Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Хижина отшельницы

 

- Ай... - Хекс резко отдернул руку, скорее не от боли, а от неожиданности. Пошарив в куче грязных тряпок, валявшихся в углу, он удивленно посмотрел на ладонь, на которой красовался длинный кровоточащий порез. Отшвырнув тряпки, бастард осторожно вытащил из-под них старый, ржавый изогнутый нож с причудливо вырезанной из кости рукояткой. Он был настолько истончившимся, что аж крошился, и не годился даже на то, чтобы резать веревки и хлеб. Но острый осколок словно специально торчал так, чтобы вонзиться в руку потрошителя.

Отбросив нож, он облизал кровь с ладони и отошел обратно к люку, надеясь, что внизу, в подвале, их не ждет еще одна одержимая.

 

Хекс получает 22 пункта урона!

18 - 22 = (-50%) требуется аптечка.

[Элесар]

Хижина

 

Кая внимательно проследила за тем, как Анри и Мэйрис скрылись в люке, ведущем в подвал, кажется она что-то прослушала, отвлечённая на собственные ощущения после боя и сбитая с толку резким запахом специй. Островитянка нахмурилась и попробовала сосредоточиться и на этот раз у неё получилось, можно было почувствовать чьё-то присутствие в доме и даже услышать копошение, не относящееся к следопыту и Серому. Выходит родственная душа Атаназа оставила себе человека "про запас"... жуть. Туда и дорога старой карге.

Рассудив, что подвал - не сцена для представления шутов, а сам пленник не великий актёр, сегеронка решила не лезть за остальными, хоть что-то внутри шевельнулось, требуя помочь. Пока Кая решила помочь исключительно себе - продолжив поиски трав.

 

Поиск трав

 

Кая получает: веретенка (1)!

[Shunt]

Хижина отшельницы

 

" - А вот и практика пришла. - Дух хохотнул, отметив неудачу Хекса.

- Ты предлагаешь мне этого вылечить? - Маг был не в самом хорошем  расположении духа. 

- Ага. И вот еще тебе подарок."

Мага окутало зеленоватое сияние, от которого резало глаза. Захрипев от боли, он упал на колени, пробив кулаком пару досок в полу.

" - Какого хрена?!

- Выдирать знания из Тени мне тоже не сахар. Терпи!

- Предупреждать надо, висп недоделанный!

- Вот без оскорблений, да." 

Переведя дух, Атаназ встал и подошел к Хексу. Ничего не говоря, взял его одной рукой за плечо, а вторую положил на голову. Спустя секунду раны на теле потрошителя стали затягиваться, не оставляя после себя даже шрамов. 

- Пожалуйста. - Он отошел от Хекса и опустился на ближайший стул. Придвинул к себе еще не остывшую тарелку с бульоном и с удовольствием принялся за еду. 

 

Выучено новое умение (Целеустремленность), Хекс исцелен.

[Perfect Stranger]

Хижина отшельницы

 

Бастард лишь посмотрел на мага, пожал плечами и заглянул в шкатулку, что стояла на столе. Церера упоминала, что в ней - награда на посылку, и не соврала. Похоже, демоны были патологически честными и действительно не умели врать. А может (что более вероятно) - эти деньги она насобирала из карманов всех людей, которых съела. Бедняги. Они-то, наверное, думали, что нашли в безлюдных горах место, где можно отдохнуть и согреться, а попадали в котел к ведьме.

 

+4 золотых, каждый получает по 40 серебряков

[Shunt]

Хижина отшельницы

 

Докушав супчик, Атаназ решил присоединиться к разграблению хижины бедной людоедки. Ну, не такой и бедной, как оказалось, но не богатой точно.

Только вот ходить надо было осторожнее - доски в самом углу, куда по незнанию пошел маг, прогнили. Казалось, мгновение назад Атаназ любовался пасторальной картинкой на стене, а сейчас уже летит вниз, в подвал. Приземлился удачно - на ноги. В смысле том, что сломал себе обе ноги. 

- Обидно. - Пробормотал Атаназ, глядя на изогнутые под немыслимым углом конечности. Свои конечности.

 

Заработок

Изменено 22 января, 2015 пользователем Shunt

[Ettra]

Подвал

Мэйс медленно подошла к пареньку и опустилась на корточки. Даже в такой темноте она смогла разглядеть, как тот бледен и измучен. Волосы слиплись, сам весь в крови, губы дрожат.
- Не бойся, я не причиню вреда, - как можно мягче произнесла девушка. - Мы ее уб... Мы... -Даже не смотря на то, что старуха оказалось демоном, Мэйрис не смогла сказать "убили". - Ведьмы больше нет, ты в безопасности. Сможешь встать?
Мэйрис протянула пареньку свой посох, что бы он смог опереться. Хотела подать руку, но он наверняка бы испугался.После того, что тут делала ведьма трудно не бояться людей.

[Perfect Stranger]

Подвал

 

- Случай с волком тебя ничему не научил, как я погляжу. Отойди от него.

Сзади послышался тяжелый удар, когда Хексарион спрыгнул в подвал, игнорируя маленькую гнилую лесенку, чьи ступеньки не выдержали бы веса воина и доспехах. Вздохнув, он подошел к парню и, достав из-за сапога нож, перерезал веревки. Парень тут же отпрянул назад, трясясь и бормоча что-то на местном наречии. Хекс и Мэйрис были единственными, кто его понял.

- Отойди от меня, демон! - прошептал он, не сводя глаз с бастарда. Тот раздраженно мотнул головой.

- Он, кажется, тут головой повредился. Будь осторожна. Загнанные в угол крысы могут укусить. А не тот ли это мальчишка-посыльный, о котором упоминал Огюст? - прислонившись спиной к стене и наклонив голову, чтобы она не упиралась в низкий потолок, Вольфер принялся счищать ножиком грязь и засохшую кровь с доспехов. В подвал больше никто не пожелал спуститься, лишь слышались наверху гулкие шаги наемников, которые что-то пытались отыскать в лачуге. Здесь, в полумраке, Хекс и Мэйрис были наедине с полусумасшедшим мальчишкой, которому отрезали руку и сварили из нее похлебку. Потрошитель не удивился бы, узнав, что старуха кормила пленника той же похлебкой, что ела сама.

[Ettra]

Подвал

Мэйс отошла, как ей велели и теперь, из дальнего угла подвала едва различала силуэты. Мальчик был без руки. Получается, что она ела... Мысль девушка не продолжила, только тихо застонала, побледнела еще больше и опять прижала руку ко рту. Наверняка она выглядит не лучше бедного паренька.

-Надо ему помочь. - Мэйс все же подошла ближе, но предусмотрительно встала за спину Хексариона. - Отвести домой.

[Элесар]

Хижина отшельницы

 

Девушка положила в сумку веретенку (какое издевательство, оставлять у себя растение, которое должно было скрашивать последние дни смертельно больных) и прошла по дому ещё раз, в поисках чего-либо ценного. 40 серебра - прекрасный зароботок за такую... странную работу, но всё-таки.

 

на ценности

 

[Perfect Stranger]

Подвал

 

-Надо ему помочь. - Мэйс все же подошла ближе, но предусмотрительно встала за спину Хексариона. - Отвести домой.

 

- Домой? - Хекс хмыкнул, но не отстранился, удивившись этому сам. - И что, по-твоему, за жизнь его ждет? Без правой руки его вряд ли возьмут на хоть какую-то приличную работу, а я сомневаюсь, что его семья (если она есть) богата, раз мальчишка работал посыльным. Лучшее, что ему светит - это какой-нибудь приют для таких же умалишенных, как он, до конца своих дней, пока он не сойдет с ума еще пуще прежнего и не перережет себе глотку от отчаяния. А если даже и нет, закончит свои дни попрошайкой на улице, в грязи, блохах, вшах и собачьем дерьме. Такой судьбы ты хочешь для него, Мэйрис? Ты добра, но мир вокруг жесток.

Он немного повернул голову, взглянув девушке в глаза с такого близкого расстояния, что она невольно вспомнила случай на крыльце. Правда, теперь глаза бастарда не были багровыми.

- Я могу закончить все быстро.

Меч с тихим шелестом покинул ножны.

[Ettra]

Подвал

- Я могу закончить все быстро.

-Нет! - Вскрикнула девушка, встала перед мальчишкой, и набравшись смелости оттолкнула бастарда. - Откуда ты знаешь, что он не справится? Может он сильнее, чем ты думаешь? Я не была в такой ситуации, как он. Но я убила людей. И я стараюсь с этим справиться. Я чуть не погибла сама, сломала ногу. Все можно пережить. Убить легко. Дай ему шанс, пожалуйста, Хекс. 

Девушка снова села на корточки перед пленным и заглянула ем в глаза, надеясь увидеть хоть каплю понимания. Не хотела верить в то, что он сломлен окончательно. Мэйс нужна была надежда на то, что мальчик сможет выкарабкаться из этого ужаса.
-Ты меня понимаешь? Посмотри на меня, пожалуйста, я не причиню вреда, правда. Все хорошо, теперь ты в безопасности. - Мэйрис медленно, боясь напугать, протянула к нему руку и улыбнулась. - Ты ведь сможешь пережить это, да? Ответь, пожалуйста. Я верю, что ты справишься.

[Perfect Stranger]

Подвал

 

"Она смеет забирать нашу добычу?! Ты должен преподать ей урок!"

Бастард сделал шаг вперед, пока мэйрис сбивчиво пыталась что-то объяснить, но слова не долетали до ушей Хекса. Их перекрывал низкий гул, смешанный и шепотом, звучавший в его ушах подобно ударам колокола. Мальчишка вжался спиной в стену, с ужасом глядя, как огромное чудовище приближается к нему, вот оно уже протягивает к нему свои когти, чтобы разорвать на части, сожрать и обглодать кости.

- Создатель, спаси... спаси и сохрани... Создатель... Невеста Его Андрасте... спаси и сохрани... - по его лицу потекли слезы, и он раз за разом бормотал эти слова, будто надеялся, что господь и вправду придет и протянет ему руку. Но в темном подвале гиблой хижины посреди огромного белого ничто не было никакого бога. Здесь была только смерть.

 

- ...пожалуйста, Хекс!

Он остановился, не дойдя буквально полшага. Мэйрис стояла прямо перед ним, не сдвинувшись ни на шаг, и упрямо, просяще смотрела ему в глаза.

"Такая смелость... она совсем не боится..."

"И ты позволишь какой-то смертной человеческой самке тебе приказывать?"

"Она сказала "пожалуйста".

- Он твой, - наконец произнес бастард, опустив меч и отвернувшись. Почти в то же мгновение паренек кинулся к Мэйрис и, схватив ее за руку, прижал ладонь девушки к губам.

- Вы... ангел... - прошептал он потрескавшимися губами, а потом странно, но удивительно счастливо улыбнулся.

[Ettra]

Подвал

- Он твой

Мэйрис облегченно вздохнула, когда бастард отошел и отвернулся. На мгновение ей показалось, что он сейчас разорвет паренька на части. И сейчас страха не было совсем. Она все равно упрямо осталась стоять на месте, защищая невинного. И Хекс смог справиться со зверем. Опять смог.
-Спасибо, - прошептала Мэйс, на мгновение тронув Хекса за руку. - Спасибо. Ты куда лучше, чем думаешь о себе.
Девушка вложила в руку пленника свой посох и приобняла его, позволив облокотиться на себя. Все таки он понимает, что происходит. И он жив - это главное. 
-Наверху много людей. Не испугаешься? Давай, пошли. медленно, не торопись. Как тебя зовут? Я - Мэйрис. - Шаг за шагом девушка повела паренька наверх, пытаясь отвлечь от мрачных мыслей разговором. На пороге лестницы обернулась и глянула на Хекса. - Идешь?



 

Изменено 22 января, 2015 пользователем Aloija

[Junay]

Хижина

 

 -Наверху много людей. Не испугаешься? Давай, пошли. медленно, не торопись. Как тебя зовут? Я - Мэйрис. - Шаг за шагом девушка повела паренька наверх, пытаясь отвлечь от мрачных мыслей разговором.

 

Рико неслышно отошел от люка, быстро пряча в сапог маленький острый кинжал. Хорошо, что малышке удалось  вразумить мессира. Если бы тот вздумал сожрать мальца...  Рико бы случайно неудачно упал в люк. Настолько неудачно, что кинжал мог бы вонзиться при падении в затылок мессиру. Несчастные случаи такие несчастные... Конечно, тогда бы пришлось забыть о награде в 50 золотых  и быстро уносить ноги от разъяренной толпы наемников. 

- Да хранит тебя Создатель, дитя. - пробормотал он себе под нос и вытащил из сумки потрепанные бинты и мази - пора было заняться ранами.

[Perfect Stranger]

Подвал - Хижина отшельницы

 

Я - Мэйрис.

 

Мальчишка некоторое время молчал, лишь периодически всхлипывая и вздрагивая всем телом. Похоже, старуха держала его тут не один день - он был покрыт царапинами, одежда была порвана, а на лице виднелись синяки. Когда ему удалось подняться наверх по скрипящим ступенькам, он наконец ответил так тихо, что девушка едва услышала:

- Юстас...

Подняв глаза, он испуганно уставился на Рико, словно не ожидал, что здесь сразу окажется столько народу. Прижавшись к Мэйрис, парень был похож на мокрую бродячую собаку.

 

- Идешь?

 

- Да, только... осмотрюсь тут немного, - эхом отозвался бастард, недвижимый, как статуя, и проводил взглядом удаляющихся людей. Когда они выбрались наверх, он медленно направился к дальней стороне подвала, будто марионетка, которую дергали за ниточки.

"За это придется расплатиться".

"Знаю. Делай, что должен".

Тяжело сев на земляной пол, Хекс закрыл глаза и замер, резко втянув воздух, пропитанный запахом страха, крови и старой смерти. Не один человек умер здесь в ужасных мучениях. Церера убивала их медленно, очень медленно, растягивая их жизнь, превратившуюся в пародию, на целые недели. Почему-то в этом страшном месте, где не пахло травами так резко, бастард почувствовал себя почти что спокойно. Он подумал о том, что если бы решил уйти в горы насовсем, то закончил бы так же, как Церера. Жил бы в лачуге посреди дикой земли, излавливая излишне любопытных путников. Перестал бы быть человеком... окончательно.

"Разве это так уж плохо?" - голос был почти сочувствующим. Вокруг мужчины заклубились невидимые в полумраке черные нити.

Ему пришлось сжать зубы до хруста, чтобы не закричать, когда эти нити вонзились в тело, добрались до сердца и сжали его в своих холодных когтях.

[Junay]

Хижина

 

Подняв глаза, он испуганно уставился на Рико, словно не ожидал, что здесь сразу окажется столько народу. Прижавшись к Мэйрис, парень был похож на мокрую бродячую собаку.

 

Увидев изувеченного испуганного парня, святой брат снял с себя меховый плащ и набросил на пацана, затем бегло осмотрел его. Серьезных ранений не было, вот только теперь он не сомневался, чья рука плавает в том котле. 

Maledetta Creatore cagna! Сова сжал зубы. Они слишком быстро убили эту дрянь. Слишком быстро. Нужно было оставить ее полуживой и... "Как поступили вы, поступят так и с вами". - промелькнуло в его мозгу.

- Не бойся, парень. Теперь все будет хорошо, волею Создателя. - тихо сказал святой брат, смазывая его царапины мазью. - Если светская жизнь не придется тебе по вкусу, ты всегда можешь прийти в Церковь и обрести там кров, еду и призвание. У нас для всех найдется место. 

[Ettra]

Хижина

- Юстас...

-Красивое имя, - улыбнулась девушка. - Не бойся их, они не тронут. Это брат Рико. - Мэйс кивнула на церковника и принялась искать глазами Атаназа. Сейчас нет дело до всяких страхов по отношению к магу. Он целитель, а пареньку нужна помощь. Это главное. Да и в конце-концов может маг не так уж и плох? - Тебе сейчас помогут, вылечат раны. Потерпи, ладно? 
Мэйс отвела парня в дальний угол дома и усадила на стул. Подальше от плиты и стола. Вряд ли это вызовет у Юстаса приятные ассоциации. Он до сих пор дрожал. Врятли от холода, скорее от страха. Девушка хотела было укрыть его своим плащом, но Рико оказался быстрее. Потому она просто взяла его за рук.
- Спасибо, брат Рико. Создатель милостив, он поможет. - Мэйс понимала, что эти слова не смогут вычеркнуть все, что с ним произошло, но они сможет дать пареньку надежду.

[Perfect Stranger]

Хижина отшельницы

 

Пока они занимались осмотром дома на предмет ценностей (коих здесь почти не оказалось), Хексарион поднялся из подвала. Выглядел он бледнее обычного, а глаза болезненно поблескивали немного расширенными зрачками.

- Уходим отсюда. Ночь приближается, а вести вас через горы в темноте даже я не возьмусь. Если так хотите тащить его с собой, тащите, но я за него не отвечаю, - сказал он резко, открывая дверь лачуги и выходя на крыльцо дома. Небо уже потускнело, солнце зашло за вершины горы, и теперь лишь его отражение на снегу давало сумрачный, неверный пляшущий свет. К ночи метель станет еще сильнее. Оставаться здесь было попросту опасно, а ведь им еще нужно было проникнуть в поместье. Мальчишка будет только мешать.

Демоны бы побрали его минутную слабость, подумал бастард, злой на самого себя. И демоны бы побрали Огюста, который отправил наемников в это Создателем забытое место. Знал ли он, что старуха одержима? Хексу верилось с трудом, но все возможно. Кажется, все забыли о коробке, которую нужно было доставить, а ведь в ней могли быть доказательства...

[Junay]

Жижина

 

- Спасибо, брат Рико. Создатель милостив, он поможет.

 

Сова кивнул. Да, Создатель не смотря ни на что, был милосерден к своим детям. Настолько, что иногда стирал из их памяти самые  страшные события. Может, и этому мальчугану так повезет? Но скорее всего, ему придется самому бороться  с демонами своего прошлого. А их, зачастую, очень трудно победить.

 

- Уходим отсюда. Ночь приближается, а вести вас через горы в темноте даже я не возьмусь. Если так хотите тащить его с собой, тащите, но я за него не отвечаю, - сказал он резко, открывая дверь лачуги и выходя на крыльцо дома.

 

- Идем, Юстас. - Рико присмотрел  на полке ведьмы старую бутылку с наливкой, и вытащив зубами пробку, отхлебнул сам и протянул парню - Выпей. Это поможет тебе держаться на ногах до города. 

"Да и мне не околеть в стужу". 

[Perfect Stranger]

Хижина отшельницы

 

Паренек послушно взял бутылку и припал к ней так, словно не пил целую вечность. Закашлялся, выпучив глаза, и удивленно посмотрел на Рико. Потом перевел взгляд на Хексариона, который стоял на крыльце неподвижно, подняв голову и уставившись в пустое серое небо. Юстас сделал шаг назад.

- Чудовище... - прошептал он, и бутылка (уже пустая) упала на пол из его руки и покатилась по полу, исчезнув под столом. Бастард обернулся, услышав этот едва различимый шепот, нахмурился и подошел к Юстасу, сгреб его за шиворот, словно нашкодившую собаку, и потащил к выходу.

- У нас нет времени на истерики. Твой ангел защитит тебя от чудовища, так что топай давай.

Парень попытался было вырваться, но тщетно, и споткнувшись, он едва не повалился в сугроб. Но вход обратно в хижину был перекрыт Хексарионом, поэтому ему ничего не оставалось делать, как пойти вперед. Бастард вздохнул. В кои-то веки страх людей перед драконами оказался полезен. Подождав, пока остальные выйдут из домика, он убедился, что им хватит времени добраться до города до темноты.

- Готовы?

[Kykuy]

Хижина

 

Освальд присел за стул, обдумывая слова ведьмы. " Ты уже исполняешь ЕГО волю " - что за хрень? Чью волю? Кого она имела ввиду? Храмовник не знал. И не знал, где искать ответ. Возможно, в самой Песне?...

За полгода, проведённые в Хоссберге, он ни разу не встречался в бою с магом или магическим созданием, и большинство его храмовничьих умений притупились. Но теперь, после сразу нескольких схваток подряд с самыми разными демонами, он чувствовал, что антимагические способности потихоньку возвращаются, даже помноженные на силу красного лириума...

" Своей силой ты сможешь защитить тех, кого ты сейчас зовёшь товарищами. А затем ты их убьёшь. Какая ирония, верно? ", - Песня ничего не прояснила, лишь добавила вопросов.

 

Освальд - +Сплочение

 

- Готовы?

- Стойте... Шкатулка, которую нам дал Огюст. Никто не смотрел, что в ней?, - обратился Освальд к остальным. - Кажется, она заперта... Но вскрыть её, я думаю, можно., - храмовник вопросительно уставился на брата Рико. 

[Junay]

Хижина

 

Когда все вышли (а кто и выполз - кажется, это был костоправ) из хижины, Рико оставив пацана на попечение Мэйрис, тенью нырнул внутрь, что бы оставить ведьме последний "привет".
- Гори в геенне огненной, тварь, во веки веков! - прошептал он, и схватив масляную лампу, швырнул ее о полки с сухими травами. Которые моментально вспыхнули, разнося огонь по всей хижине. В воздухе пронесся то ли сквозняк, то ли полный муки и отчаянье вздох, и через несколько минут, хижина пылала, растапливая сугробы вокруг.

 

Шкатулка, которую нам дал Огюст. Никто не смотрел, что в ней?, - обратился Освальд к остальным. - Кажется, она заперта... Но вскрыть её, я думаю, можно., - храмовник вопросительно уставился на брата Рико.

 

- Дай, гляну, как раз свет есть. - мужчина вытащил отмычки.

Пылающая хижина действительно давала достаточно света, что бы легко препарировать хитроумный замок шкатулки.

- Готово. - замок звякнул и открылся.

 

(взлом)

Изменено 22 января, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

Возле хижины

 

- Какого... какого демона?! - сказал кто-то неверяще. Коробка из темного металла открылась, и оттуда сразу же выпало на подтаявший снег что-то черное. Но через секунду стало ясно, что это "что-то" - всего лишь дохлая ворона. Никаких видимых повреждений на птице было не видать, но ее остекленевшие глаза говорили сами за себя. - Что там под ней?..

На дне шкатулки обнаружились еще более странные предметы. Пустая книга с белыми страницами, обтянутая сшитой из лоскутков кожей, подозрительно похожей на человеческую. Большой, новенький кривой нож с костяной рукояткой. Какие-то непонятные баночки с густым содержимым, которые не смогли узнать даже алхимики. Впрочем, кое-что было знакомым до боли: аккуратный алхимический набор из лавки Огюста и два засохших побега корня смерти.

[Junay]

Возле хижины

 

- Как интересно... Кто эту шкатулку посылал? Тот жмотитстый торгаш? - Рико, нахмурив брови, рассматривал содержимое шкатулки. - Ворона? Подопытный образец, которого травонули испытываемым ядом? Очень интересно... Что за дела у этого вредного торгаша с этой ведьмой? И знал ли он с кем на самом деле связался? Если знал, то... Что за хрень творится в этом городе?

[Ettra]

Возле хижины

Как только Хекс отпустил паренька, Мэйс подбежала к нему и приобняла за плечи.
-Больше этого дома нет, смотри. - Девушка повернулась в сторону начинающей разгораться хижины. Правильно, что Рико поджег его. Такое место не должно существовать. 
Раздался звон открывающегося замка и девшка отскочила, когда почти под ее ноги упала дохлая ворона. Пересилив отвращение она заглянула внутрь шкатулки. Не может быть, что бы добрый лавочник Огюст знал о том, что передает. Он помог ей с ногой, а теперь оказывается, что он тоже людоед? Нет, не правда.
-Может мы должны сказать ему? Я уверена, что он не знал.