Мафия 012: When the Sea came in

[Osidius the Emphatic]

Технические итоги четвертого дня

Спойлер

• Мирные отправили на допрос к Эдмару Блэквуду ниндзя Люцериса Велариона.

• Мафия вывела из игры мирного Рональда Толхарта.

• Шериф не успел ничего узнать, мафия своим убийством отняла у него проверку.

Изменено 23 октября, 2016 пользователем Osidius the Emphatic

[Nomides]

- Я бы предпочел повесить вас на ближайшем дереве , - не сдержал радости от откровений Сервина Болтон, - но я же этого не делаю, - хмыкнул Оливер и замолчал.

 

— Жду вас завтра ночью, мейстер Болтон, - Хьюго усмехнулся, расправил плечи и поднялся, - раз уж вы так хотите моей смерти.

[Кайра]

- Брат, тебе  не  приходили никакие вести из  Хайгардана спросил  он его тихо  - Ты сказал, что мы не должны были участвовать в войне?

[First Contact]

- Все просто, - Толхарт вздохнул.

 

Доверяю: лорд Хайтауэр, лорд Сервин, наверное, все-таки лорд Редвин. После сегодняшнего вечера уж точно. А, ну и Форрестер. Что уж теперь.

Сомневаюсь: лорд Кордвайнер, мейстер Болтон.

Не доверяю: Братья Тиреллы, леди Мормонт, лорд Рейн.

- Если вдруг лорд Веларион окажется заговорщиком, готов полностью пересмотреть свои слова. И даже извиниться перед некоторыми лордами.

 

 

— Готов повторить слово в слово, кроме, возможно, Рейна. Сегодня он в какой-то момент показался мне человеком совершенно невиновным. 

[First Contact]

Номидес!

Утром на дворе (дубль)

 

Хьюго кивнул лорду Дейлу, осторожно приняв пару мечей с замысловатыми рукоятями, блестящими на северном солнце своим золотистым цветом, будто напоминая о южных плодородных землях, из его рук и движением головы указал на стоящий в стороне пень, на котором покоилась Снежная Буря.

Взмах одним мечом резко рассек воздух легким звенящим звуком, не так тяжело, как это делают северные мечи, легко, почти бесшумно. Так же зазвучал, точь в точь, и второй меч. Этот звук, тем не менее, не давал усомниться в остроте и идеальных пропорциий лезвий, что свидетельствовало о высоком мастерстве южного оружейника, выковавшего эти клинки.

— Что за мастер приложил свою руку к созданию этого оружия, лорд Редвин?

 

Дейл прежде понаблюдал за тем, как Сервин "играет" с его мечами. Ревности он, вопреки ожиданию, не почувствовал, но видеть их в чужих руках было непривычно. Северный лорд не был великаном ни по росту, ни вширь, но мощь била сквозь его ладную фигуру, движения были точны, и в них чувствовалась сдержанность, какая бывает, когда вес оружия меньше, чем привычно, и пара светлых мечей казалась в его руках именно что игрушками.

Тем более "настоящей" и грозной казалась Снежная Буря, древка которой он пока что едва коснулся пальцами.

 

— Мечи приехали из-за моря, Хьюго, - отчего-то, после того как они обменялись прикосновениями к оружию, он назвал лорда просто по имени. - На Арборе бывает много купцов, и зачастую они привозят вещи, настоящая цена которых, не говоря уж про ценность, неизвестна им самим. Я был ещё ребёнком и, наверное, единственный раз за всю жизнь устроил отцу скандал - требовал купить их. Но история этих мечей, к сожалению, неизвестна. Я назвал их Пасынками.. так зовут определённые побеги виноградной лозы. Позже я заплатил немалые деньги за небольшую переделку мастеру из Цитадели. Безымянному, потому что он не имел права принимать такой заказ.

 

Договорив, он положил ладонь на рукоять Бури и неторопливо провёл рукой до самого лезвия. Потом взялся одной рукой, поднял секиру с пня, улыбаясь и хмурясь одновременно - так она казалась не просто тяжёлой, а с трудом подъёмной. Но стоило ему взять её правильны двуручным хватом, вес словно исчез, моментально разойдясь по плечам и спине. Медленно, не боясь того, что его движения выглядят ученическими, Дейл описал лезвием полукруг, приноравливаясь. Расставил ноги пошире и сделал выпад вперёд, всё так же плавно скругляя движения. Инерция тяжёлого оружия, не встречающего цели, потребовала двигаться дальше, и он сделал следующий шаг, следующий замах, теперь широкий, постарался резко застопорить движение.. и рассмеялся удивлённо и.. счастливо.

 

— Да это совершенно по-другому! Надо будет взять уроки.. Но..

 

Он повернулся к Сервину, глаза его сияли:

 

— Но ведь она пробьёт любую броню!

 

[Князь Вольтецкий]

Не знаю почему никто за Веларионом не видит смердящий кровавый след, выдаваемый его действиями и словами.

Смердящий кровавый след. Какая ирония слышать подобные слова от человека, признавшегося в убийстве леди Болтон, которую Рейн сам едва не отправил на возможную смерть. Эдвин давно перестал различать запах смерти. Лорд Кастамере попросил у слуги вина, чтобы расслабить напряженные от тяжелого дня мозги. Во рту было сухо от долгих речей в течение целого дня, а живот урчал, напомиая, что он так ничего и не поел.
Эдвин отпил немного вина и прикрыл глаза. Даже если Веларион окажется невиновным, у них все еще есть время, но думать об этом не было желания. Больше всего ему сейчас хотелось… он не знал, чего. Рейн сделал еще один глоток.

[Laion]

Не доверяю: Братья Тиреллы, леди Мормонт, лорд Рейн.

— Готов повторить слово в слово, кроме, возможно, Рейна.

 

- Безумно радует, что за четыре дня я успела четырежды заставить сменить о себе мнение... - вздохнула Ламина. -  Похоже, не все еще потеряно и я когда-нибудь, возможно, стану настоящей ветреной кокеткой, а не просто десятибалльным штормом с Медвежьего острова. 

Леди Мормонт прикоснулась к саднившему искусанному краешку губы и с непониманием посмотрела на капельку крови, оставшуюся на кончике пальца. 

[Nomides]

- На самом деле, мейстер Оливер, я бы хотел принести вам свои извинения. Терять близкого человека всегда тяжело, особенно когда ты никак не можешь на это повлиять. Вам лишь остается смириться и принять это. И, если вы сможете, простить меня. Впрочем, вы в праве не делать этого. От себя лишь добавлю, что был лишь орудием в руках правосудия и исполнял последнюю просьбу Хранителя Севера. Вы должны понять, что от слова, которое я дал лорду Старку, в этом случае не отказываются. Это была бы измена не только перед Бероном Старком, это была бы измена Северу. И уж если я выяснил, что за покушением на Элиссу Хилл стояла ваша сестра, надо было действовать. От себя добавлю, что она не мучилась, ее смерть была быстрой. Мужайтесь, мейстер Оливер, а мне остается лишь молить богов за то, что я выполнил свой долг так быстро, как это было возможно. Изменено 23 октября, 2016 пользователем Nomides

[Энди-с-Лицом]

- Брат, тебе  не  приходили никакие вести из  Хайгардана спросил  он его тихо  - Ты сказал, что мы не должны были участвовать в войне?

 

- Думаешь, с отрядом в полторы сотни... - "...предателей..." - рыцарей мы пошли бы штурмовать Пайк? - Алестер говорил это, оттягивая момент, когда нужно будет или рассказать о послании родителей, или начать врать. Причем все это - в присутствии Ламины, которая сидела достаточно близко, чтобы все слышать. - Брось. Покрутились бы в арьергарде, помахали знаменами, послужили бы охранением для штаба, в который нас для галочки бы взяли... Нас не посылали на войну. Ладно, ты-то имеешь право знать... Мы участвуем в войне, оплачивая войну. Резать людей - дорогое удовольствие, которое кому-то предстоит оплатить. Почему бы и не нам. Поверь, сундук с золотыми драконами оказался лучшим подкреплением, которое в кратчайшие сроки смогли бы переправить лорды Простора.

 

Говоря это, он не сводил пронзительного взгляда с брата, взвешивая и оценивая. И думал о том, как воспримет новость Ламина. Ей доставлять боль хотелось меньше всего, особенно сейчас, после того, как он, а не лорд Веларион, чуть не вышел из комнаты, ведомый под руки стражниками лорда Блэквуда. Но... кто-кто, а они имеют право знать, тем более что скрывать сколько-нибудь долго такую новость невозможно. Алестер еще надеялся выбраться из этой истории живым, и тогда придется рассказать в любом случае...

 

- Но война здесь, на Севере, послужила удобным поводом для куда более мелкой и глупой интриги, - негромко, так, чтобы слышали только Эртур и Ламина, начал он. - Наши родители... заигрались. Помнишь ту девочку, которая была на Эшфордском турнире, ее подсадили ко мне на трибуны, Меранда Тарли? Очаровательная дурочка, из лучших южных барышень. Мать придумала заключить наш с ней брак. Великолепная... партия, - от буквально выплюнул это слово. - Посчитав, что ни твоего, ни моего присутствия для заключения брачного договора не требуется, они нас услали, а мать рванула в Рогов Холм. Сегодня я получил письмо, в котором мне вежливо "напомнили" о моем долге и заключенном договоре. И самое интересное, что поводом к тому послужила моя близость с тобой, - он посмотрел в глаза Ламине, отмечая искусанную губу и недоумение в глазах. - Кто-то счел необходимым уведомить моих дражайших родителей о тебе. Полагаю, это был сир Донаван, мой знаменосец, который, к счастью, сейчас уехал с большей частью отряда в Рейвентри.

 

Он сделал паузу, но взгляда не отвел.

 

- В одном мои родители просчитались. В том, что недооценили меня. Не я первый, кто собирается нарушить волю родителей. Если ты готова. Предупреждаю: розы Хайгардена увиты шипами. Я готов продираться через эти заросли, - он хищно усмехнулся, - все же родные люди! - фраза сквозила сарказмом.

[Кайра]

- Ты же знаешь  леди  - мать попытается подсластить пилюлю для Тарли мной  или надавить  на меня этим.  Эртур  задумался,  да  отослав  нас сюда, чтобы  уберечь нас впутали  в смертельную интригу.  Он  усмехнулся   даже не знаю, что  будет  хуже  погибнуть  тут  или выдержать гнев и интриги родителей.

 

- Я тебя поддержу даже если мне  придется обидеть их  уехав  в замок  Кордвайнеров, чтобы они не разорвали мою помолвку с леди Таллой   и жениться  не  в септе Хайргандена, вернусь домой уже с женой  против  этого они пойти уже не смогут

[Лакич]

Пару минут Оливер, кажется, благополучно выпал из реальности, явно не ожидая подобных слов.

- Если вы думаете, что ваши слова что-либо смогут поменять, - мейстер лишь грустно покачал головой, - доброй ночи, милорд, - и через пару мгновений Болтон поспешил удалиться, не понимая, происходит ли это наяву или все происходящее - лишь плод его больного воображения, подогретого маковым молоком.

Как же хотелось, чтобы второй вариант был правдив...

[Laion]

Сегодня я получил письмо, в котором мне вежливо "напомнили" о моем долге и заключенном договоре. И самое интересное, что поводом к тому послужила моя близость с тобой, ... Кто-то счел необходимым уведомить моих дражайших родителей о тебе
Он сделал паузу, но взгляда не отвел.
- В одном мои родители просчитались. В том, что недооценили меня. Не я первый, кто собирается нарушить волю родителей. Если ты готова. Предупреждаю: розы Хайгардена увиты шипами. Я готов продираться через эти заросли, 

 

Оказаться в центре семейных интриг южан? Ламина могла себя бы, наверное, поздравить со столь быстрым вливанием в.. как там говорил Алестер.. "войну престолов"?  

 

- Я готова. - совсем тихо ответила она, глядя в глаза Алестера. - Но ты уверен, что не будешь жалеть о том, что пошел против их воли? 

[Энди-с-Лицом]

- Ты же знаешь  леди  - мать попытается подсластить пилюлю для Тарли мной  или надавить  на меня этим.

 

- Главное - убедить Сэма, что с таким раскладом он не навлечет на себя гнев нашей семьи, если несколько ускорит процесс бракосочетания. Как только мы отсюда выберемся, - он подчеркнул эти слова, - мы отправим ворона в Винтерфелл. Конечно, женитьба в первой попавшейся септе - это не то, о чем вы мечтали... но мы можем поехать в Королевскую Гавань. Внушительный крюк, но против брака, заключенного в септе Бейлора, никто ни слова сказать не посмеет.

 

- Я готова. - совсем тихо ответила она, глядя в глаза Алестера. - Но ты уверен, что не будешь жалеть о том, что пошел против их воли?

 

- Я никогда не любил родителей... и это у нас взаимное, - в тон ответил Алестер. - Но не любить и откровенно бояться собственного сына... Такой трусости от Лео Тирелла я не ожидал. Вот и вся его турнирная доблесть... эмаль на доспехах, и та надежней. И я не вижу причин потворствовать его трусости. Он считал, что меня стоит бояться... я постараюсь соответствовать чаяниям родителей. Но... это все не так уж важно. Спасибо, Ламина, - он потянулся и сжал ее пальцы в своих.

[Кайра]

- Главное - убедить Сэма, что с таким раскладом он не навлечет на себя гнев нашей семьи, если несколько ускорит процесс бракосочетания. Как только мы отсюда выберемся, - он подчеркнул эти слова, - мы отправим ворона в Винтерфелл. Конечно, женитьба в первой попавшейся септе - это не то, о чем вы мечтали... но мы можем поехать в Королевскую Гавань. Внушительный крюк, но против брака, заключенного в септе Бейлора, никто ни слова сказать не посмеет.

- Думаю  лорд   Сэм   не пойдет  против   наследника  он умеет  смотреть в будущие.  - Семеро из - за интриг  матери, я даже  боюсь не успею проститься  с отцом  Эртур помнил как плох  был  Лео  Тирелл, когда они уезжали- Сделаем крюк  и  две свадьбы  в один  день.  - Добро пожаловать в нашу семью  Ламина, сказал ей Эртур,  не скажу, что все такие приветливые, но все же  думаю ты справишься.  - Думаю,что  все же наша леди - мать воспользовалось  болезнью отца.

[Laion]

Но... это все не так уж важно. Спасибо, Ламина, - он потянулся и сжал ее пальцы в своих.

 

В ответ Ламина тоже сжала пальцы Алестера  и улыбнулась: - Кажется, это совершенное безумие.. Но я тебе верю. И... - она взглянула на Эртура, слегка запнулась и продолжила: - Я люблю тебя. 

 

Добро пожаловать в нашу семью  Ламина, сказал ей Эртур,  не скажу, что все такие приветливые, но все же  думаю ты справишься.

 

- Я буду не одна.  - леди Мормонт  качнула головой: - Мы справимся вместе. 

 

 

Х

Спойлер

до завтра. Спасибо за игру! 

[Nomides]

Ранее, утром во дворе.

 

Спойлер

Дейл прежде понаблюдал за тем, как Сервин "играет" с его мечами. Ревности он, вопреки ожиданию, не почувствовал, но видеть их в чужих руках было непривычно. Северный лорд не был великаном ни по росту, ни вширь, но мощь била сквозь его ладную фигуру, движения были точны, и в них чувствовалась сдержанность, какая бывает, когда вес оружия меньше, чем привычно, и пара светлых мечей казалась в его руках именно что игрушками.
Тем более "настоящей" и грозной казалась Снежная Буря, древка которой он пока что едва коснулся пальцами.

— Мечи приехали из-за моря, Хьюго, - отчего-то, после того как они обменялись прикосновениями к оружию, он назвал лорда просто по имени. - На Арборе бывает много купцов, и зачастую они привозят вещи, настоящая цена которых, не говоря уж про ценность, неизвестна им самим. Я был ещё ребёнком и, наверное, единственный раз за всю жизнь устроил отцу скандал - требовал купить их. Но история этих мечей, к сожалению, неизвестна. Я назвал их Пасынками.. так зовут определённые побеги виноградной лозы. Позже я заплатил немалые деньги за небольшую переделку мастеру из Цитадели. Безымянному, потому что он не имел права принимать такой заказ.

Договорив, он положил ладонь на рукоять Бури и неторопливо провёл рукой до самого лезвия. Потом взялся одной рукой, поднял секиру с пня, улыбаясь и хмурясь одновременно - так она казалась не просто тяжёлой, а с трудом подъёмной. Но стоило ему взять её правильны двуручным хватом, вес словно исчез, моментально разойдясь по плечам и спине. Медленно, не боясь того, что его движения выглядят ученическими, Дейл описал лезвием полукруг, приноравливаясь. Расставил ноги пошире и сделал выпад вперёд, всё так же плавно скругляя движения. Инерция тяжёлого оружия, не встречающего цели, потребовала двигаться дальше, и он сделал следующий шаг, следующий замах, теперь широкий, постарался резко застопорить движение.. и рассмеялся удивлённо и.. счастливо.

 

 

Ощущения были.. странными. Нет, Хьюго и раньше держал в руку мечи и вполне хорошо умел ими пользоваться, но то были мечи северного образца, среди которых, даже самые легкие, одноручные, не полуторные, образцы были как минимум в два раза тяжелей каждого из Пасынков. Но эти два клинка из далеких земель давали совершенно другие ощущения при взаимодействии с ними.

Сервин взмахнул еще раз одним, потом другим, описывая в воздухе полукруг, вертясь, представляя перед собой цель и стараясь попадать по ней наиболее точно острыми краями лезвий, либо протыкая её. Приходилось думать сразу о двух клинках одновременно, помимо того, контролируя оба отдельно, в отличие от секиры, которая при должной сноровке сама двигалась по направлению к цели, надо лишь было правильно задавать ей скорость, направление и силу удара.

 

— Думается мне, лорд Редвин, оба эти меча должны быть продолжениями рук воина, в отличие от секиры, которая должна быть продолжением самого воина целиком, - сказал Сервин, пытаясь разнообразить и придать легкость каждому выпаду и стараясь делать их как можно более точными, ведь именно в точности кроется секрет мастерства использования таких двух легких мечей, ими ведь конечность в тяжелом доспехе не отрубишь, елси не знать, куда целить острым клинком. Острота, скорость и грация - южные традиции, не северные.

 

— Да это совершенно по-другому! Надо будет взять уроки.. Но..

 

Он повернулся к Сервину, глаза его сияли:

 

— Но ведь она пробьёт любую броню!

 

— С той, что мне приходилось сталкиваться, а вы понимаете, что на Севере водится вполне себе крепкая броня, если не брать во внимание броню из валирийской стали, она справится без проблем, - прокряхтел Хьюго после очередного выпада с двух рук.

 

— "Пасынки", интересные имена. И как же вы их отличаете? Где Первый пасынок, а где Второй, - рассмеялся Сервин. - Откуда взялось название у нашей родовой секиры "Снежная Буря", не знает никто. Она перешла к моему отцу от его отца, а отцу моего отца от его отца. И так поколение за поколением. Либо в свое время кто-то забыл сказать своему наследнику, откуда она взялась, либо погиб в какой нибудь битве, так и унеся с собой в могилу эту историю. Одни предания говорят, что один наш предок, Вирго Сервин, нашел её во время похода в северные земли, путь его отряда проходил через гористую местность, началась страшную гроза со снегопадом и ои укрылись в пещере, где он и нашел эту секиру. Согласно второй легенде, Йогрим Сервин был знаменитейшим северным кузнецом, который собирался выковать поистине легендарную секиру, вложив в нее все свои знания и опыт, но во время работы поднялся сильная метель, мело так, что света белого было не видно, кругом стало все заносить снегом. Кузня находилась во дворе, лишь одной стороной была прикрыта стеной, так что заметало там знатно. Но Йогрим не сдался, лишь сильнее раздувая меха и продолжая делать работу всей своей жизни, в результате которой появилась эта секира.

 

— Дейл, позвольте уж так к вам обращаться, без приставки "лорд", вы говорили, помнится мне, что после совета, если уж, конечно, все сложится благополучно, - прихмыкнул Хьюго. - Вы хотели посетить Стену? Чтобы посетить её, надо проехать через многие северные земли, а потом возвращаться обратно и по пути заехать, может быть, в другие места, где вы не были. По тем же дням, что вы уже находитесь в наших землях, скажите, как вам Север? Вам, видимо, есть с чем сравнивать, вы, пожалуй, много где побывали за свою жизнь. Расскажите мне. Или лучше, все таки, сделать это позже, боюсь, это будет долгий рассказ, а прерывать тренировку я не хочу ни вам, ни себе.

[Энди-с-Лицом]

- Думаю  лорд   Сэм   не пойдет  против   наследника  он умеет  смотреть в будущие.

 

- Скорее, он может опасаться настоящего... - протянул Алестер. Эртур проявлял свойственную ему веру в лучшее и некоторую наивность. Сам Алестер полагал, что от рационалиста-Корвайнера можно ждать какой угодно реакции, даже учитывая то, что брак с Эртуром для Таллы был, если говорить начистоту, неплохим вариантом. Но вот оказаться затянутым в семейный скандал Тиреллов, грозящий принять сокрушительный масштаб, Сэм мог не захотеть. Оставалось надеяться, что Алестеру удастся то ли перехитрить, то ли убедить заботливого отца. В конце концов, это меньшее, что ему предстоит.

 

- Я буду не одна.  - леди Мормонт  качнула головой: - Мы справимся вместе.

 

И, пожалуй, хотя бы ради того, чтобы эти слова оказались правдой, он готов был на любые безумства. Алестер слабо улыбнулся и молча кивнул.

 

- Несомненно, - уверенно сказал он, поднимаясь с осточертевшего кресла. - А сейчас... спокойной ночи, Эртур, - попрощался он.

 

Из зала собраний они вышли рука об руку, пожалуй, чуть ближе, чем полагалось по этикету. Но Алестер подумал, что в замке и без того все, похоже, в курсе как минимум их близких отношений, так что в своем письме он даже не сильно покривит против истины, указав, что об их помолвке объявлено публично. Но не отступающие от предстоящих бед мысли начинали утомлять. Он постарался загнать их подальше и насладиться хотя бы этим моментом, как каждый вечер, в исчезающе малое время, когда они могли позволить себе выцарапать у обстоятельств несколько минут уединения, даже если это уединение - всего лишь прогулка до покоев Ламины.

 

В коридоре ничего не менялось, только на страже стоял уже другой человек. В неверном свете факелов он опять всмотрелся в ее прекрасные черты, не терявшие красоты даже из-за усталости и искусанных в кровь губ. Прощаться на ночь не хотелось, но ему следовало составить послания, заключив в форму вежливых оборотов величайшую в своей жизни дерзость.

 

- Мне нужно идти. Вороны должны отправиться сегодня же, - словно оправдание, произнес он, нехотя выпустив ее руку.\

 

X до завтра

[First Contact]

Ночь со второго на третий день
Шатёр Редвина, продолжение

Спойлер

..То есть... ты не считаешь, что я урод?.. Калека?.. - вдруг быстро спросил Толхарт. - Я видел это во взгляде леди Моллен на свадьбе. Что бы она потом ни делала, я уже это заметил.

Вот тут уже Дейл удивился по-настоящему. И даже машинально переспросил:

— У-урод?.. О, Семеро! Нет, конечно! У тебя больная нога, и это, само собой, отражается на походке и осанке, но уродство?.. Не знаю, что там увидела леди Моллен, - он действительно попытался понять, может быть впервые в жизни стараясь посмотреть на ситуацию глазами женщины.. и не смог, - но возможно она видит как-то иначе. И.. я удивлён, что ты сам, судя по всему, думаешь так о себе.

Он плеснул ещё вина в кубки и сделал добрый глоток из своего.

— Час уже поздний, а завтра, полагаю, нас вновь ждут.. дела. Я говорил бы с тобой до утра, но будем оба клевать носами и с трудом отличать леди Болтон от лорда Боррелла. Не пора ли отдохнуть?

И в рыжей голове не мелькнуло даже пары лишних мыслей. Если только так.. одна.
 
- Я бы мог стать рыцарем, - намного тише проговорил Рональд чуть в сторону, - а стал... хромым.
 
Он не стал больше пить, хотя и посмотрел на вновь наполненный кубок.
 
- Да... ты прав, Дейл, пора. Но можно... я останусь здесь?

— Ну подожди, надо послушать мейстеров в Цитадели. Всё же нога не рука, может быть твоё желание ещё осуществится, - Редвин говорил не спеша, не отвечая пока на просьбу юноши, потому что, вглядываясь в его лицо, пытался понять, что стоит за ней. Наконец, чуть помолчав, он "спохватился": - Да, конечно! Я прикажу слугам поставить вторую кровать. Они возят её, всё опасаясь, видимо, что эту я однажды сломаю. Ну а иначе зачем..

Он поднялся и двинулся ко входу, чувствуя себя странно. Он не был пьян, его странное свойство оставаться трезвым после изрядного количества вина никуда не делось, но в голове всё смешалось и собственные, какие-то глуповатые слова про вторую кровать всё крутились и крутились в ней.

— Эй! Марк!.. Поставьте вторую кровать, лорд Толхарт будет нынче моим гостем, - отдал он распоряжение и вернулся к столу.
 
- Благодарю, Дейл, - ответил юноша, будто бы не заметив замешательства Редвина. А может и на самом деле ничего не заметил.
 
Вскоре появились слуги, неся длинный чехол, из которого споро достали рейки и опоры и собрали каркас. Следом появился матрас, набитый сеном, и наконец покрышка из овечьих шкур с мелким плотным завитком.
Когда слуги закончили ставить вторую кровать, Рональд быстро допил из кубка, встал, теперь особенно явно опираясь на трость, и пошел к ней. Сев, он расшнуровал рубаху на груди, скинул сапоги и лег, заложив руки за голову и глядя наверх, куда не доходил свет жаровень и ткань шатра терялась в тенях. Редвин не смотрел, как укладывается Рональд, отвернувшись и тихо разговаривая со слугами о каких-то хозяйственных делах. Потом вышел из шатра на короткое время, а вернувшись, взял тот большой плащ, завернувшись в который сидел нынче на совете и от которого "спас" его Рональд, когда они только пришли сюда, и подошёл к кровати юноши.
 
— Хотя вино и горячит, но под утро здесь становится прохладно, жаровни прогорают. Я.. накрою тебя?
 
- А ты не замерзнешь?.. Дейл... - пока Редвин выходил по делам, захмелевший Рональд все-таки начал засыпать.
 
— Это не единственный мой плащ, - усмехнулся Дейл, - и даже не самый тёплый, если честно. Так что не беспокойся..

В слабом неверном свете жаровень он смотрел на сонного Рональда, чуть склонив голову к плечу, и думал, что в его жизни такое безграничное доверие испытывали к нему, быть может, только его сыновья. Толхарт был умён, в этом Дейл убедился, наблюдая за тем, как преображается тихий и даже робкий юноша на совете, когда забывает о том, что он всего лишь младший сын и калека. И он был сегодня недостаточно пьян, чтобы не учитывать признание Дейла о собственном тайном опыте, когда решил остаться ночевать у него. Между тем, ничто в его поведении не говорило о том, что остался он именно из-за этого признания. Если это и было так, то только как демонстрация , что ничто меж ними не изменилось и расположение Рональда осталось прежним. Точь-в-точь. И от этого точь-в-точь Дейлу было самую капельку грустно. Он взмахнул тяжёлым плащом и аккуратно укрыл юношу.

— Доброй ночи, лорд Толхарт. Пусть будут сладкими твои сны, - тихо сказал он уже уснувшему Рональду и направился к своему ложу у другой стенки шатра. Усевшись, он стянул сапоги и котту, и только потом вспомнил, что забыл взять другой плащ. Босиком прошёл к сундуку, вернулся и наконец улёгся. Турнирный плащ, такой же большой, но куда более лёгкий, чем тот, под которым сейчас спал Рональд, в сундуке был переложен лавандой и цитрусовыми корками, и их запах теперь навевал на Дейла мысли об Арборе - его виноградниках, лавандовых полях и апельсиновых рощах. Он думал, что легко уснёт, но вдруг понял, что не может. Обострившимся слухом он ловил тихое дыхание Рональда, само его присутствие в шатре не давало уснуть, и мысли о полях и рощах то и дело сменялись совсем иными. Дейл проворочался до самого утра и уснул, лишь когда забрезжил солнечный свет.

[Звездочет]

Толхарт и Редвин, третий день
после голосования

Спойлер

Он повернулся к Рональду и спросил, как нечто, само собой разумеющееся:
— Пойдёмте, лорд Толхарт?
- Пойдемте, лорд Редвин... да, - ответил Рональд Дейлу чуть смущенно.

Спуститься в этот раз по лестнице, покидая башню, где находился зал собраний, вышло быстрее и проще - не потому, что Рональду стало удобнее по ней ходить, а потому, что за несколько дней было несложно изучить уже ставший привычным маршрут. Толхарт шел рядом с арборцем, припоминая, как проснулся сегодня в его шатре. Хозяин все еще крепко спал, размеренно и глубоко дыша, но слуги уже были на ногах - тут же подали завтрак, словно получив об этом приказ, и проследили, чтобы у Рональда было все необходимое для подготовки к новому дню. Толхарт постарался вести себя очень тихо, что у него прекрасно получилось, и ушел, так и не потревожив Дейла.

Когда они оказались на дворе, Редвин остановился.
— Ты голоден? Я думал зайти на конюшню, проведать Нектара. Хорошо бы промять его, но за пределы замка нас не выпустят. Хотя.. если поехать в сопровождении людей Блэквуда одним и без оружия, может быть и удалось бы договориться. Но, честно говоря, удовольствия мало. Здесь есть площадка, на ней дважды в день Нектара гоняют на корде, может этого и довольно.

- Нектара? Это тот самый жеребец, к которому была неравнодушна моя кобыла? - Толхарт усмехнулся, выходя из задумчивости. - Конечно, давай туда зайдем. А с ужином можно и обождать... или станем, словно твой старший брат.

Юноша улыбнулся и даже легонько потрепал Дейла за плечо. Почему-то вдруг ему стало хорошо на душе.

Ответная улыбка была такая открытая и радостная, что Дейл будто засиял - и без того яркий, рыжий в лазорево-бордовых одеждах.

— Я очень рад, что ты со мной, Рональд, - просто сказал он и тут же переключился на лошадей, зашагав к конюшням. - Нектар - да, тот самый, что так пленил твою безымянную. Моя основная лошадь. Я давно не выезжал на ристалище, и мой прежний турнирный конь уже отправился на покой.. но Нектар выезжен, как боевой. Так что на нём можно и выступать. Вообще, одна лошадь - это неправильно. Но если с Нектаром что-то случится, я пересяду на другую, а пока с ним всё в порядке, не хочу размениваться. Так же считал и Алан, но его Янтарь вообще никого, кроме него, не признавал. Однажды я проехался на нём, когда Алан растянул лодыжку, и мейстер настрого запретил ему садится верхом. Янтарь честно повозил меня по кругу, но когда я похлопал его по шее, изогнулся и хватил меня за ногу. Я дал ему кулаком промеж ушей, неизвестно чем бы кончилось дело, но тут подоспели коноводы и, несмотря на все мои вопли, нацепили на него развязки и держали вшестером, пока я не слез. Он-то ничего особенного не делал, но может быть потому что умел считать и понимал, что шестерых мужиков, повисших на железе в его рту, не утащит. Потом, когда мейстер зашил мне ногу, я подумал, может, они и правильно всё сделали.

Дейл остановился и, ухватившись за локоть Рональда, стянул сапог и задрал штанину. Выше щиколотки отчётливо видны были шрамы от чудовищного укуса.

— По счастью, зубы Янтаря лишь скользнули по кости, ничего серьёзно не повредив. Алану я ничего не рассказал, запретив свидетелям даже вспоминать об этом. Насколько я знаю, так ничего и не всплыло.

Рональд, придерживая арборца, наклонился и провел пальцами по шраму, полностью затянувшемуся, но еще не старому. Он не спросил, было ли это больно - вопрос был бы просто глупым, он не выразил особого сочувствия - в конце концов, Дейл Редвин рыцарь, а он сам - не благородная девица, чтобы охать при виде крови, не стал и интересоваться, серьезное ли было повреждение - Редвин явно чувствовал себя уверенно во всех движениях и не подавал виду, что была какая-то травма. Единственно, Рональд удивился, что совершенно не заметил шрам тогда в купальне.

- Не жалеешь, что сел на того коня?

— Жалею, что врезал ему, - тут же ответил Дейл, надевая сапог и стараясь поскорее выкинуть из головы аккуратные прикосновения к себе. - В этом была половина причины, почему я запретил говорить Алану о произошедшем. У них были особые отношения, и для Янтаря, полагаю, то, что я сел в его седло, было сродни изнасилованию. Мне было кошмарно больно - рваная, дурная рана, мейстер возился с ней битую пару часов, а я ещё, как дурачок, сначала отказался от макового молока.. ну а потом уж и забыл, что оно существует, думал только, как бы не орать. Но обошлось без последствий, так что сожалений не осталось. Полагаю, у тебя не так. Но если удастся починить твоё колено, может быть, и сожаления со временем исчезнут. Ну а если нет.. пусть это будет самой большой глупостью в твоей долгой и счастливой жизни, Рональд. Свою я, кажется, ещё не совершил, и знаешь, лучше бы она была уже позади.

- Вряд ли коню было так же больно, - Рональд пожал плечами, - а если дело в обиде, то, наверное, вы квиты.

Он отпустил предплечье Дейла и пошел дальше к конюшне. До нее оставалось не так много, поэтому юноша перехватил трость в руки и зашагал без нее, хоть и прихрамывая чуть сильнее.

- Пусть это будет самая большая глупость и в твоей жизни, Дейл, - Толхарт снова усмехнулся, - я же больше не собираюсь садиться в седло такой лошади, с которой точно не смогу справиться. А настоящий боевой конь мне больше ни к чему, даже если в Староместе мне помогут.

— Больше не хочешь шпоры? - с некоторым удивлением спросил Дейл, чувствуя, что Рональд всё же огорчился, но не желая переводить тему и делать этим, быть может, ещё хуже.

- Не думаю, что они мне все еще нужны, - так же спокойно сказал Рональд и продолжил, останавливаясь перед входом в конюшни, - особенно, если удастся все, о чем мы говорили прежде.

— Одно другому не мешает, - улыбнулся Дейл и тут спохватился. - А вот угощения мы и не взяли.

Но беспокоился он напрасно - у самого входа в конюшню, где разместили господских лошадей (прочие, а их было очень много, стояли у наскоро сколоченных уличных коновязей и в стойлах), обнаружилась бочка с водой, в которой плавали яблоки. Взяв парочку, Дейл двинулся по проходу, туда, где стояли кобылы. Так же подхватив несколько яблок, Толхарт, как мог, поспешил следом.

- Дейл... я хотел кое-что у тебя спросить, - негромко обратился Рональд, останавливаясь возле своей приветливо заржавшей кобылы. Однако юноша смотрел не на нее, а по сторонам, пытаясь понять, могут ли их услышать.

Редвин понял, почему озирается Рональд и тоже огляделся. Но никого не было. Открыв дверь денника, он пропустил внутрь хозяина и потом вошёл сам.

— Да?

- Как ты понял, что...ну... извини, если вопрос слишком... в общем, что... тебе нравится быть... не с женщинами, - Рональд, как ему показалось, задавал свой вопрос целую вечность. Преодолевая неловкость, он сначала смотрел в лицо Редвина, но потом все-таки отвёл глаза и почесал холку кобыле, недоумевающей, почему эти двое принесли яблочки и до сих пор не угостили её.

Редвин прислушался - в конюшне и правда было тихо, только лошади мерно хрумкали сеном.

— В процессе, - Дейл не шептал, но говорил едва слышно, разломив яблоко и скармливая кобылке. - Узнав, что так делают, я не испытал брезгливости, только удивление, а потом почувствовал любопытство. Вероятно, человек, который объяснял мне, почему так происходит, сделал это как-то.. правильно - он не рассуждал о любви или о том, что "такие" мужчины какие-то там особенные.. Лишь о том, что два благородных человека могут провести время по-разному приятно, и если степень доверия велика, то почему бы не дать друг другу нечто в том же роде, что слишком дорого достаётся от женщин. Он, при этом, чётко разграничивал дозволенное при таком общении, и довольно резко отзывался о.. том, когда один мужчина позволяет другому овладеть собой противоестественным образом. В общем, послушав его.. а мне тогда едва минуло семнадцать лет, я решил, что всё звучит достаточно разумно и достойно. И когда спустя какое-то время оказался в ситуации.. в соответствующей ситуации, не стал делать вид, что меня это не интересует.

Кобылка, доев последний кусочек яблока, обследовала пустые ладони Дейла, разочарованная отвернулась к хозяину. Толхарт какое-то время молчал, позволяя кобыле отнять все принесенные яблоки, а после принялся почесывать ей шею.

- Это отличается от ночи с женщиной? - спросил он, кажется, еще тише.

Дейл коротко, остро глянул на Рональда и едва заметно нахмурился. Он пожалел о том, что, в сущности, повторил то же "нестрашное" объяснение, что и сам получил когда-то.

— Рональд.. Уверен ли ты, что хочешь думать об этом?.. Стоит ли тебе думать об этом?..

- Я подумал, что... у меня велика степень доверия... к тебе, - почти прошептал юноша, отходя в сторону от кобылы. Он не знал, куда ему деть взгляд, руки, и что сказать дальше, да и правильно ли будет вообще что-то еще говорить. Но сообщить Редвину, что ему приятно вспоминать тот вечер в купальне, решимости все-таки хватило.

Дейл тоже молчал, рассеянно почёсывая кобылку между глаз - та теперь стояла смирно, словно стараясь не мешать важному и непонятному ей разговору. Редвин же пытался осознать произошедшее и понять, это он шаг за шагом подвёл Рональда к такому признанию или всё произошло помимо его воли. "Ты задурил голову несчастному искалеченному мальчишке из медвежьего угла, ослепил и очаровал его своим южным блеском.. взрослым блеском.. Ты видел, что происходит, что он пытается быть похожим на тебя.. и не остановился там, где следовало бы.." Он думал и мрачнел, не глядя на Толхарта, но когда повернулся и встретил взгляд тёмных глаз, ничего "несчастного, искалеченного и задуренного" не увидел. Вспомнилось, как Рональд без страха выступал против могущественных лордов на совете. С какой спокойной уверенностью сказал, что рыцарские шпоры его более не интересуют, если теперь его ждёт другая жизнь на Арборе. И наконец Дейл спросил себя, испытывает ли он сам ту самую степень доверия, что бы ни скрывалось под этими словами. Вопрос был праздный, ненужный. Он опоздал сегодня на совет, потому что до обеда спал и видел яркие и совершенно непристойные сны, до того проворочавшись до утра, не в силах уснуть в одном шатре с этим человеком.

— Я.. тоже доверяю тебе, Рональд, - сказал он.

Толхарт сделал еще один шаг от своей кобылы, только на этот раз уже в сторону Дейла, подходя к нему ближе. Он не знал, что теперь сказать. Ему никогда не приходилось искренне изъясняться даже перед леди, не то что перед высоким и широкоплечим, рыжим и длинноволосым лордом с Арбора. Хотя... он обещал научиться ничего не осложнять.
Глядя в глаза Редвина, Рональд коснулся его руки. И в этом жесте не было нерешительности.

Губы Дейла дрогнули, он улыбнулся, не разжимая их, в глазах вспыхнули весёлые огоньки. Кажется, он тоже вспомнил, что не стоит осложнять простое. Их разделял едва шаг и Дейл сделал его, скользнув рукой на локоть Рональда, наклонил голову и прошептал ему в ухо, касаясь щёки волосами:
— Может быть, всё же, уйдём отсюда?

- Мне кажется, моя лошадь в порядке. И Нектар... тоже, - тихо ответил Рональд, чувствуя, что говорить ему стало сложнее. Чувствуя очень близко дыхание Редвина. Чувствуя, что сомнения были глупы.

— Нектар отлично себя чувствует, - подтвердил Дейл, чуть отстранившись от уха Рональда и уже не шепча, а говоря обычно. Он по-прежнему улыбался, не разжимая губ, а сейчас сжал их сильнее, стараясь не рассмеяться от сказанного самим: как нельзя кстати вспомнился их разговор в купальне "про лошадей". - Пойдём..те, лорд Толхарт. Кажется, у нас появилось одно важное дело.

- Вы правы, лорд Редвин, - ответил Рональд, улыбнувшись. Он чувствовал волнение, но оно было не тягостным, а... предвкушающим. Толхарту тоже вспомнилась купальня, только несколько иначе, - и, наверное, дело особенной важности снова заставит меня остаться в вашем шатре до... до завтра.

Двор показался огромным, дорога до редвинского шатра - бесконечной, тем более, что идти быстро из-за ноги Рональда и под возможными взглядами из окон башен было невозможно. Разговор не складывался, может быть потому, что оба были заняты своими мыслями.. впрочем, бойко перекликающимися.
У самого шатра уже, совершенно некстати с каким-то хозяйственным вопросом подошёл давешний слуга, распоряжавшийся установкой второй кровати, и Дейл терпеливо выслушал его и даже ответил, после чего столь же невозмутимо приказал не тревожить их, если только не начнётся пожар - требуется обсудить дело чрезвычайной важности и секретности. Польщённый тем, что его посвятили в тайну господских занятий, а может, кто знает, и понявший всё, Марк заверил, что исполнит наказ в точности, и ещё, прежде, чем Дейл и Рональд скрылись в шатре, успел сообщить, что холодный ужин уже накрыт.

В который раз Рональд оказывался в шатре Редвина голодным, только теперь ужин не интересовал его совершенно. Вкус губ арборца был пряным, словно лучшая специя с Юга, а, чувствуя, как быстро тот освобождает его от рубахи, Толхарт уже не мог думать ни о чем другом. Разве что о том, как красиво смотрится россыпь веснушек на белой коже.

[Laion]

- Мне нужно идти. Вороны должны отправиться сегодня же, - словно оправдание, произнес он, нехотя выпустив ее руку.

 

В отличие от нее самой во второй вечер голосования, Алестер держался сегодня не в пример лучше. Взглянув в его глаза, в которых сейчас, кроме нежности, притаилась озабоченность навалившимися проблемами ( к которым она, леди Мормонт, имела тоже определенное отношение), Ламина на мгновение сжав крепче его пальцы, отпустила их.

- Боги помогут Вам...  - хотелось сказать больше, прижаться, вдыхая запах, почувствовать тепло его рук и нежные прикосновения губ, но... Улыбнувшись, она добавила тише: -  Нам.

 

И, быстро повернувшись, скрылась за дверью, где, обессиленно прислонившись спиной к двери изнутри комнаты, еще долго прислушивалась к звукам удаляющихся шагов Алестера.

 

Ольгерд, как обычно, уже позаботился и о тепле в комнате, и о горячей воде, и об ужине.. Но сейчас Ламина, не обращая ни на что внимания, вдруг задумчиво остановилась посреди комнаты, почему-то вспомнив слова Рональда Толхарта, которые он сказал о лордах Хайтауэре и Амбере. Он доверял Хайтауэру, потому что тот не мог бы убить лорда Амбера... Горячие молоточки застучали в висках - кажется, она начала понимать, почему лорд Толхарт так сказал... И почему, возможно, считает, что Алестер - один из заговорщиков. Даже, скорее всего, лидер заговорщиков? Нет, нет... Просто, в отличие от лорда Амбера, она совершенно не представляет угрозы для убийц, ведь еще ни разу она не смогла даже близко подойти к разгадке.  А  обвинять на основании того, что ничего  не найдено... Было просто глупо.

 

 

Х до лит итогов.

[Osidius the Emphatic]

День Четвертый

 

 

Спойлер

Рассвет застал Эдмара Блэквуда за рабочим столом. Он писал письма. Одно должно было отправиться в Королевскую Гавань. Одно — в Темноводье, в ответ на полученное накануне послание Виллама Старка. И одно — в Высокий Прилив, для Элии Мартелл. Слова ее сына все еще эхом воспоминания слышались Эдмару. Он заявил, что невиновен, так уверенно и открыто, что в какой-то момент лорд Блэквуд поймал себя на мысли, что и сам был бы готов поверить ему. Стать и валирийская внешность делали Люцериса каким-то нездешним. Все вокруг рядом с этим юношей с серебристыми волосами и ярким фиалковым цветом глаз выглядели обычно, безынтересно. И тем не менее у Эдмара хватало опыта, чтобы сохранить беспристрастность, и недоставало поводов, чтобы ему доверять, а признаваться Веларион не собирался.

Всего несколько капель... Всего несколько капель и одно слово — "да". Да, сын Морского Змея, поплатившегося жизнью за защиту интересов Железного трона, вступил в сговор с Дагоном Грейджоем. Зелье вырвало у Люцериса не только признание, но и лишило его чувств. Он повис на удерживающих его веревках, и в первые мгновения Эдмар посчитал его мертвым. Но нет, к добру или к худу, (1d20=18) наследник Высокого Прилива был жив. Передав его своим доверенным людям, племянник десницы приказал помимо прочего сообщить ему немедленно, как только Люцерис придет в себя.

Надсмотрщик выразил мысль, что пленным нужен осмотр мейстера, но Эдмар оборвал его одним жестом поднятой ладони. Эти люди совершили государственную измену, они знали, на что шли, и одно то, что они оба все еще живы... Крик леди Марбранд нескоро сотрется у него из памяти.

***

 
Они непременно поплатятся за то, что сотворили. Да, шпионы Дагона Грейджоя потеряли двоих, но ни один из них не погиб, и игра еще не окончена. Тело невинного Рональда Толхарта, упав со стены, издало неприятный, чавкающий звук. Это болотная трясина, обступившая крепость с нескольких сторон, приняла мертвеца в свои объятия. Утром его хватятся. Он не вернется в свои покои, не появится на утренней трапезе, не придет на совет. В лучшем случае вороньё решит, что он малодушно сбежал... Впрочем, у заговорщика было слишком мало времени, чтобы как следует поразмышлять о реальных шансах того, что это случится: очередной патруль должен был вот-вот появиться, и необходимость скрыться до того, как это произойдет, была для него почти в буквальном смысле смертельной.

Технические итоги четвертого дня

Спойлер

• Мирные отправили на допрос к Эдмару Блэквуду ниндзя Люцериса Велариона.
• Мафия вывела из игры мирного Рональда Толхарта.
• Шериф не успел ничего узнать, мафия своим убийством отняла у него проверку.

Изменено 24 октября, 2016 пользователем Osidius the Emphatic

[Osidius the Emphatic]

Вчера после собрания

(совместно с Энди)

Спойлер

— Лорд Алестер, — Блэквуд окончил читать принесенные ему письма и поднял взгляд на лорда Тирелла. — Это не мое дело, но... вы вправду намерены отправить это? Вы осознаете, что ни вашему отцу, ни вассальному дому, выражаясь мягко, не придется по вкусу ваш ответ? 

 

— Лорд Блэквуд, вы это серьезно? "Не по вкусу"? — Алестер выдал по-настоящему демоническую усмешку. — Если мой отец еще способен на эмоции, то он будет в ярости. Это, правда, может его убить. Мать будет рвать и метать... но не на людях, про себя, как она всегда делает. Тарли сочтут себя оскорбленными до глубины души такой наглостью и презрением к своим персонам. Единственный человек, который будет рад — это, не поверите, моя несостоявшаяся невеста. Она меня побаивается. Рогов Холм еще долго будет помнить об этом оскорблении — до смерти нынешнего лорда Тарли уж точно. Впрочем, кто знает? Может, мы с ним помиримся, — сарказм в голосе давал понять, что Алестер верит в это не больше самого Блэквуда. — Видите ли, лорд Блэквуд, до меня дошли слухи, что вас хотели поженить на ныне покойной леди Болтон. Знаете, в чем разница между намерениями вашего отца и моего? Ваш не постеснялся сказать вам о своих планах. А один из самых прославленных рыцарей Семи Королевств оказался старым трусом. И этого я ему не прощу. Я женюсь на Ламине Мормонт, даже если мне придется объявить войну ради этого, сколь легкомысленно бы ни звучали мои слова. 

 

Эдмар выслушал Алестера, покачав головой.

 

— Не думаю, что дело в трусости, лорд Тирелл. Я узнал о помолвке от отца, но он не спрашивал моего мнения. Насколько я понял из послания лорда-Хранителя, читателем которого я невольно стал, и из ваших слов, ваши лорд-отец и леди-мать точно так же попросту не сочли нужным информировать вас о планах на ваш брак. Я не вправе одобрять или осуждать ваши намерения, лорд Алестер, да и советовать, пожалуй, тоже, - лорд Эдмар мог бы что-то сказать, но... просто не стал этого делать, — вы поступаете как считаете нужным. Я просто хочу убедиться, что вы осознаете тяжесть возможных последствий и не предпринимаете такой шаг под влиянием одних лишь эмоций.

 

Алестер некоторое время изучал Блэквуда, обдумывая неожиданно сложную задачу. Эдмар был со всех сторон прав. Идти против родителей, оскорблять собственного будущего знаменосца — да про любого другого Алестер сказал бы, что идущий на такой риск — отчаянный смельчак и безумец, что, в сущности, одно и то же. Во все времена то, на что он шёл, грозило страшными последствиями. Но он уже давно принял решение, обдумывая его весь день едва ли не больше, чем имя возможного убийцы. И, что, быть может, ещё важнее — Ламина согласилась с этим решением.

 

— Ставки сделаны, лорд Блэквуд. Я рано вступил в эту игру, всю жизнь в нее играю и не боюсь их повышать. Поставить меньше я не могу и не хочу, а главное — не жалею об этом. В игре престолов или погибают, или выигрывают, — он кивнул агенту десницы, чтобы еще раз подтвердить свои намерения. — Так вы отправите письмо? 

 

— Разумеется, — ледяное самообладание Эдмара не позволило бы ему выразить его истинные мысли по поводу пылкой речи молодого Тирелла. — Я отправлю письмо сегодня же.

 

— Спасибо за помощь, — и с этими словами Алестер невозмутимо проследовал мимо него к своим покоям. Были ли правдой эти слова — что он не жалеет? Разумеется, да. Алестер Тирелл умел быть искренним до конца.

Изменено 24 октября, 2016 пользователем Osidius the Emphatic

[Thea]

Последние события подтвердили теорию Сэма о том, что среди воздержавшихся в первые дни был кто-то, причастный к убийству Старка. Почему-то на Велариона он думал меньше, чем на других. Но это лишь показывало, насколько плохо Сэм разбирался в подобных играх. Что же, наверное, стоило теперь оставшихся перенести в список тех, кому можно доверять. Или хотя бы кому не нужно так сильно не доверять.

 

За Хайтауэра говорит еще и "завещание" Толхарта, который словно боялся не пережить ночь и решил поделиться своими подозрениями. Очень благородный поступок. Но и сам Хайтауэр своими рассуждениями уже убедил лорда Кордвайнера, что ему скорее можно доверять.

 

Болтона можно было исключить пока, учитывая, что среди воздержавшихся уже был найден враг. И то, как его были готовы отправить к Блэквуду многие, в том числе и сам Сэм, тоже скорее говорило за него, чем против. Впрочем, конкретных голосов не было, скорее подозрения. И Толхарт в нем сомневался, как и в самом Сэме, в общем-то, что означало, что Толхарту хоть и можно верить, но и он не мог знать всего. Пока лорд Кордвайнер решил доверять и Болтону.

 

И того получалось, что верить он мог: Форрестеру (как ему не верить?), Сервину (тут тоже все понятно), Хайтауэру (слишком много говорит "за"), Алестеру Тиреллу (точно не был врагом сразу, слишком активен и искренен в первые дни. И вряд ли перебежчик, учитывая рассуждения и активность в последнее время), Ламине (никак не подходило поведение и рассуждения к вражеской стороне)

 

Кому очень хотелось верить: Эртуру Тиреллу (и не только из-за семейной почти связи, в его словах и поведении, хоть и не всегда понятном, не было фальши), лорду Рейну (если и враг, то никак не с первых дней) и лорду Редвину (на уровне какой-то интуиции, из-за его слов - его рассуждений )

 

Но осталось ещё двое, кого нужно было найти. Где их искать? Где они прячутся? Среди тех, что вчера кинулся поторопиться спасти Сервина? Чтобы спрятаться? Или среди тех, кто этого не сделал? Если посмотреть на последних, то голос не поменяли: сам Сэм и Болтон (с голоса против Сервина) и так же лорд Редвин. По логике вещей, один из убийц мог быть среди них троих. Себя Сэм, конечно же, откидывал. Болтон уже был в другом списке, оставался только Редвин. Но тому верил Толхарт и сам Сэм тоже хотел ему скорее верить, чем нет. Тупик...

 

Разумеется, лорд Кордвайнер был готов поделиться своими мыслями со всеми, кому они были интересны. Но пока ему никак не удавалось сузить круг тех, против кого он был готов отдать свой голос сегодня. Слишком много имен. Редвин? Рейн? Даже Эртур? Нет, без очевидных улик против Эртура он голосовать не станет.

 

А каждому, кто спросит Сэма, почему он не поменял свой голос с Сервина, он скажет, что не в состоянии просто в последние минуты так быстро думать, слушать и открывать рот. Особенно, когда слова других так медленно доходят до его ушей.

[Laion]

Наступившее утро, наряду с хорошей вестью  о том, что лорд Веларион оказался одним из заговорщиков, принесло и печальную новость об исчезновении лорда Толхарта.

- Он не мог сбежать.. - Ламина покачала головой и прошептала про себя: - Значит, еще не все.. Кто-то остался.  Знаешь, Ольгерд... Я боюсь, что оставшийся... Не один.

 

Придя в зал собраний, Ламина увидела, что лорд  Кордвайнер уже там, и находится в глубокой задумчивости..

 

 

- Здравствуйте, лорд Кордвайнер. - назвать утро "добрым" у леди Мормонт не повернулся язык.  - Размышляете о произошедшем?  Судя по тому, как лорд Веларион нападал на лорда Рейна и на Алестера Тирелла, они вряд ли с ним связаны, мне кажется.. Если даже предположить, что он так мог отводить подозрения от кого-то из них, то уж очень рискованно, Вы не находите? И лорда Рейна, и лорда Тирелла от  беседы с Блэквудом отделяли всего лишь пара голосов. Причем в случае с Алестером Тиреллом на стороне Велариона выступили достаточно авторитетные господа, к мнению которых прислушиваются.  Слишком опасно, мне кажется...

Поэтому в числе тех, кому я безоговорочно буду доверять теперь - лорд Сервин, лорд Рейн и старший лорд Тирелл. К сожалению, об оставшихся я пока не могу сказать того же.

[Кайра]

Утром  он провел   тренировку  во  дворе,чтобы  отвлечься   от  мрачных мыслей, по крайней  мере  они не послали вчера невиновного на  смерть.   Вернувшись, он   вымылся  надел чистую  одежду, спустился в залу и . поздоровался с лордом  Кордвайнером  и леди  Мормонте, прям в кругу  будущих  родственников

 

Взял   бокал с вином  и начал  рассуждать  - Лорд  Сервин, Лорд  Форрестер  эти   уже определенны.  Доверяю  Алестеру, леди  Ламине, Лорду  Сэму   и  лорду  Джону  Хайтауэру.