Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Sebursky]

Эльфийский могильник -> Священные равнины -> Лагерь армии Орлея

По пути обратно в лагерь, Лилли заглянула туда где нашла клочек бумажки, однако сколько не старалась так и не смогла найти то самое место. Зато единственным ближайшим форпостом Орлея был именно лагерь, а следовательно караван с которым шел Отступник, прибыл именно туда. При всем нежелании особо обращать на себя внимание, чародейка решила все же поинтересоваться у местных что они слышали о караване в котором был Джейден. и уже от этого отталкиваться, только вот с кого начать и к кому обратиться? Чародейке явно была нужна помощь...

[Leo-ranger]

Священные равнины

Сколько Лиин не пыталась дрессировать Венью, пооцесс шёл не очень, за всё время он научился только трём командам "сидеть", "еда" и "атака". В общем-то, похоже, примерно этим и ограничивался круг его интересов: отдых, еда и драки. Ничего удивительного, впрочем.
Ведя виверна назад (хотя кто кого ведёт было весьма спорным вопросом) через чащу леса, долийка приметила у упавшего дерева сидящего к ней спиной человека. Едва успев притормозить Венью, положив ему руку на морду и едва не лишившись этой руки, долийка вытащила лук и осторожно подошла ближе. Виверн шел вровень с Лиин, пуская клубы желтоватого дыма, которого, веря той же драконологии, вдыхать не стоило.
- Хекс?- пришла на ум догадка. Фигура действительно была смутна похожа на потрошителя.

[Элесар]

Расположение наёмничков

 

- Добрая госпожа Алейра г-готова дать многое своим милым служанк-кам, - хихикнула магистресса и слегка вздрогнув, когда Кая накрыла ладонь тевинтерки своей, но потом слегка отстранилась от сегеронки и продолжила посматривать на виверну с очень плохо скрываемым интересом.
Из этой зверюшки вышел бы отличный трэлл...

 

- Что ж, может я даже жалею, что уже не нужно играть роль твоей служанки. Саааамую малость, - хмыкнула сегеронка всё так же не двигаясь с места и только с интересом посматривала то на Лиин, ускакавшую со зверушкой, то на бастарда, тоже решившего прогуляться. Что-то неуловимо поменялось в поведении Хекса... хоть это и не было для Каи той загадкой, которую хочется разгадать.

- Освальд, у тебя осталось вулканическое золото? Мне бы оно пригодилось для посоха - я нашла ещё один кусок в закромах маркиза...

[Perfect Stranger]

Священные Равнины

 

- Хекс?- пришла на ум догадка. Фигура действительно была смутна похожа на потрошителя.

 

Он вздрогнул, словно не услышал ее. Хотя не услышать топот виверна и хруст ломаемых веток кустарника, когда он продирался сквозь чащу, было невозможно. Даже учитывая, что шел настоящий ливень. Мокрая чешуя Венью сверкала и переливалась всеми оттенками от темно-синего до светло-салатового, сапфировые чешуйки на спине встопорщились, когда он отряхнулся. Эльфийка бродила тут одна? Впрочем, ничего удивительного. Она же эльфийка, а это - Долы, дом ее народа.

- Ты промокнешь, - только и проговорил он, не обернувшись и продолжая сидеть к ней спиной. - Лучше бы тебе вернуться в лагерь.

[Junay]

Окрестности

 

Рико уныло посмотрел на руку. Кажется, он здорово потянул запястье, когда кирка при очередном ударе вывернулась у него из рук.

"Ну и черт с ним". - лениво подумал мужчина. Все равно пока что никакой бой не предвиделся. Он достал свои бинты и просто туго замотал запястье. 

Начинался дождь. Можно было вернуться, но честно говоря, лагерь у Рико вызывал настолько нехорошие воспоминания, что лишнюю минуту торчать в нем было просто пыткой. А уж тем более, делать вид, что все в порядке перед остальными. 

Быть может, метка Атаназа просто ослабевала и проклятие набирало силу? Но он все больше чувствовал какую-то безнадежность и апатию.

Рико пристроился под ветвями огромного дерева, куда не попадал дождь, и уселся на землю, опершись спиной о ствол.

[Leo-ranger]

Священные равнины

"Хексу есть дело до того, что со мной будет? Хекс даёт мне советы? Бред какой-то,"- Лиин даже протёрла глаза, дабы убедиться, что это всё ей не кажется, но Вольфер никуда не исчез. В общем-то, ливень ей особо не мешал, но говорить будущему барону это она не стала. Лиинда убрала лук и подошла к поваленному дереву, села на него, но не слишком близко к потрошителю. Мало ли что у него на уме.
- Ты уже промок. Тебе бы вернуться в лагерь и согреться…- неуверенно сказала долийская дева, бросила короткий взгляд на Венью, который сидел и недовольно фыркал, периодически отряхивался. Мокнуть ему не нравилось.

[Perfect Stranger]

Священные Равнины

 

- Ты уже промок. Тебе бы вернуться в лагерь и согреться…

 

- Ты скучаешь по нему? - вдруг спросил потрошитель, наконец поглядев на эльфийку. Взгляд был какой-то странный. Лиин он даже немного испугал. Так смотрят животные, которые попались в ловушку и понимают, что охотник уже перед ними, что он уже достал нож или самострел... понимают, что умрут, но не собираются сдаваться. Наоборот, их ярость и боль придают силы для последнего рывка. Зачем? Одни боги ведают. Но Лиин был хорошо знаком такой взгляд, как охотнице на диких животных. - По Атаназу. Я помню ведмину хижину на болотах. - Он помолчал и коротко усмехнулся. - Он никогда тебя не любил. Даже не хотел. Мы просто... поспорили.

[Kykuy]

Расположение наёмников

 

Освальд молча сидел у костра, прислушиваясь к разговорам остальных, вычленяя при этом слова Хейд про Орзаммар. Гномы... Немногих представителей этого народа видел храмовник, и почти все они были кузнецами. Он знал из церковных уроков, что примерно представляет из себя гномья столица, но почему-то ему сильно хотелось там побывать вживую.

" Может, когда вся эта дребедень с проклятием закончится и красный лириум начнёт меня одолевать, спущусь на Глубинные Тропы, как делают Стражи, и умру в борьбе с порождениями. Всяко лучше, чем стать безумцем вроде Золотого Дракона или превращения в статую... " - ход его мысли прервала Кая

 

- Освальд, у тебя осталось вулканическое золото? Мне бы оно пригодилось для посоха - я нашла ещё один кусок в закромах маркиза...

- Осталось - куда мне его девать - его слишком мало для чего либо нормального, кроме кухонного ножа, - Освальд усмехнулся, - Для посоха? А... может, ты мне дашь золото, а я тебе сильверит, который я возле Монтсиммара нашёл? Там его как раз хватит на посох или меч, - он серьёзно нахмурился, и на секунду на сегеронку смотрел не храмовник, а самый настоящий еврей барыга. Ну, взгляд у него на короткое время стал очень похоже.

[Ettra]

Расположение наемников

Лиин ушла и Мэйрис тоже встала на ноги, решив последовать совету Хексариона и пойти избивать манекены. Не тренироваться, а именно лупить со всей силы, вложив в удары весь страх и тревогу. И как она раньше не додумалась до этого? Еще в Монтсиммаре это здорово помогло справиться с точащим чувством вины после смерти Марселя. Так почему же не поможет уничтожить страх? Отрубить ему голову вместе с набитой соломой башкой манекена. 
Руки гудели от каждого нового удара, но Мэйрис, с каким-то ожесточением и азартом продолжала замахиваться мечом и с силой опускать его на желтоватую ткань мишени. Не обращала внимания даже на холодные капли, что стекали по лицу и заползали за ворот платья. Продолжала сражаться, получая от этого процесса именно то, что так хотела - освобождение. Чем сильнее болели ее руки и тело, тем слабее становится страх. Он не ушел на совсем и, может быть, не уйдет, пока проклятие не будет снято, а может вернется с новым кошмаром. Главное, что сейчас Мэйрис чувствовала подъем, как после общения с Хейд и Лиин. 
Вся суть в том, что девушке необходимо было что-то делать, видеть результат своей работы здесь и сейчас, влиять на мир. Кузнечное дело, битва, охота. Они разгоняли сомнения, не позволяя им множиться, забивали голову насущными проблемами, а не мыслями о будущем. И чем дольше она сидела на месте или просто двигалась по инерции, тем хуже становилось. 
Когда манекен стал представлять из себя изрубленную тряпку с торчащими во все стороны пучками соломы, девушка наконец убрала меч и утерла лицо от дождя. Платье промокло до подола и по всем правилам Мэйрис должен колотить озноб, но после тренировки она наоборот пылала, как при горячке. Даже приятное чувство. 
Она не стала уходить. Устало привалилась к подобию ограды и прищурившись смотрела как свинцовое, уставшее небо проливает все больше воды. Было в этом что-то... очищающее.

[Leo-ranger]

Священные равнины

- Скучаю,- Лиин невесело усмехнулась. Она старалась не думать о Скотосе, вспоминать его как можно реже, но порой, зачастую по ночам, мысли о целителе порой пробивались, неизменно принося с собой боль. Боль от того, что он ушёл. Боль от понимания, что она была для него никем. Боль эта ледяными иглами пронзала сердце, от неё не было спасения, кроме Тьмы, которая укутывала эльфийку, уберегала от горьких воспоминаний.
- Я знаю, что он меня не любил и не хотел. Всегда знала.

[Элесар]

Расположение наёмничков

 

- Осталось - куда мне его девать - его слишком мало для чего либо нормального, кроме кухонного ножа, - Освальд усмехнулся, - Для посоха? А... может, ты мне дашь золото, а я тебе сильверит, который я возле Монтсиммара нашёл? Там его как раз хватит на посох или меч, - он серьёзно нахмурился, и на секунду на сегеронку смотрел не храмовник, а самый настоящий еврей барыга. Ну, взгляд у него на короткое время стал очень похоже.

 

- Да мне в общем-то всё... - Кая увидела нездоровый огонёк (ну, как ей показалось) в глазах мужчины и она осеклась на полуслове. Хотя, может у него такая же большая любовь к этому золоту, как к серебрякам на болоте или ониксу... - В общем, мне главное, чтобы посох был помощнее этого, из коры, а материал мне не важен.

Сегеронка достала из сумки слиток вулканического золото и протянула его прелесть храмовнику.

[Sebursky]

Расположение наёмников

В задумчивости, Лилли подошла к Освальду, дождавшись когда мужчина переговорит с Каей, а затем обратилась к бывшему храмовнику:

- Можно присоединиться? - спросила Лилли.

[Perfect Stranger]

Священные Равнины

 

- Я знаю, что он меня не любил и не хотел. Всегда знала.

 

- Тогда почему... - он качнул головой и фыркнул. Капли воды теперь лились с него настоящим потоком. Куртка и прочая одежда вымокли насквозь, несмотря на то, что были кожаными. Опершись локтями о колени, он наклонился вперед и снова вперил взгляд в горизонт. Что он там видел? Потрошитель не был тем, с кем эльфийка вообще хоть сколько-нибудь общалась. За все те месяцы, что отряд провел вместе, Лиин ни разу вот так не говорила с ним. Может быть, не хотела. Или опасалась справедливо. - Жаль. - Наконец Хекс облизнулся, слизывая воду с губ, и посмотрел на охотницу. - Я тогда подумал: жаль, что ты достанешься ему.

"Что я, демон побери, вообще делаю?.."

"То, что должен", - прошептал голос в голове. Взгляд бастарда стал еще более пугающим. Но он не нападал. Не потому, что боялся Венью... Он ждал ответа.

[Лакич]

Расположение наемников

 

- Что ж, может я даже жалею, что уже не нужно играть роль твоей служанки. Саааамую малость

 

- О д-да! Правильно делаешь, что жалеешь. Хотя, - Флавий мечтательно улыбнулась, - т-ты всегда можешь наняться ко мне в слуги. Вот, к п-примеру, в шатре можно обсудить контракт, - Алейра хмыкнула, хрустнула костяшками на руках и осмотрелась, рассчитывая найти еще одну жертву для своих язвительных комментарий.

 

Чародейке явно была нужна помощь...

 

Какая удача - ведь у нее появились новые, верные, смелые и добропорядочные друзья! Ну... А еще у нее под рукой были Северные Волки, и что самое главное - здесь, совсем рядом, стояла милая, добрая, хорошая и отзывчивая магистресса по имени Алейра Флавий! Вот поэтому чародейка фыркнула, только завидев Лилли, и слегка закатила глаза - тевинтерка, казалось, ненавидела всё и вся, возможно, так и было, а возможно... Да, наверное она просто ненавидела всех, кто был хоть слегка лучше ее, а таких людей, видит Тот, было много.

- А, т-ты, - магистресса скрестила руки на груди, - как там т-тебя?

[Kykuy]

Расположение наёмников

 

- Да мне в общем-то всё... - Кая увидела нездоровый огонёк (ну, как ей показалось) в глазах мужчины и она осеклась на полуслове. Хотя, может у него такая же большая любовь к этому золоту, как к серебрякам на болоте или ониксу... - В общем, мне главное, чтобы посох был помощнее этого, из коры, а материал мне не важен.

Однако когда Освальд посмотрел на Каю и вулканическое золото ещё раз, его взгляд был вновь самым обычным взглядом красного храмовника.

- А вот мне бы хотелось меч из вулканического золота, - улыбнувшись, ответил он, роясь в мешке, а затем доставая оттуда сильверит, - Вот, бери. Помощнее, говоришь? А не боишься, что станешь слишком могущественной и не сможешь себя контролировать?, - он хитро прищурился, но тон вопроса вопреки содержанию был шутливым. Храмовник не думал, что такая вещь, как посох, даже самый распрекрасный заставит Каю вновь стать одержимой, - Могу сделать его хоть сейчас... если ты не собираешься приберечь материал на более заковыристый чертёж.

 

- Можно присоединиться? - спросила Лилли.

- Можно, разумеется, - Освальд слегка подвинулся. Несмотря на дождь, он пока не уходил от костра, но вскоре придётся пойти в палатку, чтобы уж совсем не превратиться в ходячую лужу - Просто поговорить, или что-то случилось?

 

Кая - 1 вулканическое золото ----> Освальд

Освальд - 2 сильверита ----> Кая

[Элесар]

Расположение наёмничков

 

- О д-да! Правильно делаешь, что жалеешь. Хотя, - Флавий мечтательно улыбнулась, - т-ты всегда можешь наняться ко мне в слуги. Вот, к п-примеру, в шатре можно обсудить контракт, - Алейра хмыкнула, хрустнула костяшками на руках и осмотрелась, рассчитывая найти еще одну жертву для своих язвительных комментарий.

 

- Считаешь... - было начала Кая, но прикусила губу и, помотав головой, отвела от Алейры загоревшийся было лукавыми огоньками взгляд. Уж почему - так просто и не поймёшь, даже сама сегеронка не до конца понимала причину, почему отказывается обсуждать с Флавий это. Может, потому что тут были и другие и ей стало неудобно?

 

- А вот мне бы хотелось меч из вулканического золота, - улыбнувшись, ответил он, роясь в мешке, а затем доставая оттуда сильверит, - Вот, бери. Помощнее, говоришь? А не боишься, что станешь слишком могущественной и не сможешь себя контролировать?, - он хитро прищурился, но тон вопроса вопреки содержанию был шутливым. Храмовник не думал, что такая вещь, как посох, даже самый распрекрасный заставит Каю вновь стать одержимой, - Могу сделать его хоть сейчас... если ты не собираешься приберечь материал на более заковыристый чертёж.

 

- Из сильверита получится прекрасный зимний посох. Может он наоборот будет меня сдерживать? Например захочу что-нибудь поджечь, приложу его к голове и всё пройдёт, - улыбнулась Кая и приняла руду от храмовника. Она не собиралась зацикливаться на своей проблеме - единственное, что она поняла, так это то, что постоянное обдумывание никак не помогает, совсем наоборот. А так... можно и пошутить. Даже нужно. - Похоже у Лилли к тебе дело, так что не буду отвлекать. Да и чертёж... Было бы неплохо. Знать бы где достать.

[Sebursky]

Расположение Наёмников

- Можно, разумеется, - Освальд слегка подвинулся. Несмотря на дождь, он пока не уходил от костра, но вскоре придётся пойти в палатку, чтобы уж совсем не превратиться в ходячую лужу - Просто поговорить, или что-то случилось?

Немного смутившись, Лилли все же спросила:
- Давно ты ушел из храмовников? - Вопрос был наводящий, хотя чародейке вообще неприятно было затрагивать эту тему, она хотела узнать кое-что, если получится.

[Leo-ranger]

Священные равнины

Лиин отреагировала спокойно. Просто отодвинулась ещё дальше, легким движением сместила лук так, чтобы его можно было легко перехватить. Внешне это было незаметно, но сейчас она была крайне напряжена и готова прыгнуть в сторону в любой момент. Ей совсем не нравилось, куда клонил Хексарион. Особенно его взгляд. Она махнула рукой, будто убирая мокрые волосы на бок - и Венью тихо ощерился.
- Ты правда жалел, что я "досталась" демону, а не тебе?- с легкой усмешкой спросила Лиинда.

[Perfect Stranger]

Священные равнины

 

- Ты правда жалел, что я "досталась" демону, а не тебе?- с легкой усмешкой спросила Лиинда.

 

- Тебя это правда интересует? Можешь опустить свой лук, девочка. И звереныша своего не зови, - хмыкнул потрошитель, с легкой иронией посмотрев на эльфийку, а затем вдруг посерьезнел и отвернулся. Он мог бы справиться с ними обоими, если бы действительно захотел. Точнее, одна из его частей хотела.

"Твоя самка тебя оттолкнула? Найди другую", - шептал Зверь холодным голосом. - "Их всегда много. А эта к тому же тебе нравится. Хоть она и не подозревает".

"Они... не самки".

"Что?.."

- Лучше бы тебе вернуться в лагерь, девочка, - тусклым голосом произнес бастард. Он даже не шевельнулся. Не потянулся за оружием, не придвинулся ближе. Словно и не заметил напряжения Лиин. - Пока я не сделал чего-то, что тебе не понравится.

[Kykuy]

Расположение наёмников

 

Немного смутившись, Лилли все же спросила:
- Давно ты ушел из храмовников? - Вопрос был наводящий, хотя чародейке вообще неприятно было затрагивать эту тему, она хотела узнать кое-что, если получится.

Освальд лишь удивлённо поднял бровь под маской и впервые поглядел Лилли в глаза. Вопрос был довольно странный и необычный.

- Чуть больше, чем год назад, - пожав плечами, ответил он, продолжая гадать, к чему это всё. - Не боись, сдавать тебя я никому не собираюсь, хотя ты и довольно подозрительна, - кашлянув, закончил храмовник.

[Shunt]

Расположение наёмников-Лагерь армии

 

Размышлять о прошлом надоело. Надоело разбирать ошибки, надоело в тысячный раз рисовать на песке схему боя и снова понимать, что она ничего не могла изменить. Никак. Ни за что. Просто потому, что не хватало людей, оружия, храбрости и умения. Просто потому, что сто против тысяч не могу выстоять ни при каком условии. Просто потому, что ей не повезло выжить в тот самый первый раз. Стерев сапогом схему на песке, гномка поднялась, забросила щит за спину, проверила меч и вышла из лагеря наемников, решив немного прогуляться по основной части лагеря. Послушать, поглядеть, понять. Со всех сторон слышался гомон голосов, так что разобрать что-то было сложно. Решив схитрить, она приблизилась к компании каких-то офицеров, и начала слушать, одновременно как бы чистя трубку. 

- ...наемники! Ты представь себе! - Размахивал руками один из офицеров, высокий, с тонкими чертами лица и короткими черными волосами, обращаясь к остальным. - Целую крепость!

- Ай, там этой крепости - две башни и стена. - Отвечал ему другой, крепкий и низкий рыжеволосый мужик с топором за спиной. Хейд отметила, что все офицеры в лагере ходили при оружии. Это было правильно.

- Но все равно. Слушай, мы на нее облизывались уже три месяца, а тут за день! За гребаный день они ее захватили!

- Ну захватили. А кто ее удерживать будет? В том районе уже видели крупные отряды этих предателей. А у нас там... кажется, взвод Тарла? 

- Ага.

- А это от силы человек тридцать. Я тебе говорю, мы эту крепость потеряем так же быстро. - Рыжеволосый сплюнул на землю, - Там надо посадить гарнизон, а мы тут маринуемся. 

- Так предложи свои услуги. - Высокий поглядел на него. - У тебя чай не семь рахитов, а сотня мечников. 

- Командующий все скажет, кому и куда идти. Инициатива имеет инициатора, забыл? 

- Как бы нас тут всех... не поимели.

- А вот этого я не слышал. Ладно, пошли к главному, он должен выдать указания. - Рыжий махнул рукой и пошел между палаток. Хейд мгновенно скрылась от лишних глаз и пошла обратно. Было о чем подумать.

[Leo-ranger]

Священные равнины

- Неужели ты не можешь держать себя в руках? Так просто поддашься желанию наброситься на первую попавшуюся, забыв о Мэйрис? Я была о тебе лучшего мнения, Хекс,- спокойно сказала Лиин, встала с дерева и отошла на несколько шагов. Венью в один прыжок оказался рядом с ней.- Есть какой-то другой способ удержать тебя от… чего-то, о чем я пожалею?

[Junay]

Окрестности

 

Рико сидел, откинувшись на толстый ствол дерева и слушая дождь. В голову лезли всякие странные мысли и размышления о том, что делать дальше, и что ему нужно. И ответ на эти вопросы был весьма странный - ничего. Сначала ответ несколько удивил Сову, но когда он стал его рассматривать, то не с мог с ним не согласиться. 

Что ему нужно в этой жизни, кроме обычных потребностей типа еды и крыши над головой? Он думал и так, и сяк, но  на ум приходило только одно слово: "ничего". Даже пресловутые деньги, за которыми он так охотился, внезапно потеряли всякую ценность, и их желаемое количество резко сократилось до прожиточного минимума  холостяка.

Что он хочет делать, когда проклятие будет снято? И снова  ответом было "ничего".

Рико не был склонен к глубокому самоанализу, а потому принял свои чувства, как факт и занялся ничегонеделанием.

[Perfect Stranger]

Священные равнины

 

- Неужели ты не можешь держать себя в руках? Так просто поддашься желанию наброситься на первую попавшуюся, забыв о Мэйрис? Я была о тебе лучшего мнения, Хекс

 

"Не первую попавшуюся. На тебя."

- Ты ошиблась. - Спокойный голос Хексариона звучал ровно и холодно. Словно он хотел убедить ее в чем-то... или убедить самого себя. Она ошиблась, как и Мэйрис, как и все, кто пытался разглядеть в нем человека благородного, верного и честного. Мэйрис уже начинала понимать это, потому ее и терзала смутная апатия, потому она с каждым днем становилась все мрачнее и печальнее. Дело было не в проклятии. Проклятие висело над ними уже очень долго, и какая разница, сколько осталось до смерти - месяц или пять? Все равно не хотелось уходить. Этого было мало, катастрофически мало. И все же Хекс думал, что у них получится избавиться от демона. А если нет... что ж, они по крайней мере попытаются.

 

- Есть какой-то другой способ удержать тебя от… чего-то, о чем я пожалею?

 

Потрошитель устало моргнул и вытер новые потоки воды с лица. Почему-то в этот момент он выглядел совершенно другим. Не похожим на себя обычного. Лиин раньше не обращала на него особого внимания, не говорила с ним, вообще вела себя по большей части так, словно его не было. Так поступают в деревнях с бродячими собаками. Их никто не гонит, не бьет, на них просто не обращают внимания, когда они роются в мусоре. И теперь эльфийка видела, как он на нее смотрит.

- А ты как думаешь?

[Sebursky]

Расположение наёмников

- Чуть больше, чем год назад, - пожав плечами, ответил он, продолжая гадать, к чему это всё. - Не боись, сдавать тебя я никому не собираюсь, хотя ты и довольно подозрительна, - кашлянув, закончил храмовник.

Искренне улыбнувшись, Лилли продолжила:

- Я знаю что сдавать ты не станешь, но меня интересуют две личности, о которых ты возможно слышал. Два отступника, если быть точной, - лицо чародейки стало серьезным, - Женщина и Мужчина, одного зовут Джейден, другую Андреа. Я случано узнала о них, и мне стало интересно что может сказать храмовник о других беглых магах.