Dragon Age: Иллюзия полета

[Perfect Stranger]

 

 

 

 

 

Спойлер

Несколькими неделями ранее
Антива, Риалто

 

Подвальное помещение, выбранное не случайно для подобных встреч, не имело окон и было освещено всего лишь несколькими тусклыми свечами, расставленными на столе, и парой медных канделябров на стенах. Агент Уильям Холт, человек среднего роста, среднего возраста, и средней по всем параметрам внешности тоже был выбран далеко не случайно. Таких людей мало кто запомнит, увидев раз-другой на улице, даже в глухой деревне; таких людей просто упускают из внимания, скользя по ним взглядом и совершенно не догадываясь, чем они на самом деле занимаются. Ни одеждой, ни какими-то приметами Холт не выделялся среди обычных жителей Ферелдена, а ныне и всей Империи. Стоя прямо перед широким дубовым столом, покрытом тонкой белой скатертью, со сложенными за спиной руками, он смотрел на своих собеседников спокойным взглядом то ли серых, то ли голубоватых глаз.

 

Еще трое людей в комнате выглядели гораздо более примечательно. Одетые в длинные, бесформенные темные одежды, с металлическими масками на лицах, они могли оказаться кем угодно — Торговыми Принцами, нищими с улиц Риалто, капитанами кораблей, каждое утро и вечер останавливающихся в самом крупном порту Антивы, проститутками в элитных борделях или наемниками с большой дороги. Сейчас все это, впрочем, не имело абсолютно никакого значения. Сейчас они были теми, кто руководил Сопротивлением, и теми, кто должен был выдать миссию огромной важности одному из своих самых доверенных агентов-организаторов.
Стопка бумаг лежала на скатерти, желтизной выделяясь на белой ткани и словно прожигая любого, кто взглянет на нее, ярко-черными чернилами строчек убористого текста. К каждой бумаге был приложен небольшой портрет углем. Холт уже просмотрел выданные ему досье, и хотя несколько из предложенных на это задание человек вызвали у него вопросы, он не стал их озвучивать прямо сейчас. В конце концов, не ему было решать, кто подойдет на подобное задание лучше всего.

 

— Что касается этой девушки, — один из людей в маске, чей голос был несколько искажен то ли из-за металла, эхом разбивающего звук на осколки, то ли благодаря магическому воздействию, сказать было трудно, но вроде бы говорил мужчина. Он приподнял верхнее досье за край рукой в черной перчатке, словно трогал ядовитую змею. — Ни при каких условиях не допускайте ее смерти. Она пригодится нам даже в том случае, если замыслит предательство. Старшая дочь Верховного Жреца — то, что мы можем использовать против него в крайнем случае.

 

— Какие допустимы меры воздействия? — спросил агент, мазнув взглядом по угольному портрету. Над ним кривоватыми буквами было выведено «Д. Авгур». Девушка показалась ему достаточно симпатичной, однако зная ее возраст, он подумал о том, что от нее можно было бы ожидать чего-то крайне глупого и необдуманного.

 

— Не лишать жизни и не оставлять серьезных ранений, не поддающихся лечению. Все остальное на ваше усмотрение, агент Холт. Также обратите внимание на госпожу Максиан. В том же ключе.

 

Он кивнул, аккуратно собрав стопку бумаг и выровняв ее по краям. Тот факт, что этим юным особам вряд ли было известно о планах на них Сопротивления, не слишком волновал его. Моральные терзания по поводу лжи и возможного использования живых людей как инструментов давно покинули сердце агента Холта, по крайней мере, на время выполнения задания. В одиночестве, когда не нужно было думать о работе, он иногда обращался с молитвой к Пророчице, находя в этом некое утешение, однако смирение с тем, что и как придется делать, стало частью Уильяма еще до того, как ему стукнуло двадцать. Вес тех грехов, что накапливался за десятилетия работы с Сопротивлением, уже не так давил на плечи, как раньше, став чем-то вроде привычного веса рюкзака со снаряжением в дальнем походе. В конце концов, ради спасения мира и сама Андрасте когда-то начала Священный Поход против еретической Древней Империи, и наверняка ее тоже не делало счастливой то, что под ее командованием погибали ни в чем не повинные люди. Иногда нужно было сделать то, за что лишь позже, много лет спустя, придется отвечать перед Создателем.

 

Сунув стопку в напоясную сумку, предварительно свернув пергамент в толстую трубку, мужчина снова сложил руки за спиной, встав ровно и прямо перед своими командирами.

 

— Насчет остальных мы полагаемся на ваше суждение. Если кто-то из них окажется неподходящим для выполения миссии с вашей точки зрения, у вас есть разрешение на их устранение. Если кто-то из них решит сбежать — у вас есть разрешение на их устранение. Любой ценой не допустите утечки информации об этом задании к имперцам. Это понятно?

 

— Абсолютно. Утечки не будет, — эхом отозвался ровный голос Холта. — Что-то еще?

 

— Есть кое-что, — прозвучал женский голос, впрочем, тоже искаженный до неузнаваемости, и одна из фигур приблизилась к столу, оперевшись на него ладонью. — После того, как вы обнаружите и захватите цель, отправьте доклад о результатах через наши обычные каналы. После этого ждите три дня. Вам поступит новое распоряжение о том, что делать с целью. Ищите ее, пока не найдете, слышите? Либо саму цель, либо ее мертвое тело, либо точную информацию о том, что она захвачена силами Империи. В зависимости от того, что именно вы обнаружите, мы разработаем новые приказы.

 

— Понял, — кивнул Уильям. Он ожидал чего-то подобного. В таких случаях, когда конечный результат задания был заранее не известен, он часто получал дополнительные сведения посреди миссии о том, что делать дальше.

 

— Корабль под названием «Стрела Халамширала» ждет вас в порту завтра утром, ровно в пять. Не опоздайте. На нем вы доберетесь до порта в Вал-Шевине, оттуда на перекладных езжайте в Монтсиммар. Наши люди сообщат членам отряда о том, что встреча произойдет там. Далее вы знаете, что делать. Пусть Адалин найдет их и скоординирует, — сказал третий присутствующий на встрече, голос его звучал несколько иначе, словно говорит глубокий старик. — Деньги на первое время вы получите, затем проверяйте наши обычные схроны, возможно, мы сможем вам помочь, но особо не рассчитывайте на них. Поддерживайте легенду наемников. Это даст вам возможность самим получать ресурсы.

 

Кивнув и дождавшись разрешения отправиться в дом, дожидаться утра, агент Холт сделал три шага назад, поклонился коротким кивком, развернулся и покинул подвал. Через несколько часов это помещение снова станет покинутым и пустым, все следы пребывания в нем людей будут уничтожены, а стол и канделябры вынесены и отправлены в другое место. Причин для этого было много, но основной послужило уничтожение ячейки Сопротивления в Минратосе более двадцати лет назад. Тогда, как помнил Уильям, в ряды руководства организации проник шпион от фанатиков, называвших себя «Орденом Пламенного Обета». Вскоре именно они совершили отчаянную атаку на столицу и почти добрались до дворца Верховного Жреца, но были остановлены. К несчастью для Сопротивления, именно эта атака послужила отличным поводом для Империи ужесточить свои законы и утроить усилия в преследовании инакомыслящих. Крауфорд стал едва ли не народным героем, множество простых горожан были обязаны ему жизнью. Работа Сопротивления заметно замедлилась. Теперь им приходилось прилагать огромные усилия для того, чтобы Тайная Служба не нашла их — но за последние годы они достигли успехов, пусть и не свергли пока что закрепившихся во власти дракона и его марионетку.
Скоро, сказал себе Уильям, шагая по сумеречным улицам вечернего Риалто по направлению к дому, в котором он остановился на несколько дней. Скоро все закончится. Столько лет работы, столько лет принятия тяжелых моральных выборов, многие из которых до сих пор шрамами оставались где-то внутри, и тянущая боль иногда возвращалась, заставляя лежать с открытыми глазами по ночам — все это должно было окупиться. Он безоговорочно доверял начальству, зная, что они не станут лгать о своих целях, даже если лгали о методах. Холта использовали точно так же, как и самых незначительных информаторов и наемников, но он не был против этого. Он понимал, что то, что находится на кону, оправдывает любые жертвы, любые решения. На их плечах лежала ответственность не только за благополучие целого континента, но и за спасение душ каждого живущего на нем человека, эльфа, гнома, любого живого существа. Истинное испытание для детей Создателя было именно в этой борьбе, а не в донесении Песни Света — теперь Холт понимал это, зная, каким наивным был ранее, как наивна была старая Церковь. Век Дракона получил свое название, когда жрицы полагали, будто возвращение казавшихся вымершими существ станет самой большой проблемой их времени.

 

Они не могли ошибиться сильнее. Истинная угроза сейчас управляла Тедасом, практически сметая любое сопротивление и уничтожая тех, кто пытался воспротивиться ей даже в мыслях.

 

Холту оставалось лишь ждать утра, когда в предрассветной дымке он отправится к порту и поднимется на борт корабля, направляющегося с товарами в Вал-Шевин. Капитан был человеком, верным Сопротивлению, и не задавал лишних вопросов. Вполне вероятно, что увесистый кошель с золотом, переданный ему накануне, сыграл некую роль в его желании оставаться верным им человеком, но Уильяму до этого дела было мало. Он должен был добраться до Орлея и после этого приступить к сбору новых агентов для своего отряда. Остальное было за пределами его ответственности. Он привык работать именно так, как и другие организаторы остальных ячеек Сопротивления. Чем меньше знает кто-то один, тем меньше вероятности, что его поимка разрушит всю структуру. Поэтому вопросы он не задавал.

 

 

14 Первопада, 9:88 года Века Дракона
Провинция Орлей, Монтсиммар

 

В это время года Орлей был действительно красив. По пути к столице Холту удалось сполна насладиться осенними пейзажами, мелькающими по обе стороны тракта, пока он неспешно ехал на перекладных лошадях от одного придорожного поста к другому, порою останавливаясь на постоялом дворе на несколько часов сна в настоящей кровати, прежде чем снова продолжить свой путь. Правду все же говорили о том, что истинному гонцу требуется не только золотая голова, но и железная задница. К концу своего путешествия Уильям чувствовал, что сесть нормально, не кривясь от боли, сможет лишь через пару дней, а на седло смотреть без отвращения и того дольше. Сама столица тоже не пустовала. Осенние распродажи, ярмарки и гуляния перед наступлением зимы были в самом разгаре, отчего город казался набитым битком самыми разными путниками из всех уголков Империи.

 

Это было на руку Уильяму, и он полагал, что толкучка на улицах и площадях, полные постояльцев трактиры и постоянная текучка прибывающих и уезжающих людей спрячут их от нежелательных наблюдателей. На въезде за стены он заметил нескольких белых плащей, а также потрошителей из Кровавого Легиона, что было довольно-таки обычным делом для столицы, но что-то подсказало агенту, что в этот раз стоит держать ухо востро. Не то чтобы раньше он вел себя легкомысленно, но шестым чувством он ощутил, что в городе что-то происходит. Осторожно, стараясь не выдать своего беспокойства, мужчина направил лошадь к стражникам, проверяющим всех прибывающих в столицу и спокойно объяснил им, что приехал купить на распродаже редкие товары из Антивы для своей семьи, поучаствовать в гуляниях и отдохнуть от жизни в скучном и сером Ферелдене. После короткого разговора его пропустили за стены, и он оставил лошадь у трактира «Счастливый наг», заплатив конюшему за хороший уход за животным. Конь принадлежал не ему, так что возвращаться за ним Уильям не планировал. Ему пришла в голову идея попробовать сторговаться с продавцом лошадей на рынке и приобрести средство передвижения, поскольку он прекрасно знал, что задерживаться в столице слишком надолго будет плохой идеей, но как оказалось, он потратил основной запас своего жалованья на дорогу. Остановившись в недорогой таверне, Холт отправил сообщение почтовым вороном, переоделся в чистое, помывшись в бадье, и отправился пройтись по центру столицы. Времени у него было достаточно, чтобы дождаться ответа от своих основных информаторов в Монтсиммаре, навестить нескольких знакомых, засветиться на рынке, чтобы не вызывать подозрений стражи, и отдохнуть перед встречей с отрядом. О них мужчина знал гораздо больше, чем они о нем, за исключением, пожалуй, только Адалин, но это было поправимо и, что важнее, необходимо.

 

Вечерний Монтсиммар встретил его привычным шумом большого города. Остановившись на мгновение у входа в трактир, Уильям пригладил растрепавшиеся было ветром волосы, вдохнул полной грудью запахи, доносимые до него от кухни и рыночной площади — коричные палочки, пекущийся свежий яблочный пирог, запеченные на огне кусочки свинины со специями и острый запах свежей рыбы — и быстро зашагал по направлению к рынку. Бумаги он предусмотрительно сжег, запомнив все досье наизусть, как и лица тех, кто должен был встретиться с ним на следующий вечер на Арене Монтсиммара.

 

Хранить любую ценную информацию Холт давно привык в собственной голове. Так было лучше. Вскоре этому ему предстояло научить и своих подопечных.

 

 

 

 

 

 

 

 

Спойлер

В Ивуаре не так уж много лавок и купцов, но кое-какими припасами разжиться все же можно. У каждого купца 3d4 золотых в наличии (сумма обновляется каждый игровой день).

 

Трактир "Пивная кружка", хозяйка Мари Морно:

 

Золото в наличии: 9 золотых монет

 

Паек на 1 день, не портящийся, включает флягу с чистой водой — 5 серебряных монет
Постой в таверне на 1 день, включает питание и комнату — 30 серебряных монет
Место в конюшне на 1 день, включает корм для лошади — 15 серебряных монет

Факел — 5 серебряных монет (снимает штрафы за темноту, расходуется)
Обычные предметы одежды — 5 серебряных монет
Приспособления для рыбалки (позволяет добывать рыбу в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Охотничьи силки (позволяет добывать мясо в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Аптечка с полным набором первой помощи — 20 серебряных монет

 

Речная и озерная рыба (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за штуку
Мясо (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за фунт

Дешевое пиво — 10 серебряных монет, бутылка
Дешевая бормотуха — 25 серебряных монет, бутылка
Наваристый рыбный суп — 50 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день придает персонажу эффект «Умиротворенный»)
Острая мясная похлебка неизвестно из чего — 25 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день может придать персонажу случайный эффект из «Сытый» или «Пищевое отравление»)

Хорошая еда — 15 серебряных монет

 

Ролевые предметы — от 5 серебряных монет до 1 золотого, в зависимости от типа предмета

Белые предметы можно купить за 1 золотой.

 

 

Эмилио Дюранте, торговец:

 

Золото в наличии: 7 золотых монет

 

Платье из плотной ткани (1) (легкая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты
Куртка из бараньей кожи (1) (средняя броня, +10 к здоровью) — 4 золотых монеты
Кольчужный доспех ополчения (1) (тяжелая броня, +1 к защите) — 4 золотых монеты
Чешуйчатый доспех с эмблемой Ивуара (1) (массинвая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты

 

Посох странствующего чародея (1) (посох, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Сильверитовый топорик (1) (одноручное, +1 к Силе) — 3 золотых монеты
Кулачный щит с тигровым глазом (1) (щит, +1 к защите) — 2 золотые монеты
Большой молот с драконьей головой (1) (двуручное, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Короткий изогнутый меч (1) (кинжал, +1 к Мудрости) — 3 золотые монеты
Эльфийский лук (1) (стрелковое, +1 к попаданию) — 5 золотых монет

 

Зелье лечения (+25% здоровья) — 50 серебряных монет
Зелье великого лечения (+50% здоровья) — 1 золотая монета

Зелье лириума (маг может перебросить кубик на заклинание, используемое немедленно после употребления зелья, и выбрать лучшее число на кубике) — 2 золотых монеты

 

Экстракт корня смерти (следующая успешная атака оружием ближнего боя повысит попадание по этому противнику на +2 на 2 хода) — 4 золотых монеты
Экстракт беладонны (следующая успешная атака оружием ближнего боя понизит попадание этого врага на -2 на 2 хода) — 4 золотых монеты

 

 

В этой местности возможен бросок на Заработок, Воровство и Азартные Игры.

 

Ставка воровства: 1 золотая монета
Ставка казино: 3 золотых монеты
Ставка заработка: 1 золотая монета

 

В этой местности возможен бросок на рыбалку и охоту за пределами Ивуара (Ловкость).

 

1-5 — ничего не поймано

6-10 — получен 1 фунт мяса \ 1 рыба

11-15 — получено 2 фунта мяса \ 2 рыбы

16-20 — получено 3 фунта мяса \ 3 рыбы

 

 

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона

 

 

 

 

Текущие задания:

 

«О чем нельзя молчать» (проверить схрон Сопротивления) - Руфус + Викториа

 

Выполненные задания:

 

Спойлер

«В начале была таверна» (Луи спасен, Моро жив, 2 еретиков спасены, покинули город до приезда Пророка)

«Голоса в пустоте» (дух освобожден, Торниен жив) - Фел + Ринн

«Сказания прошлых лет» (амулет возвращен, Хаэслана покончила с собой, записи получены) - Адалин + Руфус

«Охота за призраками» (вещи собраны, статуя уничтожена, Алинбель спасена) - Доленгал + Эльса + Альваро

«Беглец» (найдены письмо и статуэтка, бой проигран) - Дамиан + Викториа

«Последний страж» (вартеррал убит, потрошители убиты) - главный квест локации
«Скотобойня» (заговорщики схвачены и переданы Бутчеру, бомба обезврежена) - Адалин + Альваро

«Старый друг лучше новых двух» (найденные артефакты отданы, получено 3 пропуска, Марсель убит) - Дамиан + Феликс + Вильгельм

«Утраченное сокровище Рогвира» (сверток найден, Рогвир завербован, молот получен) - Эльса + Руфус + Джакомо

«Вороново крыло» (тевинтерцы убиты, Дариус отпущен с Маавиш) - Ринн + Викториа

«Комната страха» (призрак освобожден, артефакт получен) - Руфус + Адалин + Вильгельм

«Город цепей» (сведения о ритуале получены, Оривент убит, Сейлон жив, Савир'Дал освобожден, меч найден) - общее задание

«Удар плети» (Реморий жив, Первая выкуплена, Вторая жива) - Адалин + Феликс

«Острее, чем лезвие меча» (Франсуа спасен, Косто выжил, семья Сципион спасена, поместье взорвано, информация получена) - Эльса + Дамиан
«Сонное царство» (Диан спасена, Анга сбежала, посох от Анги получен, перчатки отданы, вяз сожжен)

[Кайра]

Лагерь

 

- Не  думаю, что внутренняя кухня Сопротивления кому-то интересна. Но то, что оно не способно (или не желает) даже постой агентам оплатить, весьма показательно.  - поморщилась Ринн. - Я у этой организации так, временный сотрудник, на уровне тех же наемников. Даст Создатель - выполню эту миссию и больше с Сопротивлением дел иметь не буду. "Надеюсь, никогда!" - мысленно добавила девушка.

 

- Не знаю до этого оно была вполне щедрой и  оплатила мне приличный корабль из Антивы, и дорожные расходы до Белого Города. Да и раньше весьма не плохо оплачивала миссии, может оно боится, что станем бросаться деньгами налево и направо вот и решила, что мы должны всеми силами поддерживать легенду отряда наемников, который только идет к успеху.

 

Фел вздохнул, а может Холт решил их полностью избавит от страданий обычных наемников, которые тратят деньги на шлюх и вино, а чтобы думали только о хлебе насущном и то что, он в поте лица достается.

 

- Не знаю, на какой- то момент она показалась мне искренней,и эта боль в глазах, ее невозможно сыграть  А может и правда тевинтерцы настолько привыкли лгать, что могут сыграть на наших чувствах и эмоциях. Не зря именно их выбрала Разикаль. - Он вспомнил Жизель, ее отчаяние и решимость сохранить свою семью, пусть и путем жертв, которые вряд ли кто - то оценит.

[Junay]

Лагерь

 

Не знаю до этого оно была вполне щедрой и  оплатила мне приличный корабль из Антивы, и дорожные расходы до Белого Города.

 

- Тем более, уж при таких-то расходах оплатить агентам  постой в таверне Сопротивление уж точно не составит никакого труда! - войдя в лагерь Ринн не понизила голос. Пусть представители Сопротивления слышат и пусть им будет стыдно. - Это уже, извините, какая-то мелочность, а не легенда!

 

- Не знаю, на какой- то момент она показалась мне искренней,и эта боль в глазах, ее невозможно сыграть

 

Ринн рассмеялась каким-то злобным, и в то же время, горьким смехом.

- Уж поверь мне, сыграть они могут, что угодно. Особенно - агенты Тайной Службы. И неподдельную боль, и участие, и дружбу, и верность, и любовь... Их в этом плане очень хорошо тренируют для работы под прикрытием. "Даже орлейской Игре 100 очков форы даст!" - мрачно закончила она про себя.

[Кайра]

Лагерь

 

- Уж поверь мне, сыграть они могут, что угодно. Особенно - агенты Тайной Службы. И неподдельную боль, и участие, и дружбу, и верность, и любовь... Их в этом плане очень хорошо тренируют для работы под прикрытием. "Даже орлейской Игре 100 очков форы даст!" - мрачно закончила она про себя.

 

- Виктория еще лаэтанка по крови, и значит мы для нее не будем никогда достаточно хороши, что - то вроде забавных южных варваров, которые никогда не статут ровней тевинтерцам. Мы можем цепляться за свои происхождения и думать, что какие- то у нас какие- то там есть прривелегии, но настоящия  аристократия, именно они. Лишь только деньги и земля помогает, как- то старой знати держаться на плаву и еще  держать так сказать марку.  - Фел решил перевести все же разговор, заметив реакцию Ринн.

 

-  Я думаю о другом о Бастьене и Мишель, мы их спасли и значит не хотим, чтобы они вновь попались, тем более они теперь много, чего поведать тайным службам. Гаспар мне все говорил, про глухую деревню, но появления там двух чужаков, тем более которые ничего не смыслят в крестьянском житье и не имеет их навыков будут заметным явлением. Да о них вся деревня будет говорить.

[Junay]

Лагерь

 

- Виктория еще лаэтанка по крови, и значит мы для нее не будем никогда достаточно хороши, что - то вроде забавных южных варваров, которые никогда не статут ровней тевинтерцам.

 

- А тебе так важно ее мнение? Или мнение других тевинтерышей? Мне на него плевать. - пожала плечами девушка. - Вот что мне нравится в тевинтерышах - что они все смертны. А главное - внезапно смертны. И самый дутый альтус тоже смертен - вопрос только в цене за его голову. А что касается аристократии... Оккупанты  низвели всех благородных не-магов до уровня обычных простолюдинов, обозвав их "сопорати". Именно благодаря этому у нашего клана скажем так... есть связи и среди аристократии. Потому что тевинтерыши отобрали у них главное - их положение и власть. И поверь, бывшая аристократия будет землю грызть, лишь бы отомстить оккупантам за подобное. - она жестоко усмехнулась.

 

Ринн снова пожала плечами.

- Я разговаривала с Мишель, предложила ей... определенный  вариант.  Так что пусть поразмыслит, хочет она такой вариант, или нет. Он обеспечивает полную безопасность, но высокой ценой.

Конечно, имей Сопротивление совесть, они бы сами озаботились судьбой спасенышей, но... Я видела, что делают сопротивленцы с теми, кто им не нужен. Просто убивают.

[Кайра]

Лагерь

 

- А тебе так важно ее мнение? Или мнение других тевинтерышей? Мне на него плевать. - пожала плечами девушка. - Вот что мне нравится в тевинтерышах - что они все смертны. А главное - внезапно смертны. И самый дутый альтус тоже смертен - вопрос только в цене за его голову. А что касается аристократии... Оккупанты  низвели всех благородных не-магов до уровня обычных простолюдинов, обозвав их "сопорати". Именно благодаря этому у нашего клана скажем так... есть связи и среди аристократии. Потому что тевинтерыши отобрали у них главное - их положение и власть. И поверь, бывшая аристократия будет землю грызть, лишь бы отомстить оккупантам за подобное. - она жестоко усмехнула

 

- Знаешь даже мы лаэтане, но не тевинтерцы по крови, не сможем стать, чем- то большим, чем Вторыми чародеями в Академии или Третьим. Этому я не удивлюсь, представь что в Советах  могут сидеть люди низкого происхождения, рядом с бывшим герцогом и даже перечить ему. А для дворянина это смертельное оскорбление.

 

- Я разговаривала с Мишель, предложила ей... определенный  вариант.  Так что пусть поразмыслит, хочет она такой вариант, или нет. Он обеспечивает полную безопасность, но высокой ценой.

Конечно, имей Сопротивление совесть, они бы сами озаботились судьбой спасенышей, но... Я видела, что делают сопротивленцы с теми, кто им не нужен. Просто убивают.

 

- Вопрос согласиться ли с ним Гаспар,  Ладно у меня тоже есть кое- какие знакомые, которые могут им помочь, так что если то задействую их.

[Junay]

Лагерь

 

- Знаешь даже мы лаэтане, но не тевинтерцы по крови, не сможем стать, чем- то большим, чем Вторыми чародеями в Академии или Третьим.

 

- Ну, сейчас-то магам  большое раздолье, по сравнению со старыми временами. Говорят, они тогда были заперты в башнях, забирались из семей в детстве, не имели право наследовать имущество, жениться и жить нормальной жизнью. А за попытку сбежать из Круга их убивали храмовники. Так что в какой-то мере, магов-то Тевинтерское иго  освободило и дало кучу преференций. Конечно, маг из Ферелдена, например, не может равняться с альтусом по положению, но  думаю я, выбирай маги между старым порядком без Тевинтера и с новым, но с Тевинтером и Разикаль, и они бы выбрали второе... Никому не хочется быть заключенным в Круг пожизненно. В свое время шла целая война между Церковью и магами, требующими свободы.  Так что лаэтанам грех на Тевинтер жаловаться. Он же их спас. - покосилась на Фела девушка. - Запрет на высшие должности - не такая большая печаль по сравнению с заключением в Кругах и тиранией храмовников. 

 

Девушка села у костра, и выгребла с котла остатки  завтрака - самое время было перекусить после долгой дороги.

- Это уж они, как захотят... Пусть сами решают, какой вариант им ближе. - протянула Ринн.

Изменено 12 июля, 2021 пользователем Junay

[BornToSeek]

Лагерь

 

— В походах часто приходилось рыбачить и готовить из рыбы? — поинтересовался он, глядя на то, как ловко Дамиан управлялся с тушками.

 

— Не сказать, что часто, и в походах я обычно уже наработанным пользовался, ← ответил наёмник. — Научился в детстве ещё. Тогда же и саму рыбу полюбил, наедался ей и хлебом хорошо, мясо редко видал.

Тут даже врать незачем, ничего особого в немалой части его детства не было. Другое дело, что остальная часть на деле являлась тем ещё адом, но вот об этом можно было и умолчать. Мать, которая получала с работы в Академии вполне хорошие для горожан деньги, могла сделать жизнь свою и сына куда лучше, но, по факту, единственное, в чём она превосходила бедняков — это в количестве алкоголя, причём не самого простого. Безмозглая дурная змея,  испортила всё что можно.

 

 

Стоянка эльфов

 

— Тебе даже ничего специального не надо делать, Алинбель, просто пройти с нами к башням, — уже после слов Эльсы добавил Альваро. — Доленгал получил там временный дар, позволяющий ему увидеть воспоминания согласного эльфа. Но работает этот дар только там, вблизи от зачарованной статуи на вершине одной из башен, видевшей бойню и удерживающей духов желанием мести. Просто... попробуй понять нас: сами духи считают, что ты можешь быть тем самым предателем, эльфы клана видели тебя уходящей в ночь. Если это не ты, то нам нужно узнать, кто именно поставил клан под угрозу, иначе у нас просто нет других подозреваемых. Поэтому твоё содействие смогло бы помочь как нам, так и тебе самой — мы найдём заговорщика, ты же окажешься в безопасности.

Изменено 12 июля, 2021 пользователем BornToSeek

[Кайра]

Лагерь

 

- Ну, сейчас-то магам  большое раздолье, по сравнению со старыми временами. Говорят, они тогда были заперты в башнях, забирались из семей в детстве, не имели право наследовать имущество, жениться и жить нормальной жизнью. А за попытку сбежать из Круга их убивали храмовники. Так что в какой-то мере, магов-то Тевинтерское иго  освободило и дало кучу преференций. Конечно, маг из Ферелдена, например, не может равняться с альтусом по положению, но  думаю я, выбирай маги между старым порядком без Тевинтера и с новым, но с Тевинтером и Разикаль, и они бы выбрали второе... Никому не хочется быть заключенным в Круг пожизненно. В свое время шла целая война между Церковью и магами, требующими свободы.  Так что лаэтанам грех на Тевинтер жаловаться. Он же их спас. - покосилась на Фела девушка. - Запрет на высшие должности - не такая большая печаль по сравнению с заключением в Кругах и тиранией храмовников.

 

 

- А так же запрет на исследования, то что может  бросить тень на репутацию Разикаль.  Гаспар прекрасный тому пример, когда мага отдали на потеху потрошителям. А учитывая сколько магов среди нас, то видимо все же мы выбрали третий путь, свободу без Разикаль и Тевинтера, но не думаю что кому- то в голову сейчас придет заключать нас в Круг.  Возврат к старому вряд ли возможен, даже самые старые ретрограды привыкли, к доступным магам - целителям, чтобы вот так от этого отказаться. А если, что придется бороться с теми, кто захочет закрыть магов в Башню. - сказал жестко Фел.

 

- И поверь что тех привык, бороться не так то легко посадить на цепь.

[Junay]

Лагерь

 

- А так же запрет на исследования, то что может  бросить тень на репутацию Разикаль.  Гаспар прекрасный тому пример, когда мага отдали на потеху потрошителям.

 

​- Всему есть своя цена. - покачала головой Ринн. - Империя многого от магов не требует - только молиться их божеству и не... затрагивать опасные темы. Это цена свободы, которую получили маги по милости Тевинтера. Кто знает, что за силы прийдут к власти, если вдруг Разикаль и Тевинтер падут? Вдруг какие-то упоротые столетние ретрограды-церковники, которые именем Создателя опять начнут загонять магов в круги или квадраты - что они там придумают? Хотя, такой расклад маловероятен. Не верится мне, что Тевинтер вдруг врежет дуба, или Ридикюль этот отбросит копыта...  Так что магам ретроградов можно не бояться - если Империя когда-то и падет, то к тому времени они все вымрут.

[Кайра]

Лагерь

 

​- Всему есть своя цена. - покачала головой Ринн. - Империя многого от магов не требует - только молиться их божеству и не... затрагивать опасные темы. Это цена свободы, которую получили маги по милости Тевинтера. Кто знает, что за силы прийдут к власти, если вдруг Разикаль и Тевинтер падут? Вдруг какие-то упоротые столетние ретрограды-церковники, которые именем Создателя опять начнут загонять магов в круги или квадраты - что они там придумают? Хотя, такой расклад маловероятен. Не верится мне, что Тевинтер вдруг врежет дуба, или Ридикюль этот отбросит копыта...  Так что магам ретроградов можно не бояться - если Империя когда-то и падет, то к тому времени они все вымрут.

 

- Ну если им по сто лет и они могут еще, чем-то грозить магам, то наверное их стоит за это только уважать, ибо обычно в таком возрасте сражаются  с  старческой  деменцией и тремором рук . А учитывая, что им надо применять лириум, чтобы блокировать магию, то это уже чудо, обычно уже к среднему возрасту, храмовник нуждался в уходе ибо у него тек от него мозг.  - Фел представил толпу инвалидов - пенсионеров, которые воздевали свои старческие сухие руки к небесам, но так как Создатель давно покинул своих детей, то кара небесная ни как не наступала.

 

- Но наши рассуждения чисто теоретически мир изменился навсегда и возврат к старому Тедасу вряд ли возможен.  Да и у тех же старых аристократов родились дети маги, от которых они вряд ли откажутся. Даже если к ним ввалиться столетний маразматик церковник и будет  требовать восстановление Кругов.

[Junay]

Лагерь

 

- Но наши рассуждения чисто теоретически мир изменился навсегда и возврат к старому Тедасу вряд ли возможен.

 

- Сомневаюсь, что старый Тедас когда-то вернется. Или что новый порядок рухнет... - сказала Ринн, садясь поудобнее и вытягивая ноги. Она доела из котелка остатки завтрака и теперь просто щурилась на огонь, завороженная его танцем. - Не представляю, что бы могло изменить существующий порядок... Разве что приход Создателя, который всем люлей раздаст. -  хмыкнула она. - Но в это не очень-то и верится. 

[Кайра]

Лагерь

 

 

- Сомневаюсь, что старый Тедас когда-то вернется. Или что новый порядок рухнет... - сказала Ринн, садясь поудобнее и вытягивая ноги. Она доела из котелка остатки завтрака и теперь просто щурилась на огонь, завороженная его танцем. - Не представляю, что бы могло изменить существующий порядок... Разве что приход Создателя, который всем люлей раздаст. -  хмыкнула она. - Но в это не очень-то и верится.

 

- Что же я не заглядываю так далеко, выполнить миссию и вернуться домой, для менее важнее всего. Вновь вернусь к своим книгам и тишине библиотек, а так же ко всем удобствам цивилизованного общества. Да еще при деньгах, - он подумал, что звучит все это пока крайне оптимистично, вот что если они отряд для прикрытия, которые должны отвлечь на себя имперцев и если что их просто спишут, как необходимые потери, но маг сам на это подписался.

[Junay]

Лагерь

 

Вновь вернусь к своим книгам и тишине библиотек, а так же ко всем удобствам цивилизованного общества. Да еще при деньгах,

 

- Ну и зря. С такой-то внешностью, да еще с деньгами, будучи лаэтаном - сидеть за книгами? Знаешь, ты не ценишь открывающиеся перед тобой возможности. Другие бы с такими вводными уже штурмовали Минратос, выбивая себе местечко под солнцем потеплее, и меняя богатеньких альтусих, как перчатки... Какие книги - не гробь себе молодость! Вот станешь старым пердуном - тогда и за книги садись, в тишине. Ладно... Нам бы только закончить эту миссию, а дальше... Дальше, даст Создатель, перспективы откроются радужные. Пойду лошадь покормлю.  - с этими словами, Ринн, кряхтя, поднялась на ноги и отправилась к лошади. Налив ей в ведро чистой воды, она привязала сумку с едой.

 

- корм лошади

Изменено 13 июля, 2021 пользователем Junay

[Thinvesil]

Лагерь

 

— Не сказать, что часто, и в походах я обычно уже наработанным пользовался, ← ответил наёмник. — Научился в детстве ещё. Тогда же и саму рыбу полюбил, наедался ей и хлебом хорошо, мясо редко видал.

 

— Ну, теперь благодаря стараниям наших охотников, мясо тоже можно себе почаще позволить, — усмехнулся Руфус, опуская в миску последние кусочки. — А пока ухи сделаем. Поставишь рыбу?

 

Целитель поднялся и стал подкладывать в костер новые ветки, чтобы тот получше разгорелся. Сначала следовало дождаться, когда закипит рыба в котелке, а затем добавлять уже корнеплоды и травы. 

[Perfect Stranger]

Лагерь - Стоянка эльфов

 

Викториа решила пройтись до мастера Ивеора, продать ему драгоценный камень, который нашла намедни в лесу; кажется, тут кто-то, словно великий Сеятель, щедрой рукой разбросал золотые монеты и драгоценности. Хотя учитывая древность этой рощи и этого леса, сколько тут заблудилось и погибло путников, сколько полегло в боях с долийцами, было и не сосчитать. Продать найденный магессой камень и двуручный тевинтерский клинок оказалось весьма просто, и вскоре она вернулась, позвякивая в кармане новенькими более, чем семью золотыми драконами. Правда, особенно тратить их здесь было не на что. У мастера ей больше ничего не нужно было покупать из одежды, разве что попробовать запастись зельями.

 

Присев в лагере в одиночестве и увидев, как у костра общаются Ринн, Руфус, Дамиан и Фел, она достала паек и развернула упаковку. Ее к костру не приглашали, да и она не ожидала этого; Викториа не собиралась напрашиваться туда, где ей были не рады, тем более, в открытую. Задумчиво поглощая черствый хлеб с сыром и мясом, она размышляла о том, что первым же делом по прибытии в город или деревню закажет себе нормальную еду, со специями, овощами, а возможно, даже пирожок с повидлом.

 

Почему-то от этой последней мысли на ее лице расплылась довольно-таки глупая ухмылка, и Викториа одернула себя. Вот уж не хватало выглядеть, как девчонка, радующаяся какому-то теоретическому пирожку.

 

- драгоценный камень

- Двуручный тевинтерский клинок

+ 7,5 золотых

- 1 паек

 

Стоянка эльфов

 

Алинбель поджала губы, и показалось, что в глазах ее снова блеснули слезы. Наконец она повернулась, очень медленно, будто механически, подошла к забору и осторожно прислонила к нему грабли. Затем опять медленно развернулась лицом к чужакам. Лицом каменным, пусть и довольно симпатичным для эльфийки, но сейчас оно было почти пугающим из-за своего выражения. Она прикусила губу, размышляя, и кивнула.

 

— Хорошо. Я пойду с вами. Может быть... вам действительно лучше все узнать. Увидеть самим, а не услышать от меня, — плоскоухая вздохнула и дернула себя за прядь, опустив голову так, что ее глаза были почти не видны из-за упавших на них волос. — Только пообещайте мне, слышите? Пообещайте, что защитите меня. Не дадите мне погибнуть. Обещайте!

 

Она явно готова была сотрудничать, может быть, помогло присутствие в их небольшой группе эльфа-собрата, но так или иначе, слова Альваро убедили ее. Вот только кто мог желать причинить ей вред, если она позволит чужакам узнать правду? В глазах ее можно было отчетливо увидеть страх. Был ли это страх за свою жизнь, отголоски той боли, что пронзила ее после известия о смерти сестры, или страх перед справедливым наказанием от того, кто его жаждал? Алинбель помотала головой и сделала шаг вперед, выжидающе глядя на Альваро.

[Demet]

Стоянка эльфов

 

— Только пообещайте мне, слышите? Пообещайте, что защитите меня. Не дадите мне погибнуть. Обещайте!

 

- Обещаю.

Доленгал вышел вперёд. Он выглядел немного тревожным - у него начали закрадываться подозрения касательно того, кто был предателем, но догадки он оставил при себе.

- Что бы ни случилось, я защищу тебя. Не бойся.

Эльф тепло улыбнулся, как никогда не улыбался, разговаривая с человеком - с сородичем он мог быть вполне искренним.

[Thinvesil]

Стоянка эльфов

 

— Хорошо. Я пойду с вами. Может быть... вам действительно лучше все узнать. Увидеть самим, а не услышать от меня, — плоскоухая вздохнула и дернула себя за прядь, опустив голову так, что ее глаза были почти не видны из-за упавших на них волос. — Только пообещайте мне, слышите? Пообещайте, что защитите меня. Не дадите мне погибнуть. Обещайте!

 

Эльса сочувственно посмотрела на девушку. В отличие от эльфа, альтус не имела привычки давать обещания, в которых не была уверена, что сможет выполнить. Однако можно было попробовать поискать и иные пути. Хотя бы попытаться.

 

— Может быть, когда духи узнают, как все было на самом деле, они и сами немного успокоятся в своей жажде возмездия и удастся с ними договориться, — кивнула целительница эльфийке и обернулась к Альваро. — Значит, заскочим показаться, что живы-здоровы, перекусить и пойдем обратно к башням?

[BornToSeek]

Стоянка эльфов

 

— Хорошо. Я пойду с вами. Может быть... вам действительно лучше все узнать. Увидеть самим, а не услышать от меня, — плоскоухая вздохнула и дернула себя за прядь, опустив голову так, что ее глаза были почти не видны из-за упавших на них волос. — Только пообещайте мне, слышите? Пообещайте, что защитите меня. Не дадите мне погибнуть. Обещайте!

 

— Если не ты являешься тем самым предателем, из-за которого в первую очередь потрошители пришли к клану, то я обещаю, что защищу тебя, — серьёзно ответил чародей.

Такое условие может не устроить её разве что в том случае, если она в самом деле предательница. Тогда, к сожалению, она либо прольёт больше света на произошедшее, решив-таки отправиться к башням, но в итоге всё равно окажется подсудной, либо просто останется единственным подозреваемым, наведшим на себя ещё больший след. Если же она невиновна, то защита будет справедливым делом. От остальных членов клана ли или от кого-то ещё, не важно.

 

Лагерь

 

— Ну, теперь благодаря стараниям наших охотников, мясо тоже можно себе почаще позволить, — усмехнулся Руфус, опуская в миску последние кусочки. — А пока ухи сделаем. Поставишь рыбу?

Целитель поднялся и стал подкладывать в костер новые ветки, чтобы тот получше разгорелся. Сначала следовало дождаться, когда закипит рыба в котелке, а затем добавлять уже корнеплоды и травы.

 

— Угу, — заканчивая разбираться с чешуёй, кивнул демонолог.

Выпотрошил, вычистил, закинул всю рыбу в котёл, давая ей вариться. Следом пошли овощи и коренья, найденные и порезанные Руфусом. На вид и запах всё выходило очень неплохо ещё в процессе готовки, и когда наконец уха сварилась, Дамиан попробовал её первой. Получилось хорошо, даже очень хорошо, учитывая дикие условия вокруг.

[Perfect Stranger]

Стоянка эльфов

 

— Если не ты являешься тем самым предателем, из-за которого в первую очередь потрошители пришли к клану, то я обещаю, что защищу тебя, — серьёзно ответил чародей.

 

Алинбель внимательно посмотрела на него, губы ее задрожали, и она негромко ответила:

 

— Я не виновата. Но остальные могут подумать... — она не закончила, помотав головой и взглянув на Доленгала. — Хорошо. Я пойду с вами, — видимо, поняв, что просто так эти чужаки не сдадутся, девушка направилась за ними. Грабли она оставила одиноко стоять у забора, в то время, как галлы спокойно сгрудились у корыта с сеном и овсом, не обращая внимания на свою помощницу. Только одна, подняв украшенную ветвистыми рогами голову, повернула шею в сторону уходящей плоскоухой, прядая ушами. Как будто прощаясь с ней навсегда. Остальные эльфы покосились на выходящую со стоянки Алинбель, мастер Ивеор проводил ее взглядом и что-то тихонько пробормотал себе под нос, но не поднялся со своего места. Пустой навес, где раньше жила Сказительница, казался рваной раной на теле клана, будто бы в этом было что-то неправильное, как пятно на чистой рубашке. Старший охотник Альреан и вовсе не заметил ухода эльфийки.

 

— Ты обещал меня защитить, — тихо проговорила она, подстраиваясь под шаг Доленгала. — Я верю тебе, — глаза ее обратились к эльфу, будто ища в нем, сородиче, единственно возможной поддержки. Алинбель не считала, что чужаки вправе судить их, долийцев, но вместе с тем чувствовала, что другой плоскоухий был тем, кто мог бы ее понять.

[BornToSeek]

Стоянка эльфов - Лагерь - Сторожевые башни

 

Видимо, обещание Альваро девушку не устроило даже несмотря на её слова о собственной невиновности. Не доверяет, но тем не менее всё же просьбу озвучила. Ожидала твёрдого согласия на любой случай? Это уже могло бы поставить под удар Скорпионов. Или по крайней мере самого Альваро, не привыкшего нарушать данных им слов.

Чтобы не проделывать весь путь обратно и всю работу там на голодный желудок, решено было сначала быстро заглянуть в лагерь к своим. Доленгал и Алинбель подождали у края, пока Альваро с Эльсой быстро обозначились среди своих, успели поесть ухи и двинули обратно. Теперь группа наконец отправилась к башням. По пути им неудачно встретились три рыси, злющие и голодные, но отогнать их вышло без больших проблем: огонь, магия и, кажется, даже пинок под зад прогнали животных обратно в глушь. Остальная часть пути прошла без происшествий.

Прибыла группа сразу к той самой башне со статуей, не заглядывая к побоищу и призракам.

— Что же, — оглядывая уже знакомую постройку, сказал Альваро и обернулся к эльфам. — Мы на месте. Начнёшь, Доленгал?

[Perfect Stranger]

Сторожевые башни

 

Алинбель остановилась, ее глаза расширились, когда она увидела мятущихся духов; но даже не это, кажется, напугало ее. Когда ее вгзляд переместился к башне, она не смогла более сделать и шагу.

 

— Она... злая, — прошептала девушка, нервно дергая локон волос, и даже, кажется, не моргая. — Я чувствую... что она хочет чьей-то смерти. Мы должны разрушить эту статую! Иначе весь мой клан будет обречен, — она обернулась к Доленгалу, в глазах застыл ужас и так и не произнесенная мольба. — Ты ведь тоже это чувствуешь, да? Она не успокоится, пока не заберет кого-то с собой.

 

Переминаясь с ноги на ногу, эльфийка чуть покачивалась на месте, так и не решаясь сделать еще хоть один шаг по направлению к той самой злополучной башне.

[Thinvesil]

Стоянка эльфов - Сторожевые башни

 

По пути через мастерскую Ивеора Эльса продала еще одну безделушку из своего арсенала — зуб виверны за три золотых монеты. На большее у мастера не хватало. Видимо, торговля шла не слишком хорошо. Ну и ладно. Спрятав деньги в кошель, девушка вместе с Альваро отправилась в лагерь, где они поели свежей ухи. Руфус и Дамиан расстарались на славу, хотя альтус не поручилась дать названия тем овощам, которые плавали в ухе. Но вышло и впрямь вкусно. 

 

По дороге столкнувшись с рысями, они быстро распугали животных, и целительница, бросив взгляд на Доленгала, отвесила рыси прощальный пинок — чтобы та ускорилась и не обрела участь несчастных браконьеров. Больше происшествий не было, если не считать пойманного мабариком жирного нага и найденные коралловые бусы, которые Эльса спрятала в сумку. Возможно, Ивеор и им найдет применение.

 

— Что же, — оглядывая уже знакомую постройку, сказал Альваро и обернулся к эльфам. — Мы на месте. Начнёшь, Доленгал?

 

Эльфы по дороге шушукались, и явно не доверяли людям. Впрочем, девушка тоже им не доверяла. Отодвинувшись так, чтобы они не услышали, Эльса прошептала магу.

 

— Плохо, что воспоминания может посмотреть только один, и тот эльф. Лучше бы это мог сделать кто-то менее предвзятый.

 

— Она... злая, — прошептала девушка, нервно дергая локон волос, и даже, кажется, не моргая. — Я чувствую... что она хочет чьей-то смерти. Мы должны разрушить эту статую! Иначе весь мой клан будет обречен, — она обернулась к Доленгалу, в глазах застыл ужас и так и не произнесенная мольба. — Ты ведь тоже это чувствуешь, да? Она не успокоится, пока не заберет кого-то с собой.

 

— Ты слишком хорошо разбираешься в этом всем, — небрежно заметила Алисия. — Ты маг?

 

Продано: Зуб виверны - 3 зол

Эльса охотится и получает 2 мяса.

Эльса ищет сокровища и находит Ювелирные украшения (можно продать за 3 золотых)

 

Лагерь

 

Руфус поел вместе с Дамианом и подоспевшими к обеду молодыми людьми. После обеда он вызвался мыть посуду, чтобы Альваро и Эльса не задерживались, и отправился к ручью. Закончив с мытьем, целитель сложил вещи в палатку и отправился прогуляться по стойбищу эльфов. Задержался у лавки мастера Ивеора, продал ему олений рог и подошел к загончику с галлами, залюбовавшись стройной грациозностью этих животных.

 

Продано: олений рог - 50 серебра

[Demet]

Сторожевые башни

 

После битвы с рысями, проверяя всё ли в порядке, Доленгал случайно нашёл в кустах какое-то зелье. Было ли это заначкой разбойников или потерей неудачливого охотника - прошлой жертвы диких зверей, не ясно, но могло послужить на благое дело (разумеется, в представлении Доленгала).

 

— Она... злая, — прошептала девушка, нервно дергая локон волос, и даже, кажется, не моргая. — Я чувствую... что она хочет чьей-то смерти. Мы должны разрушить эту статую! Иначе весь мой клан будет обречен, — она обернулась к Доленгалу, в глазах застыл ужас и так и не произнесенная мольба. — Ты ведь тоже это чувствуешь, да? Она не успокоится, пока не заберет кого-то с собой.

 

- Алинбель, - ласково произнёс эльф. - Я понимаю, это может пугать. Но мы здесь чтобы узнать правду. Духи не злые - они огорчены случившимся и желают справедливости. Помоги нам разобраться в этом. Ты позволишь?

Он не знал, как именно должен это делать, поэтому протянул к девушке руки - нежные заботливые руки молодого целителя.

 

Зелье охотника (+1 к попаданию следующей способностью или автоатакой)

[Perfect Stranger]

Сторожевые башни

 

— Ты слишком хорошо разбираешься в этом всем, — небрежно заметила Алисия. — Ты маг?

 

Эльфийка пожала плечами, а затем качнула головой. Она не была магом, но ощущала угрозу, которая лишь усилилась при ее приближении. По крайней мере, она сама всегда думала, что никакого магического дара у нее нет. Подумаешь, пару раз... пресекая эти мысли, девушка все-таки ответила:

 

— Нет, я не маг.

- Алинбель, - ласково произнёс эльф. - Я понимаю, это может пугать. Но мы здесь чтобы узнать правду. Духи не злые - они огорчены случившимся и желают справедливости. Помоги нам разобраться в этом. Ты позволишь?

 

Она явно колебалась, но подняв взгляд на эльфа, тут же почувствовала, что он на самом деле желает ей добра. Одинокая плоскоухая в клане — она всегда чувствовала себя немного чужой, даже если когда-то являлась частью народа эльвенан, то это было всего лишь словами. На деле она все еще глубоко внутри была той девчонкой из Вал Форэ, которая лазила по крышам, пугала голубей и бросалась наполненными водой шариками в прохожих, совершенно не подозревая, что где-то в лесах и чащах кочуют ее сородичи. Поэтому она возвращалась. Поэтому она вернулась тогда...

 

***

 

Вал Форэ был таким же, каким Алинбель его помнила. Правда, осенью он казался немного унылым, зарядили дожди, и эльфийке пришлось бежать бегом, прячась под узкими навесами зданий и магазинчиков, прямиком к дому с зеленой крышей, что на углу улицы Лебо и переулка, название у которого менялось так часто, что местные называли его просто "Ясеневым переулком". Естественно, из-за раскидистых деревьев, обосновавшихся здесь, и едва не задевавших ветками соседние окна. Дом, где они прожили с сестрой недолго, прежде, чем Алинбель ушла искать долийцев. Рене вышла замуж за человека и переехала сюда несколько лет назад, и кажется, даже успела сообщить своей вечно непоседливой младшей сестренке о том, что ждет ребенка.

 

Алинбель была рада за нее, но сама знала, что ей стоит искать другой судьбы. И вот теперь, решив ненадолго покинуть клан, остановившийся неподалеку от города на день или два, эльфийка решила заскочить в гости. Каково же было ее удивление, когда она, войдя в дом через незапертую дверь, не увидела ни привычной уютной обстановки, ни сестры, ни ее мужа. Вместо этого вокруг царил ужасный беспорядок. Вывороченные ящики стола, разбросанные бумаги, перевернутые стулья, сломанный шкаф... остановившись в гостиной, девушка растерянно огляделась. Что здесь произошло? Неужели в дом забрались грабители?

 

Однако она не успела проверить спальню, услышав чей-то спокойный, размеренный голос, доносящийся из темного угла, там, где со стены была сорвана картина, оставив под собой светлый прямоугольник и дыру от гвоздя.

 

— Рене здесь нет.

 

— Кто вы? Где моя сестра? — резко обернувшись, Алинбель попятилась назад, прищурившись и пытаясь разглядеть человека, сидящего на изрезанном ножами кресле. Обивка торчала из глубоких порезов вместе с пружинами. — Что вы с ней сделали?

 

— Скажем так... она перешла дорогу не тем людям. Точнее, даже не она, а ее муженек. Ну, а ее взяли как соучастницу, — в полумраке зажегся огонек. Человек закурил трубку, и девушка почувствовала резкий, удушающий запах табака, прижав ко рту и носу ладонь и с трудом подавляя кашель. — Я знаю, что ты ушла к долийцам. Это нам пригодится. Чтобы не рассусоливать, сразу предлагаю: ты кое-что для меня сделаешь, а взамен я попрошу Красных отпустить твою сестру. Насчет ее мужа ничего обещать не могу, но думаю, моя рекомендация будет иметь для них значение. Не хотелось бы, чтобы с ней случилось что-то плохое, верно? А тем более, с ее ребенком...

 

— Что вам нужно? И как я могу вам верить, что она еще жива? — переломился ее голос, став сухим, словно собранный Рене гербарий, что она показывала сестре в прошлый раз. Она любила природу, растения, животных, но редко выезжала за пределы Вал Форэ.

 

— Придется поверить на слово. Впрочем, если не хочешь помогать, то я могу сделать вид, что мы с тобой никогда не встречались. Правда, насчет безопасности твоей сестры уже ничего гарантировать не смогу, — человек пожал плечами, затягиваясь трубкой и выпуская вверх клубы дыма. Алинбель знала, что выбора у нее нет. — А что касается того, что мне от тебя нужно... всего лишь самая малость. Протяни руку, — вдруг потребовал он, наклоняясь вперед, и свет из окна выхватил его лицо. Вытянутое, узкое, похожее на лошадиную морду. Глаза блеклые, как у рыбы, а возраст так и вовсе определить невозможно. Одет он был неброско, в обычную гражданскую одежду, а на руках Алинбель заметила толстые кожаные перчатки. Оружия при нем она не заметила, но тот мог его прятать в сапоге или под курткой. — Давай. Обещаю, больно не будет, — он усмехнулся, вытянув ладонь и вопросительно глядя на эльфийку.

 

Та поняла, что придется следовать указаниям. Медленно, на ватных ногах, едва не споткнувшись о перевернутый стул, она подошла к странному человеку и вложила свою тонкую ладонь в его цепкие пальцы.

 

— Ай! — вскрикнула она, когда неуловимым движением человек кольнул ее ладонь выдвижным лезвием, показавшимся из свободного рукава. Лезвие тут же убралось, а он, ловко достав из кармана крошечный фиал, подставил его под капающую на пол с руки Алинбель кровь. — Что... зачем это? Зачем вам моя кровь? — ее замутило, желудок свернулся в тугой комок.

 

— Это уже не твоя забота, — беспечно отозвался мужчина и, набрав примерно половину фиала, закупорил его и убрал в карман. — Иди. Мы с тобой никогда не встречались, понятно? Этого разговора не было. А если кто-то узнает о нем, тебе же... точнее, твоей сестре... будет хуже.

 

Ей стало внезапно так холодно, так одиноко, что захотелось немедленно покинуть этот разрушенный дом. Развернувшись, Алинбель выбежала наружу, под дождь, и остановилась, долго стоя с приподнятой головой и подставляя лицо косым струям ледяной воды. Ее рука пульсировала болью, но этот порез заживет. Она может сказать, что случайно порезалась, когда вырезала из дерева стрелу. А Хранитель поможет убрать шрам и залечить рану. Он всегда был к ней добр, хоть и понимал, что Алинбель все еще не прижилась в клане Гилайн, все еще дичилась их обычаев и устоев, все еще не понимала, когда ней обращались на незнакомом ей языке. Он был добрым. Он не станет расспрашивать.

 

***

 

Они нашли их у башен. Алинбель видела, как погибают ее собратья, и не могла понять, как это произошло. Почему? Клан был осторожен. Они замели все следы, петляли и сбивали со следа возможных преследователей, и все же попали в засаду. Голова болела неимоверно с тех самых пор, как она вернулась в клан; ее мучили непонятные видения по ночам, после которых она просыпалась в слезах и поту. И вот теперь, глядя на кроваво-красное кольцо на руке одного из потрошителей, который как раз вонзил меч в живот одному из охотников, она наконец поняла, что именно заставило ее смотреть в эту сторону. В кольце что-то переливалось на свету, и это был не просто красивый камень. Там, внутри, кажется, была какая-то жидкость. Кровь.

 

Внезапное осознание заставило ее отшатнуться. Она повернулась и побежала, не разбирая дороги, прямо сквозь заросли, неважно куда, лишь бы подальше отсюда. Кровь... кровь... тот человек взял ее кровь. А потом они что-то сделали с ней. Какую-то грязную, темную магию. И поэтому они здесь. Они нашли ее по запаху, как голодные бродячие псы, почуявшие слабого, раненного, заплутавшего в переулке человека. Они пришли, чтобы убивать. Рене давно мертва. Алинбель теперь это понимала, ее сестра наверняка уже мертва, как и ее ребенок, и ее муж, и как скоро мертва будет и сама Алинбель. Им было плевать на эльфов. Они пришли сюда, чтобы уничтожить весь ее клан. Лишние свидетели никому не были нужны.

 

Весь клан должен был погибнуть из-за ее глупости, доверчивости и трусости. Алинбель упала коленями на острые камни и закричала. Она кричала, пока не охрипла. Пока ее голос не заглушило пламя.

 

***

 

Открыв глаза, девушка посмотрела на Доленгала. Ее руки все еще сжимали ладони эльфа, не отпускали, как будто он был единственным якорем в этом мире, способным удержать ее от падения в бездну.

 

— Я... не знала... прости меня, прости меня... — ее голова опустилась, и она задрожала в беззвучных рыданиях.

[Thinvesil]

Сторожевые башни

 

Открыв глаза, девушка посмотрела на Доленгала. Ее руки все еще сжимали ладони эльфа, не отпускали, как будто он был единственным якорем в этом мире, способным удержать ее от падения в бездну.

 

— Я... не знала... прости меня, прости меня... — ее голова опустилась, и она задрожала в беззвучных рыданиях.

 

Эльса с сочувствием посмотрела на упавшую на колени эльфийку и переглянулась с Альваро.

 

— Тише, тише, — успокаивающе прошептала она, присаживаясь рядом и ободряюще кладя руку ей на плечо. — Сейчас разберемся. — она подняла взгляд на Доленгала. — Что там стряслось? На девочке лица нет.

 

Что бы это ни было, это явно потрясло Алинбель. Что-то увидела, или сама предала — в любом случае это явно было не простым. Но без Доленгала трудно было понять, что с ней и как можно решить возникшую проблему.