Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Kykuy]

Освик - ЖБшка на ВДМ-1

[Ettra]

АА - ВДМ-1
34 крит

Изменено 21 апреля, 2015 пользователем Алойя

[Leo-ranger]

АА - ВДМ-1

 

[Perfect Stranger]

ХОД ЧЕТВЕРТЫЙ

ВДМ-3 использует "Сосредоточение воина" и получает +2 к защите на 3 хода.
Освальд использует "Жажда битвы" на ВДМ-1 и наносит критический урон в размере 17х2=34 ХП.
Мэйрис использует автоатаку на ВДМ-1 и наносит критический урон в размере 34 ХП.
Лиин использует автоатаку на ВДМ-1 и наносит урон в размере 13,5 ХП.

ОТКАТЫ:
ВДМ-1: Широкий размах - откачено
Венью: Рывок - 3 хода
ВДМ-2: Широкий размах - 1 ход
Освальд: Сплочение - 10 ходов
Лиин: Стрела сквозь колено - 2 хода
Освальд: Удар воина света - 3 хода
Лиин: Взрывчатая стрела - 3 хода
ВДМ-1: Сосредоточение воина - 2+3 хода
ВДМ-2: Сосредоточение воина - 2+3 хода
ВДМ-3: Сосредоточение воина - 3+3 хода
Освальд: Жажда битвы - 2 хода

ЗАВЕРШЕНИЯ:
Освальд: Сплочение - завершено
Лиин: Стрела сквозь колено - завершено
ВДМ-1: Сосредоточение воина - 2 хода
ВДМ-2: Сосредоточение воина - 2 хода
ВДМ-3: Сосредоточение воина - 3 хода

ЗДОРОВЬЕ:
ВДМ-1: 156,5 - 34 + 6 - 34 + 6 - 13,5 + 6 = 93 (защита: 6)
ВДМ-2: 283 (защита: 6)
ВДМ-3: 281 (защита: 6)
Освальд: 37 + 3 = 40
Хекс: (Х_х)
Мэйрис: 45
Лиин: 60
Венью: (Х_х)

 

ХОД КРАСНЫХ:

 

ВДМ-1 использует "Широкий размах"!

ВДМ-2 использует "Рука Ордена" на Лиин.

ВДМ-3 использует "Рука Ордена" на Мэйрис.

[Kykuy]

Освик - перед смертью прыгает, как бабочка, и жалит, как пчела. Авто ВДМ-1

[Perfect Stranger]

ХОД ПЯТЫЙ

ВДМ-1 использует "Широкий размах" и наносит критический урон Освальду в размере 30 ХП!
ВДМ-2 использует "Рука Ордена" и оглушает Лиин.
ВДМ-3 использует "Рука Ордена" И оглушает Мэйрис.

ОТКАТЫ:
ВДМ-1: Широкий размах - 3 хода
ВДМ-2: Широкий размах - откачено
Лиин: Стрела сквозь колено - 1 ход
Освальд: Удар воина света - 2 хода
Лиин: Взрывчатая стрела - 2 хода
ВДМ-1: Сосредоточение воина - 1+3 хода
ВДМ-2: Сосредоточение воина - 1+3 хода
ВДМ-3: Сосредоточение воина - 2+3 хода
ВДМ-2: Рука Ордена - 3 хода
ВДМ-3: Рука Ордена - 3 хода

ЗАВЕРШЕНИЯ:
ВДМ-1: Сосредоточение воина - 1 ход
ВДМ-2: Сосредоточение воина - 1 ход
ВДМ-3: Сосредоточение воина - 2 хода
ВДМ-2: Рука Ордена - завершено
ВДМ-3: Рука Ордена - завершено

ЗДОРОВЬЕ:
ВДМ-1: 93 (защита: 6)
ВДМ-2: 283 (защита: 6)
ВДМ-3: 281 (защита: 6)
Освальд: 40 - 30 + 1 + 3 = 14
Хекс: (Х_х)
Мэйрис: 45 [@]
Лиин: 60 [@]
Венью: (Х_х)

 

ХОД КРАСНЫХ:

 

ВДМ-1 использует автоатаку на Лиин.

ВДМ-2 использует "Широкий размах"!

ВДМ-3 использует автоатаку на Мэйрис.

 

[Ettra]

АА - ВДМ-1

[Leo-ranger]

ОНОР ТИЛ ЗЕ ЕНД, БИЧЗ!

 

ВЫЖИТЬ ЕЩЕ ОДИН ХОД И ПОСЛЕДНИЙ РАЗ ПРОСТРЕЛИТЬ КОЛЕНО

 

АВТОАТАКА НА МВД ВДМ-1

 

[Perfect Stranger]

ХОД ШЕСТОЙ

ВДМ-1 использует автоатаку на Лиин и наносит урон в размере 15 ХП.
ВДМ-2 использует "Широкий размах" и УБИВАЕТ ОСВАЛЬДА!
Лиин использует автоатаку на ВДМ-1 и наносит критический урон в размере 30 ХП.

ОТКАТЫ:
ВДМ-1: Широкий размах - 2 хода
ВДМ-2: Широкий размах - 3 хода
Лиин: Стрела сквозь колено - откачено
Освальд: Удар воина света - 1 ход
Лиин: Взрывчатая стрела - 1 ход
ВДМ-1: Сосредоточение воина - 3 хода
ВДМ-2: Сосредоточение воина - 3 хода
ВДМ-3: Сосредоточение воина - 1+3 хода
ВДМ-2: Рука Ордена - 2 хода
ВДМ-3: Рука Ордена - 2 хода

ЗАВЕРШЕНИЯ:
ВДМ-1: Сосредоточение воина - завершено
ВДМ-2: Сосредоточение воина - завершено
ВДМ-3: Сосредоточение воина - 1 ход

ЗДОРОВЬЕ:
ВДМ-1: 93 - 30 + 4 = 67
ВДМ-2: 283
ВДМ-3: 281 (защита: 6)
Освальд: (Х_х)
Хекс: (Х_х)
Мэйрис: 45
Лиин: 60 - 15 = 45
Венью: (Х_х)

 

ХОД КРАСНЫХ:

 

ВДМ-1 атакует Лиин.

ВДМ-2 атакует Мэйрис.

ВДМ-3 атакует Лиин.

[Ettra]

Мэй сдается

[Leo-ranger]

- Не вели казнить, вели слово молвить!

 

Лиин сдается.

[Perfect Stranger]

Логово Ордена

 

Когда эльфийка и Мэйрис бросили оружие в знак того, что они сдаются, воины Ордена лишь переглянулись и усмехнулись. Один из них подскочил к Лиин и связал ей руки за спиной, пинком отшвырнув лук; второй проделал то же самое с Мэй, но чуть аккуратнее. Третий принялся вязать руки тем, кто лежал без сознания. Рико успели догнать и теперь он валялся, оглушенный ударом эфеса по затылку, на каменном полу. Дверь открылась нажатием потайного камня в стене, и наемников, кого в сознании, а кого без, потащили через длинный темный коридор, освещенный лишь светом уже знакомых кристаллов в подставках. Вскоре пыхтящие и останавливающиеся, чтобы передохнуть, воины привели их в зал с куполообразным потолком, уходящий далеко ввысь. Здесь было нечто вроде естественного грота, у левой стены располагался источник чистой питьевой воды, огороженный вручную сбитыми заборчиками. В центре зала было углубление в виде воронки, тоже огороженное, но на этот раз на заборах была натянута колючая проволока. Вокруг кратера, в небольшом отдалении, стояли клетки из толстых бревен, сломать которые было не под силу даже драконокровному. В каждую из этих клеток посадили по одному наемнику из "Волков" и надежно заперли.

Здесь было холодно, холод пробирался под одежду и доспехи и щипал кожу, заставляя изо рта вырываться едва видимые облачка пара. С потолка кое-где свисали сталактиты, слегка облагороженная пещера никак не отапливалась и похоже, была предназначена для содержания пленников и трофеев. Один из этих трофеев высунул хвост сквозь прутья клетки напротив наемников, по ту сторону воронки. Детеныш дракона, живой и, кажется, здоровый. После того, как воины Ордена притащили бессознательного Венью и с трудом запихали его тушу в одну из клеток, они ушли, о чем-то тихо переговариваясь между собой. Пару раз мелькнуло имя "Кассель". Похоже, оставалось ждать, пока начальник решит, что делать с незаконно проникшими в логово чужаками. Возможно, их решат даже убить...

[Ettra]

Логово Ордена

 

Холод, казалось, проникал под кожу, заставляя зубы стучать, выбивая ритм, а кожу покрыться мурашками. Сырой камень под ногами быль холоден, словно снег. Мэйрис с неудовольствием вспомнила подъем в гору возле Нордботтена, хотя единственное, что в этих ситуациях было общее - продирающий мороз. А вместе с холодом был столь же леденящий страх смерти. Девушка сдалась, желая защитить Ридена, но это может привести к еще более ужасным последствиям. Драконоборцы не любит чужаков, а логово, запрятанное в глубине леса, охраняется от любых вторжений. 
Кое-как справившись со страхом, сковывающим движение, Мэйрис подползла к краю клетки. Встать тут в полный рост было сложно, низкие шипастые потолки нависали, пригибая к земле. Где-то в отдалении слышалась капель, может подземное озеро. А еще была темнота, едва разрываемая только тусклым светом камней на стенах. Эти блики смутно очерчивали ее собственные руки, которыми она схватилась за прутья клетки и выхватывали из мрака длинный драконий хвост. Но то, что было в других камерах тонуло в угольной черноте. 
- Хекс? Лиин? Рико, Освальд? Вы тут? - спросила Мэйрис, пугаясь звука собственного голоса, отражающегося от высокого потолка помещения и возвращающегося назад измененным эхом. 

[Perfect Stranger]

Логово Ордена

 

- Хекс? Лиин? Рико, Освальд? Вы тут?

 

В ответ послышался сдавленный хрип, похожий больше на стон раненого животного. Потрошитель пришел в себя. Несмотря на свою стойкость к холоду, он вполне четко осознавал, что остальным приходится несладко, особенно Мэйрис. А дотянуться до ее клетки и согреть девушку он был не в состоянии. Это бесило, тупая боль пульсировала в голове, засохшая кровь на ранах неприятно тянула кожу, а шипы на спине и плечах ныли и царапали куртку. Раздраженно стянув ее, бастард бросил куртку в угол клетки. То, что его посадили сюда, одного, отделив от своей самки, приводило в бешенство, и Хекс зарычал уже громче - в этом звуке была ярость, зарождающаяся ярость, направленная ни на кого конкретно. Ярость загнанного в угол. В полумраке раздался глухой хруст и треск, когда тяжелое тело воина что было сил ударилось в толстые деревянные прутья, но они не поддались. Такие выдерживали и беснующегося молодого дракона.

Из рассеченного лба текла кровь, заливая глаза и шею. Но потрошитель не сдавался. Удары все продолжали эхом разноситься по гроту, а дракон в клетке напротив занервничал, его хвост ударил по земле и принялся метаться из стороны в сторону. Одновременно с этим из соседних клеток донеслось ворчание. Похоже, что дракон тут был не один, но это были мелкие, совсем юные, недавно вылупившиеся существа. Зачем драконоборцы держали их здесь? Уж не правдивы ли слухи о том, что эти люди тайком пьют их кровь и становятся потрошителями? Хотя пока что ни одного из них наемники не видели, другие версии казались еще более бредовыми. От очередного удара о прутья треск стал звонким, и по бревну поползла длинная трещина. Однако это было все, что мог сделать Хекс. Отчаянно зарычав, он принялся метаться по клетке так же, как и его сородичи напротив, не говоря ни слова, и оттого его действия казались еще более жуткими.

[Junay]

Логово Ордена

 

Голова раскалывалась от боли, а в тело, казалось, впивались тысячи ледяных иголок. Кровавый сумрак застилал ему глаза, а потом он понял, что их просто залило кровью. Тошнота время от времени накатывала волнами, но это было не самое плохое. Самое плохое был голос - холодный, издевательский и презрительный.

"...Неумение здраво оценить силы противника, и подвергнуть себя и двух женщин (одна из которых на сносях) смертельной опасности! Нужно ли мне уточнять, что ты, Ворон, пал на самое дно? Хотя нет - днище! Не говори мне о том, что это обязанность командира! У тебя есть своя голова на плечах, а  защищать женщин - обязанность любого мужчины, который достоин этого слова! Ты не должен был вообще допускать их в такую бойню!"

"У... меня.. не было в-воз...можности..."

"Мозгов у тебя не было. Знаешь, почему здесь такое эхо? Потому что здесь - пусто!" - рявкнул Тот, который. " А вообще... Зачем вы поперлись к этим драконоборцам в логово? Нужна была встреча - договорились бы встретиться на нейтральной территории, а не в логове у врага."

 

- Хекс? Лиин? Рико, Освальд? Вы тут? - спросила Мэйрис, пугаясь звука собственного голоса, отражающегося от высокого потолка помещения и возвращающегося назад измененным эхом.

 

- Д-да... Здесь... - прохрипел Рико, понятия не имея, где они находятся. Но по крайней мере, голос Мэйрис заставил заткнуться его "сожителя".

Шум из соседней клетки заставил его повернуть голову - Рико показалось, что там беснуется Венью. Но это был Хекс, пытающийся разломать клетку.

[Ettra]

Логово Ордена

 

Услышав голос Рико, Мэйрис облегченно вздохнула. Жив. Как и Хекс, безуспешно пытающийся проломать массивные прутья. Нельзя сажать дракона в клетку, ограничивать свободу и подрезать крылья. Девушка могла понять, как он себя чувствует, она сама оказалась в ловушке, и это било так же сильно. Страх смерти раскаленными стальными щипцами сжимал сердце, а осознание полной беспомощности перехватывало дыхание. Слишком рано умирать, слишком глупо что бы все закончилось так. За шаг перед тем, как они достигли своей цели. Но что могла сделать Мэйрис? Биться о прутья клетки, как Хекс, причиняя себе не только душевную боль, но и физическую? Кричать, надрывая голосовые связки и все равно остаться неуслышанной? Ни кто не придет, что бы освободить их. Появление человека означало только одно - смерть, неизбежную и наверняка мучительную. Потому она больше не смотрела на то, как сотрясаются прутья клетки Хекса, на хвост дракона и слабо освещенную площадку перед клетками. Боялась разглядеть в темноте силуэт, означающий их приговор. Лучше не знать, лучше не видеть.

[Perfect Stranger]

Логово Ордена

 

Шум все нарастал. Рычание потрошителя и треск прутьев вскоре потонули в разразившемся над клетками клекотом, рокотом и ворчанием молодых драконов, словно откликающихся на зов своего сородича. Это было странно, захватывающе и... удивительно. Только что они сидели смирно, свернувшись клубком или поджав лапы, дремали, источая струйки дыма из ноздрей и лениво шевеля неразвитыми, сложенными крыльями. И вот теперь будто бы все они прониклись новым, сильным ощущением желания свободы. Десяток детенышей драконов бились в своих клетках, раскачивая их на толстых железных цепях, которыми клетки были примотаны к полу; они визжали и ревели, еще слишком молодые, чтобы дышать огнем, но уже осознающие, что им здесь не место. Это было похоже на то, как если бы их вдохновили на борьбу.

- Тихо! - вдруг рявкнул чей-то голос, и почти сразу же следом за ним послышались быстрые, громкие шаги по каменному полу. Из одного из коридоров в грот вышла группа людей - трое охранников, которые захватили чужаков, невысокая женщина воин с заплетенными в хвост каштановыми вьющимися волосами, и человек в массивной броне, чье лицо было изуродовано ожогами с одной стороны. - Это те самые? - спросил человек у охранников и те закивали. - Они прошли через ловушки и пришли к нам. Зачем?

- Обокрасть и ограбить, разумеется. Это наемники, убившие Тайриса ради золота, - ответил охранник и поморщился от отвращения. - В них нет ни капли чести.

- Это правда, что они впятером убили Шаалу?

- Да, но я слышала, что она была ранена копьеметом, прежде чем они смогли одолеть ее, - подала голос женщина, неуверенно перебирая пальцами и похрустывая суставами. - Им просто повезло.

- Тише, Азалия. Я не так глуп, чтобы этого не понимать, - мотнул головой тот, к кому она обращалась, и перевел взгляд на притихших драконов в клетках и наемников. - И что же мне с вами делать... мы не убийцы, но правила Ордена непреложны. Мы должны охранять наши секреты от любых посягательств. Наказание за это - смерть.

Из одной из клеток донесся яростный рев, и Курт Кассель (а это, без сомнения, был именно он), нахмурился и подошел поближе. Из-за треснувших бревен на него из темноты уставились два пылающих злобных красных глаза. Они смотрели без страха, лишь с бесконечной ненавистью к тому, кто отнял у него свободу. Протянув руку, Курт потрогал треснувшее бревно и поцокал языком. Он едва успел отдернуть руку назад, когда в миллиметре от его пальцев щелкнули окровавленные зубы.

- Вы нервируете моих драконов, - процедил он, поднимаясь и оглядываясь. - Но возможно, от вас еще может быть польза. Есть лишь один способ спастись от смерти за то, что вы сделали, убив одного из наших и придя сюда без приглашения. Вы будете служить нашему Ордену и помогать нам в наших делах, пока я не освобожу вас от этой повинности, когда сочту, что вы достаточно искупили свою ужасную вину. Но сначала я должен проверить ваши силы. Азалия, выведи драконов, - бросил он и отошел, стягивая с рук толстые перчатки из черненой кожи, в которой Рико без труда смог узнать драконью чешую. Женщина неодобрительно покачала головой, но спорить не стала. Ей явно не нравились столь жесткие правила, но не ей было судить о них. Курт Кассель был ее лидером, и прямой приказ проигнорировать она не могла. Клетки с драконами открылись, и их принялись выводить в углубление в центре грота, огражденное высоким забором с колючей проволокой. Туда же оттащили и связанных наемников. Трое охранников помогли Азалии с этим, грубо пихнув Мэйрис последней в воронку и захлопнув за ней ворота.

- Если выстоите в битве с ними, я, пожалуй, могу и сохранить вам жизнь, - раздался из-за забора голос Курта. - Только не убивайте их, они нужны мне живыми. Достаточно будет, если вы их вырубите. Начинайте!

[Ettra]

Логово Ордена

 

Что лучше: смерть или повинность и почти что рабство? Второе позволяло сохранить жизнь Ридену и остальным, но было противно сущности девушки. Она не любила оковы столь же сильно, как и Хекс. Для нее было тяжким бременем знать, что вся жизнь расписана наперед, без возможности что-то изменить, да просто пойти куда глаза глядят. Вместо этого следовало подчиняться приказам, сражаться с драконами, как на показательном выступлении. Почему-то ей вспомнились петушиные бои на ярмарке. Люди сажали бедных птиц в клетку, что бы повеселиться, глядя на то, как они причиняют друг другу боль. Возгласы мальчишек стояли в ушах, заставляя ее почувствовать себя не человеком, а существом низшего сорта, годящимся только для потехи публики. Или собачкой, которую проверяют на остроту зубов, прежде чем посадить на цепь или спустить на неприятеля. 

Но у них нет выбора. Подчинение или смерть.
 

[Junay]

Логово Ордена

 

- Если выстоите в битве с ними, я, пожалуй, могу и сохранить вам жизнь, - раздался из-за забора голос Курта. - Только не убивайте их, они нужны мне живыми. Достаточно будет, если вы их вырубите. Начинайте!

 

- А вас не смущает то, что мы ранены, измучены и нуждаемся, если не в лечении, то элементарном отдыхе? - вскинул брось Рико. - Особенно - это качается женщин. Или вам срочно нужна драконье барбекю, а самим пачкаться о разделку туш лень?

"Ага, разогнался я вам служить, тварюки неотесанные! Только повязки от штанов накрохмалю!  Дайте мне только выбраться из этой клоаки, и я через неделю буду  на другом конце Тедаса." -  подумал мужчина, но в слух, само собой, ничего не сказал, приняв смиренный вид.

Изменено 22 апреля, 2015 пользователем Junay

[Kykuy]

Логово Ордена

 

- Если выстоите в битве с ними, я, пожалуй, могу и сохранить вам жизнь, - раздался из-за забора голос Курта. - Только не убивайте их, они нужны мне живыми. Достаточно будет, если вы их вырубите. Начинайте!

Освальд едва успел придти в себя, когда его начали тащить в воронку, и не оказывал ни малейшего сопротивления - он почти не понимал, что и почему происходит вокруг. Когда же он наконец оказался в воронке, храмовник с пыхтением привстал и достаточно мутным взглядом огляделся вокруг, узнавая размытые силуэты остальных "Волков" - Рико, Лиин, Хекса и Мэйрис.

- И что... мы должны сделать это даже... без оружия?, - слегка сбиваясь, спросил он в сторону забора, - Дайте нам хоть палки какие-то... - Голос Курта освежил его воспоминания, и Освальд наконец вспомнил, почему он здесь оказался - храмовника всё-таки одолели в бою. 

" Я справился со взрослым, опытным драконом на Турнире. Значит, одолею и молодняк, пускай я и безоружен ", - подумал он, разминая костяшки на пальцах. За Хекса он также не беспокоился, но вот что будут делать Рико, Лиин и Мэйрис, особенно Мэйрис, ему было не совсем понятно.

[Leo-ranger]

ДЕЛ Изменено 22 апреля, 2015 пользователем Leo-ranger

[Perfect Stranger]

Логово Ордена

 

- И что... мы должны сделать это даже... без оружия?

 

- Дайте им их оружие, - фыркнул Курт с долей веселья. - Хотя это же совсем дети. Мои воины тренируются справляться с ними голыми руками. Азалия?

- Есть, командир, - отозвала женщина с хвостиком и вытряхнула из мешка отобранное оружие "Волков". Со звоном оно посыпалось вниз с небольшого постамента, на котором сейчас стоял Кассель со своей помощницей и наблюдал за происходящим внизу, в воронке. Взгляд Азалии остановился на Мэйрис, и она прикусила губу. - Может быть...

- Нет, - жестко ответил Курт. - Мы не должны допускать слабости. Если я увижу, что они отступают, то прикажу прекратить бой. Ты знаешь, что драконы слушаются моих команд. Не бойся, сильно они не пострадают... может быть, потреплют их немного.

- Как скажете, - пробормотала она и убрала упавшие на лицо волосы. - Готовы?

Хекс поднял "Демонобой" и с ненавистью посмотрел на своих пленителей. Он сейчас больше был похож на зверя, выставленного на арене против гладиаторов на потеху толпы - зверя, которому подрезали крылья и заставили сражаться за свою жизнь. Однако на кону была не только его жизнь, но и жизнь Ридена, а потому он не собирался сдаваться так просто. После того, как он выйдет отсюда, голова этого выскочки будет насажена на пику, а весь орден "Драгос Морт" вырезан подчистую. Если только ему хватит сил... должно хватить.

Кассель вдруг сложил руки рупором и выкрикнул несколько незнакомых, коротких слов на неварранском наречии, и детеныши драконов, приподняв головы на длинных шеях, принялись дрожать. Из их пастей потекла слюна, капая на пол, а дым из ноздрей повалил гуще - похоже, им пообещали вкусный обед. Они были худыми и злобными, их явно много били и почти не кормили, и Хекс почувствовал холодную ярость, поднимающуюся в душе. Это же всего лишь дети. Маленькие дети, такие же, каким был бы Риден, которых истязали и заставляли быть грушей для битья, а ведь их место было совсем не здесь. Скорее всего, их мать мертва, а им приходится сидеть в тесных клетках, выходя лишь для драки и перебиваясь объедками. Но горящие злобой глаза драконов уже уставились на наемников, и отступать было некуда. Придется драться.

 

ГРУППА ВСТРЕЧАЕТ ОБЫЧНЫХ ПРОТИВНИКОВ - ДЕТЕНЫШИ ДРАКОНА (10)!

 

Характеристики:

Здоровье: 50

Физический урон: 10

Защита: 1

 

Инициатива

 

[Ettra]

Инка!

[Kykuy]

Освальд прокрутил клинки в воздухе, вновь привыкая к тяжести рукояти мечей, и сделал пару шагов вперёд, гадая, какой из драконов бросится первым на "Волков". А может, они нападут сразу всей стаей?...

 

Инка

[Perfect Stranger]

ПОРЯДОК ХОДОВ:
Синие: Освальд, Хекс, Рико, Мэйрис, Лиин.
Красные: детеныши (10).