет и дал рекомендательные письма в общину Фэйблтауна.

Шахерезада ожидала всякого, но не того, что в Фейблтауне вообще никого не будет интересовать, как она выживает, и чем занимается. Совсем не так дела обстояли в Багдаде, совсем не так!

 

Изучая жизнь современного Нью-Йорка, Шахерезада быстро узнала, что мужчины по-прежнему обожают сказки. Только здесь за них еще и неплохо платят, называя это "психотерапией". И еще, почему-то психотерапевт должен был быть непременно немцем, или, в крайнем случае, евреем. Пару раз попробовав накладные белокурые косы и светлый тон, Шахерезада сделала более очевидный выбор и стала Адой Розенталь. Психологом, помогающим сильным мужчинам почувствовать себя слабыми. Так это называлось.

 

 

 

 

 

 

 

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 9 декабря, 2015 пользователем Звездочет

[Звездочет]

Мистер Донки

Спойлер

В иные времена мистер Донки был известен даже не как Золотой Осел, а просто - Ослик, и мало кто знал о его маленьком секрете, с которым ушастому довелось появиться на свет. Что уж говорить, даже не все хозяева осла знали о волшебных свойствах собственного питомца, но именно из-за своей особенности Ослик во времена сказок и легенд сменил множество владельцев. Конечно, в прямом смысле этого слова Ослик золотым не был, но после нехитрых манипуляций с его ушами, золото самым волшебным образом начинало сыпаться у Донки из самых незатейливых мест.
 
Времена сменились, как и мир, в котором приходилось обитать, но своей "золотоносности" Донки не утратил, благодаря чему оказался одним из немногих Сказаний животного происхождения, которые ни разу не были на Ферме и всегда вовремя покупали Чары. Теперь Ослик превратился в "мистера Донки", жил в небольшой, но со вкусом обставленной квартирке в Вудлендсе и имел денег ровно столько, сколько ему было необходимо на приличную жизнь, но так, чтобы другим Сказаниям не было повода занимать у него.
Ну и, конечно же, мистер Донки больше никому не позволял притрагиваться к собственным ушам.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 6 августа, 2015 пользователем Звездочет

[Beaver]

Имя: Герда
Для Простаков: Гертруда Брэйв
Род занятий: "Туристка", агент шерифа Бигби Волка

Фото

Биография

Герда прибыла в мир Простаков так же, как и остальные - спасаясь от Врага. Их с Каем Родные Земли подверглись нападению одними из первых и "благодаря" пособничеству Снежной Королевы были захвачены за считанные месяцы.

Оказавшись в Фейблтауне, Герда довольно быстро приняла предложение стать членом тайной общины Сказаний, подписала документ об Амнистии, а потом поступила на личную службу к шерифу Бигби Волку. Вели ее в данном начинании не только личные мотивы, но и забота об остальных. Девушка постоянно в разъездах по заданиям шерифа. Естественно, это не афишируется. Ее работа состоит в том, чтобы присматривать за Сказаниями, живущими вне Фейблтауна, и выполнять особые поручения. По крайней мере, все было так до недавнего времени.

Несмотря на то, что Кай ведет отшельнический образ жизни, Герда до сих пор поддерживает хорошие отношения с ним, но видятся они нечасто.

 

***

Последнее дело должно было стать в ее карьере громким успехом: девушке удалось вычислить шпиона Врага. Но в решающий момент все пошло не по плану, и она не только упустила его, но и раскрыла себя. Сейчас Брэйв приехала к Бигби с докладом, но из-за разбирательства над Скрюченным Дядечкой их встреча с шерифом была отложена.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 9 августа, 2015 пользователем Звездочет

[Definetly not ABAL]

Гамельнский Крысолов
Имя: Малькольм Вудроу
Род занятий: Флейтис

Фото:

Спойлер

Спойлер

В мире сказаний, Малькольм был известен как мстительный человек, которому не заплатили за проделанную работу.

В Гамельне было страшное нашествие крыс и бургомистр обещал щедро заплатить за их уничтожение. Крысолов взялся за эту работу и довольно быстро ее закончил. Однако, бургомистр отказался платить обещанное. Тогда крысолов решил отомстить  бургомистру и всем жителям этого города, посредством убийства их детей, так же, как он убил крыс. Он играл чудесную мелодию, с помощью которой околдовал всех жителей города. Он повел детей в реку, а взрослых заставил смотреть.

Однако, здесь, в мире простаков, он был известным музыкантом, а не убийцей детей. После получения амнистии он довольно быстро стал известным флейтистом. Получив признание и богатство, он перебрался в Вену, где выступал перед простаками.

Впоследствии, заработав еще больше денег, он вернулся в Фейблтаун, что бы остаться здесь на несколько лет.

БИОГРАФИЯ ОДОБРЕНА МАСТЕРОМ И ДАЛЬНЕЙШЕМУ РЕДАКТИРОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

Изменено 9 августа, 2015 пользователем Звездочет