Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

Шен увидела, как из шатра лечебницы выходят Дэйган и Баратас, а еще увидела Эдерна - как обычно, крайне раздраженного и явно чувствующего себя не лучшим образом. Но ее задумчивость показалась имперскому солдату чем-то вроде смущения, поэтому он кашлянул в кулак и сел рядом на бревно, доставая из сумки нечто, позвякивающее при перемещении. На поверку это оказалось ничем иным, как хорошим вином прямиком из Тевинтера.

- Вспомнил нашу встречу в таверне Неромениана. Тогда ты выглядела куда более печальной, чем сейчас, но разве это не повод выпить? - он усмехнулся и протянул ей бутылку. - Вот, бери. Прости, что не даю кружки, но здесь всем приходится обходиться малым. Можешь пить из горла, я не возражаю.

Косситка покрутила бутылку в руках, словно раздумывая, а хорошая ли это идея, но в конце концов сделала глоток.

"Хуже ведь не будет?"

К счастью, вечер плавно перетекал в ночь, а поэтому бояться жары, которая усугубит действие алкоголя, не приходилось. Хотя и ночью тут было душно. Увидев Дэйгана, Шен помахала ему рукой - в этот момент лицо Шакраса окаменело, приобрело жесткое, пугающее выражение, какое бывает у очень жестоких людей, если делать не так, как они того хотят... но уже через секунду это выражение сменилось дружелюбной, расслабленной улыбкой.

- Вижу, и тебе не помешает выпить, дружище. Лихорадка?

[Junay]

Лагерь

 

- Вижу, и тебе не помешает выпить, дружище. Лихорадка?

 

- Да. Думал, что от ранений, но, похоже, подцепил какую-то заразу в джунглях. - кивнул Дэйган, силясь вспомнить, где он видел этого типа. Кажется, в таверне у Квинта, он вроде, еще к косситке приставал, и предлагал прогуляться?  Тоже на Сегерон занесло? Да уж, не самое лучшее времяпровождение. Здесь, в джунглях возможностей умереть безвестным было в разы больше, чем возможностей стать героем.

- Надеюсь, я не помешал? - спросил он, с опозданием подумав, что этот тевинтерец явно по прежнему симпатизирует Шен. 

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

- Да. Думал, что от ранений, но, похоже, подцепил какую-то заразу в джунглях.

 

- Это такая гадость - пока не переболеешь, ничего не поможет, - поморщился Шакрас, протягивая бутылку Дэйгану, когда косситка, сделав пару глотков, вежливо вернула ее хозяину. - А вас какими судьбами сюда занесло? Я-то в прошлый раз просто ненадолго вернулся в родной город, а потом - опять на фронт. Говорят, некоторые и такой короткой увольнительной не получают, - он сверкнул ярко-белыми зубами в улыбке, которая выделялась на его смуглом лице. Неясно было, то ли он сам по себе был с антиванскими корнями, то ли попросту загорел на островах. Шен он казался в какой-то мере симпатичным, да и манеры у него были получше, чем у многих вояк, но что-то в этом человеке ее немного... тревожило? Да, пожалуй, это было подходящее слово. Да и его появление здесь казалось странным совпадением. Случайная встреча в таверне и не менее случайная - в лагере за много сотен миль от этой таверны? Невозможно.

Хотя, в этом мире не было ничего невозможного - даже превращение мага в дракона, как успела убедиться косситка.

[Junay]

Лагерь

 

- А вас какими судьбами сюда занесло? Я-то в прошлый раз просто ненадолго вернулся в родной город, а потом - опять на фронт.

 

- В какой-то мере нас сюда послал Архонт. В помощь Ти... гранд-адмиралу. - ухмыльнулся Дэйган, отпивая вино. - Так что мы здесь не совсем по собственному желанию. Что поделать - наемники народ подневольный. И не могут собой распоряжаться. Хотя, здесь не плохо, если бы не было войны и разных болячек... На Сегероне, как я вижу, идет война не только между кунари и тевинтерцами, а еще и с воинами Тумана? Воевать на два фронта сложно. 

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

На Сегероне, как я вижу, идет война не только между кунари и тевинтерцами, а еще и с воинами Тумана? Воевать на два фронта сложно.

 

- И не говори, - пожал плечами тевинтерец, тоже прикладываясь к бутылке. Втроем они должны были уговорить ее достаточно быстро, едва-едва почувствовав хоть какое-то опьянение. - Я только сегодня вернулся с одной операции... все было довольно мерзко. Половина моего отряда полегла из-за этих демоновых отродий. Впервые вижу подобное среди воинов тумана - чтобы все ходили, как привидения, в белом. В белом! Хотя, должен признать, это умно. Когда эти белые бросают свои дымовые бомбы, в тумане их почти не различишь. Мне повезло, что жив остался... остальным повезло меньше. - Он помолчал, делая еще один глоток, и Шен заметила, как помрачнело его лицо. Тема была не из веселых, и она попыталась ее сменить:

- А мы у кунари были. Улаживали конфликт! Заодно жену гранд-адмирала спасли. Ну... вроде того, - смущенно улыбнувшись, поведала она. - Или это она нас спасла? Кто знает...

[Shunt]

Лагерь

 

Лорус же, пока остальные наемники были заняты черт знает чем, сидел в шатре Танатоса и переругивался с Церес. 

- Я не хочу отдавать им оружие, - уже в который раз сказал Нокс, пытаясь не сорваться на ругань. Женщина, сидевшая напротив него, поморщилась и отпила что-то из бокала. - Они ненадежны. А любовь Тиберия использовать кого угодно, но только не солдат выйдет боком, я тебе это серьезно говорю.

- Но они помогли нам. - заметила Церес, отставляя бокал и скрещивая руки на груди. - Раэна нашлась. Небольшой договор с рогатыми... Думаю, они заслужили получить свое барахло. 

- Ты наивна. Я не верю никому из них. Разве что....

- Разве что той рогатой красотке с большими титьками. М? - улыбнулась девушка. 

- Тьфу на тебя. Ладно, верну я им их мечи и прочий мусор. - махнул рукой потрошитель, гипнотизируя недопитый бокал. В воздухе витал тяжелый сладковатый запах. 

- Не хочешь? Двадцать пять лет выдержки. Орлесианское. - облизнула губы приемная дочь адмирала и придвинула бокал к Лорусу. 

- Воздержусь. - Нокс поднялся из-за стола и подошел к огромному сундуку, стоящему возле входа в шатер. - Он хоть заколдован?

- Ага. - девушка щелкнула пальцами и у сундука внезапно выросли ножки. Много ножек. - Давай, иди и раздавая милостыню нашим могучим "драконам". - хихикнула он, допивая содержимое бокала. 

- Он дорогу обратно найдет? - Лорус скептически глянул на многоногий сундук. - А то еще сбежит...

- От нас не сбежит. Все, давай. Задание ты уже получил, так что надо твоих ребят вооружить как следует. Свободен, генерал. - она взмахнула рукой, давая понять, что аудиенция закончена. Нокс пожал плечами и вышел из шатра. Сундук резво бежал за ним, иногда падая на поворотах, но не отставая от "хозяина". Дойдя до места расположения наемников, потрошитель пнул ящик, заставляя его открыть крышку, и обратился к "драконам":

- Налетай, торопись, разбирай... оружие. - в рифму не вышло.

 

наемники могут вернуть свое оружие. 

[Junay]

Лагерь

 

Половина моего отряда полегла из-за этих демоновых отродий. Впервые вижу подобное среди воинов тумана - чтобы все ходили, как привидения, в белом. В белом!

 

Дэйган вздрогнул. "Белый призрак"...

- Мы как-то наткнулись на воинов Тумана, но они были обычные, в броне. - потер подбородок мужчина. - Разве у воинов Тумана несколько... разновидностей? да и белое носить в джунглях? Логично было бы зеленое или...  Какого хрена?! - внезапно охнул Дэйган, в изумлении смотря на подбегающий к ним... сундук. 

Ему на миг показалось, что он просто бредит от гарячки.

 

- Налетай, торопись, разбирай... оружие. - в рифму не вышло.

 

- А он не кусается? - мужчина подозрительно покосился на сундук, затем заглянул в него и вытащил свои клинки.

 

(+ клинки Укус змея)

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

- Налетай, торопись, разбирай... оружие. - в рифму не вышло.

Какого хрена?! - внезапно охнул Дэйган, в изумлении смотря на подбегающий к ним... сундук.

 

Шакрас сначала недоуменно переводил глаза с Дэйгана на Шен, затем на сундук и обратно, а потом рассмеялся. Но ничего не сказал. Видимо, он к такому уже привык и ничему не удивлялся. Зато косситка была в полном восторге.

- Какая прелесть! - сказала она, опустившись рядом с сундуком на колени и попытавшись погладить его крышку. Затем, поняв, что сундуку от этого ни холодно, ни жарко, со вздохом извлекла из него свой посох. Точнее, не свой, а принадлежавший Трециусу Флавию, но тому никакое оружие уже помочь не могло. - Спасибо, Лорус. Теперь я чувствую себя куда более уверенно. - Она, словно в подтверждение своих слов, поднялась и оперлась о посох, улыбаясь.

- А тебе идет, - подал голос Тардиус, который явно оценил новый наряд Шен, намного более короткий и открытый, чем в Неромениане. А может, имел в виду посох. - Что касается воинов тумана, то да - в белом ходит только один отряд, и похоже, он с остальными не особо контактирует. Но я в их внутренние конфликты не влезал, поэтому изнанки не знаю.

[Junay]

Лагерь

 

- Что касается воинов тумана, то да - в белом ходит только один отряд, и похоже, он с остальными не особо контактирует. Но я в их внутренние конфликты не влезал, поэтому изнанки не знаю.

 

" А я, кажется, знаю, кто  в этом отряде... Демоны Тени, почему он влез в эту войну? Им же никогда не победить! Если не тевинтерцы захватят остров, то это сделают кунари... А хрен редьки, как известно не слаще." - вздохнул мужчина.

- Эти белые...  Какие цели они преследуют? За что сражаются? Не пытались выйти на контакт с вашими командирами? И где они вообще появлялись? - спросил Ашкаари. Правда, вна развернутый ответ он не надеялся.

- И да, спасибо за оружие, Лорус. - кивнул он Ноксу.

[Элесар]

Лагерь

 

- А вот и наглядное подтверждение тому, что даже у сундуков больше мозгов, чем у некоторых тевинтерцев, - фыркнул мужчина, доставая свой арбалет. То, что по недоразумению называлось арбалетом в армии империума, гном благополучно оставил у ящиков, рассудив, что никому один хрен этот бесполезный кусок дерева не нужен. Аракан присел поодаль от наймитов, чуть поморщившись от боли и, выложив перед собой какую-то тряпицу, принялся за манипуляции с оружием. Давно стоило, на самом деле. Тем более, что местному "мастеру" он свой арбалет не доверит, даже если тот будет умолять на коленях.

 

Арбалет + Руна Солнца - > +1 к урону

[Shunt]

Лагерь

 

- И да, спасибо за оружие, Лорус. - кивнул он Ноксу.

 

- Пожалуйста. Можете морально готовиться к очередному заданию. - Нокс кивнул Дэйгану и внимательно поглядел на Тардиуса. - Что-то я тебя не помню, боец.

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

- Эти белые...  Какие цели они преследуют? За что сражаются? Не пытались выйти на контакт с вашими командирами? И где они вообще появлялись?

 

- Не знаю. Они ни с кем из наших не говорят. А за что сражаются... убивают всех подряд, - пожал плечами имперец, но потом встал и кивнул Лорусу Ноксу. - Приветствую, мессир генерал. Я Шакрас Тардиус, сын магистра Тардиуса, если вам знакома такая фамилия. На Сегероне уже давно, - это была очень, очень хорошо запрятанная подколка. Сам Нокс на Сегероне был относительно недавно, и если Шакрас прибыл сразу после встречи в Неромениане, то он тут как раз дольше генерала. - Вероятно, вы меня не помните потому, что я сам вернулся только сегодня, а до этого почти не вылезал из джунглей. Воины Тумана нас здорово потрепали. Вы, я вижу, тоже в какую-то битву вляпались, - ухмыльнулся он, глядя на гнома, которому никто не удосужился дать лекарств.

- Может... может, кто-то поделится с ним? - робко предложила Шен, которая почувствовала жалость к вечно угрюмому и недовольному Аракану. - Хотя... ладно, я сама! - с этими словами она припустила к полевому госпиталю, выложила в ладонь лекаря 1 золотую монету, взяла аптечку и понесла ее гному. Тот возился с арбалетом, вроде бы как вставлял в рукоять какую-то руну... Шен протянула ему коробочку. - Вот, возьми. Не стоит страдать от боли.

Шакрас тем временем сверлил взглядом Лоруса Нокса. Во взгляде этом не было ни страха, ни особого почтения - он наверняка был из тех вояк, которые не воспринимали Нокса всерьез, благо он буквально за пару месяцев вылез "из грязи в князи", и то лишь благодаря благосклонности гранд-адмирала.

 

-1 золотой

[Kykuy]

Лагерь

 

Баратас, перевязывающий раны вдали, при появлении сундука на лапках и Лоруса лишь глухо чертыхнулся себе под нос. Каких уже только чудес он не повидал на этом Сегероне... Кошки размером с пол-коровы, люди-драконы, бегающие сундуки. Надо было сказать, ему нравилось. Также он услышал обрывок разговора, касающийся Воинов Тумана

- Воины Тумана, бегающие по зелёным джунглям в белом? От них можно и не такого ожидать... Наверное, ещё и название себе какое-нибудь вроде "Ангелы чего-то там" взяли, - хмыкнул он себе под нос, забирая свой посох. Было даже непривычно вновь чувствовать его в своих руках. От потока силы, пробежавшему по древку оружия, у коссита даже пробежали мурашки по спине.

 

Возвращаем себе оружие.

[Shunt]

Лагерь

 

Нокс улыбнулся. Учитывая, что магистров в Империи было как блох на псине, он не помнил этой фамилии. А если не помнил - значит человек его доверия не заслуживал.

- И как тебе Сегерон, боец? - поинтересовался Нокс, разглядывая нагловатого мужика. - Прекрасное место, верно? Знал бы ты, как я по нему скучал холодными зимними вечерами...

[Spectre]

Лагерь

 

- Сундук бегает? Ну ладно, на этом острове это видимо привычное дело, - спокойным голосом сказала Лилиан, хотя это ее сильно удивило, - ну ладно, хорошо, что можно наконец-то свое оружие достать, не то что та рухлядь, что дали вначале.

"Мда, может мне тоже начать пить лекарства? А то с этим островом можно себе всю психику нарушить" - чуть покружив головой заметила про себя девушка, доставая свое оружие.

 

Возвращаем себе родное оружие.

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

- Прекрасное место, верно? Знал бы ты, как я по нему скучал холодными зимними вечерами...

 

- Просто отличное, - улыбка стала еще более дружелюбной, и Тардиус сел, продолжая пить вино, а затем поколебался и протянул бутылку генералу. - Не выпьете с простыми солдатами? Гранд-адмирал нас нечасто посещает, но у него и дел побольше. А у вас, я вижу, в отряде целых два рогатых, да еще и оба - маги, - он покачал головой. - Не все из нас это одобряют. Но пока никто не собирается причинять вам... вред. Что касается меня, то я, напротив, считаю, что иметь в союзниках косситов - огромная удача. Их маги невероятно сильны. К тому же, их женщины довольно красивы... - он посмотрел в сторону Шен, которая присела перед гномом и протягивала ему аптечку, улыбаясь так обезоруживающе, что даже такой неприятный тип, как Аракан, вряд ли мог ей отказать. В глазах Шакраса мелькнуло что-то нехорошее, но этого почти никто не заметил. - А, да... если хотите найти этих белых дьяволов - отправляйтесь на восток. В последний раз мы видели их там. Но не факт, что они там все еще остались - перемещаются очень быстро и очень хаотично, не отследить.

[Junay]

Лагерь

 

- Не знаю. Они ни с кем из наших не говорят. А за что сражаются... убивают всех подряд, - пожал плечами имперец

 

"Просто отлично. В такой ситуации возможность добраться к Габриэлю равна минус бесконечность. Эти ненормальные, бегающие по джунглям в простынях, прирежут меня, как тевинтерского наемника, и дело с концом. Боги,  похоже, издеваются надо мной!" - в отчаянье подумал Ашкаари.

- Что там за новое задание? Нам дадут немного передохнуть и подлечить раны? - спросил мужчина. 

[Элесар]

Лагерь

 

- Может... может, кто-то поделится с ним? - робко предложила Шен, которая почувствовала жалость к вечно угрюмому и недовольному Аракану. - Хотя... ладно, я сама! - с этими словами она припустила к полевому госпиталю, выложила в ладонь лекаря 1 золотую монету, взяла аптечку и понесла ее гному. Тот возился с арбалетом, вроде бы как вставлял в рукоять какую-то руну... Шен протянула ему коробочку. - Вот, возьми. Не стоит страдать от боли.

 

- Страдать? Что ты. Я получаю удовольствие от всего происходящего, рогатая, разве не заметно? Ща вот ещё чуть-чуть и в обморок херакнусь от наслаждения, - недовольно фыркнул Аракан, который даже не заметил протянутую ему коробку с лекарствами, полностью погружённый в работу с арбалетом. Руки гнома, в одной из которых был зажат походный нож, порхали над оружием аккуратно, чего от Эдерна вряд ли можно было ожидать. Вот если бы у него ничего не получалось и он швырнул конструкцию в ближайший камень - тогда да. А так даже как-то странно. Подошедший к хозяину Нел выглядел потрёпанным, но чрезвычайно довольным собой. В бою ему удалось неплохо потрепать противников, чем не повод для гордости? Мабари посмотрел на Шен и благодарно тявкнул - видимо, вместо гнома, который только тут обратил внимание на то, что косситка не просто сочувствует, но и вполне себе подошла с решением его проблемы со здоровьем.

- А. Супер. А то нашу целительницу малахольную глядишь соплёй какой-нибудь больной перешибёт, - кивнул мужчина, принимая аптечку из рук Шен и возвращаясь к работе. - Буду должен.

 

травма вылечена будет потом

[Junay]

Лагерь

 

- Да, все хотел спросить, у кого какие планы на будущее? - окинул Дэйган взглядом присутствующих. Вино, в купе с лекарством от горячки, подействовало на него благотворно, и озноб прошел. А вот в голове все еще немного шумело, но видимо, уже не от болезни.  - Думаете продолжать служение империи? Или разбредетесь по своим делам? Похоже, служба империи не приносит никаких дивидентов. 

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

- А. Супер. А то нашу целительницу малахольную глядишь соплёй какой-нибудь больной перешибёт, - кивнул мужчина, принимая аптечку из рук Шен и возвращаясь к работе. - Буду должен.

 

- Да не за что, - улыбнулась Шен, правильно поняв эту короткую и грубую фразу как благодарность. - Мы все в одной лодке. Правда, Нел? - она протянула руку и потрепала собаку по голове, та благодарно завиляла коротким хвостом. Хорошо, что пес не пострадал в бою, как и рысь Раэны - благодаря этим двоим, возможно, наемники и вышли живыми. Заслуги животных на войне так часто и так несправедливо недооценивали. Косситка вдруг с тоской вспомнила Мериокра и подумала, что правильно поступила, отпустив его - малышу было не место здесь, в этом жутком месте, на этой войне. Но она скучала. После того, как ушли почти все ее друзья, а отношения с Тавилой и Риматом испортились, Шен ощущала сильное одиночество. Ей почти не с кем было поболтать вот так просто, вне боевых заданий, и сейчас она выбрала целью своей совершенно неподходящего гнома. Он был не похож на Бодарта, тот был куда веселее и общительнее, но почему бы и не попытаться подружиться? Тем более, что они могут и не вернуться с острова уже никогда.

 

- Думаете продолжать служение империи? Или разбредетесь по своим делам? Похоже, служба империи не приносит никаких дивидентов.

 

- А что, разве генерал вам не платит? Вы же наемники, - удивленно приподнял бровь Шакрас, все еще протягивая бутылку вина Ноксу и терпеливо ожидая его решения. - Странно. У нас есть несколько отрядов из наемных мечей, и все получают жалованье. Вам бы этот вопрос обсудить с вашим руководством, - он посмотрел прямо в глаза Лорусу и улыбнулся. Что ж, провокация удалась.

[Shunt]

Лагерь

 

Нокс взял бутыль вина и принюхался. Вроде вино. Не кровь. 

- Тардиус, я понимаю, что наглость не порок и жить помогает, - усмехнулся потрошитель, делая большой глоток. Вина он не пил с самого Минратоса и надеялся, что не сорвется. - думаю, финансовые вопросы я буду решать без помощи посторонних. 

[Junay]

Лагерь

 

- А что, разве генерал вам не платит? Вы же наемники, - удивленно приподнял бровь Шакрас, все еще протягивая бутылку вина Ноксу и терпеливо ожидая его решения. - Странно. У нас есть несколько отрядов из наемных мечей, и все получают жалованье.

 

- Похоже на то.  - развел руками Дэйган. - А цены, даже на самые необходимые зелья лечения - не маленькие. Конечно, это понятно: Сегерон, транспортировка, то,се. Но если уж мы не получаем плату, то хотя бы предметы первой необходимости могли быть бесплатными. 

Впрочем, самого Дэйгана деньги не очень-то и интересовали. Его интересовал Габриэль, и только смертельные опасности джунглей сдерживали мужчину от того, что бы украсть лошадь и отправиться на восток, искать эльфа... Но последние остатки здравого смысла все еще удерживали его от столь безумного поступка. 

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

думаю, финансовые вопросы я буду решать без помощи посторонних.

 

- Разумеется, генерал, - кротко ответил ему Шакрас, отвернувшись и продолжая наблюдать за Шен, которая, к счастью, не могла из-за расстояния слышать этого разговора. - Я просто удивился, вот и все.

Впрочем, продолжать провокацию уже смысла не было - удочка была заброшена.

- Слушайте, если вы пойдете на восток, может, я отправлюсь с вами? - вдруг предложил смуглый, словно ему в голову пришла великолепная идея. - Я уже не раз встречался с этими белыми, и смогу в случае чего навести вас на их след или предупредить о том, что они близко. Пока что для меня нет новых заданий, а сидеть на месте и прохлаждаться - не в привычке у Тардиусов.

[Элесар]

- Да не за что, - улыбнулась Шен, правильно поняв эту короткую и грубую фразу как благодарность. - Мы все в одной лодке. Правда, Нел? -

 

Нел радостно гавкнул и даже попытался лизнуть руку Шен в знак благодарности. А он, глупый, к Лилиан всё приставал, да к Тави, чтобы те его погладили... гномка даже сподобилась разок, но вряд ли их можно было назвать ласковыми.

 

- Если мы и в лодке, то это точно какое-то дырявое корыто, а наш капитан в жопу пьян. Потому что несёт нас хрен пойми куда и, того и гляди, потонем, - всё так же ворчливо отозвался мужчина, бросив взгляд на косситку. И какого ей от него надо? Или теперь он за эту аптечку он перед ней станцевать должен? Вечно кому-то неймётся, вечно кто-то кому-то душу изливать хочет - без этого прямо никак. Эдерн внимательно осмотрел рукоять, в которой теперь красовалась переливающаяся золотистым руна, довольно (вот же новость) хмыкнул и достал из коробки, что ему дала Шен, лекарства.

- Кхм... - кашлянул Аракан, принимая лечебное зелье, и по его внешнему виду становилось понятно, что следопыту становится легче. - Если ты пришла за милой беседой, то ты явно не по адресу. Спасти твою задницу, если вдруг нападёт кто или, вдруг, вон тот тевинтерский хрен, что тебя уже всю взглядом обмусолил, решит, что если баба с рогами, то ему всё можно - всегда пожалуйста. Но сопли размазывать о том, как мы докатились до жизни такой, эт не ко мне. Можешь с Нелом поговорить. Эта падла блохастая вообще не помню когда грустила больше двух минут в последний раз.

[Shunt]

Лагерь

 

- Разумеется, генерал, - кротко ответил ему Шакрас, отвернувшись и продолжая наблюдать за Шен, которая, к счастью, не могла из-за расстояния слышать этого разговора. - Я просто удивился, вот и все.

 

- Отлично. Думаю, я сообщу Танатосу о том, как вы мне помогли. - Нокс улыбнулся. - В атаку пойдете первыми. - потрошитель аккуратно вылил вино на землю и, резко развернувшись, пошел к шатру командующего легионом. Не понравился ему этот человек, очень не понравился.