Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Фели]

Оружейная "Валенсия и сыновья"

 

- Спасибо. - печально сказал Рико, хотя, честно говоря, благодарить было не за что. - А какие материалы у вас имеются в наличие?

 

Парень, с которым беседовал Рико, недоуменно приподнял бровь.

- Если ты о металлах, то нет, звиняй. Была у нас партия вулканического золота - мать забрала половину, а оставшуюся - раскупили ее в мгновение ока.

Изменено 1 марта, 2015 пользователем Felecia

[Ettra]

Трактир "Золотой Лев"

- Может быть, вернемся в комнату? - тихо прошептал он, проводя рукой по спине арбалетчицы.

- Давай вернемся, - Мэйрис поцеловала потрошителя в кончик носа и широко улыбнулась. Настроение у нее было великолепное, пожалуй лучше, чем за весь последний месяц. Сейчас казалось, что ничего плохого больше никогда не случиться и она старалась сохранить это чувство подольше. 
Мэйрис встала и выскочила из ванны, едва не поскользнувшись. После горячей воды прохладный воздух в купальне заставил девушку ежиться и стучать зубами. Она вприпрыжку добежала до вешалки с полотенцами и укуталась поплотнее так, что видны остались только кончики пальцев, щиколотки и сияющее, порозовевшее лицо. 
- А где я могу постирать одежду? Не хочу надевать...

[Junay]

Оружейная "Валенсия и сыновья"

 

- Если ты о металлах, то нет, звиняй. Была у нас партия вулканического золота - мать забрала половину, а оставшуюся - раскупили ее в мгновение ока.

 

- Жаль, очень жаль. Но может быть, появятся в продаже в ближайшее время?.
Рико посмотрел на горн. Риск очень велик, можно запороть материалы, как в прошлый раз… Нет, лучше уж довериться профессионалам.
- Сделайте, пожалуйста, среднюю броню по вот этому чертежу. – Сова вытащил из котомки чешую варгеста  и веридий, а так же  чертеж. – И руну вставьте… Сколько стоит младшая руна Величия?  Со скидкой, ежели можно?

 

(скидка на руну, +3 хитрость)

[Kykuy]

" Золотой лев "

 

Храмовник лишь кивнул на прощание Рико и насел на вино.

 

- Не хочешь сэкономить на номере, скинувшись на двухместный? - Страж почти потянулся рукой к усам, но отдернул ее, даже не подняв.

- Сэкономить? Да, это заманчивая перспектива..., - Освальд сделал очередной глоток, допив первый бокал. Лицо его, обычно очень бледное, сейчас начинало принимать немного более здоровый оттенок. - Но, к несчастью, вынужден пока что отказаться, - спокойно сказал он и указал на стул и бокал вина рядом, - Присаживайся пока, можешь выпить. Кстати, помнишь тот разговор об "алой песне" или что-то там, что тебе сказал тот... дух в пещере возле Нордботтена?

В ответ на слова храмовника о песне, Песнь в его голове значительно усилилась, но он лишь покачал головой и продолжил чуть-чуть расфокусированным взглядом смотреть на Анри.

Изменено 1 марта, 2015 пользователем Kykuy

[Фели]

Оружейная "Валенсия и сыновья"

 

- Сделайте, пожалуйста, среднюю броню по вот этому чертежу. И руну вставьте… Сколько стоит младшая руна Величия?  Со скидкой, ежели можно?

 

- Руну... так-так... за пять соверенов и пятьдесят серебряных берешь? - парень пробежался глазами по чертежу, переданному Федерико, - Плюс, 50 серебряных - сверху, за работу с этим чертежом. В сумме - 6 соверенов.

[Perfect Stranger]

Трактир "Золотой лев"

 

- А где я могу постирать одежду? Не хочу надевать...

 

- Брось в корзину. Потом доставят в комнату, - пожал плечами Хексарион, с усмешкой глядя на кокон, в который закуталась девушка. Неспешно побрившись и выйдя из бадьи, он натянул кожаные штаны, наслаждаясь прохладой. Бастард скучал по зимнему холоду и пронзительному ледяному ветру в горах Андерфелса, но что есть - то есть. - Да хватит краснеть, пошли. Тут недалеко.

С этими словами он поманил девушку пальцем и вышел в коридор. До комнаты было всего несколько шагов, благо она располагалась почти в самом конце коридора, рядом с купальней. Отперев дверь ключом, он впустил туда Мэйрис, капающую водой на ковры, и отряхнулся, как собака. Тут было, пожалуй, гораздо богаче и... цветастее, что ли, чем в Нордботтене. Каменные стены были завешены картинами, гобеленами и прочими украшательствами так, чтобы радовать глаз местных любителей роскоши. Но это Хекса тоже мало интересовало, как и резные панели на ставнях, и тончайшие шелковые занавески, и стол из белого дерева, стоявший напротив входа. Впрочем... он мотнул головой. Повернувшись к Мэйрис, он отметил, что та была настолько маленькой, что умудрилась завернуться в полотенце практически целиком. Это выглядело забавно. Но ему больше нравилось, когда она была не похожа на гусеницу.

[Junay]

Оружейная

 

- Руну... так-так... за пять соверенов и пятьдесят серебряных берешь? - парень пробежался глазами по чертежу, переданному Федерико, - Плюс, 50 серебряных - сверху, за работу с этим чертежом. В сумме - 6 соверенов.

 

- Беру. - кивнул Рико, выкладывая деньги. - Хороший у вас город. Богатый. Я впервые в Монтсиммаре, надо сказать. Наш отряд здесь проездом, не знаю, на сколько дней задержимся... Не слыхали - работенка какая-то для наемников имеется? Мы за любую беремся, даже мельницу однажды по заказу... снесли. 

 

(- 6 золотых)

[Драккон де Морей]

Таверна

- Сэкономить? Да, это заманчивая перспектива..., - Освальд сделал очередной глоток, допив первый бокал. Лицо его, обычно очень бледное, сейчас начинало принимать немного более здоровый оттенок. - Но, к несчастью, вынужден пока что отказаться, - спокойно сказал он и указал на стул и бокал вина рядом, - Присаживайся пока, можешь выпить. Кстати, помнишь тот разговор об "алой песне" или что-то там, что тебе сказал тот... дух в пещере возле Нордботтена?

- Зря, но ладно. Алая песнь? Я весь внимание, - кивнул Страж, присев и отпив глоток вина. Анри был уверен, что Освальд не расколется, но стал жадно внимать его словам, отградившись от Зова. Чем ближе наемники приближались к Долам, тем сильней становился Зов.

[Элесар]

Таверна

 

- Да... Конкубинат? - Чародейка тряхнула головой, отгоняя мысли. - Пойду ка я лучше в номер, ванну приму и попрошу служанку постирать вещи, - пробормотала Алейра, отправляясь наверх.

 

- Конку... чего? - окончательно запуталась в дебрях, куда уходили мысли рыжей магистрессы, Кая. Пожав плечами, девушка кивнула Алейре, забрала заказ и пошла к столику, за которым обосновался храмовник. С ним разговаривал Анри и сегеронка могла поклясться, что он едва сдерживается, чтобы не начать крутить усы... может, воображение разыгралось? - Я присяду, Освальд?

[Фели]

Оружейная "Валенсия и сыновья"

 

- В общем, за работу беремся. Сейчас уже поздно - можешь зайти завтра с утра. Доспехи - на тебя, верно? Нужно сделать замеры.

Это заняло некоторое время. "Сын" Валенсии сделал довольно много измерений, которые записывал в интересного вида книгу - строки в ней он записывал не вдоль, как полагается, а поперек листа. Сделав все необходимые, парень отложил рулетку - а Федерико с облегчением подумал, что лишнего кузнец себе не позволял.

Все-таки это был Орлей. Нужно было беречь... достоинство.

- Что до работы - с этим не ко мне. Я фактически и света солнечного не вижу в этой кузне, - позволил себе пошутить кузнец, - Ладно, полагаю - до завтра? Или что-то еще требуется?

 

Доспех будет готов на следующий реальный день.

[Kykuy]

" Золотой Лев "

 

- Зря, но ладно. Алая песнь? Я весь внимание, - кивнул Страж, присев и отпив глоток вина. Анри был уверен, что Освальд не расколется, но стал жадно внимать его словам, отградившись от Зова. Чем ближе наемники приближались к Долам, тем сильней становился Зов.

- Хорошо, - Освальд вновь наполнил свой бокал. - Скажи, как много тебе известно о... красном лириуме?, - ровным голосом спросил он, делая глоток. Он пока ещё раздумывал, стоит ли Стражу действительно это знать. Песнь уже по-настоящему бушевала в голове, но благодаря выпитому вину слова были неразличимы и представляли собой неразборчивый монотонный гул.

 

- Я присяду, Освальд?

- Э? А, да, конечно, - утвердительно кивнул Кае храмовник и подвинул ей ещё один пока пустой стакан, чтобы ей не пришлось пить свою клюквенную настойку из горла.

Изменено 1 марта, 2015 пользователем Kykuy

[Ettra]

Трактир "Золотой лев"

- Брр, тут тоже холодно. Жуть! - немного дрожащим голосом возмутилась Мэйрис и присела на край кровати, вытянув из под полотенца руки. Холод холодом, а вытираться надо, что бы не испортить наверняка дорогое белье. Самой же спать не удобно будет. 
Мокрое полотенце она аккуратно сложила и, чихнув, повесила на спинку стула. Нет, определенно надо что-то делать с холодом, иначе заболеть немудрено. Она как можно быстрее подобралась к кровати, стянула покрывало и ловко юркнула под одеяло, оставив снаружи только голову. Взъерошенные волосы топорщились во все стороны, делая девушку похожей на ежика. Обычно лишь слегка рыжеватые, в закатном свете они казались огненными.
- Я передумала. Не хочу гулять. Буду лежать так вечно, - Мэйрис зажмурилась от удовольствия и вытащила из под одеяла белую руку, поманив потрошителя. - Никогда на такой мягкой кровати не спала, залезай.

[Драккон де Морей]

Золотой Лев

- Хорошо, - Освальд вновь наполнил свой бокал. - Скажи, как много тебе известно о... красном лириуме?, - ровным голосом спросил он, делая глоток. Он пока ещё раздумывал, стоит ли Стражу действительно это знать. Песнь уже по-настоящему бушевала в голове, но благодаря выпитому вину слова были неразличимы и представляли собой неразборчивый монотонный гул.

- Хммм.., - Страж вспомнил то, что случилось с ним еще до Нордботтена, - он сводит с ума. Это все, что я знаю. - тихо ответил Анри, внимая храмовнику.

[Junay]

Оружейная "Валенсия и сыновья" - Монтсиммар

 

- Что до работы - с этим не ко мне. Я фактически и света солнечного не вижу в этой кузне, - позволил себе пошутить кузнец, - Ладно, полагаю - до завтра? Или что-то еще требуется?

 

- Нет, больше ничего не нужно, спасибо. До завтра. - кивнул Рико , и засунул за пазуху достаточно похудевший кошелек. 

Он вышел из кузницы  и вдохнул прохладный вечерний воздух. За городскими стенами догорал закат, на небе появлялись звезды. В городе мало-помалу начиналась ночная жизнь - приличных горожан сменяли веселые гуляки, и развязного вида девицы. Наметанный глаз бывшего Ворона заприметил парочку карманников, жмущихся возле богатой кареты.

По улице проехалось двое напыщенных молодцов в масках, едва не сбив его с ног:

- С дороги, холоп! - и Сова едва успел увернуться.

 

Забросив сумку на плечи, он отправился в район "красных фонарей", где размещался бордель и игровые дома. 

[Perfect Stranger]

Трактир "Золотой Лев"

 

- Я передумала. Не хочу гулять. Буду лежать так вечно,

 

- Вечно будешь лежать - в мышцах молоко будет, - вспомнил потрошитель то, что ему когда-то говорили в Андерфелсе. Сам он в это не верил, но бездействие не любил. Но мог же позволить себе хоть немного отдыха после того, что они пережили? К тому же... он усмехнулся, сдернув с Мэйрис одеяло. - Хватит мерзнуть. Ты андерка или ривейнская барышня? - наклонившись к ней и упершись рукой в кровать, он обдал ее шею горячим дыханием, замерев на мгновение, а потом провел по ней языком. - Знаешь, я мог бы тебя согреть...

Девушка вздрогнула, когда почувствовала, как рука бастарда с ее плеча медленно опускается на талию, а с нее - на бедро, подхватывая ее ногу под колено. Внезапно ей уже не было холодно. Даже... жарковато.

[Ettra]

Трактир "Золотой Лев"

- Знаешь, я мог бы тебя согреть...

 

От прикосновения Хекса по телу девушки пробежала дрожь. Такой способ согреться ей определенно нравился куда больше лежания под одеялом. Да и в мышцах молока не будет, как сказал потрошитель. 

- Согрей, - шепнула Мэйрис и провела кончиком языка по его щеке, точно так, как он сам любил делать. А затем поцеловала, пробегаясь пальцами вдоль позвоночника Хекса. Она была без ума от гладких лаковых чешуек на его спине и от хищных шипов, продолжающих позвонки. И еще ей жутко нравилось как эти чешуйки приподнимались, в ответ на ее прикосновения.

[Лакич]

Таверна

 

- Как, - магистресса сделала небольшую паузу, издав тихий, усталый стон, нежась в горячей ванне, - хорошо... - Алейра благополучно размякла в ванне, услышав за дверью недовольный, немножко злобный шепот, а потом - хлопок дверью. Видимо служанка, которая в награду за стирку жада пару серебряных кругляшей или, если была особо наглой, целый золотой, поняла с какой же стервой имеет дело и сдалась, ожидая тевинтерку из ванны. Хотя как эльфийка (а в Тедасе, казалось, на роль служанок только эльфиек берут) умудрилась постирать мантию и остальной гардероб магистрессы и так быстро его высушить - загадка, хотя магессе, кажется, никакого интереса до этого ровным счетом не было.

Спустилась Алейра к остальным наймитам более чем довольная, впрочем, ее радость сейчас мог понять каждый - горячая ванна, крыша над головой и, кажется, сейчас будет мясо и вино.

- Viande et le vin, - хвастаясь свои орлесианским, сказала чародейка, отдавая свои кровные и ожидая заказа. - О чем беседуем? - Подойдя к остальным, спросила Алейра и, присев за столик, отпила вина. - О, как я скучала по тебе, цивилизация!

 

Аля, - 25 серебряных

[Kykuy]

" Золотой Лев "

 

- Хммм.., - Страж вспомнил то, что случилось с ним еще до Нордботтена, - он сводит с ума. Это все, что я знаю. - тихо ответил Анри, внимая храмовнику.

- Это... совсем не так, - Освальд взглянул на гуся - оставалось ещё примерно треть, но её он пока оставил на потом. - Но к делу. Как бы это не было странно, но этот лириум... поёт своему владельцу. Песнь для каждого человека различна, но одинаково прекрасна для всех, кто её может услышать. Причины этого неизвестны, но существует гипотеза, что этот металл - живой. Нелепо, правда?, - храмовник замолк и отпил вина.

 

- О чем беседуем? - Подойдя к остальным, спросила Алейра и, присев за столик, отпила вина. - О, как я скучала по тебе, цивилизация!

- О тевинтерском праве, - с усмешкой сказал храмовник. - Не хочешь ли потрудиться объяснить Кае, что такое конкубинат?, - ухмыльнувшись, спросил он.

Изменено 1 марта, 2015 пользователем Kykuy

[Junay]

Казино «Аверс»

 

Увидев игровой дом, Рико некоторое время топтался на месте, а потом рискнул зайти.  Дворецкий, мимо которого он прошел, выпал в осадок, от вида оборванного и грязного посетителя и сначала попытался его выпереть со словами "Сюда нельзя! нищим нельзя!", но Сова уверенно подошел к рулетке и выложил 1 золотой.

- Ставлю 1 золотой на красное. - заявил он.

Крупье вытаращил глаза на такое явление, но ставку принял.

 

[Perfect Stranger]

Трактир "Золотой лев"

 

Хекс тихо зарычал от удовольствия, похоже, ему самому нравилось, когда Мэйрис прикасалась к чешуе. Одновременно с этим он услышал и урчание Зверя в собственной голове. Немудрено - чешуя и зубы были тем, что принадлежало его сущности. И хоть Зверь не слишком жаловал арбалетчицу, предпочитая оставаться преданным сестре, даже он не мог не признать, что Мэй была прелестна. Особенно такая, как сейчас. Довольная, улыбающаяся, со слегка влажной после купания кожей, покрывшейся мурашками от холода. С порозовевшими щеками и блестящими глазами, похожими на глаза лани. Растрепанная и доверчивая. Легкая добыча... если не угрожать ее семье, как выяснилось недавно. Если бы бастард видел то, какой она была с Атаназом и как разъяренно бросалась на заведомо более могучего противника безо всякого страха, то он был бы удивлен. И гордился бы ею, по-настоящему.

Холодное прикосновение зубов к шее и ключице заставило ее вздрогнуть снова. Острые клыки не прокусили кожу, но легкая боль свидетельствовала о том, что это было близко.

- Ему нравится, - прошептал потрошитель, когда Мэйрис снова провела пальцами по чешуе. - Но не дразни его слишком сильно, иначе... - зубы едва заметно усилили хватку, и по плечу девушки стекла крошечная капля крови.

[Leo-ranger]

Трактир => Оружейная "Валенсиа и сыновья"

 

Лиин зашла в оружейную молча. Молча же выложила на стол броню из оленьей кожи и железа и свой старый лук, из галльей кожи.

- Сколько?- только и сказала долийка

 

Бросок на цену брони (стартовая - 30 серебра) и лука из материалов 2-го уровня (тот, что без руны, стартовая цена - 1 голды) (+2 хитрость)

Изменено 1 марта, 2015 пользователем Leo-ranger

[Элесар]

Трактир

 

- Э? А, да, конечно, - утвердительно кивнул Кае храмовник и подвинул ей ещё один пока пустой стакан, чтобы ей не пришлось пить свою клюквенную настойку из горла.

 

- Спасибо, - улыбнулась сегеронка Освальду и Анри, после чего села за столик, прислушиваясь к их разговору. Сама она о красном лириуме ничего не знала, но было интересно послушать. Когда храмовник завёл речь о красивой песни, дикарка нахмурилась, точно в её сознании что-то колыхнулась, но что именно она не могла вспомнить.

 

- Viande et le vin, - хвастаясь свои орлесианским, сказала чародейка, отдавая свои кровные и ожидая заказа. - О чем беседуем? - Подойдя к остальным, спросила Алейра и, присев за столик, отпила вина. - О, как я скучала по тебе, цивилизация!

- О тевинтерском праве, - с усмешкой сказал храмовник. - Не хочешь ли потрудиться объяснить Кае, что такое конкубинат?, - ухмыльнувшись, спросил он.

 

- А... это очень долгое объяснение? - поинтересовалась чародейка, переводя рассеянный взгляд с храмовника на магистрессу и обратно. Прошлое объяснение о всяких там браках она и так запомнила надолго, больше как-то не хотелось. Нужно было срочно сменить тему и, первое что пришло в голову - вопрос о другом магистре. - Алейра, ты знаешь человека по имени Авл Цепион?

[Лакич]

Таверна

 

- Не хочешь ли потрудиться объяснить Кае, что такое конкубинат?, - ухмыльнувшись, спросил он.

 

- Она не знает? - В голосе Алейры, кажется, промелькнуло самое настоящее  удивление. - Я читала ей лекцию об этом, как она могла забыть? Коротко говоря - это сожительство, гражда... - но как это бывает ее - ранимую душу - поспешили сразу же перебить невежи и варвары!

 

- Алейра, ты знаешь человека по имени Авл Цепион?

 

-... Да, знаю, точнее, - магистресса отпила вина, отрезала небольшой кусочек мяса и, пережевав его, продолжила, - знала. Он мертв. Он был магистром, и как я и Терцио, знатных кровей. Если хочешь, я могу рассказать тебе больше о Доме Цепионов, - кажется, незаметно, как хищник, подкрадывалась еще одна лекция. - А почему ты спрашиваешь?

Изменено 1 марта, 2015 пользователем Лакич

[Ettra]

Трактир "Золотой лев"

- Ему нравится, - прошептал потрошитель, когда Мэйрис снова провела пальцами по чешуе. - Но не дразни его слишком сильно, иначе... - зубы едва заметно усилили хватку, и по плечу девушки стекла крошечная капля крови.

От укуса Мэйрис немного вздрогнула, почти не почувствовав боли. Небольшая опасность наоборот интриговала, заставляя сердце биться еще чаще. Она провела по его спине еще раз, едва прикасаясь пальцами к чешуе из-за чего потрошитель низко рыкнул еще раз. Но руку все же убрала, положив ее на грудь потрошителя. Его сердце, похоже, билось ни чуть не медленнее. 
- Я не боюсь Зверя, ты знаешь, - Мэйрис опять переместила руку на его спину и опять мимолетно провела по чешуе. Она не хотела, что бы он слишком сильно контролировал Зверя, понимала как это тяжело дается. Но также понимала, что еще тяжелее ему будет потом, если он все же позволит Зверю взять весь контроль на себя. 

[Junay]

Казино - Монтсиммар

 

 

Едва ли не полный проигрыш в казино  подействовал на мужчину удручающе.  Денег и так было мало, а теперь, благодаря невезению, стало еще меньше. 

Мужчина вышел из квартала красных фонарей, не обращая внимания на зазывающих девиц, с голыми грудьми,  и двинулся через район чернорабочих в самые глухие дебри города. Здесь размещался пустырь, где ютились бездомные нищие, воры, убийцы, отбросы и такие же бездомные собаки.

- Подайте, Создателя ради... - прохрипел лежащий у дороги паралитик, но увидев обнаженный кинжал, сверкнувший в свете луны, быстро вскочил на ноги и смылся в тень. Рико про себя только фыркнул - он слишком хорошо был знаком с местной братией и местными законами. 

 

Внимание мужчины привлекла блестящая в лунном свете рудная жила, к которой он и направился, вытащив кирку из-за пояса. 

Из жилы он добыл красную сталь, 1 шт. 

Что ж теперь он хоть не помрет с голоду.

 

(добыча руды)

Изменено 1 марта, 2015 пользователем Junay