Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Junay]

Темный павильон

 

- Замолчи и иди следом, взломщик, - огрызнулся потрошитель. - С этими крысами нечего церемониться.

 

- Сейчас крысы здесь мы! На чужой территории, где отравленная стрела или кинжал в спину быстро закончат твою героическую эпопею! Местные могли бы нам помочь, но ты  все испортил! Теперь враги нам не только Вороны и культисты, а еще и местные нищие, которые будут вставлять палки в колеса. 

Если из-за твоей самовлюбленной тупости пострадает отряд, командиром ты больше не будешь. - сухо бросил Альварес. 

 

"Заставь дурака Создателю молиться... Зачем этот бугай вообще с Глубинных Троп вылез? Там ему как раз и место... С бронто быковать". - фыркнул Тот, который. 

Изменено 8 марта, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

Темный павильон

 

Если из-за твоей самовлюбленной тупости пострадает отряд, командиром ты больше не будешь.

 

- Да? А кто будет? Может, ты, попавшийся в лапы Воронам по собственной глупости? - усмехнулся Хекс и отвернулся от монаха. - А я почти уверен, что ты под пытками всех нас сдал. "Командир", тоже мне. Лучше сиди тише воды и ниже травы, если хочешь прожить подольше. Так что там со смотрителем? Где он? - обратился он уже к мальчишке.

[Ettra]

Темный павильон

- Если из-за твоей самовлюбленной тупости пострадает отряд, командиром ты больше не будешь. - сухо бросил Альварес.

- Пожалуйста, хватит, - взмолилась Мэйрис, чувствуя, что ситуация опять накаляется. Хекс никогда не отличался сдержанностью и ненавидел выпады в свою сторону. - Мы пришли искать детей, а не ссориться. - Мэйрис подошла к потрошителю и уже тише сказала: - И... Хекс, отпусти мальчика, пожалуйста, ты его очень пугаешь, он и пары слов связать не может. Я справлюсь, правда.

[Фели]

Темный павильон

 

И тут в глазах паренька что-то дрогнуло и сломалось.

- Я не позволю вам убить Пабло, - прохрипел он, обратив на потрошителя странный, звериный взгляд, - Старик не сделал никому ничего плохого. Он мне помогал, помогал, когда не помог никто. Я не позволю вам навредить ему. Не позволю.

И прежде, чем Хекс успел опомниться, парень из всех своих малых силенок вдарил его потрошителя по руке. Вольфер было оскалился, чуть ли не до крови сдавив плечи пацана - в конце концов, что он может сделать взрослому потрошителю? Жалкий уличный воришка?

Мэйрис вскрикнула, прикрыв рот ладонью, Хекс обернулся, удивленно моргнув - и наконец заметил. В его руке торчало небольшое ржавое лезвие без ручки - даже не полноценный нож. Парень умудрился пробить кожаный элемент доспеха - лезвие вонзилось почти до трех четвертей своего размера, торчал лишь кончик. И прежде, чем Вольфер успел должным образом отреагировать - пацан воспользовался замешкой и вырвался из его захвата, в два прыжка отскочив от начавшего свирепеть потрошителя.

- Я НАДЕЮСЬ ВЫ СДОХНИТЕ! - выкрикнул пацан, с несвойственной такому забитому существу яростью глядя то на Хекса, то на Мэйрис, - Я НАДЕЮСЬ, ВАШИ ДЕТИ ТОЖЕ СДОХНУТ!

И, быстро развернувшись, скрылся в проулке прежде, чем кто-то из Северных волков пустил ему болт или стрелу в спину. 

[Драккон де Морей]

Темный павильон

 

Страж стоял неподалеку от всех, прикрывая лицо рукой. Наверное, он пытался сойти за дерево, чтобы не оказаться с остальными. А почему? А потому, что Хексу пришла отличная идея напугать нищего мальчика до полусмерти. Почему Верес не считает потрошителя командиром, Анри уже понял давно. И с каждым разом он убеждался в правоте мага все больше и больше... 

[Элесар]

Тёмный павильон

 

- Закончили? Или будем дальше выяснять, кто кому голову будет откусывать и кого лучше выбирать командиром? - раздался голос позади мужчин, которые опять сцепились. Лицо Каи было абсолютно непроницаемым, и от слов, сказанным ей веяло вьюгой не хуже чем от заклинаний Вереса. - Если кому-то что-то не нравится, то выясняйте это в таверне. Или в лагере. Или где-то ещё, где нас не могут убить прямо здесь и прямо сейчас.

 

- Я не позволю вам убить Пабло, - прохрипел он, обратив на потрошителя странный, звериный взгляд, - Старик не сделал никому ничего плохого. Он мне помогал, помогал, когда не помог никто. Я не позволю вам навредить ему. Не позволю.

- Я НАДЕЮСЬ ВЫ СДОХНИТЕ! - выкрикнул пацан, с несвойственной такому забитому существу яростью глядя то на Хекса, то на Мэйрис, - Я НАДЕЮСЬ, ВАШИ ДЕТИ ТОЖЕ СДОХНУТ!

И, быстро развернувшись, скрылся в проулке прежде, чем кто-то из Северных волков пустил ему болт или стрелу в спину.

 

- Помнишь, у нас был уговор, Хекс? - сухо проговорила сегеронка и зелёные глаза без всякого восторга смотрели на потрошителя. - Ты его только что нарушил. Можешь возвращаться в таверну.

[Junay]

Темный павильон

 

- А я почти уверен, что ты под пытками всех нас сдал.

 

- Если б я вас сдал, вы бы сейчас  уже гнили в канаве. Единственное, почему ты еще командир - это проклятие, и то, что никто не хочет брать на себя ответственность за жизнь людей. Но если придется выбирать... Я бы выбрал Алейру. Она не плохо себя показала, пока ты прохлаждался на болоте. Просто помни - доверие к тебе падает в отряде все больше. 

 

- Мы пришли искать детей, а не ссориться.

 

- Боюсь,  с этим будут  теперь некоторые проблемы. - Рико жестко усмехнулся. Он-то, в отличие от самовлюбленного бастарда, хорошо знал мир нищих. И знал, насколько мстительными и жестокими они могут быть.

 

- Я НАДЕЮСЬ ВЫ СДОХНИТЕ! - выкрикнул пацан, с несвойственной такому забитому существу яростью глядя то на Хекса, то на Мэйрис, - Я НАДЕЮСЬ, ВАШИ ДЕТИ ТОЖЕ СДОХНУТ!

 

- Допрыгался? - Рико посмотрел на потрошителя с издевкой, вскинув бровь. 

Изменено 8 марта, 2015 пользователем Junay

[Kykuy]

Тёмный павильон

 

- Хватит уже стоять посреди улицы и ругаться, - Освальд вздохнул, - Выяснить отношения мы успеем всегда, но есть и дргие проблемы. Например, подумать, что ещё может вывести нас на след этих Лео и Фели или неварранцев, - тихо продолжил он, - Рико, кажется, вы здесь уже были... Не знаешь, где дом этого смотрителя, случайно? 

[Perfect Stranger]

Темный павильон

 

Я бы выбрал Алейру. Она не плохо себя показала, пока ты прохлаждался на болоте. Просто помни - доверие к тебе падает в отряде все больше.

 

- Вот как? Вы все так думаете? - Хексарион окинул окружавших его людей холодным, презрительным взглядом. Когда на его вопрос ответа не последовало, а глаза наемников вперились в потрошителя, он пожал плечами. Вытащил нож из руки с тихим хлюпаньем, отбросил в сторону. - Как знаете. Пусть ваша судьба будет в руках змеи, которая продаст вас всех при первом же удобном случае, если ей будет это выгодно. А с меня хватит.

Развернувшись, он сунул руки в карманы и направился прочь. Смотреть на отряд ему больше не хотелось. Пусть выбираются сами из передряги в которую угодили.

[Ettra]

Тёмный павильон

Мэйрис совершенно не знала, как реагировать на все. От угрозы паренька она похолодела, прижав руку к животу, хоть и понимала, что все это пустые слова. Она долго и с сожалением смотрела в сторону убегающего паренька, а потом несколько разочарованно глянула на потрошителя. Если бы он только дал ей поговорить, а не до смерти пугал своими угрозами и клыками. С детьми он обращаться не умел, да и где ему было научиться? Но мог хотя бы дать шанс Мэйрис. 
- Жаль, что так вышло. - Голос Мэйрис был почти ровным и спокойным. 

[Лакич]

Темный Павильон

- Ахаха! - не сдержалась Алейра, рассмеявшись наглости, идиотизму и риторике мальчишки.
- Нашли на ком злобу срывать, пусть Вольфер останется - на его бы месте я точно так же поступила. И в бою он нужен.

[Ettra]

Тёмный павильон

- Как знаете. Пусть ваша судьба будет в руках змеи, которая продаст вас всех при первом же удобном случае, если ей будет это выгодно. А с меня хватит.

- Подожди! - Мэйрис бросилась за потрошителем и вскоре догнала его. Как бы неправильно он не поступал, девушка не оставила бы его. Куда он, туда пойдет и она.

Изменено 8 марта, 2015 пользователем Алойя

[Элесар]

Тёмный павильон

 

- Я попросила вас сходить со мной по личному делу и вы решили, что сейчас лучшее время решать, кому быть главным? Здесь? Сейчас? Той, кому я давала обещание, возможно уже нет в живых, но её детей ещё можно спасти, - с горечью сказала Кая и вцепилась в своё плечо. Ногти не смогли хоть сколько-нибудь сделать больно, чтобы отрезвить рассудок, в глазах стояли слёзы. - Делайте что хотите. А я иду их искать. Одна, - не собираясь ничего выслушивать, чародейка развернулась и пошла вглубь тёмного павильона, не заботясь о том, что здесь могут быть антиванцы или просто нищие, которые теперь желали их убить. К чёрту. Всё к чёрту.

[Junay]

Темный павильон

 

- Н-да. - покачал головой Рико, смотря вслед удаляющемуся бастарду. Честно говоря, его уже здорово начинала раздражать вопиющая безответственность потрошителя, который абсолютно не думал о последствиях своих поступков. 

-  Ладно, надо бы решить, что делать дальше, раз уж мы с порога показали себя... в исключительно плохом свете.

 

- Рико, кажется, вы здесь уже были... Не знаешь, где дом этого смотрителя, случайно?

 

- Да, я приблизительно помню этот дом, но не уверен, что смотритель захочет с нами разговаривать. Я ведь с ним встречался в очень плохих ... обстоятельствах. 

 

- Делайте что хотите. А я иду их искать. Одна, - не собираясь ничего выслушивать, чародейка развернулась и пошла вглубь тёмного павильона, не заботясь о том, что здесь могут быть антиванцы или просто нищие, которые теперь желали их убить.

 

Цыкнув зубом, Сова направился за ней. Найдет их, не найдет, а охрана от всяких босяков сегеронке понадобится. 

Изменено 8 марта, 2015 пользователем Junay

[Драккон де Морей]

Темный павильон

 

- Делайте что хотите. А я иду их искать. Одна, - не собираясь ничего выслушивать, чародейка развернулась и пошла вглубь тёмного павильона, не заботясь о том, что здесь могут быть антиванцы или просто нищие, которые теперь желали их убить.

 

Анри ничего не сказал, лишь последовал за чародейкой. Да, она попросила за ней не идти. Но позволить, чтобы ей причинили вред, он не мог. Поэтому он просто пошел за Рико, отпустив сокола ввысь. Тот улетел на охоту, обещая вернуться через пару часов.

[Leo-ranger]

Темный павильон

 

Лиин направилась следом за Каей. Её достали эти тёрки из-за командирства и она участвовать не собиралась, но в чём долийка была уверена - одну она чародейку здесь не оставит, чтобы та про себя ни думала.

[Perfect Stranger]

Темный павильон

 

- Подожди! - Мэйрис бросилась за потрошителем и вскоре догнала его. Как бы неправильно он не поступал, девушка не оставила бы его. Куда он, туда пойдет и она.

 

Потрошитель уже успел отойти достаточно далеко от редких фонарей, которые освещали полумрак квартала трущоб, и теперь был в каком-то узком переулке. Повсюду ветер гонял обрывки мусора, с шелестом пролетающие по плохо мощенной булыжником дороге, тесные домишки жались друг к другу, едва не закрывая собою небо, на котором уже разливались первые розовато-рыжие лучи заката. Слов Алейры Хекс уже не услышал. Но когда к его руке прикоснулась Мэйрис, он ощутимо вздрогнул. Остановился и обернулся, глядя чуть покрасневшими от ярости глазами на девушку. Конечно же, он знал, что Мэй пойдет с ним. Но... для нее лучше было остаться со всеми остальными. Бастард никогда не умел работать в команде. Он был одиночкой, время от времени присоединявшимся к разным стайкам и бандам, но не задерживался слишком надолго нигде.

- Тут опасно. Лучше тебе... - он замолчал, понимая, что арбалетчица не уйдет. Вздохнул, проведя ладонью по волосам, которые уже заметно отросли. - Пусть делают, что хотят. Я устал вытаскивать их из той задницы, в которую они себя загоняют. Алейра справится с командованием лучше. Или Верес. Честно говоря, мне все равно.

[Kykuy]

Тёмный павильон

 

Освальд пошёл вслед за сегеронкой, но больше не из-за особого желания помочь ей, которое всё же имело место быть, а в стремлении нагнать Рико.

" Психи. Ранимые, мать его, чокнутые психи. ", - думал он, и мысли эти в равной степени относились и к потрошителю, и к Кае.

- Да, я приблизительно помню этот дом, но не уверен, что смотритель захочет с нами разговаривать. Я ведь с ним встречался в очень плохих ... обстоятельствах.

- Насколько плохих? Возможно, если мы ему объясним, в чём дело, он всё же хоть что-то расскажет, появится хоть какая-то зацепка..., - наконец догнав его, спросил он.

Изменено 8 марта, 2015 пользователем Kykuy

[Лакич]

Темный Павильон

- Не злись, медноволосая, - хохотнула Флавия, отправляясь следом за остальными. По хорошему надо было бы вернуться в таверну, но лишь малейшая возможность получить нового трэлла с лихвой все меняла. Да и опробовать новое заклинание, которое постепенно убивает читающего его мага, стоило опробовать.

[Junay]

Темный павильон

 

- Насколько плохих? Возможно, если мы ему объясним, в чём дело, он всё же хоть что-то расскажет, появится хоть какая-то зацепка..., - наконец догнав его, спросил он.

 

- Он, фактически спас меня от Воронов. и выходил. Врядли он захочет встречаться с тем, за кем эти Вороны гоняются. Но можно попробовать. В конце концов... - пожал плечами Рико и окликнул сегеронку. -Кая, подожди! Есть идея. Можно зайти к смотрителю складов, уж он-то должен что-то знать. И в принципе, он не плохо настроен. Пока. - Сова прикинул, как быстро весть о издевательстве над мальчишкой облетит квартал.

Демон  бы побрал этого тупоголового потрошителя!

Изменено 8 марта, 2015 пользователем Junay

[Ettra]

Темный павильон

- Пусть делают, что хотят. Я устал вытаскивать их из той задницы, в которую они себя загоняют. Алейра справится с командованием лучше. Или Верес. Честно говоря, мне все равно.

- Не говори так. Ты можешь быть хорошим командиром! Просто... - девушка немного замялась, пытаясь подобрать слова. Она не хотела злить потрошителя или расстраивать его неосторожным выражением. - Просто ты иногда слишком много берешь на себя, мне кажется. В команде ведь много людей, их мнение тоже важно. Давай иногда другим действовать, ладно? Алейра хорошо общается со знатью, помнишь леди Деноваль? Рико - хитрец и отлично торгуется. И, судя по-всему, может договориться с бедняками. Вот смотри: ты ведь в бою не пытаешься стрелять из лука, а Лиин не машет мечом. Каждый хорош в чем-то своем и в битве, и в обычной жизни. Слишком сложно все делать за других. - Мэйрис мягко улыбнулась и сжала руку потрошителя. Иногда он впрямь пытается контролировать все и подавить инициативы других, не слушает. Слишком привык полагаться на себя, что бы доверять окружающим. Может быть когда нибудь он научится...

[Perfect Stranger]

Темный павильон

 

В команде ведь много людей, их мнение тоже важно. Давай иногда другим действовать, ладно?

 

И она туда же. Черты лица потрошителя стали жесткими. Он не ухмылялся, не скалился и не улыбался. Хотя обычно его трудно было увидеть без этих неизменных его атрибутов. Без ухмылки он казался... каким-то другим. Не похожим на самого себя.

- Их мнение абсолютно ничего не будет значить, когда мы сдохнем от проклятия. Их мнение не будет ничего значить, когда нас всех поубивают Вороны. Единственное, что меня волнует - это выживание. Твое, мое и Ридена. А свое мнение они могут запихнуть себе в задницу и пару раз прокрутить, - грубо ответил он и вздохнул. - Я собирал отряд, чтобы убить баронессу и братьев. Все. То, что я взялся за командование после поместья... было ошибкой. Это не отряд наемников, и вообще - не отряд. Это сброд, который не имеет ни малейшего понятия о дисциплине, и именно из-за этого все наши беды. Из-за того, что никто не послушал моего приказа, сгорел Грейвен. И так будет продолжаться и впредь. Я не хочу больше иметь с ними дела. В одиночку у меня получится лучше. И... если ты будешь со мной, - бастард взглянул в глаза девушки. Похоже, он был настроен серьезно. - Я буду благодарен за это.

[Элесар]

Тёмный павильон. Где-то

 

Оклики Рико с Алейрой и звуки шагов остальных Волков ничуть не взбодрили её. Может ей и должно было быть приятно, что за ней они готовы двигаться и по, теперь уже опасному кварталу, но останавливаться Кая даже и не думала. Более того - как только выдался случай сегеронка шагнула в ближайшую подворотню, ускорила шаг, свернула ещё за один угол и пропала из виду. Сколько она шла - почти бежала - чародейка не помнила, но как только голосов остальных Волков больше не стало слышно, северянка подошла к одной из стен, вцепилась пальцами в волосы, медленно сползла, и разрыдалась, как уже давно не плакала. Было горько, обидно... Это её вина - слишком много людей для такого задания, слишком много... Это же не бой с драконом в конце-концов. Смогла успокоиться магесса намного позже. Подняв глаза, она увидела, что в углу сидит нищенка и внимательно за ней наблюдает. Шмыгнув носом, Кая уткнулась в собственные руки и проговорила:

- И...извините. Я н-не хотела... не знала что тут кто-то... е-есть.

[Фели]

Тёмный павильон. Где-то

 

- И...извините. Я н-не хотела... не знала что тут кто-то... е-есть.

 

Женщина прищурилась и плотнее закуталась в грязные лохмотья.

- Это был глупый поступок, - жестким голосом проговорила она, - Что несчастный мальчишка сделал вам худого, и почему вы хотите убить Пабло?

Слухи распространились быстро. Причем слухи, в корне неверные.

Изменено 8 марта, 2015 пользователем Felecia

[Лакич]

Темный Павильон

Кая шла быстро, даже бежала, а вот марш-броски, как известно, Алейре даются плохо, очень плохо. Именно поэтому она очень скоро потерялась посреди такого не благополучного района.

Разбой, убийство, дебоширство и насилование