Таверна «Перевал призраков»

[Ewlar]

Наирван

 

- Не просто камни. Но лишь потому, что живы мы, те, кто всё это помнит. Люди мало живут, но тоже стараются сохранить память, им это ненадолго удаётся. Да, Олловейн, князь может попросить людей, что будут разбирать останки наших крепостей, чтобы они оставили от каждой кусок руины, а рядом написали стеллу, что мол, вот в этом замке шло сражение. Это потешит наши души. Но подумай, будет ли это жалкий самообман иметь какое-то значение? Грядёт великая война, одна из тех великих войн, что уже грохотали на земле. Боюсь, для эльфов она может стать последней, и не по той причине, что войны совсем отменят. Люди порой совсем сходят с ума. Правитель Кхамулрима, судя по слухам, зверски казнил свою жену за непокорство её брата, Картмир же заманил обидчика в Ангмар, где того ободрали заживо. Может и справедливо, но ужасно. И это норма для них. Юг возрождает братство пиратских орд. Тут происходят вещи, несравнимые с понятием рассудка, а ты тоскуешь о камнях.

 

Он помолчал, отхлебнув кофе. Потом добавил:

- Балдвир - хороший король, честный. Он что пообещает, то и сделает. Мы будем контролировать вырубку леса и завтра же назначим тех, кто будет помечать деревья Лориэна, которым пора пасть во имя крепкой дружбы между беорнингами и народом галадрим.

[Кайра]

Олловейн

 

Мы еще не о чем не договорились - завтра он поскачет впереди в блеске и величие, чтобы  напомнить людям о тех легенда, чтобы в их  сердцах  пробудить гордость, что они будут  как их предки биться  плечом к плечу с эльфами  и их имя будут воспевать  менестрели  пока жив род человеческий  - Ты забыл про вастаков, ангмарцев, Сильвен  помогла дорвинонцам став среди них живой легендой,  но нарушив мой приказ не ввязываться в дела смертных пока они не угрожают лесу. Хорошо, что Нараэль установил в лесу ловушки, наполнил лесные схроны и тех кто не смогут сражаться по тайным тропам отправят к нашим северным собратьям. Война для мастера меча была понятной он знал, что делать 

[Ewlar]

Наирван

 

- Договоримся, - Наирван был уверен в том, что знает, как правильно разговаривать с людьми, особенно когда знаешь, что за правитель перед тобой. - Любого беспокоит выгода, сколь бы честен он ни был. Ну, а для вастаков честь - это убить врагов побольше. Кого они объявят в следующий раз своим врагом, трудно сказать. У меня там, на юге, опытный шпион наладил поставку информации. Нет, эти люди не пойдут за нами. Одна надежна на беорнингов. Только им интересен союз с эльфами. Впрочем, я бы не стал скидывать со счетов и Рохан. И вовсе, брат Олловейн, не по причине памяти. Если те эльфы, что выжили при Хорнбурге, хранят благодарность роханскому войску, то сами рохирримы те давно ушли, а их правнуки если и пойдут за нами, то по иной причине.

 

Эльф отодвинул пустую чашку и произнёс глухо:

- Орки. Вот что заставит Рохан взяться за оружие. Они слишком хорошо помнят, кто истреблял и жёг их земли в той войне. Общй враг их заставит встрепенуться. Но рохирримы не любят долго жевать сено, да и бумагу не так ценят. Их надо звать в конкретной ситуации, а не размазывать все эти уговоры-договоры. Дорвинион - совсем другое дело. Потому мы и строим себе тыл на этих отношениях.

[Кайра]

Олловейн

 

- Не зазнавайся сказал Олловейн,  в этих словах  было то, что  эльф будет держать меч в ножнах лишь до тех пор пока Наирван готов сделать все, чтобы  Фейнриэль и Линдир  выжили в этой войне. Право отдать за них жизнь Олловейн оставил себе Для него в смерти не было ничего страшного. Он знал, что выполнив свой долг прервет свой цикл возрождения и его душа получит долгожданный покой  в чертогах Мандоса.  В Валиноре он не получил бы покоя и для него  Аман скорей бы стал тюрьмой, чем раем.

[Ewlar]

Наирван

 

- Да ладно, - ухмыльнулся любитель поросят, сажая нага себе на колени. - Мне и не хвастаться? Да я же круче всех! Я на свинье верхом могу скакать, - он перешёл на серьёзный лад, - Как и ты сам, Олловейн, я знаю, что такое горе и утраты, знал боль, страдания, отчаяние. Но знал и добро. И я верю, что если правильно подойти к этому вопросу, у добра ещё есть пара-другая шансов. А если нет, то пусть горит этот мир синим пламенем. Мозгов здесь точно не хватает. И главной глупостью всех времён и народов было доверить власть Кольца людскому королю. Нет, я люблю людей, но знаю, что они больше всех подвержены страстям. Больше, чем гномы, закосневшие в своих традициях. У гномов хотя бы есть непререкаемые принципы, от них знаешь, чего ждать. А у людей их нет. Но нам ли обвинять смертных в их детском поведении? Ведь наши собственные дети до века вытворяют глупости, пусть и не столь опасные для мира. Вот, лишь недавно, помнишь - Линдир сбежал и нам пришлось его искать. Вот для чего он это сделал? Он теперь сам не понимает. Так и люди...

[Кайра]

Олловейн

 

- Ты сбежал когда нужен был князю, больше чем я когда погибла принцесса. Мало кто знал, что мастер меча любил, каждый раз смотря на Фейнриэля  тот видел ее глаза зеленые с золотистыми искорками, но она выбрала Фародана . А тот занял место по правую руку своего брата.

[Ewlar]

Наирван

 

- А вот и нет, - тиская нага, упрямо проворчал Наирван. - Когда я был нужен Фародану, то я появился. Судьба или блоха какая меня укусила, но я пришёл туда, где собиралось войско. Где были вы. Не знаю, почему пришёл, но оказалось, что моя задача была спасти юного принца. Может быть, Олловейн, судьба мне изначально это уготовила. Такую роль. Должен ведь кто-то и коней чистить, и бельё стирать, не всем гарцевать со сверкающим мечом... да и меч-то я свой давно не доставал... надо хоть потренироваться на корте, когда вернёмся. 

Он внимательно посмотрел на Олловейна: можно ли было не любить принцессу Линэлл?

 

- Когда я понял, что её уж нет, то долго боялся спрашивать, как это произошло. Олловейн, и я тоже любил её. Но я-то сразу самоустранился. Три тысячи лет разницы - это всё-таки многовато. К тому же мы с тобой могли заметить: Линэлл давным-давно благоволила Фародану. Иногда я подумываю: Яркая и короткая судьба, исполненная светом и любовью. разве это не лучше множества веков, которые мы проживаем без любви и ласки? Но так уж... Неро, мне кофе повтори.

[Кайра]

Олловейн

 

- Хм, ну кто - то сам сбегает в  леса. Для него все же дезертирство Наирвана было грехом. Эльф так не поступает, как бы не было плохо, надо было сражаться с силами тьмы. Войн было не мало с самого прибытия на Средиземья приходилось идти сжимая в руке меч.

[Ewlar]

Наирван

 

- Да кому надо-то, Олловейн? Тебе? Вот ты и сражайся. Впрочем, ты и сражался все эти годы. А моего отсутствия армия, поверь, как-то и не заметила. Я не жалею, что покинул военную стезю, но теперь я возьму в руки оружие лишь ради сыновей принцессы Линнэл и князя Фародана. Иначе всё, чему я их учил, пойдёт насмарку. Сейчас это стало иметь значение, а тогда не имело. И всё равно, Олловейн, я не слишком хочу драться, особенно с людьми.

[Кайра]

Олловейн

 

- Я и не призываю биться с людьми, а лишь с теми кто прислуживал силам Зла. Они опять ходят  по Средиземью. Всегда есть те кто готовы стать под  стяг  Саурона  сражаться вместе с орками  Люди не злы по своей природе, но легко могут поддаться  злу, но все же свободные  народы Средиземья  знают, что  с орками им не по пути в отличие от других.народностей.

[Ewlar]

Наирван

 

- Кое в чём соглашусь с тобой, рыцарь. В людях изначально много способностей, есть склонности к чему угодно, и только они сами могут это направлять. Но чего они захотят, зависит от многих обстоятельств. Особенно от воспитания. Ну, как жителю Ангмара вырасти добрым и сердечным, если у них в чести грубость, сила и власть? Поэтому к ним заранее дурное отношение. Но вырсти ребёнка-ангмарца в доброй семье и он не станет проявлять тяги к насилию. А орка никогда не воспитаешь. Мы с тобой знаем, что от орков нельзя ждать ничего хорошего. И если орк не убивает, то только потому, что у него на это есть причина. Например, он решил убить не сразу, а потом.

Столетие по Средиземью не гуляли эти твари, но раз уж появились...

[Кайра]

Олловейн

 

- У людей есть пословица  " Как волка ни корми он все равно в лес смотрит"  -Они где-то отсиживались, как и выродки Саурона  он чувствовал, что им еще раз придется сразиться с Темный Властелином  вернее с его духом  Все еще были в Средиземье те кто готовы были принести любые жертвы, чтобы  найти дух Саурона. Оркам кто - то помогает без лидера они всего лишь толпы.

[Ewlar]

Наирван

 

- Как ты считаешь, это может быть дракон?

Слово странно и неприятно прозвучало под сводами таверны.

- Мы тут недавно говорили с представителями других миров, и у всех драконы разные, есть умные, есть как животные, а есть вовсе воплощение зла. Я к тому, что не зря заговорили о драконах. Ты прав, что орки без командования не могут. Сто лет не было у них лидеров, и воспитать этих лидеров было некому. Но если правда то, что где-то видели дракона... Белого дракона, то это может быть... - Наирван не хотел произносить имя Доргоста. Это бы означало неизбежность вторжения. Этот дракон никогда не являлся просто так.

[Кайра]

Олловейн

Однажды я спросил у Светлой Госпожи о том, как я умру.  Это было  не задолго прихода Фродо.- Тебе ведомо  о  моей смерти  Госпожа  спросил он как - то  Галадриэль. Он знал, что та видит сотни путей, но еще тысячи скрываются во мраке. В этом была ирония, что именно от выбора  Фродо зависела судьба их перворожденных   - Мне ведомы  многие из твоих жизненных путей, но спрашивать о своей смерти в этом нет мудрости  Олловейн. Одно я скажу берегись огня - возможно она видела мою смерть в нем. Сама судьба готовила меня убить последнего дракона.

[Ewlar]

Наирван

 

- Возможно, - согласился Наирван. - Но тогда, Олловейн, огня тебе не следует бояться. Цель жизни манит тебя пламенем, которое ты должен погасить. Возможно, погасить пламенем своего собственного сердца. Мы ведь знаем, как порой самый страшный лесной пожар можно остановить огнём, пущенным встречь него.

Наг убежал на кухню и Наирван чуть растерянно посмотрел на свои пустые руки, а может представлял в них меч.

- Олловейн, я бы не хотел увидеть твою гибель, тяжело терять соратников. Но если мне суждено пережить тебя, то стану говорить о том, что вот такие эльфы достойны светлой памяти. Может ты слишком прям в своих прекрасных убеждениях, но это ты. Будь же всегда собой и никого не слушай.

[Кайра]

Олловейн

 

- Я вот думаю, как бродяга подружился с принцем Фароданом  Сам Олловейн не знал, что нашел в лесном принце авари  те никогда не покидали  Средиземья. А вот нолдоры обучалась у валар и всегда считали себя их избранниками среди остальных племен эльфовМожет нам тавернщик принесет что - то  поесть только не свинину.

[Ewlar]

Наирван

 

- Все мы слегка бродяги... Разве ты не томился в молодости жаждой путешествий, приключений? Не уходил в леса на несколько недель? Молодых надо отпускать, но только обучив их многому, а главное, ответственности за себя. Восемьсот лет назад, когда строился Эриен, я услыхал в здешнем лесу какую-то возню и шум, понял, что дело плохо и поспешил на выручку, ворча про себя, что наверняка человеческие охотники опять напали на кабанье гайно и поплатились за свою жадность. Но это оказались не люди, а молодой эльф. Они стояли, друг против друга, с трёхгодовалым секачом, у которого бивни ещё не загнулись, и оба уже ранены: кабан резанул эльфа по ноге, на уровне своего роста, а эльф полоснул ему между глаз охотничьим кинжалом. Нет, я согласен, что кинжал длинней кабаньего клыка, но у зверя их два и он от природы умеет ими пользоваться. Если бы юноше удалось отступить за дерево, он мог бы влезть на него и отсидеться. Но он, видно, не собирался сдаваться.

Я отозвал секача, которого знал ещё полосатым подсвинком, успокоил его и угостил хлебом, а эльфа пожурил за то, что полез в драку со свирепым зверем с одним ножом, но после, разумеется, перевязал его и, усадив верхом на кабана, доставил к месту стройки. По пути удивлённый юноша узнал мою историю и потому, кстати, город, построенный на месте гарнизона, которым управлял его отец, был назван Эриеном. Что значит, "Ездок на вепре". Это в мою честь, разумеется. Ведь ещё до того, как мы подъехали к жилью, Фародан слез со своего мохнатого коня, чтобы этого никто не видел. Мы потом много раз общались, конечно же, я знал родителей и деда Фародана, мы подружились и несколько раз вместе ходили на охоту. Да, кстати, кабана со шрамом на лбу мы ещё много лет встречали в этих лесах... он тоже стал гораздо осторожнее с эльфами.

[Кайра]

Олловейн

 

- Я думал в честь  Гил - Галада сказал  эльф он не верил, что в честь бродяги. Хоть Олловейн и происходил  из дома Финарфина, но не унаследовал благодушный нрав своего предка. Скорее он походил на своего отца  Лэндора  - что  был правитель в горах и до последнего сдерживал свой замок,  во время войн  с троллями. Эльфы держались годами, но тролли и орки  вытесняли защитников  из одного зала за другим  Мать его погибла когда самому Олловейну было семь  лет  на пиру под  воздействием темной магии посланника Мелькора   покончила с собой  С тех пор больше всего Олловейн ненавидел темную магию и колдовство.

[Ewlar]

Наирван

 

- Да если честно, то какая разница? Да, это Гил-Гэлад послал меня тогда с письмом. А того бедного кабана, которого я загнал насмерть, уже никто и не помнит. Да и мою байку о скачке на вепре считают выдумкой. Но это и не важно. Лэндора близко я не знал и матери твоей не помню, моя же всё-таки уехала а Валинор с Кирданом, на последнем корабле, построенном его руками. У меня тут больше и родственников нет... кроме одной девицы в Лихолесье и вас, моих старых друзей и недругов.

 

Галло Неро. Хозяин таверны.

 

Принёс куриные окорочка, запечённые с сыром, лимонным соком, зеленью и чесноком. Аромат стоял такой, что споры стихли. Наг под столом напряжённо ждал, когда в него швырнут куриной косточкой.

[Кайра]

Олловейн

 

- У нас были сложные взаимоотношения, но все же отец остался в замке и его последние магия  обрушила горный перевал похоронив замок, но это обеспечило то, что  тролли так и не прошли в Гондолин, но как оказалось напрасно Маэглин предал  свой народ и перешел на службу  зла. Он был единственный эльфом который сделал это добровольно  вступив на службу Моргота.

[Ewlar]

Наирван

 

- Из-за таких, как Маэглин, и появились орки. Помнишь, я говорил, что не особо верю, что орков делали из эльфов? Но это не совсем так. Некоторые эльфы пробуждают в себе зло под действием поганых чар или каких-то сложных обстоятельств. Или зло находит таких, в ком есть червоточинка. К счастью для нас, их теперь не осталось. Теперь эльфы чисты, будто прошли через горнило перековки. Твой отец был великим и мудрым героем. Нормальное живое существо не может жертвовать собой, но в тот момент Лэндор сознательно оценил опасность для целой страны. Не думаю, что ему не хотелось жить, просто он, как истинный представитель сил добра, сделал свой выбор. И за этот подвиг мы его не забудем. Твоя мать предпочла убить себя, чтобы не погубить других, когда почувствовала, как тёмная магия пробуждает в ней безумие. Возможно, жертвенность в крови вашего рода. Притом жертвенность праведная. Мне жаль терять тебя, Олловейн, но если ты примешь верное последнее решение я не стану тебя останавливать.

[Кайра]

Олловейн

 

- Многие сказали, что она покончила жизнь самоубийством, но она не могла оставить меня, но я знаю, что это было злое колдовство . В голосе эльфа была тоска и печаль- Нет он единственный  по собственной воле присягнул  Морготу   Те из - за которых появились орки  были сломаны пыткам и извращенны темные чарами  Маэглинн сам стал злым похоть и гордость толкнули его на путь зла.

[Ewlar]

Наирван

 

- То, что я знал о твоей матери, никак не говорит о том, могла ли она тебя оставить. Всё ради чего? Ради какой цели? Сейчас я скажу очень неприятное тебе, но уж послушай: твоя мать не была безумна, хотя на неё действовали силы тьмы. Но она поняла, в своих видениях, что может погубить тебя. Знаешь, какие гадости в видениях может тёмная магия наслать? Поэтому я полагаю... вернее, одна её подруга мне рассказывала, что её внезапный удар кинжалом в собственное сердце наверняка был последним проблеском разума. Она не поняла в тот миг, как оружие оказалось у неё в руках в столь неподходящем месте, но поняла, для чего оно было вложено. Ритуал должно завершить убийство. А кто был ближе всех? Её подруга, её сын и её муж. Поэтому она выбрала, кому нанести удар - себе. Возможно, ты не помнишь, как леди Аерлин спрятала тебя в свою зимнюю накидку и вынесла на улицу. Впрочем, - не стал настаивать Наирван, это было лишь её мнение, то, что ей показалось в тот момент.

 

Ну, а что касается пыток, которые, якобы, превратили эльфов в орков, то я тебе скажу одну вещь, Олловейн, которая тебя вполне порадует: из таких, как мы с тобой, орки не получаются. По той же замечательной причине, что из твоей матери не вышла некромантка. Мы предпочли бы умереть. За себя я ручаюсь и в тебя тоже верю. Как думаешь, может именно эта вера друг в друга и не позволяет нам передраться?

[Кайра]

Олловейн

 

- Потому, что мы оба знаем, что если надо будет то  мы даже готовы вырвать из своих груди сердце ради  наших воспитанников   Так уж получилось, что  у нас нет своих детей, но есть те кто для нас стали ими.

[Ewlar]

Наирван

 

- Вот почему, Олловейн, мы не можем так же уважительно с тобой поговорить там, в реальной жизни? Что нам мешает? Завтра мы будем вспоминать наш здешний разговор как странный сон, и может, не прислушаемся, не задумаемся. 

 

Галло Неро. Хозяин таверны.

 

- А может и прислушаетесь. Зря что ли вас тут кормят-поят? Кости куриные нагу под стол кидайте, он всё равно клянчить не перестанет.