Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Придорожная таверна

 

- Дождя нет, пора идти.

 

Бастард только кивнул. Нахмурив брови, он почему-то внимательно пытался разглядеть что-нибудь в ясном, кристально-чистом воздухе после дождя в той стороне, куда убегала дорога в Долы. Исполосованная колесами телег и обозов, истоптанная тысячами латных сапог и подкованных лошадиных ног, дорога казалась вечной. Путь, уходящий вперед и теряющийся в обрывках зелени и короткостволых деревьях на обочине. Увидеть, что там вдалеке, было невозможно. Но Хексариону хотелось пойти. Он никогда не мог долго сидеть на одном месте, даже когда Аннабет разрешала ему находиться в поместье и быть почти что настоящим сыном. Это было очень давно и недолго. Но и тогда он чувствовал себя несвободным.

А теперь вот, как многие годы назад, он путешествует по уголкам мира с отрядом наемников. Хоть эти были больше похожи на рыцарей без страха и упрека, чем на тех отморозков, с которыми Вольфер бывал раньше.

"Это дорога к твоей смерти".

"Что?.."

Мотнув головой, он покосился на Мэйрис.

- Ты права. Нужно выступать, - коротко ответил он, заметив, какая девушка мокрая. - Я не доверяю этой магессе. Она ведет себя слишком спокойно для той, за которой охотились местные разбойники. Возможно, она специально привела их сюда. Пока не знаю, зачем, но... - он замолчал и пожал плечами.

[Shunt]

Придорожная таверна

 

Попарившись, постиравшись и вообще, отдохнув душой и телом, Хейд словно бы заново родилась. Во всяком случае, выглядеть она стала лет на пятнадцать моложе. Волосы она под шлем прятать не стала, так что свежемытая грива седых, блестевших на иногда появлявшемся среди туч солнце. На лице ее блуждала какая-то хитрая улыбка и вообще, настроение было у нее самое что ни на есть отличное. Заметив сидящих возле входа Мэйрис и Хекса, она приветственно махнула рукой и спросила:

- Что, продумываем стратегию и тактику? Или еще что-то? - Она вынула платок и потерла правый наплечник на котором, как ей показалось, была какая-то пылинка. Доспех после чистки принял свой первоначальный облик: черный с серебряной чеканкой гномьих рун на налокотниках. 

[Sebursky]

Придорожная таверна
- Я бы лучше выпила чаю... - девушка скосила глаза на хозяина, который, похоже, только и ждал, пока более чем странная компашка гостей уйдёт отсюда и оставит его в покое. Нельзя сказать, что Кая могла его винить. Чародейка повернулась к Лилли и улыбнулась. - ... но обойдусь, пожалуй. Кроме тех, что смогли сбежать, за тобой больше никто не охотился, чтобы выбить долг? Больше тебе ничего не угрожает?

- Нет насколько я знаю, хотя кто может знать сколько у него врагов было есть и будет? Так что пока угрозы нет, можно хоть немного выдохнуть. Если бы я знала что отступничество от Круга приведет к тому что вся моя жизнь будет сплошной побег от преследователей которые жаждут получить награду за мою голову ... то наверное сделала бы то же самое снова, лучше так чем плясать для кого-то кто будет на этом наживаться...

[Ettra]

Придорожная таверна

- Я не доверяю этой магессе. Она ведет себя слишком спокойно для той, за которой охотились местные разбойники. Возможно, она специально привела их сюда. Пока не знаю, зачем, но... - он замолчал и пожал плечами.

- Понимаю, буду осторожнее. Не хочу опять наступать на грабли, - серьезно кивнула Мэйрис, вспомнив ледяное спокойствие девушки. Странно, учитывая кровавую бойню, обед Хекса и распил трупов Алейрой. Мэйрис хватило для истерики оторванных Атаназом конечностей, а тут такая сцена и ничего. Вряд ли в кругах подобное происходит каждый день. - Пойду собирать вещи.
Мэйрис вошла в трактир, кивнув присутствующем в зале и задержав взгляд на Лилли чуть дольше, чем на остальных, а затем поднялась в комнату. Вещей у нее не много, на даже то. что есть хорошо бы перебрать, выкинув лишний мусор и уложить так, что бы в сумке не была каша. То еще удовольствие искать капкан на самом дне, после книг и одежды. 

Изменено 31 марта, 2015 пользователем Алойя

[Perfect Stranger]

Придорожная таверна

 

- Что, продумываем стратегию и тактику? Или еще что-то?

 

- Собираемся в поход. Думаю, эти слова тебе хорошо знакомы, гномка, - хмыкнул потрошитель, но без особо веселья. Похоже, он веселился исключительно тогда, когда убивал, а в другое время представлял из себя мрачного брюзгу. В ипостаси психа Хейд его еще не видела, а другие ей, похоже, и не спешили рассказывать. - Тебя уже просветили насчет того, что мы ищем? Так вот, нам нужны некие эльфийские руины или что-то вроде того. Там, где моя мать нашла артефакт, освободивший демона, который нас и проклял. Задача - найти руины, найти артефакт и уничтожить демона, а вместе с ним и наше проклятие, до того, как он уничтожит нас. Все проще пареной репы. Однако... - он перевел дыхание и закурил. - Есть сложности. Мы абсолютно не представляем, где искать. Долы большие, тут идет гражданская война, тут шныряют Вольные Граждане и демон знает кто еще. Так что четкого плана у меня нет.

[Shunt]

Придорожная таверна

 

- Есть сложности. Мы абсолютно не представляем, где искать. Долы большие, тут идет гражданская война, тут шныряют Вольные Граждане и демон знает кто еще. Так что четкого плана у меня нет.

 

- Ну смотри. - Хейд села рядом, старательно расчесывая волосы. - Я про Долы ничего не знаю, значит надо искать того, кто знает. Кто сейчас сила там? Либо армия Орлея, либо эти Вольные граждане. Как по мне, ко вторым соваться смысла нет - они наверняка с эльфами на ножах. Мы наемники? Наемники. Предложим свои услуги по охране или еще что-нибудь, а там разузнаем, где найти какой-нибудь клан эльфов. Уверен, остроухие сползаются со своих деревьев в поисках свежей травки. А уж свою дурацкую историю они берегут пуще девственности своих дочерей. Так что не унывай, найдем мы и твои руины, и артефакт и демону по голове настучим, если потребуется. - Она зажмурилась от внезапно яркого солнца и чихнула. 

[Элесар]

Придорожная таверна

 

- Нет насколько я знаю, хотя кто может знать сколько у него врагов было есть и будет? Так что пока угрозы нет, можно хоть немного выдохнуть. Если бы я знала что отступничество от Круга приведет к тому что вся моя жизнь будет сплошной побег от преследователей которые жаждут получить награду за мою голову ... то наверное сделала бы то же самое снова, лучше так чем плясать для кого-то кто будет на этом наживаться...

 

"И кто же так хорошо платит за головы магесс? Или конкретно твоя голова так ценна, Лилли?" - подумала Кая, выстукивая по столу замысловатый ритм. Спросить или не стоит? Взгляд, которым одарила проходящая мимо Мэйрис магессу говорил о том, что даже их командир, любящий на досуге довериться кому угодно (например, жрущему людей потрошителю), в этот раз не спешила с выводами насчёт целительницы. Фокус был лишь в том, что и у круговой дамы резонов верить им не было никакой. Вдруг, узнав о том, кто хочет убить Лилли Волки дружно скрутят её и отведут тому, кто даст гору денег? Сегеронка посмотрела на магессу и немного виновато улыбнулась - кажется, она думала немного дольше, чем следовало.

- Да, никогда не знаешь, где опасность может подстерегать. То есть ты всю жизнь провела в круге? И каково это?

[Perfect Stranger]

Придорожная таверна

 

А уж свою дурацкую историю они берегут пуще девственности своих дочерей.

 

- Интересное сравнение, - хмыкнул Хекс, но мрачная рожа стала чуть менее мрачной. Все же несмотря на то, что они общались маловато, гномка ему нравилась. - Но у меня вот какой вопрос: откуда ты столько знаешь об эльфах и их дочерях, если никогда раньше на поверхности не бывала? Или на Тропах имеется библиотека, где полно эльфийских сказаний и сказок? - он сел на крыльце и посмотрел, как Хейд расчесывала волосы. Красивые, длинные волосы сероватого цвета. Наверное, когда-то они были золотистыми. Потрошитель не знал, почему подумал именно так, но картинка перед глазами была ясной.

[Junay]

Придорожная таверна

 

Рико вышел из таверны и стал прохаживаться во дворе, не понимая, почему все они тянут время, которого, по логике, у них в обрез. Зачем строить туманные теории о нахождении артефакта, не зная местной обстановки? Может, лучше прибыть на место назначения, и уже потом задаваться вопросом, что там делать?

[Shunt]

Придорожная таверна

 

Но у меня вот какой вопрос: откуда ты столько знаешь об эльфах и их дочерях, если никогда раньше на поверхности не бывала? Или на Тропах имеется библиотека, где полно эльфийских сказаний и сказок?

 

- Читать умею, писать умею, думать, что характерно, тоже. - Закончив с расчесыванием, Хейд принялась заплетать косы. Дело не сколько нудное, сколько трудное. - А уж про эльфов только ленивый не слышал. Как и про их дочерей. - Она улыбнулась, счастливо и довольно. Хекс ни разу не видел ее настолько довольной. - Да и вообще, логика: древние артефакты в Долах - значит надо искать эльфов. И не хамить им. И не пытаться убить. Тогда они нам все расскажут, особенно если дадим им пару камушков или бусинок. Если я все правильно помню, то за это они тебе мать родную отдадут. 

[Sebursky]

- Да, никогда не знаешь, где опасность может подстерегать. То есть ты всю жизнь провела в круге? И каково это?

- Вначале, было интересно, к тому же, я наконец-то почувствовала что такое "семья", но все это было лишь иллюзией, которой обычно пользуются старшие, чтобы привить новеньким с самых ранних лет некоторую зависимость от Круга. Когда я чуть повзрослела, то стала понимать гораздо больше. Все это показное, на самом деле, все они мелочны, чистолюбивы и слишком подвержены гордыне, хотя формально этого не признают и даже борятся с этим. А ведь наказания за гордыню и иные меры воспитания в Круге это лишь ширма, за которой скрываются, простое желание остаться наверху, сохранить свое влияние и авторитет, продолжая манипулировать остальными. Это так жалко выглядит. Но чем умнее я становилась, тем больше погружалась в эту странную игру. Приходилось играть по правилам, чтобы не лишиться своей индивидуальности, сохранить свой разум и дух...

[Leo-ranger]

Придорожная таверна

Эльфийка мылась недолго - им вроде как скоро выступать и терять время зря не очень-то и хотелось. Поэтому, наскоро просушившись и одевшись, Лиин выскочила из бани, на ходу одела второй сапог, поправила лук за спиной. Ещё бы хорошенько причесать спутанные пряди красивых волос… но это после.
Долийская девушка зашла в таверну, выложила пятьдесят серебряных и получила похлёбку, которая на вкус была… в общем, есть пришлось через силу. Осталось дождаться приказа командира выдвигаться.

-50 серебра

[Perfect Stranger]

Придорожная таверна

 

- А уж про эльфов только ленивый не слышал. Как и про их дочерей.

 

Потрошитель фыркнул. Не отводя взгляда от дороги, он поднялся и прислонился плечом к столбу, поддерживающему навес на крыльце. Монах прохаживался в явном нетерпении, но спешить бастарду не хотелось.

- А тебя, значит, только дочери интересуют? - повел он бровью, но вопрос был серьезным. Хоть и скрывался под маской шутки. Внимательные серые глаза без следа недавней красноты спокойно смотрели на гномку сверху вниз, но без какого-либо высокомерия. Если Хекс и был будущим бароном, то жизнь в роскоши и воспитание в качестве аристократа не оставили на нем следов. Казалось, что на балу был не он, а кто-то, носящий его обличие.

[Shunt]

Придорожная таверна

 

- А тебя, значит, только дочери интересуют?

 

- Меня? Меня вообще сейчас мало что интересует. Но если ты про половые отношения, то мужчины мне предпочтительнее женщин. - Она хитро покосилась на Хекса. - Намного предпочтительнее, я бы сказала. - Разобравшись с одной косой, она принялась за вторую, начав мурлыкать под нос какую-то мелодию. Гномка вообще изменилась, но спроси ее - ответила бы, что передышала свежим воздухом и поэтому ведет себя неадекватно. - А с какой целью интересуешься, барон?

[Perfect Stranger]

Придорожная таверна

 

- А с какой целью интересуешься, барон?

 

- Исключительно из праздного любопытства... Легионер.

Он усмехнулся. Теперь Хейд чем-то напомнила ему Бодарта - веселого и свойского парня, который, впрочем, в случае чего мог звездануть молотом так, что увидишь и Предков, и Древних Богов. Жаль, что у него не было фляги с самогоном, ибо выпить хотелось зверски, а та ослиная моча, которую наливал Шмель, только портила настроение. Потянувшись и хрустнув плечом, бастард махнул Рико:

- Готов? Собирай остальных. Выдвигаемся.

[Junay]

Придорожная таверна

 

Потянувшись и хрустнув плечом, бастард махнул Рико:
- Готов? Собирай остальных. Выдвигаемся.

 

- Сова кивнул, и заглянув в таверну, крикнул:

- Подъем, ленивцы и ленивицы! Выдвигаемся!  

Затем бросил унылый взгляд на разбитую дорогу, утопающую в грязи и пожалел, что у них нет лошадей. До Долов они доберутся, перепачканные, как свиньи.

[Leo-ranger]

Придорожная таверна

- Катись к чёрту, Рико!- несколько даже весело воскликнула Лиин, подскочила и, перекинув сумку через плечо, быстрым шагом направилась к выходу.

[Sebursky]

Придорожная таверна

- Подъем, ленивцы и ленивицы! Выдвигаемся!

Задумавшаяся Лилли погрузившись в воспоминания о Башне, подняла голову и посмотрела на крикнувшего, затем переведя все ещё слегка отрешенный взгляд на Каю, произнесла...

- Похоже "вечер" воспоминаний на сегодня окончен, - встряхнувшись, чародейка встала и последовала за остальными.

[Элесар]

Придорожная таверна

 

- Вначале, было интересно, к тому же, я наконец-то почувствовала что такое "семья", но все это было лишь иллюзией, которой обычно пользуются старшие, чтобы привить новеньким с самых ранних лет некоторую зависимость от Круга. Когда я чуть повзрослела, то стала понимать гораздо больше. Все это показное, на самом деле, все они мелочны, честолюбивы и слишком подвержены гордыне, хотя формально этого не признают и даже борятся с этим. А ведь наказания за гордыню и иные меры воспитания в Круге это лишь ширма, за которой скрываются, простое желание остаться наверху, сохранить свое влияние и авторитет, продолжая манипулировать остальными. Это так жалко выглядит. Но чем умнее я становилась, тем больше погружалась в эту странную игру. Приходилось играть по правилам, чтобы не лишиться своей индивидуальности, сохранить свой разум и дух...

 

- А мне казалось, что Круг создали для того, чтобы защищать людей от магии, а магов от тех, кто их так сильно боится, - вздохнула Кая, проследив за вошедшим Рико, проверила на месте ли её сумка и даже не шелохнулась. Ещё не все спустились из своих комнат, а значит время было. Мокнуть под дождём сегеронка не собиралась. - Похоже, идеи не всегда получают воплощение. А Игра в Орлее распространена даже в Круге. Но теперь ты уже не там. И что же ты хочешь теперь делать?

 

- Похоже "вечер" воспоминаний на сегодня окончен, - встряхнувшись, чародейка встала и последовала за остальными.

 

- Можем поговорить по дороге, если есть желание. Правда, думаю скорее мы будем заняты тем, чтобы не свалиться в дорожную грязь

[Shunt]

Придорожная таверна

 

- Эх, даже жалко уходить. Место хорошее. - Разобравшись с косами, Хейд поднялась, взяла в одну руку шлем, за спину повесила щит и мешок, в котором одиноко болтались пара сухпайков (зелья и трубку с табаком она хранила прямо, что называется, на себе - в специальных кармашках) и кивнула Хексу. - Ну, поскакали? 

[Ettra]

Придорожная таверна

- Подъем, ленивцы и ленивицы! Выдвигаемся!

- Верно, идем, пока снова не ливануло. - Мэйрис, собранная и серьезная, спустилась вниз, окинув всех взглядом, а затем, не оборачиваясь вышла на крыльцо. Находиться в таверне больше не хотелось и девушка надеялась, что все соберутся достаточно быстро, что бы не пришлось возвращаться и поторапливать. 

[Shunt]

Придорожная таверна -> Лагерь армии Орлея

 

Распрощавшись с трактирщиком, "Северные волки" и примкнувшие к ним Хейд с Лилли направились к финальной, как они надеялись, точке путешествия. В Долы вел все тот же старинный тракт, который так много говорил о мощи великой Империи Тевинтер. Возможно, Алейра могла бы что-нибудь об этом рассказать, если бы хотела. Но она не хотела.
Тащиться пешком не пришлось, удалось пристроиться к каравану, везущему армейские припасы. Офицер, возглавляющий охрану каравана заметил наемников и уже хотел было пройти мимо, как заметил Мэйрис. Может, военные и сухари, но мимо беременной со спокойной душой он проехать не мог. Так что "Волки" могли дать отдых ногам и спокойно провести эту неделю пути.
По дороге офицер разговорился с Хейд и Мэйрис, рассказав общую ситуацию в Долах, а именно, на Священных Равнинах. Мужчина был не силен в историях, так что большую часть времени посвящал рассказам про бои, вольных граждан и эльфов, которые никак не хотели уйти в свои леса и там подохнуть на радость людям. Поэтому приходилось его возвращать в нужное русло. К сожалению, офицер про эльфов ничего не знал, но на вопрос о том, можно ли присоединиться за хорошие деньги к военным действиям ответил радостными кивками головы и рассказом о неком офицере Жаке Люссо, который и занимается всеми вопросами, связанными с наемниками и их службой.
Прибыв в лагерь, офицер распрощался с "Волками", сообщив, что ему надо отвозить раненых и указал на шатер Люссо. Лагерь был обнесен неглубоким рвом и высоким деревянным частоколом. Палаток в лагере было не просто много, а очень много. Всюду сновали солдаты, горели костры, слышались приказы и рапорта. У всех здесь было какое-то дело. На наемников косились, но протекция офицера из конвоя явно чего-то стоила, да и наличие девушек среди них тоже действовало успокаивающе. Впрочем, похотливых взглядов особо не было. Впрочем, за второй забор, немного ниже чем первый, их не пустили, недружелюбно наставив на них самострелы, но все равно было видно, что именно там охранялось - огромные, невероятного размера требюше - почти десяток. Поймав первого попавшегося солдата и в ультимативной форме потребовав от него рассказать что и где тут расположено, было выяснено, что наемникам "просто так" ничего не полагается. Кузнец продаст и починит все, что нужно, но за деньги. В столовой есть еда, тоже за деньги. Ну и лекарь, куда без него. Правда, говоря о лекаре, солдатик начинал заикаться, так что значит ничего хорошего от него ждать не стоило. В общем, оставалось решить, стоит ли вообще связываться с орлесианцами или плюнуть на это дело и свалить. Однако, офицер успел прозрачно намекнуть на то, что затариться едой и оружием просто так не выйдет - придется помогать, либо сразу уходить. Группа стояла перед большой, цветастой палаткой Люссо и ждала решения своего командира. Либо очередного акта народного волеизъявления.

[Ettra]

Лагерь армии Орлея

Удивительно, но после недели пути Мэйрис практически не устала. Дорога прошла куда лучше и быстрее, чем девушка ожидала, так что повод хотя бы немного порадоваться был. Да и военный лагерь внушал доверие. После города, где кипела совершенно другая и куда более опасная жизнь с интригами и опасностями на каждом шагу, оказаться среди простых и понятных вояк было приятно. После бала в Монтсиммаре больших поселений Мэйрис опасалась и сторонилась. А в лагере чувствовала себя в безопасности, не смотря на немного подозрительные взгляды. 
- Пока останемся. Лучше, чем спать под открытым небом, - вынесла свое решение девушка, оглядев отряд. 

[Sebursky]

Лагерь Армии Орлея

Уже как только Волки попали в караван, Лилли почуствовала себя неуютно. А когда они добрались до лагеря ей совсем поплохело, чародейка была тише воды и ниже травы. Постоянно нервная и напряженная она старалась держаться как можно ближе к группе.

"Вот стоило ли бежать и инсцинировать свою гибель, если в конечном итоге она все равно оказалась в военном лагере Орлея?" У чародейки ещё теплилась надежда, что документы о разнорядке остались там же где была потасовка с мародерами, что её потом решили все же добить по настоящему...

[Leo-ranger]

Лагерь армии Орлея а можно писать просто "ЛаО"?

Лиин кивнула, полностью соглашаясь с их командиром, кашлянула в кулачок:
- Думаю, что нам стоит поговорить с этим офицером, что занимается делами с наёмниками.