Обыкновенное Фэнтези: По Ком Жужжат Пчеломедведи. Игра.

[Leo-ranger]

Список приключенцев:
Альгисиль Эльди
Итаниэль Лориас
Астарот Лориас
Анафема
Анастейша Блэкхолл
Влад Дракула
Эредвар Штормвинд
О'Чар
Баро Гринмур
Фольстер Готмольд
Ребус
Моргулис Драконис
Мойше

 

Силы света 865/135 Силы Тьмы

[Фели]

— Ты встречал нечто, у чего множество рёбер и аж два хребта?

 

— О, но я еду по этому прямо сейчас! — радостно провозгласил Моно.

Неожиданно весь поезд ощутимо тряхнуло; судя по раздосадованному рыку поезда, это не было плодом его заботы.

Ох.

 

Им не дали возможность ни отреагировать, ни задать вопроса: каплевидные люстры, угрожающе закачавшись, с пронзительным звоном полопались прямо над головами героев, осыпая их дождем осколков. Состав, кажется, резко повернул вбок, почти диагонально накренившись; единственная дверь с вагона (что характерно, располагающаяся справа) с шипением открылась, и поезд буквально исторг из себя несчастных, набивших в этой поездке более чем достаточно шишек, героев.

 

Падение было недолгим, и их встретила мягкая, покрытая капельками росы трава, раздающийся где-то поблизости плеск воды, да рев удаляющегося Моно. Тут было довольно тенисто, честно говоря, но всё же слабо сияющие кристаллы в достаточной мере освещали место, в которое их закинул безумный монорельс.

 

Освещали лес.

 

 

Исполинских размеров лес, единственным источником света в котором являются люминесцентные грибы и магические кристаллы, растущие прямо у корней деревьев. Деревья, судя по всему, тоже совершенно не простые: корни неустанно шевелились и недовольно поскрипывали, стоило лишь Анастейше бросить на них один косой взгляд. Другим же, для того чтобы получить недовольный скрип, приходилось как минимум поставить на них ногу. Запрокинув головы, герои увидели пролезающую не так уж высоко над землей железную дорогу, стоящую на своеобразном железном акведуке, оплетённом лианами и корнями чуть более, чем полностью. Но, взглянув наверх, они увидели не только лишь это.

 

Свод этой гигантской пещеры целиком покрыт сетью корней, из которых изредка просыпается темный песок. Было слишком уж темно, чтобы разглядеть конкретно, но эти корни неустанно, лениво шевелились. Они не могли избавиться от ощущения, что за ними наблюдают.

 

Едва группка, отряхнувшись и приведя себя в порядок, сверилась с маятником и прошествовала под корнем особенно крупного дерева, чья тёмная кора чуть ли не шевелилась от раздражения, отростки на своде с пронзительным скрипом начали раздвигаться. Перспектива была не слишком заманчивой: все тонны песка Хамской пустыни могли просто похоронить их заживо… Однако этого не произошло. Солнечный свет, и никакого песка. Корни «свода» в буквальном смысле разверзли небеса, не просыпав и песчинки на мистическую подземную чащу. Растущие меж корней деревьев кристаллы, прежде не слишком-то мощные, с каждой проведённой на солнце секундой становились всё ярче и ярче, покуда они не стали сиять едва ли не ярче солнца. Наконец, свод очень, очень медленно сомкнулся, вновь погружая подземную чащу во мрак, ныне рассеиваемый ярко сияющими кристаллами.

Маятник продолжал упрямо гнать вперед.

[Фолси]

Этой противно было себе в подобном признаваться, но колоссальный замысел всего этого места захватывал дух. Да, такому противнику не стыдно было проиграть. Обидно до кровавой пелены перед глазами, но не стыдно. На мгновение древнему орлу даже стало немного жаль, что такое мастерство буквально расцвело среди ничтожных смертных. Вот уж воистину, иерофанта с умением контролировать силы природы пустынной империи древних очень не хватало.

Но факт оставался фактом: Эта пришла сюда не с мирными намерениями. Тягучую ненависть, которая созрела за столетия плена, не могло развеять даже сияние кристаллов.

Уверенно махнув рукой спутникам, банши пошла по зову маятника. 

[Beaver]

Открывшееся зрелище поразило Анафему (еще ее поразило, что О’Чар все-таки оставил свой кристалл связи Момо, но это уже совсем другая история…). Место было наполнено магией и восхищало как этим, так и своей красотой.

Уверенно махнув рукой спутникам, банши пошла по зову маятника.

Очнувшись от ступора, в который впала от разглядывания местных достопримечательностей с открытым ртом, Вирайя поспешила за княжной. Все же маятник у нее, куда деваться?

[Leo-ranger]

Итан присвистнул, но этим его реакция и ограничилась. За свои девяносто лет он успел повидать очень много и подземной чаще его было не удивить.
Поэтому он, оглядываясь исключительно в целях безопасности, направился следом за Настей.


Да и вроде предлагал тебе пуститься по гробницам мумий в поисках реликвий и сокровищ чем не приключения были.

- Ты предлагал прогуляться по достопримечательностям некрополя сразу после тяжелого боя, который меня крайне вымотал. Конкретизируй, - спокойно поправила Рута. - Тут можно много чем заняться. Поискать какое-нибудь дело на доске объявлений, к примеру.

[Фели]

Но долго им идти не пришлось.

— Я ведь говорил, что тут чужаки! — назидательно попенял чей-то детский голос, раздавшийся в кроне одного из недовольно поскрипывающих деревьев.

— Не ты, а старшие! — ворчливо возразил другой голос там же. — Не собирай их лавры!

— Заткнись!

— Сам заткнись!

— Ах ты!..

Это была одна из самых коротких и самых бессмысленных перепалок, которым вообще можно стать свидетелями. Вирайя едва успела отпрыгнуть в сторонку, как по стволу, с гневными воплями мутузя друг дружку на чем свет стоит, прямо ей под ноги скатились два взъерошенных пацана. Корни одного из деревьев медленно, словно с невероятной усталость поднялись вверх и, обхватив завопивших ребятишек за лодыжки, подняли их верх тормашками.

— Ты дедушку разозлил! — с негодованием взорвался бледный мальчик, с красными глазами, пытаясь пнуть своего товарища свободной ногой.

— Нет, ты! — другой же, с собранными на затылке рыжеватыми волосами, не мудрствуя лукаво, от души пихнул его под ребра.

— Да я тебя… АЙ!

Корни невозмутимо разняли детишек, умудрившихся устроить потасовку даже в таком положении, и невозмутимо, в самом буквальном смысле, столкнули их лбами. С каждой секундой эта картина становилась всё абсурднее и абсурднее.

— Ладно, ладно, не возмущайся! — с тяжелым вздохом тряхнув беловолосой головой, красноглазый повернулся к безмолвно взирающим героям и важно прочистил горло — ну, настолько важно, насколько это вообще возможно в таком положении. — Старшие уже некоторое время наблюдают за вашим продвижением, незнакомцы! Неясно, потерялись ли вы, или искали нас намеренно, но мы желаем протянуть вам руку помощи! Дядя Кальцифер послал нас, дабы мы помогли вам пройти через нашего стража!

— Глупый страж. Он постоянно на гостей нападает, — проворчал рыжий, скрестив руки на груди.

— Кхм-кхм. То есть, дядя сказал, что вы наверняка пытаетесь достигнуть нашего города, — неуверенно протянул первый, почесав затылок. — Если не так… ну, просто не идите вперед. Иначе страж вас сожрет.

Убедившись, что эта парочка больше не намеревалась драться, дерево издало странный звук — то ль вздох, то ль хруст — и выпустило их на траву. Не слишком-то нежно; дети распластались там примерно в тех же позах, в каких были славные герои после не такого уж славного падения в самом начале их приключения.

Изменено 14 ноября, 2016 пользователем Фели

[Supreme Overlord Malekith]

- Ты предлагал прогуляться по достопримечательностям некрополя сразу после тяжелого боя, который меня крайне вымотал. Конкретизируй, - спокойно поправила Рута. - Тут можно много чем заняться. Поискать какое-нибудь дело на доске объявлений, к примеру.

 

-Ну пошли к доске Рута и найдем чем развлечься-улыбнулся он ей

[Фолси]

Что-то при виде этих детей кольнуло одержимую прямо в чёрствое сердце. Воспоминания об Алине, о любимом братце Айдене устремились на поверхность мыслей, тщетно силясь расплавить корку ледяных оков Албадина.

— Мы ищем Цветущих. Наш друг очень болен, и только эти люди смогут ему помочь, — мягко проворковала бабушка, стараясь лишний раз не демонстрировать встречающим свой ужасный лик. — И что это за Страж, о котором вы упомянули?

[Фели]

— Мы ищем Цветущих. Наш друг очень болен, и только эти люди смогут ему помочь.

 

Рыжий, бодро вскочив на ноги, удивленно заморгал.

— Страж это... ну, страж. Про него даже в библиотеке нашей написано, сможете почитать, если заглянете. Но почему вы не воспользовались вашей магией? Ну, которая свечки, или как там её? 

Красноглазый, всё ещё малость пошатываясь после приземления с небес на землю, пихнул его локтем.

— Света, дубина! — осадил её альбинос, гневно раздув ноздри. — А им нужен ихор, зуб даю! Их нужно отвести к дяде!

— У тебя все зубы гнилые! — парировал его друг, презрительно фыркнув.

Тот с ребяческой гордостью приподнял подбородок.

— Лишь до проклёвывания! 

Корень дерева, красноречиво отвесив обоим пацанам затрещины, быстро перевел их обратно на деловой лад. С ворчанием потирая ушибленные затылки, пацаны поманили героев за собой и шустро побежали вглубь чащи, перепрыгивая через шевелившиеся корни и пригибаясь над теми, что возвышались чуть над землей.

— Как бы то ни было, Данко может поделиться своим, думаю. Но сначала вам стоит поговорить с дядей! — на ходу пропыхтел альбинос, оборачиваясь через плечо. — Мы сделаем небольшой срез, дабы не пришлось опять спорами бедолагу накачивать.

— Он после этого шатается как пьяный, — хохотнул рыжий, взбежав по особо толстому корню и останавливаясь напротив большущего, зловеще выглядевшего дупла в дереве, чьи корни не шевелились. — А вот тут - вход на нижние уровни. Ну, туда, где у нас город!

— Прямо на площадь выкинет! — добавил белый, присев на корточки рядом с колеблющимися героями. 

Просто... взять и войти в дупло?..

[Фолси]

Просто… взять и войти в дупло?..

 

Почему бы и нет? Албадин мог предпочесть запытать мальцов до смерти, постепенно выуживая из их бьющихся тел необходимые знания — например, не ловушка ли это — но сейчас иерофант находился в патовой ситуации. Расклад сил не особенно волновал древнего орла, который успел полностью восстановиться. Но… неприятно было это признавать, однако своих умений Албадину не хватило бы для исцеления птенца. А любопытство тщеславного мага требовало разобраться в ситуации.

— От кого же вы так прячетесь? — пробубнила старушка, неожиданно бодро взбираясь по корням к огромному дуплу. — Кого-нибудь боитесь?

[Фели]

— Кого-нибудь боитесь?

 

— Бояться? А кого? — искренне удивился рыжий, склонив голову набок. — Не. Просто так тише, да и к Первому ближе.

 

Его друг тихонько на него шикнул, призывая к молчанию.

 

— Вы это, с дядей поговорите, как будете готовы. Можете, конечно, и по городу прогуляться, но эт пожеланию, — важно произнес альбинос, кивнув головой. — Счастливого падения!

 

Стоп, паде...

 

Когда рыжий без какого-либо уважения к старшим пихнул Анастейшу прямо в дупло, неупокоенная успела почувствовать лишь мимолётный, весьма ощутимый укол в груди. Возникло странное ощущение, описать которое Она была не в силах, но если сравнивать с чем-то... Словно кто-то прошёлся по её могиле.

 

Чувство свободного падения, уже второй раз за эту ночь, поприветствовало княжну распростёртыми объятьями. Но темнота полого ствола не длилась долго, и вскоре она, до странного медленно и неспешно падая вниз, наконец увидела город Цветущих. Похоже, прохождение через ствол накладывало заклятие, сродное зачарованной Эсмеральдой костяной муке, и женщина аккуратно приземлилась на белый мраморный пол, ничуть не пострадав. Вслед за нею приземлились и смертные, но Анастейша не обратила на них внимания.

 

Древний иерофант, наконец, увидел самое сердце своего заклятого врага.

 

 

Это место, говоря откровенно, неплохо так напоминало книжные рисунки, изображающие города в лесу Света и Тьмы. Одно тут было отличие – населяли это место не эльфы, а отродья флоры и живые деревья, по мере своих способностей помогающие своим родичам всем, чем только могли. К примеру, рядом с большущим белым деревом находился странный колодец голубого света с парящим над ним золотым зеркалом, в котором время от времени появлялись сияющие буквы – таким образом старый Цветущий отыскал способ беседовать с другими. Эти деревья служили и защитниками и домом одновременно: красивые здания из белого камня и балкончики, постоянные прямо на этих деревьях, были действительно впечатляющим зрелищем. Некоторые из самых старых Цветущих давно стали полыми, пусть и всё ещё живыми деревьями: в таких были настоящие жилища для тех Цветущих, кто ещё не отбросил человеческую оболочку. «Коммуналки», можно сказать! В самом центре таких жилищ располагались винтовые лесенки из корней, а по бокам находились гамаки из зеленых хитросплетений стеблей и лиан. На некоторых даже бурно цвели розовые, ароматные лилии.

 

Из одного такого древа доносились оживленные голоса: кажется, так происходило что-то интересное.

 

Местные, которых тут подозрительно много, на первый взгляд были вполне дружелюбны. Каждый, едва завидев чужаков, считал своим святым долгом с улыбкой поздороваться и глазеть на них до тех пор, пока герои не отходили совсем уж далеко; на всех, кроме Анастейши, которую по какой-то причине одаривали странными, подозрительными взглядами. К несчастному О’Чару же так и вовсе лезли с радушными объятьями, не чураясь даже ядовитых спор, оставляющих на коже вмиг проходящие покраснения. Впрочем, такие дружелюбные люди и много интересного успели рассказать: к примеру, то, что они были не единственными чужаками. Какой-то поверхностный маг арканы как раз гостил в озерной кабине, его недавно видели в библиотеке. Набрал каких-то книг по магии света – вознамерился раз и навсегда исцелить кого-то, кого местные мечтательно называли «Первым». На вопросы об этом «Первом», впрочем, Цветущие вмиг замолкали и как-то печально качали головами. Хм.

 

Похоже, тут и погулять можно.

 

Действия:

1.      Идти к дому Кальцифера (сюжет)

2.      Подойти к старому дереву с белой корой

3.      Подойти к жилому дереву, из которого доносятся голоса

4.      Зайти к другому чужаку в озерную кабину

5.      Зайти в библиотеку

6.      Устроить геноцид! ლ( ⚆ ‿ ⚆ ლ)

[Фолси]

Одержимая старушка хмыкнула. Да, сил в это место было вложено немало, но многочисленные стволы и лианы напоминали вольному орлу клетку, капкан, в котором древесные хамы сами себя и заперли. Ну что же, поделом. Пусть и дальше изолируются от мира, пока в один прекрасный день убежище не станет их могилой.

 

Самому Албадину были милее широкие просторы песчаных морей, где стремительный полёт не сдерживают никакие препятствия.

 

Тем не менее, маг рассудил, что он вполне может оказаться первым и единственным представителем своей расы, которому удалось не только проникнуть в сердцевину общества Цветущих, но и почерпнуть их знания. Поэтому некромант решил зайти в библиотеку, но лишь после того, как узнает о намерениях другого «чужака». Кто он: союзник, конкурент или враг? Следовало определиться.

Поэтому Анастейша отправилась в озёрную кабинку.

[Фели]

Небольшой, напоминающий сконструированную корнями луковицу домик находился в самом центре озера с водой, подобной жидкой бирюзе. На самом дне тихонько колыхались черные водоросли, в самой воде плавали серебряные рыбки. Было нетрудно перейти здесь вброд, лишь самую малость намочив обувь; обогнув островки с камышами и пару раз едва не бухнувшись в глубокие области по самую макушку, герои достигли чудной двери из ладной древесины. В окошке без стёкол можно было разглядеть силуэт какого-то человека в голубом кафтане, на лице которого находился странного вида респиратор из плотной белой ткани. Человек сосредоточил своё безраздельное внимание на с пробирках, в большинстве которых плескалась сияющая золотом жидкость.

 

Концентрированный свет. Мужчина так увлекся своей работой, что и не заметил гостей. Нужно было как-нибудь обратить на себя внимание – стук в дверь он то ль не слышал, то ль игнорировал. Может, его доставали местные, глазеющие на странного чужака? Если учесть внимание к скромным особам героев на площади, это было вполне понятно и приемлемо. Мужчина был достаточно молод, но разглядеть его внимательнее в небольшом окошке было проблематично.

[Фолси]

Анастейша прикоснулась к двери, уже готовая повторить тот самый фокус, при помощи которого обратила створку комнаты Баро в прогнившую труху. Но спустя несколько мгновений лишь раздражённо побарабанила по древесине сухими пальцами. Расплёскивать вокруг себя эманации тьмы здесь было слишком чревато. Поэтому одержимая медленно повела рукой снизу вверх, словно поднимая в тосте невидимую чашу, и комок из мокрого песка воспарил над водоёмом. Княжна досадливо дёрнула подбородком, и песчаный снаряд на ускорении влетел в окно, засветив увлечённому своим делом магу промеж лопаток.

На такое даже самый заядлый трудоголик должен был отреагировать.

[Фели]

На такое даже самый заядлый трудоголик должен был отреагировать.

 

Краткий вопль и звон разбившихся стекляшек спустя парень всё же удосужился отреагировать на окружающий мир и отпереть проклятую дверь.

— Прошу прощения, я не слышал… о?

Брови человека изумленно поползли вверх при виде взиравшей на него исподлобья княжны. Взгляд устремился сначала к лицу и волосам пожилой женщины, и лишь затем — к рукам и запястьям.

— Ну, вы совершенно точно не похожи не местную, — наконец выдал другой чужак, спустив с лица респиратор и с легкой улыбкой склонив голову набок. — Прошу, проходите.

Достаточно радушно для того, кто даже имени своей гостьи не знал, но всё же. Внутри, как и можно было ожидать от взгляда в окошко, располагалась импровизированная лаборатория со склянками, вытяжками и ретортами; похоже, кем бы ни был этот человек, он решил не любоваться «красотами» Чащи в угоду делу.

— Мне уже начало казаться, что я тут единственный без цветов на лице, — тем временем продолжал юноша, бодро прибирая с пола осколки от разбившейся пробирки.

[Leo-ranger]

— Мне уже начало казаться, что я тут единственный без цветов на лице, — тем временем продолжал юноша, бодро прибирая с пола осколки от разбившейся пробирки.

- Нас тут таких двое, если я не ошибаюсь, - подал голос Итан. Как он оказался в комнате?
А этот вопрос действительно стоит задавать, учитывая что речь идет о втором лучшем шпионе в Холийском Королевстве?

[Фели]

— Нас тут таких двое, если я не ошибаюсь.

 

— Отец милосердный! — воскликнул от неожиданности парень, схватившись за сердце. — Ох… Приношу извинения, вы… застигли меня врасплох.

Смущенно взъерошив волосы, чужак сбросил осколки в мусорное ведро.

— Давайте начнем сначала. Позвольте представиться: я Фарель, магистр колдунов белого песка, — он с учтивой улыбкой поклонился.

Фарель... это как рыбка?

[Leo-ranger]

- Прошу прощения, сэр. Я вовсе не хотел, - нагло соврал Итан.
"Не - рыбка это фОрель. А он назвался ФАрелем," - подумал эльф, проводя сравнение между парнем и рыбой,

[Фели]

— Прошу прощения, сэр. Я вовсе не хотел.

 

— Ничего страшно, я понимаю! — с учтивой улыбкой кивнул не-совсем-рыбка, быстро взглянув на свои реагенты.

Ни один из них пока не успел сделать «бум!», и похоже, Фарель решил воспользоваться возможностью и побеседовать с человеком и эльфом без цветов на лице.

— Я думал, тут только дети не Цветущие, — отметил парень, склонив голову набок. — Вы тоже с поверхности, верно? Паломничество по местам силы Праматери, или с какой-то определенной целью?

Изменено 15 ноября, 2016 пользователем Фели

[Фолси]

— Колдуны белого песка? — княжна приподняла бы бровь, но с мимикой у трупа имелись определённые проблемы. — Никогда о таких не слышала, хоть и провела немало времени в пустыне. Знаю, по мне не скажешь.

Неупокоенная с усмешкой накрыла полой плаща свою усохшую руку.

— Я слышала, ты хочешь что-то сделать с «Первым», уважаемый, — властная непринуждённость ощущалось в каждом жесте Анастейши. — Что за Первый и каков твой интерес?

Капюшон чуть съехал на затылок «бабушки», отчего мутно-белые глаза в упор уставились на мага.

[Фели]

— Что за Первый и каков твой интерес?

 

Человек недоуменно изогнул бровь.

— Вам не рассказали?.. Первый — это благословлённое самой Матерью-Природой золотое дерево, сокрытое в Темнейшей чаще, зоне, которая находится даже под самыми Корневищами. Если вы провели немало времени в нашей пустыне, то явно должны были встретиться с… всяческими катаклизмами. Атакующие города песчаные бури, появление зыбучих песков, осушение оазисов, появление странных, неведомых тварей… Всё это, на самом деле, косвенно связано с Первым. По преданию, представитель некоей древней, уже вымершей расы, сумел добраться до святая святых Цветущих и нанести Первому тёмную рану. Никто не знает, кто и какой расы был этот злодей, но последствия его действий досаждают пустыне и по сей день. Каждые несколько столетий это древо, из-за этой тёмной раны, начинает неимоверно слабеть, что выливается во всевозможные бедствия на поверхности пустыни. Благословение Праматери — это не хухры-мухры, Природа весьма жестока к тем, кто вредит её возлюбленным творениям. Я прибыл сюда с целью изучить этот феномен, но остался…

Он обернулся через плечо и кивнул на свои реагенты

— … для того, чтобы решить эту проблему. Сами Цветущие, конечно, выждав месяцок, подпитывают Первого своими собственными силами и запускают всё по-новой, но я верю в то, что эти повреждения можно исправить!

Фарель с уверенной улыбкой сцепил ладони в замок.

[Лакич]

К несчастному О’Чару же так и вовсе лезли с радушными объятьями, не чураясь даже ядовитых спор, оставляющих на коже вмиг проходящие покраснения

@

ДЕМОНЫ САМИ НА НОЖ ЛЕЗЛИ, НЕКРОМАНТЫ В ПРАХ РАССЫПАЛИСЬ. К ВРАТАМ БЕЗДНЫ СТРАШНО БЫЛО ПОДХОДИТЬ - ТЬМА МИР ПРЕДЛАГАЛА СПАСТИ, БОГИ ЛИЦЕНЗИЮ ГЕРОЙСТВА ВЫДАВАЛИ.

@

ШАМАН РАССКАЗЫВАЛ: ГЕРОИ НОЧЬЮ ПРОСЫПАЛИСЬ ОТ БАЛЛАД ПРО САМИХ СЕБЯ. УТРОМ ВСЕ ДРУЖНО УБИВАЛИ ДРАКОНА

@

ЛЕТОМ ГНОЛЛЬСКОЕ НАШЕСТВИЕ ОТБИВАЛИ. ВСЕ РУМЯНЫЕ ОТ КРОВИЩИ ХОДИЛИ

@

КОЛБЫ С ЗЕЛЬЕМ ЗДОРОВЬЯ РАЗМЕРОМ с ФАМИЛЬЯРОВ БЫЛИ, ФАМИЛЬЯРЫ РАЗМЕРОМ С КОБОЛЬДА, КОБОЛЬДЫ РАЗМЕРОМ С УРКА, УРКИ РАЗМЕРОМ С СОКРОВИЩНИЦУ. А В СОКРОВИЩНИЦЕ СКЕЛЕТЫ-СТРАЖНИКИ В НОЖИЧКИ ПО СИСТЕМЕ ПАПИРУСА ВЕЛИЧАЙШЕГО ИГРАЛИ - ПРОТИВНИКОВ КАЗНИЛИ С ПЕРВОГО ХОДА

 

И кобольда, одурманенного воспоминаниями о былом, нелегкая дорога привела к дереву с белой коркой, об которое он споткнулся:

- Здрасте, извините, - невнятно пробормотал он, махнув хвостом.

Изменено 15 ноября, 2016 пользователем Лакич

[Фели]

— Здрасте, извините.

 

Велико же было удивление одурманенного кобольда-демона-герцогини, когда дерево… тихонько рассмеялось. Хотя нет, ни капли.

— Здравствуйте, действительно, — мягко согласилось белое дерево(?), лениво шевеля корнями, словно морской кракен щупальцами.

По правде сказать, сложно было назвать оболочку этого дерева "корой", учитывая, что она даже не была хоть в мизерной степени шероховатой. Гладкая, что человеческая кожа; не удержавшись от искушения и положив когтистую ладонь на исполинский ствол, О'Чар почувствовал биение.

— Чужак... верно я чувствую?

Дернув острым ухом, герцогиня повернулась и уставилась на зеркало, парящее над ярким колодцем света, устремляющемся к укрытому корнями своду этого места. По золотой поверхности прошла слабая рябь.

— Что же вас сюда привело? Здесь и вполовину не столь весело, как на поверхности. Я думаю...

В голосе была печаль? В голосе была печаль.

Изменено 15 ноября, 2016 пользователем Фели

[Фолси]

По преданию, представитель некоей древней, уже вымершей расы, сумел добраться до святая святых Цветущих и нанести Первому тёмную рану. Никто не знает, кто и какой расы был этот злодей, но последствия его действий досаждают пустыне и по сей день.

 

Вымершей? Албадин едва сдержал себя, чтобы не вырвать дерзкому кадык. Орёл столь много положил на алтарь своего мастерства, желая покорить вечность и стать практически неуязвимым, а этот червяк смеет сомневаться в искусстве визирей-некромантов? Было страшнейшей глупостью учить хамских рабов магии, чтобы сохранить их численность. Пусть бы и дальше гибли под завалами и в коварных песчаных озёрах, от обезвоживания и болезней. Но не плодились будто пустынные муслики и не передавали бредни из поколения в поколение! Банши приблизилась к Фарелю, сжимая под плащом рукоять меча. Довольно пряток! Орёл вкусит мяса и крови этого наглеца, чтобы в грозном величии предстать перед врагом и сокрушить его в последнем сохранившемся оплоте.

 

Вдруг ноздри мёртвой женщины затрепетали, а глаза удивлённо расширились. Рука выпустила клинок, а уголок синюшных губ едва заметно дрогнул.

— Не представляю, кто мог бы проклясть Первого, — это была правда. Албадин предпочитал руководить сражением издали, посылая в бой верных визирей. Может, кто-то из них пробрался в это логово? Очевидно, что здесь же несчастный и расстался с жизнью, если некроманта вообще может постичь такая участь. Ибо никаких вестей о золотом древе в сердце пустыни иерофант не получил. — Но я владею множеством… не самых доступных практик. Какие-то из них могут помочь тебе в определении недуга. И в решении проблемы, — Анастейша ободряюще улыбнулась молодому магу, отчего стала выглядеть ещё ужаснее.

[Фели]

— Но я владею множеством… не самых доступных практик. Какие-то из них могут помочь тебе в определении недуга. И в решении проблемы.

 

— О? Нет, пустое, решение уже готово! — торжественно возвестил человек, глядя на женщину из под полуприкрытых ресниц. — Мне осталось лишь провести несколько тестов. 

Он беспечно кивнул на свою полевую лабораторию. 

— А что же привело сюда вас? 

[Лакич]

— Что же вас сюда привело? Здесь и вполовину не столь весело, как на поверхности. Я думаю...

 

- Я...

О'Чар тряхнул головой, осыпая кору - кору же? - дерева-не-дерева ядовитой пыльцой.

- Я забыл, - он тяжело вздохнул, - ну, кажется, меня друг сюда привести хотел, нужно было поболтать с его дедом - кажется, у него какие-то проблемы с ним и надо было доказать, что он не связался с плохой компанией. А что может лучше, чем компания героя? И-именно! 

Он выдержал маленькую паузу:

- А остальные, хмф... кажется, одна мертвая пришла сюда забрать все ваши души, а другая - найти того, кто сможет вылечить парня одной цыганки, - он пожал плечиками, словно говорил нечто обыденное, - а меня О'Чар звать.