Великой финальной битвы, увы, добиться не удалось, ибо она закончилась, не начавшись – дракончик предпочёл трусливое бегство. Конечно, он может считать это торжественным испытанием на подлинность крови, или вовсе «тактическим отступлением», как бывает модно теперь говорить, но каким животным, собственно, лошадь не обзови, она всё равно останется лошадью. Впрочем, пищу для меча судьба подвезла совсем иную. И что неудивительно, уже знакомую. Жаль, правда, масштабы сильно подвели – ведь размер поистине имеет значение, о чём бы не шла речь.
Спустя столько дней, проведённых в странствиях, Отступников всё-таки припёрли к стенке.
И дело даже не в том, чтобы отбить сокровища – деньги Марсу не слишком-то важны. Просто приятный бонус, не более. Однако отдавать кому-то даром то, что удалось получить ценой фундаментальных усилий, после стольких тревог, сражений на грани смерти и всей этой подозрительности, расколовшей отряд? Нет, подобный исход слишком уж несправедлив.
А Марсель…
Не любил несправедливость. Особенно столь наглую.
Среди царившего на поле боя хаоса полуэльф заметил того босмера. Кажется, его Разом звали? От этого парня буквально веет духом леса, дикости. Чего-то такого… первобытного. Закутанный в лёгкие меха, с луком в руках, он уже почти приготовился пустить стрелу. Прямиком в сторону Марселя. Что же.
Кое-кому сегодня сильно не повезло!
С поистине пугающей ловкостью Марс отпрыгнул в сторону – аккурат в тот самый момент, когда Раз ослабил тетиву – и прежде чем босмер успел опомниться, мгновенно запустил липкие щупальца магии в его разум. На этот раз Марсель Энке проявил безжалостность, для себя довольно нетипичную.
Общество Габриэля сказывалось, не иначе.
Босмер выпустил оружие, со звоном упавшее на каменный пол – и отчаянно закричал, схватившись руками за голову.
Вервии маны, такие мощные, но совсем невидимые, беспощадно разъедали структуру воспоминаний буквально на глазах у несчастной жертвы, обезумевшей от бессильного ужаса. Память о детстве и друзьях, о дорогих сердцу мгновениях и прекрасных женщинах тлела, как кусочки пергамента, брошенные в камин, чтобы минуту спустя исчезнуть навеки. Но Марс не стал ограничиваться амнезией, а пошёл ещё дальше. Спираль безумия жадно, сладострастно вгрызалась в самый сокровенный, внутренний фундамент личности Раза, искажая её до неузнаваемости, разбивая самосознание босмера в клочья.
И… перестраивая их.
В нечто…
Совершенно новое.
По прошествии ещё нескольких секунд последние огоньки безвозвратно потухли в глазах Раза.
Визгливо взвыв, мер яростно сорвал с себя одежду и принялся носиться нагишом по полю сражения, хохоча так, будто услышал изумительную шутку.
— Эй, парни, сегодня моя бабушка испечёт клубничный пирог! Не знаете, какой нынче денёк? Хрю. Правильно, сейчас тот самый день, когда Королева рабов заняла башню айлейдов! All Hail Alessia! Пир на весь мир! Всем сыру-у-у!
Закончив бессвязный монолог, босмер накинулся на одного из своих то ли мёртвых, то ли умирающих товарищей, отрывая от тела кусок за куском и отправляя себе в рот. Зрелище достаточно отвратительное, чтобы отвести глаза. Собственно, именно так Марсель Энке и поступил.
Воистину, магия... рождает сновидения.
Обычный бой, каких много на просторах Империи Септимов, во мгновение ока превратился в сумасшедшую вакханалию с людоедством, кровопитием, завораживающим воздушным танцем золотых монет. И всё это благодаря присутствию парочки магов. И оборотня, конечно же. Ну, и вампира, будем честны.
Да, Марселю определённо повезло. Более оригинальный отряд авантюристов было очень сложно найти.
Даже если очень, очень хорошо постараться.