Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Карт(он)]

Харчевня - Грейвен

Эй, ты, - он обернулся и махнул рукой Вересу. - Идем, у нас еще много дел. Самое время вливаться в команду, раз уж ты с нами.

- Я только этого и ждал. - Этот бугай начинал напоминать Басилио, он тоже не мог запомнить имя мага первые раз десять. Оставалось надеяться, что до показных драк перед девушками не дойдет. - Ведите, - "А я буду следовать тенью, как обычно".

[Junay]

Грейвен

 

Рико встретился с потрошителем возле самой харчевни, куда ковылял зализывать раны. Однако, судя по всему, покой им только снился. Что было неудивительно, учитывая настроения горожан, готовых в любой момент поднять их на вила. 

Но больше половины отряда по прежнему не было видно, и Рико уже начал подумывать, не прикопали их втихую горожане в ближайшей канаве.

При виде новой  брони нанимателя, он слегка приподнял брови - откуда взял такую хорошую броню?  В кузнице ничего подобного не продавалось. В любом случае, быть может теперь он меньше будет падать в бою, и на него не придется тратить зелья. 

[Perfect Stranger]

Грейвен

 

- А вот и ты... ну и видок, - прокомментировал монаха потрошитель, бегло кинув взгляд на разбитый лоб и перевязанный бок. Но вдаваться в детали не стал. Каким образом Рико удалось буквально за полчаса довести себя до полусмерти, было любопытно, но в данный момент неважно. День скоро перевалит за полдень, а с наступлением темноты Хекс уже намеревался выдвигаться на поиски Зверя. Если его "наемники" хотят просидеть в лесу все оставшееся время, пускай. Взяв с собой Рико, Вереса и Мэй, он двинулся по улицам к дому Рубайло. Настало время поговорить с этим магистром.

Пока они шли, молча, осторожно, стараясь не разбредаться и держаться группой, наемники начали ловить на себе колючие, странные взгляды. Вот одна почтенная крестьянская матрона едва успела захлопнуть ставни, едва только в ее сторону повернул голову взломщик. Какой-то мальчишка бросил еловую шишку в спину Мэйрис и тут же сбежал, сверкая пятками и почему-то хохоча. Двое грязных, замыленных работяг сопроводили компанию мрачными взглядами и шепотками, в которых явственно угадывались слова "Свято отец" и "малефик". Их отряд постарался пройти как можно быстрее, потому что у одного в руках был топор, а у другого - лопата.

"Вовремя твой кусок мяса дал тебе новый доспех".

"Да уж, ничего не скажешь, милое местечко. Надо было сразу отсюда валить..."

"Как? На бобрах?"

"Лучше пешком пилить до Долов, чем закончить распятыми на воротах деревни".

До небольшого дворика, предваряющего вход в дом Рубайло, и высокого крыльца из серого камня компания дошла в напряженном молчании.

[Leo-ranger]

Грейвен

Лиин ашдэла в город раньше остальных подошла к таверне примерно тогда, когда часть команды вышла оттуда. Эльфийка, немного подумав, направилась следом, похоже, на неё не особо обращали внимание, но оно и к лучшему. Если Мэйс увидит наложенную на поломанную руку шину она может начать тревлжиться почем зря. Остновившись позади остальных, она оглядела представший перед ними дом.

[Ettra]

Грейвен - У дома Рубайло

Мэйрис не была уверена, что у них хватит сведений о Звере. В конце концов, после прошлого похода к магистру они не узнали ничего нового. А те расплывчатые и не точные слухи, что они уже знают вряд ли сильно помогут. Но тянуть больше нельзя, чем раньше они закончат дело, тем целее будут. Шепотки за спиной и косые взгляды тревожили девушку. Обозленная толпа работяг с вилами в руках - куда страшнее и опаснее всего одного Зверя. 
Подойдя к дому Рубайло, Мэйрис наконец заметила идущую за ними следом эльфийку и вздохнула с облегчением. Из красильни та выбралась. Даже относительно целой.
- Лиин! Я знала, что ты сможешь уйти. Это ты поранилась, когда из красильни уходила, да? - Мэйрис ткнула на перевязанную руку Лиин.

[Leo-ranger]

У дома Рубайло

- Нет. Это я поранилась… короче, долгая история. Но здесь оруждовали мародеры, таскали живность местных. Им удалось уйти…- эльфка замолчала.- Они работали на Хозяюшку, которая хотела скинуть какого-то Рубайло и прибрать деревню к рукам. Подозреваю, это его дом?- предположила эльфийка.- Ну а руку я сломала когда на меня упало дерево. Кстати, ни у кого нет лишнего лука? Нет? Ладно. Изменено 4 февраля, 2015 пользователем Leo-ranger

[Perfect Stranger]

Дом Рубайло

 

Они работали на Хозяюшку, которая хотела скинуть какого-то Рубайло и прибрать деревню к рукам. Подозреваю, это его дом?

 

- Постой-ка, воровка остроухая. Осади. Ты что-то узнала о тех, кто подгадил нам на красильне? - потрошитель, уже приготовившись постучать в знакомые двери, обернулся к Лиинде. - Имени не узнала? Хм, Хозяюшка... мало ли у кого здесь такое прозвище. Но уверен, Рубайло сможет нам подсказать. Может быть, даже на цель наведет. За голову этой Хозяюшки он отвалит еще больше денег, чем за разлитую краску. Это ты вовремя подошла. Кстати, где остальные? Они выжили?

[Junay]

У дома Рубайло

 

Рико рассеянно провел рукой по голове - за время путешествия его  волосы  отросли и теперь лезли в глаза. Да и щетина на щеках уже давала о себе знать.  Цирюльника бы поискать, но куда сейчас! Теперь местный цирюльник с большим удовольствием ему перережет горло, чем побреет. 

И гребень не мешает прикупить...

 

- Они работали на Хозяюшку, которая хотела скинуть какого-то Рубайло и прибрать деревню к рукам.

 

- Хозяюшка? Какая же баба из местных способна тягаться с самим Рубайлом? Жена трактирщика была заинтересована в гибели его семьи, но она ли это? Хм... - задумался Рико.

[Лакич]

У дома Рубайло

 

Кстати, где остальные? Они выжили?

 

- Выжили, - сухо ответила Алейра, все это время лениво шедшая за Лиин. - А что вы? Разобрались с делом в красильне? И ты, милашка, покрасила рубаху? Надеюсь, что да.

 

- Хозяюшка? Какая же баба из местных способна тягаться с самим Рубайлом? Жена трактирщика была заинтересована в гибели его семьи, но она ли это? Хм... - задумался Рико.

 

- Возможно, я знаю кто это, - неуверенно сказала Флавий, гордо нахохлившись. - Но это звучит, простите меня, глупо. Однако это может быть прачка Алиенны.

[Perfect Stranger]

Дом Рубайло

 

- Служанка Алиенны? Я бы больше поставил на жену трактирщика, - фыркнул потрошитель, а затем кинул Алейре и Лиин по одной золотой монете. - Кстати, ваша доля. Хоть вы и не помогли нам на красильне, но я не могу позволить, чтобы мои люди ходили в обносках. Купите себе доспехи и оружие получше, потому что сегодня мы идем на охоту. На большую охоту, - он холодно улыбнулся, размышляя, стоит ли говорить им о том, что видела в лесу Мэйрис. И о сделке, которую он заключил с охотниками на монстров.

Пока что им можно было обойтись и без этого знания...

 

+1 золотой Алейре

+1 золотой Лиин

-2 золотых Хекс

[Junay]

У дома Рубайло

 

- Возможно, я знаю кто это, - неуверенно сказала Флавий, гордо нахохлившись. - Но это звучит, простите меня, глупо. Однако это может быть прачка Алиенны.

 

- Прачка дочки старосты?  Мелко слишком. Хотя... В тихом омуте, как говорится... - Рико вздохнул. - Еще одна мутноватая бабенция - Болли, которая меня запраторила в тюрягу.  Когда я к ней пришел, она разговаривала... То ли сама с собой, то ли с кем-то, кого потом в комнате не оказалось. Конечно, может, старушка просто слаба на голову, вот и ведет сама с собой беседу...

"Как мы с тобой, верно?" - хмыкнул голос в его голове.

[Лакич]

Дом Рубайло 

 

- Отлично-отлично, - Алейра золото любила, золото Алейру, кстати, тоже, но вот незадача - эта пара никогда по долгу вместе не задерживалась. Видимо, такова судьба этой странной истории любви. - А что там у наемника есть кроме золота? Он что-то еще предлагал, нет? 

[Ettra]

У дома Рубайло

- Прачка дочки старосты?  Мелко слишком. Хотя... В тихом омуте, как говорится... - Рико вздохнул. - Еще одна мутноватая бабенция - Болли, которая меня запраторила в тюрягу.  Когда я к ней пришел, она разговаривала... То ли сама с собой, то ли с кем-то, кого потом в комнате не оказалось. Конечно, может, старушка просто слаба на голову, вот и ведет сама с собой беседу...

- В этой деревне бывает спокойно? - Вздохнула Мэйс и привалилась к стене дома. Она искренне хотела помочь жителям деревеньки, но создавалось впечатление, что они специально множат проблемы. Зверь, убийство семьи Ивора, Красная Луна, эта "Хозяюшка"... Слишком много всего в одно время и в одном месте. Мэйс жутко устала от всего этого и сейчас хотела побыстрее разобраться со зверем и, наконец, уйти. - Мне кается, что прачка слишком занята Басилио... Они были вместе, когда я относила рубашку.

[Perfect Stranger]

Дом Рубайло

 

- А что там у наемника есть кроме золота? Он что-то еще предлагал, нет?

 

- Вот ты сейчас сама у него и спросишь. Я что, похож на почтового голубя? - фыркнул Хексарион, взобравшись по ступенькам наверх и громко постучав. Он надеялся, что на этот раз никто не станет тыкать его арбалетом в лицо. Мэйрис он предусмотрительно подвинул назад, на всякий случай. В прошлый раз магистра они не застали. Будет крайне забавно, если он быстренько смотал удочки из Грейвена, пока его самого не распяли на столбе...

[Mad Ness]

Домик Рунвальда

 

Услышав пение девушки, старик тоже стал мурлыкать себе что-то под нос, но слишком тихо, чтобы можно было разобрать. Закончив толочь сушеные коренья, он отсыпал из ступки немного получившегося порошка на тонкой работы весы, отмеряя нужное количество, после чего, взяв отмеренную порцию, добавил ее к содержимому маленькой реторты, подогреваемой над пламенем спиртовки. Его чуть дребезжащий голос то становился громче, то затихал, словно бормотание человека в полудреме, но, в целом, постепенно Кая стала различать отдельные слова, а спустя некоторое время, позабыв даже помешивать варево в котелке и затаив дыхание, услышала:

 

Сколь ни плачь, сколь ни зови, но никто не слышит.
Не кричи, моя малышка, тише-тише-тише...
Не вернешься ты домой, к маме и братишке,
И теперь твоя перина - хвоя лишь, да шишки.

 

Старик чихнул, вдохнув, по видимому, ссыпаемый в горшочек для хранения порошок, закашлялся и оборвал пение. - Экгх... Я славный путь прошел по жизни, пускай окончен он теперь, созвать пора гостей ко тризне, и Старый Друг за мной закроет дверь...

[Карт(он)]

Дом Рубайло

Сказать что голова Вереса кипела - это ничего не сказать. Двое из наемников были не в лучшем состоянии, а тот факт, что эльфийка сломала руку от упавшего дерева, ввел мага в ступор. Как же сказки матери о народе долийцев? О их феноменальной ловкости и родстве с лесом, эх, но хоть о их красоте сказания не соврали. После же он переключился на ту, которая выдвигала просто безбашенные идеи. Все в деревне случилось по вине прачки, стоп, она вообще серьезно это говорит!? Со стороны же можно было увидеть только то, как брови паренька то заползали на лоб, то возвращались в привычное хмурое состояние
 

Изменено 4 февраля, 2015 пользователем Смотрящий из Бездны

[Mad Ness]

Дом Рубайло

 

- Эгей... Опять в полном сборе. - Раздался за спинами беседующих перед дверьми дома наемников преувеличенно жизнерадостный голос Ядвиги. - К кому это толпой ломимся? Али задолжали нам чего? - Она усмехнулась, подходя ближе. Стоит заметить, что за время проведенное в пути и несколько последних дней, кои прошли в деревне, тетушка несколько изменилась внешне, став куда больше похожей на типичную дикую ведьму, нежели на аристократичную даму, какой являла себя прежде... ну, если забыть о ее двусмысленных шуточках и нетрезвых выходках... Виной тому, пожалуй, было отсутствие большей части украшений, спрятанных обратно в закрома шкатулок, чтобы не потерять ненароком, да платье, порядком потрепанное суровой действительностью и щеголявшее совершенно нескромным разрезом на юбке.

Не успела ведунья услышать ответа, как за дверью дома раздались звуки отпирания замков и отодвигания тяжелого засова. Дверь отворилась и показавшаяся в проеме жена Рубайло кивком пригласила войти, после чего тут же поспешила запереть дверь за вновь явившимися гостями.

[Perfect Stranger]

Дом Рубайло

 

- К кому это толпой ломимся? Али задолжали нам чего?

 

- Скорее, наоборот, - буркнул Хекс, уже не обращая внимания ни на фривольные фрески, ни на скульптуры и резьбу, в обилии украшавшие дом Карла. Вот тетушке здесь точно понравится, в этом он был уверен. А еще больше ей понравится, если отряд сумеет выбраться сухим из воды. - Магистресса, стрелок, если у вас есть сведения - предлагаю рассказать все хозяину дома. А мне неплохо было бы поболтать с магистром. Надеюсь, он еще здесь... - Он прошествовал в гостиную, где не так давно произошел один судьбоносный разговор между ним и Эовацием.

[Ettra]

Дом Рубайло

- А мне неплохо было бы поболтать с магистром. Надеюсь, он еще здесь...

Мэйрис юркнула в дом, следом за остальными и уставилась в пол. Скульптуры, которые она видела уже в третий раз до сих пор смущали.
- Я с тобой! - Воскликнула Мэйс и потопала за потрошителем. Учитывая все, что происходит в городе и небольшой страх перед магистром, девушка не собиралась отходить от него дальше чем на пару шагов. Хекс сможет защитить в случае чего, а сама она точно не справится. 

[Junay]

Дом Рубайло

 

Рико рассматривал вульгарные барельефы в доме. мысленно спрашивая себя, какой человек в здравом уме и светлой памяти вообще украсит дом такими вещами.

Стоп - а не может ли быть "Хозяюшкой" супруга (или содержанка?) этого самого Рубайло? Она-то, небойсь и наемников могла нанять - достаточно богатая. Видать, Рубайло ей осточертел, или нашла другого, да и весь городок решила прибрать к рукам? Почему, собственно нет?

И о каком магистре речь идет?

[Mad Ness]

Дом Рубайло

 

Пока тетушка восторженно цокая языком воздавала должное мастерству скульптора и худужника, работавшего над внутренним убранством дома, жена Карла тихонько оповестила Хекса, что мужа сейчас нет - он, вместе со старостой, собрал оставшийся в относительно здравом рассудке народ и направился к Часовне, около которой вовсю проповедовал Савелий при поддержке Анны Болетайн, жены Ивора, которая ныне проявляла недюжинные организаторские способности, умело и своевременно сдабривая речь священника, в целом довольно бессмысленную, но крайне убедительную и воодушевляющую в силу необычайной харизмы говорившего, различными умело сопоставляемыми и преподносимыми фактами, чем окончательно переманивала на свою сторону последних сомневавшихся жителей.

Магистр же Терцио, со слов женщины, совершенно не проявлял беспокойства, утверждая, что дрязги черни и любое восстание сможет разом прекратить одной лишь демонстрацией своей магической мощи...

Не успела хозяйка дома договорить, как в гостиную пожаловал и сам Магистр.

- День добрый, господа, - небрежный кивок, - дамы, - легкий полупоклон и улыбка, - вы узнали что-то такое, что заслуживает моего внимания, м?

[Карт(он)]

Дом Рубайло

Парень слыхивал, что у богатых свои причуды, но той картины которая предстала у него перед глазами он решительно не понимал. Дабы не задеть все эти "штуки" своим телом Верес отошел от стен и пристроился в хвост их импровизированной колонны. 

Изменено 4 февраля, 2015 пользователем Смотрящий из Бездны

[Элесар]

Домик Рунвальда - > Дом Рубайло

 

Сколь ни плачь, сколь ни зови, но никто не слышит.
Не кричи, моя малышка, тише-тише-тише...
Не вернешься ты домой, к маме и братишке,
И теперь твоя перина - хвоя лишь, да шишки.

 

Слова песни проникали в её голову, буквально обволакивали, заставляя погружаться в образы, которые она вызывала. Что-то было в этой песне, что-то... Конечно! Зверь не убивал того, кого похитил. Но почему? Кто знает последнюю часть песни?

 

Старик чихнул, вдохнув, по видимому, ссыпаемый в горшочек для хранения порошок, закашлялся и оборвал пение. - Экгх... Я славный путь прошел по жизни, пускай окончен он теперь, созвать пора гостей ко тризне, и Старый Друг за мной закроет дверь...

 

Кая встала, порывисто подошла к старику и накрыла руку старика своей ладонью.

- Пока путь не пройден вспоминать о конце ещё рано, когда будет пройден - поздно. Не думайте пока о Старом Друге, когда встретитесь, тогда и поговорите... Спасибо за всё, Рунвальд. Надеюсь, что успею с вами увидеться до сбора ваших гостей, - девушка перегнулась через стойку, поцеловала алхимика в щёку и направилась к выходу.

 

По рассказам местных, Кая поняла где ей нужно было искать остальных - они отправились к барыге, Рубайло. Девушка постучалась, получила довольно холодное приветствие, но в дом её всё-таки впустили. Магесса пристроилась к остальным, с удивлением отмечая появление нового лица в их группе. Судя по тому, как ощущался воздух вокруг этого человека, это был маг... но сосредотачиваться на этой мысли у неё получалось плохо. Лучше сейчас было послушать разговор Хекса с этим человеком.

[Лакич]

Дом Рубайло

 

И что все так удивились, завидев картину? Дешевая она, некачественная, Алейра ни на нее, ни нового мага не обратила даже никакого внимания, только капюшон накинула, зачем-то.

"Напыщенный ублюдок", - тевинтерка прикусила губу, ожидая ответа Хекса, это же он, неудачник, главарь этого сброда. А вот обрывки разговора, услышанные наемниками, ее очень заинтересовали. Неужели жена трактирщика помогает Савелию? Чародейка поморщилась, всегда от этих святош были одни проблемы.

[Kykuy]

Лес. После бегства группы от мародёров->Место схватки с мародёрами

 

Знаком показав Освальду, чтобы тот уложил тётушку на землю (благо у той был тёплый плащ, а были они не на болотистой стороне реки) девушка приступила к обработке ран.

Весьма неохотно убрав руку, так удобно лежащую на одном месте Ядвиги(стоит ли говорить о причине этой неохоты?), Освальд положил тётушку на её же плащ, чтобы она ненароком не застудила себе пятку, и отошёл в сторонку, изредка взглядывая на работу Каи

 

- Коли потребуется специфическая помощь - обращайся. Там, скажем, болячку какую подлечить или рассудок вражий составом тайным одурманить.

- Всенепременно, если понадобится - ответил он на достаточно любезное предложение ривейнки, учтиво кивая головой.

" Мда уж... однако, дурманить рассудок она может не только вражий, и не только составом тайным ", - воспоминание о том, где совсем недавно находилась его рука, заставило Освальда слегка покраснеть, а некоторые части его тела несколько напрячься уже второй раз за последние пару-тройку часов. Сначала Лиин, а теперь Ядвига... Определённо, на храмовника, который был искренне верующим андрастианином, сегодня свалилось слишком много испытаний.

 

В это время время в его голове пронеслась мысль, мгновенно оттеснившая все остальные куда-то на самую грань сознания, и заставившая храмовника едва слышно застонать и выругаться.

" Моё оружие! "

Действительно. Проверив ножны и убедившись, что они пусты, храмовник очень быстрым шагом, едва ли не бегом и не сказав ни слова остальным, пошёл обратно на место схватки. Наверняка головорезы сменили место своей дислокации, обеспокоенные тем, что наёмники могут вернуться туда снова и с подкреплением... Возможно, всё ещё был призрачный шанс отыскать своё оружие, в которое Освальд вложил немало денег, и, без преувеличения, всю свою душу?

Но пока он снова мчался через лес, перепрыгивая слишком большие корни деревьев и оббегая овраги.

 

Освальд - поиск оружия. Пожалуйста, пожалуйста!

Изменено 4 февраля, 2015 пользователем Kykuy