Perfect Stranger

Короче, жду Шанта, если в ближайшие 2 часа не появится - отпишусь без него

1) что значит "вслед"? Вас ведут под дулом автомата) а не кинули стоять на дороге. 2) Баратас реально думает что они не слышат то, что он говорит?..

Жду отписки остальных.

Кунарийская деревня   Госпожа Раэна! Это вы? Это действительно вы?   Хасиндка (а это была именно она - хоть и немного подзагоревшая, сменившая одежду и прическу, но она) вздрогнула, повернутая спиной к антиванцу, но ничего не спросила и не сказала. На лице ее отразилось изумление, но этого никто из наемников не увидел. - Идите в дом, - девушка указала рукой, обмотанной кожаной полоской во избежание мозолей от тетивы. - Там с вами поговорят. Она выглядела уверенной, но эта уверенность понемногу таяла. Как будто слова Дэйгана посеяли в ней сомнения. Шен не стала спрашивать, откуда Ашкаари знает еще и эту женщину, но понимала, что тот кунари (Мараад?) назвал ее "Басалит-Ан" - но не "виддатари". Она не принимала Кун. Но ее уважали, редкое явление для фанатиков. Что она сделала такого?.. Убила всех тех людей в овраге, трупы которых, чтоб не разлагались и не воняли на солнце, присыпали известью? Но зачем, если, по словам Дэйгана, она была женой гранд-адмирала Имперского флота?

Спойлерить не буду=) Захотите, сами все узнаете)

Она, а кто ж еще)

Кунарийская деревня   Поэтому они все равно придут сюда и уже будут требовать не вашей сдачи, а просто прирежут вас как скот и не подавятся, думаю некоторым солдатам также ваши женщины пригодятся, им все равно наверное кого иметь.   Старый воин долго слушал, ни разу не делая попытки перебить или вставить свое слово, и Шен почему-то поняла, что он... улыбается? Да, пожалуй. Хотя кунари редко улыбались так, что это можно было заметить. Когда же Лорус, Лилиан и Дэйган закончили объяснять опасности, которые на этой войне угрожают деревушке, рогатый испустил вздох, словно общался с неразумными детьми, и повернулся в сторону большого оврага, опоясывающего дорогу. - Прирежут как скот? Взгляните туда, басра, и убедитесь, что рты ваши извергают ложь, как осиное гнездо - лесных ос. Косситка понимала, что с этого места в овраг заглянуть было невозможно, и в этот момент резко поняла, что приближаться и заглядывать на дно ей ну совершенно не хотелось. Однако ноги сами понесли девушку туда. Внизу, в овраге, залитые известью и практически окаменевшие, лежали тела. Тела людей - а сверху были брошены знамена армии Тевинтера. Отряд насчитывал около двадцати-тридцати человек, отсюда посчитать точно было невозможно, но все были убиты. Те, что лежали на самом верху, как определила Шен, погибли от стрел. В горло, в глаз или в грудь, если она не была защищена пластиной нагрудника. Стрелы заботливо вытащили и собрали, и она знала - это тот же, кто стрелял сейчас в переговорщиков. Кто послал им простую и угрожающую записку. - Они тоже говорили, что перережут нас как скот, что убьют каждого старика, женщину и ребенка в нашей деревне, - холодно произнес кунари, выдержав паузу и позволив наемникам вдоволь насмотреться на открывшуюся им картину. - И они лгали точно так же, как лжете вы. И я последний раз повторяю вам... - МАРААД! Откуда-то послышался женский голос, и с одного из домов спрыгнула на землю какая-то тень - не похожая на кунари, безрогая, невысокая тень. Из сумрака меж тесно жмущихся друг к другу хижин беззвучно выступила обычная человеческая женщина. Хотя... обычная - неподходящее слово. Длинные угольно-черные волосы были заплетены в косу и перехвачены такой же красной лентой, что украшала рога старого воина кунари; смуглая кожа бронзового цвета была чуть светлее, чем у Ашкаари, но черты лица с головой выдавали принадлежность этой женщины к диким варварам с юга. Одежды на ней почти не было - ужасная жара заставила ее носить разве что короткую набедренную повязку, полоску ткани на груди и высокие плетеные сандалии. В руках она держала диковинного вида лук, даже на первый взгляд совершенно не подходящий к обычной варварше. Прищурив глаза, она резко подняла лук и нацелилась в грудь Лоруса, безошибочно определяя в нем тевинтерца и, соответственно, лидера этой банды. - Может быть, этот не такой, как другие, - проговорила она уже тише. - Они все одинаковые. - Правда? - усмехнулась черноволосая женщина и покосилась на того, кого она назвала Мараадом. - А я? - Ты... - он поколебался и вздохнул. - Ты - Басалит-Ан. - Если я - Басалит-Ан, то могут быть и другие, как я. Нет? - Твои слова правдивы. Они могут войти. Но ты и я будем присматривать за ними, - предупредил воин и развернулся, направляясь в деревню и все так же опираясь на меч, как на посох. - Шевелитесь, - приказ женщины с луком был таким же четким, как и ее записки получасом ранее.

афк спать, отпишусь завтра утром)

Кунарийская деревня   В крайнем случае, это должны сделать женщины, старики  и дети! В противном случае, последствия  вашей беспечности будут очень трагичны!   Опять пауза, на этот раз куда дольше, чем в предыдущий. Похоже, они (или кто бы там ни был за воротами) размышляли над словами Дэйгана. Определенно, их могли просто пристрелить, но то, что изначально стрела была пущена как предупреждение, а не нападение, говорило о том, что кунари не желают боя. Они просто желали, чтобы их деревню оставили в покое. Наконец створки ворот медленно открылись, и Шен, спрятавшаяся подальше, за спины других наемников (но все равно высокий рост предательски выдавал ее буквально с головой) увидела широкую утоптанную дорогу, ведущую в деревню. Улиц тут было мало, и эта, очевидно, была главной. Собака все лаяла и лаяла, и косситка почувствовала, как у нее разболелась голова. Вперед вышел престарелый кунари. Рога его, огромные и тяжелые, были оплетены красными ленточками, свисающими едва ли не до плеч, словно диковинная прическа, а вот волосы на голове были чисто сбриты. Одежды на нем, помимо кожаных штанов простого покроя, сапогов и перевязи с мечом не было. Несмотря на возраст и поседевшие брови, он все еще держался прямо, пусть и опирался на второй изогнутый меч, который держал в руках. И почему-то Шен знала, что он будет сражаться до последнего вздоха, как бы ни повернулись обстоятельства. За его спиной по-прежнему было пусто. Жители, скорее всего, спрятались в домах, убравших с улиц, но кто-то же пустил ту стрелу?.. - Басра... - медленно проговорил старик, хрипло откашлявшись. Рука его едва заметно дрогнула. - Вам не место здесь. Уходите и оставьте в покое наше поселение. Мы никому не причиняем вреда. - Тут его взгляд наткнулся на Баратаса и Шен, и губы его сжались в тонкую линию. - Если вы привели истинно-серых, чтобы убедить нас сдаться и отдать наши земли, наши дома и нашу страну, то этого не будет. Забирайте эту грязь с собой.

Кунарийская деревня   - Я говорю от имени Империи! Прошу выйти переговорщика! Гарантирую неприкосновенность!   Некоторое время стояла мертвая тишина, и у Шен даже сложилось впечатление, что деревня абсолютно пуста, и все жители давно уже ушли отсюда. Если так, то они сейчас выглядят круглыми дураками. Не удержавшись, она нервно хихикнула и прикрыла рот рукой, но через секунду раздался характерный свист, и сердце ее похолодело. Она бросилась в сторону, понимая, что сделать ничего не успеет, не успеет даже понять, что произошло... Стрела вонзилась в землю прямиком перед Лорусом. На древко была намотана длинная тонкая папирусная бумага. Поколебавшись, косситка подошла и взяла записку. На чистейшем тевине в ней было написано только одно слово, слово, которое невозможно было понять неправильно. "Убирайтесь". За частоколом и закрытыми воротами невозможно было увидеть, что происходит в деревне - заточенные бревна стояли таким плотным рядом, что в щели между ними видны были лишь крошечные части сложенных из песчаника домиков, проселочной дороги, напуганные домашние животные (некоторые птицы были большими, с длинными ногами и похожими на тех, розовых, только серые и коричневые). Где-то раздался надрывный лай собаки. Но больше - ничего.

Укрепленный лагерь   Кун куном, но мозги у них все же есть.   - Мозги, может, и есть, а вот языков у их магов точно нет, - пробурчала Шен, но все же поднялась, поправив сумку и посох. Поколебавшись, подумала, не оставить ли его в лагере, иначе кунари убьют ее на месте. В конце концов все-таки сняла перевязь и бросила посох рядом с пеньком, на котором сидела. Так будет надежнее. - Баратас, Регина, советую сделать то же самое. Все равно эти посохи - мусор, а так еще и могут стать причиной преждевременной смерти, - улыбнулась она, но улыбка у магессы вышла кривая. Баратас и Регина, конечно, тоже были магами... а вот с магами крови у кунари разговор был еще более короткий чем у храмовников Церкви. С тоской вспомнив пляж в последний раз, девушка вздохнула и собрала волосы в высокий хвост. В случае чего она сделает все, чтобы выжить, но... ведь ничего плохого не может случиться от простой попытки поговорить? Ведь правда?..

Укрепленный лагерь   Надо бы им намекнуть, что делать в зоне боевых действий нечего и пускай они сваливают на все четыре стороны. Пока до них не добрались некоторые... личности.   - То есть... поговорить? Вроде как - парламентеры? Но если они сами до сих пор отказывались уйти, то вряд ли мы сможем что-то... о, - Шен внезапно поняла, что в их отряде как минимум двое рогатых. Но если в деревне проживают кунари, то отношение к васготам у них чуть ли не хуже, чем к людям. - Не думаю, что это хорошая затея... - пробормотала она, принимаясь нервно накручивать прядь волос на палец. - Ох, сомневаюсь, что выйдет что-то путное. Может, лучше пусть сходит один Дэйган? У него неплохо получается убалтывать...

Хекс   Клокочущая ненависть отразилась в глазах потрошителя так, словно Септембер на мгновение взглянул в зеркало. Они были в эту секунду, в эту долю секунды, похожи, как братья. А потом мгновение закончилось, и Вольфер пожал плечами. Похоже, это был его излюбленный жест - помимо ухмылки, демонстрирующей чуть больше зубов, чем требуется для приличия. Поворачиваться к врагу спиной он не намеревался. В конце концов, разве не ему в упор всадили три стрелы? Он добрался бы до ублюдков, сделавших это, если бы... Если бы не мабари... К демонам эту хрень. Мабари или нет, но он копил в себе это с тех самых пор. Хексарион никогда не проигрывал смертельный бой. Несмотря на временное бессилие в поединках, постигшее его в Камберленде на турнире, когда дело доходило до "пан или пропал" - не было никого более надежного, чем потрошитель. Он не любил драки понарошку, а сейчас ощущал почти физическую потребность, до боли, впиться в чье-нибудь горло. И никакие дуэли с Мэйрис заменить этого не могли. - Ты прав. К чему лирика? - он холодно улыбнулся и вытер рукавом заляпанный кровью подбородок. - Я устал от болтовни. И не в принцессе дело, тут ты тоже прав. Дело в том... что дракон проголодался, - закончил он негромко, и сухо, лающе рассмеялся.

Хекс   - И что ты сделаешь?   - Думаю, ты знаешь ответ на этот вопрос. Что делают драконы с излишне ретивыми рыцаришками, пришедшими в их замок и посягнувшими на принцессу? - ухмыльнулся Хекс, продемонстрировав ряд острых, как пила, зубов. Слова Мэй ему совсем не понравились. Ну куда эта самка опять лезет со своими речами? Он подумал, что с возрастом девушка, наверное, стала еще более доставучей. Причем сама не понимала, что ее слова сейчас совершенно не в тему.   - Что плохого в драке?   Потрошитель нахмурился и вцепился зубами в остатки стейка, закапав кровью трактирную стойку. - Ничего. Что мертво... умереть не может, - едва слышно произнес он сквозь чавканье.

Дорога к крепости   Поэтому, если что-то ты знаешь, прошу, скажи!   - Ничего толком не знаю, одни только слухи, да и те, судя по всему, преувеличены. Ты что-то хочешь сказать, Сири? - внезапно прервался явно все больше и больше нервничающий бородач и обернулся к эльфийке. Та медленно подняла свободную руку к горлу и провела большим пальцем по коже. А затем показала еще несколько странных жестов, менее понятных, чем предыдущий. - А, ну да... Сири говорит, после встречи с "белым призраком" остается только смерть. Проклятые имперцы вырезали ей язык и оставили подыхать на дороге, - пояснил бородач, но дернулся, услышав какой-то шум. - Уходим! - крикнул он, и воины тумана, не успел Дэйган возразить, скрылись в ближайших зарослях. Пока бородач и антиванец разговаривали, остальные складывали груз в мешки и заплечные сумки. Оружие, припасы - все было подчищено и унесено с собой, а пустая телега осталась одиноко лежать на боку посреди дороги.

Дорога к крепости   Прошу, скажи все, что знаешь о нем! Слухи, сплетни - что угодно!   - Я сам не видел, но... слушай, я вроде сказал тебе проваливать! Мы не можем торчать тут, на самом видном месте, и ждать, пока рогатые соберутся с силами и захотят снова отбить свою телегу! - прорычал бородач, а Сири молчаливо фыркнула и приподняла лук. Теперь стрела была нацелена в грудь Дэйгана, весьма недвусмысленно. - Это внутренние разборки наших людей, и чужакам тут делать нечего. Хотите помочь - помогайте делом, а не суйте свой нос куда попало.   (возможно убеждение или запугивание)

Дорога к крепости   - Смуглый эльф, с платиновыми волосами, на правой стороне лица и шеи - татуировка, глаза - золотые, как у сегеронской кошки... Таким я его помню. Мне сказали, что он где-то на восточной стороне  острова...   Воины Тумана с некоторой растерянностью переглянулись. Растерянность эта, впрочем, не задержалась на их лицах дольше секунды, а то и того меньше, и бородач принялся задумчиво почесывать за ухом. - Слушай, лучше не лезь ты в это дело... мой тебе добрый совет. Если вы и вправду не желаете никому зла. Скажу только одно: этого эльфа здесь нет, и носит он теперь другое имя. Хотя это и именем-то назвать сложно, ха! Как появился на острове, сказал, что зовут его "Чужеземец". Так и называют до сей поры. Но если хочешь знать, где его искать, то тут я тебе не советчик. Потому что и сам не знаю. Все, хватит, - выглядел мужчина раздраженным. - Проваливайте отсюда, если не хотите получить шальную стрелу от следующего отряда, который может оказаться не таким добрым, как я. Времена такие... сами понимаете. А телегу не трогайте. Она нашим нужна побольше вашего.

Хекс   - Ну, ты что-то сказал насчет шакала или мне послышалось и ты просто звал свою мамочку?   Потрошитель, который как раз в этот момент не слишком охотно приступил к еде, поднял голову и смерил посетителя холодным взглядом серо-стальных глаз, которые по сравнению со вчерашним днем покраснели чуть больше обычного. По подбородку, покрытому щетиной такого же платинового цвета, как и волосы, медленно стекали капли вязкой крови. К счастью, кровь эта была коровьей... или из чего там делали этот стейк. - Ты что, глухой? Я сказал: трусливый... шакал, - медленно, почти по слогам повторил Вольфер, вернувшись к трапезе и краем глаза, как зверь, следя за перемещениями противника. - И держи язык за зубами, когда говоришь о моей женщине. Задница у нее, может, и классная, но не для твоих глаз.

Дорога к крепости   Говорят, в рядах Воинов Тумана сражается эльф-антиванец, блондин, по имени Габриэль Алькарас... Слышали вы что-то о нем? Мне необходимо с ним встретиться для личного разговора.   Воины переглянулись, бородач хмыкнул и слегка вытащил меч из ножен. Всего на пару дюймов, но этого хватило, чтобы он мгновенно стал выглядеть куда более угрожающе, чем раньше. Если это вообще было возможно. В этом Воинов можно было понять: чтобы сражаться против превосходящих сил противника, да еще и на два фронта, волей-неволей станешь агрессивным, параноидальным чудаком. И научишься подозревать каждого в обмане. - По личному, говоришь? Не знаю никого под таким именем. А эльфов в наших рядах достаточно, вон Сири видишь? Попадет из лука в глаз попугая, - усмехнулся он и дернул подбородком в сторону девушки, молчаливо стоявшей в сторонке, и та усмехнулась. Ее лук был направлен в сторону ног Дэйгана, видимо, чтобы остановить попытку к бегству в любой момент. Сири была одета в какие-то лохмотья, да и лицо у нее было потрепанное, но на войне по-другому и не бывает. - А как насчет твоих друзей? Не будешь же ты утверждать, что пришел сюда один?

Дорога к крепости   - Мир вам, добрые жители Сегерона! Не хватайтесь за оружие, я не опасен и пришел на переговоры от имени Алых драконов.   - Алых чего? - осведомился один из выживших Воинов Тумана. На вид они почти ничем не отличались от тевинтерцев, разве что кожа была чуть посмуглее, доспехи и оружие - победнее, многие носили длинные, заплетенные в косички волосы угольно-черного цвета и своеобразные рисунки на коже. Этот конкретный еще и обладал длинной бородкой, холодным прищуром внимательных темных глаз и готовностью выхватить убранный в ножны кривой меч в любой момент. - Ты кто такой, парень? На имперца не похож. Остальные негромко переговаривались, то и дело бросая на Дэйгана настороженные взгляды. У многих в руках были луки с наложенными на тетиву стрелами, наверняка ядовитыми, но пока что они не целились в подошедшего человека.

Дорога к крепости   - Мир вам, добрые жители Сегерона! Не хватайтесь за оружие, я не опасен и пришел на переговоры от имени Алых драконов.   "Ой, дура-а-ак!" - мысленно застонала Шен, понимая, что Дэйган сейчас будет утыкан стрелами, как еж. Как же, мирные намерения, ха! В зоне военных действий, и более того - в зоне активных военных действий, совершенно случайно оказались наемники. Только бы он не выдал их, забеспокоилась магесса, и на всякий случай приготовилась использовать магию крови. Как и на ком - пока не знала, но если антиванец начнет болтать слишком много и не о том, то и на нем. В последнее время она нечасто задумывалась о вопросах морали.

Хекс   - А сортир здесь есть? У меня тут чисто мужской разговор наметился...   Потрошитель фыркнул. - Трусливый шакал. Так я и думал - много слов, мало действий. - Почему-то он ожидал, что одно упоминание о "дуэли" заставит этого Сенбернара наделать в штаны. Что он только что и продемонстрировал весьма наглядно. Отвернувшись, он посмотрел на Гаэтана и пожал плечами. - Мясо с кровью. Трактирщик изгаляется над едой, как может, но я предпочитаю что-нибудь попроще.

Хекс   - И вот смотрю я на твою неприветливую страшную рожу и думаю - а мы раньше нигде не встречались?   - Может, и встречались. А может, и нет. Знаешь ли, я не запоминаю всех, кому сломал ребра или убил, - пожал плечами  потрошитель, никак не отреагировав на заявление насчет "подружки". В конце концов, он прекрасно понимал, что этот урод его просто провоцирует, но разве он сам не занимался тем же? Пока он не распускал руки, мог жить. Какое-то время. Хотя, если поганец сдох, вряд ли Вольфер сможет убить его еще раз, но поучить уму-разуму это не мешает. Он уже встречал подобных ему. И каждый явно не был знаком с поговоркой о льве и усах, и о спящих драконах. Впрочем, замечание насчет "классной задницы" ему понравилось, и он покосился на Мэй с легким интересом в глазах. Похоже, что она и в сорок лет оставалась вполне себе ничего, а он, дурак, этого не замечал.

Дорога к крепости   Шен ничего не сказала - все уже сказали до нее, только покивала, соглашаясь с остальными. Никто не хотел лишний раз лезть в драку, и это, как ни странно, ее удивило. Раньше наемники, только дай повод, лезли кого-нибудь учить жизни, а теперь сидели смирно, как мышата. Видимо, пока их лично разборки не касаются, они не пошевелятся, и это косситку более чем устраивало. - Ну... караван ведь не дошел до крепости? - робко произнесла она, разрывая затянувшуюся паузу. - Значит, мы свою задачу выполнили. Или тот человек... Танатос... про другое говорил? - магесса задумалась, пытаясь вспомнить детали задания, но потерпела полный провал.

Хекс   - Ну че вылупился, белобрысый? Выпить есть, спрашиваю?   Голову заполнял густой багровый туман. Как же он скучал по этому чувству, как же его бесила та аморфно-желейная расслабленность, царящая в таверне до этого дня! Хекс буквально кожей ощущал электрические разряды, которые наполнили воздух, когда этот человек вошел в двери. И слов Мэйрис он практически не услышал, хоть и знал, что она обязательно встанет у него на пути, как вставала миллион раз прежде, не боясь... или боясь, но стараясь не подавать виду. Смелая девушка, тем и понравилась ему. - Нету, - ухмыльнулся потрошитель, кивнув на осколки бутылки из-под виски. Трактирщика сейчас не было, и оно и к лучшему, а вот Мэй лучше было уйти куда-нибудь... хотя что сделается призраку. Но Хекс продолжал думать о ней, как о живом человеке, и ничего с этим поделать не мог. - Насколько я знаю, ослиную мочу тут не подают, так что придется тебе искать свою любимую выпивку где-нибудь еще.