Perfect Stranger

Таверна "Розовый пони"   — Госпожа Самир, — воин улыбнулся одной из двух своих самых обезоруживающих улыбок. Той, которая была очаровательна. Вторая, которую сам Вильгельм для себя назвал "Улыбка маньяка", предназначалась для буквального обезоруживания некрепких духом врагов. — есть ли у вас свободные комнаты на несколько ночей в вашем прекрасном заведении для уставшего воина?   — Сочувствую, друг, — покачала головой эмигрантка-ривейни, которой повезло (или не повезло, как посмотреть) держать таверну в разгар археологического безумия, охватившего вдруг крошечный и всеми забытый городок Руссильон, что неподалеку от Нахашинских болот и города Гислейна. — Все комнаты заняты. Можешь оплатить половину да и подселиться к кому-нибудь из тех, кто тут уже разместился. Говорят, в лагере археологов тоже есть палатки, но туда пускают только тех, у кого бумаги есть. — Чуть сжалившись над верзилой Вильгельмом, которому явно спать с кем-то на одной кровати будет неудобно, она пожала плечами и предложила с легкой улыбкой. — Можешь, конечно, и со мной. У меня комната в подсобке. Там не слишком просторно, но нам двоим хватит, — женщина усмехнулась, оценивающим взглядом скользнув по наемнику. — За полцены пущу.

Комната Руфуса   — Я уверен, что не пригодится, — все это время Руфус молча смотрел и не мешал девушке предаваться собственным мыслям. Кажется, к его наброскам добавится еще один. — Но я обязательно буду рядом, когда ты начнешь ритуал. На когда запланировано?   Викториа задумалась. Лучше всего было провести ритуал поскорее, пока демон еще что-нибудь не натворил. Желательно было сделать это вдали от людей, и в такое время, когда их будет меньше всего на улицах города и вокруг. Наконец, приняв какое-то решение, магесса решительно кивнула.   — Сегодня. Ночью, ближе к полуночи, пока отряд еще не лег спать. Встретимся за городом, в старом яблоневом саду, за той фермой, которую мы видели на прогулке прошлым вечером. Деревья скроют нас от любопытных глаз, а сам сад расположен так, что из окон фермы он почти не просматривается. Я скажу Джакомо, но лучше нам прибыть туда по отдельности, а не всем вместе, чтобы не привлекать внимания. Потом... — девушка вздохнула, отставила почти допитый чай на столик и поднялась. — Потом посмотрим, что произойдет. Спасибо за чай, Руфус.   Попрощавшись с магом, она несколько поспешно покинула его комнату. Слишком уж в ней было уютно, слишком спокойно в компании целителя, слишком... хорошо. Так никогда не бывает без какой-то подоплеки. Но пока зацепиться за что-либо Викториа не могла, чтобы подтвердить свои подозрения. А позволять своему разуму слишком уж расслабиться и приняться изливать душу пусть и знакомому, но чужаку, было бы непростительной глупостью.

Комната Руфуса   — Мгновение. Скоротечное, зыбкое, ускользающее навечно с каждой минутой. Но от этого еще более ценное и стоящее, чтобы его сохранить.   — Мгновение. Понимаю, — отозвалась Викториа, отложив рисунки и обхватив руками чашку с чаем. У нее постоянно мерзли пальцы, даже в помещении, и она подумывала о том, чтобы носить теплые перчатки постоянно. С другой стороны, тогда придется избавиться от когтей, которые ей были нужны для удобного и быстрого доступа к крови. — Жаль, что они все равно проходят, хочешь ты этого или нет.   Она отвела глаза к окну, подавляя нахлынувшие воспоминания о том времени, которое провела с единственным за всю ее жизнь близким ей человеком, собственным братом. Воспоминания о том, какой она была тогда, были едва ли не более важными, чем о самих событиях, что происходили с ними. Тенебрий был самым светлым человеком из всех. Но свет всегда гаснет, чтобы впустить в комнату густую, враждебную, живую темноту, которая затаится под кроватью, в углах, за шкафом, у окна под подоконником, похожая на жирного червя. Как глупо было верить в то, что доброта и наивность могут окончиться чем-то иным. В ее мире свету больше не было места.   То ощущение давно прошло, оставив только тени воспоминаний. Мгновения было уже не вернуть, ни в памяти, ни в реальности. А эти наброски... просто уголь на бумаге. Просто рисунки.   — Прости, я задумалась, — наконец подала голос девушка, не заметив, как выпила почти весь предложенный чай. Она почувствовала знакомый запах. Корица?.. — Благодарю за то, что согласился помочь с ритуалом. Мне нужно будет, чтобы ты просто меня подстраховал, ритуал я проведу сама. Надеюсь, помощь не пригодится.   Комната Феликса   - Исследования руин, это то чем я хотел только когда- то заниматься, но увы имперские археологии, имеют  больше ресурсов и власти, поддержки властей. Так, что провинциальным магов приходится искать покровителя или довольствоваться, тем, что им оставляют..   — Хм... что ж, если это все, то полагаю, я могу покинуть вас и заняться делами. Адалин, ты хотела о чем-то поговорить? — Холт повернулся к девушке, понимая, что разговор окончен, а у него еще были планы на этот день. Нужно было отыскать Ларса, если, конечно, он и был этим таинственным Рольфом. Хорошее подспорье будет в руинах, если агент Сопротивления уже успел внедриться в экспедицию, да так, чтобы хорошо замести за собой все следы. — Если надо наедине, то можем пойти в твою комнату. Не хочу стеснять Феликса и Вильгельма, прося их выйти из собственной спальни.

Комната Руфуса   — Посмотри, конечно, если интересно, — целитель деликатно отошел к тумбе с заварником, чтобы не мешать девушке изучать записи. — Это пока черновики. Но они тоже нужны. Со временем некоторые детали имеют склонность смазываться и искажаться. Будешь чаю?   Магесса отозвалась не сразу. Она полностью погрузилась в разглядывание набросков и кратких заметок на полях, которые целитель делал во время всего их путешествия, от самого Монтсиммара и до Руссильона. И как она могла не заметить, что он постоянно что-то пишет и зарисовывает? Разве что Руфус делал это, пока никто не смотрел. Так вот почему его так мало видно во всеобщей компании. В какой-то мере Викториа его понимала, ей тоже очень часто хотелось просто не выходить из своей комнаты и провести день в компании книг и свитков, спокойно, в тишине, не беспокоясь о том, что нужно поддерживать маску вежливого безразличия, или выслушивать грубые и наглые предложения от всяких антиванцев, от которых хотелось медленно воткнуть когти ему в глаза, предварительно заставив замереть на месте с помощью магии крови. У нее самой почти не было времени на ведение дневников, к тому же, следуя совету Дамиана, тевинтерка пыталась хоть как-то влиться в отряд. Пусть ее считают холодной высокомерной тварью, ее эта роль вполне устраивала. По крайней мере, она будет отпугивать ненужных набивающихся в друзей простолюдинов или тех, кто желал ее задеть и вывести на эмоции. Любви она никогда не желала, считая ее единственным утешением для бедноты, навроде бутылки самогона, с помощью которой они на мгновение могли забыть о своем бедственном положении и отсутствующем смысле жизни. Ей достаточно было бы страха и уважения.   — Что?.. Ах, да, конечно. Благодарю, — улыбнулась она, подняв взгляд на мага и сама не заметив, что держит в руках наброски ее самой. В лесу со снежинками. Она выглядела, будто какая-то восторженная девчонка. Такого ведь не могло быть, верно? Просто не могло. Видимо, Руфус добавил в этот рисунок своего художественного видения. А на лошади она выглядела немного грустной. Но грусть была ей совершенно не знакома. К чему грустить, если можно сосредоточиться на том, что можешь изменить? Викториа никогда не грустила. Никогда. — Это... весьма интересные наброски. А почему среди них так много рисунков со мной? Ты считаешь меня красивой достаточно, чтобы запечатлеть на бумаге? — с легким смешком поинтересовалась тевинтерка, откладывая бумаги с видимой паузой.   Конечно же, она была красивой. Она была прекрасна, во всех отношениях, и заслуживала, чтобы ее рисовали самые одаренные художники Минратоса. Мысль билась в голове подобно пойманной птице. Мысль разбивалась на осколки, впивающиеся в те участки памяти, которые хотелось изолировать, выбросить, уничтожить. Она чуть качнула головой, будто отвечая на не заданный самой себе вопрос.   Кто ты, Викториа?   Комната Фела   - Копии записей есть у нашего нанимателя, но я их не много изменил, как и карты, совсем маленькие поправки в допустимой погрешности, которые возникают у переписчиков.  Так, что хорошо, что Рольф был на нашей стороне и у нас было время все это сделать. Не думал, что в Сопротивление мне придется возиться с бумагами,- Фел усмехнулся.   — Серьезно? Не хочу тебя расстраивать, но кабинетной работы у нас едва ли не больше, чем в Империи, — отозвался Холт и с жалостью посмотрел на мага. — Прости, что разочаровал. Так уж получилось, что не каждому и не всегда приходится работать в поле, а если и приходится, не всегда это — исследования руин, тайные устранения людей или побеги от потрошителей. Иногда нужная бумажка, положенная в нужный стол, делает работу гораздо более эффективно, чем перерезанная глотка или взорванный корабль, — на этих словах он немного нахмурился, будто задев неприятные воспоминания.   — Можете считать меня высоко мотивированным, господин Холт. Крайне высоко мотивированным. — сказал воин с чуть более явным Неваррским акцентом.   — Конечно же. Не в моей компетенции подвергать сомнению решения моего начальства. Если оно считает, что ты достоин быть в наших рядах, значит, ты достоин. А уж применение твоим навыкам мы найдем. В этом как раз и состоит моя работа, — подмигнул ему Уильям, добродушно и негромко рассмеявшись. — Я уже понял, что ты не из простых наемников, что умеют только мечом махать да золото пропивать. Внимательность и способность импровизировать в любой ситуации спасет тебе жизнь не хуже, а то и лучше острого клинка. А учитывая специфику нашей миссии, нам придется попотеть, чтобы отыскать больше зацепок и найти нашу цель, поскольку лет прошло с тех пор, как о ней в последний раз что-то всплывало, несколько десятков. Мозги нам сейчас нужны куда больше, чем бездумная сила. И в этом ты как раз нам поможешь.

Комната Феликса   — Теперь, когда мы говорим без лишних ушей, могу добавить, что в руинах мы встретили одного лысого парня по имени Рольф, который утверждал, что тоже является одним из "нас". Второй парень, Кемвор, у которого была вся рожа в шрамах, пытался заживо похоронить Дамиана, за что и был убит. Почти преуспел в этом, кстати. Похоже к Дамиану у этого Кемвора были какие-то старые счёты.   — Кемвор... и говорите, у него были какие-то счеты к Дамиану? Неудивительно, что Дамиана с вами нет. Но я обязательно его расспрошу. Если кто-то в экспедиции нас узнает, кто-то недружественный к нашей организации, то у нас могут быть большие неприятности. Тем более, если у них счеты к кому-то из нас, — серьезно отозвался Холт, почесывая подбородок. — Благодарю за ценную информацию. С этим Рольфом тоже постараюсь пересечься в ближайшее время, думаю, я знаю, о ком идет речь.   - Я помню вы спрашивали про предметы, курительницы явно использовались в каком- то обряде, но  все же решил его не повторять, возможно в надписях, которые мы расшифруем будет его более точное описание его и последствие.- Фел описал фрески которые были в залах и не забыл про ту, на которую ему указал Вильгельм.   Агент покивал, выслушав отчет мага, и сделал пометку в уме про курильницы. Они, скорее всего, так и остались пока что в том сундучке, о котором говорил Вильгельм.   — Тогда как только найдете любую информацию из этих записей и копий, сообщите мне. Вместе решим, как поступить. Если эти знания опасны, попав в руки Империи, мы обязаны Империю от этих знаний оградить, — он дернул щекой, словно улыбка готова была вот-вот появиться на его лице, но так и не появилась. — Либо уничтожить, либо... как выразился наш Вильгельм, экспроприировать. Учитывая хватку господина Оривента, это будет непросто, но когда в нашей работе хоть что-нибудь было просто? — мужчина вздохнул и сел, поближе к окну, на подоконник, наблюдая за происходящим во дворе.   - Рунные круги имеют несколько зачарований, одно на создание громкого звука при пересечение очерченных границ, а потом нарушителя оглушит силовым ударом, конечно сильного физического вреда это не нанесет, но наверное кого ударят будет не сильно приятно .   — Понятно. Этого и следовало ожидать. Если пропусков не хватит на всех, придется импровизировать и искать иной путь попасть внутрь. Лучше так, чтобы попытка не оповестила весь лагерь о том, что туда кто-то проник. Спасибо за ценные сведения, Феликс, ты молодец, — Холт похвалил мага, который явно приложил немало усилий, чтобы скопировать все доступные надписи, которые смог найти и более-менее разобрать, да еще и руны вокруг руин проанализировал. Правда, похоже, забыл проверить найденные вещи на зачарование, но с этим можно было работать. — Вильгельм, полагаю, теперь можно раскрыть наше истинное задание, — после небольшой паузы произнес Уильям и принялся рассказывать ему все — о поручении государственной важности, о поисках пропавшей девочки, которая каким-то образом была связана то ли с Разикаль, то ли ее врагами, и которую начальство Сопротивления считало единственной зацепкой в поиске оружия против восставшего дракона-бога. О том, что подробностей не знает никто, кроме самой верхушки, и им поступят новые приказы, как только они найдут женщину, которую когда-то звали Суланой. Вполне возможно, что им придется убить ее, или сделать что похуже, но приказ был приказ. Сейчас у них была зацепка в виде Тельренаса, сбежавшего долийца, который был в прошлом или в настоящем спутником Суланы. Также от Сопротивления поступила задача везде, где только можно, пытаться стянуть из-под носа Империи древние знания об эльфийских богах, артефактах, ритуалах и прочем, и передать их в Антиву, если это возможно. Если нет — уничтожить, но не дать Империи первой их использовать. Если все закончится хорошо, то Сопротивление обещало выплатить полторы тысячи золотых каждому выжившему агенту в качестве награды.   Комната Руфуса   — Я помогу тебе, в этом ты могла бы даже не спрашивать. И в любом случае имеет смысл проверить надежность демона. Лучше сделать это сейчас, чем если он сорвется в бою или когда мы будем спать.   — Именно. Не уверена до конца, что это он, но лучше перестраховаться, не так ли? — кивнула магесса, не отводя взгляда от листа с набросками. Наконец, не утерпев, она протянула руку, и пальцы замерли в сантиметре от бумаги. — Могу я посмотреть на твои заметки? Похоже, ты записываешь все самое интересное. И... талант художника у тебя неплохой, — усмехнулась тевинтерка, вопросительно взглянув на Руфуса. Ту ситуацию с лириумной шахтой она хорошо помнила. Тогда ей показалось, что маг поступил крайне необдуманно, но еще более необдуманно поступила, к ее удивлению, Адалин — доверенная Холта, которая полезла в уже гарантированно отравленную воду после того, как оттуда выбрались все остальные. Она могла понять желание спасти своих товарищей, застрявших в шахте между дном колодца и упавшим сверху подъемником, но вот бессмысленный риск понять не могла. Ей захотелось спросить у Руфуса, почему он продолжает подставляться под смертельно опасные ситуации, как в доме доктора Моро, например, или когда он настаивал на том, чтобы лечиться от отравления последним. Ей это казалось такой несусветной чушью, что не вязалось с образом умного, рассудительного и спокойного целителя, а подходило больше какому-нибудь полубезумному межевому рыцарю. Было ли это показным героизмом, чтобы заставить окружащих доверять ему? Если так, то целитель гораздо более хитер, чем любой другой член "Скорпионов". Но если это было действительно всего лишь склонностью к неоправданному риску, стоило держаться подальше.

Таверна "Розовый пони" - Комната Фела   — Прекрасно. Рад буду на вас работать.— воин расплылся в довольной улыбке.— И, помнится, за эту вылазку вы должны мне 5 золотых монет.   — Конечно. Считай это задатком на будущее, — Холт пошарил в кармане и вытащил несколько монет, кладя их на стол перед Вильгельмом. Дождавшись, пока наемник заберет причитающиеся ему деньги, он вздохнул и поднялся, указывая пальцем куда-то в потолок. — Идемте, поговорим наверху.   Адалин, Вильгельм, Феликс и Холт направились по лестнице наверх, причем последний бросил незначительный, но немного заинтересованный взгляд в сторону беседующих за столиком Ринн и Джакомо. И хоть голоса их были приглушенными, Уильям почему-то догадывался, что именно они обсуждают. Учитывая взрывной и легкомысленный характер фрименки, он боялся, что та потеряет бдительность и случайно проболтается о чем-то, чего говорить при посторонних было нельзя. Например, скажет что-нибудь, что могут посчитать ересью и написать донос имперцам. Оказавшись в спальне, которую занимал прошлой ночью Джакомо и в которой уже, кажется, случились какие-то перестановки, агент остановился и проверил окно, выглянув в него как бы невзначай, а затем закрыл за ними толстую дубовую дверь.   — Что ж, рассказывайте, — произнес он куда более серьезным тоном, чем его предыдущий дружелюбный и мягкий голос, которым Холт пользовался внизу.   Комната Руфуса   — Значит, ты считаешь, что это дело рук твоего демона? — уточнил он и постарался припомнить, кого она использовала в сражениях. — К какому подвиду он относится, не напомнишь?   — Это демон ужаса. Мы с ним... не так давно вместе, — пространно заметила Викториа, продолжая незаметно сжимать робу на коленях. — Под симптомы подходит. Демоны ужаса, страха и кошмара известны своей привычкой насылать пугающие, беспокойные видения на смертных магов, истощая их волю постоянной тревогой, пока она окончательно не ослабеет, чтобы демон смог напасть и либо уничтожить мага, либо занять его тело. Как ты, наверное, знаешь, случайный демон из Тени вряд ли стал бы так раскрывать себя. Значит, скорее всего, это мой. У меня есть одна теория, как это проверить, но мне будет нужна помощь. Если окажется, что он сильнее, чем я думала, то он может устроить кровавую баню. Мне бы пригодились твои барьеры и, если вдруг произойдет что-то плохое, лечение. Джакомо выразил желание посмотреть на ритуал, но думаю, присутствие храмовника, который привык противостоять магическим заклинаниям, тоже будет нелишним. Однако я бы предпочла, чтобы — по крайней мере, пока — это не вышло за пределы узкого круга людей. Не стоит сеять панику в отряде раньше времени. Я могу и ошибаться.   Она опустила глаза, и ее взгляд наткнулся на лежавший рядом лист бумаги. Магесса попыталась рассмотреть, что же там такого записывал Руфус, из-за чего выглядел таким уставшим.

Комната Руфуса   — Думаю, некоторое время нас не побеспокоят, — заверил он девушку, закрывая дверь. — Но могу запереть на засов, если тебе так будет спокойнее. Что случилось?   — Ты пишешь какой-то научный труд? — приподняв вопросительно бровь, осведомилась магесса, проходя в комнату и останавливаясь, чтобы окинуть взглядом разбросанные тут и там бумаги, схемы, чертежи и записи, а также алхимическое оборудование, которое явно недавно использовалось. — Впрочем, неважно. Я хотела поговорить о прошлой ночи. Не знаю, был ли ты здесь ночью, и если был, почувствовал ли... что-то, — она неопределенно взмахнула рукой. — Но вот наш новый храмовник явно почувствовал. Как и я сама. — Вздохнув, девушка села на ближайший свободный от бумаг стул и сделала паузу, чтобы собраться с мыслями. — Мне приснился кошмарный сон. Реальный, словно я на самом деле была там, а не как обычные сны, которых почти не помнишь. Я помнила каждую деталь, когда проснулась, и сразу же подумала на демоническое влияние. Джакомо только это подтвердил. Мне кажется, что мой демон выходит из-под контроля, потому что у Адалин тоже были подобные кошмары. Ты ведь целитель, верно, да и в духах кое-что понимаешь? Сможешь помочь, если вдруг мой демон вырвется? — пока она говорила, за видимым спокойствием, какое бывает, если кто-то просто рассказывает содержание учебника по истории, промелькнуло нечто иное.   Страх? Нет, пожалуй, это слово не слишком подходило. Скорее, некоторое беспокойство, возможно, даже стыд. Виктории нелегко было признаться, что она могла напортачить с ритуалом привязки демона и неверно определить его силу и способности. Это бы бросило тень на нее как на демонолога, и заставило бы воспринимать ее, как не такую уж и могущественную магессу. Ей и так пришлось признаться в этом Адалин и Джакомо, а теперь вот еще и Руфусу. Руки тевинтерки неосознанно сжались, перебирая ткань робы на коленях.

Таверна "Розовый пони"   — Итак, испытательное задание выполнено. Каков ваш вердикт, господин Холт?   — Ты официально принят в отряд "Скорпионы", — улыбнулся Уильям, кивнув в ответ на рассказ наемника. Он выглядел как приземленный и достаточно хитроумный парень, который подмечает детали и не тратит время зря на пустые философствования. Да и моральных принципов у него, похоже, было не так уж и много. Для их дела как раз такой человек был и нужен, единственным риском было то, не решит ли он, что Сопротивление уж слишком рискует и игра не стоит свеч. — Феликс, Вильгельм, давайте поговорим наедине в комнате нашего мага. Обсудим перспективы и возможные пути решения нашей небольшой проблемы.   — Нашему отряду не стоит попадаться и портить репутацию. Даже рисковать таким нельзя. Не из-за золота.   Холт взглянул на ее задумчиво, пожевав нижнюю губу, и о чем-то явно размышляя прежде, чем ответить.   — Из-за золота, тем более нескольких монет, рисковать уж точно не стоит. Но, возможно, выгода состоит не только в золоте. Те предметы, которые вы нашли в руинах... выглядело ли что-либо из них важным? Не для продажи или обмена, а действительно важным в магическом плане? Я надеюсь, когда вы их обнаружили, вы удостоверились, что они не зачарованы? — осведомился он будничным тоном. То, что завещание пришлось подделывать Ринн, его заботило не особенно сильно. Талант и хватка настоящего агента состояли не только в том, чтобы быть полезным самому, но и в том, чтобы умело находить помощь и делегировать те задачи, которые он сам в одиночку выполнить не мог. Поэтому на Адалин он и не думал сердиться. Он не мог сказать в открытую, что Сопротивление поручило им собирать любую информацию об эльфийских артефактах и, если получится, сами артефакты, а потому выгода предложения Вильгельма — хотя он и сам пока что не осознавал этого — состояла далеко не в деньгах. — Ах да, Адалин, вот остаток платы от господина Бутчера за последнюю оказанную ему услугу. Если сможешь найти Альваро, пожалуйста, поделись с ним, — кошель лег на столик перед девушкой, внутри, насколько она могла судить, была не слишком большая, но существенная сумма. Пропуска, в которых не было вписано лишь имя, также перешли к ней. Пожалуй, подделать их будет проще, чем завещание, но пропусков было целых четыре, так что работы предстояло много. А еще нужно было определить, чьи именно имена записывать в них, но это, как надеялся Холт, Адалин сможет сделать самостоятельно. Ему хотелось посмотреть, как она проявит смекалку и рассудительность.   +6 золотых Адалин, +4 пропуска Адалин   Комната Руфуса   Впервые в жизни Руфус не нашел, что сказать, и замолчал, выжидая.   — Доброе утро и прости за неожиданное вторжение. Надеюсь, я не помешала чему-то важному? — спросила Викториа, тоже ощущая странность происходящего. Они так и стояли напротив друг друга, магесса не решалась переступить порог без приглашения, а Руфус все молчал и молчал. — Могу я войти? Я хотела обсудить кое-что без лишних ушей, — наконец сказала она, прочистив горло и приподняв подбородок, чтобы она не выглядела, словно нерешительная студентка, которая пришла сдавать экзамен строгому профессору магии.

Таверна "Розовый пони"   - О нам дал  три пропуска, двенадцать золотых монет  и свои лучшие пожелания,- последние он произнес с сарказмом. - Господин нас не разочаровал, и по достоинству оценил то, что я все ночь, как проклятый переписывал для него руны с барельефов и копировал куски карт. Но ведь по его словам это всего лишь бумаги.   — Господин Оривент — весьма уважаемый человек, так что я не удивлен тем, что ваши усилия он оценил по достоинству, — серьезно произнес Холт. — Три пропуска и двенадцать монет — вполне неплохая награда. К счастью, господин Бутчер предоставил нам еще четыре, а также прислал остаток платы за задание, которое выдавал "Скорпионам". Думаю, будет справедливо, если деньги получат Адалин с Альваро. Кстати, вы их нигде не видели? — осведомился он, доставая трубку и закуривая, пока девушки в пределах видимости не было. Он никуда не спешил, прекрасно зная, что раскопки только в самом разгаре и археологи пробились совсем неглубоко в своих попытках найти вход в древний город. Они откопали несколько коридоров и комнат, но этого явно было недостаточно, чтобы свернуть операцию. К тому же, слухи о спрятанных в руинах сокровищах ползли по городу, словно утренний туман, только подогревая всеобщий интерес к этому делу. — Ты уже расшифровал найденные записи? — поинтересовался Уильям после небольшой паузы, бросив взгляд на кипу бумаг в руках Феликса. — Если нет, обратись к Руфусу. Он мог бы в этом помочь. Одна голова, как говорится, хорошо, а две — лучше.   Переведя взгляд на Вильгельма, агент с интересом посмотрел на наемника, размышляя, есть ли у него, что добавить к рассказу Феликса. Пока что выходило так, что задание прошло без сучка и задоринки.   — Если среди нас есть те, кто способны аккуратно этот сундучок экспроприировать, им эта информация наверняка будет полезна.   — Думаю, в этом вопросе нам нужно проконсультироваться с Адалин, — кивнул мужчина, вытряхнув прогоревший пепел в блюдце. — В остальном вы молодцы. Карта нам может весьма пригодиться, если сверимся с той информацией, которую мы получили в Ивовой роще. Феликс знает, о чем я говорю, — он указал подбородком на мага. — Если нам удастся провести весь наш отряд в руины, мы, считайте, достигли своей цели.   — Всего три? Есть возможность получить больше или придется... импровизировать? — спросила Адалин, покосившись на Холта, но стараясь не встречаться с ним взглядом. Если придется делать подделку... Не самое подходящее время признаваться в том, что не справилась даже с завещанием. Гадко.   — А вот и она! — обрадовался Холт, впрочем, пришлось потушить трубку, теперь, когда девушка наконец появилась за их столиком. Запах и дым все еще висели над ним легкой пеленой, но быстро рассеивались. — Всего пропусков у нас теперь семь. Три именных, написанных господином Оривентом, и четыре пустых, в которые нам придется вписать нужные имена самостоятельно. Боюсь, что для этого придется снова использовать твои навыки, — сокрушенно вздохнул он, понимая, что на Адалин свалилось и так много ответственности. — Как прошла твоя ночь?   В это время Викториа почувствовала, что ей становится холодно. Конечности задубели, пока она сидела на скамейке и пересчитывала без особого настроения свои финансы, понимая, что если в ближайшее время ей не выпадет шанс отправиться на задание, за которое могут заплатить золотом, то очень скоро у нее останется монет только на то, чтобы оплачивать постой, нормальную, соответстующую ее вкусам еду, корм и место в конюшне для своего коня и... и все. Больше не хватит ни на что. Одежды у нее хватало, но вдруг потребуется срочно что-то приобрести? Ее легкое отношение к деньгам явно вступало в конфликт с положением обычной наемницы, играющей роль "Скорпиона" в какой-то глуши. Придется учиться экономить. Викториа испытывала отвращение от одной мысли о подобной привычке, которая приближала ее к ненавистному попрошайничеству, но делать было нечего.   Наконец, ссыпав оставшиеся монеты в карман, она поднялась и направилась внутрь, мельком заметив, что Дамиан куда-то ушел, а это значит, что комната Руфуса была пуста, не считая, конечно, самого мага. Идеальный момент, чтобы поговорить без лишних ушей и не выглядеть глупо, пытаясь вломиться в чужую спальню ночью. Поднявшись наверх, она остановилась у комнаты, в которой, по ее прикидкам, жил целитель, и постучалась в дверь.

Таверна "Розовый пони"   - А вот  и Холт.  Доброе утро Холт, присоединитесь? - спросил он его.   — Конечно, друг мой, конечно, — улыбнувшись тепло и дружелюбно, Уильям закончил завтрак, который уже и так доедал, когда к нему обратились, и подхватил кружку с чаем, пересев за столик к Вильгельму и магу. — Я так понимаю, "Скорпионы" снова на коне. У меня для вас тоже хорошие новости есть. Господин Бутчер передает привет, — он пошарил в сумке и вытащил несколько связанных шнурком конвертов, очень похожих на те, что Оривент отдал наемникам в лагере археологов, а также увесистый кошель с золотом. — Думаю, вы знаете, что он ценит помощь, оказанную нашим отрядом его личным делам. Расскажете, как все прошло у руин? Удалось ли вам завоевать доверие господина Оривента? — он слегка усмехнулся, видимо, зная этого господина если не лично, то по крайней мере, по слухам и собранной подпольной информации.   Выпивку он проигнорировал, видимо, считая, что пить в такую рань являлось не только дурным тоном, но и сильно подрывало способность эффективно действовать в течение дня. К алкоголю Холт был привычен и умел пить достаточно долго, не пьянея, если того требовала ситуация, но сейчас ситуация требовала его полной сосредоточенности, и портить ее выпивкой не хотелось.

Таверна "Розовый пони"   Когда утро чуть более разгорелось, и за окном окончательно рассеялся легкий белесый туман, в таверне незаметно для всех появился непримечательный человек лет сорока. Посетителей становилось все больше вместе с тем, как время медленно ползло к полудню, и тот самый непримечательный человек, которого в последние несколько лет все знали под именем Уильям Холт, но который, вероятно, носил и иные имена в течение прошлых двадцати лет, сидел за столиком и спокойно, буднично поглощал свой поздний завтрак, то и дело окидывая зал трактира взглядом привыкшего подмечать окружение путешественника. В его сумке лежало кое-что важное — подарок от господина Бутчера за то, как выполнили задание по спасению бургомистра Левека наемные мечи под кодовым названием "Скорпионы". Бутчер был доволен. Не пострадал никто, а его имя теперь было на слуху как имя того, кто мастерски предугадал попытку террористов устроить взрыв в поместье бургомистра. В данном случае Холт считал, что уж лучше пожертвовать репутацией наемного отряда, но при этом получить лояльного и, главное, близкого к власти своего человека, который смог бы помочь Сопротивлению.   Он вполуха прислушивался к негромкому разговору Ринн с Джакомо, к звону кружек, когда Феликс и Вильгельм отмечали что-то — и понимал, что миссия прошла успешно. С подробностями к нему пока никто не подходил, но мужчина и не пытался торопить события. Для всех присутствующих, своих и чужих, он был самым обычным связным и терпеливо дожидался, пока ему не расскажут подробности. К тому же, он полагал, что наемники будут рады бонусу от Бутчера. Он не винил их в том, что они беспокоились о деньгах порой сильнее, чем о том, чтобы не выдать себя возможным шпикам и просто тем, кто мог бы написать донос на них в Имперские службы; все же многие из них были и оставались самыми настоящими наемниками, привыкшими к тому, чтобы считать каждую серебряную монетку. Пока что на жизнь им хватало, но инстинкт собирать золото на черный день он прекрасно понимал.

Таверна "Розовый пони"   Вика сидела за столом и вежливо молчала, давая Эльсе рассказать о себе и более-менее познакомиться с новичком, но чем дольше она ждала, тем больше разговор уходил в сторону, и вскоре ее совсем перестали замечать. Даже в давно опустевшую кружку пришлось подливать вино самостоятельно. Какая грубость! Наемница разливалась соловьем про какую-то глупую, наверняка выдуманную историю в которой они с Дамианом... дальше тевинтерка слушала вполуха, заметив краем глаза в какой-то момент, как вернулись их спутники. Феликс, Вильгельм и Дамиан. Первые двое остались в нижнем зале, второй же, едва потратив секунду, чтобы поздороваться, сразу же направился наверх. Проклятье. Она вспомнила, что Дамиан и Руфус жили в одной комнате, поэтому наверняка маг не появится еще очень долго там, где она могла бы его перехватить.   — Простите, что прерываю, но мне, пожалуй, пора, — сказала наконец магесса, поднимаясь из-за стола. — Видимо, сыграем в другой раз. Удачного дня. Джакомо, Эльса, — вежливо кивнув обоим ее товарищам, Викториа направилась к выходу из трактира. Ринн упомянула игорный дом, который, кажется, девушка видела и сама мельком, когда они ходили за покупками, но так и не зашла в непримечательное здание. Однако если ставки там были от четырех золотых драконов, то это уже было серьезно. Играть на один золотой для тевинтерки казалось проявлением самого что ни на есть мещанского жмотовстсва. Конечно же, рисковать даже столь малой суммой в ее нынешнем положении было рискованно и даже вызывало некоторое желание попросту наняться куда-нибудь на короткую, но хорошо оплачиваемую работу, однако магесса тут же отмела эту мысль.   Работа?! Для нее? В этой дыре, где заработать можно было, разве что пася каких-нибудь гусей или что там делают на фермах? Это просто возмутительно. Хотя она и играла роль богатой лаэтанской магессы, а не альтуса, вполне логично было предполагать, что девушка никогда раньше не работала сама. Тем более руками. Поэтому она все же решительно направилась в сторону игорного дома.   Вышла она оттуда примерно через час, проиграв пусть и небольшую, но достаточно существенную сумму, и была крайне этим недовольна. Хмурое выражение на лице тевинтерки оставалась там еще некоторое время перед тем, как она подошла к крыльцу таверны и села на скамейку, пересчитывая оставшиеся в ее кошельке серебряные монеты. Может, хотя бы когда вернется Холт, ей достанется небольшая компенсация, но пока что ее финансовое состояние оставляло желать лучшего.   -1 золотой и 60 серебряных монет проиграно

Таверна "Розовый пони"   — Лапшу на уши лучше всяким ледям вешай, Джакомо, — просто улыбнулась она и чуть дерзко вздернула голову. — Я предпочитаю говорить на языке стали. — хмыкнув, Эльса переключила внимание на мабари и почесала его за ухом. — Это Кунсей. Надеюсь, вы поладите. Ты ведь наш новый мальчик, верно?   — Это... Джакомо, действительно самый свежеиспеченный член нашего отряда, — ответила Викториа, ощущая себя теперь едва ли не более некомфортно, чем прежде. Она попыталась игнорировать это ощущение и подавила его в зародыше, хотя и после слов храмовника чуть поморщилась, спрятав выражение лица за кружкой с вином. — Что ж, вы познакомились. Пусть и столь неожиданно и поспешно. И, уверяю тебя, Эльса, это не мой... как ты сказала? Ухожор, — небольшая искра веселой усмешки промелькнула в глазах магессы, и она решила, что обсуждать Джакомо в его присутствии не слишком умно. А потом перевела тему: — Итак, мое предложение в силе. Пока мы ждем возвращениях наших, вне всякого сомнения, героических товарищей, предлагаю сыграть в покер на золото. Кунсею сыграть не предлагаю, — она посмотрела на пса, будто бы оценивая его платежеспособность, и осталась неудовлетворена увиденным. — Думаю, ему достаточно будет просто понаблюдать на этот раз.

Лагерь Археологов, ночь   - Так же нам удалось найти карты и я снял копии  рунического письма эльфов, а еще. - Фел так же отдал чернильницу изящной работой, статуэтку галлы, которая была вырезанная из белого мрамора, а в глазах ее сияли сапфиры, правда она была развалившаяся на несколько частей, представляющая собой трех галл, чьи рога сплелись так, что невозможно их разделить или понять, где чьи.   — Хм, хм... — Акадий принялся перебирать принесенные ему вещи. Сломанная статуэтка, пустая кожаная обложка, несколько копий, сделанных довольно поспешно, с фресок и руин, три сильверитовые курильницы, чернильница и копия карты. — Довольно скудный улов... погодите, а это что? — он приподнял костяной амулет, разглядывая его со всех сторон и чуть прикусив губу от напряженной мысли, возникшей в его голове. — А это может быть уникальной вещицей. Отправлю-ка я ее своему оценщицу, может, удастся толкнуть подороже. Что ж, вы доказали, что от вас есть хоть какой-то толк. И хоть Кемвор погиб и вы не смогли его уберечь, я готов закрыть на это глаза и взять вас в качестве сопровождающих в мою экспедицию, а также выплатить вам небольшую компенсацию, — он улыбнулся и вытащил, пошарив в кармане, несколько золотых монет. — Это ваш процент от найденных ценностей, а это... — Оривент повернулся к своему столу, вытащил из ящичка несколько небольших конвертов, и принялся что-то быстро писать. — Ваши пропуска. Авансом всему отряду "Скорпионов" я, пожалуй, их не выдам, но вам лично — вполне. По крайней мере, вы чуть более умелы, чем некоторые из моих так называемых помощничков.   Он протянул три конверта и золото Рольфу, как своему доверенному, дабы тот распределил плату между новыми членами экспедиции.   — Еще вопросы будут? — буднично поинтересовался толстяк, засовывая отданные вещи в тот же сундучок, куда прятал свои подозрительные бумаги. — Если нет, то я вернусь к делам.   +12 золотых за найденные вещи +3 Очка Опыта +3 именных пропуска в Фамарнас

Таверна "Розовый пони", утро   - Конечно же я знаком с картами и костями, хотя они не вызывают во мне азарта. Неужели ты хочешь сыграть? Приятно знать, что ты не отказываешь себе в удовольствии, лишь потому что оно считается исключительно простолюдинским. - Когда на столе появились кружки, Джакомо вскрыл бутылку вина и наполнил их рубиновой жидкостью, сначала Виктории, потом себе. - Такое вино принято пить из хрустальных бокалов, а не из обычных кружек, в которых десять минут назад было дешевое пиво. Но по крайней мере приятная компания скрасит это конфуз.   — Прости, но ты не выглядишь человеком, который привык пить дорогое вино из хрустальных бокалов. Да и вряд ли таковые найдутся в этой дыре, так что придется обойтись тем, что есть, — отозвалась магесса, сложив руки на коленях и чинно выпрямив спину. Есть ей не хотелось, а вот хорошим вином можно было забить преследующее ее ощущение нахождения в грязной луже, пока она вынуждена была сидеть в простом трактире, прокуренном дешевым табаком и пропахшем капустой и бобами. — А что касается развлечений для простолюдинов... знаешь ли, весьма тяжело найти подходящие развлечения в таком месте. Так что я буду использовать то, что доступно прямо сейчас, а не ждать, пока на голову мне не свалится приглашение в столицу на празднование Элитаниса. К тому же, ты удивишься, но даже богатые любять играть в кости и карты. В конце концов, не все время же им проводить, подсчитывая деньги на своем счету в антиванском банке, — она хитро улыбнулась. — Поскольку вряд ли большинство здесь знакомо с теми играми, в которые играют в Тевинтере, я могу предложить обычный покер. Кости можем попросить у госпожи Самир, — она кивнула в сторону трактирщицы.   О своих личных склонностях в вопросе развлечений девушка предпочла умолчать. И не только из-за того, что перед ней было малознакомый храмовник, но еще и потому, что о них она не распространялась в принципе. Такие вещи нужно было держать в секрете, пока возможно, иначе могут возникнуть проблемы с отношениями в отряде... еще большие проблемы, чем у нее уже были благодаря ее не слишком приятной манере общения. У нее возникла мысль подозвать Эльсу, чтобы было интересней играть втроем, да и, если быть до конца честной, перспектива оставаться наедине с храмовником ее несколько напрягала. Даже с учетом того, что вокруг них за столиками сидели и другие посетители.   — Эльса! — чуть повысив голос, чтобы ее можно было услышать поверх громкого гула голосов, звона бутылок и шипения жарящихся на кухне кусков мяса и рыбы, позвала Викториа. — Не желаешь ли присоединиться к утренней игре в покер на деньги? Все равно пока не вернулись наши товарищи, делать нам особенно нечего.   Игра была отличным способом узнать человека. Так считала тевинтерка, и хотя ее игры порой были довольно жестоки и гораздо более сложны, чем обычные кости, на первое время можно было обойтись и этим. К тому же, она любила играть. Блефовать, заманивать, поддаваться, а затем — выкладывать на стол свои карты, в самый последний момент, и видеть, как меняется выражение лица проигравшего. Испытать подобное было лучше, чем пить самое дорогое вино во всей Империи.

Таверна "Розовый пони", утро   - Выглядишь посвежевшей и прекрасной, как бринлоуская роза, что цветет у меня родине летом. Не желаешь позавтракать вместе?   — Уже позавтракала, — отозвалась девушка, пожав плечами. На чуть влажных волосах, рассыпавшихся по плечам мехового пальто, поблескивали замерзшие капли воды и тумана, который все еще не рассеялся до конца. — Но не откажусь, если ты угостишь меня вот этим вином, которое тебе только что подарила та благодетельная особа, — усмехнувшись, она опустила взгляд на бутылку, которая стояла на столике рядом с Джакомо. Усевшись за стол, который каким-то чудом оказался свободен — видимо, в такую рань здесь было хоть и достаточно много людей, но зал не был забит до предела посетителями — магесса скучающим взором окинула присутствующих. Она заметила, что здесь уже завтракали Эльса и Ринн, при виде последней Викториа слегка поморщилась, словно ее взгляд в прекрасном саду наткнулся на оставленный лошадью навоз, что еще не успели убрать расторопные слуги. — Понимаю, что вопрос неожиданный, но чего не сделаешь от скуки. Ты играешь в азартные игры? В покер, к примеру? Разумеется, на деньги, играть на шишки и прочий хлам я считаю детским лепетом, — добавила она прежде, чем могли возникнуть вопросы.   Ей хотелось заглянуть к Руфусу, но вот стучаться к нему в комнату казалось... каким-то неправильным. Вдруг ученый все еще спал? Тогда ее визит будет выглядеть, как назойливое навязывание, к тому же, ее вопрос был далеко не из тех, которые требовали немедленного решения. Возможно, он скоро спустится сам, и тогда можно будет отвести его куда-нибудь на крыльцо, подальше от лишних ушей, и поговорить.   Руины - Лагерь археологов, ночь   Выбравшись по веревке из руин и кое-как подняв тело несчастного Кемвора, обвязав ее веревкой через поясницу, троица наемников сразу же, без лишних отлагательств, направилась к уже знакомому шатру. Как оказалось, господин Оривент не спал, а вместо этого сидел согнувшись за столиком и что-то усердно писал. Выражение лица его при этом было донельзя серьезным, гадкая ухмылочка давно пропала с губ, а глаза чуть прищурились, будто эти бесконечные цифры и расчеты были делом всей его жизни. Услышав за спиной шаги, он повернулся и отложил бумаги, предусмотрительно спрятав их в сундучке рядом со столом и закрыв его на ключ.   — А, вот и вы. Отлично, отлично, — потирая руки, воскликнул Акадий. Двое наемников, стороживших шатер, без проблем пропустили их внутрь, но тело пришлось оставить снаружи, а не тащить прямиком к Оривенту. — Ну, рассказывайте, как успехи. Нашли ли вы для экспедиции какие-нибудь ценности? Знаю, сейчас там мало что можно обнаружить, но ведь настоящий археолог находит ценные вещи и артефакты там, где, казалось бы, одни только камни и песок. — Цепкий взгляд впился сначала в Дамиана, все еще кое-где покрытого засохшей кровью, потом в Феликса со стопкой бумаг, потом в Вильгельма, и наконец, остановился на Рольфе. — Ты, — он ткнул пальцем в Вильгельма. — Говори ты. Не надо хором. И где Кемвор, ваш второй сопровождающий? Я слышал, вы притащили тело. Я так полагаю, это он? — вздохнув, Акадий потер виски. — Еще один... а ведь подавал такие надежды! Ну что ж, на раскопках бывает всякое. Отправим весточку об этом его семье, если таковая найдется, а пожитки используем для нужд экспедиции. Нельзя выбрасывать ничего, что еще может пригодиться, верно я говорю?

Таверна "Розовый пони", утро   Викториа лежала в круглой деревянной бадье, задумчиво водя кончиком пальца по поверхности и наблюдая, как возникают и исчезают на ней легкие мыльные разводы. Ее уже очищенная с помощью простенького заклинания левитации одежда, аккуратно сложенная, лежала рядом на трехногом стуле. Обстановка, конечно, была победнее чем в Монтсиммаре и уж точно не шла ни в какое сравнение с Минратосом, но девушка уже начала потихоньку привыкать к тому, чтобы не обращать внимания на скрипучие доски пола, на пятнышки плесени в углах комнаты, скопившиеся от влаги и не отмытые работниками таверны, на резкий запах дешевого мыла, которым пользовались здесь другие постояльцы до нее, и даже на едва различимый запах пота, который стоял в бане, видно, после кого-то из местных.   Вздохнув, она выжала намокшие волосы и поднялась, оставаясь по колено в воде и благодаря всех существующих богов, если они были, за то, что никто не стал ломиться в дверь бани. Она только один раз услышала, как кто-то дернул ручку входной двери, но засов с внутренней стороны можно было сломать, только если по ту сторону был какой-нибудь пьяный бугай ростом с Вильгельма. Этого не произошло, и девушка заставила себя перестать думать о том, как вызвать демона прямо в бане, чтобы тот прогнал настырного посетителя. Она переступила через бортик, чуть расплескав воду на уже привычный к этому пол, покрытый плетеными из соломы ковриками, и остановилась перед помутневшим зеркалом, висящим на стене немного кривовато и покрытым налетом от горячей воды. Стерев его рукой, девушка взглянула на себя со стороны, рассматривая свое тело, обнаженное по пояс. Ниже в отражении не помещалось, но ей почему-то подумалось, что этого и не нужно.   Она и так прекрасна. Слишком хороша для невоспитанных пьяниц и попрошаек, что бродили там, снаружи. Слишком хороша даже для альтусов из весьма хороших и богатых семей, которым ее пыталась пристроить мать, подыскивая ей подходящую партию. Они тоже глубоко в душе были пьяницами и попрошайками, просто скрывали это за закрытыми дверьми, за маской приличия, благополучия и власти. Пока что она не встретила ни одного человека, которым могла бы искренне восхититься, кроме... кроме, пожалуй, Крауфорда и своего брата, но последнего она уже потеряла, а первый словно почти ее не замечал. Авгуры были выше остальных, и никому никогда не было суждено достичь их величия, чтобы хотя бы заполучить право стоять рядом. И уж тем более этого не заслуживали всякие бродячие наемники, даже если они и состоят в Сопротивлении. Викториа не слишком жаловалась на то, кого берут в организацию — она прекрасно осознавала, что в их ситуации надо использовать все доступные инструменты. Но не более того. Как только их перестанет объединять общая цель, Викториа не собиралась проводить с ними ни минуты лишнего времени. У нее был свой план. Свой грандиозный план, который девушка собиралась претворить в жизнь далеко-далеко отсюда.   И все же, все же... тевинтерка знала, что испытывала отвращение и тошноту от неуместных и невоспитанных намеков того антиванца, что Адалин привела ночью в комнату, даже не удосужившись спросить, не будет ли против Викториа. Но эти слова заставили ее взглянуть на себя по-новому. Она была той, у чьих ног копошились в грязи крысы, вызывающие только презрение, и хотелось избавиться от них раз и навсегда, но некоторых из этих зверьков было бы забавно помучить подольше. Послушать, как они пищат в ее когтях. Легкая, но искренняя улыбка появилась на губах тевинтерки, и она отвернулась от зеркала, принимаясь одеваться — сначала в робу, затем в пальто, подождала, пока волосы чуть подсохнут, чтобы не идти через холодный двор с мокрой головой и заработать себе кашель и насморк. После этого девушка проверила, не забыла ли что здесь, и вышла наружу, отправившись обратно к трактиру, где как раз заканчивал свое представление Джакомо.   Когда он наконец поймал последний кинжал, то услышал со стороны входа легкие хлопки, в тот же момент, когда скрипнула дверь и в помещение, заполненное духотой и ароматами с кухни, ворвался прохладный ветерок, несущий морозную свежесть зимнего утра.   — Вполне забавно, — сказала Викториа, наблюдая за тем, как в шляпу Джакомо сыпятся монеты. — Не думал построить карьеру в качестве, скажем... придворного шута? Я слышала, за такую профессию вполне неплохо платят, — магесса улыбнулась, будто действительно хотела всего только самого лучшего для своего нового союзника.

Руины, ночь   - Так, как ты тогда  выжил, обычны убийца, которые втыкают нож в спину, доводят дело до конца?   спросил он  у Кемвора.   — Это уже неважно, — покачал головой наемник, покосившись на спутников Дамиана. — Достаточно только сказать, что мои навыки целителя до того момента никогда не подвергались такому испытанию. Вы ведь уже приняли решение, на чьей вы стороне. Так идите по этому пути до конца. Одно меня радует: у богини все же есть чувство справедливости, и пригрев на груди змею, вы рано или поздно будете ей ужалены. Жалею только о том, что я этого уже не увижу.   Он бросил взгляд на остальных, но по их лицам было заметно, что они поверят скорее в ложь демонолога, чем словам Кемвора. А даже если и не поверят, то все равно будут на его стороне, просто потому, что он — свой, а Кемвор для них никто. Так было проще, не нужно было сомневаться или терзаться сомнениями. У наемников такая привычка была достаточно распространенной, чтобы ожидать чего-то другого.   Таверна "Розовый пони", утро   Виктории так и не удалось нормально поспать прошлой ночью. Она вернулась в постель, как только ушел Джакомо, и попыталась заснуть, но кошмар, преследовавший ее, а затем и довольно странный диалог, случившийся уже после, продолжали занимать все ее мысли. Девушка ворочалась в кровати, пока Адалин работала над письмом, и в конце концов смогла провалиться в беспокойный полусон, из которого постоянно выныривала в дрему. В итоге, когда за окном забрезжил поздний зимний рассвет, магесса не чувствовала себя ни на йоту отдохнувшей. Поднявшись с кровати и отстраненно заметив, что Адалин еще здесь — видимо, всю ночь проработала и не закрыла глаза ни на минуту — девушка покачала головой и принялась собираться в баню. Все-таки за гигиеной нужно было следить, а ходить целыми днями в одной и той же робе было не слишком привычно. К счастью, существовала магия, которую она подсмотрела еще в детстве, с помощью которой можно было очистить одежду от грязи и пыли. Весьма полезное заклинание для походов.   — Доброе утро, — бросила тевинтерка Адалин, проходя мимо стола к шкафу и доставая оттуда ботинки, меховой плащ и перчатки. По утрам здесь стоял мороз, и идти через двор к бане в одной робе было равносильно убийству. — Я иду в баню, если вдруг кто-то будет меня искать, скажи, что я скоро вернусь. Заодно посмотрю, не вернулись ли наши спутники, — она подхватила зимнюю верхнюю одежду и спустилась вниз, дабы наскоро позавтракать булочками и чаем, а затем накинуть на плечи пальто и ступить на крыльцо, толкнув входную дверь.   В лицо дохнуло холодным воздухом, но ветра не было; то ли погода была сегодня ясной и тихой, то ли забор вокруг трактира защищал внутренний дворик от порывов ветра, но Вика только порадовалась этому, хоть и поежилась слегка, запахнув пальто поплотнее. Она быстро направилась сквозь утренний морозный туман к очертаниями бани, что виднелись неподалеку. Темноты, что так ее пугала, больше не было — но даже без нее утро казалось каким-то мистическим, будто она на мгновение оказалась в другой реальности. Видимо, все из-за проклятого тумана вокруг и тумана в голове из-за отсутствия нормального сна, подумала магесса.

Таверна "Розовый пони"   - Когда вы решите сделать это, пожалуйста, позовите меня, я хочу увидеть в живую...Мучения демона Ваше мастерство. Стать ужасом для ужаса, забавно - Джакомо усмехнулся. - Должен заметить что это хорошая позиция, как для мага, так и для храмовника.   — Бесценный навык, бесспорно, — кивнула Викториа. — Я тебя обязательно проинформирую, когда сочту нужным провести этот маленький эксперимент. Но прежде, чем ты уйдешь, оставив меня и Адалин готовиться ко сну... — девушка медленно поднялась и поправила воротник робы, закрывающий ее до самого подбородка. Она не любила слишком вызывающих нарядов, но и одеваться в обноски считала ниже своего достоинства, а потому ей пришлось заказать у местной швеи небольшие изменения в своем одеянии. — Страх — отличный инструмент, да только где сейчас храмовники, что так похвалялись своей способностью подчинить магов? К сожалению — или к счастью, смотря с какой стороны посмотреть — никакая армия накачанных лириумом безумцев не удержит ураган, что черпает силу из самой Тени, — тевинтерка усмехнулась ему в лицо. Беспокойство в ее душе никуда не делось, но ей это даже нравилось. Всегда нравилось ощущать близость лезвия к своему горлу и знать, что она продумала все на три шага вперед и тот, кто мнил себя сильнее и умнее ее, в конце концов захлебнется своей кровью. Будь то демон или человек. Интерес Джакомо к ее магии льстил ей, но Викториа не давала себе расслабиться слишком сильно.   — Спокойной ночи, — наконец произнесла она, отвернувшись и явно ожидая, что храмовник уйдет, оставив ее комнату. Вроде бы пожелание совершенно обычное, но в нем чувствовались приказные нотки, спрятанные так старательно, что лишь человек, который ожидал бы их услышать, понял бы их наличие в ее спокойном голосе.

Таверна "Розовый пони"   - Да, лишь инструмент, жаль что большинство этого не понимает - говоря это, Джакомо посмотрел на Викторию со странным выражением на лице. Выправившись, он кашлянул и продолжил. - Демон ужаса прекрасно подходит на роль того, что могло послужить топливом, для кошмаров, но я пока не буду выкидывать из головы другие варианты. Сейчас у меня два вопроса: как сложно будет его заменить и поможет ли призыв из тени в наш мир проверить его лояльность. Проверить "Ортодоксальными методами", как говорил один из моих учителей.   — Многие не понимают, но еще больше не хотят понимать. Для большинства людей гораздо интереснее думать о вещах куда более приземленных. С кем переспать, чем кормить детей, как заработать денег, — Викториа поморщилась, однако в сочетании с все той же холодной улыбкой выглядело это достаточно пугающе. Будто на мгновение ее лицо едва-едва не превратилось в оскал. — К счастью, ни к попрошайкам, ни к копающимся в грязи свиньям я себя не отношу, а потому подобные вопросы меня не трогают. Что же до твоего живого интереса к моему демону... — она приподняла руку. На тонких пальцах поблескивали металлические когти. То ли просто элемент декорации, то ли что-то, связанное с магией крови, а может, и то, и другое. Постучав по подбородку, магесса наконец ответила: — Если это и вправду он, я найду то, что не сломано в его воле к сопротивлению, и сделаю так, что он будет бояться даже помыслить о неповиновении. Да, пожалуй, я займусь этим в самое ближайшее время. А если все будет совсем плохо и придется его уничтожить, то на поиски нового демона уйдет какое-то время. Время, которого у меня может и не быть. Поэтому я бы предпочла, чтобы он остался. Метод здесь довольно очевидный. Я призову демона и ослаблю контроль — всего на чуточку, — улыбка стала чуть шире. — Достаточно, чтобы он почувствовал уязвимость. Достаточно, чтобы раздразнить его любопытство, пробудить в нем желание атаковать. Демон ужаса клюнет на приманку и попробует меня уничтожить. Рискованно, но только так я узнаю, насколько он на самом деле готов выступить против меня. А потом я проведу ритуал подчинения снова... и на этот раз, я буду намного более точна в своих заклинаниях. Он не посмеет больше пытаться. Весь фокус в том, чтобы для демона ужаса стать ужасом в его собственной картине мира.   Руины   — Так-так-так. А вот теперь все детали встали на своё место. Похоже я был прав относительно тебя. Или ты станешь утверждать, что он тебя оглушил, а затем сбежал в тупик и сам себя заживо похоронил? И что мы будем делать с этой мразью? — спросил воин, выжидающе глядя почему-то на Рольфа.   Кемвор молчал. Он слушал долгие объяснения Дамиана, а затем угрожающий тон Вильгельма, но когда посмотрел на последнего, то выглядел так, словно его то ли тошнило, то ли он сдерживал рвущийся из груди истеричный смех.   — Мне вас жаль, — в конце концов произнес он сквозь плотно сжатые зубы. — Если вы считаете меня лжецом и предателем, так тому и быть. Может быть, я и солгал вам в том, что произошло, но ваш так называемый друг лжет еще больше. Но вы ведь мне не поверите, правда? Делайте то, что должны. Пусть я — чудовище. Но я проиграл еще большему чудовищу, которое уничтожит еще множество жизней, помимо моей собственной, — он сложил руки на груди, словно ожидая удара мечом по горлу, который оборвал бы его и так уже давно закончившуюся жизнь. — Поздравляю, Дамиан. — Последнее он добавил тихо, почти одними губами произнеся это имя.

Таверна "Розовый пони"   - Слова - это просто слова. Смысл им придают люди, они могут обозначать что-то особенное, или абсолютно ничего, лишь действия дают им вес - Голос звучал не так, как хотелось антиванцу, ровно, но был оттенок хрипотцы.   — В таком случае я буду ждать твоих действий. Посмотрим, насколько они расходятся со словами, — мило улыбнувшись, Викториа поправила волосы и перешла к более насущному вопросу. — Демоном я не владею — он живое создание с собственной, пусть и примитивной, волей и разумом. Демоны ужаса не слишком умны, но ярости и желания причинить боль смертным у них хоть отбавляй, а именно это мне было и нужно. Тупой, но полезный слуга, который не будет терзаться моральными дилеммами и просто делать то, что я скажу, — на тонких губах появилась немного хищная, самодовольная улыбка. — Наше сотрудничество с данным демоном не такое уж и долгое, всего несколько месяцев, но он как следует сломлен и подчинен. Впрочем, проверить всегда стоит, демоны могут затаиться и выжидать, пока не наступит подходящий момент. Пока хозяин не будет отвлечен или его воля ослаблена, и тогда демон нанесет удар — один точный удар, которого не ждут, — голос ее вдруг стал немного теплее и будто более эмоциональным, как будто девушка говорила о чем-то, что ей нравилось представлять в своей голове. — Задача демонолога — закалить собственный разум так, чтобы ни на минуту не дать демону такой возможности. Это похоже на игру. Подчиняет тот, кто сильнее духом, а подчиняется тот, кто слабее, но в итоге все превращается в бесконечное ожидание удара в спину. Думаю, демонология и политика не такие уж и разные области, — закончила она, посмотрев в сторону Адалин. — Само по себе насилие и убийство — лишь их инструменты, но не самоцель.

Таверна "Розовый пони"   - Что касается методов борьбы, обычно я просто выказываю им своё ВОСХИЩЕНИЕ. Пока, его никто не пережил, главное выманить цель, вид оружия не столь важен.   — Ах, так вот, что ты имел в виду под восхищением... а я подумала, что это действительно оно, — Викториа вздохнула, демонстрируя легкое разочарование на лице, какое бывает, если попался несвежий пирожок с мясом, а торговец нахваливал свой товар, уверяя, что еще сегодня это мясо бегало и блеяло на зеленом лугу. — Значит, его пока никто не пережил? Тогда мне стоит волноваться? — девушка улыбнулась, но улыбка вышла холодной. Маска снова была надета и крепко сидела на ее душе, не позволяя внутреннему желанию вырваться на свободу. А желание было.   Желание подчинить.   Желание растоптать.   Желание заставить этого шута прекратить, наконец, кривляться, и приказать ему ползать у нее ног, молить о прощении, и не получать его, пока его душа не вывернется наизнанку, пока его разум не подчинится ей безо всякой магии крови, просто потому, что она — это она. Викториа.   Девушка облизнула губы, незаметно, и потянулась к чашке с чаем.

Руины   — Феликс, присмотри за ним.— он кивну в сторону Кемвора, а сам отправился к источнику шума. Определив место, откуда доносились крики, Вильгельм достал из торбы топорик, которым обычно рубил дрова и выполнял прочие хозяйственные мелочи, стал разбирать стенную кладку.   Это заняло у Вильгельма совсем немного времени — кладка была явно положена в спешке, хотя такие тяжелые камни ворочать мог только кто-то вроде него самого. Кемвор же выглядел щуплым и худым, и вряд ли смог бы поднять даже один такой камень, не говоря уже о том, чтобы руками заложить стену. Когда последняя часть ее рухнула под ноги троице, из проема едва ли не вывалился Дамиан собственной персоной — с окровавленным лицом, без шлема, с ползающими по нему насекомыми, но живой. Ноги так затекли что почти не держали, поэтому демонологу пришлось облокотиться о стену, чтобы не упасть. В голове шумело, в глазах плясали темные пятна от недостатка воздуха, но он все же выжил, и даже не благодаря демону, а благодаря упорству и подозрительности своих спутников.   — Он это заслужил, — пронесся во внезапно наступившей тишине негромкий, и какой-то слишком спокойный, даже обреченный голос. Кемвор не двигался, не мигал, глядя на выжившего Дамиана с такой ненавистью, что она не обжигала, а превращала все его эмоции в лед. — Он заслужил. Спросите его, чем. Пусть расскажет.   Похоже, Кемвор не пытался бежать — он уже понял, что проиграл, да и жить ему после того случая было почти незачем. Он жил только мыслью о мести, о том, что найдет в этих руинах артефакт, о котором прознал почти случайно, но который дал бы ему силу и возможность отомстить всем, кто причинил ему боль. Что ж, его план провалился. Врать больше не было смысла.

Таверна "Розовый пони"   - Да, Адалин, ты права, мы отклонились от темы. Я вот о чем подумал, а что если виновник не твой демон, Викториа? Может мы имеем дело со случайным гостем из тени. В отряде есть ещё кто-нибудь разбирающийся в этом вопросе?   — Есть. Дамиан, — медленно кивнула магесса, размышляя, мог ли он как-то быть причастен к этому делу. — Но кошмары обычно насылают демоны страха, демоны ужаса... демоны желания. Это самый очевидный вариант. К тому же, просто так из Тени к нам никто бы не попытался пролезть. Сначала проверим моего демона, а потом, когда вернется наш второй демонолог, — она произнесла это с некоторой снисходительностью, словно слово "второй" относилось и к их умениям в магическом искусстве. — Тогда спросим у него. Хотя я сомневаюсь, что его демон вырвался из-под контроля, хоть он и достаточно необычный и редкий. Случайных гостей из Тени я бы отмела, они слишком опасаются контактировать со смертными, если только это не является необходимостью. Раньше, насколько я знаю, их было гораздо больше, и каждый маг рисковал стать одержимым, но теперь... — она покачала головой. Появление Разикаль, можно сказать, защитило магов от слишком сильного влияния демонов, но с другой стороны, и благородные духи так же перестали являться на зов. Только насильное подчинение могло заставить их остаться рядом со смертным, но такие манипуляции неизбежно портили духов и превращали их в демонов.   — А какие у тебя есть способы борьбы с демонами? — поинтересовалась Викториа у храмовника, чувствуя себя несколько странно из-за того, что вела беседы посреди ночи в спальне. Как бы не поползли слухи о том, что мужчина проводит слишком длительное время в их с Адалин комнате. Впрочем, в среде наемников и всякого отребья такое вряд ли бы кого-то удивило, но ей не хотелось потом долго отмываться от грязных намеков каких-нибудь варварш. — Я читала, что храмовники обладают уникальными способами противостоять демонам, но уязвимы к магии крови, влияющей на разум. Это так? — ее глаза чуть прищурились, голос звучал невинно, вопрос — походил на обычное любопытство, но было в ее лице что-то такое, что могло бы сойти за попытку внушить беспокойство.