Perfect Stranger

Таверна "Розовый пони"   — Стоит ли действовать от лица "Скорпионов"? Твоему другу такие связи не повредят? Или лучше провернуть все по-тихому? — уточнила Адалин, рассеянно постукивая по столу ногтями. Она хотела предупредить возможные ошибки заранее. По крайней мере те, о которых могла подумать. — И еще, где я могу тебя найти? На случай необходимости? Или ты не можешь сказать?   — Конечно. Джейнон Бутчер вполне мог нанять наемников, чтобы помогли в деле о поиске заговорщиков. А если это удастся сделать, то успешное предотвращение заговора скажется неплохо на нашей репутации. Только разве что с Коринн Латур будьте поосторожнее. Если она узнает, что вас нанял Бутчер, то точно не расколется, — кивнул ей агент, откидываясь на спинку стула и складывая руки на груди. — Если понадобится быстро меня найти, оставьте сообщение у местного конюха. Я заплатил ему приличную сумму, чтобы он быстро и без вопросов передал его моему человеку в городе. Еще я буду время от времени заглядывать сюда, так что если дело не особенно срочное, просто подожди меня здесь, — он говорил сухо и по делу, видимо, решив, что сейчас главным было раздобыть информацию и пропуска в руины, чем думать о каких-то личных проблемах. Хотя по его лицу редко можно было понять, о чем Холт думает на самом деле. Вполне возможно, что это задание было чем-то вроде нового испытания для девушки, чтобы восстановить веру в ее способность самой принимать верные решения тогда, когда это нужно, и отступать тогда, когда отступить было единственным выходом.

Таверна "Розовый пони"   Викториа наконец-то выспалась. Она проснулась совершенно отдохнувшей, посвежевшей и, самое главное, никакие странные, блеклые сны о падении с самой высокой башни дворца в Минратосе ее больше не беспокоили. Как знать, быть может, брат наконец-то оставил ее разум в покое? Рассчитывать на это было бы слишком удачно, поэтому девушка просто решила наслаждаться спокойным утром. Шум снаружи, шаги и голоса посетителей и прочие звуки нормального города ее не смущали и не мешали, а потому когда она проснулась, Адалин уже не было. И хорошо, подумалось магессе, можно спокойно встать, умыться и одеться в одиночестве. Чем она немедленно и занялась, размышляя о том, что лучше бы, как посветлеет на улице, сходить наконец за теплой одеждой. К тому же, ей нужно было купить себе руну у гнома-торговца для новенькой робы, подаренной Хранителем. И пускай в городе все будут коситься на эльфийские узоры на ее одежде и посохе, доказать, что она не долиец, ей будет несложно.   Внизу уже сидели Холт, Адалин, Ринн и Эльса. Вот уж ранние пташки, подумала тевинтерка, заказывая себе еды и оплачивая вперед день постоя в таверне и корм для своего пятнистика. Пока что она не придумала ему имя, возможно, стоит потом обсудить это с Эльсой. Сев за столик, Викториа дождалась завтрака и с аппетитом принялась за еду, поглядывая с интересом в сторону Адалин и Холта, однако расслышать, о чем там шел негромкий разговор, так и не смогла. Впрочем, если дело будет касаться ее, то ей Холт и сам все расскажет, поэтому Викториа рассудила, что переживать ей не о чем. Сделав легкий, едва заметный жест рукой в сторону ферелденки, она кивнула, мол, я помню о нашем уговоре.   — Я говорил с Бутчером, — тем временем продолжал Уильям, складывая руки перед собой на столе и глядя на Адалин серьезным взглядом. — У него есть возможность помочь нам достать документы, разрешающие вход в руины. И подписи есть. Правда, Левек ему не особенно доверяет, так что Бутчеру потребуется некоторая помощь. Вот, прочитай, — он положил на стол конверт с письмом, внутри которого убористым почерком было написано то, что необходимо было знать. Джейнон Бутчер просил помощи в заполучении доверия бургомистра Левека, для чего ему нужны были в качестве пленников люди, что запланировали совершить переворот в Руссильоне. Фабрис Левек никак не мог найти и поймать этих заговорщиков, а если Джейнон Бутчер сделает это вместо него, то получит намного больше влияния на бургомистра. Единственной зацепкой, которую удалось найти Бутчеру, была женщина по имени Коринн Латур, работница фабрики по производству и покраске тканей. Она как-то связана с заговорщиками, к тому же, имеет вполне личный зуб на Левека, поскольку когда-то тот угрозами и шантажом вынудил дочь госпожи Латур выйти замуж за него, а позже та умерла. Бедняжка Элиан была похоронена в фамильном склепе семьи Левек, но других зацепок не было, а потому придется начинать с этого. — Я хочу, чтобы ты и Альваро занялись этим делом. Адрес госпожи Латур я вам дам, а фабрику вы сами найдете. Вашей задачей будет найти этих заговорщиков и привести их к Бутчеру. Желательно живыми, но если придется, поступайте так, как считаете нужным, — намекнул он. — А мне нужно немного поспать.   Получено задание: "Скотобойня" (найти заговорщиков) - Альваро + Адалин Викториа: -85с за постой, еду и конюшню

Кладбище   — Могильщик будет доволен и простой пропажей приведения, нечего к нему их тащить, — добавил он уже следом. — А если вдруг нас попытаются вокруг пальца обвести — всё узнанное здесь всё ещё при нас, — взгляд переместился с отряда на подростков, явно намекая на их часть "сделки".   — Вот только если ребятишки вздумают еще раз сюда придти и снова вызывать своих "призраков", то наша ложь быстро вскроется, — отозвалась Викториа. — Впрочем, не мне это решать. У нас есть командир, — она указала подбородком в сторону Руфуса, очевидно, оставляя окончательное решение за ним. Ей не нравилось оставлять за спиной неоконченные дела, а эти молокососы вряд ли были теми, кому можно доверять на слово. В конце концов, они всего лишь дети, пусть и богатых родителей, а дети частенько ни за что не отвечают. Ей было их ничуть не жаль, а в то, что они действительно собирались помянуть доброе имя "Скорпионов" после того, как их отпустят, магесса ничуть не верила. Скорее, наоборот, нажалуются своим, что их наемники задирали, а потом бед не оберешься.

Кладбище   — Тише, Эмильена, — тот успокаивающе погладил подругу по волосам и снова гордо задрал голову. Но в голосе сейчас уже не было того высокомерия и дерзости, что были в прошлый раз. — Мы ведь все разумные культурные люди. Сможем договориться. — он обвел рукой вокруг себя. — Не знаю, что вы здесь подумали, но мы культурно отдыхаем в свое удовольствие, могилы не портим, никому не мешаем. А что старику неймется, так спал бы ночью покрепче. Мы никак ему не вредим. Так в чем же наше преступление?   — Пожалуй... вот только есть одна проблема, — отозвалась магесса, обжигая холодным взглядом подростков так, словно их только что пробрал морозный ветер. Что, впрочем, было недалеко от правды. — Вас здесь быть не должно, а у нас есть репутация, которую стоит поддерживать. Поэтому сейчас вы пойдете к Румилю, все ему объясните и извинитесь перед ним. А дальше решайте свой вопрос с могильщиком. Если он позволит вам здесь культурно отдыхать, то меня это уже волновать не будет. А не позволит — так найдете себе другое место, мне все равно.   Она почувствовала, как усталость превращается в головную боль, противно пронзающую виски, и потерла лоб. Хотелось вернуться поскорее в таверну и упасть на постель, провалиться в долгий, долгий сон, спокойный и глубокий. И уже было все равно, будет ли Адалин ворочаться в кровати и толкать ее или нет. Лишь бы голова коснулась подушки.

Кладбище   — Только пальцем нас тронете — и вылетите быстрее собственного писка, — произнес он, гордо подняв голову. Хотя было видно по побледневшему лицу и подрагивающемуся кадыку, что спокойствие было показное. — Не знаю, где вас откопал Румиль, но вы здесь никто, а нас хватятся даже если вы решите закопать нас тут же, под урнами. Вы хоть знаете, кто мы такие?   — И кто же? — спросила Викториа, пока что ничего не предпринимая. Но если эти дети окажутся достаточно глупы, чтобы назвать свои имена, то тогда можно будет передать это Румилю, а он уж передаст их родителям, чтобы те провели своим отпрыскам несколько уроков на тему того, можно ли шастать на кладбище зимой и пугать ни в чем не повинных могильщиков. Свою долю от этого наемники все равно получат, так или иначе. — Мы, к примеру, "Скорпионы". Слышал, наверное, о таких? В Монтсиммаре наше имя звучит в каждой таверне, на каждом углу, — сказала девушка уверенно, чуть свысока поглядывая на подростков. — И поверьте, лучше нам дорогу не переходить.   Она не надеялась, что слухи из Монтсиммара уже добрались до этого городка, но даже если и нет, все равно ее слова могли немного остудить пыл.

Кладбище   Викториа беспощадно зевала, дожидаясь, пока на кладбище появится что-то интересное... и сама не заметила, как прикорнула, опустив голову и прислонившись к одной из каменных безликих статуй, тут и там разбросанных на ухоженном кладбище. Только когда зазвучали голоса и звон стаканов, она проснулась, проморгалась, потерла глаза и вышла из-за своего укрытия. Посох оказался в руках, коготь прижался к коже на запястье, готовясь освободить энергию в ее крови, но... что это? Обычные подростки? Какой дешевый трюк! И старик-могильщик на это купился! Она издала тяжелый вздох и убрала оружие, подходя чуть ближе. Как раз в этот момент она заметила Эльсу и Фела, которые пытались окружить компанию.   — И что же у нас тут? — лениво спросила она. — Неужели зимой, в холод, так хочется пить дешевое вино на кладбище? Не хватает острых ощущений? Так давайте мы вам их обеспечим, — она очаровательно улыбнулась, однако в глазах мелькнуло раздражение и холод.

Таверна "Розовый пони"   Викториа так устала, что едва не решила остаться в таверне и хорошенько поспать. Но Руфус предложил заглянуть на кладбище до утра, а потому магесса должна была не позволить себе заснуть. Ради этого пришлось купить кружку самого крепкого чая, который только был у Кейны; к счастью, она шепотом сообщила, что у нее сохранились некоторые запасы чая из Ривейна, которые любого могут поставить на ноги... пусть и ненадолго. Тевинтерка, воровато оглянувшись, заказала этот чудо-чай и села за столик, опершись подбородком о ладони и наблюдая за остальными из-под полуопущенных и то и дело норовящих опуститься окончательно ресниц. Ринн сразу ушла в баню, хотя мыться ночью оказалось отличной идеей, по крайней мере, там не было никого из других посетителей. Правда, баня немного остыла, так что пришлось мыться в чуть холодноватой воде. Сама же Викториа осторожно попивала обжигающе-горячий и горький на вкус чай, пытаясь побороть усталость, как физическую, так и моральную. Сразу после поисков мальчишки бросаться на кладбище... но ей не хотелось снова отрываться от коллектива, ведь так?   Уже было почти одиннадцать, когда она заметила, что начала немного дремать за своим столом. За окном выл ночной ветер, шелестя голыми ветвями деревьев, рассаженных вокруг трактира для красоты, но теперь превратившихся в остовы, похожие на демонов с длинными когтями. К счастью, здесь горел камин и было тепло, светло и уютно. Выходить на кладбище в такую темень и в такую погоду не хотелось, наверное, никому.

Окрестности   Уж чего-чего, а того, что ей придется лечить какого-то крестьянского мальчишку за гроши, Викториа себе раньше и представить не могла. А потому промедлила, и вперед вышел Феликс, который и занялся лечением. Магесса же просто постояла в сторонке, кутаясь в робу и жалея, что не приобрела теплых вещей до того, как им пришлось уйти в ночь искать пропавшего ребенка. Дрожа от холода зимней ночи, девушка мысленно постоянно возвращалась в теплый трактир, который теперь казался едва ли не уголком рая в Тедасе. И это обычный постоялый двор в каком-то замызганном, сереньком провинциальном городке! После имения тетушки Авроры, не говоря уже о дворце в Минратосе, Викториа поразилась тому, насколько много имела из того, что большинству людей было недоступно, и принимала это, просто как данность.   До сочувствия, впрочем, дело не дошло. Ей не было жаль тех, кто бедней или имел меньше в жизни, чем она. Таков был порядок вещей. Были те, кто правил, достойные и достаточно умные, чтобы эту власть удержать, а были те, кем правили. Так было заведено всегда, и не Виктории было это менять, да и ставить под сомнение тоже.

Окрестности   - Как угодно. - пожала плечами Ринн, хотя, честно говоря, не думала, что от магов в этом деле будет толк. Разве что огоньками светить.   — Магов у нас больше, чем не-магов, — заметила Викториа. — Поровну разделиться все равно не выйдет, но можно сделать так, чтобы в каждой группе был хотя бы один. — Она хотела было предложить пойти с Эльсой, но тут подумала, что раз уж она решила действовать по плану, то лучше было бы пойти с кем-то, с кем отношения у нее были несколько более натянутыми. — Я могу пойти с Адалин или с Ринн, — предложила она. — Посвечу магией, чтобы не расходовать факелы, а если что найдем, то пущу в воздух разноцветные огоньки. В темноте их будет хорошо видно, тем более, здесь, за городом.   Она вдруг подумала о вечно освещенном магией Минратосе, где ночь никогда не была ночью — непроглядной, глухой темнотой, в которой единственным источником света могла быть только полная луна и звезды, и то, только в безоблачные дни. Викториа любила Минратос в том числе и за это. В этом улье из людей и магов она ощущала себя в большей безопасности, чем где-нибудь в глуши, когда не имеешь понятия, что в следующий момент выйдет из-за угла или чьи глаза вдруг вспыхнут во тьме.

Анвирон   — Да, конечно, берите, — разрешила женщина и умоляюще сложила руки на груди. — И если вы отыщете Ясеньку, проследите, пожалуйста, чтобы он ее надел. На улице зима, а он без шапочки!   Викториа подметила, что о награде никто и не подумал спросить. Даже Эльса, которая наемничала куда дольше и наверняка прекрасно знала, что лучше заранее обговаривать условия. Но, кажется, в этот вечер всех поразила быстро распространяющаяся эпидемия милосердия и щедрости. Она взглянула на Руфуса и усмехнулась, впрочем, по-доброму. Может, это из-за него? Интересно, как ученый вообще продержался на плаву все эти годы, если помогал всем безвозмездно? Обычно таким страдали сынки богатых родителей, ищущие приключений и славы, а золотом их снабжали маменька с папенькой, чтобы не дай Богиня с чадом ничего не случилось по дороге. Она молча кивнула, показывая, что готова, хотя и не подозревала, какая от нее может быть польза в этих поисках. Собака с Эльсой и Ринн вполне могли бы справиться и одни.   Однако заполучить свою долю от награды было мотивацией ничуть не менее значимой, чем план Виктории по втиранию в доверие коллектива. Поэтому она пошла, наплевав на желание остаться и провести вечер за бокалом вина и в более приятной компании, чем наемники. Да и легенду надо было поддерживать, как-никак.

Анвирон   — Мог уйти к отцу или к другим друзьям... но это странно. Если он сказал, что пойдет в одно место, а в итоге не дошел и пропал, то я бы поставила на то, что мальчишка заблудился или его кто-то похитил, — сказала Викториа. Говорить о том, что он быть уже давно мертв, разорван дикими зверями или убит кем-то другим, она не стала, хотя в ее голосе это вполне ясно слышалось. — Есть какие-то нибудь его вещи, которые он носил недавно? Можно попробовать дать вон тому псу взять след. Если, конечно, след еще не остыл. Хотя бы даст нам направление, в котором стоит работать.   В отличие от Адалин, магессе было абсолютно наплевать на чувства и переживания этой семьи. Для нее семья была местом, где каждый имел против нее самый острый кинжал. Чем больше люди знали о ней, тем проще им было подобраться к ее сердцу, заставить плясать под свою дудку, использовать, как разменную монету. И самым гадким было то, что она это позволяла. Потому что зависела от семьи, а другой жизни никогда не знала и не умела ею жить.

Анвирон   Лучше было бы приехать на лошади. Конные наемники всегда производят лучшее впечатление, чем те, которые ходят пешком. Викториа прислонилась к забору и посмотрела на крестьянский дом, у которого они остановились, и на женщину, которая вышла им навстречу. Если бы у нее было немного крови того мальчишки, то можно было бы попытаться выследить его с помощью магии, вот только девушка подозревала, что такого специфического предмета, как фиал с кровью, здесь никто не держит. В конце концов, обычным людям такое и в голову бы не пришло, тем более деревенским. А вот попросить вещь мальчишки, чтобы дать понюхать мабари, было бы разумно.   — Именно так, по объявлению. Полагаю, вы хотите, чтобы вашего сына нашли, — сухо произнесла Викториа, поднимая голову и бросая взгляд на Жоржетт. — Тогда расскажите нам все обстоятельства, в деталях, и ради Богини, прекратите трястись.   Она говорила уверенно и спокойно, как и следовало общаться с простолюдинами. Порой ей казалось, что это их немного успокаивало. Как успокаивает коня присутствие хозяина.

Рыночная площадь   Викториа отошла ненадолго, чтобы остановиться у лавки Лидии Монже, торговки одеждой, броней и оружием, и продала свою старую робу, приобретенную еще в Монтсиммаре. Жалко, конечно, но денег у нее оставалось немного после покупки коня, и теперь пустота в кошеле немного тревожила. Получив за робу два золотых дракона, девушка вернулась к остальным, разглядывающим объявления на доске. Большей частью та работа, которую предлагали в Руссильоне, была непригодна для уважающих себя наемников, а все места в лагере археологов уже были распределены; если бы они приехали сюда раньше, то возможно, и успели бы попасть в официальную экспедицию, а теперь придется думать, как это сделать иными способами. Быть может, Холт что-то подскажет, благо помощник бургомистра был его человеком, а у того наверняка большие возможности и множество связей. Думая об этом, магесса вполуха слушала рассуждения своих товарищей насчет поиска мальчишки.   Жаль, она не взяла лошадь. Знала бы, что придется идти в соседнее село и кто знает, куда еще, не сбивала бы зря ноги в кровь. Но жаловаться Викториа не хотела. Уже достаточно было и того, что дороги здесь хотя бы есть, в отличие от Ивовой Рощи. Она кивнула и посмотрела на Руфуса. Выбрал ли он это задание потому, что действительно переживает за мальчишку, или просто поддерживает образ "милого и хорошего парня" перед остальными?.. Разговор в бане все еще преследовал ее, но что-то внутри противилось тому, чтобы просто поверить словам Эльсы. Как если бы она вдруг заявила, что небо на самом деле не голубое, а зеленое, а трава фиолетовая. Хотя и такое могло быть, вмешайся в дело магия.   — Я не против, если за дело платят, то можно и поискать, — отозвалась она, подходя к группе и останавливаясь чуть в сторонке. — Хотя сразу скажу, в этом деле Ринн будет полезнее меня.

Таверна "Розовый пони"   — Как ты смотришь на то, чтобы пока наш связной ищет концы, за которые можно ухватиться, самим походить и поспрашивать насчет всяких мелких задачек? Показали бы себя, посветились бы как "Скорпионы". Заодно и подзаработали. — он обернулся к Дамиану, указывая на объявления. — Наверняка в городе можно найти дело не только по нашему основному профилю.   "Опять работа?!" — пронеслось в мыслях тевинтерки, когда она только-только закончила просушивать у огня волосы. Даже у нее это заняло приличное время, а ведь Адалин пришлось еще сложнее с ее копной. Для агента Сопротивления, который работал в поле, а не в кабинете, Адалин удивительно трепетно относилась к своим волосам. Викториа посоветовала бы ей их состричь, чтобы не мешались в бою и в походе, но кажется, на такие слова девушка бы на нее просто огрызнулась. Странная она была, все-таки. Какие-то вещи воспринимала недостаточно серьезно, например, когда лезла в шахту с лириумом, а какие-то, наоборот, слишком серьезно. Как свои волосы или шутку Виктории про магию крови. В общем и целом магесса лишь убедилась, что они не найдут общего языка, и единственное, на что можно рассчитывать, это нейтральные отношения.   Что ж, уже лучше, чем с Ринн. Пока они ехали к городу, пока Викториа располагалась и покупала лошадь, она много думала о том, что сказал ей тогда Дамиан. Что нужно попытаться влиться в коллектив. Но вот только коллектив подобрался настолько разношерстный, что вливаться в него все равно, что пытаться поджечь лед. Но по крайней мере можно было попробовать быть чуть менее резкой с теми, кому резкость кажется враждебной. В общении с простолюдинами Викториа привыкла использовать только такой тон, так что это не казалось ей чем-то странным или обидным. Просто так было заведено. Таков был порядок вещей, и таковым он и должен был оставаться.   — Я, пожалуй, попробую, — кивнула она Руфусу, улыбнувшись краешком губ, пока приводила в порядок свою эльфийскую робу. — Только вот я обещала Эльсе сходить с ней за покупками.

Таверна "Розовый пони"   — Это как-то странно, считать, что люди поступают так только потому, что им больно. Скорее, потому, что они этого не хотят. А Руфус, может, и хорошо притворяется, — пожала плечами Викториа, заканчивая одеваться и расчесывать волосы и стянула их в тугой узелок. — Я была бы не против пройтись по городу за покупками. Если только это не очень далеко. Хотя в этом городе, кажется, все недалеко, — она посмотрела на Адалин с приподнятой бровью. — Ты с нами или останешься здесь?   Описанные Эльсой идеи показались ей немного детскими. В реальности же все было намного сложее, как думалось Виктории. И хотя у нее была своя боль, та, которую она тщательно скрывала ото всех и не собиралась никому показывать, она имела весьма посредственное отношение к ее отторжению других людей. Впрочем... нет, ферелденка не была права насчет ее. То, что случилось с Тенебрием, ее не сломало. Не сломало, как мать, которая стала совсем другой. Викториа это пережила, и ее желание отомстить было продиктовано совсем другими эмоциями.

Таверна "Розовый пони"   - Руфус... мне кажется он просто такой и есть. Он говорил, что ему не сложно помогать там, где возможно. Да и Холт тоже кажется...   — Если так, то это глупо, — заявила магесса, вылезая из бадьи и вытираясь полотенцем, которым сначала осторожно промокнула волосы. — Подставлять себя под удар, постоянно рисковать быть использованным или преданным... разве это жизнь, которой можно наслаждаться? И ради чего? Чтобы кто-то другой был счастлив? Нет, — она покачала головой, одеваясь и присаживаясь на лавку, а затем достала из сумки когти и по одному принялась прилаживать их на место. — Не понимаю я этого. Лучше уж понимать, чего стоит ожидать, и не строить лишних иллюзий, не мучаться, постоянно спрашивая себя, кому можно доверять, а кому нет. В Тевинтере такие долго не живут, особенно, если у них есть деньги, — она усмехнулась и достала гребень, расчесывая волосы.   Взглянув на Адалин, тевинтерка подумала, что той действительно не помешало бы немного насладиться жизнью, вместо того, чтобы ходить мрачной, словно ее любимого кота только что отобрали и увезли. Она вздохнула, пытаясь придумать, чем можно было бы заняться в городе, пока их не разбросали по миссиям снова, но в голову ничего не шло. Развлечений в Руссильоне было мало, если не считать археологических раскопок, но туда лучше было пока не соваться. По крайней мере, пока Холт не достанет чуть больше информации и не поделится с ними. Вряд ли "Скорпионам" там будут рады просто потому, что они пришли на запах наживы, как и множество других наемников.

Таверна "Розовый пони"   Но есть и нормальные.   — Неужели? И какой резон им такими быть? — отозвалась Викториа, которую почему-то эта тема никак не отпускала, и она плеснула ногой, подняв немного брызг. Недостаточно, чтобы долетали до других девушек, но достаточно, чтобы намекнуть на то, что магесса вполне готова была перейти к первому пункту. — Людей, которые просто так будут делать что-то хорошее для других, да еще и в ущерб себе, не бывает. Всегда что-то хотят взамен, или планируют усыпить твою бдительность для чего-то. Вот как Руфус, например... — она сама не поняла, почему с темы конюха вдруг перескочила в мыслях на Руфуса. — После лечения еще и чаю предложил сделать. При том, что на такой стадии у него все тело должно было болеть. Явно ведь не просто так, да еще и с корицей и имбирем, как я люблю. Правда, не понимаю, откуда он в глухом лесу взял корицу и имбирь... заколдовал, что ли? — она задумалась, добравшись, наконец, до сути своего беспокойства. — Иллюзия? Можно ли с помощью иллюзии создавать вкусы? Я как-то раньше этим не особенно интересовалась.   Похоже было, что Викториа немного расслабилась после похода в лес, и теперь пребывала в благодушном настроении, что с ней случалось не слишком часто. Конечно, лучше было бы оказаться дома, где есть библиотека под рукой, а слуги и служанки готовы были расчесать ее волосы, чтобы девушка не билась с ними сама, но по сравнению с глушью, Руссильон ей весьма понравился.

Таверна "Розовый пони"   — Пусть заходят. Все равно тут уже занято, — равнодушно пожала плечами Адалин. Как и Эльса, наготы она не смущалась, а Виктория, если ей не по нраву, в состоянии запереть дверь сама.   — Или пустить ледяной шар в сторону того глупца, который посмеет прервать наш банный день, — покосившись на Адалин, которая вообще, кажется, никогда не улыбалась, магесса пожала плечами. — Там в конюшне парень работает. Симпатичный такой. Сегодня, кажется, он пытался мне понравиться, — она фыркнула, скривив губы и рассматривая свои ногти, которые уже были совершенно обычными, без привычного металлического блеска. — Что вообще может нравиться в дурацкой интрижке на одну ночь? Эти нелепые телодвижения вряд ли выглядят хоть сколько-нибудь грациозно или красиво со стороны, а самому в этом участвовать... только если самоуважения нет, — сделала она весьма информативный вывод, но почему-то немного покраснела. Или это просто свет от свечей и факелов так отражался на ее коже? Понять было трудно.   Вытянув длинную и стройную ногу, она принялась намыливать ее, о чем-то задумавшись. Задумчивое выражение на ее лице было крайне похоже на выражение, которое можно было видеть прямо перед тем, как с пальцем Виктории срывалось заклинание магии крови, направленное на врага.

Таверна "Розовый пони"   — Тогда в следующую ночь уже ты будешь лежать смирно. Под действием яда паралича, — ответила Адалин, не вернув улыбку назад. Если магесса шутит, очевидно очень неуместно. Угрозы контроля разума не те вещи, что можно пропускать мимо ушей.   — Ты такая скучная и мрачная, Адалин, — выдохнула Викториа слегка разочарованно, погружаясь в воду напротив Эльсы и так же раскидывая руки по сторонам, опираясь ими о бортик. — Уж поверь, если бы я хотела поиграть с твоим разумом, то уже давным-давно бы это сделала. И ты, возможно, даже об этом не узнала бы, — она усмехнулась, взяв мыло и осторожно намыливая волосы. Ее взгляд медленно перетек в сторону ферелденки, которая подала отличную идею. — Ну, я уже в воде, так что если кому-то взбредет в голову войти, ему же хуже.   Она подумала о том, что после приезда в Руссильон ее изнеможение и усталость начали потихоньку проходить, да и настроение немного повысилось. Ей не хотелось уже огрызаться на всех подряд, как в лесу, когда она чувствовала себя какой-то нищенкой, вынужденной ютиться в палатке, питаться кореньями и подножным кормом, и делать вид, что все так и должно быть. Да еще и месить грязь вперемешку со снегом, пешком топая до самого Руссильона. Теперь, когда у нее была еда, вода, комната, пусть и с соседкой, теплый камин и баня, девушка была почти довольна. Лошадь тоже хорошее приобретение, не придется ходить пешком. Хотя, конечно, если бы в комплекте шла еще и карета с возничим... но до этого нужно было еще подождать.   — Хорошо, что мужчины уже ушли, — добавила магесса задумчиво, промывая длинные волнистые волосы с осторожностью, словно обращалась с хрупким шелком. — Хотя я не видела, куда пошел Феликс. Надеюсь, он не вломится сюда и ему хватит ума понять, где мы.

Таверна "Розовый пони"   — Если ночью тебя разбудит шорох, попридержи магию, ладно? — попросила Адалин, оборачиваясь. Она считала нужным предупредить свою соседку, чтобы случайно не почувствовать на себе контроль разума или что похуже. — Я ворочаюсь. Могу задеть тебя.   — Ничего страшного. Я просто использую на тебе магию крови и подчиню твой разум, приказав лежать смирно, — улыбка, посланная в сторону Адалин, была самой что ни на есть располагающей и ласковой, и трудно было понять, шутит магесса или же говорит серьезно. Она прошла в предбанник, убедившись, что за ней никто не последовал, и принялась снимать с себя робу и ботинки, чтобы оставить здесь, прежде чем входить. Возможно, магесса надеялась, что Адалин решит поспать на полу, уступив ей кровать, как привилегированному классу, но похоже, что та не собиралась сдаваться. Вздохнув и осторожно стянув с кончиков пальцев накладные когти, Викториа надежно спрятала их в своей сумке, и зашла в баню, полную пара и резкого мыльного запаха. Там была только Эльса и ее пес, что вполне подходило для тевинтерки. По крайней мере, не будет никаких противных мужчин. Хотя... Руфус не казался ей таким уж противным, и все же раздеваться перед ним она не спешила бы.   Сев на лавку, Викториа разделась, избавившись от остальной одежды, и осторожно сунула ногу в воду, проверяя, не слишком ли она холодная или горячая.

Таверна "Розовый пони"   Викториа решила продать драгоценные камни, найденные в Ивовой роще, и как ни странно, трактирщица Кейна Самир была крайне рада их приобрести; похоже, у нее была особая любовь к украшениям и камням, как у большинства ривейнских дам. За камни она отвалила целых десять золотых, что было уже неплохой суммой, и магесса сразу же спросила, можно ли купить лошадь где-нибудь поблизости. Ей повезло. Кейна как раз продавала одну из лошадей, что предыдущий постоялец оставил в качестве уплаты за проживание, поскольку денег у него не было. За пятнадцать золотых монет Кейна согласилась расстаться с пятнистым жеребцом, вместе с его сбруей, седлом и седельными сумками. Это было как раз на руку Виктории, и пожав друг другу руки, они заключили сделку. Викториа доплачивала пять золотых, отдавала драгоценности и получала взамен молодого и вполне выносливого коня, без клейма, который бы облегчил ее путешествия и заодно не привлек бы лишнего внимания.   Выйдя во внутренний двор и поправляя сумку с принадлежностями для бани, девушка сначала решила проведать свое новое приобретение, и вошла в конюшню, чуть поморщившись от резкого запаха животных и навоза. Конюший бросил в ее сторону заинтересованный взгляд и отложил вилы, прислонившись спиной к одной из опор денника. Это был молодой парень с шевелюрой светлых волос и чуть блестящими темными глазами, похоже, он начал пить слишком рано сегодня, но вряд ли его кто-то будет за это стыдить.   — Доброго денечка, госпожа, — поприветствовал ее конюший, видимо, поняв, что девушка не из простых, судя по ее одежде и поведению, и смекнув, что лучше ей не грубить. — Только сегодня приехали?   — Да. Мне Кейна продала лошадь, пятнистый жеребец, предыдущий постоялец оставил, — Викториа обернулась, длинные распущенные волосы метнулись через плечо, когда она смерила глазами высокого парня. Он был довольно симпатичным, а как человек, занимавшийся физическим трудом, выглядел достаточно сильным. В ее разуме промелькнула мысль, что она задержала взгляд на нем чуть дольше необходимого, но девушка отогнала эти глупости усилием воли. В конце концов, это ведь обычный простолюдин, не стоящий и секунды ее времени. — Будьте добры, покажите, где он.   — Следуйте за мной, — кивнул парень и повел ее вглубь денника, где находился ее новый конь.   -15 золотых за лошадь +10 золотых за камни -25 серебра за конюшню

Таверна "Розовый пони"   Адалин не была против, так что они сняли комнату на двоих, заплатив каждый по тридцать серебра. Викториа решила не особенно экономить, и заплатила еще и за хорошую еду, добавив двадцать серебряков. Пока что она не собиралась уходить, хотя сумка тяжелым грузом давила на плечо; нужно было продать все ненужное, купить лошадь и теплые вещи, и возможно, что-то останется еще про запас. Краденых лошадей она бы оставила вообще за городом, но то было не ее решение, а потому девушка просто направилась в свою комнату, чтобы оставить вещи и расположиться.   Комнаты оказались не слишком просторными, но вдвоем можно было прожить. Даже полупрозрачная ширма имелась, чтобы переодеваться, со стульчиком за ней и крючками для одежды. Бадья сюда бы просто уже не влезла, так что выглянув в окно, магесса поняла, что единственным местом для помывки была баня, притулившаяся во внутреннем дворике, неподалеку от конюшен. Тот еще запах стоит, наверное, подумалось ей. Руссильон пока что выглядел как провинциальный городишко, который внезапно для себя и для всех остальных стал местом паломничества ученых и искателей сокровищ всех мастей. Что ж, вполне можно было влиться в толпу и сойти за своего, учитывая легенду "Скорпионов". Наемники уж точно не упустили бы шанса подзаработать, охраняя тех, кто носил мантии, а не броню, и книги с пером вместо мечей. Видимо, этим объяснялись и цены, что были даже выше, чем в столице. Викториа вздохнула и задернула шторы, положив сумку на пол у окна и вынимая запасной комплект одежды, мыло и прочие банные принадлежности. После ванны она намеревалась пообедать нормальной едой, наконец-то отдохнув от бесконечной рыбы и дичи, от которой уже воротило. Приметила она и коронное блюдо этого постоялого двора, которое можно было бы заказать на десерт.   -50 серебра

Таверна "Розовый пони"   — Как будто кроме вас постояльцев не будет, — пожала плечами Кейна, явно не слишком напуганная перспективой потерять клиентов в такое время, когда в город постоянно стекаются искатели приключений и наживы. Когда-нибудь это время, определенно, закончится, но пока что можно было расслабиться и не слишком переживать о прибыли. Даже с взвинченными до небес ценами на товары в городе все равно скупали все с прилавков. — Давайте так. Я скину цену до тридцати серебра тем, кто будет жить в комнатах по двое. У меня их ровно пять, так что сами решайте, как делиться.   — Я хотела бы, если возможно, разделить комнату с девушкой, — заметила Викториа, покосившись на Ринн и понимая, что "девушкой" назвать фрименку она не смогла бы.   — Хорошо. Адалин, возьми к себе Викторию, а я буду ночевать в другом месте. Есть у меня один знакомый, который может приютить, но боюсь, что только меня. Он... довольно подозрительный тип, — отозвался Холт, взглянув на Адалин и кивнув ей, мол, все хорошо. — Остальные, решайте сами, как вам удобнее. Только вот по ночам меня не ищите. Проблем не оберетесь.

Руссильон - Трактир "Розовый пони"   - Я бы лучше на чердаке остановилась, но в одиночестве. - хмуро о сказала девушка, сложив руки.   — Чердак не сдается. Я там вещи храню, — мрачно посмотрела на Ринн трактирщица с огромной копной кудрявых волос и слишком темной для этих мест кожей. Явно из Ривейна. После войны, которая прогремела там, мало кто горел желанием поехать в провинции из их народа, но иногда некоторые все же решались. — Подвал тоже, там ящики, бочки и он не отапливается, закоченеешь. Кровать в комнате одна, но большая, впрочем, вам, судя по вашему виду, и на полу поспать не проблема, — отозвалась она. — Я Кейна Самир, если что. У нас тут в последнее время что ни день, то приезжает очередная группа желающих отхватить кусок от исследования руин. Вот только там все немножко застопорилось, насколько я слышала. — Махнув рукой, трактирщика принялась протирать тарелки и стаканы.   Викториа понимала, что если все останется как есть, ей придется селиться в одной комнате либо с Ринн, либо с Феликсом. Оба варианта ее не прельщали, а Руфус и Альваро с Дамианом уже давно выбрали себе "друзей по палатке", и вряд ли будут рады их сменить. Закатив глаза, она сложила руки на груди и молча слушала разговоры остальных.

Руссильон     Через четыре дня, голодные, уставшие и мечтающие о том, чтобы оставить зимний лес позади, Скорпионы все-таки добрались до Руссильона. Впереди, в холодной туманной дымке, показались очертания невысоких городских стен. Это место было далеко не таким огромным, как Монтсиммар или даже Вал Форэ, едва-едва выросший из поселка до города Руссильон мог похвастаться каменными улицами и несколькими зданиями выше двух этажей. Если бы не раскопки, которые в последнее время привлекали приезжих, а также просто любопытствующих, городок вряд ли стал бы чем-то большим, чем еще одна нанесенная на карту точка. А вот когда открыли руины буквально в получасе езды от Руссильона, сюда прямо-таки начали стекаться лучшие умы и хитрейшие воришки на всю округу до самого Гислейна. Каждому хотелось урвать себе кусок этого пирога.   Холт еще до подъезда к городу согласился с предложением Адалин о "Соратниках" и еще предупредил, что нашей задачей является ни в коем случае не устраивать резни и не попадаться имперцам, но при этом нужно было выяснить, что знают имперские ученые и маги и зачем они ищут вход в Фамарнас. В сам Гислейн тоже пока соваться не стоило, это уже был город побольше, чем Руссильон, и там могли быть тайники и потрошители, а этого отряду сейчас только и не хватало. Однако Уильям упомянул, что мог бы послать весточку в Гислейн людям Сопротивления, если нам удастся что-то узнать, а также если Адалин подделает завещание. По дороге Холт изучил записи Сказительницы, однако нового узнать удалось мало. Были несколько зарисовок и планов города, вот только большая их часть основывалась на догадках и похожих деталях с другими руинами. Единственное, что можно было сказать точно, так это то, что там хранилось описание некоего ритуала "Пробуждения", а также артефакт под названием "Савир-Дал, Разрушитель Цепей". Сказительница предполагала, что это меч, которым был казнен повелитель города, и благодаря которому рабы были освобождены.   Про сам Руссильон Уильям рассказать мог немногое. Если бы не руины, он так и остался бы полузаброшенным и полупустым. Но приток денег на раскопки позволил открыть в городе ткацкую фабрику, производящую и окрашивающую ткани, настоящий большой постоялый двор под названием "Розовый пони", лесопилку вдоль западной границы городских стен, а также подновить старое поместье, в котором много лет назад жил лорд-правитель этого селения, а ныне его дом был перестроен под местную городскую ратушу, где заседали члены совета наместника. Правил бал здесь бургомистр Фабрис Левек, как поведал отряду агент, и хоть этот Левек не был другом Сопротивлению, его помощник, Джейнон Бутчер, урожденный ферелденец, работал на верхушку организации и мог предоставить какую-никакую помощь в случае чего. А может, даже финансовую поддержку, если все пройдет гладко. Холт сразу сказал, что ему нужно было съездить кое-куда, проверить схроны, прочитать сообщения и попробовать поговорить с Бутчером, если получится. Остальным же он посоветовал остановиться в "Розовом пони". Несмотря на название, трактир был вполне себе респектабельный, хоть и не уровня "Счастливого нага". Половина комнат, впрочем, оказалась занята приезжими; так что трактирщица, пожав плечами, предложила остановиться по двое в одной комнате, для удобства. Виктории это сразу не понравилось, но свободных комнат было только пять, трактир был не настолько огромен, а часть уже была выкуплена. Так что особого выбора не было.   Повернувшись к остальным, магесса сложила руки на груди. Она мечтала о долгой ванне, сытном обеде и сне в теплой постели больше, чем о чем бы то ни было другом. Как все-таки меняются приоритеты, стоит провести несколько недель в лесу, промозглом, холодном, заснеженном и полном безумных вартерралов и красного лириума. Магесса тихо усмехнулась про себя такой мысли.   — И что будем делать? — философски поинтересовалась она, разглядывая мабари Эльсы.