Победитель получает всё - игра

[SnowK]

Победитель получает всё

 

 

“Это будут самые лёгкие десять тысяч в твоей жизни…”

 

Спойлер

...слова, произнесённые его другом, альтмером Карондилом десять лет назад отпечатались в памяти Марко так хорошо, что, казалось бы, были услышаны им прямо сейчас. То был обычный летний вечер – молодой рыцарь как раз вернулся из своего первого по-настоящему рыцарского приключения, первого… И последнего. Нет, ему не прострелили колено, просто он понял, что сражения с драконами и спасение принцесс – это не его. Да, он мог постоять за себя, но всё же предпочитал бить врагов ножом в спину, а не сходиться с ними стенку на стенку – и уж тем более не собирался принимать участие в глупой кампании, развязанной графом Каро. Объявить войну Бравилу – а, по факту, всей Империи… И о чём старик только думал? Нет уж, героизм хорош в меру, а своя рубашка, как говорится, ближе к телу…

 

Кстати о рубашках – давненько Марко не обновлял свой гардероб. Назавтра следовало бы прогуляться по магазинам, а до тех пор – в банк… Вот только все счета юноши оказались арестованы.
“- Как так?” – вопрошал он у матери. – “Всё из-за этой выходки графа”?

 

Нет, разумеется, нет. Должно быть, папаша таки успел лишить своего непутёвого отпрыска наследства – просто имперской бюрократической машине потребовался целый год на то, чтобы заставить его последнее слово вступить в силу. Но ладно он, а мать-то за что? Старый козёл… Думал, наверное, что та непременно поделится золотишком со своей кровиночкой – и правильно, потому что именно так она бы и поступила, однако, желание наказать сына – не повод оставлять жену без гроша.

 

В надежде добиться хоть какой-то справедливости, Марко направился прямиком в Башню Белого Золота, требовать аудиенции у самого Канцлера Окато – да только вот, время было позднее, а фамилия Мерсес больше не оказывала на гвардейцев должного эффекта - те лишь скрестили перед юношей копья и посоветовали пойти домой да хорошенько выспаться.

 

Ну, что ж, если эта дорога была закрыта, оставалась лишь одна – в бар. Туда Марко, собственно, и намылился – там, собственного, и повстречал старину Карондила.

- Да, слышал об этом. – сочувствующе произнёс эльф, похлопав бретонца по плечу. – Поместье ваше уже вычеркнули из чёрных списков Гильдии.
- То есть? – непонимающе нахмурился Марко. – Каких ещё списков?
- Ну, знаешь… - Карондил поежился. - Есть такая категория людей, у которых лучше ничего не красть – иначе упекут всерьёз и надолго. И это в лучшем случае – слышал, пытался один из наших какого-то хмыря с Талос Плаза обчистить, так его потом по всей этой Плазе собирали, но, если с деньгами совсем туго – дали мне тут одну работёнку…
- Эй, эй, ты же знаешь, я с этим завязал. – бретонец перешел на шепот. – Не стоит оно того, а острых ощущений мне и так уже по гроб жизни хватило – спасибо Кризису и всему, что с ним связано.
- Как знаешь. – кивнул эльф и покрутил в руках стоящую на столе бутылку. – Да только вот Сурили девяносто девятого тебе УЖЕ не по карману.
Друзья посмеялись, ещё какое-то время поболтали, повспоминали былое, а под конец Карондил произнёс сокровенную фразу – ту самую.

 

А надо-то – всего-навсего умыкнуть какой-то посошок у старика-маразматика, который и сам не ведает, чем владеет. Марко взвесил все за и против – даже если правда в итоге окажется за ним, бюрократическая волокита опять может занять месяцы, если не годы, а приобрести себе пару новых туфель ему хотелось уже сейчас. Да и, в конце-то, концов, если вещь так опасна, а дед не в себе, то отнять у него опасную игрушку – дело не столь гнусное, сколь благое…
Да только благими намерениями, как известно…

 

В тот раз Марко повезло – у старика обнаружилась не то дочка, не то внучка, которая охотно пошла на сделку с Гильдией и согласилась перед судом, дескать, под покровом тьмы юноша явился именно за ней, а вовсе не за папашиной реликвией. Карондил, стоявший той ночью на стрёме, был признан его оруженосцем, а всю эту историю списали на банальное недоразумение – вот только цена оказалась высока, высока на столько, что лучше бы Марко действительно отмотал свой срок.

 

Нет, проблема была вовсе не в девчонке, которая таким вот нехитрым способом подыскала себе жениха. Проблема была даже не в огромных суммах, которые требовалось затратить на свадьбу, но которых у Марко банально не было. Проблема была в Гильдии Воров, оказавшей юноше сию неоценимую, но, вне всяких сомнений, медвежью услугу.

 

Он был нужен Гильдии - его навыки были нужны. Возможно, вся эта история с посохом была ею же и подстроена… Возможно, она и присвоила себе его наследство… Слишком уж гладко всё складывалось, но тогда Марко был слишком напуган, слишком молод и слишком наивен, чтобы это понять – понять и принять.

 

Лишь сейчас, спустя много лет, когда он и сам начал заниматься подобным, Марко осознал, что попался тогда на удочку, но уже ничего не мог поделать – не мог, да, в общем-то, и не хотел. Из этого порочного круга можно было вырваться лишь двумя способами – умерев, или же оказавшись на самой вершине, потому как даже тюрьма была неотъемлемой частью этой выстроенной из чужой жадности и глупости пирамиды… И, само собой, второй вариант виделся бывшему рыцарю куда более перспективным.

 

***

 

А жизнь, тем временем, продолжалась. С момента Кризиса Забвения прошло десять долгих лет, и никто уже не вспоминал ни Дагона, ни его последователей, ни пришедших с ним жутких орд, сотрясших столицу до самого основания. В Имперский Город пришла очередная весна, вновь зацвели Эльфийские Сады, и здесь, в сени их изумрудных кустарников и диковинных деревьев притаилось поместье, некогда принадлежавшее семье Мерсес.

 

Особняк давно уже был необитаем – ушёл с молотка в счёт уплаты долгов, но новых хозяев так и не обрёл, чему сильно поспособствовал сам Марко. Сначала юноша распускал слухи о призраках и даже сам прикидывался одним из них, затем, окончательно повзрослев и поднабравшись опыта, принялся срывать сделки и устранять конкурентов – в стиле Гильдии Воров, разумеется. Нет, у этого имения может быть лишь один хозяин – и бретонец станет им вновь… Когда-нибудь.

 

Так, по привычке, на птичьих правах, продолжал он коротать вечера в отчем доме. Компанию ему составляли друзья – чаще всего, эльф Карондил, иногда – волшебница Лайла, реже – Фатис Улес, впрочем, другом его можно было назвать с большой натяжкой – скорее уж тот приходился Марко учителем и непосредственным начальником. После загадочного исчезновения Серого Лиса именно он заведовал всеми делами Гильдии, и на сбыт краденного у того банально не было времени. Зато, время было у Марко – тому нравилось считать себя “обычным торговцем”, у него даже была своя лавочка в торговом квартале, но объявлялся он там, а, следовательно, и дома очень редко. Куда больше ему нравилось проводить время в своём “не таком уж и заброшенном” особняке, в Саду Дарелота или любом подвернувшемся на пути кабаке – лишь бы не попадаться на глаза жене.

 

Женился он, как уже было сказано, не по любви, а по принуждению – невесте его не терпелось проявить свою самостоятельность, и свадьба с воришкой стала для неё отличной возможностью пуститься в вольное плавание. Нет, нельзя сказать, что Марко её не любил – она была красивой, умной, заботливой… И, пожалуй, единственным её минусом являлось пристрастие к мертвечине. С самого детства она была одержима таксидермией – комната её была завалена чучелами всевозможных мелких зверушек, но, разумеется, просто сохранить их былую красоту было недостаточно – настоящая красота заключалась в движении, а как ещё можно было заставить мёртвых шевелиться, если не посредством некромантии?

 

Марко казалось, что для жены он – просто ещё один экспонат. После смерти она нафарширует его труп опилками, и любовь их будет такой же вечной, как зима в Скайриме. Так, по крайней мере, говорила Лайла, которая, в свою очередь, была её полной противоположностью. Её страсть проявлялась вовсе не в созидании, а в разрушении, возможно даже САМОРАЗРУШЕНИИ – левый глаз волшебницы давно был заменён каким-то артефактом, а правая рука обуглилась настолько, что даже наложенные на неё с утра белоснежные бинты к вечеру чернели и осыпались пеплом.

 

Но, так или иначе, в её компании Марко чувствовал себя куда лучше, нежели в компании своей жены. Лайла была такой же вредной и взбалмошной, как и он сам, но, по крайней мере, казалась ему живой, казалась своей в доску… И такой же плоской. Вот и сегодня они, как обычно, весело шутили на тему наличия или отсутствия друг у друга чего либо, обильно заливая всё это дело вином и заедая ворованным виноградом, когда в дверь… Постучали.

 

Ну и кто бы это мог быть? Карондил? Нет, тот всегда влезал через окно, значит, Фатис… Вот только он без приглашения никогда не являлся. Неужто что-то срочное? И, действительно – на пороге стоял гильдмастер собственной персоной, да не с пустыми руками – в руках он держал купчую… На поместье. На его, Марко, поместье.

 

- Всем незарегистрированным лицам надлежит немедленно покинуть помещение. – холодно произнёс эльф. – И мусор свой забрать не забудьте.
- Что за шутки, Фатис? – возмутился Марко; ни он, ни тем более его подруга чем-то настолько вульгарным заниматься не собирались – для этого у них был Карондил. –  Ты правда хочешь, чтобы я это у тебя украл?
- Хочу – и даже позволю… - данмер свернул документ в трубочку и убрал в карман, театрально по нему похлопав. – Но для начала вы окажете мне… - произнёс Фатис, приобняв парочку. - Нет, всем нам – одну малюсенькую услугу.
- Ближе к делу, шеф. – бретонец начал терять терпение – что за предприятие такое, что за него готовы ни много ни мало исполнять чужие мечты? Тебе нужно, чтобы я кого-то убил?
- Если бы мне нужно было кого-то убить, я бы позвал Тёмное Братство, но тут они, к сожалению, бессильны. Более того, на сей раз они же и выступают нашим заказчиком – они, а ещё вампиры, оборотни, ведьмы и… - данмер выдал театральную паузу. - Некроманты.
- Три Семьи объединяются? – волшебница, до этого отрешённо копавшаяся в собственном ухе, вдруг оживилась. – А это часом не одно из знамений грядущего конца света?
- Нееет, там было что-то про колёса и братоубийственную войну… - Марко задумался. – Но, неужто всё и вправду настолько плохо?
- Для них – да. Для нас… Ну, возможно. – Фатис улыбнулся. – Впрочем, нельзя отрицать, что Дозорные Стендарра – проблема похлеще городской стражи, и её НУЖНО как-то решать.
- Нам? – бретонец переполошился. – Ты хочешь, чтобы мы, - Марко указал на Лайлу, - Вот мы с ней выступили против целого воинства полоумных фанатиков?
- Ох, нет, конечно же нет! – эльф оживлённо замахал руками. – Девчонка мне ещё понадобится, желательно – живой, а вот ты – тебя и в самое пекло отправить не жалко, тебя, и может, какого-нибудь отбитого альтмера… Уверен, среди вампиров и некромантов найдётся парочка таких же безумцев, готовых костьми лечь ради лучшего мира, мира, в котором каждый из нас волен делать то, что хочет…
- Воровать и убивать?
- Истинно так, друг мой, истинно так… - Фатис похлопал Марко по плечу. – Что ж, буду ждать тебя завтра в Доме Дарелота, ровно в шесть. По правде говоря, собрание начнётся в восемь, но, ты же знаешь, - эльф осклабился. – Приходить в наших кругах вовремя – это моветон.

 

***

 

Следующим вечером, ровно в шесть (всё же, Марко так и смирился с мыслью о том, что вращается в каких-то там кругах) он стоял на пороге так называемого “Дома Дарелота”, расположенного едва ли не в самом сердце Портового Района. Сей каскад заброшенных складов и бараков, выходящих на городские причалы с одной стороны и лачуги с другой, многие годы верой и правдой служил сиродильской Гильдии Воров убежищем. Кто-то говорит, что логово это свалилось из ниоткуда десять лет тому назад, кто-то уверяет, что оно всегда было частью “Сада”, просто войти в него могли лишь “избранные”, но кроме самого Серого Лиса назвать таковых не смог бы никто.

 

Теперь же дверь дома была открыта для всех и каждого – не только для воров, но и для бродяг, бедняков и босяков, а так же всех тех, кто имел с ними дело. В число их входили контрабандисты, скупщики краденого, нечистые на руку торговцы и стражники, портовые шлюхи… Словом, тайное логово гильдии было не таким уж и тайным, и вообще напоминало не столь убежище, сколько бордель, в котором все прекрасно знали, кто есть кто. Впрочем, никто об этом не кричал, а честные и сознательные граждане вообще старались держаться от сего злачного местечка подальше, ибо знали – “всё, с чем вы идёте в гости к Дарелоту, у Дарелота же и остаётся”.

 

Однако же, сегодня здесь было тихо – даже слишком. Не было уже привычных Марко толп голодранцев, не было всех этих ушлых, но знакомых и приятных сердцу лиц, никто не предлагал бретонцу своих “услуг” – а пара вышибал на выходе даже показалась ему относительно трезвой. Относительно. По привычке перекинувшись с “камердинером”, пожилым редгардом Райком парочкой дежурных фраз, Марко проследовал по коридорам в “кабинет” своего начальника – большой зал с круглым столом по центру. Обычно здесь заседала “верхушка” гильдии, Арманд и компания, но сегодня не было даже их. Не было, впрочем, и самого Фатиса – хотя тот прямым текстом дал понять, что явится с большим опозданием.

 

- Стало быть, честь встречать гостей выпала мне. – произнёс Марко, сбрасывая плащ на спинку стула и тем самым обозначая своё место. На столе для каждого гостя было заготовлено по стакану, а неподалёку, на небольшом пьедестале рядом с бюстом Серого Лиса, стоял графин. – С водой…

 

..произнёс бретонец, налив себе немного и сделав глоток. Оно и понятно – будь в графине что-то крепче, собрание можно было бы отменить ещё до его начала. Не мог ли быть напиток отравлен? Нет, скорее уж в графин помочились бы – но только не в этот, ведь из него мог испить и сам Фатис, а это уже было для шутника чревато…

 

Шальная мысль на секунду проскочила в голове у Марко. А почему бы, собственно, и нет? Он уже готовился приспустить штаны, когда был остановлен заскрипевшей позади себя дверью. Что ж, может, оно и к лучшему – это было не совсем то первое впечатление, которое ему хотелось бы произвести.

Изменено 12 апреля, 2020 пользователем SnowK

[Selena]

- Кто о чем, а Лори о еде. - философски фыркнул Варден, - Тут неподалеку, кажется, была неплохая таверна... Если оттуда не сбегут все, включая хозяина, когда услышат это твое "брынь-брынь", мелкая.

[Кафкa]

Эстель, могу я обращаться к вам на "ты"? Я, как вы, наверное, заметили, воспитан в строгих дворянских правилах и этикетах.

 

— Да, последнее не укрылось от моего взгляда, — тонко улыбнулась Эст, — я выросла среди отбросов, Сильвариил. В самых неприглядных кварталах Брумы, где снег пропитан кровью случайных путников, да и вещами похуже. Наверное, я всё-таки не тот человек, которого стоит звать "леди", хотя это, несомненно, звучит весьма лестно. В любом случае, — отметила она, — учитывая данные обстоятельства, обращение на "ты" абсолютно приемлемо, — Латейн сделала небольшую паузу, выбирая из кучи тряпья относительно приглаженный плащик с капюшоном, которым можно укрыться, когда настанет день, — это замечательно, что ты не стал тратить время на душевные метания, а просто забрал себе то, что необходимо для выживания. Надеюсь, что ничтожества, которые над тобой насмехались, дорого за это заплатили, — упоминать о своей единственной подруге детства, мучительная смерть которой в лапах культистов совсем не обеспокоила её сердце, Валерика лишний раз не стала.

 

В самом деле.

Какой смысл трясти прошлое?

 

— Есть люди, — добавила Валерика, — которые в схожей ситуации пожертвуют собственной жизнью, лишь бы позволить жить другим. Моралисты полагают, будто это признак силы. Они ошибаются. Это признак слабости. Ведь истинная сила – это жить и наслаждаться, искать знание или проводить свободные исследования, несмотря на то, что твои руки по локоть в крови, несмотря на проклятия и ненависть, — "филантропическое общество" Брумы во времена своего расцвета разрушило немало крепких семей, — чтобы выжить среди низов, необходима стальная воля и полное отсутствие внутренних барьеров, — призналась она, — немало душ лишилось не только своего имущества, но и жизни. Однако, как показали последствия, это того стоило. А значит, жалеть не о чем. Ведь сила в том, чтобы жить, как тебе необходимо, как захочется, и не терзаться самоосуждением, нагло навязанным извне. А что до Дозорных – беспокоиться не стоит, ребята недалёкие, — Латейн, наконец, полностью оделась и пристегнула к поясу свой драгоценный пепельный клинок, — твой шлем да сказка про обет богам их успокоит, а я... натяну капюшон до глаз, никто даже присматриваться не станет, — и правда, в таком виде вампиресса напоминала обычного странствующего пилигрима, прикрывавшего голову от избытка благоговения перед богами.  

[SnowK]

- Думаю здесь осесть. В Анвиле есть какая-нибудь школа?

- При конклаве есть школа, но она для... - Карахил оценивающе посмотрела на Эразмо. - В общем, наши экзамены потянет не каждый.

"Не каждый кошелёк" - отметил про себя Марко. Впрочем, его подруга Лайла даже будучи плебеем без роду и племени умудрилась таки отвоевать себе место под солнцем - хотя и тут немаловажную роль сыграло её удачное знакомство с каким-то рыжим боровом.

- Так или иначе, при церкви есть школа, но вряд ли они обучат вас чему-то новому... - продолжила Карахил, собирая листовки - и, кажется, была приятно удивлена грамматикой Эразмо - чего нельзя было сказать о грамматике Лорелей. - А вот вашей сестре школа как раз таки не помешала. И вообще, вы уверены, что ей можно на войну?

- Ей двадцать девять - а мой наставник был в три раза младше, когда впервые взял в руки меч... - почесал затылок Марко. - И прошёл таки через войну, даже не одну, а одну даже со мной - но, спрашивается, о какой войне может идти речь сейчас?

- О войне с нечистью, разумеется! - возмутилась эльфийка. - Наши враги не сидят сложа руки - они объединяются, собирают войска, создают... Оружие? Вы видели этого "Стража" - а теперь представьте, что у них будет таких десять? Сто? Тысяча? Нам определённо нужно больше союзников - и речь сейчас даже не о новобранцах. Нет, я говорю о ветеранах, ветеранах настоящих, таких как Скалозуб, Модрин Орейн, Верховный Жрец Ил... К слову, хочу задать вам один вопрос... - Карахил побледнела. - Как вы относитесь к вампирам?

[Selena]

К слову, хочу задать вам один вопрос... - Карахил побледнела. - Как вы относитесь к вампирам?

 

- Терпеть их не могу, - поморщившись, с совершеннейшей искренностью отозвался Варден, - На костер их всех, и делу конец.

[Daylight Dancer]

При упоминании о вампирах Лореллейна заметно погрустнела, но зато нашлась, что ответить, касаемо нападок на ее возраст:

 

- Тетя, знаешь, что у нас в Вваленвуде делают с всяческой нечистью? - хрипло пробасила девочка. - Сажают в покупные Имперские тазики из эбонита и трут костяными заточками, пока нечистая грязь со шкуры не отойдет. Одновременно с самой шкурой! Жизни нетути, коли чернокнижную паскуду с утреца не порублю. Люблю запах горящего вампира по утрам - это запах победы... Да мой дедушка подосланного от Гирцина даэдрота голыми руками когда-то порвал! Я вообще, знаю наизусть всю хронику вторжения Обливиона и могу ее зарифмовать! - пафосно жестикулируя расставила она точки над "и" в общении с альтмеркой. - А еще я лет десять назад сгрызла кусок ледяного атронаха, простудилась и короче вот... 

[Friendly Fire]

— Жизнь лесных эльфов опасная, на каждом шагу в моей родине поджидает смерть или безумие. Поэтому у ребёнка задержка развития, — спокойно сказал Эразмо. Он вновь погладил разбушевавшуюся эльфиечку по голове, то ли тщась снять с неё скальп, то ли силясь вдавить в пол по самую макушку, чтобы она ненароком не сболтнула лишнего.

«И не только у "ребёнка", — мысленно обратился маленький босмер к бретонцу. — Зачем было портить мою легенду? Малявке многое сошло бы с рук, что не простят взрослой корове.» 

Его и без того невысокое мнение об отряде упало ниже ватер-линии. Оставалось только надеяться, что Идрат не скажет в ответ на вопрос про то, как они относятся к вампирам: «Самым прямым образом!» — и не ощерит клыки. Кстати, можно вырвать парочку и представить Дозорным как клыки убитых им вампиров. Вампиры — мастера регенирировать. На этом можно сколотить состояние! 

— В Валенвуде я служил богине Маре. Боги свидетели: всем сердцем я стремлюсь понять ближнего своего и возлюбить его, как бы трудно это ни было. Но вампиры отринули божественный свет и ушли под сень вечной тьмы — и Боги отвергают их в ответ, — торжественно и мрачно заключил он, вернувшись в реальность из своих бизнес-планов.

[Кайра]

- Добро пожаловать в лучший Золотого Берега! -  он подставил лицо соленому бризу, который прилетел с берега и словно поцеловал его.

Анвил был его любимым городом, он поэтому тепло поприветствовал  начальницу местного отделения Дозорных. Мать все время отзывалась тепло о Дозорных и часто намекала сыну,что может ему стоит вступить в сей достойный  Орден.

- А мне тоже писать имена родителей? Ведь ты и их так знаешь, - сказал он ей.
 

[Shandir]

- На моей родине промышляют три разных клана: крайне паршивые создания, к счастью, они не смогли интегрироваться в общество. Мой внук зарабатывал охотой на них.

Изменено 29 апреля, 2020 пользователем Shandir

[Alice von Bertruher]

— ...я выросла среди отбросов, Сильвариил. В самых неприглядных кварталах Брумы, где снег пропитан кровью случайных путников, да и вещами похуже. Наверное, я всё-таки не тот человек, которого стоит звать "леди", хотя это, несомненно, звучит весьма лестно...

 

- Независимо от происхождения или социального статуса любая женщина имеет право быть хоть немного "леди". И, как видишь, даже, хм, хмурые гробокопатели могут быть джентльменами, - заметил Сильвариил. - А этот плащ на тебе, Эстель, неплохо смотрится.

 

— ...твой шлем да сказка про обет богам их успокоит...

 

- Я не поклонник шлемов и прочих громоздких головных уборов. Это удел воинов. Я предпочитаю капюшоны. Думаю, в этом ты меня понимаешь. Ну что же, здесь мы закончили. Пора в дорогу. Не откажешь мне в рассказе о том, что приключилось такое с твоим одеянием по пути? На сколько я помню, в последней нашей с тобой встрече твоя одежда была в хорошем качестве.

[SnowK]

- А мне тоже писать имена родителей? Ведь ты и их так знаешь.

- Знаю, Фенрил, но бумаги не для меня. - Карахил развела руками. - Однако, можешь не сомневаться - о твоей скоропостижной кончине я сообщу твоим родителям лично.

Эльфийка нежно, прямо-таки по-матерински погладила своего сородича по плечам. Видимо, говорила она это без тени иронии и действительно собиралась рассылать похоронки их родителям, может даже предпринять путешествие до Танглхайвена, вооружившись луком и колчаном ядовитых стрел.

 

- Мой внук зарабатывал охотой на них.

- Ох, примите, в таком случае, мои искренние соболезнования. - похоже, Карахил решила, что внук Идрата мёртв - неспроста же старик говорил о нём в прошедшем времени. - И, раз уж речь зашла об охотниках, то у меня на примете есть один - Иллектиус, Верховный Жрец Аркея.

- Стойте... - в памяти Марко начали всплывать отголоски событий десятилетней давности. - Иллектиус? Это который сам оказался вампиром? Его же закололи, эти, как их там... "Отступники"? Я лично присутствовал на похоронах - да чего уж там говорить, вся столица присутствовала!

- Да... - Карахил помялась. - Полагаю, ему совсем не обязательно быть живым - в том плане что... В общем, да, он - вампир, но он посвятил борьбе с вампиризмом всю свою жизнь, и его знания стали бы для нас отличным подспорьем! К тому же, он жаждет мести... Ну, я так думаю - ведь обращён Иллектиус был далеко не по своей воле.

- То есть, вы хотите... - подытожил Марко. - Чтобы мы выследили полоумного вампира и убедили его присоединиться к нам?

- В общем целом... Однако это - лишь пол беды. Загвоздка в том, что "собратья" отправили его в ссылку, и не абы куда, а прямиком в Хладную Гавань - но общими усилиями мы сможем его освободить.

Карахил сделала на слове "мы" особый акцент - видимо, прочие её "коллеги", в том числе и Скалозуб были от подобной затеи не в восторге. Ну ещё бы - складывалось впечатление, будто бы эльфийка волей-неволей стремилась призвать в мир какое-то древнее зло - а их принести ему в жертву.

Изменено 30 апреля, 2020 пользователем SnowK

[Selena]

Фенрил настолько знаком с Карахил? Однако, чего только не узнаешь о своих спутниках... Алые угольки глаз насмешливо блеснули, Варден едва заметно качнул головой. Интересно, чего же тогда сей занятный вьюнош делает в их скромном обществе, раз вступил в Дозорные вот так? Есть о чем задуматься.

- Освободить? Вампира?- багровые глаза сощурились, недоверчиво разглядывая Карахил, будто бы слух мог его подвести, - Из Хладной Гавани?! А с чего вы взяли, что он станет помогать, освободившись? - Варден качнул головой, - Я в этом безумии не участвую. 

[Friendly Fire]

Была причина, по которой пьяный Эразмо решил стать жрецом Мары, а не служить Стендарру. Или вот Аркею. Верней, Трезвый Эразмо надеялся, что Пьяный-Накуренный Эразмо додумался до этой причины, а не ограбил первого, кто попался. Изображать жреца, который проповедует любовь и приятие, ему проще, чем играть кровожадного охотника на нежить или гонять мотыгой упырей по кладбищу. Маленький босмер был противником лишнего кровопролития и считал, что лучшая драка — та, которая не состоялась.

Люди и меры, которых ты пытаешься убить, имеют паскудную особенность: они всегда пытаются убить тебя в ответ. Маленькому босмеру очень не нравилось, когда кто-то пытается его убить. Моменты, в которые стрела била мимо цели, с отчётливым щелчком ударяясь о камни, и цель оборачивалась, очень живая и очень злая, рыская по темноте налитыми кровью бешеными глазами, были самыми неловкими в его жизни.

Эразмо считал себя дипломатом, эльфом осторожным и даже временами благоразумным. Он называл себя шакалом, мудрым серым кардиналом природы, который пирует остатками после глупых отважных тигров. А те, кто неплохо его знали, называли эльфа обидным словом на букву Т.

Не нужно быть пророком, чтобы понять, как маленький босмер отнесётся к идее увлекательного суицидального путешествия в Хладную Гавань. 

Не очень хорошо.

— Карахил, это невозможно. — Сказал он, стараясь, чтобы голос не торопился и не дрожал. — Мы не сможем прорубиться через артонахов ледяного пламени, даэдра-рептилий и дремор. И погибнем, пытаясь это сделать. Да они же моментально почуют в нас чужих! Или вы обмажете нас змеиными кишками жнецов? Верховный жрец наверняка изменился за время своей ссылки, его острый ум помутнился. Лучше найти его библиотеку, архивы, записи о вампирах; это и безопаснее, и полезнее, чем черпать знания из путанного ума обливионского отшельника. А если вы намекаете, что Делу Света — эльф подчеркнул голосом заглавные буквы, — пригодится его вампирская сила, то проще насильно обратить в вампиров каких-нибудь преступников и бросить в авангард на орды нежити в обмен на помилование, если они до него доживут.

[Shandir]

- Меня больше интересует откуда у вас такие знания и ресурсы, чтобы отправить в Хладную Гавань целый отряд... незнакомцев. С какой стороны я не посмотрю на эту задумку, хорошей она мне не кажется.

"А больше напоминает ловушку, чтобы и нас сослать туда же..."

[Daylight Dancer]

- В Хладную Гавань? За вампиром? - нахмурившись произнесла девушка. - Давайте заодно, ну не знаю, съездим к Нереварину на Акавир, попьем заморского чайку со сладеньким рулетом. Если даже мы с братиком так похожи на эпических героев, то обитатели Гавани не оценят мое творчество, - в подтверждение, она поправила ремешок лютни, привычно перекинутый через шею. - А получать гнилую помидорку в лоб, второй раз за эти полгода, будет выше моих сил...

[Кафкa]

Не откажешь мне в рассказе о том, что приключилось такое с твоим одеянием по пути? На сколько я помню, в последней нашей с тобой встрече твоя одежда была в хорошем качестве.

— Неудобно признаваться, но... это всё Лорелей, — вздохнув, объяснила Силвариилу Эстель, — на неё, похоже, бешенство нашло, начала бросаться на всех без разбору. Я её недооценила. Вроде совсем мелкая, а проблем массу принесла. Ну, хоть плащик хорошо сидит, и то замечательно, — улыбнулась девушка, — хотя потом всё равно стоит купить новенький. А насчёт капюшонов согласна. В шлеме толком не развернёшься, а порой бывают моменты, когда подвижность просто необходима. В общем, — заявила Эст, — поехали в Анвил, пока добыча не выскользнула из рук.

Перед входом в Дасек Мур стояло несколько лошадей, так что от недостатка выбора детям тьмы страдать не пришлось. Давно наступила глубокая ночь, а небо, пока Сильвариил с Валерикой заканчивали свои дела в пещерах, заволокло плотным облачным покровом, так что звёзды, похоже, окончательно спрятались за тёмно-серыми слоями концентрированной влаги. Тянуть до утра не стоило, да и зачем, если есть шанс сделать всё, пока город, большей своей частью, наблюдает десятый сон? Кроме того…

Недобрые дела обычно вершатся в сестринских объятиях ночи.
Сей закон древний, как мир, и столь же, без сомнения, непреложный.

[SnowK]

- С какой стороны я не посмотрю на эту задумку, хорошей она мне не кажется.

- Скалозуб сказал точно так же. И Роланд. И... - на глазах у эльфийки выступили слёзы. - Простите, думаю, мне нужно побыть одной.

Карахил, сконфуженная излившимся на неё потоком скепсиса, удалилась. Марко хотел было последовать за ней, но что-то подсказало ему, что в таком случае штурмовать Хладную Гавань пришлось бы ему одному.

 

- Чтооож... - протяжно произнёс он. - Полагаю, теперь нам нужно найти Скалозуба, или этого "Роланда", сообщить ему, что наша начальница сумасшедшая и попросить у него какое-нибудь другое задание... Менее самоубийственное.

"А может, это у них проверка на вшивость такая? Или они уже обо всём догадались и просто напросто пытаются нас убить?"

Так или иначе, "Клыки" официально стали частью Дозорных Стендарра - только вот карьера их внезапно забуксовала на самом своём старте.

 

Марко уже направлялся к выходу, когда столкнулся на ступенях... С Карондилом. В руках у того было письмо, и бретонец резонно предположил, что в нём были очередные распоряжения от Фатиса - но нет, на конверте красовалось имя Карахил.

- Это... Личное. - промямлил эльф, выхватывая конверт из рук приятеля; сам он при этом залился краской. - А вам не помешало бы заглянуть в "Полный Кубок" - говорят, сегодня у них в наличии импортная выпивка из Морровинда.

Последнее Карондил произнёс шепотом, а под "импортной выпивкой из Морровинда", вне всяких сомнений, подразумевался Фатис. Но чтобы этот неувязок, да с Карахил?

- Боюсь, ничего не выйдет. - похлопал Марко Карондила по плечу. - Карахил - птица не твоего полёта, больная на голову, к тому же.

- Прямо как твоя жёнушка. - эльф хихикнул и был таков.

 

"Хоть в порядок себя бы привёл..." - с сочувствием прошептал ему вслед бретонец - и сочувствовать действительно было чему. Карондил не отличался ни красотой, ни умом, ни красноречием - рыжий, долговязый, вечно растрёпанный, грязный и неопрятный - пожалуй, единственное, за что его ценил Марко - так это за его беззаветную преданность...

- Вот дерьмо! - выругался Марко, бросаясь вслед за товарищем; в этот самый момент наверху раздался хлопок, а здание конклава залила вспышка ярко-голубого света.

 

Когда же зрение вернулось к бретонцу и он добрался таки до кабинета Карахил, пред ним предстало нелицеприятное зрелище - там не было ни эльфийки, ни её восторженного поклонника - лишь огромная, пылающая синим пламенем червоточина... Гости из которой не заставили себя ждать.

 

[Если герои не идут в гости к Забвению - Забвение идёт в гости к ним.) В общем, здание Конклава атакуют вот эти ребята - по одному на брата. В ивенте участвуют все, кроме Сильвариила и Валерики; делаем броски 1d20, не забываем про бонус в пять единичек. Условие для "победы" - три результата больше 15. Так же Идрат, Марко и Фенрил при результате 25 могут "залатать" червоточину - это так же будет расцениваться как победа. А ещё Идрат может своими очками с кем-нибудь поделиться, так что "план Б" вполне себе осуществим.]

[Alice von Bertruher]

  Хоть скакунов для дальнейшего путешествия хватало, ибо часть обнаруженных лошадей лишилась своих хозяев-дозорных, Сильвариил предпочел своего черного коня, на котором и приехал в эту мрачную обитель мертвых. Правильнее говорить, "вороного", но конь был именно "черным", как душа самого некроманта, как древняя тьма, где правит его госпожа. Даже его глаза с красными ореолами глядели как-то не добро, не по-лошадиному.

  Был примерно час ночи, когда две темные фигуры с развивающимися плащами, похожие на ожившие кошмары из царства Вермины, словно крылатые всадники-демоны из Обливиона, несшие смерть и ужас, покинули Дасек Мур и двинули по дороге в Анвил. В ту ночь некоторые из крестьян проснуться от ужаса мокрые от пота и с необъяснимым страхом будут пялиться в ночную темноту через окно, но ничего не увидят, хотя и почувствуют присутствие темных опасных сил. Почуяв и услыхав топот коней темных созданий, собаки забьется в конуры, жалко поскуливая от страха.

 

  Анвил нисколько не впечатлил Сильвариила, ведь он сам был рожден вблизи от портового города, но на полдороги от собственно городских стен города он остановился, чтобы полюбоваться на темные воды моря. Он уже совсем отвык от соленого воздуха и приятного шума прибоя, мыкаясь по пещерам, руинам и подземельям. Море всегда было его утешителем и вдохновителем. В прочем, сейчас некогда отвлекаться на хоть и приятные мелочи. Ибо сегодня в Анвиле произойдет ужасающее убийство, жертвой которого станет руководитель облавы на Дасек Мур - дозорный Скалозуб.

  В город некромант и вампиресса вошли незаметно, подобно теням, до смерти лишь перепугав какого-то нищего, который случайно заметил их и чуть было не прибрался прям тут же на улице от страха. Осталось лишь найти дозорного, либо остальных "заговорщиков". Сильвариил думал было воззвать к мертвым, присутствие которых чувствовал в городе, чтобы через них разузнать местонахождение Скалозуба, но Эстель предложила куда более надежный и менее подозрительный вариант - расспросить в ближайшей таверне, в которой, скорее всего, орк и снял себе комнату для отдыха. Местной таверной оказался "Графский герб", принадлежащий старику Вилбуру, лысому морщинистому редгарду, который когда-то был то ли моряком, то ли работником доков.

  Скалозуб отдыхал в одной из комнат, беспокойно ворочаясь в кровати. Несколько раз он просыпался, но тут же засыпал вновь. Когда он снова проснулся и увидал две темные фигуры, склонившиеся над ним, подумал было что это сон, и даже протер глаза, да только фигуры так и не пропали. Первая из них, самая высокая, блеснула чем-то длинным и острым в руках, а вторая улыбнулась хищным оскалом клыков.

 

- Приятных снов, Дозорный!

[Кайра]

Фенрил с интересом слушал Карахил, то что глава  Дозорных предлагает выручить вампира  из Хладной  Гавани, звучало как-то нелепо. Хотя тот был жрецом Аркея и так насолил своим товарищам, что его решили  отправить прямиком к своему  "отцу".  Так что если бы его спасли, то он был бы им благодарен. Но кто хочет лезть добровольно в Хладную Гавань?

 

Но тут она сама пришла к ним, как оказалось, даже обитатели Обливиона имеют счеты к Дозорным.  Фенрилу приходилось убивать магией аккуратно. Увы, в помещениях огненные  и  другие  заклятия могут привести к тому, что дозорным придется искать новое помещение.  Пришлось использовать ледяные заклятия против двух  обитателей  плана Обливиона. Которые смотрелись не столь эффектно, но не были столь разрушительным.

 

Закончив с врагами, он смог пробиться к Идрату и стал помогать ему закрыть портал в Обливион,  так же как и Марко. Помощь Марко оказалась решающий и эльф благодарно кивнул бретонцу.

[Selena]

- Что, опять?! - совершенно искренне возмутился Варден, поднявшийся в кабинет Карахил следом за Марко и обнаруживший там сияющий портал и дремор вокруг. - Не, ну это уже наглость! - мрачно добавил он, когда ближайший даэдра гостеприимно бросился на него, обнажив клинок. Эльфийские клинки в единый миг покинули ножны, легко увернувшись от черного меча, Варден атаковал в ответ, спустя пару минут укорачивая тело монстра на явно ненужную ему голову. Небрежным пинком по филейной части ускоряя падение обезглавленной тушки и оборачиваясь к следующему дреморе, которому веселья не досталось. 

- Вот только не говорите, что теперь за городом снова откроются врата, - хмыкнул данмер, избавляясь от второго даэдра и, развернувшись, обнаружил, что дреморы закончились, а портал, рядом с которым стояли Марко, Идрат и Фенрил, съежившись, закрылся, подмигнув на прощание. 

- Интересно все же, куда же делась Карахил? - задумчиво поинтересовался Варден, ни к кому, впрочем, конкретно не обращаясь. Словно мысли вслух.

[Daylight Dancer]

- Там... Кто-то двигает мебель? - удивленно уставилась в потолок Лореллейна, когда донесся грохот, крики и шум плещущейся магии Обливиона. И тут же вспышка света опровергла ее теории, заставив разразиться бурной матерной цитатой, своим незабвенным мужским голосом.

 

- ... Че, падла, под зад в Обливион захотел, да?! Хулиган такой, зрения меня лишает! Тебе ведром по башне настучать?! - влетела она в комнату вслед за Марко с кинжалами наготове. - Ну е-е-е-е-е-е... дрить-даэдрить, - осеклась босмерка перейдя на свой привычный писк. Она и предположить не могла, насколько была права в упоминании Обливиона. - Скуумная пенка! Изыди демон!!! - даже подпрыгнув от неожиданности, взвизгнула девушка, когда первый даэдра появился из портала. В ее амулете мелькнула едва видная искорка и очередной подвернувшийся незванный гость словно бы наступил на невидимую ступеньку, чуть задумчиво замешкавшись на считанные пару секунд.

Даэдра пытался определить, почему его мощные и ужасающие даэдрические сапоги, способные по желанию владельца топтать смертных младенцев и крестьянские посевы, наносить повреждения несовместимые с жизнью хорошо поставленным ударом ноги... Почему-то, эта чудовищная обувь зависла в нескольких дюймах над дощатым полом, сделав своего и без того рослого владельца еще выше. Лорелей тоже не совсем устроил такой результат колдовства, но пожаловаться она не успела...

 

- Какого?! Уи-и-и-и-пи-и-и-и!!! - резанула эльфиечка ультразвуком своего голоса по ушам окружающих, когда нечто придало ей ускорения сзади, с каждым мигом все приближая уродливую рогатую голову монстра. Перекатившись кубарем, она улизнула от мелькнувшей много выше булавы другого атакующего даэдра, тут же забывшем о мелком недоразумении, вытирающем собой пол, ведь в атаку перешел другой из присутствующих в комнате смертных. А наш заторможенный такими раскладами гравитации Нирна, все-таки сумел удержать равновесие и поднял глаза... которых тут же лишился! Впрочем, как и устойчивого вертикального положения.

 

- Колись, кто такой?! Где вы ее держите?! - кинжальчики мелькали с ужасающей быстротой, кромсая незащищенные участки кожи и выискивая зазоры в доспехах. И опять во все стороны летела кровь, теперь уже сбитого с ног даэдра, прижатого на полу весом девушки, болью и перерезанными связками кистей рук. В тот момент, для Лорелей было совсем неважно, почему, или  с чьей помощью она непроизвольно пошла в атаку именно на этого врага. - Где она?! Я верну ее из Обливиона, ведь сама туда и отправила!!!

 

Мертвый даэдрот уже не смог ничего ответить на ее нападки. Но захлопнувшийся портал произвел на Лорю оглушающее действие.

 

- Н... Нет! Нет-нет-нет-нет-нет!!! Она там! Зачем вы закрыли эту светящуюся штуку?! Она такая добрая и красивая... Я должна ее верну-у-у-у-у-у-ть... - в который раз разревелась эльфийка, сползая с трупа поверженного врага и рыдая лежа в луже его крови.

[Friendly Fire]

Вместе со всеми любопытный маленький босмер пошёл наверх.

 

Десять лет назад он сгружал трупы солдат на телеги. Тогда эльф разглядывал раны на мёртвых телах и гадал: какое оружие может снять мясо с костей и оставить на них такие зарубки? Чем можно сжечь кожу, чтобы плоть не вздулась, а разошлась в стороны, прожаренная по всей глубине? Что могло оплавить даже кости, оставив на них глубокие отверстия с белыми застывшими на холоде наплывами вокруг? Чьё прикосновение к лицу снимает кожу, обнажая красную мясную ткань в форме пятерни?

 

Сейчас он получил ответ на свои вопросы. Из червоточины один за другим бесконечно появлялись слуги Обливиона, те самые, которые десять лет назад погрузили Нирн в Кризис.

«Или не те? Те были от Дагона, а эти, видимо, от Молага Бала. Я не историк, ксивкин вас побери!»
Один из ксивкинов пёр прямо на него — или маленькому босмеру с перепугу так показалось.
«Вас побери. Вас, не меня.»
Громкая эльфиечка поравнялась с ним. Его чудо. Его спасение. Босмер швырнул маленькое злобное чудо в даэдра.
«Место лучников — в арьергарде.»
Даэдра быстро её сожрёт. Её, и остальных товарищей. Маленький босмер прыгнул к окну и распахнул его.
«Место лучников — глубоко в арьергарде!» — Решил он и, затаив дух, прыгнул вниз, уцепился за дерево и сполз по стволу. Прыжок с третьего этажа дался проще, чем прыжок на полметра в Кватче, а всё потому, что на кону стояла его жизнь. И потому, что он был возмутительно трезв. 

«Место лучников — очень глубоко в арьергарде», — думал он уже спокойнее, с колотящимся сердцем отступая по мощёной тропинке глубоко в тыл, подальше от особняка Гильдии. Оказавшись на безопасном расстоянии от зоны боевых действий, маленький босмер посмотрел вверх, на зависшие в безоблачном ночном небе над стеной звёзд луны.

Какая же Карахил нудная. Рынок уже закрыт.

[Кафкa]

Анвил не впечатлил Валерику. Невзирая на все прелести столичной жизни, склонность к скрытности и ночные пиршества, она считала себя дочерью севера, и расслабленный образ жизни местных, с бескрайним океаном, волны которого нежно плескались за городской стеной, и мягкими, романтичными рассветами, казался ей чем-то совершенно чуждым. Местечком гораздо более привычным Валерике представлялся какой-нибудь домик, затерянный в горах. За окнами в бешенстве бьётся вьюга, необузданная и первозданная снежная стихия, в камине трещат поленья, где-то в лесах воет стая голодных, озлобленных волков. Когда-то и она жила в таком месте... Интересно, а горное убежище до сих пор пустует, ожидая, вернётся ли она в него однажды, или туда уже успел заселиться какой-нибудь отшельник, точно так же, как Эст, склонный к одиночеству?

Путь до “Герба” занял совсем немного времени, благо портовый город оказался совсем маленьким. За год жизни в центре Империи Валерика как-то бессознательно везде ожидала встретить такое же переплетение улочек и узких переулков, сменявших друг друга в фантасмагорическом танце человеческой жизни и смерти. Легко затеряться, да так, что никто не заметит. Легко быть. А здесь просто деревня какая-то. И рыбой воняет. Валерика не любила рыбу. Ни раньше, ни, тем более, теперь, когда всё её существование поддерживалось за счёт изысканно-диетического питания.

Валерика мрачно усмехнулась, отметив про себя удивление Скалозуба. Неизвестно, на что надеялся этот безмозглый кретин, даже не выставив перед дверью парочку охранников, способных защитить его от неожиданной атаки во сне, на которую, в результате, и нарвался. Может, сошка слишком мелкая, но всё-таки разумное существо, на регулярной основе занятое массовыми убийствами, должно более ответственно подходить к вопросам самозащиты.

— Ничего личного. Просто работа, —Латейн оповестила орка будничным тоном, одновременно выхватывая из ножен пепельный клинок, тускло блеснувший в полутьме комнаты, и направив на горло Дозорного поток душащей магии, — ты нам основательно насолил, — лезвие пронзило кожу, превращая печень в кровавое месиво, и тут же вспыхнуло осквернённым чёрным пламенем, — тебя никто не вспомнит, паразит, — Скалозуб приглушённо хрипел и корчился от боли, пока омерзительный клинок вгрызался в его тело, как прожорливое насекомое, — скоро твой орден отправится вслед за тобой, — огонь хищно зашипел, его языки ползли вверх, состаривая простыни и ночные одежды этак на сотню лет, а плоть покрывалась длинными, пульсирующими чёрными полосками, неизбежным следствием коррозии души, — прощайся с этим миром, — орку, впрочем, судя по его состоянию, явно было не до составления торжественных прощаний. Валерика кивнула Сильвариилу, показывая, что он может закончить дело так, как считает нужным. Мало кто был способен противостоять пытке её мечом, но Скалозуб – парень сильный, и вероятность того, что он преодолеет-таки страдание и возьмёт реванш, всё-таки не следовало исключать, пусть даже она являлась предельно скромной.

[SnowK]

У Марко перед глазами всё поплыло. Минуту назад он беззаботно подтрунивает над своим другом – и вот его уже нет. Прыгнуть в портал следом? Бретонец делает шаг навстречу неизвестности, но перед ним возникает рогатая фигура – одна, другая, третья, за спиной начинают мельтешить товарищи, но он их не слышит – все звуки исчезли из мира, каждая секунда подобна вечности… И тут он начинает слышать голос – нет, это не Карондил зовёт его, и даже не Карахил. Это Лайла.

 

“Ты можешь не любить магов. Ты можешь считать их неуверенными в себе бородатыми шутами, облачёнными в девчачьи тряпки. Ты можешь считать, что в реальном бою от магии толку даже меньше, чем от дубины – но ты должен признать, у тебя к ней талант, талант к магии, а не к дубине, дубина, и ты не должен зарывать его в землю. Вот, возьми этот камень. К северу от Коррола расположена Облачная Вершина. На ней – четыре колонны и одна по центру. Отправляйся туда, и ты поймёшь, на что в действительности способна магия. На что способен ты.”

 

- Осталась калекой – не калечь других, сучка! – разум бретонца стал ясен как никогда; он выучил это заклятье, выучил этот урок, и готов был преподать его другим. – Палец гор!
С указательного пальца сорвался концентрированный, но совершенно неконтролируемый пучок молний. С трудом, ухватившись левой рукой за правую, Марко направил луч в червоточину, попутно испепелив одного из незваных гостей и разнеся половину кабинета; тем не менее, план его удался – портал не выдержал перегрузки и закрылся… Но надолго ли?

 

- Так… - произнёс Марко, лихорадочно размышляя и, в то же время, поправляя растрепавшиеся волосы. – Если я правильно понимаю, для открытия портала Карахил пришлось принести в жертву Карондила. Она вошла внутрь и отправилась на поиски Иллектиуса, но теперь портал закрыт – а значит, им придётся принести в жертву ещё кого-то, чтобы вернуться. Таким образом, - бретонец принялся расхаживать по кабинету, что-то выискивая. – В ближайшее время эта штука откроется снова и изрыгнёт либо нашу добрую волшебницу, либо полоумного священника-кровососа, но, что-то мне подсказывает, что это будет именно кровосос – без обид, Идрат, лучше помогите мне найти маяк. Уничтожим его – и это не повторится. В обозримом будущем.

 

Откуда Марко столько знал о межпространственных перемещениях? А откуда о них столько знала Карахил? Видимо, не у него одного были друзья, любящие побаловаться тёмной магией, и речь сейчас шла даже не о его жене; та же Лайла таила в себе опасность куда большую, нежели эта любительница приводить в движение всё и вся.

 

[Оставшиеся могут сделать бросок 1d20, без бонусов. У кого первым выпадет больше десяти - отыщет амулет. Если его разбить - портал больше не откроется, Карахил останется заперта навсегда. Ещё его можно активировать - тогда Карахил вернётся, но вместе с ней вернётся и Иллектиус. В случае его возвращения мы получим очередной дизлайк от Трёх Семей, но зато станем на шаг ближе к истине. В общем, всё опять в руках везунчика.]

Изменено 2 мая, 2020 пользователем SnowK

[Alice von Bertruher]

 Орк будто бы онемел, не в силах закричать, лишь хрипел, пуская слюни. В своем беспомощном состоянии он выглядел жалким червяком. Какое убогое зрелище. Сильвариил близко склонился над его лицом и почти с нежностью погладил по щеке.

 

- О, не спеши умирать, маленький жрец. Твои страдания еще только начались и продолжатся до скончания времен, - прошептал он. - Лучше бы ты почитал своего Малаката и дрался со своими соплеменниками за право обладать женщинами.

 

  Его пальцы вдруг впились в орочье лицо, а татуировки на них вспыхнули призрачным огнем, а затем некромант произнес на столько страшное заклинание, что даже вампирессе стало жутко. Тени сгустились, а в комнате стало изрядно холодно и запахло смертью. 

 

- Абог Загх-Харрг! - и с этими словами Сильвариил буквально вырвал душу из тела Скалозуба. Эстель видела его искаженное ужасом призрачное лицо, медленно растворяющееся во тьме, поглощенное вырвавшейся энергией Каирна Душ, а тело вмиг опало и на глазах разъехалось и развалилось безжизненным прахом.

  Когда страшные чары некромантии закончили свое действие, Сильвариил вдруг покачнулся и чуть было не упал, удержавшись за спинку кровати. Заклинание лишило его части сил. Вдруг в окне что-то заблестело, как-то необычно и даже сверхъестественно.

 

- Что это там происходит? Никак наши сотоварищи чудят? Опять, наверное, соплячка творит какое-то безрассудство. Пойдем, Эстель. Мне нужно на свежий воздух. 

[SnowK]

Вскоре Валерика и Сильвариил присоединились к товарищам; Марко вкратце ввёл их в курс дела и уселся на лестнице - больше участвовать в этом ему не хотелось.