Хиса

Не так и много ) По пунктуации я не помощница, но стилистических блошек отмечу ) Вам в личку или в комменты?

В целом - интересно. ) Если принимаете конструктивную критику - укажу на ошибки.

Плащ на плечах, шаг к дверям, поворот ключа. Хочешь со мною? Условье одно - молчать. Что бы в лесу ночном не увидел ты, кто бы тебя не кликал из темноты: плакал, кричал, умоляя его спасти - не отзывайся и не сходи с пути. Что-то смеётся, прячась в густых кустах... Не поддавайся страху - смертелен страх; мрачные мысли прочь от себя гони! Клочья тумана, тени, зверьё, огни, мороки ночи, призраки мертвых фей... Им на Тропу не выйти - она сильней - магию Древних камень в себе хранит: рунами "Райдо" взрезан седой гранит. Если к концу пути не сойдешь с ума, сможешь увидеть, как отступает тьма перед людьми, поспорившими с судьбой. Ради такого стоит рискнуть собой!

Уходить - не страшно, страшно - возвращаться. Забывать - не страшно, страшно - вспоминать. Кланяться - не страшно, страшно - пресмыкаться. Не найти - не страшно, страшно - потерять.

— Так о чем ты хотел со мной поговорить? За окном догорал короткий зимний день, оранжевое солнце наполовину скрылось в холодных темных волнах северного моря. Дом на побережье — странная причуда для того, кто терпеть не может рыбу. Ветер мешает серый снег и серый песок, сырость и холод наполняют коридоры, крадутся в комнаты. Даже капле живого огня в камине не под силу сдержать вечную стынь. Гость потряс головой, пытаясь прогнать странную тоску и не менее странные мысли о вечном холоде и вечном, неподдельном отвращении хозяина дома к единственной еде, которую способен дать этот неприветливый суровый край. Ему-то какое дело, кто и где решил мирно доживать остаток своих дней? Он пришел сюда за помощью — отчаявшийся, разуверившийся и печальный. — Я не волшебник. Просто… не чувствую себя им. Соблюдение ритуалов и засушенная трава, и крылья летучих мышей под потолком, и разноцветные зелья… Все это, конечно, важно, но дело в том, что ритуалы я придумывал сам, зелья — подкрашенная вода, целебные травы украдкой собирались мной в первое полнолуние лета на чужом сеновале до первого лая хозяйской псины, рвущейся с цепи, а крылья — сшиты из черного бархата. Побитого молью, кстати. Другого в шкафу не нашлось. — И что же тебя тревожит? — Может быть то, что все это немного… ненастоящее? Пойми, я хочу быть истинным волшебником. Как ты! Ты мановением руки выстроил этот дом… — Руки. И карандаша. И нескольких пергаментных свитков. Знаешь, как оказалось, на самом деле архитектор из меня — не слишком. Что-то напутал в чертежах, теперь, вот, крыша то и дело протекает. Что же касается ритуалов… Вот что я тебе скажу — все ритуалы, даже самые древние, когда-то были кем-то придуманы. Если ты считаешь их важными, то почему бы им таковыми не стать? На несколько мгновений собеседник, которого хозяин дома уже мысленно окрестил Сомневающимся, потеряв дар речи, только и мог, что хватать ртом воздух. Наконец, справившись с собой, он едва слышно прошептал: — Но это же неправильно! — Почему? То есть соблюдать правила, придуманные за тебя каким-нибудь древним сморчком, кажется тебе единственно верным путем? А придумывать правила самому… — Глупость! Именно! Теперь ты понял, что я хочу сказать? Мне нужно что-нибудь по-настоящему магическое! Собеседник Сомневающегося широко зевнул, пожал плечами и отвернулся к окну. Разговор уже начал его утомлять, но выгнать пришедшего к нему за помощью он попросту не имел права и теперь мысленно костерил это правило, которое изобрел сам и которого неукоснительно придерживался вот уже пятый десяток лет. — Если тебе действительно нужно что-то магическое, тебе стоит обратиться к Ловцам Удачи, — равнодушно заметил он. — Но вся беда в том, что… Дверь хлопнула, словно от сквозняка. Собеседник Сомневающегося невесело усмехнулся и, пристально глядя на опустевший стул, договорил: — Беда в том, что Ловцы Удачи в самом деле находят волшебные вещи, с которыми лучше не иметь дела тому, кто разуверился в силе живой воды и летних трав. — Ша-ани-и! Слушай, я конечно понимаю, что мы должны слушаться нанимателей, вернее, нашего единственного нанимателя, но помилуй — что, ну что таинственного может обнаружиться в этой дыре? Это же дыра! Благородный вран вздохнул и почесал макушку. Говоря о дыре, Айк имел в виду вовсе не дальнее захолустье, а самую настоящую круглую нору, шириной, примерно, в пять шагов. Утоптанный песчаный пол, накрепко сцементированные древесными корнями земляные стены. И ни малейшего следа хоть чего-нибудь, вроде двери в усыпальницу, лаза в заброшенный город или небрежно прикопанного в углу сундука с сокровищами, либо скелета в обнимку с ними же. — Рогатый бог не привел бы нас сюда, если бы здесь не было совсем ничего, — задумчиво пробормотал Шани. — Нужно искать. — Как? Где? Может, эта штуковина, чем бы она ни была, появляется только по полнолуниям, или раз в тысячу лет, или в дождь после четвертого дня от начала цикла! И что теперь? Шани, сосредоточенно осматривающий стенку в одном месте, показавшемся ему подозрительным, молча пожал плечами. Он уже давно привык к эмоциональному напарнику и знал, что лучший способ успокоить Айка — это заняться делом и не обращать внимания на его вопли. Обычно, чистокровный человек утихал довольно быстро и принимался помогать напарнику, продолжая недовольно бурчать себе под нос. Так случилось и на этот раз. — Ну какой в этом смысл, Шани? Мы уже вдоль и поперек исследовали это унылое, заброшенное место, которое и заброшенным назвать трудно, потому что сюда явно никто ничего никогда не забрасывал. Рогатый бог наверняка ошибся… или мы ошиблись. Помнишь, в прошлый раз я перевернул карту вверх ногами и мы добрые пять дней шагали вверх по излучине реки, когда могли просто-напросто отправиться в легкую прогулку вниз по течению? И вот сейчас… Нет, тут точно какая-то ошибка! Не упадет же артефакт на нас с небес! Сухой комочек земли скатился откуда-то сверху, приземлившись точно на макушку Айка. Сердито дернув круглыми ушами, чистокровный человек прихлопнул его ладонью, приняв за надоедливое насекомое и озадаченно наморщил нос. Вслед за первым комочком последовал второй, третий… Ловцы отпрянули к дальней стенке норы, Айк потянул из ножен верный анелас… Раздался хруст, чей-то короткий вскрик, и, увлекая за собой лавину сухих иголок, мелких камушков и опавшей листвы, прямо под ноги напарникам приземлился некто в светлом балахоне. — Артефакт? — Многозначительно поинтересовался Айк, поигрывая клинком. — Скорее, коллега, — фыркнул Шани, подходя к неизвестному и помогая ему подняться. — Доброго дня, досточтимый. Вы тут случайно проходили, или имели твердое намерение свалиться нам на головы? Человек тщательно отряхнул свое одеяние и поднял голову, близоруко вглядываясь в лицо благородного врана. — Дело в том, мои юные друзья… — напыщенно начал он. — Юные? — одними губами произнес Айк, едва удерживаясь от смешка. В самом деле, упавший был лет на пять-шесть старше пятнадцатилетнего Шани, но изо всех сил старался играть роль умудренного годами старца. Получалось у него, надо сказать, ужасно. — Дело в том, что я нахожусь в поисках Ловцов Удачи и звёзды сказали мне, что я отыщу вас в этой роще. Так и случилось. Не удивляйтесь! Мне ведомы тайны минувшего и грядущего! Вы, наверняка, задаетесь вопросом — зачем же столь могущественный маг как я, озадачился вашим поиском, но знайте — я желаю нанять вас. Вы должны добыть для меня… — У нас уже есть наниматель, — сухо перебил «могущественного мага» Шани. — Мне очень жаль, но похоже, вам придется найти других Ловцов для добычи чего бы то ни было. Уверен, с вашей магической силой это не составит особого труда. — Мне говорили о вас, как о лучших, — предпринял ещё одну попытку незнакомец. — Звёзды, что ли на ухо нашептали? — Беззастенчиво фыркнул Айк. — Или же крутобедрая красотка Лайна в деревенском трактире. Судя по тому, как покраснел бедняга, чистокровный человек попал не в бровь, а в глаз. — Что ж, вы ещё пожалеете. — пробормотал потенциальный работодатель. — А теперь подсадите меня, несчастные. Мне нужно выбраться отсюда. — Слушай, Шани, а зачем мы вообще ему помогли? Оставили бы в яме — да и всё? — Айк, воодушевленно размахивающий жареной гусиной ногой в такт наяривавшим залихватскую плясовую музыкантам, повернулся к напарнику. — Посидел бы денек-другой, небось, спеси бы поубавилось, а? — Ох, да брось. Больше бы шуму было — Ловцы, мол, невинных людей в ямах держат. — Благородный вран вздохнул, привалившись спиной к бревенчатой стене. В трактире сегодня гуляли свадьбу. Светловолосая миловидная невеста пришлась по душе Ловцу, тем более, что сама она то и дело стреляла глазками в его сторону. Из чистого баловства, надо сказать, и женского желания пококетничать, но… Глядя на молодую пару, Шани невольно задумался. — Что, завидно? — хихикнул Айк. — Не вешай нос. Какие наши годы. Будут у нас ещё и девчонки, и дети потом пойдут — спасу от них не будет. Вран рассеянно передёрнул плечами, отворачиваясь от молодых. Не то, чтобы он и правда хотел вскорости жениться и уже через год обрастать детишками, просто подняла в душе голову какая-то странная тоска. — Хватит, пожалуй, тебе вина-то, — прозорливо заметил Айк, поспешно отодвигая от напарника кружку. Дернул круглым ухом, удивившись её тяжести, поспешно заглянул внутрь. — Э-э-э. Да ты и не пил вовсе? Шани поднял взгляд на друга, коротко хмыкнул. — Охоты нет. — И у меня, — поскучнел Айк, наклоняя собственную ополовиненную кружку — чтобы напарник убедился.

...ник, месяц мне неведом, а год, 2282, если не врут. Продолжаю описание событий, начавшихся неделю назад, со дня моего знакомства с девушкой из убежища 118. Подземелье лично мне понравилось. Тепло, темно, уютно, напоминает дом родной. Я аж прослезился. Сто восемнадцатая - тоже, но по другой причине. Она от местности почему-то не в восторге, хочет наверх и поскорее. Её можно понять, всё-таки существо наземное...в большей или меньшей степени. Хотя, надо сказать, встретили нас весьма приветливо. Народ здесь душевный, достаточно философски отнесся к моей экзотической внешности и это очень приятно. А то некоторые начинают кричать и чем-нибудь в меня бросают, как Сто восемнадцатая при нашей первой встрече. Я, конечно, понимаю, что вряд ли соответствую канонам человеческой красоты, но я и не обязан, потому как не из рода людей. Может, среди своих сородичей я буду выглядеть привлекательным. Если наткнемся на стаю ночных охотников, обязательно проверю своё предположение. Впрочем, я отвлекаюсь. Нас вежливо провели в какой-то железный вагончик и сразу выстроились ровными рядами - слушать, что мы скажем. Говорила Сто восемнадцатая - красиво и долго. Я даже успел заскучать. В итоге, мы обзавелись целым лагерем иждивенцев, о которых у нас неоднозначное мнение. Сто восемнадцатая, к примеру, полагает, что мы теперь должны их вывести к свету. Я - против. Во-первых - зачем куда-то вести тех, кому и здесь хорошо. Тут, в пещерах, они и сыты, и в тепле, и при деле. А мы куда денем такую ораву? Таскать следом за собой по пустошам - то ещё удовольствие. Сто восемнадцатая просто не знает, что такое светобоязнь, а я - знаю. И более чем уверен, что за долгие годы жизни в пещере она развилась поголовно у всех. Мы выведем наверх стадо слепцов, которые не то, что сражаться или себя обихаживать - даже ходить нормально не смогут. Ну и толку-то? Во-вторых - несмотря на приветливость и радушие, наши временные союзники всё-таки людоеды. Не хотелось бы, чтобы у меня за спиной постоянно бродили людоеды - это наверняка плохо скажется на моём душевном состоянии, пусть я и не человек. Из всего лагеря мне искренне симпатичен только Фестус - он, как и я, существо ночное, причем ночное не вынужденно, а по своей природе (хотя, конечно, к какому народу он принадлежит, я так и не понял - а спрашивать - бесполезно), значит даже ослепнув от света, ориентироваться в звуках и запахах будет лучше, чем люди. Я пытался убедить Сто восемнадцатую, что с собой нужно брать только его, но тут наши мнения опять разошлись. У неё от него "мурашки по коже". Не понимаю почему. Милейшее существо... Ой! Точно! Чуть не забыл! Поскольку я - своего рода походный летописец, мне в обязанности вменили записывать подвиги. Так вот, один подвиг после нашего падения мы уже совершили - прикончили громадного пострадавшего от ВРЭ, с лавкрафтовским именем. Я не знаю, чего уж тут героического, но все наши подземные друзья очень радуются (особенно, Фестус), заверяют, что запасом пищи мы их обеспечили на пару месяцев. Я бы его и не убивал (всегда испытываю сочувствие к пострадавшим от человеческих войн), но к переговорам он был не склонен и парламентеров не слушал - только выл по-страшному, смотрел налитыми дурной кровью глазами и пёр вперед, как машина танк. Ездили такие в старые времена. Прямо сейчас с нами кто-то разговаривает красивым и звучным голосом. Очень проникновенно получается. Я его языка не понимаю, зато понимает Сто восемнадцатая и краснеет, потому как говорят нам очень неприличное вперемешку с угрозами. Но красиво говорят, я аж заслушался. Подожду, пока закончит, а потом пойду искать его по запаху. Фух. Выжили почти все. И я выжил. Честное слово, я думал, что после побега из лаборатории ничего худшего со мной уже не случится, но жизнь - очень большая шутница... Скажу сразу - по запаху искать не пришлось, это как раз нас нашли. А вот мы не сразу сумели сообразить, куда нужно бросаться, потратили лишних пять секунд. Ну и... в общем, пять трупов. Сейчас я сижу возле факела, пытаюсь не заснуть от стимуляторов и веду летопись в надежде на то, что кто-нибудь когда-нибудь её прочитает. Я очень не люблю убивать Теней по двум причинам. Первая заключается в том, что с их народом у меня связаны ностальгические воспоминания. С начала нового существования, когда я только сбежал из Большой Дыры, то путешествовал с Тенью и воспоминания о тех днях у меня исключительно приятные. Уважаю собеседников, которые при первом же знакомстве не пытаются угостить меня гранатой. Вторая же - банальна до невозможного. Тени - большие приверженцы стелс-боев. И двигаются, для таких больших существ, очень тихо. Да и когда, стиснув зубы, висишь на ком-то невидимом, то немного деморализуешь некоторых союзников. У Сто восемнадцатой, к примеру, начался истерический хохот, когда я болтался на предплечье незримого оратора с неприличными речами. Руки трясутся, лазерный пистолет в них прыгает, того и гляди, не в Тень попадет, а в меня. По счастью, подземные жители оказались менее подвержены нездоровым эмоциям, особенно Фестус, и быстро навели порядок своими силами. На сей радостной ноте завершаю труд, ибо спать хочу до невозможного. Среда, месяц мне всё ещё неведом, а год всё тот же

А автор... Может, Лукьяненко...

А можно задать глупый вопрос? Если знаков на 50 больше высшей отметки в 9 000 - так можно? Или совсем-совсем нет?

 Все равно спасибо!   Эх... ладненько, значит будем жить так ) В принципе, всё понятно, просто на русском было бы удобнее.

Благодарю ) А его русская локализация существует? Или я многого желаю? )

Уважаемые игроки - возник вопрос - можно ли - читами/модами - присоединять к себ нпс в качестве спутников? Задача: хочу забрать себе Валена Дрета из тюрьмы. Попытка решения: Нужен совет: как отловить постоянно сбегающего в камеру Дрета и заставить остаться на месте? Я помню, в Скайриме был мод на гильдии, где нужно было надеть амулет и можно подходить к любому - привет, я тут личную армию собираю, гоу со мной! Да еще и консолью можно было связать надежно. А тут как быть? Сос! Спасите наши с данмеркой души! UPD проблема решилась модом на вербовку неписей - companion share and recruit- https://www.nexusmods.com/oblivion/mods/37586 А вот теперь еще бы его русскую версию найти... Если кто может кинуть сслку на русифкатор - буду безмерно благодарна, сэры

Благодарю! Сейчас сверю пошагово - может, что пропустила.

Здравствуйте ) Очередная нубодевочка с очередной проблемой: не запускается игра после установки патча (до установки, кстати, запускалась, но были проблемы с неоткрывающимся дневником и равнодушными магами у ворот). Путь к игре D/Games/Nehrim; в папке есть обливионский экзешник (при установке игры галочку на копирование папки выставляла). В лаунчере подключены Nehrim esp/esm и русификатор.