Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Shunt]

Кунарийская деревня

 

 

- Например, вырезают деревни с гражданскими. Вам об этом не докладывалит, верно?

 

- Видимо, нет. - усмехнулся Тиберий, глядя на Дэйгана. Потом посерьезнел. - Я спросил: кто отдал приказ об атаке. 

[Perfect Stranger]

Кунарийская деревня

 

- Этого следовало ожидать. Кто приказал?

 

"Как он это сделал?! Какое-то заклинание? Я хочу его знать!" - первая мысль, которая пронеслась в голове у Шен, когда дракон вдруг превратился в Тиберия. Того самого, с которым они не так давно разговаривали в ставке командования. Но Шен, как и Дэйган, была слишком вымотана сражением, затянувшимся почти на полдня, чтобы удивляться. Поэтому она просто кивнула на труп генерала Рагноса, который лежал рядом с поверженным лейтенантом Витом. Седой кунари, следивший за приближением дракона, лишь вздохнул. Он понимал, что они не выдержат сражения еще и с ним, поэтому, когда Тиберий приблизился к хасиндке, только нахмурился и процедил:

- Здесь не рады имперским завоевателям. Если ты пришел за Басалит-Ан, она сама должна решить, что пойдет с тобой. Я не отдам ее тебе, пока она не придет в себя.

Сигурд же, увидев Тиберия, игриво пошевелил ушами и издал высокий, короткий МЯУ! Он был рад видеть его, хоть и не особенно любил. Рысь понимал, что этот маг дорог его хозяйке, и что с ним она в безопасности... относительно.

[Junay]

Кунарийская деревня

 

- Я спросил: кто отдал приказ об атаке.

 

- Кажется, вон тот труп. Генерал Рагос, если не ошибаюсь? - пожал плечами мужчина. - Или за ним кто-то еще стоит, кто не желает светиться?

Врядли бы генерал так рисковал и самовольничал.  Все таки риски не оправданы - уничтожать деревни ради ублажения свих низменных инстинктов, рискуя при этом головой... - Дэйган глотнул воды из фляги и поморщился. - Теплая... Вот дрянь. Найти бы хороший ледяной ручей...

[Shunt]

Кунарийская деревня

 

- Здесь не рады имперским завоевателям. Если ты пришел за Басалит-Ан, она сама должна решить, что пойдет с тобой. Я не отдам ее тебе, пока она не придет в себя.

 

- Я не буду спрашивать тебя, кунари. Я пришел сюда для того, чтоб вернуть то, что украдено. - Тиберий кисло улыбнулся. - И я имею в виду не только свою жену. Но и Сегерон. Так что кто из нас завоеватель - вопрос спорный. 

 

- Кажется, вон тот труп. Генерал Рагос, если не ошибаюсь? - пожал плечами мужчина. - Или за ним кто-то еще стоит, кто не желает светиться?

 

- Рагнос... Хитрый гад. - маг не двинулся с места, только выражение его лица сменилось на еще более мрачное. - Вот значит что значит: "они не сдавались и мы их были вынуждены убить"... Хреново. Он был одним из людей Архонта. Похоже, наш правитель, - сказано это слово было с иронией, - совсем мышей не ловит.

[Junay]

Кунарийская деревня

 

Похоже, наш правитель, - сказано это слово было с иронией, - совсем мышей не ловит.

 

- Судя по тому, что Архонт проворачивал какие-то темные делишки с Селестием, и за  простое оскорбление готов судить человека за поддельным обвинением, ни о каких моральных принципах ни у него, ни у его людей, речь не идет.  - пожал плечами Дэйган. - А вы, кстати, зря без телохранителей... Джунгли все таки не безопасны, даже для того, кто умеет превращаться в дракона. Ядовитые стрелы и дротики аборигенов никуда не делись. Да и статус обязывает свиту иметь.  

[Perfect Stranger]

Кунарийская деревня

 

Мараад нахмурился еще больше, сложив руки на груди и фыркнув, но отвечать не стал. Он терпел присутствие тевинтерцев здесь только из уважения к людям, которые помогали защищать деревню, и из своей привязанности к Басалит-Ан. Этот воин был тем, кто одним из первых предложил освободить Раэну из оков, тем самым отменяя ее статус пленницы - она была неопасна и искренне желала помочь, не выказывая никакой ненависти к народу Кун. В отличие от этого человека-дракона. Он совершенно определенно был полон желания захватить острова, которые уже много лет принадлежали кунари. И возможно - в этом Мараад уже начал сомневаться - ему это и удастся.

Неважно. Даже если так, кунари все равно будут сражаться. Такова была суть вещей.

- Лорус! - вдруг ахнула Шен, только сейчас вспомнив о том, что потрошитель пал почти в самом начале долгого, очень долгого и утомительного боя. Кинувшись к валявшемуся в пыли среди обломков ворот Ноксу, она поняла, что лекарств у нее нет. Вроде бы их покупал еще в городе Баратас. Пошарив у него в сумке и решив извиниться за это потом, она вытащила одну из аптечек и влила целебное зелье в потрошителя. Это должно было помочь. Но даже так всем им нужен был какой-то отдых. - Давай, приходи в себя... - пробормотала она и пару раз для верности похлопала его по щекам.

Сигурд подошел к хасиндке и принялся облизывать ее лицо. Та истекала кровью и тоже нуждалась в лечении, и рысь, понимая, что более ничем помочь не может, лег рядом и прижался своим телом к сестре. Стоять посреди улицы, где недавно было поле боя, и ждать, казалось глупым, нужно было что-то делать. Вряд ли Тиберий согласится оставить деревню там, где она есть, а Мараад - уйти после всего, что они пережили, после всей крови, что пролили обе стороны за этот клочок земли.

 

-1 аптечка Баратаса, Лорус выхилен

[Shunt]

Кунарийская деревня

 

- А вы, кстати, зря без телохранителей... Джунгли все таки не безопасны, даже для того, кто умеет превращаться в дракона. Ядовитые стрелы и дротики аборигенов никуда не делись. Да и статус обязывает свиту иметь.

 

- Хватит "выкать", а? - поморщился Тиберий. - Убьют так убьют. Уж простите, но мне некого было с собой тащить, больно внезапно я услышал зов. Впрочем... - маг закрыл глаза и замолчал. Молчал он с минуту, а потом тряхнул головой и шумно выдохнул, словно бы скинув тяжелый камень, который тащил несколько миль. - Я дал знать о случившемся. Что до Архонта - он вам не по зубам. Но я смогу вас прикрыть, если вы дальше будете мне помогать. Надеюсь, у тебя нет иллюзий, что власть его распространяется только на Империю?

 

Тем временем, после помощи Шен, очнулся Лорус. Закряхтев, он с трудом сел и огляделся. Увидев Тиберия, он резко захотел вновь потерять сознание, но не вышло. Маг медленно повернул голову к потрошителю, заставив его замереть:

- Я разочарован в тебе. Почему ты не дал мне знать, что тут моя жена?

Лорус сглотнул, но не мог произнести ни слова. Последний раз, когда он кого-либо разочаровывал, закончился его разжалованием и заключением. Судя по всему, надеяться даже на это уже не приходилось. Хотелось верить, что его хотя бы не сожгут. 

[Perfect Stranger]

Кунарийская деревня

 

- Я разочарован в тебе. Почему ты не дал мне знать, что тут моя жена?

 

- Это несправедливо, - вдруг подала голос косситка, которая вообще не знала, зачем ввязывается в это. Тевинтерские разборки были тевинтерскими разборками, и она, как рогатая, вообще не имела права голоса. Но ей очень захотелось сказать что-нибудь в защиту Лоруса. - Он не мог! Если бы мы ушли, чтобы доложить в ставку о происходящем, Рагнос и его люди уничтожили бы деревню... и вашу жену вместе с ней. Мы должны были остаться и помочь. Вам следовало бы поблагодарить его! - закончила она с жаром, и тут же поняла, что нужно было промолчать. Сжавшись, девушка отступила и отошла в сторону Мараада.

Может быть, ей действительно было место с ними...

[Junay]

Кунарийская деревня

 

Надеюсь, у тебя нет иллюзий, что власть его распространяется только на Империю?

 

- Хочешь сказать - мстительный архонт посвятит свою жизнь тому, что бы вычислить и отомстить бывшим членам Алых драконов? Это огромная честь, но я уверен, что архонту  будет не до наших поисков. - Дэйган хрипло рассмеялся, отчего у него закружилась голова так, что он едва не упал, благо, стена помешала. От кровопотери у него появилось странное чувство легкости и эйфории. Правда, на счет него он не обманывался - это просто значило, что он в любой момент может  потерять сознание. - Должен разочаровать, я с архонтом воевать не собираюсь. В моей жизни ему просто нет места. 

[Shunt]

Кунарийская деревня

 

- Это несправедливо, - вдруг подала голос косситка, которая вообще не знала, зачем ввязывается в это.

 

Тиберий с удивлением посмотрел на косситку и улыбнулся. Потом перевел взгляд на съежившегося Лоруса:

- Я подаю тебе дурной пример. Осталось Церес охмурить гномку и все. Ладно, о чем вы тут договаривались? - маг повернулся к Дэйгану. - Что ты предлагаешь сделать с этой деревней? 

[Junay]

Кунарийская деревня

 

Ладно, о чем вы тут договаривались? - маг повернулся к Дэйгану. - Что ты предлагаешь сделать с этой деревней?

 

- Я? Почему -я? - удивился он. - Я же лицо не официальное, и не уполномоченное империей... Не знаю я, что с деревней делать. Она не выстоит против таких, как Рагос, да и на поле битвы ее ненароком могут сравнять с землей. Но местные - кунари не желают уходить. Пусть сами решают. Если они готовы остаться в деревне до конца (конца - в прямом смысле этого слова), то нам остается только принять их выбор. Обычно, кунари от своей судьбы не отступают.

Но если для отчетности нужно переселить гражданских, тогда депортируйте их, силой.

[Perfect Stranger]

Кунарийская деревня

 

- Я подаю тебе дурной пример. Осталось Церес охмурить гномку и все. Ладно, о чем вы тут договаривались?

 

- Я не... это не то, о чем... - Шен помотала головой и отвернулась, понимая, что ей действительно лучше было бы промолчать. Прикусив губу, она встретилась с ледяным взглядом Мараада. И когда тот в очередной раз вздохнул, тихонько сказала: - Может, нам лучше пойти в дом? Нашим раненым нужен отдых, им не станет лучше, если они так и будут лежать на дороге под палящим солнцем. Да и ей тоже это на пользу не пойдет.

Косситка чувствовала себя по-идиотски. Ведь среди них была целительница, но от нее большого толку не было - она лишь направила свою магию на Лилиан, а потом принялась снова бродить по округе и что-то бормотать. Да уж, "Алые Драконы" - не лучший наемнический отряд, который мог бы выбрать для своих нужд Тиберий. Далеко не лучший. Остальные, кажется, тоже были согласны - торчать на солнце и вести пространные беседы не хотелось никому. А кунари еще нужно было починить ворота - хотя многие сомневались, есть ли среди них хоть один строитель или плотник. Но это уже были не их проблемы. Взяв Эдерна, Баратаса и Раэну, они вместе с гранд-адмиралом, почтившим эту глушь своим присутствием лично, направились к низкому домику, в котором двери заменялись толстыми занавесками. Мараад вошел первым, но все еще хранил молчание. Когда Раэну положили на плетеный коврик на полу (кроватей тут не было как таковых), он открыл знакомый шкафчик и долго там копался, но наконец вытащил что-то очень дурно пахнущее, но напоминавшее зелья лечения.

- Через пару минут придет в себя, - пояснил он, осторожно вливая жуткую смесь в хасиндку. - Остальные на вас. У нас и так осталось слишком мало лекарств.

Шен почувствовала укол обиды - кунари пожалел лекарств на тех, кто защищал его же деревню, но это все равно было его решение - она понимала, что местным эти зелья могут пригодится очень скоро и гораздо больше, чем наемникам.

[Shunt]

Кунарийская деревня

 

Но если для отчетности нужно переселить гражданских, тогда депортируйте их, силой.

 

- Приму к сведению, Дэйган.

 

- Через пару минут придет в себя, - пояснил он, осторожно вливая жуткую смесь в хасиндку.

 

- Мне нравятся благородные враги. - кивнул Тиберий, зорко следя за манипуляциями кунари. Лечить маг не умел от слова совсем. Даже минимальные алхимические познания, которые в него пыталась вбить Раэна, выветрились едва он покинул наемников. Ну не было времени у него травки собирать. - Что ж. У вас есть два варианта. Вы покидаете это место и уходите на восток, к своим. Думаю, еще полгода у вас точно есть, чтоб насладиться природой Сегерона. Либо вы можете остаться здесь. С условиями.

Лорус, который проскользнул вслед за Шен, только шумно вздохнул. Ситуация ему окончательно перестала нравиться. Правда, неожиданная защита он косситки его удивила, но мало ли в мире чудес? Подойдя к девушке, он шепнул ей на ухо:

- Ты... зачем?

[Junay]

Кунарийская деревня

 

Нашим раненым нужен отдых, им не станет лучше, если они так и будут лежать на дороге под палящим солнцем. 

 

- Да, это прекрасная идея. - кивнул Дэйган с трудом поднимаясь на ноги и ковыляя за остальными. - Мне тоже нужно отдохнуть. Боюсь, сейчас проку от меня никакого. 

Доползя до хижины, мужчина примостился в уютном углу, и почувствовал, что проваливается в небытие...

 

Х-спать

Изменено 29 августа, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

Кунарийская деревня

 

Либо вы можете остаться здесь. С условиями.

 

- Мы остаемся здесь, - кивнул кунари с убийственно-серьезным выражением лица, не отходя особенно далеко от Раэны и следя за ее состоянием. - Без условий.

"Упрямый осел" - пожалуй, хасиндка не зря его так называла. Мараад действительно был из тех, переубедить кого невозможно. Впрочем, ей все же удалось заставить его хотя бы довериться ей и "Драконам" и не ввязываться в ужасное сражение, из которого он наверняка не вышел бы живым. Но, выдержав паузу в несколько секунд, он все же смягчился и пояснил:

- Триумвират доверил нам защищать эту землю. Кроме того, я не знаю, куда нам идти. До ближайшего крупного поселения слишком далеко, а у нас нет ни припасов в дорогу, ни лошадей, ни оружия. Это, - он похлопал по перевязи, где висели его два чуть изогнутых, тонких клинка, - все, что есть у деревни. Они не переживут такого путешествия. Джунгли Сегерона опасны, вы уже в этом убедились.

 

- Ты... зачем?

 

- Так было правильно, - не менее тихо прошептала в ответ Шен, которую слова кунари совсем не удивили. Выгонять гражданских из их домов и отправлять в неизвестность без охраны, оружия и какой-либо надежды еще хуже, чем оставлять здесь, среди относительно безопасных стен. Правда, она так до сих пор и не знала, сколько здесь осталось людей - с чужаками говорил только Мараад. Она могла понять и Раэну, которая осталась и рисковала жизнью, чтобы спасти их от генерала Рагноса... в свою очередь, не остановившегося бы и перед убийством жены гранд-адмирала. Похоже, он не терпел ни хасиндов, ни косситов, ни кого бы то ни было, отличного от великой нации тевинтерцев.

[Shunt]

Кунарийская деревня

 

- Триумвират доверил нам защищать эту землю. Кроме того, я не знаю, куда нам идти. До ближайшего крупного поселения слишком далеко, а у нас нет ни припасов в дорогу, ни лошадей, ни оружия. Это, - он похлопал по перевязи, где висели его два чуть изогнутых, тонких клинка, - все, что есть у деревни. Они не переживут такого путешествия. Джунгли Сегерона опасны, вы уже в этом убедились.

 

- Триумвират пытается убедить меня, что половина острова тоже хорошо. Поэтому, мой дорогой враг, - Тиберий прохаживался по комнатке вперед-назад, жалея, что у него нет  трубки в руках. - условия я тебе поставлю. Я гарантирую неприкосновенность этой деревни. В случае начала боевых действий твоих гражданских защитят мои солдаты. Но в обмен вы будете принимать тут беженцев из других селений, которые согласятся перейти под мою защиту. Заметь, я не говорю про Империю или Архонта. Если ты не согласен, то... - он не стал продолжать, давая возможность Марааду самому пофантазировать, что может сделать маг стихий с маленькой деревенькой. 

[Perfect Stranger]

Кунарийская деревня

 

Если ты не согласен, то... - он не стал продолжать, давая возможность Марааду самому пофантазировать, что может сделать маг стихий с маленькой деревенькой.

 

- Он согласен, - раздался тихий, хриплый голос со стороны коврика, и Шен повернулась, чтобы увидеть, как Раэна - все еще дрожащая и бледная от потери крови, но уже не выглядевшая на грани смерти - приподнялась на локте и хмуро посмотрела на кунари. Косситке нравилась эта женщина, в ней было благородство и доброта, несмотря на несколько жесткое поведение и, как она подозревала, такое же ослиное упрямство. Эти двое друг друга стоили, неудивительно, что они умудрились подружиться. - Долго же ты летел...

- Басалит-Ан, имперцы всегда обманывали нас, - резко возразил кунари, поджав губы, но в его взгляде Шен успела заметить проблеск облегчения. - Мы не будем закрывать дверей перед другими из народа Кун, но если сюда придут солдаты и попытаются выдворить нас...

- Вас не тронут. Тиберий гарантирует вам неприкосновенность, независимость и защиту, - она потерла лоб, сев и пытаясь унять головокружение. Ее длинные волосы растрепались и превратились в спутанную паклю, красные ленточки наполовину выпали,а вторая половина безнадежно застряла. - Именно за это мы и сражались, разве не так? - она колко посмотрела на гранд-адмирала, и на потрескавшихся губах возникла почти незаметная улыбка. Несмотря на то, что Раэна пыталась сохранять деловой тон, было ясно, что она тоже рада его видеть. Учитывая, что в деревне она пробыла почти полгода...

[Лакич]

Кунарийская деревня

 

Обессиленного храмовника, впрочем, посчитали достаточно здоровым, чтобы не забрать его, или посчитали слишком тяжелым, или все вместе, однако старик продолжал жарится в своих доспехах на солнце, устало закрыв глаза.

- Все остальные ушли, Регина, - тихо усмехнувшись, неуверенно заговорил храмовник, - а ты?..

Целительница вздрогнула, не ожидая, что Филипп ее заметит, потому что... люди предпочитали не замечать ее, почему-то. Она даже удивленно склонила голову, слушая старика.

- Просто, чтобы... убедиться, что все хорошо, - ответила ему ривейни, устало вздохнув, - все же хорошо?

- Да... - храмовник вновь закрыл глаза, - все хорошо, но... другие.

- Просто... - перебила его ривейни, - просто вы мой друг, я... больше не хочу, чтобы друзья уходили. Как это случилось с Феликсом, Бодартом, Феанором... - Регина зажмурилась, сама не заметив, как положив руку на кирасу храмовника, чуть не заплакала, - вы ведь понимаете?

- Понимаю, Регина, понимаю.

 

Х

[Shunt]

Кунарийская деревня

 

- Долго же ты летел...

 

- Долго же ты пряталась... - вздохнул Тиберий, подходя к хасиндке и поднимая ее на руки. - Прости, что сразу не нашел. Не мог. Теперь нам пора обратно. Если ты не против, конечно. - маг знал, что если его жена что-то себе вбила в голову, то переубедить ее почти нереально. Впрочем, она была довольно разумна и не пыталась ввязываться во что-то опасное.

Лорус задумчиво почесал подбородок. Хотелось уже обратно в лагерь и разобраться с ранеными. После этого поесть. И поспать. Он покосился на Шен, но быстро отвел глаза. Пригласить ее что ли?..

[Perfect Stranger]

Кунарийская деревня

 

- Прости, что сразу не нашел. Не мог. Теперь нам пора обратно. Если ты не против, конечно.

 

- Думаю, с меня достаточно приключений в джунглях, по крайней мере, на ближайшие пару месяцев, - поморщилась хасиндка, но сопротивляться не стала, хоть и могла бы сама идти. - Что насчет остальных? Им тоже нужно добраться до ставки. И Сигурду тоже.

Рысь приподнял голову и сонно хлопал глазами, не понимая, куда все собрались так резко. Тут было хорошо - тенек, мухи из-за занавесок не особо донимают, да и молоко из блюдца в уголке он давно уже выпил. Хоть оно и предназначалось не ему, а живущим тут неядовитым змеям. Мараад с некоторым сожалением проводил Раэну взглядом, но не сказал ни слова. Лишь когда она повернула к нему голову, пошевелился, словно желая показать, что он все еще здесь, а не превратился в статую.

- Прощай, Мараад. Надеюсь, с вами все будет хорошо. И... спасибо за все.

- Прощай, Басалит-Ан, - монотонно ответил кунари. - Если эта война все-таки поглотит Сегерон... я не буду искать тебя на поле битвы.

Шен вздохнула, стараясь держаться в тени и не влезать в разговор, понимая, что ее мнение тут никому не интересно. Они решили оставить деревню в покое - и хорошо, ведь именно за это они и сражались и проливали кровь. Правда, она сомневалась, что вся их шайка, включая рысь, сможет долететь обратно на драконе, но это было бы той еще картиной. "Алые драконы" триумфально возвращаются с победой верхом на огромном крылатом ящере! Ну, то есть, верхом на гранд-адмирале.

Теперь, когда она подумала об этом в таком ключе, возвращение это перестало казаться ей столь триумфальным и начало казаться... каким-то неуместным. И немного странным. Но выбирать не приходилось, и это все равно лучше, чем топать пешком.

 

Задание выполнено!

[Shunt]

Кунарийская деревня

 

- Что насчет остальных? Им тоже нужно добраться до ставки. И Сигурду тоже.

 

- Сигурд не боится летать, верно? - ухмыльнулся маг, прижимая к себе Раэну. - Так что у меня будет два пассажира. Остальные... - он обратился к Лорусу: - Генерал Нокс, скоро сюда прибудет конный отряд со всем необходимым. После этого идите лагерь у крепости и ждите дальнейших указаний. 

Лорусу оставалось только кивнуть. Тиберий вышел из хижины, потом опустил Раэну на землю и, спустя миг, обратился в дракона, едва-едва помещаясь на довольно обширном дворе. Мотнув головой, он как бы пригласил хасиндку залезть на него. Сигурда же уговаривать не пришлось - лесная кошка уже вскарабкалась на него. 

- Знаете, - сказал Нокс, глядя на эту картину. - А я ведь думал, что это байка... 

[Perfect Stranger]

Кунарийская деревня

 

- А я ведь думал, что это байка...

 

- Я слышала, что некоторые маги умели превращаться в драконов, - сказала Шен, тоже выходя из дома и останавливаясь рядом с потрошителем. - Например, Флемет... но о ней насочиняли столько сказок, что и не знаешь, которая из них - правда. Может, через много лет и о нас будут ходить легенды...

Она смотрела, как дракон поднялся в воздух, вызвав сильный ветер движениями своих крыльев, и вскоре исчез в поднебесье. Ей тоже хотелось уйти. Сегерон, несмотря на то, что казался ей волшебным поначалу, был похож на одно из этих странных растений в джунглях, которые приманивают насекомых сладким запахом и прелестным видом, а затем хватают и едят, как хищники. Ей так и не довелось спросить, зачем Тиберий вообще начал эту кампанию, зачем Тевинтеру этот остров, полный мух, пальм, жары и ядовитых испарений. Зачем вся эта кровь, ради чего? Наверное, многие уже и не помнят, за что сражаются - а просто делают это по инерции, потому что всегда так было. Не задумываясь. Но Тиберий казался ей не таким, он вроде бы был непохож на фанатичных магистров из Минратоса и даже на Архонта, для которого репутация была превыше всего.

Но у Шен так и не выдался подходящий шанс задать такой вопрос, да и она понимала, что вряд ли получит на него удовлетворительный ответ.

- Ужасно хочется пить, - призналась косситка наконец. - И есть. Как думаешь, тут найдется что-нибудь?.. И как скоро прибудут эти всадники? Кажется, мне нужен отдых.

[Shunt]

Кунарийская деревня

 

- Ужасно хочется пить, - призналась косситка наконец. - И есть. Как думаешь, тут найдется что-нибудь?.. И как скоро прибудут эти всадники? Кажется, мне нужен отдых.

 

- Врядли. - покачал головой Нокс. - Деревня не самая богатая, к тому же не хочу отбирать у них еду или воду. Да и просить совестно. Подождем разъезд, они прибудут быстро. С ними и отправимся обратно. Сам хочу отдохнуть. И помыться. Да и вообще... - он улыбнулся. Под "вообще" каждый мог понимать в меру своей испорченности. 

[Perfect Stranger]

Кунарийская деревня

 

"Быстро" - это было сказано очень смело. Шен показалось, что они прождали полдня, но на самом деле вряд ли их ожидание длилось больше трех часов. Но эти три часа на солнце, в самую жару, когда на деревню опускается густая дымка из испарений, а ветер такой слабый, что не шевелит ни листочка, ни травинки, и кажется, что с каждым вдохом в твои легкие проникает нечто осязаемо-плотное, показались всем им вечностью. Шен уже даже не пыталась прогонять жужжащих вокруг деловитых насекомых. Не кусают - и ладно.

Зато за эти три часа им удалось несколько раз увидеть местных жителей. Те, похоже, начали привыкать к присутствию чужаков - как любые деревенские привыкают к бегающим по улице бродячим псам и кошкам. Косситка с любопытством наблюдала, как поначалу очень медленно и осторожно, а потом все смелее из домов начали выходить люди. Ну, не люди - косситы. Как и говорила Раэна, это были те, кто сражаться не мог, но мог работать. Одна женщина (на вид она была старше Шен лет на двадцать) обладала красивейшими раскосыми глазами, как у сегеронской кошки, и длинными черными волосами, как у Раэны. Из одежды на ней были только широкие ленты, которыми было перетянуто почти все ее тело, и высокие плетеные сандалии почти до колена. В руках она держала что-то вроде большого серпа, как будто пыталась защитить себя от возможной угрозы. Позади нее Шен заметила нескольких малышей, они прятались за матерью, но природное любопытство побуждало их то и дело выглядывать из-за ее спины и во все свои огромные глаза таращиться на наемников.

Косситка понимала, что не должна общаться с местными, что ни ей, ни им этого было не нужно, а потому отвернулась. Хотя она любила детей - всех рас и видов, драконов, людей, косситов, всех. К сожалению, сейчас это было совершенно неуместно.

Вскоре жители занимались своими делами так, будто никаких чужаков тут и вовсе не было. Мараад, правда, постоянно держался в пределах видимости и не спускал глаз с чужаков - видимо, он доверял им далеко не так же сильно, как Раэна, и постоянно держал в пределах досягаемости свои два кривых меча. Но, к его чести, не беспокоил "Драконов". Они ждали, ждали так долго, что Шен уже начала потихоньку засыпать, изнывая от невыносимой жары и устроив голову на плече Лоруса, который все-таки решил снять верхнюю часть доспеха. Иначе он бы просто сварился в ней. Пару раз к ним подходила какая-то другая женщина, ставила рядом глиняный кувшин с водой и тут же уходила, не проронив ни слова. Шен как-то попыталась поблагодарить ее, так женщина ушла в два раза быстрее, едва не спотыкаясь. Но вода оказалась холодной, чистой и такой вкусной, что магесса едва не забыла поделиться ею с остальными. От жажды они более не страдали, но теперь пришел голод. В животе требовательно урчало.

- Да где же они?! - наконец не выдержала и прошипела косситка, дернув Лоруса за рукав, словно это он нес ответственность за конный разъезд Тиберия.

Впрочем, они как будто услышали ее слова - потому что буквально через несколько секунд до ушей наемников донесся грохот копыт. Отряд на этот раз был гораздо больше, чем отряд Рагноса - человек пятьдесят на груженых седельными сумками лошадях, все в доспехах Империи, они подъехали к разрушенным воротам и остановились. Человек, ехавший впереди, спешился, не спеша заходить внутрь, а наемники поднялись с насиженных мест и зашагали навстречу.

[Shunt]

Кунарийская деревня

 

Мужчина, командовавший отрядом медленно прошел во внутренний двор деревни. Оружия он не обнажал и вел себя довольно мирно, только с некоторой неприязнью разглядывал явно требовавшие ремонта домики кунари. Остальные его люди не спешили соскакивать с коней, справедливо полагая, что в случае чего конникам будет проще отбиться. Пускай приказ их был вполне однозначным, но кто знал, что придет в голову рогатым? Встав в центре двора, командир отряда стащил с головы шлем и сказал:

- Мне нужен главный. От имени Тиберия я послан охранять и, по возможности, помогать новым союзникам. - он взглянул на Лоруса и Шен. - Генерал, мое почтение.

Тем временем остальные имперцы очень ненавязчиво начали занимать точки, с которых очень удобно вести огонь из луков и арбалетов. Все же война всегда действовала на нервы тем, кто в ней участвовал. Ну и в добрые намерения солдат Тевинтера никто никогда не верил, что, в принципе, было правильно и верно. Нокс с раздражением подумал, что вся его репутация катится под откос и его ждут проблемы. Большие проблемы, но только после того, как Империя захватит этот залитый кровью остров. Тем временем, командир продолжил:

- Так же я должен сопроводить отряд наемников... - он заглянул в какую-то бумагу и прочитал: - "Алые Драконы" до лагеря второго легиона. Кто тут есть наемники?