Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Shunt]

Шатер пыточных дел мастер

 

Пленник не отвечал. Просто молчал, быстро-быстро дыша. В глазах его была борьба. Рамон не хотел умирать, это был факт. Но и сдаваться тоже. Прошло пять минут, десять... "Гражданин" тупо глядел в потолок, не произнося ни единого слова. В конце концов Серж не выдержал. 

- Все это уже мы проходили. В лучшем случае он называл место расположение крепости, причем каждый раз оно менялось. Словно бы мы не знаем! - Адъютант подошел к столу. Взял какой-то крючок, повертел в руках и положил на место. - У меня есть подозрение, что он не орлесианец. Пускай я и патриот, но даже я бы сломался после двух недель без еды. А он держится. 

[Perfect Stranger]

Шатер пыток

 

- А ты знаешь, что в 90% под пытками просто лгут, а в 99% - убивают себя, откусив язык? Если этот дурень не примет наше предложение, я сам разведаю эту крепость. Судя по ее контингенту, там служат идиоты. Через сутки, получите мой отчет. А этого, если не хочет говорить, устраните.

 

- Он и так лжет. Не вижу причин не попробовать. Если пойдешь один, то мы не только ничего не узнаем, но и потеряем бойца. Это глупо, - фыркнул потрошитель. - Выйдите отсюда и я займусь им. В самом худшем случае, он сдохнет, ну и что? Зато будет шанс узнать хоть что-нибудь. Поверьте, многие превращаются в настоящий поток искренности... когда видят, что с ними перестают няньчиться.

[Junay]

Шатер пыток

 

- У меня есть подозрение, что он не орлесианец. Пускай я и патриот, но даже я бы сломался после двух недель без еды. А он держится.

 

- Рамон - имя антиванское. Если это настоящее имя. - усмехнулся Рико. - Под пытками очень хорошо держатся Вороны, но они держатся до последнего только в одном случае, когда речь идет о чести Дома. Ни один бы Ворон в здравом уме и светлой памяти, не стал бы страдать ради каких-то Вольных людей, или кто они там такие, которые его бросили. Бросили - значит, списан, значит - не нужен. Значит - свободен от обязательств, и с чистой совестью может принять предложение о сотрудничестве. 

А этот... - он взглянул на пленника и пожал плечами. - Просто проявляет феерический идиотизм и упрямство. 

Изменено 31 марта, 2015 пользователем Junay

[Shunt]

Шатер пыточных дел мастер

 

Значит - свободен от обязательств, и с чистой совестью может принять предложение о сотрудничестве.

 

Серж нахмурился. В голове что-то крутилось на этот счет. Хейд, стоявшая позади всех и со скучающим видом поглядывающая то на пленного, то на Хекса, произнесла:

- Если только его не оставили специально. - Адъютант кивнул.

- Да, могло быть и такое. Но зачем? Разве что... Да нет, бред же. 

- Разве что не для того, чтоб он выведал все тут и не сбежал. - Легионер ухмыльнулась. - Ладно, просьба беременных женщин и Рико выйти из шатра. Пытать я не умею, но очень хочу научиться. 

Рамон никак не отреагировал на слова Хейд. Продолжал смотреть в потолок. 

[Ettra]

Шатер пыток

- Поверьте, многие превращаются в настоящий поток искренности... когда видят, что с ними перестают няньчиться.

- Дай еще время, пожалуйста, - попросила Мэйрис, повернувшись к Хексу. Ему определенно нетерпелось выбросить ярость на пленника, но девушка не хотела так быстро сдаваться. Вообще не хотела пыток. - Рамон, может ты что-то хочешь в обмен на сотрудничество?

[Shunt]

Шатер пыточных дел мастера

 

- Рамон, может ты что-то хочешь в обмен на сотрудничество?

 

Пленный моргнул, перевел взгляд на Мэйрис и усмехнулся:

- Вспороть тебе живот. - После этого снова продолжил глядеть в потолок. Сержу стоило больших усилий не придушить мерзавца, но он сдержался. 

[Junay]

Шатер пыток

 

- Разве что не для того, чтоб он выведал все тут и не сбежал. - Легионер ухмыльнулась. - Ладно, просьба беременных женщин и Рико выйти из шатра. Пытать я не умею, но очень хочу научиться.

 

- Ворон? Действительно? - Рико посмотрел на пленника заинтересованно и обернулся к Хейд. - Можешь не стараться. Никакая пытка не способна разговорить Ворона. Но я не вижу логики. Ну попался в плен, что бы здесь все разнюхать, как же ты уйдешь с донесением? Если тебя сейчас прирежут? Нет, это идиотизм.

 

Но если это так, то нет смысла терять на него время. Сразу говорю, пытки не подействуют. И еще - сотрудничать с ним нельзя. - Рико взглянул на Мэйрис. - Только отпустим, он сбежит к своим и выдаст все сведения о лагере. Боюсь, единственное, что мы можем - убить его. 

Сова помрачнел. 

[Ettra]

Шатер пыточных дел мастера

- Вспороть тебе живот. - После этого снова продолжил глядеть в потолок. Сержу стоило больших усилий не придушить мерзавца, но он сдержался.

Мэйрис посмотрела на Рамона долго и очень уж нехорошо. Сомкнув губы в плотную линию и крепко сжав кулаки. На секунду ей захотелось своими руками вцепиться ему в лицо и изувечить так, что бы живого места не осталось. Но это наваждение прошло так же быстро, как и появилось. Девушка резко развернулась и вышла из шатра, давая молчаливое согласие на то, что будет происходить дальше. Ни какой жалости больше, ни кто не смеет угрожать ее ребенку.

[Элесар]

Лагерь - > Палатка лекаря

 

Как только разрешение на передвижение по лагерю было получено, девушка, не долго думая направилась в сторону места их размещения, разве что позволила себе задержаться возле лавки местного лекаря. Цены на травы не просто не обрадовали Каю, но повергли её в уныние - всё тут было достаточно дорогим и позволить себе тратится на корни смерти, которые ей были так нужны, она себе не могла позволить. Во всяком случае, без скидки, о которой сама травница договориться вряд ли бы смогла. Но, попытка, как говориться не пытка... наверное. Каков он, местный эскулап, пока было непонятно.

- Здравствуйте. Может вы могли бы продать мне корень смерти подешевле, если я куплю несколько? - спросила чародейка, раздумывая, не завести ли ей разговор о том, что "в трудные времена нужно помогать друг другу"

 

скидка корень смерти

 

[Shunt]

Шатер пыточных дел мастера

 

- Ворон? Действительно? - Рико посмотрел на пленника заинтересованно и обернулся к Хейд. - Можешь не стараться. Никакая пытка не способна разговорить Ворона. Но я не вижу логики. Ну попался в плен, что бы здесь все разнюхать, как же ты уйдешь с донесением? Если тебя сейчас прирежут? Нет, это идиотизм.

 

- Не обязательно Ворон. Кстати, первый раз про них слышу. Но не важно. - Хейд подошла ближе, достала из огня кусок раскаленного прута, - Бывают просто люди с сильной волей. Но этих людей просто никогда не пытали по-настоящему. Уверена, наш Хекс умеет пытать людей. Даже птиц. 

[Perfect Stranger]

Шатер пыток

 

После того, как разъяренная Мэй вышла, Хекс вдруг посерьезнел.

- Отчаянно. Кажется, он хочет, чтобы мы его убили. Самоубийство от рук представителей закона? Что ж, в глазах других повстанцев... как их там, Вольные Граждане?.. он мог бы стать мучеником. Раз уж с остальным не получилось. - Потрошитель приблизился и вдруг резко наклонился, поставив руку на стол рядом с шеей пленника и глядя на него практически в упор. - Вот только не мученик из тебя выйдет, парень. А просто груда мяса. После того, что я с тобой сделаю, тебя даже Создатель не узнает... потому что люди, попадающие мне в руки, перестают быть людьми. - Он оскалился, глаза полыхнули кровавым безумием, с нижней губы капнула слюна на щеку Рамона. Сейчас потрошитель и вправду напоминал Зверя. Зверь шевелился внутри грудной клетки, в нетерпении и предвкушении, он требовал, чтобы ему позволили выйти на пределы столь стесняющего его человеческого тела... пусть и в уродливой и странной форме.

[Shunt]

Шатер пыточных дел мастера

 

- Ты его зубами будешь пытать? - Хейд покосилась на Сержа, но тот был спокоен. Видимо, много к чему привык за время службы. - Что ж, это даже веселее. 

 

Необходим бросок 1д10

[Junay]

Шатер пыток

 

- Вы глухие, что ли?- свирепо рыкнул Сова. -   Я вам говорю, что в пытке вообще нет смысла. Так как информация будет заведомо ложная, и смертельно опасная. Или вы думаете, что "крестьянин" который две недели сидел без еды, вам сразу же  выложит всю правду? Да он наврет с три короба, и сдохнет, упиваясь собственным героизмом. А  мы - попадем в ловушку и погибнем из-за его лжи!

Ему нельзя верить, и нельзя оставлять в живых. Тем более, если есть подозрение, что это - Ворон.   Лучше не тратить зря время и разработать план проникновения и разведки крепости. Мне не особо и нужны какие-то там сведения о ней. 

Не тратьте время, пусть его прирежут стражники. 

Изменено 31 марта, 2015 пользователем Junay

[Leo-ranger]

Кузня => палатка лекаря


- Ладно. Я к вам позже зайду, вдруг передумаете,- хихикнула долийка и поспешила уйти, пока ей в голову не прилетел кузнечный молот. Следующей на очереди была палатка местного лекаря, где она с некоторым удивлением обнаружила Каю, торгующуюся за корни смерти.
- Кхм, сир, понимаете, вы, как человек военный, должны понимать, что помощь друг другу очень важна. Три корня смерти, пожалуйста. Заплачу сама. Цена не важна.

Бросок на скидку на корни смерти.

Вне зависимости от цены Лиин покупает 3 корня смерти Изменено 31 марта, 2015 пользователем Leo-ranger

[Shunt]

Шатер пыточных дел мастера

 

- Рико, ты меня прости за грубость, но нам нужно знать их число, слабые места обороны, где сидит начальник, как туда пробраться, - Тихо прошептала ему Хейд, подойдя к антиванцу. - Ты разведкой это не получишь. То есть получишь, но не в том объеме, в котором надо нам. Если бы у нас было человек сорок, я бы согласилась, но нас - девять. Так что давай дадим Хексу повеселиться. Не получится - сходишь на разведку. 

[Ettra]

Лагерь - Окрестности

Гнев постепенно схлынул, оставляя девушку опустошенной. Она старалась не думать о своем решении, понимала, что вряд ли был другой выход, но чувствовала себя примерзко. Будто до корней волос измазалась в грязи и крови, отмыть которую не так то просто. 
Мотнув головой, она вышла ха пределы лагеря, подальше от шатра, где вскоре будут раздаваться душераздирающие вопли. Пока все не закончится, лучше отвлечься охотой.

Поиск кожи (-ловушка)

 

+1 медвежья шкура

[Junay]

Шатер пыток

 

Так что давай дадим Хексу повеселиться. Не получится - сходишь на разведку.

 

- Вы, что - идиоты? Я же вам сказал: ВСЕ, что вы узнаете, будет ложью. Или вам просто нравится издеваться над беспомощным человеком? - глаза его внезапно почернели так, что даже не стало  видно зрачков. - Вам нравится, сам процесс, и не важен результат? Если вам нужен результат, то какого черта вы здесь комедию ломаете? А верить словам пленника уже нельзя - ни при добровольной исповеди, ни под пытками, уже - никак. 

Так зачем его пытать, если результат известен заранее?

Изменено 31 марта, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

Шатер пыток

 

Потрошителю было уже все равно. Он не думал о Мэйрис - девушка была предупреждена о том, что ей предстоит, если она останется с бастардом. Кровь, грязь, смерть и много, очень много боли. Ею она не упивалась, в отличие от Хекса, но он не считал себя виновным. Мэйрис сама выбрала свой путь. И теперь ей придется нести этот крест всю жизнь.

"Тот, кто любит, должен разделять судьбу того, кого он любит", - прошептал голос Зверя внутри его черепа и сильно хлестнул по разуму. "Выпусти меня".

Казалось, в комнате даже потемнело, несмотря на яркий день снаружи палатки.

 

А верить словам пленника уже нельзя - ни при добровольной исповеди, ни под пытками, уже - никак.

 

- Я предпочту попробовать, чем стоять и молоть языком, монах, - хрипло проговорил потрошитель, тяжело дыша, словно после долгого забега. На лбу выступили капельки пота. Он очень старался контролировать силу Зверя, из его носа побежала струйка крови, и он дрожал от напряжения. Едва заметные черные нити, высвободившись и потянувшись к пленнику, медленно, словно раскаленные прутья, пронзили его тело.

[Shunt]

Шатер пыточных дел мастера

 

- Вам нравится, сам процесс, и не важен результат? Если вам нужен результат, то какого черта вы здесь комедию ломаете? А верить словам пленника уже нельзя - ни при добровольной исповеди, ни под пытками, уже - никак.

Так зачем его пытать, если результат известен заранее?

 

- Да-да, я злобная тварь. Мне все об этом говорят. Я тебя заставляю его трогать? Или, может, Хекс тебя заставляет? Нет. - Хейд отошла от антиванца и сплюнула на пол. - Не хочешь, иди на разведку или куда ты там собрался. "Милосерднее убить"... спасибо, я это запомню, Рико.

 

Тем временем, Хекс приступил к пыткам. Но то ли не расчитал сил, то ли слишком дал разгуляться Зверю... в общем, оторванная голова явно не могла разговаривать. Серж только покачал головой, Хейд приложила ладонь к лицу. 

- Хекс, ты, простите предки, молодец. И что он нам теперь скажет? - Гномка махнула рукой и вышла из шатра.

 

Пленник погибает под пытками

Изменено 31 марта, 2015 пользователем Darth Shunt

[Perfect Stranger]

Шатер пыток

 

Тяжело дыша, потрошитель наконец сумел прогнать багровый туман из глаз и поднял голову. Гномка явно была недовольна и покинула шатер в раздражении, но...

- Кажется, ты хотел его убить? - проговорил он медленно, по слогам, словно ему было трудно вернуться в человеческую ипостась. - Что ж, теперь твое желание исполнилось. Слишком он был хилый, чтобы выдержать. А ты подозревал в нем Ворона... - он презрительно сплюнул, вытер кровь, стекающую из носа, и повернулся к Сержу.

- Думаю, теперь придется самим все разведывать. Мои люди готовы взяться за это дело, если вы обеспечите поддержку солдатами.

[Junay]

Шатер пыток - лагерь армии

 

- Создатель! Тупой и еще тупее тупого! - Рико прикрыл рукой глаза и вышел из шатра. 

"Все равно бы с пленником ничего не получилось. Верить его сведениям было нельзя, ни под каким соусом." - пожал плечами Тот, который.

"Мне вообще не понятно, почему он себя не убил раньше? Или не втерся в доверие? Я бы на его месте сразу же принял предложение сотрудничать, а потом - заманил бы наемников в ловушку... Думаешь, он был действительно Вороном?" - вздохнул Рико.

"Если и да, мы этого никогда не узнаем". - сказал его собеседник.

"Вороны - здесь? У этой шантрапы в виде Вольных людей? Да нет, быть не может... Просто упрямый и глупый дурак, мнящий себя героем."

"Но ты ухватился за эту мысль, да?" - спросил его голос. "Именно поэтому ты был против пыток? Потому что это - твоя единственная семья, и единственный Дом, а все остальное - лишь  пыль под ногами?"

Изменено 31 марта, 2015 пользователем Junay

[Shunt]

Лагерь армии

 

- Думаю, теперь придется самим все разведывать. Мои люди готовы взяться за это дело, если вы обеспечите поддержку солдатами.

 

- Разведывать вам ничего не нужно. - Серж покачал головой. Такого обращения с пленными он не видел, да и не хотел видеть, если честно. Пытки он тоже не очень любил. - Собирайте своих людей и идите к выходу из лагеря. Направляйтесь дальше на север, увидите старую крепость на холме. Я дам знак - рог протрубит. Примерно через полчаса можете атаковать. Надеюсь, что у вас все получится. - Кивнув Хексу, адъютант вышел из шатра. 

[Ettra]

Окрестности - Лагерь - Кузнец

Медведь оказался на удивление простой добычей. Мэйрис потратила куда больше времени на свежевание, чем выслеживание зверя, но задерживаться еще дольше не стала. Охота смогла вернуть ей хрупкое равновесие и отвлечь от дурных мыслей - этого было достаточно. 
Место, где остановился отряд девушка нашла быстро. По ярко-рыжей копне волос Алейры. Бросила шкуру в углу одной из палаток и направилась к кузнецу, посмотреть чем тут торгуют.

Товары в кузне

[Элесар]

Палатка лекаря = > Палатки наёмников

 

- А как купить себе ночлег, так и не можешь, - улыбнулась Кая и покачала головой, принимая от эльфийки корни смерти. - Спасибо, конечно, но простого договора о скидке было бы достаточно. Деньги у меня есть. Голодать бы не пришлось. Я сейчас к палаткам пойду. Хочешь - идём со мной.

Возле места, где разместили Волков стояла разве что одна Алейра, которая вдумчиво читала книжку и ни на кого, кажется, не обращала внимание. Новой магессы видно не было... интересно, куда она так быстро убежала? Ну ладно, успеет ещё переговорить с ней. Да и тевинтерка, если захочет, сама подойдёт. Расположившись поодаль от шатров, чтобы не дай Создатель ничего не спалить, дикарка развела костёр и приступила к своему излюбленнейшему занятию - варению всего, что варится. В этот раз она собиралась приготовить всего одно зелье, зато какое... Кая покачала бутылью со спиртом, прикидывая, не выпить ли ей перед этим делом, но решила всё-таки нарушить главное правило Морео. 

 

Алхимия:

 

Основа: Глубинный гриб (ZAR)

Восстановитель: Безоар (AZR)

Кальцинатор: +1 к эффектам

Катализатор: "Кровь мира" (требуется: перегонный куб, кальцинатор, корень смерти (3), ария вандала (2), драконья кровь (1), спирт (1); эффект: увеличивает наносимый и получаемый урон на 100% на 3 хода)

Результат: зелье "Ярость дракона" Z³A³R³+"Кровь мира" (три следующие успешные авто-атаки будут критическими, позволяет совершить два действия на этом ходу, следующая способность не потребует отката, увеличивает наносимый и получаемый урон на 100% на 3 хода).

 

Когда сегеронка завершила свои действия, она закупорила бутылёк и спрятала его в самый дальний карман сумки. Это не простое зелье, способное пробудить в человеке много... что скрывалось. И потому использовать понапрасну она его не собиралась.

 

Кая: + зелье Ярость дракона

- спирт, - 3 корня смерти, - 2 арии вандала, - драконья кровь - глубинный гриб - безоар

[Perfect Stranger]

Шатер пыток - Лагерь армии Орлея

 

- Собирай всех, - сказал Хекс, выходя из шатра и оставляя мертвого пленника внутри. Даже сердце не сожрал... но не чувство вины было тому причиной. Он просто не был голоден. - Похоже, придется штурмовать крепость вслепую.

Вздохнув, он прищурился на солнце, вышедшее после грозы и светившее еще ярче прежнего. Мэйрис было нигде не видно, но рассказывать ей о случившемся бастард не очень хотел. Пусть лучше пребывает в неведении. Хотя скрывать от нее смерть Анри было ошибкой, все равно она узнала, но хотя бы не на балу. Вольфер заметил, что после того разговора в придорожной таверне она как-то отдалилась от него, но ничего не говорил. Возможно, ей просто нужно было время, чтобы привыкнуть. Или...

О другом варианте он думать не стал. Просто присел на ящик подле палатки и молча достал папиросу, глядя куда-то в пустоту.