Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Ettra]

Лес Хеллевальд

- Я должен выполнить обещание, которое дал, - наконец ответил потрошитель, все еще не глядя на девушку. - Очень важное обещание очень важному человеку. Правда, его нет теперь, этого человека... но обещания надо выполнять, ты так не считаешь?

-Нужно. - Кивнула Мэйс и замолчала. Она почувствовала себя виноватой за то, что напомнила о потере. Если бы знала, то не завел бы разговор. Ее любопытство не стоит неприятных воспоминаний. Она понимала как это - терять близкого человека. И если бы у нее самой осталось обещание, то Мэйс бросила бы на его выполнение все силы. Девушка грустно улыбнулась, вспомнив о брате. Одиноко без того, кто был лучшим другом. Поддержкой и опорой. Мэйс вздохнула и опустила голову на плечо Хекса, закрывая глаза. Так было удобнее и теплее.

[Leo-ranger]

Лес

Лиинда просто подошла к лагерю, уселась на бревно и как ни в чем не бывало вытащила из сумки какую-то мазь, принялась втирать в руки . Волк лег ей на ноги, прижавшись, видимо, желая согреть свою новую подругу.

[Perfect Stranger]

Лес Хеллевальд

 

Одиноко без того, кто был лучшим другом. Поддержкой и опорой. Мэйс вздохнула и опустила голову на плечо Хекса, закрывая глаза. Так было удобнее и теплее.

 

Хексарион вздрогнул от этого жеста, и почти что неверяще покосился на девушку. Она что... доверяет ему? После всего, что узнала и увидела тогда на крыльце? Нет, это просто смешно. Такого не бывает. Даже Фелкин, которая понимала его как никто другой, в конце концов ушла, и, наверное, правильно сделала. Он только хотел надеяться, что она проживет немного дольше. Пускай и там, где потрошитель никогда не найдет ее.

Так будет лучше...

- Если тебя все еще интересует ответ на твой первый вопрос... - тихо сказал он, стараясь не шевелиться, чтобы не спугнуть девчушку. - То мне просто захотелось это сделать. Показать тебе, кто я такой. Ты была права, я человек... но и дракон тоже. И я не хотел, чтобы...

"Чтобы ты пострадала".

Он замолчал, глядя в темноту. Он нес какой-то бред, впрочем, как и обычно в таких ситуациях. Сестре никогда не нужно было ничего объяснять, потому что она чувствовала все сама. А как объяснить то, что само по себе не поддается никакой логике? Хекс даже себе не мог сказать, зачем и почему он общается с Мэйрис. Они были настолько же разными, насколько лев отличается от ягненка. Или дракон - от человека.

[Элесар]

Лес

 

Теплолюбивая островитянка сидела чуть поодаль от остальных, кутаясь в тёплый плащ и дрожа, как осиновый лист. Сейчас она проклинала себя за идею прийти в город, ночи в окрестностях которого и в нём самом были просто до ужаса холодными. Сейчас она, пожалуй бы, не отказалась бы и затискать в объятиях Алейру до полусмерти...

[Ettra]

Лес Хеллевальд

- Если тебя все еще интересует ответ на твой первый вопрос... - тихо сказал он, стараясь не шевелиться, чтобы не спугнуть девчушку. - То мне просто захотелось это сделать. Показать тебе, кто я такой. Ты была права, я человек... но и дракон тоже. И я не хотел, чтобы...

 

-Ты человек - это главное. А та вторая сторона... Может она и ужасна, но ты контролируешь это. В лесу с волком и сегодня в подвале ведьмы ты поступил как человек. Хорошо поступил. - Мэйс приподнялась и посмотрела в серые глаза, ставшие чуть теплее, чем обычно. Пусть он думает, что является зверем. Пусть считает, что его должны бояться. Она не испытывает страх, она видит перед собой человека. И если Мэйрис может показать это ему, то сделает. По крайней мере, пока не придется разойтись разными дорогами. Уже завтра все закончится и скоро можно будет отправится в Орлей. А сейчас она надеялась, что Хекс прислушается. Это уже много.
Через несколько минут девушка обмякла и тихо засопела. Оказавшись после насыщенного дня в теплых и уютных объятиях, Мэйс наконец расслабилась и смогла заснуть.

х

Изменено 22 января, 2015 пользователем Aloija

[Лакич]

Лес Хеллевальд

 

В лес или на бал, но хорошо выглядеть надо всегда - обыденная истина, которую так сложно исполнить! Именно поэтому магистресса умудрилась заменить испорченную мантию на более теплый кафтан и привести себя в порядок за ужасно короткое время. В любом случае, по команде потрошителя и Алейра, и ее ручной зверек были готовы выступать и смиренно ждали остальных у двери. Что удивительно, но дорога в компании трэлла была куда более удобное, нежели их небольшое путешествие в горы без Мяска.

- От священников одни проблемы, зачем они вообще нужны? Зачем вообще нужна религия? Создателя все равно нет, а Древние Боги - лишь большие и умные ящерицы, - от философии чародейка недовольно поморщила носик, укутываясь в собственный кафтан. - Ладно, ты можешь меня поставить на землю, - ах да, Алейра, после случившегося в Антиве, взяла привычку использовать трэллов в качестве средства передвижения. И ведь правду говорят, что все гениальное - просто. И тепло, и не устала, и почитать можно, если погода позволяет.

- Я также аннексирую твой шарф, - такие мудреные слова Мяско не понимал, но перечить словам магов - себе зла желать, именно этот урок он усвоил достаточно хорошо. Флавий, нацепив шарф мертвеца, лениво, нехотя спустилась на землю

- Ну что, здесь не так тепло, как у нас, в Империи? - обратилась чародейка к Кае. Естественно, как любой добропорядочный гражданин Тевинтера, Алейра считала Сегерон частью Империи. - У меня было вино в сумке, но, увы, я его выпила, - тевинтерка сунула руки в карманы, неуютно потоптавшись на месте. Холодно ведь.

[Leo-ranger]

Лес

- У меня осталось еще немного вина,- она извлекла полупустую бутылку.- На пару глотков должно хватить,- эльфийка вопросительно посмотрела на Каю с Алейрой.

[Элесар]

Лес

 

- Не знаю как в Империуме, а на Сегероне вообще жара, - фыркнула Кая, понимая, что это можно употребить к острову в совершенно разных смыслах. Она посмотрела на эльфийску и кивнула. - Ч-что угодно, чтобы согреться.

[Лакич]

Лес

- В Минратосе тоже не ледник, как здесь,- фыркнула в ответ Алейра, переводя взгляд на Лиин. - Вино? Я бы не отказалась от подогретого вина с корицей, но... - чародейка пожала плечами. - Корицы у нас нет, а костер разжигать нельзя, увы.

[Leo-ranger]

Лес

- Оно еще теплое, магистр, большего предложить не могу…- эльфийка сделала несколько глотков и передала бутылку Кае.- Я бы и сама не отказалась от горячей похлебки и чая, но что есть, то есть,- чувствуя, как благоговейная жидкость растекается по телу, она прикрыла глаза. Волк, поняв, что так не особо помогает хозяйке согреться, умудрился залезть на бревно, не смотря на не маленькие размеры и прижался к её боку. Так было на порядок лучше, стоило признать.

[Элесар]

Лес

 

- Точно. Скучаю по джунглям. Желающих сожрать тебя там столько же, зато куда теплее, - кивнула Кая и, приняв у Лиин вино, сделала глоток. - Ну... хоть так.

Девушка ещё отпила вина и протянула бутылку Алейре.

[Лакич]

Лес

- Скучаю по теплым дождям, роскоши и служанкам, - на этом минутка ностальгии закончилась, а Алейра, приняв вино, кажется, больше сосредоточилась на опустошении бутылки, нежели на собеседницах.
- Гадость привозная. Из Вольных Марок, я больше чем уверена, - тевинтерка протянула вино эльфйке.

[Элесар]

Лес

 

- Что скажешь, рыжая, обменяла бы часть своих титулов на тёплую постель и горячую еду? - неожиданно для самой себя рассмеялась Кая. Напряжение понемногу уходило, хоть она и понимала, что до развязки им ещё ой как далеко. Вино разносило по организму приятную теплоту и заставляло расслабиться в компании этих людей, с которыми, казалось, у неё мало общего.

[Leo-ranger]

Лес

- Я бы предложила вам согреться об эту тушку, но вы-то все равно откажетесь,- ласково отозвалась она о Старейшине, зарываясь рукой в его густую шерсть.- Эх, сейчас бы оказаться подальше от этого проклятого Нордботтена,- Лиин забралась на бревно уже с ногами и легла на волка, как на подушку. Тот лениво фыркнул, но позволил напарнице лежать дальше.

[Элесар]

Лес

 

- Боюсь, что откажется сама тушка, - ответила Кая, с улыбкой глядя на на питомца Лиин, после чего откинулась спиной на ствол дерева и прикрыла глаза. - Большого выбора, где нам оказаться как минимум сегодня у нас нет, так что... будем скучать по солнцу и тёплым дождям вместе.

Сегеронка в памяти сами собой всплыли приятные образы: о том, как она ночевала со своим племенем в джунглях, как им приходилось постоянно переходить с места на место, но каждый новый лагерь был чем-то диковинным, необычным и обещающим новые приключения. Немного грустная улыбка скользнула по губам девушки, она плотнее укуталась в плащ и решилась запеть, негромко и не слишком весело, но была в этой песне какая-то надежда, на то, что ночь не будет бесконечной, и за ней придёт новый рассвет. Правда, вспоминая о том, что им ещё предстояло сделать, верилось в это с трудом, но ничего кроме этой веры у Каи уже не было... да и у остальных, наверное, тоже.

Спойлер

Тени, притаившиеся в деревьях причудливо двигались, "услышав" песню девушки, ей даже показалось, что образы родных становились более яркими и почти осязаемыми. Пока это тёплое (к сожалению, в переносном смысле) видение не ушло, Кая снова прикрыла глаза и попыталась хоть немного поспать.

 

 

х

[Фели]

Лес

 

Сидящая на земле Алейра, томно взирая на сегеронку, прикрыла глаза от очередного порыва холодного ветра. В долине ветра еще сильнее, вероятно - в Империи, и, тем более, Ривейне было намного, намного теплее... Кожа покрылась мурашками - даже теплая одежда не спасала. Трэлл, скорбно глазевший на изъятый у него шарфик, неожиданно заерзал - и весьма ощутимо. Словно пытался привлечь внимание хозяйки. Флавий недовольно открыла один глаз, мысленно уже сдирая кожу со своего подопечного... Но все мысли с тихим завыванием вылетели из головы.

Прямо перед нею, на холодной земле, сидел белоснежный голубь. Голубь, благодушно курлыкнув, склонил головку набок - взирая на вытаращившуюся магессу черными глазками-бусинками. Эта птица, похоже, не боялась людей от слова "совсем" - другие наемники Хексариона лишь с удивлением взирали, как белая птица без обиняков начала карабкаться на колени рыжеволосой магессы. Достигнув "вершины", голубь радостно распушил перья.

[Perfect Stranger]

Лес Хеллевальд

 

Через несколько минут девушка обмякла и тихо засопела. Оказавшись после насыщенного дня в теплых и уютных объятиях, Мэйс наконец расслабилась и смогла заснуть.

 

Потрошитель не двигался, глядя, как на волосы Мэйрис медленно опускаются снежинки. Подняв свободную руку, он смахнул их прочь - и накрыл ее потеплее плащом. Взгляд переместился с ее лица на шею, где под бледной от холода кожей билась тонкая вена. Хексарион несколько секунд смотрел на нее, о чем-то размышляя, пока не осознал, что наклонился к девушке почти вплотную. А ведь он даже не заметил, как это произошло. Пока она рядом, Мэйрис не в безопасности.

С усилием отвернувшись, он попытался отрешиться от всего, раздумывая над собственным планом. Мэйс тихо спала у него на плече, и ее пора было бы уже будить, но...

Но сейчас... пусть погреется и отдохнет, пока есть время. В конце концов, это временное затишье им всем нужно было использовать с толком. Подняв голову, он всмотрелся в небо - снеговые тучи закрывали и луну, и звезды, но полночь близилась. В темноте будет куда удобнее тайком проникнуть в поместье, если не использовать свет и двигаться тихо, а там уже разыскать баронессу. Если их поймают и они не смогут отбиться... Всех наемников ждет долгая, очень долгая смерть. За покушение на власть Аннабет всегда наказывала строго.

[Junay]

Лес Хеллевальд

 

Ему снился красивый сон...

Спойлер

… Он был в каком-то удивительном месте, похожим на сказочную картину: зеленая долина с ручьями и изящными мостиками, цветущие деревья, украшающие каменные склоны, вдалеке – что-то похожее на городок, теряющийся в тумане.
- О… - выдохнул он, очарованный красотой этого места.
- Ты считаешь, что сделал правильно, убив лавочника? – тихий женский голос его не удивил.
Конечно же, это была она.
- Нет, я… Я не знал, что еще можно было сделать. Он грозился сдать нас всех страже, а не все из нас – конченые уроды, заслуживающие смертной казни. 
- И ты, по обыкновению, когда не знаешь, что можно сделать, просто убираешь свою «проблему»? Единственным способом, на который способен?
-  А что мне оставалось делать? Ждать, пока прибежит стража и арестует всех? Пусть уж лучше меня считают убийцей. Мне жаль, что все так закончилось… - Он внезапно осекся, почувствовав что-то... Дежа вю?
Некоторое время женщина молчала. Затем вздохнула:
- Хочешь остаться здесь? Ты можешь выбрать этот вариант.
Мужчина взглянул на нее из-под бровей:
- Здесь – это где?
- В Тени, конечно же. Твое тело – умирает. От мороза. От потери крови. Ты можешь либо  проснуться сейчас, либо… Перейти в лучший мир. – она обвела руками картину, открывшуюся перед ним.
- А как же искупление и та твоя хрень, которую нужно собрать?
- Само собой, этот путь будет закрыт. – усмехнулась женщина. – Но решай скорее, иначе ты останешься здесь навсегда против своей воли!
Он отрицательно мотнул головой, отчего его длинные волосы (у него уже длинные волосы?) разлетелись, как крылья ворона:
- Нет. Это – иллюзия, а там у меня еще дел полно! И да, я все-таки планирую собрать этот твой рисунок, и… Как там говорят? Не сегодня!
- Не сегодня, так не сегодня. – фыркнула женщина и влепила ему звонкую затрещину: - Просыпайся!

 

- А? Что? - Рико резко дернулся и открыл глаза.  Было темно, настолько, что он едва мог различить окружение. 

Лес. Ну, да, они же в лесу...

Взгляд его наткнулся на спящего волка и некоторое время он тер глаза, думая, что ему это видится. Во имя Создателя, откуда здесь взялся этот волк? И почему на нем спит эльфийка, как на матрасе? Какая-то  древняя эльфийская магия?  Остальные, похоже, тоже спали, но он больше не рискнул сомкнуть глаз. Замерзнуть он не хотел. 

"Не сегодня".

[Драккон де Морей]

Лес Хеллевальд

 

Пока ветер тихо подвывал на окраине леса, Страж вместе с соколом устроились поудобнее на снегу, закутавшись в плащ. Они довольно часто вместе засыпали, встречая вместе сны, или же – кошмары о Порождениях Тьмы. Скальд был одним из немногих животных в рядах Серых Стражей, переживших Посвящение. От этого его связь с Анри была еще сильнее. В особо эмоциональные моменты они могли понимать друг друга без слов, но давалось это плохо. Для этого нужны тренировки месяцами, на которые у Стража не было времени. Да и вообще, он считал, что большей связи между ними и не нужно.

 

Сон

Неизвестный Тейг

 

Анри открыл глаза от сильного удара в грудь, от которого затрещали ребра. Над ним нависло почерневшее рогатое лицо огра, оскалившееся на свою добычу гнилыми клыками. По позе огра было видно, что он собирался перекусить незадачливым Стражем, который уже откатился в сторону, превозмогая боль. Схватив меч и щит, Анри ринулся в атаку на Огра. Сокол тем вренем уже пикировал на огра, целясь когтями ему в глаза.

"Дезориентируй его. Я добью. " - Страж нанес два рубящих удара по коленям огра, отчего тот, взвыв, рухнул на землю. Пара ударов в грудь , и .... но нет, огр это не гарлок, так просто его не одолеть. Огры были почти что самой мощной единицей разрозненной армии, если можно так выразиться, Порождений Тьмы. Иногда, даже после того, как Огр пал, не подавая признаков жизни, он мог встать как ни в чем не бывало без единой царапины - о себе давала знать бешеная регенерация тканей. Такой могли бы позавидовать даже красные храмовники.

 

Удар лапой, и вот, Страж уже растекся по каменной глыбе, врезавшись в нее шлемом. В ушах стоял гулкий звон, эхом отдающийся по огромному пространству. Скальд тоже куда-то исчез, оставив орлесианца на растерзание Огру. Оттолкнувшись от каменной глыбы, словно от трамплина, Анри взмыл в воздух и рассек огру голову. Теперь уже мертвый огр пал замертво, истекая черной , как ночь, кровью. Анри достал из-за пазухи склянку с горючей жидкостью и огниво. Через пару минут тело огра горело очищающим огнем. Но это было лишь начало ... из темноты на Стража налетел крикун ... 

 

Тело Стража импульсивно задергалось на снегу, оставляя причудливые следы. Взяв себя в руки, он очнулся, все еще дрожа - то ли от холода, то ли от страха. Бездонными черными глазами на него смотрел Скальд.

[Лакич]

Лес

Алейра молчала, склонив голову на бок и тихо смотря прямо в маленькие, хитрые глазки-бусинки голубя. Эта птица была удивительно умным, смышленым созданием, и если принять к сведению последние события, произошедшие с отрядом, то интеллект голубя явно не уступал уму некоторых личностей. Чародейка обернулась; большая часть импровизированного лагеря дремала или тихо ожидала приказа выступать.
- У меня для тебя ничего нет, - тихо сказала магистресса, осматривая птицу.
Черные крылья - черные вести, а что насчет белых?

Х до шести. И да.
Няшный голубь ^^

[Perfect Stranger]

Лес Хеллевальд

 

- Мэйрис.

Бастард толкнул девушку в плечо, которая уже второй час спокойно спала, прижавшись к теплому телу потрошителя. Но полночь приближалась, и время поджимало - нужно было выдвигаться, к тому же путь был неблизкий. Обойти город, перебраться через стену, окружавшую поместье, и попасть внутрь через охраняемый черный ход. Дальше - по коридорам до комнаты матушки. После ее смерти сразу станет легче разобраться с остальными делами... Главное, заставить ее написать завещание.

- Просыпайся, - сказал он снова, когда девушка не ответила на тычок, лишь нахмурилась и улеглась поудобнее.

[Элесар]

Лес

 

Казалось, лесные тени проникли в её сон и захватили его, заставив другие образы отступить под их усиливающимся натиском. Обычно яркие ночные видения сейчас были размыты и плохо различимы - кажется, она видела кого-то из своих близких... а ещё женщину в белом - духа. Но говорить сейчас с Каей никто из них не собирался, они даже и не думали приближаться или просто пройти в её сторону. Точно подёрнутые дымкой, они блуждали где-то на границе её сознания, тщательно охраняя её покой, столь недолгий, но необходимый.

Проснулась магесса от того, что снова почувствовала, что замерзает - вино перестало греть кровь, зато снежинки, одна за одной, медленно, но верно, превратили островитянку в отдалённую копию сугроба. Кая нахмурилась и, прижавшись ближе к стволу дерева принялась отряхивать себя от снежной шапки. Алейра о чём-то говорила с голубем: похоже, не только Лиин обзавелась в лесу дружком... Сегеронка тоже не отказалась бы от спутника, но единственными питомцами, что у неё были, оказались травы, которые она нещадно бросала в котелок. Не самая лучшая забота от хозяйки, стоит признать. Кая дотронулась до амулета на своей груди, спрятала его под одежду и мотнула головой, окончательно просыпаясь.

[Фели]

Лес

 

Не похоже, что на птице что-либо было. Почтового "тубуса", который Лютер прикреплял к лапке голубя, сейчас на последнем не было. Не прекращая курлыкать, голубь принялся чистить перышки - словно пытаясь Алейре что-то сказать.

Или же просто решил отдохнуть. Найти ученицу его хозяина в Андерфелсе, хлипком городишке, в лесу...

Были ли вообще границы у разума этого голубя? Или это вообще не тот голубь? Последнее - более чем сомнительно.

[Junay]

Лес

 

" А ведь ты теперь не сможешь выполнить поручение  Преподобной!" - мысль, возникшая в голове Рико, заставила его челюсть медленно отъехать вниз.

Ой. И не простой "ой", а "Ой-ой-ой!" Но действительно, теперь, убив лавочника, и став в городе персоной нон-грата, он уже не сможет заявиться в Церковь с "пожертвованием" от Преподобной матери Монастыря Святой Андрасте... 

- Cosa sarebbe questo schifo ass cagna scopata! - застонал Рико, обхватив голову руками.

И что ему теперь делать? Нет, действительно - что?

Взять награду и возвращаться в монастырь, оправдываясь, что возникли "препятствия, которые воспрепятствовали" его миссии?

Хорошо еще, что монахи, в отличие от Воронов, при провале все таки не должны резать себе горло...

[Ettra]

Лес

- Просыпайся, - сказал он снова, когда девушка не ответила на тычок, лишь нахмурилась и улеглась поудобнее.

-Ммм? - Занкомый голос все таки смогу разбудить девушку. Мэйрис приоткрыла глаза и рассеянно огляделась вокруг. Лес, ночь. Значит скоро и битва. Во время сна легко было об этом забыть, поддаться образам и воспоминаниям. Ее окружало что-то родное, светлое, так напоминающее дом, семья. Она скучала по ни, по ощущению безопасности, что давали родные места. Скучала даже не смотря на то, что ушла. В этом сне небыло никаких волнений и тревог. В рельности же  ее окружает ледяной зимний лес, а впереди ждет неизвестность. 
-Уже пора? Так скоро? - Мэйс отодвинулась от Хексариона и потерла щеку, на которой лежала. Наверное она спала уже пару часов, хотя казалось прошло не больше десяти минут. Краткая, но такая необходимая передышка перед бурей.