Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Элесар]

Лагерь эльфов

 

Алейра начинала играть, прогуливаясь по полю. Играла она, конечно, не превосходно, но слушать было можно, но вот галлам, похоже, ее мелодия не очень понравилась. Ну и пусть - зато расслабиться можно было, попутно представляя, как сдирает с этих животных шкуры.

 

- Если ты закончила издеваться над бедными гаалами, то можешь отдать дудочку мне. Хуже не будет, - усмехнулась Кая, подходя к магистрессе и протянула руку. Правда в последнем она была не уверена, хотя бы потому что умела исключительно петь, а ещё называла флейту дудочкой.. Это должно было насторожить любого, кто хоть немного разбирался в музыке. - Хекс говорил местным лотос нужен, можешь пока поискать. 

[Shunt]

Лагерь эльфов

 

- Отлично! - Эльф, наблюдавший за работой Освальда аж подпрыгнул на месте. - Просто отлично! Я скажу Хранителю, что ты мне помог. И, вот тебе за труды. - Он поискал что-то в ящике рядом с телегой и достал тяжелый сверток. - Кость дракона. Все равно наш кузнец с ней работать не умеет.

 

Освальд выполняет задание. Отряд получает +10 Одобрения Клана. Освальд получает 1 ед. драконьей кости.

[Kykuy]

Лагерь эльфов

 

- Отлично! - Эльф, наблюдавший за работой Освальда аж подпрыгнул на месте. - Просто отлично! Я скажу Хранителю, что ты мне помог. И, вот тебе за труды. - Он поискал что-то в ящике рядом с телегой и достал тяжелый сверток. - Кость дракона. Все равно наш кузнец с ней работать не умеет.

" Ого... они что, дракона смогли убить? Ну ничего себе... Хотя, я тоже не думал, что мы завалим Ледокрыла на той горе. " - удивлённо подумал Освальд.

- Понятно, большое спасибо, - храмовник с улыбкой взглянул сначала на колесо, а затем на эльфа, принимая свёрток, - А вы это... на концы осей колпаки какие-нибудь, кстати, поставьте. Грязи и пыли на них будет меньше, и служить будут дольше. Кстати, а как зовут вашего кузнеца? С ним можно поговорить, может, посмотреть его товары? Или он торгует только со своим кланом?, - в храмовнике взыграло профессиональное любопытство - ему хотелось взглянуть на эльфийского мастера кузнечного дела собственными глазами.

Изменено 6 апреля, 2015 пользователем Kykuy

[Лакич]

Лагерь эльфво

 

- Хекс говорил местным лотос нужен, можешь пока поискать.

 

- А т-ты думаешь, что можешь лучше? - фыркнула магистресса, продолжая насиловать инструмент. - Д-дай мне творить! - помпезно сказала чародейка, гордо приподняв голову и продолжая прогуливаться по местности. 

- А нет, - вдруг развернувшись, обратилась к девушке магистресса, - я хотела бы вдоволь посмеяться, - протянув девушке флейту, сказала Алейра и самодовольно улыбнулась, прямо как тогда, во внутреннем дворе. - Это будет даже смешно.

 

на лотос 

[Элесар]

Лагерь эльфов

 

- А т-ты думаешь, что можешь лучше? - фыркнула магистресса, продолжая насиловать инструмент. - Д-дай мне творить! - помпезно сказала чародейка, гордо приподняв голову и продолжая прогуливаться по местности.
- А нет, - вдруг развернувшись, обратилась к девушке магистресса, - я хотела бы вдоволь посмеяться, - протянув девушке флейту, сказала Алейра и самодовольно улыбнулась, прямо как тогда, во внутреннем дворе. - Это будет даже смешно.

 

- Ну, я могу попробовать, а твоё веселье тоже неплохая новость. Немного радости не помешает, - хмыкнула Кая, подмигнула магистрессе, поднесла флейту к губам и заиграла.

 

на приманивание

 

[Perfect Stranger]

Лагерь эльфов

 

- М-да... мне казалось, что слух у меня получше, - мрачно произнес потрошитель и побрел обратно в лагерь. Находиться в компании магесс, которые его открыто недолюбливали, и снова пикироваться со Змеей сейчас у него настроения не было. Наоборот, ему хотелось тишины и покоя. В отличие от орлесианского военного лагеря, стоянка эльфов обладала одним огромным преимуществом - эльфы двигались почти бесшумно, говорили тихо и их было куда меньше на большей территории. Собирать траву в грязи, гоняться за галлами, чинить телеги... не так себе представлял Хекс их эпическое приключение в поисках демона. Меч бесполезным грузом висел за спиной и давил как камень. Хотелось применить его к чему-нибудь более... живому и теплому, чем манекены. Бастард начинал нервничать, но не показывал этого. Присев в тени аравеля, он подтянул ногу, оперся о колено локтем и попытался прикурить трубку.

[Ettra]

Лагерь эльфов

Мэйрис тоже вернулась в лагерь, оставив рыжих наедине. Неудивительно, что вслед за Алейрой показалась Кая. В последнее время они практически неразлучны. Нависшее над головой проклятие сближает людей, даже таких разных, как магессы. Нелюдимая сегеронка и магистр, которая любит только себя. Такая дружба бывает разве что в сказках. 
Эльфы, казалось, больше не обращали на путников никакого внимания, занимаясь своими делами. Девушка видела, как нет-нет, да один из эльфийских воинов покосится на чужеземцев, но больше их ни как не тревожили. И Мэйрис решила не вмешиваться в устоявшуюся жизнь долийцев и присела рядом с Хексом, под диковинной лодкой. В Алой тени паруса было удивительно прохладно и спокойно, даже не скажешь, что в сотни шагах отсюда кипит жизнь.

[Shunt]

Лагерь эльфов

 

-  Кстати, а как зовут вашего кузнеца? С ним можно поговорить, может, посмотреть его товары? Или он торгует только со своим кланом?

 

- Орихэль его зовут. Он немного подальше, вон за теми аравелями. Но торговать нам нечем, кузнец... не шибко умелый.  Только ему не говори. Но горн есть, работать можно. - Эльф улыбнулся. - Спасибо еще раз, человек!

[Junay]

Лагерь эльфов

 

Похоже, охота за галлами успехом не увенчалась. Рико услышал гундявые звуки дудочки  и пошел в их сторону. Увидев, что галлы реагируют на игру Каи, как мертвые на припарки, он покачал головой. 

- А ну, дай я попробую. Быть может, им понравятся антиванские мотивы? - Рико взял у Каи дудочку и попробывал сыграть что-то из антивского фолькльора.

 

Не успел он начать играть, как галлы мгновенно вскинули головы и побежали прямо к нему. 

"Это мне напоминает сказку, где крысолов дудочкой крыс из города вывел." - лениво зевнул Тот, который. "Давай, веди их... Куда их там надо вести".

 

(приманивание галл)

Изменено 6 апреля, 2015 пользователем Junay

[Лакич]

Лагерь Эльфов

 

- К-красный лотос, говоришь? - хмыкнула магистресса, отойдя немного в сторону от медноволосого музыканта. Может у северянки получалось слегка по-лучше, но галлы - этакие местные ценители искусства - все никак не желали идти на попятную. Ну и пусть - добегаються, а в итоге и пристрелит на ужин разведчик Вольных.

- Знаешь, - подойдя к Кае, сказала магистресса, и дикарка увидела, что в одной руке Алейра держала небольшую охапку того самого растения, который был так нужен эльфам, - его много у реки растет, - она протянула один из цветков Красного Лотоса северянке и слегка улыбнулась.

- П-просто забери его уже сбе, - тихо фыркнула магистресса, поджав губы, - не заставляй меня чувстовать дурой неподалеку от эльфийск-кого лагеря.

[Perfect Stranger]

Лагерь эльфов

 

Потрошитель как раз докуривал трубку, когда вернулась арбалетчица и тихонько села рядом. Казалось, что девушка и дня не может прожить без него - это было любопытно, и, что уж говорить, приятно для самолюбия Хексариона. Он уже наловчился высекать искру и зажигать трубку одной рукой. Забавно, сколь многому можно научиться, когда заставляет жизнь. Первый урок ему преподали в детстве, когда он попал в тот смердящий плесенью и грязью подвал без окон, когда висел, привязанный к столбу и истекающий кровью, когда тот человек (он так и не узнал его имени и потому мысленно всегда называл "тот человек") пытал его. Ради чего и зачем, Хекс тоже не знал. Знал он тогда лишь одно: чтобы выжить, порой приходится стать отражением собственного врага. Стать чудовищем.

Второй урок же преподала ему теперь каменная башенная стена, упавшая на ту самую руку со шрамом от Того Человека... по иронии судьбы теперь он избавился и от шрама, и от руки заодно. Но жизнь продолжалась, так или иначе, и он постепенно привыкал к ней. Картина его мира не разрушилась, лишь стала более цельной, в отличие от тела.

Прищурившись и наблюдая за Сили, которая работала с травами, потрошитель выдохнул облачко дыма и принялся выбивать трубку, постукивая о латную перчатку.

- Тебе здесь нравится? - вдруг спросил он у Мэйрис.

[Junay]

Лагерь эльфов

 

Не переставая играть, Рико привел галл в загон к остальным, и обратился к Мирене:

- Вот, пожалуйста. Прошу любить и жаловать. Надеюсь, это все галлы? Больше на музыку никто не откликнулся.

Он вернул  женщине дудочку, и облокотился о перила загона, наблюдая за галлами.

"Сколько шкур, сколько шкур..." - вздохнул он мысленно.

[Kykuy]

Лагерь эльфов

 

- Орихэль его зовут. Он немного подальше, вон за теми аравелями. Но торговать нам нечем, кузнец... не шибко умелый.  Только ему не говори. Но горн есть, работать можно. - Эльф улыбнулся. - Спасибо еще раз, человек!

- Что же, понятно, - Освальд кивнул. Неумелость кузнеца объясняла, почему оси в телегах ломались, - Не скажу, но зайти к нему мне не помешает, - храмовник поднял свой пояс с мечами и вновь прикрепил его на спине и поправил маску, - Удачи, и ездите осторожней - тогда оси будут ломаться пореже, - он ещё раз кивнул эльфу и отправился к центру лагеря, прислонившись к одному из аравелей и слушая едва слышно доносящийся издалека антиванский мотив на флейте.

" Что за...? "

Однако вскоре он понял причину - он увидел Рико, идущего с флейтой в руках и ведущего за собой галл в загон.

Изменено 6 апреля, 2015 пользователем Kykuy

[Элесар]

Лагерь эльфов

 

- А ну, дай я попробую. Быть может, им понравятся антиванские мотивы? - Рико взял у Каи дудочку и попробывал сыграть что-то из антивского фолькльора.

 

Не только Гаалы, но и Кая заслушалась музыкой Рико. Может антиванский мотив ей и казался странноватым, но вот играть у монаха получалось просто прекрасно. Девушка с улыбкой посмотрела на подходящих животных и сама отошла чуть подальше, чтобы не спугнуть и не испортить работу мужчины.

 

- Знаешь, - подойдя к Кае, сказала магистресса, и дикарка увидела, что в одной руке Алейра держала небольшую охапку того самого растения, который был так нужен эльфам, - его много у реки растет, - она протянула один из цветков Красного Лотоса северянке и слегка улыбнулась.
- П-просто забери его уже сбе, - тихо фыркнула магистресса, поджав губы, - не заставляй меня чувстовать дурой неподалеку от эльфийск-кого лагеря.

 

- Кровавый лотос от магессы крови, как символично... Может мне нравится, когда ты чувствуешь себя дурой? Это довольно мило, так и смотрела бы, - медленно проговорила дикарка, подходя вплотную к Алейре. Зелёные глаза, в которых плясали весёлые огоньки, скользнули по веснушчатому лицу рыжей, по её губам. Кая усмехнулась, забрала цветок и так же медленно отстранилась от Флавий, хоть это и было не совсем то, чего она хотела. - Пойдём. С гаалами и телегой разобрались, осталось порадовать местного травника.

[Ettra]

Лагерь эльфов

 

- Тебе здесь нравится? - вдруг спросил он у Мэйрис.

- Нет, не очень, - ответила Мэйрис. С момента прихода в лагерь она чувствовала себя совершенно чужой, словно ворвалась в чей-то дом без спроса. И хоть их терпели, даже принимали пустяковую помощь, все равно относились настороженно. Может если бы Мэйрис была эльфийкой, родилась в клане... Нет, все равно нет. Тут спокойно, словно о отдельном маленьком мире, где все подчиняется своим правилам. Хорошая жизнь, для того, кто хочет осесть, почувствовать единение с природой. Она любила смотреть на чистое небо, наблюдать за дикой природой. Но все же девушку неумолимо тянуло в города, с тех пор, как она побывала в Нордботтене. Иногда ей требовался отдых от шума и нескончаемого движения городской жизни, но уже через пару дней она начинала скучать. И сейчас с радостью бы променяла эльфийский лагерь на уютную постель в городской таверне. - Скучаю по Монтсиммару. Или Нордботтену... Тут все слишком... неторопливо.

[Perfect Stranger]

Лагерь эльфов

 

- Скучаю по Монтсиммару. Или Нордботтену... Тут все слишком... неторопливо.

 

- Наслаждайся покоем, пока он есть. Скоро нам будет совсем не до этого, - сказал бастард, усмехнувшись. Девушка была молодая, дикая, ее неудержимо тянуло к городам, туда, где много людей и много приключений. Но сам Вольфер больше любил дикие места. Он скучал по болотам Нахашин. По горам Нордботтена. По лесам Грейвена. Именно там он чувствовал себя на своем месте. До встречи с Мэй бастард вообще полагал, что может быть счастлив только в одиночестве. Он должен был жить и умереть один, без единой живой души рядом, и это было бы правильно. Убрав трубку в карман куртки, Вольфер провел рукой по волосам. Снова отрастают, и щетина уже заметно покрывала подбородок, жесткая и колючая. Хекс был похож на изрядно растрепанного, ощетинившегося зверя. - А ты знаешь, что когда-то у меня были длинные волосы? - сказал он, весело сверкнув глазами и посадив Мэй на колени. - Длинный-длинный хвост, аж до пояса. У андерцев когда-то ходило поверье, будто сила человека - в длине его волос, потому древние воины носили косу или хвост, и чем больше врагов в поединке они убивали, тем длинней отрастали их волосы. А если проигрывали - то срезали их или брились наголо. Вот и мне пришлось... правда, не по своей воле. Когда дерешься с драконом практически в одиночку, а он дышит на тебя пламенем, о волосах как-то беспокоишься в последнюю очередь... да и горят хорошо.

[Лакич]

Лагерь эльфов

 

- Пойдём. С гаалами и телегой разобрались, осталось порадовать местного травника.

 

Алейра, когда Кая развернулась, тихо фыркнула, явно ожидая чего-то другого в реакции северянки, но пошла за ней, хотя делать в лагере эльфов ей, учитывая кем она явдяется, нечего.

- Кровавый? - вдруг спросила магистресса. - Разве не красный? Ладно, скороей б-бы убраться из этого места, - недовольно буркнула магистресса, - т-ты только представь, а что если мы будем здесь ночевать? O tempora, o mores! Если к-кто узнает в Минратосе - это будет позором.

[Ettra]

Лагерь эльфов

- А ты знаешь, что когда-то у меня были длинные волосы?

- Да? - Мэйрис прищурившись посмотрела на Хекса, пытаясь представить его с хвостом. Выходило плохо, а то, что подсовывало воображение хотелось смеяться. Единственное применение таких волос - дергать за них, дразня бастарда. - Не надо отращивать! Так куда лучше. - Мэйрис потрепала Хекса по голове, словно большого снежного кота, которого пару раз видела издали, охотясь с братом. Крупное и опасное животное, но вместе с тем ловкое и грациозное, как и все кошки. Если не считать драконов, то Хекс определенно был похож на снежного барса. - А у меня тоже были длинные. В детстве. Мама заплетала мне косы, а я вечно не знала куда их деть. Когда стала старше - остригла. Стало еще хуже, волосы вечно лезли в глаза и рот, но я была непреклонна и продолжала их так стричь на зло всем. - Мэйрис засмеялась, вспомнив свое глупое упрямство. Прошло столько времени, а ничего не изменилось. Она по прежнему упрямее многих.

[Элесар]

Лагерь эльфов

 

Алейра, когда Кая развернулась, тихо фыркнула, явно ожидая чего-то другого в реакции северянки, но пошла за ней, хотя делать в лагере эльфов ей, учитывая кем она явдяется, нечего.
- Кровавый? - вдруг спросила магистресса. - Разве не красный? Ладно, скороей б-бы убраться из этого места, - недовольно буркнула магистресса, - т-ты только представь, а что если мы будем здесь ночевать? O tempora, o mores! Если к-кто узнает в Минратосе - это будет позором.

 

- Именно кровавый, Алейра. Хотя известен он совсем не этим. В Ривейне поговаривали, что как-то раз подобными цветами один орлеец украсил свой зал, гости были так рады... Если бы не галлюцинации. Одна гостья, поговаривают, пыталась укусить статую его деда за мягкое место. Учитывая, что она была из мрамора, место было не слишком мягким, - рассмеялась Кая, оборачиваясь к Алейре, чуть прищурилась и оставшуюся часть дороги шла спиной вперёд. - А мы никому в Минратосе и не расскажем. И кто знает, может быть кто-нибудь медноволосый сможет тебе скрасить ночь в таком месте?

Развивать мысль дикарка не стала, оставляя магистрессу наедине с фантазиями по этому поводу и довела ту до местной травницы.

- Сили? Ты говорила тебе нужна определённая трава, мы его принесли, - улыбнулась эльфийке сегеронка, которая даже и не собиралась освобождать Алейру от ноши. Тевинтерка, передающая в дар эльфам кровавый лотос. Ах, какая сцена, она не хотела её пропустить, о нет.

[Shunt]

Лагерь эльфов

 

- Вот, пожалуйста. Прошу любить и жаловать. Надеюсь, это все галлы? Больше на музыку никто не откликнулся.

 

- Даже и не знаю, как вас отблагодарить... - Она улыбнулась. - Хотя... думаю вам это пригодится. - Она протянула Рико сверток. - Чешуя высшего дракона. Недавно... пролетал. Ну и долетался. 

 

Рико выполняет задание и получает предмет: чешуя дракона 1 ед. и +10 одобрения клана

 

- Сили? Ты говорила тебе нужна определённая трава, мы его принесли,

 

- Спасибо. Могу предложить разве что это... - Она нервно дернула плечом и протянула Кае флакон. - Сердце сильвана. 

 

Кая выполняет задание и получает предмет: катализатор сердце сильвана 1 ед. и +10 одобрения клана

[Лакич]

Лагерь эльфов

 

- Сили? Ты говорила тебе нужна определённая трава, мы его принесли, - улыбнулась эльфийке сегеронка, которая даже и не собиралась освобождать Алейру от ноши. Тевинтерка, передающая в дар эльфам кровавый лотос. Ах, какая сцена, она не хотела её пропустить, о нет.

 

О нет. Алейра бы никогда не стала магистром, если бы не могла вовремя спихнуть кому-нибудь ношу помощи гадким остроухим - иначе бы в вышем свете не обошлось бы и без слухов, причем самых гадких, противных слухов - от обычной сплетни о слишком добром отношении к эльфам, вплоть до коверканий родословной.

- Знаешь, Сили, - фыркнула магистресса, вдруг резко всучив траву Кае и поддталкнув ее чуть ниже спины в сторону травницы с силой, совсем несвойственной хрупкой магессе. - Тут од-дна медноволосая хочет т-тебе передать К-кровавый лотос! 

 

Х _{Лакич спать}

[Perfect Stranger]

Лагерь эльфов

 

- Не надо отращивать! Так куда лучше.

 

- Как скажешь, - ухмыльнулся потрошитель. Он все еще был покрыт илом и тиной после блуждания по топкому берегу реки, но не обращал на это внимания. Драконы грязи не боятся, а Мэй и подавно было на это наплевать. - В бою удобнее, что ни говори. А вот тебе пошли бы длинные косы. Длинные золотистые косы... - задумчиво произнес он, проводя рукой по волосам девушки. Ему нравился их цвет, чуть рыжеватый, темно-медовый. Девушка была совсем не похожа на Фелкин. У той было тонкое лицо с заостренными, хищными чертами. Она не была похожа на стройную и ласковую лань. Поцеловав арбалетчицу в ухо, он прошептал: - Я тоже скучаю по Монтсиммару. А точнее, по тому, что там были комнаты.

Девушка все еще смущалась, но уже далеко не так сильно, как раньше. И это смущение Хексу нравилось. Нравилось, когда ее щеки розовели, и она пыталась отстраниться, но он крепко прижимал девушку к себе. Теперь он не отпустит ее, уже не отпустит. У нее был шанс уйти от дракона, и она его потеряла. Хекс об этом не сожалел. Пусть кто-нибудь назвал бы это решение эгоистичным, но кто сказал, что у потрошителя когда-нибудь могли показаться проблески альтруизма и он подумал бы о ком-то, кроме себя? Нет, вот это уж точно сказки.

[Ettra]

Лагерь эльфов

- Я тоже скучаю по Монтсиммару. А точнее, по тому, что там были комнаты.

- Впереди ку-уча комнат, - хихикнула Мэйрис, уложив голову на плечо потрошителя. Удобно, тепло и можно совершенно забыть, что они находятся посреди чуждого лагеря. Ей нравился такой Хекс. Мягкий, заботливы, совсем не похож на кровожадного воина, способного убить одними зубами. Не такой, как с другими. - Вот в Неварре. Это же... через море, верно? - Поразила Мэйрис внезапная догадка. Она резко повернулась к Хексу лицом, скидывая его руку с талии и восторженно улыбнулась. В золотистых глазах загорелся настоящий огонь энтузиазма. Мечта, казавшаяся такой далекой сейчас почти у нее в руках, осталось всего лишь немного подождать.

[Perfect Stranger]

Лагерь эльфов

 

- Впереди ку-уча комнат

 

- Пожалуй. Знаешь, что мне пришло в голову? Раньше я думал, что жизнь - это череда убийств. А теперь понимаю... жизнь - череда комнат, - хохотнул потрошитель, лизнув девушку в щеку и едва заметно задев ее острыми клыками. Порой даже драконы проявляли заботу, им не было это чуждо, пусть и относилось лишь к тем, кого они по праву считали своими. Родичами по крови и по духу. Мэйрис осталось лишь выпить драконьей крови и стать ему сестрой, и тогда все будет так, как должно было быть.

 

- Вот в Неварре. Это же... через море, верно?

 

- Верно. Можно и объехать, но придется делать большой крюк. Проще сесть на корабль. Ты никогда не бывала на море, да? - он вспомнил слова девушки о том, как она мечтает увидеть "большую воду". Сам Хекс морские путешествия не особенно любил. Стыдно было признать, что на кораблях его страшно мутило. Позеленевший и перевесившийся через борт потрошитель - это наименее грозное и опасное существо в целом Тедасе.

[Leo-ranger]

Лагерь эльфов

"Почему ты стоишь в стороне от долийского клана, Лиин? Это ведь твои сородичи!"- это тот самый вопрос, на который у Лиин не было ответа. Как только они придыли в лагерь эльфийку будто парализовало. Она стояла на самом краю лагеря и смотрела, не решаясь подходить. Если присмотреться, можно было заметить, что эльфийка мелко дрожит, обнимая себя за плечи. Лицо её выражало жалость. Казалось, ещё немного и долийка развернется и убежит.
Венью, вынужденный ходит в наморднике, лишь фыркнул, глядя на трусливую хозяйку.

! Изменено 6 апреля, 2015 пользователем Leo-ranger