World of Darkness: MtA «Edge of the Apocalypse»

[Leo-ranger]

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30

- И почему у меня такое ощущение, что ты хочешь меня испытать? - иронично заметил Джонатан и направился к диванам, по пути прихватив с одного из столов бокал шампанского. Разумеется, подошел он не абы как, а дабы дать другим понять, что он чувствует себя очень органично на этой встрече - вальяжно, чуть покачивая бокалом при ходьбе, с рукой в кармане.
Когда очередной всплеск хохота прошел, комедиант с добродушной улыбкой заговорил:
- Доброго вечера, молодые люди. Я услышал ваш веселый смех и крайне заинтересовался, над чем же вы так смеетесь. Не против, если я присоединюсь к вам?

[Gonchar]

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30

 

Все взгляды обратились к Джонатану. Заинтересованные, насмешливые, безразличные - самый разнообразный коктейль из внимания, липнущего к нему словно вязкая патока. На лице рыжеволосого Мартинеса словно прилипшая застыла слащавая улыбка, а в глубине тёмных глаз залегли ехидные искорки. Никак кабинетная акула высмотрела новый объект для шуток.

- О, чем же обязаны такой честью? - раскатисто рассмеялся рыжеволосый, патетично хлопая в ладоши. - Наше веселье недостаточно профессионально, а смех слишком неотработан и с нами решили поделиться опытом?

Часть прыснула, в основном это были те самые "продажники", которые всегда смотрели на оперативников слегка свысока. Уж они-то не опускались до валяния в грязи и протирания штанов на крышах высоток мегалополиса.

[OZYNOMANDIAS]

Нижний город, отел "Ruikeman", 21:00

Коридоры были узкими, запутанными и угловатыми, словно кто-то догадался устроить отель внутри останков огромного умершего животного, разместив постояльцев в извилистом кишечнике сдохшей божьей твари. Вдоль стен, часто грязных, а иногда и исписанных граффити с логотипами местных банд, тянулся ворох толстых кабелей, пока под потолком мерцали в парах ртути электрические заряды, сверкающие ворохом люминофорных молний. Над дверными косяками, а также под потолком у каждого угла коридора мигала едва заметная красная лампочка, выдававшая небольшую камеру-полусферу службы безопасности отеля. Когда здесь становилось тихо – что происходило не раньше пяти-шести утра, когда рабочий класс только просыпался, а балагуры уже валились с ног от усталости, – можно было различить естественное для камер слежения дешевых кустарных образцов жужжание механизмов. 

Когда мрак коридора остался позади, в стеклах очков Ямамото появилось отражение самого популярного места в "Ruikeman" – дешевого старого бара, где гудение лопастей вентиляторов и очередная развлекательная медиапрограмма от "Horizon", транслируемая на подвешенные повсюду широкоформатные экраны, прерывались звоном стаканов и заглушающей друг друга болтовней посетителей. Отомо ровным усталым шагом прошел через этот муравейник и приветственно кивнул бармену-азиату. Тот почтительно кивнул в ответ, крайне проворно для своих лет нырнул под стойку, вытащил стакан под виски и на четверть наполнил его прозрачной жидкостью со стойким запахом хереса. Ямамото же тем временем достал кошелек из искусственной кожи, зажал между пальцами пару купюр и, как только опрокинул в себя напиток, прижал купюры донышком стакана к барной стойке. После этого бармен снова отвесит почтительный поклон, быстрым жестом убирая под стол пустую тару и оплату с щедрыми чаевыми, а Отомо достанет мятую пачку "Шуанси", выудит одну сигарету и медленным шагом пройдет к раздвижным стеклянным дверям, которые отделяли бар от места для курения. Это было уже чем-то вроде мистического ритуала двух старых азиатов среди толпы "белых людей", понятного только им двоим.

 

Когда шипящий огонёк дошел до фильтра, Ямамото выдохнул последнюю порцию дыма в вытяжку кондиционера, бросил окурок в забытый кем-то стакан с алкоголем и неспешно пошел в холл, иногда шаркая блестящими лакированными черными туфлями по металлическому полу с той же небрежностью, с которой шаркал тапочками у себя в квартире. 

Изменено 12 апреля, 2017 пользователем The_Last_Nomad

[Leo-ranger]

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30

"Он что, рассмеялся над своей шуткой, да еще и прежде, чем его аудитория? Не, ну с таким устраивать перепалку - себя не уважать," - из груди комедианта вырвался смешок, что выглядело так, будто он смеется над шуткой рыжего. По счастью, у комика была подготовлена ответная шпилька на такой случай, которую он и пустил в Мартинеса:
- Наоборот, едва я зашел сюда - мне все стали советовать послушать и поучиться у вас, - обратился он напрямуб к рыжему шутнику. - Впрочем, теперь я начинаю понимать, что их советы имели другой смысл - они имели в виду "учиться на чужих ошибках", - легко и практически небрежно ответил Джон.

[Лакич]

16:27

Едва заметные жесты, тон, общее поведение - все это для Герберта было будто картина, которую ему нужно было отличить от подделки. Неприятная и неблагодарная работа. И сейчас, например, в глазах Элизабет он видел не только сожаление за подругу, но страх и... стыд?
Ладонь Миллера легла на ладонь рыжеволосой, и представитель зодотой молодежи, который видел в своей жизни лишь серость и алкоголь, вдруг буквально излучал некое спокойствие и умиротворение. Спокойным, понимающим голосом он произнес:
- Призрак? Продолжай. Как можно подробней, без утайки - обещаю, мы поможем.
Это звучало... обнадеживающе.

[Gonchar]

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30

 

- Наоборот, едва я зашел сюда - мне все стали советовать послушать и поучиться у вас, - обратился он напрямую к рыжему шутнику. - Впрочем, теперь я начинаю понимать, что их советы имели другой смысл - они имели в виду "учиться на чужих ошибках", - легко и практически небрежно ответил Джон.

 

- И где же ты видишь ошибки? - немного сбил самоуверенную улыбку Мартинес и недовольно поморщился. - Мы отлично проводили время и вполне весело, стоит заметить. Другое дело когда приходит тут некто и пытается показать какой он крутой!

Рыжеволосый опять усмехнулся, осматриваясь по сторонам, однако всё внимание теперь было приковано к развивающимися событиями и смеяться пока никто не спешил, внимательно созерцая новое представление, которое норовило разыграться вот-вот.

"Пст, бегущий в тенях, тебе это должно быть интересно!" - раздался в ушах слышный одному Майерсу голос Харви и на ИРИС Джонатана стали выбегать разнообразные заголовки и страницы социальных сетей, которые показывали сидящего сейчас в полурасслабленной, полуагрессивной позе рыжеволосого в весьма...интересном политическом амплуа.

 

Студенческое кафе, 16:26

 

Девушка зарделась от такого жеста Герберта снова, однако руку убирать совсем не спешила, немного поджимая губы и смотря прямо в сейчас такие тёплые глаза мужчины напротив. На мгновение во взгляде светлых глаз промелькнула печаль.

- Вы правда думаете, что сможете помочь? - тихо спросила она и тяжело вздохнула. - Я правда пыталась отговорить её, всё потому...я видела этого призрака. Он самый настоящий, правда! - её голос прыгнул рваной дрожащей ноткой и тут же затих и продолжила она уже почти что полушёпотом. - Мы с ребятами. Четверо старшекурсников, я и Хелена решили остаться после кружка по истории этнологии и проверить правду ли говорят о всяких шаманах и говорящих с умершими. Евгений достал из музея одну старую книгу. Говорил, что там есть древние заклинания. Заклинания как в виртовых играх "Разум против Магии". Меня уговорили взять горстку праха моего прадедушки, который мы храним в урне над камином...ну и...

К горлу Элизабет подкатил комок и она отвела взгляд широко раскрытых испуганных глаз в сторону, продолжая уже очень тихо.

- Мне кажется, мы правда призвали кого-то. Мы пустили из пальцев кровь и капнули каждый в горстку праха. Евгений нараспев прочитал какую-то абракадабру, похожую на древний итальянский. После этого стало очень холодно и страшно. Из горсти праха стало проступать...что-то страшное. - девушка зажмурилась и сжала руки Герберта уже сома до побелевших кончиков пальцев.

И в этот момент произошло то, что заставило всех едва ли не подпрыгнуть на месте. С грохотом разбилась на множество осколков кружка, которую до того сжимала в руках внимательно слушавшая рассказ Джулия.

- Ох, простите. - сконфужено пробормотала она. - Руки совсем дырявые стали.

С жужжанием из открывшейся дверцы в стене выехал приземистый бот-чистильщик, ставший с гудением сметать осколки и сушить пол, вращаясь на маленьких колёсиках и моментально устраняя беспорядок.

[Leo-ranger]

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30

 

- Мы отлично проводили время и вполне весело, стоит заметить. Другое дело когда приходит тут некто и пытается показать какой он крутой!

 

 

- Но ты первый стал меня задирать, чтобы показать, какой ты крутой и важный, - парировал Джон. - Впрочем, я более чем уверен, что, - он сделал короткую паузу, чтобы отпить шампанское. Точнее, это было предлогом. Причиной же было то, что это был трюк для удержания внимания. В стиле "Знаешь как заинтересовать идиота? Завтра расскажу". С некоторыми такое действительно работало. - Что более крутым себя чувствуешь, когда плачешься другим таким же чувствительным деткам о том, как шутка  этого "грязного мизогиниста Майерса" триггернула тебя настолько, что ты рыдал и "буквально трясся" всю ночь, - самодовольная ухмылка появилась на лице Майерса. Он терпеть не мог "борцов за социальную справедливость". Да никто их особо не любил, в общем-то. Поэтому шанс поставить одного из них на место был чем-то, от чего Джонатан не мог отказаться. - Или когда кричишь, что "расизм должен быть уничтожен", тут же добавляя "вместе со всеми белыми людьми". Ведь общество так угнетает твоего черного дружка, который днем строчит гневные посты из особняка своих родителей в верхнем городе о том, какой он угнетенный, а по ночам ЛГБТшит тебя во всех позициях, - поняв, что его уже понемногу заносит, Джон сбавил обороты и закончил свою небольшую тираду последним едким замечанием. - Отличные фотографии с митингов. Мартинез там такой лапушка. Хотите покажу?

[Лакич]

Студенческое кафе, 16:26

 

- Ох, простите. - сконфужено пробормотала она. - Руки совсем дырявые стали.

 

- Хм?

Герберт как-то удивленно уставился на осколки стакана, словно в них было решение всех его проблем. Ну, конечно, теоретически - острое стекло и вены всегда, во все времена были достаточно бюджетным вариантом решения всевозможных жизненных сложностей.

- То есть вы призвали духа твоего деда? - все так же завороженно разглядывая пол, где вовсю уже трудился маленький робот, Миллер пытался продумать следующий шаг, - книга. Где она осталась? Надо изгнать призрака, кхм, боже, я это вслух? В любом случае - если его призвали каким-то заклинанием, то должно же быть в ней и такое, что должно его отправить обратно.

Взгляд вновь потухших глаз Герберта вцепился в Джулию, как невольную напарницу в этом предприятии.

- Что ты думаешь по поводу этого? 

Изменено 12 апреля, 2017 пользователем Лакич

[Gonchar]

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30

 

- Ты...ты...я! - все окружающие могли наблюдать поразительную картину того, как тон кожи Мартинеса всё больше и больше обретал восхитительно-алый цвет, практически сливаясь с цветом его волос, плавно переходя в царский пурпур, плавно трескающийся в белках глаз кривыми лопающимися сосудами от всё более выкатывающихся от ненависти глаз. Зрачки Мартинеса расширились как у больного наркомана, а пальцы словно кривые когти до скрипа впились в мягкую обивку дивана, который стал послушно принимать форму под сдавливающей его силой.

- Заткнись! Как ты смеешь вообще раскрывать рот, да я...!  - едва не сорвался на отвратительный визг, но тут его горло перехватило и он гулко задышал, словно выброшенный в Плешь без противогаза.

[Gonchar]

Студенческое кафе, 16:26

 

- Вы верите мне? - с отчаянной надеждой посмотрела на Джулию и Герберта Элизабет, всё же отпуская ладони мужчины. - Правда, это всё очень-очень странно и отдаёт безумием. Но...не верить в это сложно.

Девушка опять вздохнула.

- Мы должны всё тщательно расследовать. - кивнула журналистка, переводя взгляд на Миллера. - Книгу и прах, я думаю. Из тех историй, что я читала в архивах, кровь и прах тоже могут создать некоторое подобие...связи. - Джулия чуть сощурилась и неуверенно покачала головой. - Сложно судить, когда мы как котята в тёмной комнате.

- Книга лежит в музее. - ответила рыжеволосая, неуверенно поджимая губы. - Прах же... - она опять вздохнула. - Не знаю, я не помню.

[Лакич]

Студенческое кафе, 16:26

 

- В конечном итоге, если бы мы не верили, то разошлись бы давно по своим делам.

Или так тонко Герберт намекнул, что сытая жизнь в верхнем городе окончательно свела их с ума, заставляя их впадать в самую настоящую апатию и самого странного вида ситуации. Иначе зачем кому-то вообще брать прах почившего дедули и книгу по этнологии?

- Электронная книги может быть в архиве. В крайнем случае - ее можно попросту выкупить. Что же до праха: над камином. Или ты его спрятала?

Тот факт, что его все еще держали за руку, совершенно не беспокоил его. Мысли этого человека сейчас были забиты совершенно иного рода вещами. Оккультными и почти что глупыми по своей сути.

[Leo-ranger]

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30

Джонатан вздохнул и не стал ждать, пока "феминист" пытался отправиться от шока.
- Не волнуйся, как только ты доберешься до Сети - твои друзья тебя утешат. А завтра ты сможешь вернуться к своим любимым вещам, вроде, - вместо того, чтобы закончить предложение, Джон открыл видео. Целую минуту они наблюдали, как "новые миллениалы ", среди которых был их старый рыжеволосый знакомый продажник, кричат лозунги вроде "Смерть белым людям" и "Н;@#й белых людей" и кидаются мусором в полицию. Потом у Мартинеза, как показалось, совсем сорвало крышу. Он завизжал что-то нечленораздельное и сорвался с места, практически с олимпийской скоростью достигнув выхода. Майерс повернулся к остальным присутствующим:
- Приятного вечера, - и, прикончив бокал шампанского, направился назад, оглядываясь в поисках Харви или новой знакомой из оперативного отдела.

[Mad Ness]

Трущобы, берлинский район.

 

Играть в загадки посреди ночи - не лучшая затея, но когда ощерившаяся игольчатыми клыками тварь жадно сверлит тебя взглядом, еле сдерживаясь, чтобы не наброситься сию же секунду, особого выбора не остается. Старые истории полны кошмарных примеров, повествующих о судьбах глупцов, отвергших традицию и посмевших отказаться от предложенной им игры. Худшая участь ждала лишь тех, кто согласившись на состязание, нарушал его священные правила, попирпая древние как мир клятвы. Финну эти варианты не нравились. Он хотел выжить - не так уж и много, если посудить, но и не мало. Почти вся его жизнь была лотереей, чередой необъяснимых совпадений, одни из которых обрушивали горы несчастий, а другие, следом, оборачивали их в чудесное избавление. Говорят, со временем, человек привыкает ко всему. И он действительно привык. Привык к идее, что случай слеп, и не разбирает, кого вознести, а кого низвергнуть. Привык и понял, что единственный способ добиться чего-то лучшего - раскачивать весы своей судьбы, ища новые и новые испытания, до тех пор, пока не сочтешь, что получил достаточно, чтобы остановиться, или, возжелав недостижимого, не похоронишь себя под обломками храма собственной гордыни. С этой мыслью, мужчина прикрыл глаза и провалился в небытие.

Время шло. Плутая среди полузабытых знаний и призрачных намеков, Финн не замечал ничего вокруг. Веретено разума с трудом проворачивалось на невидимой спице воли, свивая исчезающе-тонкую нить логики, на которую следом, точно мелкие бусины, нанизывались догадки - частицы еще несотканного узора, служившего искомым ответом. Постепенно смутные образы прояснялись, догадки обретали форму, находя подтверждение в самых разных фактах: от астрономии и математики, до истории древних цивилизаций и мифологии. Одна за другой складывались буквы сокровенного имени, и, пусть никакой уверенности в ответах быть не могло, иного выхода, кроме как рискнуть в очередной раз, не оставалось.

Мир человека, открывшего глаза уже зная ответ, сжался в один маленький пятачок пространства, затерянный в дебрях полуразрушенных построек и нагромождений токсичных отходов. На этом клочке, окруженном стеной непроглядного мрака, остался только Финн и его соперник, гипнотически покачивающийся из стороны в сторону и беззвучно шевелящий бескровными губами. Пальцы ночного создания подрагивали от нетерпения, жадно мяли воздух, царапали его, словно свежуя тушу невидимой дичи, на месте которой вот-вот должен был оказаться гораздо более аппетитный кусок еще горячей человечины, но столь желанная добыча, кажется, совершенно не торопилась отдаться на милость безоговорочному победителю. Словно смертному хватало дерзости бросить вызов самой судьбе, раскачивая чаши весов, и спокойно ожидая исхода, который вот-вот решит, обрушатся ли они под тяжестью неизбывной гордыни, столь характерной для его рода.
- Сакх. - Отчетливо произнес человек в тишине, ставшей в этот самый миг абсолютной. Даже шум крови в ушах затих, точно сердце Финна остановилось, не зная, суждено ли ему начать биться вновь. - Твое имя - Сакх. - Повторил он, пристально глядя в бездонную черноту огромных раскосых глаз, что все это время наблюдали за ним, ни разу не моргнув.

[Gonchar]

Студенческое кафе, 16:30

 

- Нет, я имела ввиду тот прах с кровью, который мы использовали. - моргнула Элизабет. - Но чтобы попасть на территорию университета и получить доступ к библиотекам нужно будет оформить целую кучу доступов и завести файлы. А сейчас этим никто заниматься уже не будет. 

На мгновение её взгляд расфокусировался. Девушка явно сверялась со временем на своём ИРИС. В эти дни сложно было встретить человека без этого импланта, а уж особенно в верхнем городе. Это было весьма функциональное и удобное приобретение.

- Уверена, Герберт сможет разобраться с этим прямо на месте, ведь правда? - едва заметно улыбнулась Джуля, подпирая голову ладонью и упираясь локтём в гладкий белый стол.

 

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:35

 

- Можешь не благодарить! - хмыкнул Харви, величаво поправляя очки и чуть задирая нос. В руках хакер уже баюкал стакан с вином. Он вместе с Марией расположился у барной стойки, откуда был отличный вид на разыгрывающуюся драму.

Зардевшийся Мартинес вылетел пулей из комнаты, а в след ему раздались сначала неуверенные, а потом всё более явные смешки, перерастающий в откровенно колкие замечания в сторону ретировавшегося продажника. 

Коллега Джонатана широко улыбнулась, обнажая жемчужные зубки и протянула Майерсу бокал виски со льдом, аналогичный которому она держала в руке сама. Не смотря на утончённый вид эта девушка предпочитала мужские напитки. 

- Ты отлично справился! - рассмеялась она. - Не думала, что у тебя так легко выйдет поставить на место. Но в этом всё равно есть что-то...оживляющее душу, не находишь? - заговорщически склонилась Мария к Джонатану.

 

Трущобы, берлинский район.

 

- Хсссс! - из глотки существа вырвалось яростное шипение, напоминающее готовую к атаке гремучую змею. Конечно же Финн мог слышать о таком существе только из голофильмов и старых книг. В мегалополисах живоность, обычно, бывала совсем другого толка. 

Его длинные тонкие пальцы сжались в причудливой изломанной фигуре, а в глубине чёрных глаз заплясали ненавистные искорки, как будто Сакху очень хотелось растерзать этого незнакомца и перебирать его нерв за нервом, растягивая жилы и мышцы на длинных острых спицах.

- Угхадал. - сухо шикнул Сакх, начиная снова скалиться. - Так уж и быть - я покажу тебе путь к сокровищу...

[Лакич]

Студенческое кафе, 16:30

 

- Уверена, Герберт сможет разобраться с этим прямо на месте, ведь правда? - едва заметно улыбнулась Джуля, подпирая голову ладонью и упираясь локтём в гладкий белый стол.

 

Герберт лишь пожал плечами, видимо намекая, что в свои силы он не особо верит, но попытаться, конечно, всегда можно. Изучение в пьяном дурмане книг по оккультным тайнам - настоящих книг, на бумаге, не столь бездушные электронные издания - давали ему кое-какую информацию. Однако Миллер был не особо опытен в делах изгнания. Ведь теория - это одно.

Практика же...

- Уничтожить то, что связывает его с миром живых, - он выдержал паузу, добивая чашечку кофе, - и все вернется на круги своя. Звучит просто. Будем надеяться, что прах с кровью - то, что нам надо. Элизабет, - Герберт повернулся к рыжеволосой, - ты должна вспомнить. Попытаться.

[Leo-ranger]

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:35

 

 

- Можешь не благодарить!

 

 

- Ага, спасибо. Резво ты нашел его. Впрочем, мне пора бы привыкнуть к твоим талантам, - принимая стакан от Марии, с веселой улыбкой поблагодарил Джон хакера. Эта небольшая перепалка с борцуном за справедливость не слабо приподняла комику, который был уверен, что вечер выйдет скучным, настроение.

 

- Ты отлично справился! - рассмеялась она. - Не думала, что у тебя так легко выйдет поставить на место. Но в этом всё равно есть что-то...оживляющее душу, не находишь?

 

- Полностью согласен. Хотя меня больше ободрило то, что рыжий оказался борцом за справедливость. Терпеть не могу этих мелких истеричек.

[Gonchar]

Студенческое кафе, 16:30

 

- Уничтожить то, что связывает его с миром живых, - он выдержал паузу, добивая чашечку кофе, - и все вернется на круги своя. Звучит просто. Будем надеяться, что прах с кровью - то, что нам надо. Элизабет, - Герберт повернулся к рыжеволосой, - ты должна вспомнить. Попытаться.

 

В синих глазах девушки мелькнуло отчаянье и она только мелко замотала головой из стороны в сторону, морща лоб, но не в силах извлечь хоть что-то из своей памяти, в которой словно образовался зияющая белая дыра, из которой ничто не могло появиться как из густого молочного тумана, скрадывающего события, фигуры и образы, оставляя лишь липкое влажное ощущение тревоги и голодной тени, что рыскала где-то там...

- Может быть, мы осмотри само место? Там должны быть какие-то зацепки. И если что-то забыли - память лучше восстанавливать там же, шаг за шагом. - подала голос Джулия, наблюдая полную беспомощность девушки.

 

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:35

 

- Да уж, эти нежные попки с их трепетным идиотизмом действительно неистребимы. - цинично хмыкнула Мария, делая короткий глоток золотисто-орехового напитка и насмешливо стреляя глазами в сторону двери, за которой скрылся рыжеволосый. - Но в любом случае...

Девушка отставила стакан на стекло барной стойки с лёгким перестуком и сложила руки на груди, оценивающе окидывая взглядом Майерса.

- Как насчёт пролететь с ветерком? Тут наши из разных подразделений решили выйти полетать на свежем воздухе, прихватив с собой несколько корпоративных квадрокоптеров. Когда их хватятся - они уже будут на месте.

Мария невинно захлопала ресницами и очаровательно улыбнулась, хотя эта улыбка подошла бы жрецу тёмного культа, завлекающего очередную невинную душу в путы запретного и порочного. Но с таким жрецом...почему бы не предаться греху? Даже если это включает в себя грех экспроприации ценной корпоративной техники.

[Leo-ranger]

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:35

 

 

- Как насчёт пролететь с ветерком? Тут наши из разных подразделений решили выйти полетать на свежем воздухе, прихватив с собой несколько корпоративных квадрокоптеров. Когда их хватятся - они уже будут на месте. 
 

Джона было очень легко заманить во что-нибудь темное и порочное. Подумав об этом, он тут же мысленно пошутил про чью-нибудь мать, из-за чего на лице комедианта появилась веселая ухмылка. Прежде чем ответить, он неспешно опустошил содержимое собственного стакана, резко выдохнул и кивнул коллеге-оперативнице:

- Как я могу отказаться от столь любезного предложенмя? - Джон улыбнулся. - А Харви с собой возьмем?

[Лакич]

Студенческое кафе 16:30

 

- Может быть, мы осмотри само место? Там должны быть какие-то зацепки. И если что-то забыли - память лучше восстанавливать там же, шаг за шагом. - подала голос Джулия, наблюдая полную беспомощность девушки.

 

Лишь Герберт еле заметно поморщился, наблюдая за Элизабет, словно сам, на собственной шкуре почувствовал те неприятные чувства, которые испытывала девушка. Однако Миллер лишь тяжело вздохнул, его отстраненный взгляд намекал на то, что его внимание было сосредоточено на ИРИС.

Если точней, на оплате счета за кофе. И разбитую чашку.

- Пойдемте, - преспокойно, даже равнодушно заговорил представитель золотой молодежи, будто сейчас его ожидала некая рутинная работа, а не сумасшедшее по своей сути расследование про призрака и современных любителей призывать души с того света.

- Надо бы управится со всем этим до ужина.

Бросил он под конец, то ли пытаясь успокоить рыжеволосую и развеселить брюнетку, то ли... ну, намекая, что до ужина надо управится. Некромантия - она так выматывает.

[Gonchar]

Нижний город, отель "Ruikeman", 21:00

 

Гул голосов и отзвуков ненавязчивой музыки всё сильнее нарастали, пока светящийся тоннель с немного покошенными неоновыми лампами по бокам не вылился в широкий многоуровневый зал, который разделялся на два этажа, соединяющихся между собой при помощи простых лестниц. Вокруг квадратного углубления, выполненного из синт-дерева, стояли ряды "одноруких бандитов" с мерцающими и начищеннными до блеска экранчиками и исправно работающими голографическими проекторами, выдававшими объёмное изображение вращающихся цифр и картинок на трёх барабанах. 

В самом углублении были расставлены столы, за которыми можно было увидеть в роли крупье бодрого мужчину в ярко-пурпурном сюртуке, его лихо закрученная бородка торчала едва ли не вертикально, а на губах играла жизнерадостная улыбка. Макушку мужчины венчал цилиндр с привязанным к нему лентой плюшевым белым кроликом. И за каждым столом был именно этот бодрый розовощёкий крупье, вещающий одним и тем же поставленным голосом правила и красочные ходы игры. Карты в руках игроков переливались разными цветами и картинки на них были по-настоящему живыми. Вот битый Дамой Валет оторвался от карты и с писком закрылся руками от возвышающейся матроны, сминающей его мощным ударом булавы. 

Под самым потолком была огромная стеклянная коробка, подвешенная к потолку за мерцающие тросы из нановолокна. В ней рычали и сновали из стороны в сторону огромные тигры с лоснящейся синей шерстью и мерцающими бирюзой глазами. Они оскаливали зубастые пасты на людей внизу и иногда стучали лапами по дну. Среди них с невозмутимым лицом сидела полуобнажённая девица в корсете и с колготками в сеточку. Иногда она лениво и грациозно поднималась, прищёлкивая плетью и заставляя то одного, то другого тигра выполнить какой-нибудь цирковой трюк. 

В клетках подвешенных по периметру зала извивались в такт музыке ещё более не скованные одеждой девушки, а среди толпы посетителей сновали карлики в причудливых нарядах - от кожаных костюмов в цепях до помпезных костюмов из синтетических перьев. Предлагали они самые разные напитки, которые подавались в бокалы посетителей из бочёнкообразных ёмкостей, закреплённых лямками на их спинах. Эдакий передвижной алкоцентр.

 

Толпа тут собралась самая разномастная. Казалось, со всех частей трущоб налетели пташки, чтобы отведать эдакой диковинки, которая больше напоминала переезжий цирк, чем казино. Кое-где можно было увидеть людей в таких дорогих нарядах, что сразу примечались жители "верхнего". Словом, посмотреть было на что, а самым основным занятием оставалось одно - игра...если кто-то ощущал в себе достаточный азарт, конечно же.

 

Правила

Спойлер

Домино: играют 4 участника, у каждого по 7 баллов. В начале игры делается ставка, каждый раунд текущую ставку нужно удваивать: 1000, 1000+1000, 2000+2000 и т.д. Каждый раунд игроки говорят, сколько баллов тратят, прибавляя их к броску, и бросают Сообр+Манип. Тот, кто имеет наименьший результат в конце раунда - выбывает. Если у кого-то результат одинаковый, остается тот, чей запас баллов больше. Если игрок не тратил баллы в этом раунде вообще - он получает 1 сверху, но не выше 7. Побеждает тот, кто останется в игре.

 

Кости: два игрока, каждый делает ставку. За каждые 500 в ставке дается доп. кубик к первым трем. Три раунда, в каждом раунде игроки бросают от одной до трех костей д6. Использованные кости исчезают из запаса. При желании можно спасовать, не бросая кости в этом раунде и проиграв в нем. Кто набрал в раунде больше баллов, получает 1 очко. Набравший больше очков по итогам 3-х раундов забирает все.
Вот. Все, что осталось из сохраненных.

 

Покер: Манипулирование+Хитрость - если играть честно. Мухлёж - Ловкость+Техника. Соперников 4. Провал - теряешь всю ставку и репутацию сразу, неудача - ничего, см. дальше. Успех: если самый низкий в группе - теряешь половину ставки. Не самый низкий/высокий - получаешь половину, самый высокий - удваиваешь. Успехи копим три раунда. На каждом ставку удваиваем. Можно выйти, если считаешь, что игра не стоит свеч, потеряв вложенные средства.

[OZYNOMANDIAS]

Нижний город, отель "Ruikeman", 21:05

Когда шум и грохот лазерных саунд-проигрывателей, всепоражающим рикошетом бесконечной пулеметной очереди отскакивающие от гладких холодных стен в барабанные перепонки опьяненных азартом, зрелищами и алкоголем посетителей мероприятия, достиг ушей Отомо, он встал посреди коридора и нахмурился. Опустив голову и уперев правую руку в бок, японец в задумчивости снял очки, пару раз стукнул матовой дужкой по бедру и, надев их обратно, решил продолжить свою неожиданную экскурсию в злачное место. Дело было даже не в музыке – само заведение пахло как бесполезной тратой времени, так и последствиями, которыми могло запросто обернуться пребывание в нём. Какая бы не пропагандироваласа толерантность глобализированного общества, построенного бизнесом и интересами транскорпораций, какими бы утопическими не рисовали на голубых мониторах реалии современности, Ямамото был совершенно уверен: методы старой школы никогда не теряли изящества и простоты для достижения любых целей. Конечно, прилюдное размозжение головы из дула магнитного пистолета посреди толпы нельзя было назвать "изящным", но вот капроновая удавка, перекинутая через шею во время мочеиспускания, вполне соответствовала этому определению.

Открытие казино – одно из вороха событий, которыми была пресыщена жизнь закоренелого якудза, – было привычно зрелищным, ярким и наполненным дешевыми удовольствиями, давно поблекшими в ослепленных неоновым светом глазах. В Нео-Токио открытие очередного мелкого игорного дома являлось для Ямамото будничной повседневностью, из которой складывалась рабочая действительность даже не клана, а всего синдиката. Азарт, обман, мухлеж и краплёные едва заметными битыми пикселями карты – все это было лишь частью исконного бизнеса борёкудан, которые управляли, охраняли и открывали казино по всей старой Японии. Поэтому здесь, в храме игровых автоматов отеля "Ruikeman", Отомо чувствовал себя не обычным постояльцем, а профессионалом, приглашенным для оценки чужой работы. Да, вывески горели заманчивым светом, проекции карточных фигур зрелищно расправлялись с колодой оппонента, будто приглашая присоединиться к вакханалии, – но как обмануть того, кто ожидает обмана?..

Проходя сквозь толпу, увлеченную обнаженными телами и трюками тигров, Отомо напоминал раскаленный клинок, прорезающий насквозь кусок фермерского сливочного масла "Словения". Выбрав наиболее свободный от посторонних взглядов покерный стол, японец медленно уселся за последнее свободное место, выказывая желание начать игру. Пока он смотрел, как крупье замешивает колоду, и затягивался сигаретным дымом, в его голове зрел жестокий, самоубийственный и чертовски дерзкий план.

Изменено 16 апреля, 2017 пользователем Гаруспик

[Gonchar]

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:35

 

- Эй, я всё ещё здесь! - слегка недовольно пробурчал Харви, махая рукой и делая глоток из своего стакана с ликёром через пластиковую салатовую трубочку. - Если хотите разбивать в хлам корпоративную собственность - делайте это без меня. И считайте хоть трижды занудой - мне плевать! - почти не обиженно воскликнул пухляш, поднимая палец в воздух и прерывая любые аргументы.

- Ну, как хочешь. - не очень расстроенно пожала плечами Мария и улыбнулась Джонатану. - Пойдём тогда, не будем заставлять наших друзей ждать.

И подхватив его за локоть уверенным шагом потянула сквозь толпу в сторону боковой и ничем не примечательной стальной двери, которая раскрылась по мановению руки девушки (никакой магии, только вшитый чип с удалённым доступом). Впереди протянулся хорошо освещённый коридор, однако Мария оставляла без внимания декорированные под дерево двери и устремилась в конец коридора, где мигающей голограммой парила надпись EXIT. 

За пределами помпезного отела технические помещения были освещены почти лабораторным стерильным белым светом, растекающимся от ламп по бетонным стенам со скупой лаконичной технической маркировкой и таким же холодным серым ступеням, уводящим куда-то наверх.

- Как насчёт лёгкой пробежки? - улыбнулась девушка и весьма ловко, задрав платье, побежала вверх.

 

Студенческое кафе 16:30

 

Провожатые рыжеволосой Элизабет снова оказались по накрапывающим дождём и поспешили за накинувшей оранжевый капюшон девушкой обратно в сторону главного корпуса. За время разговора в кафе большинство студентов успело рассосаться, сейчас внутри не оствалось никого, и даже голобиблиотека была закрыта до тех пор, пока всё вокруг университета не устаканится. 

Взбежав по влажным серым ступенькам и пройдя сквозь скользнувшие в стороны двери они оказались внутри. Холл был высоким, уходящим куда-то далеко ввысь и потолок подпирался ребристыми колоннами, на части которых были выгравированы известные деятели университета, начиная с самого основателя. 

Вход перекрывали турникеты, а в будке дежурил скучающий охранник в синей форме с нашивками.

- Стойте, проход закрыт! - возвестил он немного устало, проведя ладонью над сенсорной панелью микрофона, который выдал хриплый окрик в их спины.

[Mad Ness]

Трущобы, берлинский район.

 

- Угхадал. - сухо шикнул Сакх, начиная снова скалиться. - Так уж и быть - я покажу тебе путь к сокровищу...

 

Оскалив щербатый рот в омерзительной усмешке, Сакх запустил свою руку куда-то вглубь реющих под порывами несуществующего ветра лохмотьев, роясь в мятущихся складках истерзанной ткани с таким глубокомысленным выражением на уродливом лице, точно постигал тайны сокрытой меж далеких звезд тьмы. Но это не могло продолжаться вечно и, как бы ему ни хотелось, время платить по счетам неотвратимо надвигалось.
- Ффот... - Изрек он, протягивая сжатую в кулак костлявую ладонь, чья синюшная кожа походила на трупную плоть. Судя по ставшей еще более отвратной улыбке, он, хоть и вынужденный исполнить обязательство, намерен был сделать это самым неприятным из возможных способов. - Ссъешь это. - Когда тонкие пальцы с узловатыми наростами суставов, похожие на лапки паука-переростка разжались, оказалось, что под ними скрывалась мясистая, облепленная тугими комками слизи личинка, по мутно-белесоватому телу которой то и дело проходили волны спастических сокращений, отчего она кривилась из стороны в сторону, оставляя на коже ночного гостя влажно поблескивающие следы. - Ну шше! - Черные глаза довольно сверкнули в темноте, поймав на миг отблеск трепещущего огонька зажигалки. - Или ты... боишшса?

 

Оборвав зарождающийся в тощем нутре проигравшего соперника смех, Финн протянул руку и без тени отвращения взял преподнесенный ему "дар". Спазмы личинки тут же стали чаще, она задергалась из стороны в сторону, словно бы желая вырваться из пальцев человека, выдавливая из себя густые капли бесцветной слизи, чтобы отпугнуть взявшего ее чужака.
- Жевать можно? - Оскалившись в ответ на полный немой ярости взгляд Сакха, спросил смертный. - Я не знаю ваших традиций.

 

- Шуй. - Не очень-то успешно пытаясь скрыть досаду за напускным безразличием, пожал плечами Сакх. Надеясь, что человечишка, даже одержав победу, не рискнет принять положенную ему награду, он явно просчитался в выборе жертвы.

 

Продолжая ухмыляться, Финн положил личинку в рот. Слизь, покрывающая ее, была солоновато-горькой на вкус и отдавала не то земляной сыростью, не то плесенью, а ставшее еще более яростным и тревожным извивание щекотало язык. Не желая более затягивать эту сцену, человек раздавил личинку зубами, перемалывая ее размеренными движениями мощной челюсти, с видимым удовольствием глядя на все более вытягивающуюся от удивления морду ночного гостя.

Странное угощение, преподнесенное как награда, по ощущениям походило на виноград: упругое сопротивление кожуры под сдавливающими ее зубами, которое резко исчезло, когда та лопнула, выплескивая вязкий сок и мякоть наружу, а следом, возвещая финал, раздался хруст хитиновой головы, скрипящей на зубах, точно мелкие косточки.

 

Любитель загадок, внимательно наблюдавший за процессом, впадал во все большее отчаяние с каждым сокращением жевательных мышц мужчины, а когда тот, и бровью не поведя, проглотил беспощадно уничтоженную им гадину, Сакх окончательно пал духом, смирившись с полным разгромом.

- Прошшу. - Склонившись в уничижительном для него поклоне, точно прилежный дворецкий, он указал рукой на сокрытую пеленой мрака стену, замерев в этой позе. Поначалу ничего не происходило, и комната, погруженная в неестественную темноту, оставалась все так же темна.

 

Внутренние часы Финна отсчитали уже трижды по девять секунд, как на беспроглядном черном полотне мелькнула едва уловимая искра света. Поначалу мужчина принял это за плод утомленного ожиданием разума, но в следующий миг искра стала чуть ярче, а в комнате заметно посветлело, как если бы откуда-то извне стал просачиваться дневной свет.

Протянутая рука, что вот-вот должна была коснуться стены, провалилась в никуда, только пальцы осветились чуточку ярче, а по помещению заплясали, пусть и странные, но уже вполне естественные тени, отбрасываемые замершей в воздухе ладонью. Все еще держа руку вытянутой вперед, Финн сделал шаг, а после еще один, и еще. Он уже, совершенно точно, миновал бетонную плоскость, отделявшую внутренности старого дома от узких темных подворотен берлинского района, но не встретил ни преграды, ни даже едва уловимого сопротивления. С каждым шагом свет впереди становился все ярче, из белого обретая рыжевато-красный оттенок. Вскоре, в дополнение к свету, повеяло сухим горячим ветром, порывом которого в лицо бросило пригоршню мелкой пыли, заскрипевшей на зубах и оставившей во рту металлический привкус ржавчины. Еще один шаг, и вот, начавший свой путь в ночи трущоб, человек оказался в совершенно незнакомом ему месте, невообразимо далеком от изведанных земель, и сгорающем под огненно-красным оком безжалостного светила.

[Лакич]

Университет 16:30

 

- Стойте, проход закрыт! - возвестил он немного устало, проведя ладонью над сенсорной панелью микрофона, который выдал хриплый окрик в их спины.

 

Обычная компания уставших от рутины и сходящей сума от тайн молодых людей пытается проникнуться в место, где недавно происходила некая мистическая мишура. Достаточно... обыденно. И в данном случае, ничего гениальней и одновременно глупей Герберт не мог сказать, как...

- Сколько?

Столь простое слово. Однако, до ужаса эффективное. Или, возможно, подобное отношение было столь привычно и одновременно противно этому человеку, что в подобной ситуации ему было или нет, или просто не хотелось придумывать какую-либо причину, почему столь многоуважаемый охранник должен пропустить эту группку.

Миллер деловито скрестил руки на груди. Ему хотелось напиться.

[Gonchar]

Университет 16:36

 

- Что? - сощурился уже немолодой охранник со следами седины в волосах и морщин вокруг подозрительно сощурившихся глаз. - Вы что тут решили устроить, а? - уже возвысил голос он. - А ну ка выметайтесь, пока я не включил охранных ботов!

И в подтверждение своей угрозы его рука зависла над панелью активации, которая с внутренней стороны кабинки подсвечивала его ладонь синим светом.