Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Shunt]

Камень у дороги

 

- Смертные, ау! Камень, тропинка, выбор пути! Вы думаете, что эта метка держится за счет воли Создателя? Я не могу ждать, пока вы тут выясняете отношения. - Желание стереть руну с шей всех присутствующих было почти непреодолимым. - Или вы забыли, что вас ждет? - Кажется, демон кричал в пустоту... 

Изменено 25 февраля, 2015 пользователем Darth Shunt

[Ettra]

Камень у дороги

- Драку начали мы с этим бесполезным куском дерьма. Кто тварь и сволочь? Я. А ты не виновата. Ни в чем. Поняла?

- Если бы я не вмешалась, то все бы закончилось проще. Атаназ вылечил бы проигравшего. Никому бы не пришлось вставать друг против друга. - Мэйрис посмотрела на потрошителя мягким и спокойным взглядом. - Мне не сложно признать свою ошибку.

[Элесар]

Камень у дороги

 

"Северные волки"? Шакалы, которые не способны к нормальному разговору и готовы толпой растерзать кого угодно - это сейчас Кая поняла прекрасно. Верес - идиот и придурок, двух мнений не дано, но что говорить об остальных, кто ввязывался в это избиение мага? По-разному... Если любая стычка Хекса - бочки с гатлоком - с тем, кто посмел ему перечить будет заканчиваться так, то впереди их ждёт долгий путь. Северянка опустила глаза и отошла в сторону. О, ей было не стыдно, она просто не хотела испытывать то отвращение, которое почувствовала к другим, особенно к Мэйрис. Она ошибалась. В её душе нет места для милосердия - это слишком сложно.

[Leo-ranger]

Камень у дороги
 
- Я знаю, что сделала ошибку. Я не должна была вмешиваться. И у меня нет оправдания. Это не повторится, обещаю. - Мэйрис осторожно, боясь, что ее руку откинут, прикоснулась к плечу Лиин и посмотрела в глаза. Пожалуй, по взгляду девушки можно было сказать какую боль она ощущает.
 
Лиин едва заметно дернулась от прикосновения Мэйрис, будто испуганный кролик посмотрела куда-то в сторону.

- Потрошитель прав. Твоей вины в этом нет,- сухо ответила она, махнула рукой и отошла к Фену.

[Лакич]

Камень у дороги

- Идем налево, деньги очень скоро пригодятся, что же до драки, то нет, еще одна нам не нужна. Что скажете? Правильно, нечего! - вот кто действительно выглядел слишком бодрым и веселым при виде побитого Вереса.


Х

[Perfect Stranger]

Камень у дороги

 

- Мне не сложно признать свою ошибку.

 

- Ты не ошиблась. И никогда не проси прощения у тех, кто готов стрелять в тебя только за то, что ты хочешь кого-то защитить.

Он сказал это тихо, так, чтобы услышала только девушка. А затем отошел к камню и без всякого уважения сел на землю, прислонившись к нему спиной. Вести куда-то этот сброд ему не хотелось. Прикрыв глаза, он размышлял о том, чтобы взять Мэйрис, Атаназа, кинуть остальных и пойти снимать проклятие прямо сейчас, не тратя время на тропинки, камни и прочую ересь.

[Junay]

Камень у дороги

 

- Идем налево, деньги очень скоро пригодятся, что же до драки, то нет, еще одна нам не нужна. Что скажете? Правильно, нечего!

 

- Если я не ошибаюсь, кое-кто хотел прочесть с помощью льда, то, что на камне написано? Или уже нет? - сухо спросил Рико.

"Вот так все и закончится. В один прекрасный момент они просто перегрызут друг другу глотки. За неосторожное слово. За найденный артефакт. За золото... " - проговорил Тот, который.

"Слушай, заткнись, а? И без тебя тошно. " - отрезал Рико, чем озадачил своего "товарища".

- Если читать  надписи не собираетесь, идем налево!

Изменено 25 февраля, 2015 пользователем Junay

[Ettra]

Камень у дороги

- Ты не ошиблась. И никогда не проси прощения у тех, кто готов стрелять в тебя только за то, что ты хочешь кого-то защитить.

Мэйрис не ответила. Молча опустилась у камня рядом с потрошителем, поджала под себя колени и уткнулась в них лицом. Она точно знала, что не поступила бы так раньше. Не подняла руку на человека, который пусть и не был другом, но был достаточно хорошо знаком, что бы считаться приятелем. А сейчас... Она изменилась и эта новая сторона ей не нравилась. Сторона, которая может причинить боль другим. 
Но больнее всего было разочарование Каи и Лиин. Мэйрис понимала, что едва ли сможет вернуть к себе доверие. Кем ее теперь видели? Беспринципной девкой, которая бросится на своих же. Может быть получится все исправить? 

[Shunt]

Камень у дороги

 

- Эх... - Скотос отошел ото всех на некоторое расстояние и достал монетку. ту самую, которую нашел в тевинтерских руинах. Подкинул ее, поймал и даже не глядя на результат вернул обратно в карман. Так дела не делаются. "Дерьмовый из меня демон. Ношусь с ними, как курица с яйцом. Вот что на моем месте сделал бы нормальный демон? Ну, кроме как поубивал бы их всех. Наверное, послал..." - Ну хоть никто не умер, уже плюс... вроде бы. 

[Kykuy]

Камень у дороги

 

- Если я не ошибаюсь, кое-кто хотел прочесть с помощью льда, то, что на камне написано? Или уже нет? - сухо спросил Рико.

- Хотели, да вот драка наметилась, - фыркнул Освальд, продолжая коситься на Лиин, - Думаю, стоит всё же отразить эту чёртову надпись на камне, да посмотреть, возможно там подсказка. А переться вперёд наобум, как слепые котята - неразумно. Если ничего не выйдет, тогда выберем наугад дорогу, наверное, - храмовник почесал затылок, продолжая обдумывать происшествие. То, как он легко поддался контролю его беспокоило и настораживало...

" Ты никогда не сможешь уйти от того, что внутри тебя. ", - Песнь, которая так вовремя отступила, вновь вернулась, однако без кровавой ярости в качестве приложения.

Пнув от досады листья под ногой, Освальд решил поставить пару ловушек, пока остальные в раздумиях. Вдруг попадётся зверюга, которую можно зажарить, или хотя бы на шкуры пустить?

 

Освальд - поиск кожи. Минус ловушка

Изменено 26 февраля, 2015 пользователем Kykuy

[Junay]

Камень у дороги

 

- Хотели, да вот драка наметилась, - фыркнул Освальд, продолжая коситься на Лиин

 

- Самое глупое, что вы могли придумать. Драться из-за сгоряча брошенного слова - просто тупо. Здесь, в болотах, мы должны поддерживать друг друга, а не убивать. Убьет нас проклятие, если мы будем продолжать в таком духе.

Читайте надпись уже. - вздохнул Рико и уныло начал осматривать окрестности на наличие чего-то интересного.

 

Интересное нашлось. За его миролюбие и здравый смысл, Создатель благословил его скелетом, который сжимал в руке кошелек с

2 золотыми.

Рико извлек деньги и прочитал коротенькую заупокойную молитву скелету, попутно отпустив ему грехи.

 

(заработок)

Изменено 25 февраля, 2015 пользователем Junay

[Kykuy]

Камень у дороги

 

- Самое глупое, что вы могли придумать. Драться из-за сгоряча брошенного слова - просто тупо. Здесь, в болотах, мы должны поддерживать друг друга, а не убивать. Убьет нас проклятие, если мы будем продолжать в таком духе.

- Скажи это ему, - с усмешкой ответил храмовник, кивая на Хекса.

Храмовник подумал, что Верес в чём-то был прав, упрекая Вольфера. Потрошитель хотел переть вперёд просто так, не раздумывая, а это могло кончиться достаточно нехорошо.

 

В ловушки никто не попался, и Освальд мысленно выругал себя. Ну какая зверюга будет здесь гулять, после того шума и гама, который учинили наёмники? Правильно, никакая, ведь почти наверняка в радиусе нескольких десятков метров от камня не было ни одного животного.

Плюнув на это дело, он решил заглянуть за камень и осмотреть листу и землю за ним. Что он там думал найти он и сам не знал, но просто так стоять и ждать храмовнику было просто невыносимо. Хотелось хоть немного отвлечься о мыслях о прошедшей схватке.

 

Освальд - заработок

+ 1.20 Золотых

Изменено 25 февраля, 2015 пользователем Kykuy

[Shunt]

Камень у дороги

 

- Да какая разница, кто тут прав, а кто виноват. Я одного понять не могу - почему вы упорно идете куда угодно, но не к этому Хозяину? Вы думаете, что силы у меня бесконечные? - Демон поднял голову и поглядел на Освальда. Никакой неприязни он к храмовнику не испытывал, как и к остальным. Приязни тоже. - Или это какой-то опыт: "сколько времени отдельно взятый демон сможет спасать ваши задницы"? Тогда я отвечу - четыре месяца. 

[Junay]

Камень у дороги

 

Я одного понять не могу - почему вы упорно идете куда угодно, но не к этому Хозяину?

 

- Хм, наверное, всем хочется исследовать эти прекрасные и таинственные болота. Цивилизация их гнетет. - выдал Рико и присев на бревно, начал сворачивать самокрутку. - Ну, я-то надеюсь найти в болоте горшок с золотом - есть в Антиве такая легенда. А вот остальные?  Похоже, им здесь просто нравится. 

[Kykuy]

Камень у дороги

 

- Да какая разница, кто тут прав, а кто виноват. Я одного понять не могу - почему вы упорно идете куда угодно, но не к этому Хозяину? Вы думаете, что силы у меня бесконечные?...

- Наверное, из-за праздного любопытства... ну или простой жадности. Некоторые из нас до сих пор надеются найти сокровища, которые нам помогут в дальнейшем путешествии. У нас же даже снаряжения нормального нет, - спокойно ответил Освальд, с улыбкой кивнув на свой изрядно покорёженный доспех.

" Хорошо хоть, что в недавней заварушке никто по мне не попал. А то пришлось бы по частям собирать... "

- Что же до четырёх месяцев... День-другой, что мы ещё проведём здесь, вряд ли такой уж серьёзный срок. - после некоторой паузы сказал он, присаживаясь возле ручья на небольшой камешек.

 

Х - спатеньки.

[Shunt]

Камень у дороги

 

- Хм, наверное, всем хочется исследовать эти прекрасные и таинственные болота. Цивилизация их гнетет. - выдал Рико и присев на бревно, начал сворачивать самокрутку. - Ну, я-то надеюсь найти в болоте горшок с золотом - есть в Антиве такая легенда. А вот остальные?  Похоже, им здесь просто нравится.

 

- Правильно. Волноваться же не о чем. Пройдут эти месяцы, я еще что-нибудь придумаю, да? Например, Алейру в жертву Древним Богам принесу. Или Мэйрис. Или тебя. Так что ли? Нет, я практически уверен, что демон скажет тебе большое спасибо за то, что у его нового тельца есть в запасе пара-тройка золотых кругляшков. - Скотос попытался изобразить улыбку. Не вышло. - Так что спешить некуда. Эльфийские артефакты у нас на каждом шагу валяются, верно? Ваш род не изменился за все эти столетия... 

[Junay]

Камень у дороги

 

Пройдут эти месяцы, я еще что-нибудь придумаю, да? Например, Алейру в жертву Древним Богам принесу.

 

- Да, ее можно отослать к демону. Она ему прочтет пару-тройку лекций о тевинтерском праве, и он совершит самоубийство. - кивнул Рико.  - В любом случае, два-три дня ничего не решат в нашем деле. А золото действительно понадобится на вооружение,  доспехи, лекарства. Вон, предводитель наш, барончатый, в каждом бою падает, как подкошенный... Ему бы не помешало здоровье укрепить. Ну а я вообще нанялся ради денег к нему. И если не добуду эти самые деньги, возвращаться мне будет некуда. 

[Ettra]

Камень у дороги

Мэйрис не смогла долго просидеть у камня, ничего не делая. Что бы ни говорил Хекс, она все равно чувствовала на себе ответственность за происшедшее. Команда и раньше не такая крепкая теперь развалилась окончательно на отдельные осколки. И Мэйрис считала своей обязанностью вновь собрать их воедино.
Девушка подошла к сегеронке, понуро стоявшей в стороне и замерла рядом. Начать говорить было сложно, сложно подобрать слова. Она почти кожей чувствовала холод исходящий от Каи. 
- Кая... Я... не могу тебя просить меня простить. Или дать второй шанс, хотя могу пообещать, что это не случится снова. Но команда не должна пострадать из-за моих поступков.

[Shunt]

Камень у дороги

 

Посидев еще некоторое время, демон решил прошвырнуться по окрестностям и поискать что-нибудь полезное. Возможно, Рико и прав по поводу денег. Да и как строить храм в свою честь не имея даже медяка за душой?

Но ничего не нашлось. Пошарив по кустам с пару минут, Скотос вернулся к остальным.

- В общем, проехали. Подрались и подрались. То, что вы не армия и даже не отряд наемников - видно сразу. Что от вас ждать... У меня одна просьба - не мешайте мне вас спасать, иначе я могу решить, что договориться с демоном гораздо привлекательнее. Своя рубаха ближе к телу. А у меня, - Он достал амулет и ласково погладил его большим пальцем. - еще есть дела. 

Изменено 25 февраля, 2015 пользователем Darth Shunt

[Leo-ranger]

Камень у дороги

Лиинда подняла взгляд на Атаназа, продолжая поглаживать задремавшего волка по голове и почесывать между ушей:
- Хорошо. Обещаю,- она невесело усмехнулась, дунув на выбившуюся на лицо прядь волос.- Не буду мешать тебе спасать нас. По-крайней мере, мне моя жизнь важна.

[Shunt]

Камень у дороги

 

- Не буду мешать тебе спасать нас. По-крайней мере, мне моя жизнь важна.

 

- Уже славно. - Демон кивнул. Пожалуй, эльфийку ему было немного жаль. Повел он с ней не очень красиво. "Совесть у демона? да, надо прийти в круг магов и рассказать им этот анекдот". - Если я взялся за дело - я его доведу до конца. Надеюсь, что в жизни у тебя все сложится нормально после всего этого. 

[Leo-ranger]

Камень у дороги

- А вот я в этом что-то сомневаюсь,- Лиин машинально поправила волосы, глядя на мага.- У меня не слишком-то большой выбор. Хотела бы открыть собственную лечебницу, но денег нет. Придётся, похоже, продолжать наёмничать. Хотя наниматься к будущим баронам больше, пожалуй, не буду.

[Shunt]

Камень у дороги

 

- А вот я в этом что-то сомневаюсь,- Лиин машинально поправила волосы, глядя на мага.- У меня не слишком-то большой выбор. Хотела бы открыть собственную лечебницу, но денег нет. Придётся, похоже, продолжать наёмничать. Хотя наниматься к будущим баронам больше, пожалуй, не буду.

 

- Сомневаешься - утопись. Или попроси Хекса перерезать тебе горло. Зачем тогда что-то делать, если сомневаешься? - Скотос пожал плечами. - Не понимаю я тебя. Впрочем, остальных тоже. 

[Элесар]

Камень у дороги

 

- И... когда станет легче?

- Не станет, Кая

Девушка стоит на коленях перед женщиной в белом, опустив глаза и вцепившись в растрёпанные рыжие волосы. Милосердие встаёт со своего места, присаживается рядом и обнимает чародейку, но та никак не реагирует, только что-то беззвучно шепчет.

- Тогда... зачем? - наконец ей удаётся выдавить что-то осмысленное и достаточно громкое, чтобы собеседница услышала.

- Это моя суть, что я могу тебе ответить? - женщина отстраняется и мягко улыбается сегеронке. - Это всегда больно. Не бойся, скоро всё пройдёт... но не уйдёт окончательно.

- Тогда не хочу. Слишком больно. Слишком...

- Хочешь, чтобы всё стало по прежнему?

- Нет, - девушка качает головой. Её глаза пытают решимостью. - Если это твоя суть, я никогда не позволю тебе стать демоном. Я найду выход.

- Не думай слишком много обо мне, Кая, это твоя жизнь. И не будь слишком строга к другим, ты же помнишь чем это закончилось в прошлый раз? - Милосердие касается губами лба девушка и помогает ей подняться.

- Помню...

 

- Помню... - последние слова сорвались с губ чародейки уже после того, как она вернулась из Тени, она даже не заметила как к ней подошла Мэй. Она отпустила деревянный амулет, с которым не расставалась всё путешествие и посмотрела на охотницу. Взгляд сегеронки не выражал ничего кроме безмерной усталости и абсолютного безразличия. Всё сказанное сейчас, казалось, мало её трогало.

 

- Кая... Я... не могу тебя просить меня простить. Или дать второй шанс, хотя могу пообещать, что это не случится снова. Но команда не должна пострадать из-за моих поступков.

 

- Я продолжу путь и буду помогать как и прежде, за это можешь волноваться. Если вам опять захочется убить кого-то, чтобы утолить ярость Хекса - присоединяться не обещаю. Можешь идти, Мэй, - бесцветным голосом сообщила Кая и проговорила надпись, выдолбленную на камне, которую прочитала ещё до начала мордобоя:

 

- "Направо пойдешь - в битву попадешь. Налево пойдешь - богатство найдешь. А прямо пойдешь - путь обретешь", - сообщила северянка, в первую очередь Рико, который так настойчиво интересовался надписью  и присела на камень, поодаль от того, что стоял на распутье. Свои мысли она предпочла не высказывать - они были неинтересны даже ей самой.

 

х

[Leo-ranger]

Камень у дороги

- Странно слышать это от того, кто когда-то назвал меня Сомнением,- Лиин усмехнулась.- Потому что сомнение отнюдь не означает, что не стоит пытаться жить дальше, делать что-то,- она привстала, постелила плащ на сырую болотную землю и села назад, скрестив ноги и подперев подбородок рукой.