Загадочный, покрытый дымкой могущества и тайны образ правительницы Великобритании на самом деле скрывает за собой честную, эмоциональную личность, с достойным уважения упорством стремившуюся претворить в жизнь свои идеи. Та, что стала символом эпохи, на самом деле не обладала всеобъемлющей властью, за что нужно благодарить политику реформ и влияние Палаты общин. Тем не менее, для простого народа Виктория долгое время оставалась любимым монархом, и это особенно ярко проявилось в последние десятилетия её правления. Королева поддерживала военную экспансию, считая "вынужденные" войны благородным делом, помогающим распространению цивилизации. Поскольку время действия игры – конец XIX века, на грязных улицах города легко можно заметить достаточно карет, омнибусов и кабриолетов, чтобы от их шума разболелась голова, метрополитен позволял быстро путешествовать за пределы Лондона, железная дорога связывала столицу со всеми частями страны, а граждане хоть с какими-то деньгами на руках всегда могли нанять кэб. Электричество ещё не распространилось в каждом доме, конечно, но лампы накаливания и телеграф – это вещи, которым, пожалуй, уже достаточно сложно удивляться, а паровые механизмы можно встретить повсеместно. Наука развивалась очень активно, изобретения появлялись, как грибы после дождя. Тиски промышленной революции плотно сомкнулись над Европой, ручной труд медленно уступал место машинному, а города заполнили фабрики, загрязняющие воздух. Само собой, общий стремительный темп прогресса не обошёл стороной и искусство лечения болезней. К концу девятнадцатого столетия медицина достигла действительно впечатляющих высот – стало легче бороться с инфекционными заболеваниями, теория эволюции и микроскопическая техника способствовали более глубокому пониманию строения человеческого тела, учёные активно интересовались патологической анотомией, гистологией, было сделано множество открытий, но в то же время методика избавления от психических болезней нередко отличалась жестокостью, а соответствующие больницы с точки зрения современного человека вполне могли бы сойти за филиал преисподней. В конце века Британская империя по праву называлась местом, над которым никогда не заходит солнце. Огромная территория страны простиралась на миллионы километров, включая большие колонии на всех существующих материках. Сердце её – Англия, Шотландия и Ирландия, омываемые с западного побережья волнами Атлантического океана и со стороны континентальной Европы – Северным морем. Действие игры происходит во времена, когда Британия находилась на вершине могущества. Техническая составляющая военного дела в девятнадцатом столетии тоже, естественно, активно развивалась, что особенно заметно, если взглянуть на историю огнестрельного оружия. Новые, усовершенствованные модели артиллерийских установок, дирижабли, стальные пушки, немецкий маузер, американский кольт, открытие динамита, более удобные и эффективные ружья, металлические патроны, винтовки – тем, кому это необходимо, доступен весьма обширный арсенал способов убийства. Шумный и грязный район, населённый преимущественно эмигрантами разнообразного этнического происхождения. Население здесь унизительно бедное, многие женщины вынуждены зарабатывать на кусок хлеба проституцией, а серия жестоких и отвратительных убийств сделала репутацию этого места совсем угнетающей, а атмосферу тяжёлой, печальной. Если вы только что обзавелись второй половинкой, Уайтчепел – определённо не самое лучшее место Англии, которое можно выбрать, чтобы провести в нём уикенд.
Древняя и неприступная крепость-тюрьма, стены которой стонут от сотен умерших здесь заключённых, а обветренные камни, условно говоря, залиты кровью казнённых преступников. Кроме того, раньше она использовалась также как зоопарк, сокровищница и монетный двор. Мрачный лондонский Тауэр может похвастаться печальной и красочной историей. Это место помнит бесчисленные пытки, что практиковались здесь во время Реформации, оно видело пожар 1666-го года, великую чуму и голод. Если бы здания могли стать говорящими свидетелями истории, крепость способна рассказать действительно многое. Кое-кто может сказать, что история Сити – это история самого Лондона, и будет совершенно прав. Финансовое и деловое сердце города, вокруг которого веками разрастались дополнительные районы – особенно это заметно, если оглянуться на уходящее XIX столетие – помнит ещё те далёкие времена, когда Рим не утратил своё величие, а легионеры представляли собой нечто гораздо большее, чем просто воспоминание из далёкого прошлого. Во время действия игры он представляет собой крупнейший в мире бизнес-центр, и если вам захочется взять займ в банке – стоит направиться сюда.
Знаменитое полицейское управление Лондона, в последних десятилетиях девятнадцатого века включающее в свой состав тысячи офицеров и несколько департаментов, расположеннных на набережной Виктории. Бесценный островок порядка, справедливости и стабильности в исполненной страхов, насилия, головокружительных перемен эпохе. Вот только не факт, что там вам помогут при вторжении не вполне естественных сил. Штаб-квартира полиции расположена в Вестминстере, о котором чуть-чуть ниже. Пикадилли - фешенебельная и невероятно красивая улица, застроенная особняками богатых аристократических семейств, вельмож и нуворишей. Она всегда оживлена, ярко сияющие огни пытаются изгнать прочь глубокую тоску, что нередко сжирает утомлённую душу представителей местной интеллигенции. Не факт, что вы можете позволить себе пожить здесь хотя бы три дня, но просто побродить среди высокой роскоши – само по себе неплохое удовольствие, верно?
Если вы направитесь к левому берегу Темзы, на запад от Сити, то сможете посетить Вестминстер, культурный и политический центр Лондона, где сейчас располагается парламент. Королевский дворец тоже здесь есть. Сложно кратко рассказать о столице Империи, не упомянув это место. И, пожалуй, даже глупо. В древних стенах аббатства витает дух множества сменившихся эпох, и призраки давно ушедших королей будто по-прежнему пребывают здесь, наблюдая за стремительно растущим уровнем религиозной индифферентности и неодобрительно покачивая головами. Если вы редко тут бываете, то вполне можете ощутить священный трепет. Кто знает, вызвали его лишь ваши ощущения – или что-то ещё. Темза отделяет боро Саутуарк от Сити и Вестминстера. Здесь можно увидеть знаменитую психиатрическую Бетлемскую королевскую больницу, имя которой стало нарицательным. Впрочем, сейчас там идеальный порядок – больные получают надлежащий уход, в коридорах чистота, длинные галереи, в которых располагаются пациенты, разделены большими железными решётками на женскую и мужскую половины. Это психбольница, и атмосфера здесь соответствующая. Безумие сгущается плотным туманом, странные вопли и нелепое поведение местных обитателей вполне способно выбить из колеи, если посетитель по какой-то причине не вполне сознаёт, где оказался. Конечно, не стоит забывать и о том, что в XIX веке методы лечения психических болезней далеко не всегда отличались гуманностью. По меткому выражению С. Цвейга, жизнь высших классов викторианской Англии во многом является малокровной. В ней не место, по крайней мере публично, ярким страстям, безумным стремлениям и великим порокам. Скромности и добродетельности уделяется чрезмерное внимание, счастье ассоциируется с созерцательностью, любовь с браком, а патриотизм – с лояльностью. Внешние формы вытесняют внутреннее содержание, и как следствие подобной инверсии, настоящее счастье нередко угасает, задыхается в лицемерной духоте формализма. Англия XIX века во многом была законодательницей мод Европы, славилась своим идеальным вкусом – и вполне заслуженно. Общий моральный фон в среде английской аристократии, конечно, существенно повлиял на то, как было принято одеваться членам высшего общества, дабы не выглядеть неуместно. Одежда не отличалась яркостью или эксцентричностью, что особо актуально для мужской. Идеалом моды сильного пола были строгие, практичные костюмы высококачественного покроя, неброско выглядящие, но ужасно дорогие. Сюртук с застёжкой на пуговицы, короткое пальто – как правило, в спокойных тонах (зелёные и тёмно-синие), иногда украшенное клетчатым узором. Летом допускались светлые цвета, как белый, серый или кремовый. Головной убор – естественно и неизменно шляпа-цилиндр. На первом месте стоит целесообразность, гармония форм. Женщины тоже одеваются достаточно сдержанно. Длинные, элегантные платья со шлейфом и драгоценности в античном стиле, которых было ровно столько, чтобы не создавалось чувство пресыщенности внешними проявлениями роскоши. С работой по дому, разумеется, помогала прислуга. Аристократия без прислуги? Сама идея звучит настолько дико и противоречиво, что совершенно не укладывается в голове. Большие семьи могли позволить себе маленькую армию, состоящую из горничных, дворецких, гувернанток и поваров, которые выполнят все необходимые обязанности, пока хозяева заняты более возвышенными вещами. Например, светскими развлечениями. Человек, выросший в хаосе, вероятнее всего заскучает на званых аристократических вечерах или среди бала, атмосфера которого насквозь пронизана церемониальной торжественностью. Многие из этих людей, по рукам и ногам связанные внешними правилами, скрывают в своих сердцах огонь истинной страсти. Вырвется ли он наружу однажды, или так и угаснет, задавленный условностями? Есть в этом что-то романтичное. Лондон викторианской эпохи сложно назвать уютным или приветливым городом, хотя в нём, несомненно, есть своё незабываемое очарование. Улицы нередко покрыты туманом, и если гость панически не любит мелкий прохладный дождик – едва ли столица Империи придётся ему по нраву. По пасмурным небесам проносятся чёрные облака, собирающиеся из дыма, что выпускает множество высоких фабричных труб Ист-Энда. Темза безнадёжно загрязнена множеством отходов, в её мёртвых водах способны выжить только самые устойчивые организмы. Тёмные переулки, где обитают беднейшие слои населения, наполнены мусором и исходящим от него зловонием. Если вы захотите совершить путешествие через весь Лондон, то вам постепенно откроется громадная пропасть между культурной жизнью богатых с их театрами, оперой, праздной негой, и бедных - с ежедневной погоней за куском хлеба, неблагодарным трудом в работных домах и высокими шансами бесследно исчезнуть, став жертвой каких-нибудь любителей проводить научные эксперименты на живых людях.
Повальное увлечение посмертным существованием, тайными обществами и спиритическими сеансами в чём-то, возможно, выражает утомлённость и декаданс духа образованных слоёв, или же просто желание развлечься. Так или иначе, мало кто из этих людей, с восторгом внимающих откровениям очередного чревовещателя, имеет представление об истинной, реальной тьме, пропитавшей своей извечной скверной все слои общества, проникшей бесконечно глубоко, и недостаточно зрелый глаз с трудом может разглядеть некие странности среди пустующих ночных улиц Лондона, не списав это на обман зрения, случайность. Провести объединяющие нити по полотну глубокого зла, что скрывается в этом городе. Попытка бросить луч света на иные тайны может закончиться очень плохо для любопытного, если этот человек не имеет профессиональной подготовки. Возможно, некоторые секреты стоит оставить в покое? Саван, граница между мирами мёртвых и живых, болезненно истончился во множестве мест, где творились особенно жестокие зверства. Например, крепость-тюрьма Тауэр служит ярчайшим примером хранилища мрачных, печальных теней прошлого. Её тёмные коридоры и заброшенные дальние покои смертельно опасны, и попавшим туда слабым смертным вполне может овладеть, во всех смыслах, призрак, а то и существо пострашнее. Лондон – это древний, очень древний город. В подвалах грязных нищих домишек, тесных комнатках работных домов и кладовых бесчисленных производственных цехов Ист-Энда невежественные безумцы проводят дикие сатанинские ритуалы, а кровопийцы скрываются под масками пуританского благообразия. Город, полный оккультизма, отчаяния и тёмной магии, естественным образом привлекает всевозможные силы извне. Стоит ли удивляться, что здесь время от времени происходят чудовищные или необъяснимые естественными причинами события? Парадоксальным образом переплетены тут между собой алхимическое великолепие готических соборов и уродство опиумных притонов, праздничное великолепие Оксфорд-стрит и вязкие тени портовых складов, где рождаются на свет многообразные ужасы. Если вы любите тёмные загадки, страшные истории перед сном, тайны – то, несомненно, пришли в нужное место. Было бы преуменьшением сказать, что жители викторианской эпохи являлись стыдливыми. Секс не раздражал их, он их ужасал. Первобытное, низменное стремление спариваться было больше чем оскорблением по отношению к цивилизованному, стерильному, благовоспитанному миру, который жители викторианской эпохи пытались создать, оно воспринималось как коварная угроза нравственным устоям. Эти люди верили, что, если нравственность не охранять, то сама цивилизация – не больше и не меньше – окажется в опасности. Сексуальный контакт воспринимался лишь как нечто чуть большее, чем неприятный долг женщины перед ее супругом, цена, уплачиваемая за создание семьи, и достойные люди викторианской эпохи обоих полов делали все, чтобы избежать получения подобного удовольствия. Неудивительно, что даже мысли о гомосексуальных отношениях для большинства жителей викторианской эпохи были за гранью приличия, несмотря на бурную прибыльную деятельность мужских борделей, называвшихся «molly houses». Внешне жители викторианской эпохи были одним из самых запуганных сексуальными отношениями обществ, какие когда-либо видел мир. Однако при таких взглядах удивительно (хотя и ожидаемо), что проституция и порнография были в эти времена повсеместно распространенным и столь прибыльным делом. В действительности же – несмотря на внешний вид – люди викторианской эпохи были не менее сексуальны, чем современные американцы. Вероятно, они были даже более сексуальны, они просто лучше справлялись с сохранением этой маленькой грязной тайны. Но шило в мешке утаить трудно, в особенности для тех джентльменов эпохи, которые тратили на женщин и мужчин легкого поведения достаточно средств, чтобы финансировать целую социальную прослойку (хотя и находящуюся в самом низу общества). ЧАСТЬ 3
Полумесяц лежит рядом с Мистериумом Заркса. Не пропустите.
