Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Sebursky]

Расположение наёмников

Абсолютно уставшая и расстроенная такой концовкой боя, Лилли прилегла на свое место и задумалась. Одной из самых главных мыслей было самобичевание, она ничем не смогла помочь, её возможности ограничены. Она только прошла испытания и ничерта толком не умеет и зачем она только ввязалась во все это да ещё людей подводит. И проблема скорее не в том что Лилли сильно терзали угрызения совести по этому поводу, а скорее безжалостные удары по её Эго и достоинству, ведь она Маг причем благородных кровей, и не может с такой простенькой задачей, как поддержка группы справится...

Но постепенно мысли соскальзывали в другое русло. Надо во что бы то ни стало найти Джейдена, и узнать что за артефакты у него есть, ведь не просто так на ЭТУ поддержку расчитывали отступники во главе с Андреа. Вот с такими вот мыслями разум постепенно замутнялся и в конце концов отключился. Лилли уснула...

[Ettra]

Расположение наемников-Шатер

- Вечер добрый! Рад, что вы живы. - Он указал на два стула, - Садитесь. Я слышал про вашего друга, очень жаль. Отчетов мне не требуется, так что... Поговорим об оплате?

- Хорошо, что вы слышали, - со странным спокойствием сказала Мэйрис. Люссо виноват куда меньше, чем она, но все равно девушка испытывала злость. После избиения манекена она внезапно поняла, что направлять свои эмоции на других куда проще, чем мучиться от саморазрушения. - Нужна компенсация за руку моего... заместителя. 

[Shunt]

Шатер

 

- Нужна компенсация за руку моего... заместителя.

 

- У нас есть фонды на оплату, но, боюсь, пожизненный пансион мы ему обеспечить не в состоянии. - Люссо развел руками, показывая, что не в его силах что-то изменить. - Могу предложить вам... тридцать шесть золотых и одну полезную вещь, - Он полез в ящик стола и достал тубус, как две капли похожий на тот, который он дал раньше. Только печать теперь горела огненным светом. - Чертеж меча. К сожалению, у меня больше ничего для вас нет. Но моему бывшему адъютанту, а теперь коменданту форта "Волчий", Сержу ля Паму, может понадобиться ваша помощь. Разумеется, она будет оплачена в полном объеме. - Он придвинул к Мэйрис тубус и толстенький кошелек с монетами.

[Ettra]

Шатер

- Чертеж меча. К сожалению, у меня больше ничего для вас нет. Но моему бывшему адъютанту, а теперь коменданту форта "Волчий", Сержу ля Паму, может понадобиться ваша помощь. Разумеется, она будет оплачена в полном объеме.

- Нет! - Отрезала Мэйрис. - Никакой больше помощи. Как только Хекс придет в норму, мы уходим. - Она схватила со стола тубус, мешочек с монетами и уже хотела было уйти, но сдержала порыв. Глупо и импульсивно, нельзя забывать о том, что она командир и должна сдерживать эмоции. - Вы обещали рассказать, где найти лагерь эльфов. Можете сделать это сейчас, что бы мне не пришлось вас беспокоить?
 

[Kykuy]

Форт "Волчий"->Расположение наёмников->Священные равнины

 

Освальд сидел на телеге, которую им выделили, погрузившись в свои мысли.

" Надо бы обдумать то, что случилось с Хексом... Только не в лагере, а где-нибудь на свежем воздухе. Заодно чего-нибудь полезного в округе поискать. ", - подумал он, спрыгивая наконец с телеги и складывая вещи в палатке. Проводив взглядом ушедших Хейд и Мэйрис, храмовник наконец вышел из лагеря и направился к давешним холмам, где недавно нашёл немного обсидиана...

Но в этот раз он не нашёл ничего, не считая того, что крайне неприятно подвернул ногу. Выругавшись, он пошёл дальше.

 

Освальд - поиск руды.

Получает лёгкую травму.

Изменено 2 апреля, 2015 пользователем Kykuy

[Junay]

Расположение наемников

 

Распрощавшись с аптекарем. Рико вернулся к своей палатке, и сел возле нее, поджав ноги. Затем достал трубку и закурил. Ему хотелось побрынькать на лютне, но Мэйрис, да и остальные, могли не разделить такого вандализма, когда Хекс валяется раненый. Поэтому лютню он не вытащил, а просто набил трубку табаком, вперемешку с какой-то травой, и прикрыв глаза затянулся.

 

х-спать

[Kykuy]

Священные равнины

 

Храмовник поднялся по холму и пошёл дальше по равнине, направляясь к небольшой рощице неподалёку. Священные равнины весной были прекрасным местом - тепло, светло, расцветающая везде, всюду и во всех проявлениях природа - красота, которая хоть чуть-чуть, но слегка затрагивает струны души даже самого чёрствого человека. К несчастью для Освальда, любование природой сегодня было весьма омрачено - сначала ногу подвернул, а теперь фенек, животное, которое некоторое время назад было кошмаром для Алейры, напало и на него. Не потому что оно было очень кровожадным - нет, а потому что храмовник сам того не зная переступил границы его территории. Что же, зато получил хороший укус на память.

" Мда... мне кажется, или здесь всё очень толсто намекает мне на то, что мне здесь не место? ", - подумал он, когда зверёк наконец отступил.

 

Освальд - заработок.

Освальд получил ещё одну лёгкую травму. Вторую. Почётную

Изменено 2 апреля, 2015 пользователем Kykuy

[Shunt]

Шатер

 

- Вы обещали рассказать, где найти лагерь эльфов. Можете сделать это сейчас, что бы мне не пришлось вас беспокоить?

 

- Как хотите, командир Ренн. - Люссо разом потерял всю доброжелательность. - Лагерь в неделе пути отсюда, через фронтир. Я могу вам выдать сопровождающих, отряд конников, скажем. Но я оторву людей от дела не получив отдачи. 

- А форт? - Перебила его Хейд, медленно поднимая голову. - Мы его взяли и удержали. Мой... ее человек потерял руку. 

- Форт это хорошо, конечно, но сейчас там будет действительно сильный гарнизон. - Люссо пожал плечами. - Скажем так, мне просто интересно, как вы пойдете с раненым через местность, полную отрядов "вольных", которые наверняка знают о ваших "подвигах". 

- Они не знают нас в лицо... Или вы угрожаете? - Хейд зло ощерилась. Так руки ей еще не выкручивали. 

- Я просто предупреждаю, что мало ли что может случиться в пути... 

- Может, нам еще в армию вашу записаться, а?

- Ну почему бы и нет. Скажем, самой Хормак я буду искренне рад. 

- Откуда вы знаете мое звание, Люссо? Легион не ведет дел с наземниками.

- Легион нет, а вот Варт мне все уши прожужжал о девице, которая в шестнадцать лет с сотней воинов удерживала оборону против десяти тысяч. Так что если вы захотите остаться, то я буду счастлив.

- Я подумаю над вашим предложением, позже, когда они, - Хейд кивнула на Мэйрис, - получат то, ради чего старались. Им нужен этот лагерь эльфов! 

- Вы вольны идти хоть сейчас. Деньги я вам выдал. Наймите караван и идите себе. Я вам даже карту дам. Но я бы на вашем месте думал холодной головой, а не в порыве ярости из-за ранения вашего друга. - Жак откинулся в высоком кресле и скрестил руки на груди, ожидая решения Мэйрис.

[Ettra]

Шатер

- Вы вольны идти хоть сейчас. Деньги я вам выдал. Наймите караван и идите себе. Я вам даже карту дам. Но я бы на вашем месте думал холодной головой, а не в порыве ярости из-за ранения вашего друга. - Жак откинулся в высоком кресле и скрестил руки на груди, ожидая решения Мэйрис.

- Я не понимаю, как помощь вашему Серджу Пампаму поможет нам добраться до лагеря эльфов. - Мэйрис нахмурилась, задумавшись над тем, что говорила Хейд. Слова командира и правда были похожи на угрозу, а еще эта тень раздражения, когда она отказалась. Мэйрис подумалось, что этот человек будет держать "Волков" при себе так долго, как только сможет, пользуясь эффективностью отряда. Мэйрис готова была отправиться хоть сейчас, но подставлять остальных под удар не хотела. Что если угрозы не пустословие?

[Shunt]

Шатер

 

- Я не понимаю, как помощь вашему Серджу Пампаму поможет нам добраться до лагеря эльфов.

 

- Смотрите. - Он улыбнулся, но улыбка его была не самой приятной. - Вы выполняете работу, которую в противном случае должны будут выполнить войска. Взамен - я выдаю вам сопровождающих в количестве, которое позволит не бояться всяких отбросов, так часто бывающих на фронтире. Как вам такое предложение? Деньги, крыша над головой. Обещаю, больше никаких осад. - Он приложил руки к груди, всем видом показывая, что говорит правду.

[Leo-ranger]

Священные равнины


Может быть боги будут благосклонны к ней и пошлют также немного полезных материалов?

На поиск руды Изменено 2 апреля, 2015 пользователем Leo-ranger

[Ettra]

Шатер

- Вы выполняете работу, которую в противном случае должны будут выполнить войска. Взамен - я выдаю вам сопровождающих в количестве, которое позволит не бояться всяких отбросов, так часто бывающих на фронтире. Как вам такое предложение? Деньги, крыша над головой. Обещаю, больше никаких осад.

- Хейд, ты как считаешь? У тебя больше опыта. - Мэйрис посмотрела на гномку, полностью полагаясь на ее мнение, как на куда более опытную в таких вопросах. А может потому, что в душе боялась нести груз ответственности на своих плечах. 

[Kykuy]

Священные равнины

 

Может быть боги будут благосклонны к ней и пошлют также немного полезных материалов?

Тем временем, Освальд, находившийся примерно в нескольких сотнях метров от Лиин, задавался похожим вопросом, подходя к противоположному склону холма. Только вот бог был единственным - храмовник молил Создателя и лишь Создателя, чтобы тот послал ему немножко полезных материалов в виде рудных жил.

 

Освальд - поиск руды

[Leo-ranger]

Священные равнины

Потирая ушибленное запястье, Лиин размышляла о том, что было бы неплохо, если бы Творцы послали на её голову золотишко. Тогда она была бы очень благодарно

- малая аптечка

Новый день - новое золото! Ценности

[Shunt]

Шатер

 

- Хейд, ты как считаешь? У тебя больше опыта.

 

- Ничейная земля место опасное, действительно. Не "Вольные", так простые разбойники. А идти долго. Но с другой стороны. я не знаю, как долго мы можем тут сидеть. Мне, в сущности, все равно. - Хейд повернулась к Люссо, внимательно слушавшего диалог между Мэй и гномкой. - Сколько займет времени ваше "поручение"?

- Максимум пару дней. Не более того. 

- И вы обещаете, что потом отпустите нас без разговоров?

- Слово чести! 

- Мэй, принимай решение. Верным, как мне кажется, не будет ни одно из них. Но я, повторюсь, я бы осталась хотя бы из-за денег и возможности безопасной дороги. - Пора бы девочке начать принимать решения самой, а не полагаться на добрых дяденек и тетенек, которые всегда помогут и подскажут. Иначе... Жить ей придется не долго. 

[Ettra]

Шатер

- Мэй, принимай решение. Верным, как мне кажется, не будет ни одно из них. Но я, повторюсь, я бы осталась хотя бы из-за денег и возможности безопасной дороги.

- Хорошо, мы остаемся. Пара дней, не больше. - Мэйрис бросила короткий взгляд на командира и, не дождавшись ответа вышла. - Буду ждать распоряжений.
- Хекс потерял слишком много крови, пусть полежит, - тихо сказала Мэйрис, едва гномка выскользнула из Шатра. - Что мне делать? Как мне помочь справиться? Я буду рядом, но хватит ли этого? Ты говорила, что у тебя есть опыт. Помоги, пожалуйста.

[Shunt]

Шатер-Расположение наемников

 

- Хекс потерял слишком много крови, пусть полежит, - тихо сказала Мэйрис, едва гномка выскользнула из Шатра. - Что мне делать? Как мне помочь справиться? Я буду рядом, но хватит ли этого? Ты говорила, что у тебя есть опыт. Помоги, пожалуйста.

 

- Перестань измерять Хекса людскими мерками. - Хейд раздраженно дернула подбородком. Разговор с Люссо ее утомил гораздо больше боя. Да и нервов она потратила не меньше. - Он - потрошитель. Хуже потрошителей только берсерки. У меня на глазах берсерку отрубили обе руки. Он загрыз гарлока зубами, представляешь? Зубами! Просто рванул глотку. Так что не думай, что он будет плакать, обнаружив вместо руки обрубок. Лучше найди чертеж хорошего двуручного меча и скуй ему оружие. Это порадует его наверняка больше, чем сюсюканье и твои слезы. Ты хочешь стать ему родным человеком? Будь как он. Сильной. Смелой. А не девкой из деревни с ребенком в животе. - Хейд пошла к лагерю наемников вместе с Мэйрис. - Помнишь, что сказал Люссо про бой шестнадцатилетней соплячки? Я могу тебе рассказать, что тогда было. - Подумав, она добавила, - Мою долю забери. Моя вина, что Хекс потерял руку. 

[Ettra]

Расположение наемников

- Помнишь, что сказал Люссо про бой шестнадцатилетней соплячки? Я могу тебе рассказать, что тогда было. - Подумав, она добавила, - Мою долю забери. Моя вина, что Хекс потерял руку.

- Двуручный меч? Хотя он сильный, справится и одной рукой. Я займусь, спасибо. И буду сильной, ты правда. Я не дома, я так много прошла, что бы сдаваться почти в конце пути. - Мэйрис закусила губу и, внезапно для Хейд, да и для себя тоже, сжала гномку в крепких объятиях. Она слишком много делает, хотя совсем не должна. Не должна даже идти с "Волками" дальше, но все равно продолжает и помогает. - Спасибо.
Мэйрис наконец отпустила Хейд и быстро обошла лагерь, раздавая всем деньги. Свою долю она положила в сумку Хекса. И долю Хейд брать не стала, а молча вложила монеты ей в руку.
- Тебе пригодится, Хейд. Ты хотела щит, вот и руну купишь на деньги. - Шепнула Мэйрис, присев рядом со все еще спящим потрошителем. Крепко взяла его за руку, задержала нежный взгляд на его спокойном лице, а потом повернулась к Хейд. - Расскажи историю, пожалуйста.

[Shunt]

Расположение наемников

 

- Расскажи историю, пожалуйста.

 

Немного ошалев от бурных выражений чувств, гномка села рядом и начала рассказывать. Тихо, чтоб не тревожить Хекса:
- Это случилось... года за четыре до Мора. Знаешь, есть на тропах тейг Бонаммар, построенный самим Совершенным Каридином . Долгое время крепость служила домом для Легиона Мертвых, пока за семнадцать лет до Мора ее не захватили Порождения Тьмы. Но мы не сдавались. Мы шли дальше на запад. И мы нашли... Тьму. Старый, заброшенный форпост на границе с бездной. Мы встали там лагерем, почти пять сотен воинов. Стали обживать наш новый дом, укреплять его. Закрыли какие-то ходы, какие-то наоборот, открыли. Мы были наивны и глупы. Мы не знали, что к нам идет ужас. - Она замолчала. Руки ее были сцеплены так, что побелели костяшки пальцев. - Сначала мы думали, что это просто небольшие отряды тварей ходят по окрестностям. Но вскоре в "стычке", - Хейд грустно улыбнулась, - погиб наш командир. Мы испугались, пытались закрыть все ходы, но они все прибывали. Я не думала, что их может быть ТАК много. Огры, гарлоки, генлоки, эмиссары и вожаки... Мы бились днями, сменяя друг друга на подступах к нашей крепости. Мы не могли уйти со своей земли. Но нас было мало. Потом... мы начали слышать голоса. Обычные голоса, которые нас звали, просили, умоляли нас помочь им. Лейтенант, принявший командование решил пойти на разведку с отрядом. Они не вернулись. А на следующий день Порождения притащили катапульты и стали нас закидывать головами наших друзей. Мы видели их обезображенные тела, насаженные на пики, словно стяги. - Хейд сглотнула, но продолжила. - У нас было много раненых. Истории врут, я обороняла форпост не с сотней - с двумя десятками. Те восемьдесят пошли пробивать дорогу до Перекрестка Каридина, унося с собой тех, кого еще можно было спасти. А многих уже нельзя было... Они валялись у стен без ног, без рук, умоляли добить их, лишь бы не стать едой для тварей. Некоторые требовали дать им оружие и отправить в бой. Знаешь почему я осталась? Ты думаешь, я тогда не хотела жить? Очень хотела. Я хотела жить, родить ребенка, вернуться в Орзаммар. Я не понимала, что такое  - быть легионером. Но я поняла. Я стала главной в этой издыхающей от напора врагов крепости, в последнем огоньке надежды на многие лиги вокруг. - Хейд улыбнулась. - Один старик, он помнил еще отца Эндрина, умолял меня уйти с ранеными, называл внучкой. Он погиб, защищая меня от стрелы. Я видела, уходя в цитадель, как огр разорвал его тело на куски. Я билась три недели. Я спала по два-три часа в день. Не было еды, почти не было воды. Вонь трупов, запах скверны, рев Порождений и крики раненых, до которых... добрались. Под конец нас осталось пятеро. Мы ушли ходом под землей, завалив его. Мы ушли только тогда, когда защищать было некого. Два месяца мы шли в тейг Карат, наш тогдашний опорный пункт. Когда мы появились у ворот нас даже не пустили, они подумали, что мы призраки или духи, которых так часто можно видеть в заброшенных тейгах, особенно близ лириумных жил. Но мы были живы. Кто-то говорит, что легионер умирает, когда вступает в Легион. Я умерла, когда видела своих братьев и сестер, которых жарили на кострах под стенами цитадели и жрали. Я умерла, когда видела развешанных по стенам гномов. Я умерла, когда поняла, что если не продолжить бороться, то падет Орзаммар. А за ним падут ваши земли. Ваши города сравняют с землей. Ваших матерей будут превращать в маток. Ваших отцов будут насаживать на колья под стенами ваших крепостей. Ваших детей будут жарить и есть. - Хейд замолчала. Потом посмотрела на притихшую Мэйрис. - Я видела ужас. Я видела Тьму, по сравнению с которой самый последний демон - свет. Я мертва. Я мертва уже четырнадцать лет. Но тело мое еще живо. Я отдам его за Орзаммар. Я отдам его за ваш мир. Мир, который забывает про Порождений, едва пройдет Мор. Мир, который ни разу не помог нам. Я умру за тебя и твоего еще не рожденного ребенка. Потому что это мой долг. - Она глубоко вздохнула и вымученно улыбнулась. - Прости... не нужно было это рассказывать... 

Изменено 2 апреля, 2015 пользователем Darth Shunt

[Ettra]

Расположение наемников

- Прости... не нужно было это рассказывать...

Мэйрис сглотнула, смахнула слезу и подсела к Хейд, что бы опять обнять ее. Так было... спокойнее после того ужаса, что она рассказала. Пожалуй от таких испытаний либо ломаются и сходят с ума, либо обрастают непробиваемой броней. Как Хейд. Отважная несгибаемая гномка, готовая отдать свою жизнь за то, чего даже не видела до недавнего времени. Пожалуй она и была идеалом, к которому стремилась сама Мэйрис. Только придется ей пережить что-то на столько же ужасное, что бы измениться? Эта мысль пугала.
- Все хорошо. Ты... спасибо. За то, что ты делаешь и делала для всех. Может ни кто об этом не думает и не знает, но я буду помнить. Спасибо.

[Shunt]

Расположение наемников

 

- Все хорошо. Ты... спасибо. За то, что ты делаешь и делала для всех. Может ни кто об этом не думает и не знает, но я буду помнить. Спасибо.

 

- "Мы не просим почестей. Наград. Уважения... Помните нас, какими мы были, когда ушли во Тьму. Помните нас, какими мы были, когда умерли для вас". - Совсем тихо произнесла она. - Эти слова мне сказал отец моего ребенка, а после этого он ушел на разведку и я больше его никогда не видела. Возможно, когда ты станешь баронессой, ты сможешь помочь. Не мне, так хотя бы другим. Тем, кто бережет ваш уютный и светлый мирок от... них. - Она потрепала Мэй по волосам и вздохнула. - Ничего. Просто иногда хочется поделиться этим с кем-нибудь. Да только думаешь - надо ли это. Будь сильной, Мэйрис, перед лицом любой опасности. 

[Leo-ranger]

Лагерь армии => Палатка лекаря => Расположение наёмников

Громкий топот и фигура на диком и опасном звере уже не вызывала такой… бурной реакции у солдатов. Те, что охраняли вход, по привычке напряглись, но ни Венью, ни Лиин никак на это не отреагировали.
Оставив верного соратника, отлично показавшего себя во втором бою, эльфийка направилась к лекарю. Она не стала торговаться, просто купила всё, что есть, отдала деньги и направилась назад.

Каково же было удивление Лиинды, когда придя на место Волков, она увидела Мэйс и Хейд… сидящих в обнимку. Пожав плечами, эльфийка тихонько села в стороне, что-то негромко напевая.

Х - спать

[Ettra]

Расположение наемников

- Ничего. Просто иногда хочется поделиться этим с кем-нибудь. Да только думаешь - надо ли это. Будь сильной, Мэйрис, перед лицом любой опасности.

- Я сделаю все, что в моих силах, Хейд. Рядом с Андерфелсом ведь есть еще один гномий город? Я правда не знаю названия. Они наверняка тоже сдерживают... их. Я помогу. И Буду сильной. И навещу тебя в Орзаммаре обязательно. Я была ребенком, когда начался мор. Да и до Андерфелса он не дополз. Только слухи и страшные детские сказки. Я не могу представить все это и надеюсь, что никогда не смогу. 

[Shunt]

Расположение наемников

 

- Я сделаю все, что в моих силах, Хейд. Рядом с Андерфелсом ведь есть еще один гномий город? Я правда не знаю названия. Они наверняка тоже сдерживают... их. Я помогу. И Буду сильной. И навещу тебя в Орзаммаре обязательно. Я была ребенком, когда начался мор. Да и до Андерфелса он не дополз. Только слухи и страшные детские сказки. Я не могу представить все это и надеюсь, что никогда не смогу.

 

- Да, есть еще один город... Кэл Шарок. У Орзаммара давно нет с ним связи, хотя, по моему, старый Эндрин вроде принимал гонцов оттуда. - Она махнула рукой. - Не забивай голову политикой гномов. Она была старой еще тогда, когда эльфов на свете не было. И еще я надеюсь, что ты никогда не увидишь порождений на поверхности. Я это обеспечу, будь уверена. - Хейд улыбнулась. Ласково, как улыбается мать своему ребенку. И немного грустно. - Ладно, уже поздно, иди поспи. Я с Хексом посижу, если проснется - позову тебя, хорошо? Давай, давай. Тьфу, хоть бы у тебя кошмаров не было на почве моих рассказов, мне Хекс голову оторвет и я, как честная гномка, с этим соглашусь. 

[Ettra]

Расположение наемников

- Ладно, уже поздно, иди поспи. Я с Хексом посижу, если проснется - позову тебя, хорошо? Давай, давай. Тьфу, хоть бы у тебя кошмаров не было на почве моих рассказов, мне Хекс голову оторвет и я, как честная гномка, с этим соглашусь.

- Я сегодня много спала, не хочу пока. - Мэйрис мягко посмотрела на гномку и вновь пересела поближе к Хексу, как и раньше сжав его руку. Потом подумала, достала из сумки сверток и протянула Хейд. - Вот, у меня есть чертеж двуручного меча. Как думаешь, он сможет управиться с ним одной рукой? Может мне сделать для руки что-то вроде защиты? Перчатку он носить не сможет, а я смогу из кожи и металлических пластин сделать что-то вроде чехла.