Мафия 009: Побег через Атлантику

[Laion]

Дама с собачкой..  Наверняка у тех, кто знаком с этим образом по спектаклям и книгам,  он  вызывает ассоциации с хрупкостью, наивностью и скромностью.  Разбивающая, словно ледокол, мощной грудью гуляющих, идущих навстречу и несущая на руках крошечную собачонку дама очень мало, вернее, абсолютно никак не напоминала этот образ, но свято была уверена в обратном. Собачонка провожала взглядом каждого встречного, тихонько рыча и скаля зубы, но укусить никого не успевала, придерживаемая тяжелой дланью.  Дама, задумчиво поглядывая по сторонам, заметила вывеску "Habana". 

- Мими, дорогая.. Как думаешь, тут найдется для одинокой дамы кусочек торта и  пара рюмочек ликера? Давай-ка проверим.  - Сказано это было по-испански, но с очень сильным немецким акцентом.

Дама открыла дверь и "вплыла" в бар, с порога цепко оглядывая находящихся внутри.

 

Сев за ближайший к барной стойке столик, она посадила собачонку на соседний стул, и кивнула бармену, громогласно заказав:

- Licor 43, señor. - и добавила: - И торт, какой у вас есть в меню. И бифштекс. Только не свиной,  телятину, пожалуйста. У Мими на свинину аллергия.

 

 

 

[Hikаru]

Немного неодобрительно качнул головой, глянув на яркую деушку у стойки.

 

Рене, чуть скосив взгляд, самодовольно усмехнулась и переменила позу, отчего край платья задрался еще чуть выше.

[Spectre]

Выпив немало стаканов "доброго" виски, половина из которых была явна лишней, Фрэнсис, с грустью затушив последнюю сигару, решил активно вклиниться в процесс, а точнее разговор. Правда он мало понимал всей сути разговоров давешних, но черт, когда это кому-нибудь мешало?

- В общем...эм, так ты священник значит, - сказал мужчина, указав пальцем на Карла, - так, значит и такие как ты не не прочь выпить чутка? Мир становится все лучше и лучше, ей Богу.

[Hikаru]

Сев за ближайший к барной стойке столик, она посадила собачонку на соседний стул, и кивнула бармену, громогласно заказав:
- Licor 43, señor. - и добавила: - И торт, какой у вас есть в меню. И бифштекс. Только не свиной,  телятину, пожалуйста. У Мими на свинину аллергия.

 

- По ней это заметно, - негромко фыркнула Рене, обращаясь не то к бармену, не то к пустому стакану. - Амиго, повтори! - Она подтолкнула пустой стакан к официанту.

[Takahashi]

Он почтительно склонил голову.

- Видеть  человека, который  не утратил  после войны веру в Бога  да еще   в  таком месте,  практически   невозможное сочетание.   Этьен произнес столь длинную  фразу обычно  он  молчалив  и задумчив.

 

- Разве есть что-то невозможное в вере? - мужчина закрыл томик. - И что необычного в этом месте? Бар, каких десятки... Или вы об ином месте говорите?

 

- В общем...эм, так ты священник значит, - сказал мужчина, указав пальцем на Карла, - так, значит и такие как ты не не прочь выпить чутка? Мир становится все лучше и лучше, ей Богу.

 

 

- Сейчас весь мир изменяется..  лучшую ли, в худшую сторону.. Господь не оставит нас

Изменено 4 октября, 2015 пользователем Takahashi

[FromDarkTime]

- Как самокритично, - покачала головой Анжелика, с легким стуком возвращая бокал на место. - Я бы сказала, что вы не столь плохи и вполне... боеспособны. Уверена, рассказы о боевых похождениях не оставят ни одно горячее южноамериканское девичье сердце безучастным.

 

Майор засмеялся.

- Бросьте, я вовсе не желал нарваться на комплимент, что, впрочем, приятно слышать. Это не самокритика, а реализм. Некоторые вещи легче принять, чем пытаться игнорировать. И еще, - Тревор сделал глоток кофе. -  Ни за что меня не убедите, будто бы поверили мне. И себе. Это я о знойных красавицах и поисках. Вы правда считаете, что те, кто решил отсидеться в сторонке, когда весь мир воевал, захотят слушать о войне?

 

- Croyez-vous au destin, mademoiselle?

А вы в неё верите? Верите в чертовку-судьбу?

 

- Судьба человека — чаще всего в его характере, - тихонько по-французски, хоть и с небольшим акцентом, процитировал Торнтон, обхватив ладонями чашку. Он решил, что намечающийся диалог будет весьма интересный и приготовился слушать.

[Gonchar]

- В судьбу? - тоже по-французски переспросила Анжелика, слегка повернув голову и вперив взгляд в любителя карт. - Боюсь, что нет. Мы сами творим свою судьбу. Фатализм же - не более чем попытка уйти от необходимости принятия решений, попытка обвинить мир в собственном бессилии. Я предпочитаю отрицать тот факт, что три слепые старые курицы где-то решают, что ждёт меня в следующую секунду. А вы в неё верите? Верите в чертовку-судьбу?  

 

- Детерменизм и фатализм ошибочно путают, - Леон качнул головой, не отрываясь смотря карим и зелёным глазом в глаза собеседницы, - судьба это процесс творения, действия. То, что вселяет нам чувство власти над своими жизнями... Но знаете, что я заметил? - швейцарец развернулся всем корпусом к собседнице, немного подавшись вперёд, обдавая её чуть терпким дубовым ароматом, - Если человеку суждено что-то, то что бы он ни делал, как бы не старался одержать победу над судьбой - он тем или иным способом достигает предначертанного. Мы вольны выбирать путь, но финал нас ждёт один. One way... or another, - докончил он свою речь фразой на английском с сильным смешанным акцентом. На взгляд Леона она наиболее точно отражала его мысль.

Изменено 4 октября, 2015 пользователем Gonchar

[Кайра]

- Разве есть что-то невозможное в вере? - мужчина закрыл томик. - И что необычного в этом месте? Бар, каких десятки... Или вы об ином месте говорите?

 

- После  всего, что произошло   святой Отец многие  ее увы  утратили, он  сложил аккуратно  письмо   и оно опять  отравилось в  в карман.  Он обвел глазами бар,  увидев  Рене, вернее в чем она, он покраснел и быстро отвел взгляд.

 

 

- Сейчас весь мир изменяется..  лучшую ли, в худшую сторону.. Господь не оставит нас

 

Парень кивнул  головой и прошептал на латыни.

[Spectre]

- Сейчас весь мир изменяется..  лучшую ли, в худшую сторону.. Господь не оставит нас

 

- Да, так что вас привело сюда, падре? - задал наверное личный вопрос Фрэнсис, но он уже был пьян, так что ему было как-то неважно, - а насчет мира, так хрень с ним творится, уж точно не сахар. Впрочем так всегда и везде.

"Интересно, если шлепнуть по заднице той девушки вдалеке, шум будет сильный?" - задумался сальными мыслями мужчина, глядя на девушку, сидящую чуть поодаль от него.

[Laion]

- По ней это заметно, - негромко фыркнула Рене, обращаясь не то к бармену, не то к пустому стакану

 

- Зато по Вам, милочка, совершенно не заметно хоть каких-то признаков воспитания - окинула взглядом с ног до головы белокурую девицу дама и отвернулась, переключив внимание на принесенный кусок торта.

[Энди-с-Лицом]

Ни за что меня не убедите, будто бы поверили мне. И себе. Это я о знойных красавицах и поисках. Вы правда считаете, что те, кто решил отсидеться в сторонке, когда весь мир воевал, захотят слушать о войне?

- Все просто. И попробую убедить. Итак, война возникла примерно одновременно с человечеством. Возможно, когда человек взял в руки палку, он сначала использовал ее, чтобы отбиться от... тигра, например. Но потом он понял, что и товарищу можно этой палкой настучать. И тут началось, один настучал другому и стал вождем. Получил внимание, признание, женщин, наконец. Возможно, нынче все чуточку сложнее... Но суть остаётся: способный настучать палкой в центре внимания. Женщин - в частности. Конечно, если вы будете устраивать митинги, обвиняющие жителей Южной Америки в нейтралитете, вас камнями задают. Но если в барах будете рассказывать истории о том, как в одиночку перебили десяток врагов, подорвали танк, спасли небольшой городок - успех гарантирован. В общем и целом трюк безотказный.

Если человеку суждено что-то, то что бы он ни делал, как бы не старался одержать победу над судьбой - он тем или иным способом достигает предначертанного. Мы вольны выбирать путь, но финал нас ждёт один. One way... or another

- С тем, что конец один, не поспоришь - это было бы слишком с моей стороны самонадеянно и, чего греха таить, глупо. Но до конца всегда есть определённый промежуток времени, пугающе малый. Я предпочитаю заниматься изучением этого ничтожного промежутка - ведь его можно изменить. В этом свете полагать, что какая-то незамеченная мною мелочь, которая важна для судьбы, пускает под откос весь поезд моей жизни... Это обезоруживает меня, даже пугает, если честно, - голос обрел некий оттенок горячности - спор ее захватывал. - Поэтому я думаю, что свою судьбу я могу изменить. Здесь и сейчас. Так, как я того захочу. Я не могу изменить того, что было, но то, что есть сейчас и то, что будет через секунду - это все в моей власти. Поэтому судьбы нет, есть мое более или менее сиюминутное решение, определяющее следующий момент моей жизни.

[Takahashi]

- После  всего, что произошло   святой Отец многие  ее увы  утратили, он  сложил аккуратно  письмо   и оно опять  отравилось в  в карман.  Он обвел глазами бар,  увидев  Рене, вернее в чем она, он покраснел и быстро отвел взгляд.

 

 

- Но кому-то вера помогла пережить ужасы этой войны, разве не так? - Вольф внимательно оглядел порядком подвыпившего мужчину, решив, что ответа от падре тот не слишком-то и ждет

[Кайра]

- Но кому-то вера помогла пережить ужасы этой войны, разве не так? - Вольф внимательно оглядел порядком подвыпившего мужчину, решив, что ответа от падре тот не слишком-то и ждет

 

Этьен  кивнул  соглашаясь. со  словами мужчины  - Вера нам дает  утешение   и надежду    сказал Этьен серьезно, он тоже заказал чашку кофе  и   к  нему  эмпанадас.

[Hikаru]

- Зато по Вам, милочка, совершенно не заметно хоть каких-то признаков воспитания - окинула взглядом с ног до головы белокурую девицу дама и отвернулась, переключив внимание на принесенный кусок торта.

 

- Ха! Я и не нанималась преподавать хорошие манеры! - настроение Рене поднималось вместе с градусом выпивки. Сейчас ей, пожалуй, и море было по колено.

[FromDarkTime]

Но если в барах будете рассказывать истории о том, как в одиночку перебили десяток врагов, подорвали танк, спасли небольшой городок - успех гарантирован. В общем и целом трюк безотказный.

 

- Те, кто падок на такие истории - обычно глупы, - улыбаясь, майор пожал плечами. - А это точно не мой типаж. Да и подобные рассказы из моих уст были бы чистой воды ложью. Так что - спасибо за прекрасную идею, жаль, она мне не подходит. А обвинять - кто мы такие, чтобы обвинять? Неужели мы поступили бы иначе, будь у нас выбор?

 

Поэтому судьбы нет, есть мое более или менее сиюминутное решение, определяющее следующий момент моей жизни.

 

- Я, конечно, прошу прощение за то, что влезаю, но, кажется, молодой человек имеет ввиду то, что в жизни человека предопределены некоторые ключевые точки. Например, мне было суждено потерять пару пальцев. Вот суждено - и всё тут. Но вот где и как - это уже зависит от меня. Ведь, к примеру, я мог не участвовать в войне, а уехать и отсидеться где-либо, однако там бы меня поджидал неудачный взмах топором при колке дров или же укус ядовитой змеи и ампутация. Хотя, я не слишком силен в подобной философии, - Торнтон завершил свои мысли улыбкой.

[Звездочет]

- Pani, tu można wypić kawę.

- Dobrze, - коротко ответила своей помощнице Гражина, принимая от нее помощь в перешагивании края подмостков, на которых находилось несколько столиков. Когда оказалось, что есть возможность не заходить внутрь шумного, пропахшего дешевым алкоголем бара, обе девушки облегченно вздохнули. Они, уставшие от достаточно продолжительной прогулки, хотели лишь немного перевести дух, не отвлекаясь на грубое внимание подвыпивших мужчин. На улице, вдалеке от, собственно, бара с крепкими напитками вероятность спокойно провести время была больше, а вовремя уйти - проще.

 

Четырежды повторив Марыльке, прислуживавшей ей блондинке, фразу на испанском, позволившую бы ей сделать заказ, Гражина отправила девушку внутрь бара, а сама привычным движением плавно провела рукой рядом со столом, нащупывая спинку приставленного рядом стула. Расположившись, полячка аккуратно прислонила к ней трость и поправила на шее белоснежный платок, в тон всему ее одеянию, удачно скрывающий жемчуг на шее. Не нужно привлекать внимание бродяг.

[Энди-с-Лицом]

- Те, кто падок на такие истории - обычно глупы, - улыбаясь, майор пожал плечами. - А это точно не мой типаж. Да и подобные рассказы из моих уст были бы чистой воды ложью. Так что - спасибо за прекрасную идею, жаль, она мне не подходит. А обвинять - кто мы такие, чтобы обвинять? Неужели мы поступили бы иначе, будь у нас выбор? - Резонно. И даже не может не радовать, - реплика Тревора удостоилась очередной слишком искренней улыбкой. - Что же до обвинений... Это просто пример. Их нельзя винить. Они не вмешались и прожили эти шесть лет в мире. Возможно, они умнее нас, гордых философов... Вот суждено - и всё тут. - Опять же, подобное меня не слишком устраивает. Возможно, потому что и я далека от философии как науки. Так, простые рассуждения... В которых я не нахожу места такой вот предопределенности. Вы говорите, что нам дано избрать путь, сесть на правильный рейс, скажем, но в какие порты мы зайдем - решили за нас. Но меня это обезоруживает. Руки опускаются от осознания того, что все мои действия, все ведет к чему-то, что необоримо, безжалостно, пугающе быстро приближается, что-то, что не обойдешь, не объедешь. Может, так оно и есть. Может, и правда судьба моя написана где-то на каких-то скрижалях. Но до тех пор, пока я не признаю их существования, я могу бороться. Могу упрямо пытаться зайти в другой порт. Может, зря. Но кто в праве сказать мне это? Кто знает, в правильную ли гавань я стремлюсь? Если предопределение и существует, как вы говорите, то мы об этом не узнаем, сколько ни тасуй колоду, - она устремила взгляд в глубину бокала. - И я полагаю, что предопределение это находится во мне, а не где-то на мифических скрижалях.

[OZYNOMANDIAS]

— Это мой столик, — принципиально заметил мужчина, садясь напротив Стива. В американца тут же был устремлён немигающий взгляд, означающий только одно: капитана сейчас подробно изучали.

 

— Конечно, дружище, — отозвался капитан и встал из-за стола, уходя от прожигающего взгляда. — Нет проблем.

Виски здесь был таким крепким, что мог посоревноваться по крепости с самим Роджерсом. Решив, что пить больше не стоит, и не забыв осушить еще один стакан, Стив, чуть пошатываясь, подошел к барной стойке. Он выудил из-за пазухи несколько свежих банкнот и положил на пропитанное алкоголем и утопленной в нем тоской дерево, шепнул бармену "сдачи не надо", подмигнул перед выходом мистеру Торнтону и медленно вышел из бара.
Нужно было еще раз увидеть это. Не в баре, это было слишком опасно и глупо. Однако далеко уходить почему-то не хотелось, и Роджерс, отыскав пустую скамейку, уселся на неё и достал из-за пазухи небольшой сверток.

Пальцы вгрызались в мятую бумагу газеты, словно подернутую осенней желтизной. Она лежала поверх всей макулатуры, которую доставил из Штатов сержант – наверное потому, что имела в глазах Стивена наибольшую значимость. В сотый раз зашелестев страницами, он вновь развернул первую полосу и замер на главном заголовке, словно увидел его впервые.
"Трагическая гибель Капитана: страна оплакивает героя."
Почему, если ему хватило сил смириться с этим из уст Фьюри – почему теперь он не может проглотить ком, скребущий его горло изнутри?..
Это было странно, это было неправильно. Его гибель? Но зачем? Торжественная точка в конце героической истории, кровавые чернила которой дались ценой огромных усилий, ценой самопожертвования и самоотдачи рядового Роджерса? Пожалуй, это было так. Капитан Америка был тем, кого взрастили во время войны и ради войны: а теперь, когда все закончилось, он уже был не нужен, будто рождественская ёлка, убранная в чулан с наступлением следующего года. Единственное, что у него оставалось теперь – это его жизнь и сердце, бьющееся в надежде служить родной стране так, как она того потребует.
Как и у всякого солдата, пережившего свою войну.
— Это ложь.
Роджерс вздрогнул. Незнакомец стоял рядом, невозмутимо рассматривая газету в руках Стива. От него веяло суровостью: покрытые рубцами руки, испачканные порохом и пеплом, были сжаты в кулаки, обветренное лицо обрамляла жесткая щетина, уже образующая короткую бороду, взгляд был тяжелым. Как и все, кого несколько лет назад объяло пламя войны, он пережил горькие утраты и лишения, напоминанием о которых были изломанный разум и хриплое биение сердца.
Роджерс знал таких безумцев, как он. Их война никогда не заканчивается.
— "Дэйли Бьюгл" до сих пор самая продаваемая газета Нью-Йорка? — скорее утверждал, чем спросил незнакомец. С его плеч спадало темное пальто, разорванное в нескольких местах слепыми осколками гранат, а тело, укрытое грязным нательником, целиком состояло из рубцов, синяков и ссадин.
— Есть то, что никогда не меняется, — как можно более приветливо проговорил Стив, откладывая газету и поднимаясь. Мужчина лишь хмуро пожал плечами.
— Война. Война никогда не меняется, — произнес он, рассматривая поднявшегося на ноги Роджерса. — Хотя, наверное, рассказывать об этом американскому солдату, а теперь уже ветерану великой войны – затея пустая.
— Капитан Стивен Роджерс, — протянул руку Стив, и ощутил в ней твердую и грубую ладонь собеседника.
— Сержант Фрэнк Кастелионе, сэр, — представился наконец он, и Роджерс немного расслабился. Такой же ветеран, к тому же, судя по всему, американец – невзирая ни на что, от этих людей, умирающих на другой части света за те же идеалы, что и он сам, Стивен никогда не ожидал предательства. Потеря веры в американский народ и его мечту была возможна для Роджерса только после утраты жизни, окончательной и бесповоротной; разгоняя мрачные мысли, он дружелюбно улыбнулся.
— Недавно из США? Или получили посылку с прессой от друзей? — кивнул на перетянутые тугой веревкой журналы. Роджерс оглянулся на смирно лежащую кипу американского чтива, переданного Фьюри, и покачал головой.
— У меня там совсем нет друзей, — с хрипотцей в голосе произнес он. Перед глазами встал образ летящего в чертову бездну Баки – и с каждым днем его взгляд становился все более укоряющим и презрительным, чем ранее. О чем он думал тогда? О предательстве? Тряхнув головой и поморщившись, Стив продолжил: — Обо мне помнит только один назойливый, неуступчивый старик, а для остального мира... Грубо говоря, для остального мира я уже умер.
Кастелионе молчал, обдумывая его слова. По спине Роджерса пробежали мурашки: не сболтнул ли он лишнего этому типу? Не может ли это навредить плану сержанта Фьюри, а его самого – привести в могилу или, того хуже, в тюрьму? Горькая мысль о том, что его упекут за решетку, как политического преступника, предавшего нацию и родину, потекла по венам, словно змеиный яд: догадается ли этот Фрэнк Кастелионе о его прошлом? Малодушие и излишний драматизм – вот что сгубит его в первом же разговоре с американским подданным, оплакивающим смерть народного любимца. Но неужели...
— Участь всякого солдата – оставаться чересчур живым только для своих врагов, верно? — хмыкнул Фрэнк. — В этом у нас обоих с ним много общего, — он указал на обложку "Дейли Бьюгл" и тут же бросил хищный взгляд на Роджерса.
У Стивена похолодело в груди.
— Мне кажется, сравнение не очень-то удачное. В конце концов...
— Оно совершенно точное, — спокойно возразил сержант. — Капитан Америка не мог умереть – особенно раньше того времени, чем это понадобится. Погибни он при высадке в Нормандии, при переправке в Европу, на первом случайном снайпере – и его бы заменили другим, как выцветший флаг меняют на новый. Но это, — он поморщился и сунул руку в карман, — это лицемерие, основанное на страхе перед его образом, капитан Роджерс, сэр.
Повисло молчание. Кастелионе вытащил наконец сигарету и нервно затянулся. Стивен видел, с каким возбуждением он говорил о Капитане Америке: словно фанатик, отрицающий смерть кумира и ищущий спокойствия в табачном дыме посреди мира пороха и пепла. Он никогда не поверит в это, подумалось Роджерсу, он будет цепляться за безумные нити своих гипотез и находить в них спасение для своего национального героя, а вместе с тем – для самого себя. И Стив не мог его в этом винить.
Более того – он желал этого.
— Ладно, сержант, — прервал тишину Роджерс, заворачивая в тряпку посылку Фьюри. — Мне пора идти, да и тебе, я думаю, есть куда поторопиться. Как говорится, долг зовет.
Фрэнк докуривал молча, провожая взглядом удаляющуюся фигуру. Бросив окурок на землю, он раздавил его тяжелым сапогом и поплелся прочь.
Как говорится, долг зовет.

Спойлер

"Дневник Войны Карателя, запись #833
С каждым отрезанным пальцем он становился все сговорчивее. Превратил его руку в окровавленную культяпку, получил наводку. "Антилия", корабль, маршрут Валенсия – Рио-де-Жанейро. Жалкая попытка скрыться от правосудия. Правосудия в моём лице. Нацистского информатора облил бензином, потом поджег. 
Для них всё скоро тоже запахнет жареным."
Кастелионе убрал карандаш, затем спрятал записную книжку. Судно отправляется через неделю, Фрэнк знал об этом. За этим баром стоило наблюдать – выпивка развязывает людям языки похлеще общей идее о превосходстве арийской нации.
В конце концов, это был его долг. Изменено 4 октября, 2015 пользователем The_Last_Nomad

[Hikаru]

...Если предопределение и существует, как вы говорите, то мы об этом не узнаем, сколько ни тасуй колоду, - она устремила взгляд в глубину бокала. - И я полагаю, что предопределение это находится во мне, а не где-то на мифических скрижалях.

 

Рене чуть сморщила свой точеный носик. Эта тощая кареглазка, беседующая с ну ничем не примечательным любителем карт, через чур умна. Женщина не должна быть такой умной, тем более рассуждать как профессор филочегототам. От этого портится цвет лица и репутация. Куда больше для belles dames подобает радовать мужские взоры, отвлекая от житейских проблем, чем... засорять мозги. C'est la vie!

[FromDarkTime]

Но кто в праве сказать мне это? Кто знает, в правильную ли гавань я стремлюсь? Если предопределение и существует, как вы говорите, то мы об этом не узнаем, сколько ни тасуй колоду, - она устремила взгляд в глубину бокала. - И я полагаю, что предопределение это находится во мне, а не где-то на мифических скрижалях.

 

- Вы можете сами выбрать рейс и приплыть в ту гавань, которую выбрали сами. Но, в конце концов, окажетесь там, куда вела вас судьба, - плавно проговорил Тревор. - Если же решите и вовсе игнорировать поездку, тогда пойдете по другому пути, который также имеет некую обязательную точку.

 

подмигнул перед выходом мистеру Торнтону и медленно вышел из бара.

 

Тревор в ответ махнул на прощание рукой.

- Или же наоборот, - продолжил майор. - Вам уготована поездка именно на рейсе N, даже не на рейсе, а, к примеру, на конкретном корабле, а вот куда он пойдет - это уже другой разговор. Ведь сегодня какой-нибудь частный кораблик "Святой Маркус" может плыть в Америку, через месяц - в Бразилию, а еще через пару капитану стрельнет в голову плыть в Индию, а затем и вовсе он купит себе речной теплоход и назовет его так же. Так что если у вас на роду написано прокатиться на "Святом Маркусе" - это может быть от кругосветного путешествия до легкой прогулки по Сене, рука об руку с прекрасным принцем, белого коня которого могут звать тоже "Святой Маркус". Такая вот штука - эта философия

[Gonchar]

Легко улыбнувшись, Леон кивнул обоим собеседникам.
- Вы каждый по своему правы. Но если скрижали существуют, то они, - парень постучал пальцем по своей груди, - вот здесь. И существуют способы, чтобы их прочитать, - карта исчезла в белой коробочке, - иначе откуда я мог узнать, что встречусь в этом баре с тремя девушками, которые отправятся по одному пути со мной. И я даже успел подготовить каждой по подарку, - легко улыбнувшись он перевёл взгляд на чёрную розу. Рука бессознательно провела по чёрному кожаному кейсу.

[Энди-с-Лицом]

Так что если у вас на роду написано прокатиться на "Святом Маркусе" - это может быть от кругосветного путешествия до легкой прогулки по Сене - Хорошо, предположим, что роковая прогулка свершилась... свершается в данный момент. Именно та, которую вы мне пророчили как ту, которой избежать мне не дано предопределением. В этот момент, в момент свершения поездки, никаких доказательств предопределенности события не было. Я просто решила прокатиться вниз по Сене! Или отправилась в отпуск в Южную Америку. Но можно ли утверждать, что мое намерение было заранее спланировано? В таком случае должна существовать некая сущность, которая знает об этом "плане". Иначе, согласитесь, плана бы не получилось, ведь предопределения бы не было. Кого же вы видите на месте предопределяющего? Бога? Некий всемирный разум? Греческих мойр, плетущих полотно наших судеб?

[Spectre]

Фрэнсис даже не заметил как заснул на стойке от выпитого виски. С ним такое вообще редко происходило, видимо вискарь оказался паленным или просто он уже стареет. Наверное не очень долго он и спал, хотя на щеке уже успел отметиться неплохой след от стола, с определенного угла напоминающий шахматную доску.

- Проклятье, - сказал Фрэнсис, заметив этот отпечаток, - я ведь ненавижу шахматы!

Изменено 4 октября, 2015 пользователем Spectre

[Энди-с-Лицом]

И существуют способы, чтобы их прочитать, - карта исчезла в белой коробочке, - иначе откуда я мог узнать, что встречусь в этом баре с тремя девушками, которые отправятся по одному пути со мной. И я даже успел подготовить каждой по подарку, - легко улыбнувшись он перевёл взгляд на чёрную розу. Рука бессознательно провела по чёрному кожаному кейсу. - Интригующе, - лицо вновь обрело выражение отсутствия всякого выражения. Даже безмятежность куда-то пропала.

[First Contact]

Сопровождающий её перестук каблуков с металлическими набойками совершенно не смущал Адель, она шла по мостовой, словно обёрнутая в щёлканье кастаньет. Чуть поёжилась под порывом свежего ветра с моря, но в бар Havana не вошла - то ли разглядела через стеклянную дверь, что зал уже полон публики и сигаретного дыма, то ли придерживалась традиционных взглядов на счёт женщин, пьющих в барах с мужчинами.

 

Она прошла к столикам, выставленным около заведения, и уселась за один из них, недалеко от юной и очень серьёзной девушки с задумчивым взглядом огромных глаз под большими солнечными очками. Адель посмотрела на неё бегло, но заметила белую трость, прислонённую к стулу, и через минуту, закурив, уже не таясь разглядывала соседку: та явно была слепа, как крот.