Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Leo-ranger]

Лес

Зо злобы хотелось ударить кого-то, но рядом было только деревце. Пришлось изливать свои страдания ему…

Бросок на поиск дерева

[Элесар]

Лес

 

Осознав всю тщетность бытия Кая попыталась найти хоть что-нибудь ценное, что могли оставить разбойники... Если бы в Тедасе был аналог буддизма, пожалуй, туда бы островитянка сейчас с радостью подалась.

 

На заработок

 

[Perfect Stranger]

Лес

 

Зо злобы хотелось ударить кого-то, но рядом было только деревце. Пришлось изливать свои страдания ему…

 

Похоже, мир сегодня решил окончательно доконать бедную эльфийку. Со злобы пнув дерево, она не заметила, что то уже угрожающе накренилось... и этот легкий удар подкосил его. Раздался громкий сухой треск, и дерево, взмахнув печально ветвями, словно руками, рухнуло прямиком на стоящую под ним Лиинду, едва не расплющив. Она успела откатиться в сторону, но рука предательски хрустнула...

 

Лиинда получает травму (-50%)!

 

Кая уныло брела по тропинкам, вытоптанным живущими здесь мародерами, и даже зашла в землянку. Похоже, они ожидали гостей, потому что магесса едва успела отпрыгнуть от сработавшей ловушки-самострела. Облегченно выдохнув, она сделала шаг назад и... поскользнулась на обледеневшем пороге, стукнувшись затылком об землю.

 

Кая получает 11 пунктов урона!

[Leo-ranger]

Лес

Лиин крутилась от боли, стонала и держалась за руку, попыталась вытянуть аптечку и случайно закатилась в кусты. Что-то хрустнуло…

Давай, кубик, бахни единичку! Ценности Изменено 4 февраля, 2015 пользователем Leo-ranger

[Лакич]

Лес

Деньги - это пустое, собственно, как и оружие, купленное за гроши. Но честь, гордость, достоинство не только Алейры, но и всего отряда, казалось, смешали с грязью, как теперь жить?
- Эльфийка, ты их хоть подслушала?

- Вот ты где, - фыркнула магесса, завидев свой родненький посох.

Аля возвращает посох!
На поиск Изменено 4 февраля, 2015 пользователем Лакич

[Элесар]

Лес

 

Высказавшись примерно так же грязно, каким был пол в землянке разбойников, Кая вышла из жилища и побрела в сторону, откуда доносились голоса Алейры и Лиин. По дороге, само собой, она не могла не поискать каких-нибудь трав. Пятая точка яростно желала приключений!

 

на ингредиенты

 

Кая находит: эмбриум (2)!

[Perfect Stranger]

Лес

 

Лиин крутилась от боли, стонала и держалась за руку, попыталась вытянуть аптечку и случайно закатилась в кусты. Что-то хрустнуло…

 

...и оказалось это веткой под лапой грозно глядящего на эльфийку фенека. Лисица явно не была рада тому, что так близко к ее норе шумят, кричат и топают. Кроме того, ее привлек запах крови. Прижав большие уши к голове, фенек бросился на Лиин и храбро вцепился острыми зубами ей в шею. Оставив несколько длинных кровоточащих царапин, он рванулся обратно в чащу, когда Лиин свободной рукой отпихнула пушистого зверька в сторону.

 

Лиин получает 26 пунктов урона!

[Ettra]

Кузня - Таверна

После долгой и утомительной работы, Мэйс наконец осталась довольна полученной броней. Гибкая и прочная кожа не будет сковывать движения потрошителя, а металлические пластины уберегут от удара, который мог бы убить. Ничего лучше она пока что не делала, даже ее собственный доспех из галлы уступал в аккуратности.
Потрошитель все еще был в таверне, когда девушка вернулась из кузни. А вот Рико ушел, но, пожалуй, это было к лучшему. Не хотелось отвлекать Хекса от важного разговора из за какого то подарка.
- Ну вот, я вернулась, - с улыбкой сказала Мэйрис подойдя к столику. Чуть смутившись она протянула Хексу броню. - Держи, это тебе. Я сделала. Ты хотел броню и после того боя... Так что вот.

Спойлер

Изменено 4 февраля, 2015 пользователем Алойя

[Junay]

Грейвен - окраины

 

Закончив с покупками, Рико решил прошвырнуться к лесу,  и посмотреть, не видно ли в округе остальных собратьев по несчастью. А в том, что их группу преследуют несчастья, он не сомневался. 

Мужчина незаметно юркнул на задворки и пробирался из городка, осторожно осматриваясь. Вдруг еще кто-то швырнет в него камень?

 

(заработок)

 

[Perfect Stranger]

Харчевня

 

- Ну вот, я вернулась, - с улыбкой сказала Мэйрис подойдя к столику. Чуть смутившись она протянула Хексу броню. - Держи, это тебе. Я сделала. Ты хотел броню и после того боя... Так что вот.

 

Хекс хотел было уже направиться на улицу, когда едва не столкнулся нос к носу с Мэйрис. Та явно была чем-то взбудоражена и смущена, и сначала он даже не понял, о чем девушка там лопочет. Но опустив взгляд, увидел аккуратно сложенную броню. Веридий, светло-серый металл с едва заметным песочным оттенком, и темно-бурая медвежья шкура. Похоже, полезность арбалетчицы он недооценил еще больше, чем думал поначалу.

- Я... э-э... - протянул он, немного ошарашенный таким напором. Да и что греха таить, он был удивлен. - Я должен тебе заплатить за нее. - Он достал из кармана две золотых монеты и вложил в руку девушки. - Вещь дорогая. И, хм... ты сделала ее очень... хорошо, - добавил он, понятия не имея, как лучше похвалить Мэй за то, что подумала о нем. Такая забота была действительно трогательной.

 

-2 золотых

[Leo-ranger]

Лес

Лиин громко и страстно застонала, пытаясь справить с болью. Фен'Хагрен же бросился в чащу, откуда вскоре раздался предсмертный вой фенека. Так ему и надо. Долийка вытвщила аптечку, залпом выпила зелье и принялась магичить над поломанной рукой, пытаясь наложить шину…

[Ettra]

Грейвен

- Вещь дорогая. И, хм... ты сделала ее очень... хорошо.

Девушка ошарашенно и удивленно посмотрела на монеты в своих руках, а потом на потрошителя. Он предлагает деньги? За подарок? Ей был приятно делать и дарить броню, о деньгах, что потратила, она подумала в последнюю очердь.
- Это бесплатно, Хекс. Я просто захотела ее сделать и сделала, ничего не нужно. И не возражай. Пожалуйста. - Мэйрис вернула потрошителю монеты и опять улыбнулась. - Надеюсь она будет хорошо сидеть, я же не меряла, когда делала.

-2 золотые

[Perfect Stranger]

Харчевня

 

- Это бесплатно, Хекс. Я просто захотела ее сделать и сделала, ничего не нужно. И не возражай. Пожалуйста.

 

- Что ж... - он невнятно пожал плечами, не сводя глаз с брони. Когда удалось рассмотреть ее получше, стало видно, что она действительно хороша - даже великолепна. Спорить с Мэй сейчас у него не было никакого желания, поэтому он просто поднялся по лестнице и вошел в комнату. Старую броню, помятую и покореженную, можно было выкинуть... но вдруг еще понадобится. Предусмотрительно сложив ее в вещмешок, потрошитель принялся надевать новый комплект. Все ремни и застежки были прочными и удобными, да и сами доспехи выглядели как раз ему под стать. Повесив мечи на новую перевязь, он собрал оставшиеся вещи, закинул сумку на плечо и спустился вниз.

- Пошли, мы как раз говорили с монахом о том, что нам нужно уходить. Как можно скорее. В деревне назревает бунт, и мы - первые подозреваемые, - сказал он, подходя к дверям. - И, Мэйрис... - он помолчал, глядя куда-то в пространство, а затем словно встряхнулся, сбросив странный морок. - Спасибо.

[Ettra]

Таверна

- Пошли, мы как раз говорили с монахом о том, что нам нужно уходить. Как можно скорее. В деревне назревает бунт, и мы - первые подозреваемые, - сказал он, подходя к дверям. - И, Мэйрис... - он помолчал, глядя куда-то в пространство, а затем словно встряхнулся, сбросив странный морок. - Спасибо.

Мэйс удовлетворенно оценила как ее работа сидит на потрошители. Все было идеально по размеру
- Мне это было только в радость, Хекс. Бунт? - Улыбка на лице девушки сменилась беспокойством. - Это все из за той луны, да? Все напуганы, это чувствуется. Рико узнал про бунт? - Мэйрис вспомнила обеспокоенное лицо священника, когда едва не столкнулась с ним, выходя из таверны.

[Mad Ness]

Лес

 

Тетушка, которую храмовник, убегая, схватил несколько ниже талии, поначалу хотела возмутиться и дать ему знатную затрещину, но потом рассудила, что это может повлечь целый ряд неприятных последствий для них обоих, учитывая то, что на хвосте висит погоня... да и приятно в конце-концов, а отсутствие показного возмущения можно списать на бессознательное состояние. Нужно же хоть иногда позволять себе расслабиться.

Во всей кутерьме, коя сопровождала безумную скачку по лесным оврагам и ухабам, Ядвига даже успела слегка задремать, прижавшись к груди храмовника. Проснулась она, когда Кая уже заканчивала перевязку ее боевых ранений.

- Ох... Спасибо, милая. - Сонно улыбнулась ведунья, - Держи, - Она покопалась в сумке и протянула девушке сверток повязок, пропитанных целебными составами.

- И тебе, мой рыцарь, благодарность моя и благосклонность. Коли потребуется специфическая помощь - обращайся. Там, скажем, болячку какую подлечить или рассудок вражий составом тайным одурманить.

Все еще тихонько охая и чуть припадая на правую ногу, тетушка продолжила путь вместе с остальными уже на своих двоих. До деревни такими темпами идти еще час или два, а потому она позволила себе отвлечься немного на поиски травок для пострадавшей пятки, которая, впрочем, уже почти и не ныла, после того, как ее коснулись руки рыцаря-церкви. Вот уж воистину чудо - наложение рук!

 

Но на одном лишь наложении рук чудеса сего дня себя не исчерпали, помимо прочего, на Ядвигу-мученицу снизошла ныне благодать. Нет. Не благодать Создателя. Хрустальная. Целых два кустика.

 

+2 хрустальная благодать, -1 аптечка (передано Кае)

 

Травки

Изменено 4 февраля, 2015 пользователем Mad Ness

[Leo-ranger]

Лес

- Они обсуждали какую-то Хозяюшку, которая, похоже, спасла их от участи быть съеденными Зверем… ну, быть отданными на кормежку. И еще эта Хозяюшка хочет скинуть Рубайло и прибрать к рукам деревню, насколько я поняла,- ответила Лиин Алейре как можно громче, надеясь, что и другие её услышат.

[Perfect Stranger]

Окрестности

 

Рико на этот раз никто не заметил и даже (о чудо, о вера в Создателя!) не кинул камень. Впрочем, он все равно ничего не нашел. Один раз показалось, будто в стоге сена у какого-то сарая промелькнуло нечто, похожее на кошелек, но то на поверку оказалось лишь старым сапогом. Зато когда монах осматривал сарай, то в полутьме случайно наступил на валяющиеся там грабли. Шишка на голове послужила ему хорошим уроком больше никогда не связываться с селянами.

 

Рико получает 12 пунктов урона!

[Junay]

Окраины

 

"Да уж, что-то мне сегодня не везет". - уныло потер  шишку на лбу Рико.  Он вышел из сарая и некоторое время смотрел на лес. Однако, ни кого из их отряда не увидел. Да и горожан на опушке не было, Зато приметил одну рудную жилу, выходящей из каменистого склона. Достав кирку, он решил потрудиться на благо Создателя. ну, или на свое благо - это как посмотреть.

 

(добыча металла)

 

[Элесар]

Лес - > Дом Рунвальда

 

- Странная эта хозяюшка. И то, что их не съели здесь тоже очень странно... Что-то не так с этим зверем, - покачала головой Кая, услышав рассказ эльфийки. - Я пойду в город, нужно к алхимику заглянуть. Встретимся в харчевне.

Попрощавшись с Алейрой и Лиин, девушка медленно побрела в сторону Грейвена. Настроение города изменилось почти осязаемо, если и раньше островитянке было неприятно там находится, то теперь её почти мутило от того, как её встретила деревенька. Стараясь не смотреть ни на кого из местных, магесса побрела к отдалённому домику.

- Добрый день. Я воспользуюсь вашим очагом? И у вас никаких трав в продаже нет случайно? - слабо улыбнувшись старику, спросила Кая.

 

В продаже: хрустальная благодать (4)!

[Perfect Stranger]

Окраины

 

"Да уж, что-то мне сегодня не везет"

 

Точнее и сказать было нельзя. Ибо как только кирка ударилась в жилу, оказалось, что камень настолько затвердел, что его совершенно невозможно было разбить. Отскочив от него, острый рабочий инструмент по инерции вонзился прямо в живот бедного Рико. Тот вскрикнул и упал, зажимая руками рану, из которой тут же захлестала кровь, и выронив кирку.

 

Рико получает травму (-50%)!

[Mad Ness]

Дом Рунвальда

 

В домике как всегда царил довольно специфический запах - смесь ароматов трав, сырости и копоти. Рунвальд чуть улыбнулся вошедшей и выложил перед ней четыре пучка хрустальной благодати. - Во-о-от, последний мой урожай. - Пробормотал он, продолжая что-то перетирать в ступке, несмотря на довольно странно прозвучавшие слова о последнем урожае, травник, казалось, был совершенно спокоен и занимался привычным ему делом, словно окружающий мир и происходящие вокруг события его вовсе не заботят.

 

В продаже: Хрустальная благодать (4)

Изменено 4 февраля, 2015 пользователем Mad Ness

[Perfect Stranger]

Харчевня - Грейвен

 

- Взломщик подслушал, как святоша подбивает народ на бунт, называя всех пришельцев малефикарами, - мрачно отозвался Хексарион, выходя на крыльцо и глядя на сгущающиеся тучи. - А что говорил староста, ты сама слышала. Надо бы делать ноги, но... понятия не имею, куда разбрелись наши неудачники. Думаю, самое время заглянуть к магистру. Пускай даст нам наводку на Зверя, мы его выследим, заодно этим снимем с себя все подозрения. И получим наши деньги. Эй, ты, - он обернулся и махнул рукой Вересу. - Идем, у нас еще много дел. Самое время вливаться в команду, раз уж ты с нами.

[Mad Ness]

Окраины

 

Ненадолго задержавшись на опушке леса и поотстав от остальных, Ядвига наведалась к полому пню, который заприметила еще прошлым полднем, собирая травы. Подавив в себе желание превентивно влить в дупло пня отраву, во избежание всяких-разных фенеков, она, призвав на помощь духов, засунула руку внутрь и слегка пошарила, в поисках чего-нибудь полезного.

 

Ценности

 

[Junay]

Окраины

 

Свирепо выругавшись, сквозь зубы, Рико осмотрел рану. Не смертельная, по крайней мере.  Вытащив из сумки бинты, он смазал ее мазью и крепко перевязал. Позволить себе роскошь тратить дорогие аптечки на бытовую травму, Сова  не мог. 

Мысленно проклиная эту вонючую помойку, в которой его угораздило застрять, антиванец направился  в таверну.

[Элесар]

Дом Рунвальда

 

В домике как всегда царил довольно специфический запах - смесь ароматов трав, сырости и копоти. Рунвальд чуть улыбнулся вошедшей и выложил перед ней четыре пучка хрустальной благодати. - Во-о-от, последний мой урожай. - Пробормотал он, продолжая что-то перетирать в ступке, несмотря на довольно странно прозвучавшие слова о последнем урожае, травник, казалось, был совершенно спокоен и занимался привычным ему делом, словно окружающий мир и происходящие вокруг события его вовсе не заботят.В домике как всегда царил довольно специфический запах - смесь ароматов трав, сырости и копоти. Рунвальд чуть улыбнулся вошедшей и выложил перед ней четыре пучка хрустальной благодати. - Во-о-от, последний мой урожай. - Пробормотал он, продолжая что-то перетирать в ступке, несмотря на довольно странно прозвучавшие слова о последнем урожае, травник, казалось, был совершенно спокоен и занимался привычным ему делом, словно окружающий мир и происходящие вокруг события его вовсе не заботят.

 

Почему-то от слов о последнем урожае, сердце девушки точно кто-то схватил ледяной рукой и сильно сжал. Дыхание перехватило, она воззрилась на старика широко распахнутыми глазами и не сразу поняла, что он выложил перед ней травы. Кая сглотнула внезапно возникший в горле комок, кивнула и выложила перед Рунвальдом деньги.
- Я возьму два кустика и аптечку... Спасибо.

 

- 1 золотой и 10 серебряных монет + 2 хрустальные благодати + аптечка.

 

Решив, что разрешение она получила и, стараясь отогнать нехорошие мысли, островитянка опустилась на пол рядом с огнём и разложила всё необходимое для работы.

Как всегда за работой, Кая запела, но на этот раз получилось не очень весело, да и песенка была неподходящей... Но мотив всё никак не мог уйти из её головы и магесса напевала его, пока её руки сноровисто мелькали, смешивая необходимые ингредиенты...

 

...Тише... Чу! Скрип ступеньки, слышишь?"
Серце замерло в груди. То уже не мыши...

 

... на этом песню Кая закончила, тряхнула головой, закрыла поплотнее второй флакон крышкой и посмотрела на алхимика.

- Рунвальд... Вы слышали эту песню? Знаете чем она заканчивается?

 

//Основа Хрустальная благодать (LTD)
Восстановитель Эмбриум (DRT)
Результат: Зелье рассеяния (LT2D2) снимает с цели все эффекты, уменьшает точность цели на 1, на 4 ход после применения увеличивает входящий урон на 2 пункта, на 1 ход. //

 

- 2 хрустальные благодати, - 2 эмбриума, - 2 алхимических набора +2 зелья рассеяния +2 средних зелья приготовлено