Dragon Age: Иллюзия полета

[Perfect Stranger]

 

 

 

 

 

Спойлер

Несколькими неделями ранее
Антива, Риалто

 

Подвальное помещение, выбранное не случайно для подобных встреч, не имело окон и было освещено всего лишь несколькими тусклыми свечами, расставленными на столе, и парой медных канделябров на стенах. Агент Уильям Холт, человек среднего роста, среднего возраста, и средней по всем параметрам внешности тоже был выбран далеко не случайно. Таких людей мало кто запомнит, увидев раз-другой на улице, даже в глухой деревне; таких людей просто упускают из внимания, скользя по ним взглядом и совершенно не догадываясь, чем они на самом деле занимаются. Ни одеждой, ни какими-то приметами Холт не выделялся среди обычных жителей Ферелдена, а ныне и всей Империи. Стоя прямо перед широким дубовым столом, покрытом тонкой белой скатертью, со сложенными за спиной руками, он смотрел на своих собеседников спокойным взглядом то ли серых, то ли голубоватых глаз.

 

Еще трое людей в комнате выглядели гораздо более примечательно. Одетые в длинные, бесформенные темные одежды, с металлическими масками на лицах, они могли оказаться кем угодно — Торговыми Принцами, нищими с улиц Риалто, капитанами кораблей, каждое утро и вечер останавливающихся в самом крупном порту Антивы, проститутками в элитных борделях или наемниками с большой дороги. Сейчас все это, впрочем, не имело абсолютно никакого значения. Сейчас они были теми, кто руководил Сопротивлением, и теми, кто должен был выдать миссию огромной важности одному из своих самых доверенных агентов-организаторов.
Стопка бумаг лежала на скатерти, желтизной выделяясь на белой ткани и словно прожигая любого, кто взглянет на нее, ярко-черными чернилами строчек убористого текста. К каждой бумаге был приложен небольшой портрет углем. Холт уже просмотрел выданные ему досье, и хотя несколько из предложенных на это задание человек вызвали у него вопросы, он не стал их озвучивать прямо сейчас. В конце концов, не ему было решать, кто подойдет на подобное задание лучше всего.

 

— Что касается этой девушки, — один из людей в маске, чей голос был несколько искажен то ли из-за металла, эхом разбивающего звук на осколки, то ли благодаря магическому воздействию, сказать было трудно, но вроде бы говорил мужчина. Он приподнял верхнее досье за край рукой в черной перчатке, словно трогал ядовитую змею. — Ни при каких условиях не допускайте ее смерти. Она пригодится нам даже в том случае, если замыслит предательство. Старшая дочь Верховного Жреца — то, что мы можем использовать против него в крайнем случае.

 

— Какие допустимы меры воздействия? — спросил агент, мазнув взглядом по угольному портрету. Над ним кривоватыми буквами было выведено «Д. Авгур». Девушка показалась ему достаточно симпатичной, однако зная ее возраст, он подумал о том, что от нее можно было бы ожидать чего-то крайне глупого и необдуманного.

 

— Не лишать жизни и не оставлять серьезных ранений, не поддающихся лечению. Все остальное на ваше усмотрение, агент Холт. Также обратите внимание на госпожу Максиан. В том же ключе.

 

Он кивнул, аккуратно собрав стопку бумаг и выровняв ее по краям. Тот факт, что этим юным особам вряд ли было известно о планах на них Сопротивления, не слишком волновал его. Моральные терзания по поводу лжи и возможного использования живых людей как инструментов давно покинули сердце агента Холта, по крайней мере, на время выполнения задания. В одиночестве, когда не нужно было думать о работе, он иногда обращался с молитвой к Пророчице, находя в этом некое утешение, однако смирение с тем, что и как придется делать, стало частью Уильяма еще до того, как ему стукнуло двадцать. Вес тех грехов, что накапливался за десятилетия работы с Сопротивлением, уже не так давил на плечи, как раньше, став чем-то вроде привычного веса рюкзака со снаряжением в дальнем походе. В конце концов, ради спасения мира и сама Андрасте когда-то начала Священный Поход против еретической Древней Империи, и наверняка ее тоже не делало счастливой то, что под ее командованием погибали ни в чем не повинные люди. Иногда нужно было сделать то, за что лишь позже, много лет спустя, придется отвечать перед Создателем.

 

Сунув стопку в напоясную сумку, предварительно свернув пергамент в толстую трубку, мужчина снова сложил руки за спиной, встав ровно и прямо перед своими командирами.

 

— Насчет остальных мы полагаемся на ваше суждение. Если кто-то из них окажется неподходящим для выполения миссии с вашей точки зрения, у вас есть разрешение на их устранение. Если кто-то из них решит сбежать — у вас есть разрешение на их устранение. Любой ценой не допустите утечки информации об этом задании к имперцам. Это понятно?

 

— Абсолютно. Утечки не будет, — эхом отозвался ровный голос Холта. — Что-то еще?

 

— Есть кое-что, — прозвучал женский голос, впрочем, тоже искаженный до неузнаваемости, и одна из фигур приблизилась к столу, оперевшись на него ладонью. — После того, как вы обнаружите и захватите цель, отправьте доклад о результатах через наши обычные каналы. После этого ждите три дня. Вам поступит новое распоряжение о том, что делать с целью. Ищите ее, пока не найдете, слышите? Либо саму цель, либо ее мертвое тело, либо точную информацию о том, что она захвачена силами Империи. В зависимости от того, что именно вы обнаружите, мы разработаем новые приказы.

 

— Понял, — кивнул Уильям. Он ожидал чего-то подобного. В таких случаях, когда конечный результат задания был заранее не известен, он часто получал дополнительные сведения посреди миссии о том, что делать дальше.

 

— Корабль под названием «Стрела Халамширала» ждет вас в порту завтра утром, ровно в пять. Не опоздайте. На нем вы доберетесь до порта в Вал-Шевине, оттуда на перекладных езжайте в Монтсиммар. Наши люди сообщат членам отряда о том, что встреча произойдет там. Далее вы знаете, что делать. Пусть Адалин найдет их и скоординирует, — сказал третий присутствующий на встрече, голос его звучал несколько иначе, словно говорит глубокий старик. — Деньги на первое время вы получите, затем проверяйте наши обычные схроны, возможно, мы сможем вам помочь, но особо не рассчитывайте на них. Поддерживайте легенду наемников. Это даст вам возможность самим получать ресурсы.

 

Кивнув и дождавшись разрешения отправиться в дом, дожидаться утра, агент Холт сделал три шага назад, поклонился коротким кивком, развернулся и покинул подвал. Через несколько часов это помещение снова станет покинутым и пустым, все следы пребывания в нем людей будут уничтожены, а стол и канделябры вынесены и отправлены в другое место. Причин для этого было много, но основной послужило уничтожение ячейки Сопротивления в Минратосе более двадцати лет назад. Тогда, как помнил Уильям, в ряды руководства организации проник шпион от фанатиков, называвших себя «Орденом Пламенного Обета». Вскоре именно они совершили отчаянную атаку на столицу и почти добрались до дворца Верховного Жреца, но были остановлены. К несчастью для Сопротивления, именно эта атака послужила отличным поводом для Империи ужесточить свои законы и утроить усилия в преследовании инакомыслящих. Крауфорд стал едва ли не народным героем, множество простых горожан были обязаны ему жизнью. Работа Сопротивления заметно замедлилась. Теперь им приходилось прилагать огромные усилия для того, чтобы Тайная Служба не нашла их — но за последние годы они достигли успехов, пусть и не свергли пока что закрепившихся во власти дракона и его марионетку.
Скоро, сказал себе Уильям, шагая по сумеречным улицам вечернего Риалто по направлению к дому, в котором он остановился на несколько дней. Скоро все закончится. Столько лет работы, столько лет принятия тяжелых моральных выборов, многие из которых до сих пор шрамами оставались где-то внутри, и тянущая боль иногда возвращалась, заставляя лежать с открытыми глазами по ночам — все это должно было окупиться. Он безоговорочно доверял начальству, зная, что они не станут лгать о своих целях, даже если лгали о методах. Холта использовали точно так же, как и самых незначительных информаторов и наемников, но он не был против этого. Он понимал, что то, что находится на кону, оправдывает любые жертвы, любые решения. На их плечах лежала ответственность не только за благополучие целого континента, но и за спасение душ каждого живущего на нем человека, эльфа, гнома, любого живого существа. Истинное испытание для детей Создателя было именно в этой борьбе, а не в донесении Песни Света — теперь Холт понимал это, зная, каким наивным был ранее, как наивна была старая Церковь. Век Дракона получил свое название, когда жрицы полагали, будто возвращение казавшихся вымершими существ станет самой большой проблемой их времени.

 

Они не могли ошибиться сильнее. Истинная угроза сейчас управляла Тедасом, практически сметая любое сопротивление и уничтожая тех, кто пытался воспротивиться ей даже в мыслях.

 

Холту оставалось лишь ждать утра, когда в предрассветной дымке он отправится к порту и поднимется на борт корабля, направляющегося с товарами в Вал-Шевин. Капитан был человеком, верным Сопротивлению, и не задавал лишних вопросов. Вполне вероятно, что увесистый кошель с золотом, переданный ему накануне, сыграл некую роль в его желании оставаться верным им человеком, но Уильяму до этого дела было мало. Он должен был добраться до Орлея и после этого приступить к сбору новых агентов для своего отряда. Остальное было за пределами его ответственности. Он привык работать именно так, как и другие организаторы остальных ячеек Сопротивления. Чем меньше знает кто-то один, тем меньше вероятности, что его поимка разрушит всю структуру. Поэтому вопросы он не задавал.

 

 

14 Первопада, 9:88 года Века Дракона
Провинция Орлей, Монтсиммар

 

В это время года Орлей был действительно красив. По пути к столице Холту удалось сполна насладиться осенними пейзажами, мелькающими по обе стороны тракта, пока он неспешно ехал на перекладных лошадях от одного придорожного поста к другому, порою останавливаясь на постоялом дворе на несколько часов сна в настоящей кровати, прежде чем снова продолжить свой путь. Правду все же говорили о том, что истинному гонцу требуется не только золотая голова, но и железная задница. К концу своего путешествия Уильям чувствовал, что сесть нормально, не кривясь от боли, сможет лишь через пару дней, а на седло смотреть без отвращения и того дольше. Сама столица тоже не пустовала. Осенние распродажи, ярмарки и гуляния перед наступлением зимы были в самом разгаре, отчего город казался набитым битком самыми разными путниками из всех уголков Империи.

 

Это было на руку Уильяму, и он полагал, что толкучка на улицах и площадях, полные постояльцев трактиры и постоянная текучка прибывающих и уезжающих людей спрячут их от нежелательных наблюдателей. На въезде за стены он заметил нескольких белых плащей, а также потрошителей из Кровавого Легиона, что было довольно-таки обычным делом для столицы, но что-то подсказало агенту, что в этот раз стоит держать ухо востро. Не то чтобы раньше он вел себя легкомысленно, но шестым чувством он ощутил, что в городе что-то происходит. Осторожно, стараясь не выдать своего беспокойства, мужчина направил лошадь к стражникам, проверяющим всех прибывающих в столицу и спокойно объяснил им, что приехал купить на распродаже редкие товары из Антивы для своей семьи, поучаствовать в гуляниях и отдохнуть от жизни в скучном и сером Ферелдене. После короткого разговора его пропустили за стены, и он оставил лошадь у трактира «Счастливый наг», заплатив конюшему за хороший уход за животным. Конь принадлежал не ему, так что возвращаться за ним Уильям не планировал. Ему пришла в голову идея попробовать сторговаться с продавцом лошадей на рынке и приобрести средство передвижения, поскольку он прекрасно знал, что задерживаться в столице слишком надолго будет плохой идеей, но как оказалось, он потратил основной запас своего жалованья на дорогу. Остановившись в недорогой таверне, Холт отправил сообщение почтовым вороном, переоделся в чистое, помывшись в бадье, и отправился пройтись по центру столицы. Времени у него было достаточно, чтобы дождаться ответа от своих основных информаторов в Монтсиммаре, навестить нескольких знакомых, засветиться на рынке, чтобы не вызывать подозрений стражи, и отдохнуть перед встречей с отрядом. О них мужчина знал гораздо больше, чем они о нем, за исключением, пожалуй, только Адалин, но это было поправимо и, что важнее, необходимо.

 

Вечерний Монтсиммар встретил его привычным шумом большого города. Остановившись на мгновение у входа в трактир, Уильям пригладил растрепавшиеся было ветром волосы, вдохнул полной грудью запахи, доносимые до него от кухни и рыночной площади — коричные палочки, пекущийся свежий яблочный пирог, запеченные на огне кусочки свинины со специями и острый запах свежей рыбы — и быстро зашагал по направлению к рынку. Бумаги он предусмотрительно сжег, запомнив все досье наизусть, как и лица тех, кто должен был встретиться с ним на следующий вечер на Арене Монтсиммара.

 

Хранить любую ценную информацию Холт давно привык в собственной голове. Так было лучше. Вскоре этому ему предстояло научить и своих подопечных.

 

 

 

 

 

 

 

 

Спойлер

В Ивуаре не так уж много лавок и купцов, но кое-какими припасами разжиться все же можно. У каждого купца 3d4 золотых в наличии (сумма обновляется каждый игровой день).

 

Трактир "Пивная кружка", хозяйка Мари Морно:

 

Золото в наличии: 9 золотых монет

 

Паек на 1 день, не портящийся, включает флягу с чистой водой — 5 серебряных монет
Постой в таверне на 1 день, включает питание и комнату — 30 серебряных монет
Место в конюшне на 1 день, включает корм для лошади — 15 серебряных монет

Факел — 5 серебряных монет (снимает штрафы за темноту, расходуется)
Обычные предметы одежды — 5 серебряных монет
Приспособления для рыбалки (позволяет добывать рыбу в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Охотничьи силки (позволяет добывать мясо в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Аптечка с полным набором первой помощи — 20 серебряных монет

 

Речная и озерная рыба (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за штуку
Мясо (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за фунт

Дешевое пиво — 10 серебряных монет, бутылка
Дешевая бормотуха — 25 серебряных монет, бутылка
Наваристый рыбный суп — 50 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день придает персонажу эффект «Умиротворенный»)
Острая мясная похлебка неизвестно из чего — 25 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день может придать персонажу случайный эффект из «Сытый» или «Пищевое отравление»)

Хорошая еда — 15 серебряных монет

 

Ролевые предметы — от 5 серебряных монет до 1 золотого, в зависимости от типа предмета

Белые предметы можно купить за 1 золотой.

 

 

Эмилио Дюранте, торговец:

 

Золото в наличии: 7 золотых монет

 

Платье из плотной ткани (1) (легкая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты
Куртка из бараньей кожи (1) (средняя броня, +10 к здоровью) — 4 золотых монеты
Кольчужный доспех ополчения (1) (тяжелая броня, +1 к защите) — 4 золотых монеты
Чешуйчатый доспех с эмблемой Ивуара (1) (массинвая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты

 

Посох странствующего чародея (1) (посох, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Сильверитовый топорик (1) (одноручное, +1 к Силе) — 3 золотых монеты
Кулачный щит с тигровым глазом (1) (щит, +1 к защите) — 2 золотые монеты
Большой молот с драконьей головой (1) (двуручное, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Короткий изогнутый меч (1) (кинжал, +1 к Мудрости) — 3 золотые монеты
Эльфийский лук (1) (стрелковое, +1 к попаданию) — 5 золотых монет

 

Зелье лечения (+25% здоровья) — 50 серебряных монет
Зелье великого лечения (+50% здоровья) — 1 золотая монета

Зелье лириума (маг может перебросить кубик на заклинание, используемое немедленно после употребления зелья, и выбрать лучшее число на кубике) — 2 золотых монеты

 

Экстракт корня смерти (следующая успешная атака оружием ближнего боя повысит попадание по этому противнику на +2 на 2 хода) — 4 золотых монеты
Экстракт беладонны (следующая успешная атака оружием ближнего боя понизит попадание этого врага на -2 на 2 хода) — 4 золотых монеты

 

 

В этой местности возможен бросок на Заработок, Воровство и Азартные Игры.

 

Ставка воровства: 1 золотая монета
Ставка казино: 3 золотых монеты
Ставка заработка: 1 золотая монета

 

В этой местности возможен бросок на рыбалку и охоту за пределами Ивуара (Ловкость).

 

1-5 — ничего не поймано

6-10 — получен 1 фунт мяса \ 1 рыба

11-15 — получено 2 фунта мяса \ 2 рыбы

16-20 — получено 3 фунта мяса \ 3 рыбы

 

 

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона

 

 

 

 

Текущие задания:

 

«О чем нельзя молчать» (проверить схрон Сопротивления) - Руфус + Викториа

 

Выполненные задания:

 

Спойлер

«В начале была таверна» (Луи спасен, Моро жив, 2 еретиков спасены, покинули город до приезда Пророка)

«Голоса в пустоте» (дух освобожден, Торниен жив) - Фел + Ринн

«Сказания прошлых лет» (амулет возвращен, Хаэслана покончила с собой, записи получены) - Адалин + Руфус

«Охота за призраками» (вещи собраны, статуя уничтожена, Алинбель спасена) - Доленгал + Эльса + Альваро

«Беглец» (найдены письмо и статуэтка, бой проигран) - Дамиан + Викториа

«Последний страж» (вартеррал убит, потрошители убиты) - главный квест локации
«Скотобойня» (заговорщики схвачены и переданы Бутчеру, бомба обезврежена) - Адалин + Альваро

«Старый друг лучше новых двух» (найденные артефакты отданы, получено 3 пропуска, Марсель убит) - Дамиан + Феликс + Вильгельм

«Утраченное сокровище Рогвира» (сверток найден, Рогвир завербован, молот получен) - Эльса + Руфус + Джакомо

«Вороново крыло» (тевинтерцы убиты, Дариус отпущен с Маавиш) - Ринн + Викториа

«Комната страха» (призрак освобожден, артефакт получен) - Руфус + Адалин + Вильгельм

«Город цепей» (сведения о ритуале получены, Оривент убит, Сейлон жив, Савир'Дал освобожден, меч найден) - общее задание

«Удар плети» (Реморий жив, Первая выкуплена, Вторая жива) - Адалин + Феликс

«Острее, чем лезвие меча» (Франсуа спасен, Косто выжил, семья Сципион спасена, поместье взорвано, информация получена) - Эльса + Дамиан
«Сонное царство» (Диан спасена, Анга сбежала, посох от Анги получен, перчатки отданы, вяз сожжен)

[Demet]

Лагерь

 

Накладывая себе еду из общего котла, Доленгал молча слушал других, попутно размышляя о чём-то своём. Кажется, назревал некий план, лишь косвенно связанный с деятельностью партии. Решив пока попридержать странные идеи, эльф кивнул на слова Холта.

- Расспросить охотника. Ясно.

[Ettra]

Лагерь

 

Когда Руфус закончил с докладом и все принялись за еду, Адалин тихо встала со своего места и подошла к Холту, остановившись от него на расстоянии пары шагов. Чуть замешкавшись, она едва ощутимо коснулась его плеча, обращая на себя внимание командира.

 

— Когда сможешь... мне нужно кое что сказать, — шепнула она и, не дожидаясь ответа, пошла прочь, в палатку. 

 

Полог был откинут, так что света хватало, чтобы попытаться отвлечься и скоротать время рисованием. Пододвинув спальник ближе ко входу, она достала из рюкзака принадлежности и удобно уложила альбом на коленях. Что бы она могла нарисовать, чтобы немного распутать клубок из окутанных страхом воспоминаний, поселившийся в груди? Первой мыслью в сознании всплыла фигура командира лесорубов. Широкие плечи, грубые огромные руки, короткая борода, прячущая жестоко сжатые губы и холодный ненавидящий взгляд. 

 

Адалин затошнило.

 

Нет. Не его. Это сделает все только хуже, придаст видениям жизнь, "закрепит" их в ее сознании. Вместо этого Адалин стала рисовать другой портрет. Портрет молодого эльфа — Тирошана, с тонкими красивыми чертами, открытым и очень мудрым, не по годам, взглядом. И рисуя его, она не сразу заметила, как начала улыбаться. Немного горько, но все равно тепло. Чувства, которые Кириэ испытывала к брату, теперь были и чувствами Адалин. Очень-очень знакомыми чувствами. Смесью восхищения и полного доверия, какое Адалин питала к Десмонду, но без тени возникающих порой сомнений и неуверенности в том, что достойна ответной любви. 

Чувства Кириэ были светлыми. Правильными.

[BornToSeek]

Лагерь

 

С новыми объяснениями всё стало куда ясней. У Руфуса и Адалин действительно удалось нащупать самый безболезненный и мирный способ решить сложившуюся проблему, пусть и сама помощь в итоге вышла странной. Как и цели сказительницы. Клан в итоге остался в минусе из-за такой глупой оплошности, отряд же наоборот в плюсе, два тома изрядно пригодятся в будущем. А магическая книга и вовсе в настоящем, судя по таящимся в ней чарам. Дамиан же, вчера спокойно отнёсшийся к новостям о результате миссии, не смог мысленно не посмеяться над старухой. Экая молодчина, наделала делов, надеясь не понятно на что, и в конце концов благополучно избавила мир от своего присутствия. Апогей эльфийской мудрости и интеллекта, не иначе. Да и даже если бы не стала гробиться, то неужто она всерьёз надеялась, что остальной отряд спокойно оставит своих людей и не вернёт их? Совсем страх потеряла на старости лет.

 

— Хм, интересно. Может быть, стоит его спросить об этом. Но сначала сходите к охотнику. Надеюсь, в этот раз удастся обойтись без эксцессов, — кивнул ему Уильям. — Как вернетесь, попробуем расспросить Хранителя.

 

— Хорошо, в таком случае заканчиваем с завтраком и выдвигаемся, — кивнул Альваро, сам в это время уминавший свою порцию еды.

На этот раз выделили трёх людей. Точнее двух и эльфа, но не суть. Когда все доели похлёбку и захватили необходимое снаряжение, антиванец повёл группу к стоянке, стараясь миновать Хранителя и выискать побыстрее первого охотника. На лице у него титул вряд ли был написан, но охотники наверняка выделялись на фоне обычных эльфов клана.

[Perfect Stranger]

Стоянка эльфов

 

Найти Альреана не составило труда, благо спросив уже знакомого им мастера Ивеора о местонахождении первого охотника, троица благополучно отыскала его на краю лагеря, где он сосредоточенно выделывал шкуру недавно добытого медведя. Такие шкуры были очень крепкими и очень теплыми, и из них на зиму можно было сделать неплохую толстую броню, или утеплить ею аравели. Подняв взгляд на незнакомцев, Альреан вытер пот с лица и отложил нож, поднявшись и обернувшись на людей. Впрочем, присутствие в группе одного эльфа, пусть и плоскоухого, немного смягчило враждебное выражение, тут же появившееся на его лице.

 

— А, "Скорпионы". Слышал о вас, — бросил охотник. — Не говорите. Пришли спросить, не нужна ли мне помощь, да? Этим ведь занимаются наемники? — хмыкнул он, покосившись на Альваро, который явно не выглядел, как обычный головорез. — А скажите-ка мне вот что. Как много вам известно об истории Ивовой рощи? Потому что если немного, то я могу с таким же успехом послать вас в пасть виверны. Впрочем, если вы все-таки сумеете выполнить одно очень важное поручение, я вам заплачу. Денег у меня нет, но есть кое-что, что осталось мне от моего отца. Тогда мастер Ивеор был еще молод, и это был его первый шедевр.

[BornToSeek]

Стоянка эльфов

 

Ивовая роща... Кое-что об этом месте Альваро знал, благо что учителя у него были не только по магии, но и по обычным наукам. Преподаватель истории как-то упоминал о недавних переменах в этих местах. И это, к слову, частично перекликалось с кое-какой информацией, услышанной в лагере.

— Ещё во времена независимости Орлея здесь, неподалёку от озера, располагались сторожевые башни. Орлейцы пользовались ими для охраны территории на границе с нахашинскими болотами. Когда началась смута и распад государства, их взяли в оборот бандитские банды, а Империя после прихода и вовсе их забросила, потому что никакой угрозы со стороны болот не исходило. Что-то да известно, — заключил антиванец.

 

Альваро, интеллект +4

rolled 19+4=23

Изменено 6 июля, 2021 пользователем BornToSeek

[Thinvesil]

Стоянка эльфов

 

— Ещё во времена независимости Орлея здесь, неподалёку от озера, располагались сторожевые башни. Орлейцы пользовались ими для охраны территории на границе с нахашинскими болотами. Когда началась смута и распад государства, их взяли в оборот бандитские банды, а Империя после прихода и вовсе их забросила, потому что никакой угрозы со стороны болот не исходило. Что-то да известно, — заключил антиванец.

 

"Бандитские банды". Эльса постаралась не измениться в лице. Впрочем, за свою осведомленность маг все же удостоился уважительного короткого взгляда. Сама девушка на уроках истории стремилась поскорее сдать материал и забыть лишнюю информацию. Кое-что оседало в памяти таким методом, что-то выветривалось... В любом случае, подобные разговоры навевали на нее скуку. Хорошо, что Альваро взял этот труд на себя. Сама девушка пока не видела повода вмешиваться в беседу, и снова играла привычную роль телохранителя.

 

Лес

 

После завтрака Руфус взял удочку и решил прогуляться до вчерашнего места. Может быть, получится поймать еще пару рыбех, чтобы затеять ужин. Похлебка получилась вкусной и сытной, но к вечеру народ точно снова успеет изголодаться. Сообщив оставшимся в лагере товарищам, куда он направляется, целитель пошел по тропе, свернул в нужном месте и вскоре пришел на привычную проплешину с пнем на берегу. Закинув удочку, он стал ждать поклевки.

[Perfect Stranger]

Стоянка эльфов

 

— Ещё во времена независимости Орлея здесь, неподалёку от озера, располагались сторожевые башни. Орлейцы пользовались ими для охраны территории на границе с нахашинскими болотами. Когда началась смута и распад государства, их взяли в оборот бандитские банды, а Империя после прихода и вовсе их забросила, потому что никакой угрозы со стороны болот не исходило. Что-то да известно, — заключил антиванец.

 

— Именно так. Они уже довольно давно стояли заброшенными. Вот только несколько месяцев назад, когда наш клан проходил этим путем, там на нас напали, — пояснил Альреан, вытирая руки тряпицей, покрытые кровью и засохшим жиром. — Много эльфов полегло... и что-то случилось с их душами. Призраки наводняют лес возле башен, нападая на всех, кто подходит слишком близко. Хранитель Эрсириол пытался умилостивить духов, но увы, все его попытки оказались тщетными. Лично мне нужно только одно: чтобы кто-то отправился туда, собрал памятные вещи с тел погибших эльфов, принес их в лагерь, и их достойно похоронили бы. Как полагается. Тащить тела оттуда я вас просить не буду, но сделайте хотя бы это, и я поблагодарю, как следует. И еще... Хранителю наверняка пригодится, если вы узнаете, почему души не упокоились, чего они хотят. Надеюсь, среди вас есть опытные маги.

 

Нахмурившись, Альреан отвернулся к шкуре и внимательно изучил ее на предмет каких-либо повреждений, но все выглядело отлично. Он был слишком опытен в делах охоты, чтобы допускать ошибки.

[Thinvesil]

Стоянка эльфов

 

И еще... Хранителю наверняка пригодится, если вы узнаете, почему души не упокоились, чего они хотят. Надеюсь, среди вас есть опытные маги.

 

— Эвона как, — задумчиво протянула Эльса и покосилась на двух магов. Антиванец и молчаливый эльф. Она надеялась, что ребята разбираются в таких вопросах. А вот спросить у Альреана было не лишним кое-что. — А если вдруг у наших магов получится разобраться и положить конец тому, что там творится? — все-таки напрямую спрашивать про дополнительную награду не стоило, но может быть, охотник и сам догадается, как знать. — Это будет не лишним для клана или лучше все-таки просто разведать информацию для Хранителя Эрисиола?

[Demet]

Стоянка эльфов

 

- Беспокойные души...

Это было ужасно. И интересно. Доленгал решил, что обязан изучить этот феномен.

- Мы постараемся сделать всё что в наших силах, - сам ответил он на странный вопрос Эльсы.

[Perfect Stranger]

Стоянка эльфов

 

Это будет не лишним для клана или лучше все-таки просто разведать информацию для Хранителя Эрисиола?

 

Похоже, Альреан не ожидал такого вопроса, потому что его брови удивленно приподнялись вверх, когда он обернулся на невысокую и явно молодо выглядящую девушку-шемленку.

 

— Остановить? Хм... теоретически, если вам это удастся, уверен, Хранитель вас достойно вознаградит. Но это уже не ко мне. Мне нужны вещи с тел эльфов для погребения. Почти все наши охотники погибли там, потому клан в таком плачевном состоянии. Если что-то узнаете, приходите ко мне, а я уж подумаю, стоит ли об этом сообщать Хранителю. Еще вопросы? — он взглянул на Доленгала и Альваро, однако было понятно, что и сам первый охотник знает весьма мало о том, что там случилось.

[BornToSeek]

Стоянка эльфов

 

Беспокойные души обещали немало проблем и даже угроз. Конечно, группа набралась более чем способная — целитель, боевой маг и наёмница, но всё же призраки не самый типичный враг, и приёмы, сработавшие бы на человека, тут уже не задействовать. И тем не менее отступать или бояться Альваро даже не думал — справятся, не дети малые.

— Сделаем всё, что в наших силах, — кивнул антиванец. — Маги среди нас есть, не пропадём.

Вопрос Эльсы был весьма кстати. Не факт, что вообще получится как-то повлиять на происходящее в роще, но тем не менее в виду иметь такую возможность стоило.

Получив все необходимые сведения и выяснив нужное направление, трое Скорпионов двинулись дальше, к башне. Уже порядочно отдалившись от эльфийской стоянки, им не повезло наткнуться на нескольких волков. То ли не пуганных эльфами, то ли пуганных призраками, что они забрели сюда. На появление чужаков они отреагировали агрессивно, пришлось отбиваться как огнём, так и простым оружием и магией. Эльса и Кунсей стояли впереди магов, и вместе группа быстро разогнала зверей, успев слегка подпалить или подрезать шкуры. Ран никто не схлопотал, все остались целы, и к башне отряд продолжил путь безо всяких проблем.

Изменено 6 июля, 2021 пользователем BornToSeek

[Ettra]

Лагерь

 

Через некоторое время, когда назначенные на задание агенты ушли, Холт отодвинул полог шатра и, склонившись, вошел внутрь. Заметив, что Адалин все еще там, он взглянул на девушку с легким удивлением, но вопросов задавать не стал. Если она хотела побыть одна, то значит, на это были причины. Однако вспомнив то, что она сказала несколько минут назад, мужчина все-таки спросил, сев на сложенный спальник и осматривая бронзовые блюдца. 

 

— Ты хотела о чем-то поговорить? — с легкостью, с которой спрашивают о погоде где-нибудь в Монтсиммаре, прозвучал его голос. Вытащив простой охотничий нож, он принялся соскабливать воск с блюдца, не выбрасывая, а ссыпая в подготовленный мешочек. Воск мог пригодиться, свечей в лесу он явно новых не найдет, а долийцы их не продавали. Все-таки нельзя постоянно полагаться на то, что ресурсы будут бесконечными.

 

— Да, — кивнула Адалин. Она убрала альбом, особенно не торопясь, как бывало раньше, и сложила руки на коленях. Нервозность все же выдавали пальцы, сжавшие ткань штанов. — Да, о работе. Точнее, о том, что было в тех видениях, про которые говорил Руфус и это может... отразиться на мне и работе и потому я думаю, что лучше сказать, чем... 

 

Адалин остановилась, поняв, что начала заговариваться. Это всего лишь чужие воспоминания, нечего было стыдиться, но говорить об этом, тем более с мужчиной, оказалось невероятно трудно. Но чем дольше она тянет и ходит вокруг да около, тем сложнее будет признаться. 

 

— Кириэ насиловали, — на одном дыхании выпалила Адалин и опустила голову, уставившись на свои руки. — Я это чувствовала. Потому... если я буду странная... Еще более странная, чем обычно, то вот причина. Думаю, тебе нужно быть в курсе.

 

— Сочувствую, — Холт посмотрел на нее, на мгновение перестав соскребать воск, но через секунду вернулся к своему занятию. Он редко показывал эмоции, за исключением самых поверхностных, к которым Адалин уже привыкла, и которые легко можно было списать на носимую агентом маску доброго командира. — Эльфы сильно пострадали от Империи. Возможно, Хаэслана хотела показать это нам так, чтобы мы действительно поняли. А может, отомстить. Кто знает, — дунув на лезвие ножа, мужчина убрал его обратно за пояс и аккуратно завязал шнурок на мешочке с воском. Чуть подогрев его и вставив фитиль, воск можно будет использовать повторно. — Все это не более, чем сон, морок, навеянный воспоминаниями тех, кого уже давно нет в живых. И в этот раз это не твоя вина.

 

— Я знаю. Я не виню себя. Просто... такое сложно забыть. Даже если это произошло не со мной. Не хочу, чтобы это стало проблемой. 

 

Не зная, что еще добавить, Адалин раскрыла альбом и снова взяла в руки карандаш. Нужно было добавить еще несколько штрихов — кажется, она не совсем точно нарисовала эльфийские татуировки. В этот раз она не старалась прятать рисунок от Холта. Он не был личным, да и неловкость, которую она раньше ощущала в его присутствии постоянно, теперь почти сошла на нет. Тем более в такие моменты, когда они просто находились рядом, занимаясь каждый своим делом. 

 

Через некоторое время — не больше пары минут — Адалин подняла взгляд на агента. Ее рука зависла над бумагой. 

 

— Я думала, молитвы обычно читают вслух? — спросила она. Странно, что вспомнила об этом сейчас. Может быть, потому что Холт упомянул сон? Адалин замечала, как перед тем, как лечь, он молится про себя.

 

— Обычно да. Но не в наше время, и не тому богу, — Холт пожал плечами, не поднимая взгляда, и просто общаясь с ней безо всяких попыток ее разговорить или залезть в душу. В отличие от той ночи, когда Адалин проснулась от кошмаров. Он будто чувствовал, когда не стоит расспрашивать, а когда лучше просто обнять и сказать, что все будет хорошо. — К тому же, я не хотел тебе мешать. Знаю, что у тебя и так проблемы со сном, а тут еще мое бормотание. 

 

Он улыбнулся, будто бы неловко, будто бы извиняясь за созданные им неудобства. Странно было видеть человека, который без промедления застрелил потрошителя, когда от этого зависели жизни его подопечных, таким... обычным. Он совершенно не походил на того Холта, который тогда появился на дороге, и того, кто сражался с ними бок о бок против наемников-имперцев.

 

— Ты не помешаешь, — заверила его Адалин. 

 

Немного бормотания от Холта точно не осложнят ее попытки бороться с бессонницей. Даже наоборот, сосредотачивая внимание на чем-то внешнем, ей иногда было проще задвинуть тревожные мысли подальше. К тому же, когда-то и она сама верила. Давно. И читала Песнь Света, оставшуюся от матери. Правда, молитвенного песнопения никогда не слышала. В те времена, когда за веру в Создателя и Андрасте не казнили, она была слишком маленькой. 

 

— Можешь... напеть что-то? Из Песни, — несколько неуверенно попросила Адалин, смотря Холту куда-то в район макушки.

 

— Напеть?.. Ха, пожалуй, смог бы. Все-таки какое-то время я был святым Братом, а пение входило в обязательную программу, — усмехнулся Уильям, откладывая свои вещи и садясь перед Адалин на землю, покрытую тонким слоем ткани. Опустив голову, он попытался вспомнить то, как было раньше. До всего этого кошмара. Закрыв глаза, он воскресил в памяти полустершиеся гобелены на темном камне стен, холодок, ползущий у ног, когда тушили камины. Статуи, молчаливо, по как-то по-матерински взирающие с высоты своего роста на мелких по сравнению с ними людей. Тишину, которая наполняла каждый уголок за секунду перед тем, как прихожане начинали слышать первые ноты Песни. 

 

У него был любимый стих, тот, который он все еще помнил наизусть так, словно это было только вчера. Прочистив горло, Холт сказал: 

 

— Извини, если что. Я давно этим не занимался. 

 

Вдохнув полной грудью, он тихонько запел. Его голос был чистым, хоть в нем иногда и проскальзывали немного охрипшие, жесткие нотки. Чаще всего ему приходилось не петь, а кричать. Отдавать приказы. Или говорить сухо, только по делу

 

Затем я увидела мир, предо мной распростёршийся: 

Горные пики, острые, словно зубцы короны, небеса подпирали, 

Королевства, сверкающие, словно самоцветы, 

Опоясали землю как жемчужное ожерелье. 

«Всё это твоё, ― говорил мира Создатель. ― 

Войди в Мой небесный чертог и больше не знай печали». 

 

«О величайший Творец, ― в печали я умоляла, ― 

Как детям Твоим прощение заслужить? 

Мы всё позабыли, блуждаем в незнании, 

И только Свет темноту сих времён рассеет. 

Воззови к Своим детям, научи нас величию Своему, 

То, что забыто, ещё не утеряно». 

 

Долгой была тишина перед ответом. 

«Ради тебя, плетущая песни, 

Я попытаюсь ещё раз 

К детям Своим обратиться, им неся мудрость, 

Если услышат они, 

Я вернусь».

 

Адалин слушала, закрыв глаза. Слушала не слова, которые быстро потеряли значение и стали не важны, а мелодию, ритм, голос. И за низким голосом Холта она вдруг услышала другой: нежный, хрустальный и тонкий, знакомый, но почти позабытый. Адалин словно на мгновение оказалась в месте, где уютно, тепло и безопасно. В воспоминании из детства, которое не могла бы запомнить. Как мама, склонившись над ее кроваткой, пела ей Песнь перед сном, как ее русые волосы блестели золотыми всполохами при свете свечей, а лицо озаряла полная нежности улыбка. 

 

Конечно, все это было лишь обманом разума. Адалин не могла помнить ничего из того времени, когда мама была рядом, ведь ей было всего три года.

 

Когда наступила тишина, вокруг будто бы похолодало, хотя отголосок тепла все еще согревал Адалин изнутри. Она вдруг поняла, что улыбается. Едва заметно, легко, но действительно улыбается. 

 

— Спасибо, — тихо сказала Адалин, спрятав улыбку. 

 

Второе "спасибо" меньше, чем за день. Она не любила благодарить, не хотела показывать, что нуждается в помощи или внимании. Но сейчас это казалось правильным.

 

— Можешь... петь молитвы? Пожалуйста.

 

Холт мотнул головой, будто прогоняя из нее внезапно накативший туман, и улыбнулся в ответ Адалин. 

 

— Перед сном? Конечно. Если тебе это не мешает, то буду, — он протянул руку, будто собираясь коснуться волос девушки, но потом остановился и поднялся, отряхивая налипшую на штаны хвою. — Знаешь, это было даже... интересно. Сколько лет уже не пел Песню Света так, как это было в старой Церкви. Что бы кто ни говорил, но она действительно красива. Даже если ты не веришь в то, о чем в ней поется. Всегда можно верить просто в красоту, — он посмотрел на девушку и направился к выходу из палатки. 

 

У него еще было много дел, и кажется, с ним хотел поговорить Феликс.

 

Глядя, как Холт уходит, Адалин убрала альбом с карандашом и тоже встала. Из-за Песни или из-за короткого разговора, но ей достаточно полегчало, чтобы желание прятаться от людей пропало.

 

— Схожу к реке, — бросила она напоследок. Если по пути нападет какая-нибудь виверна, вроде той, о которой рассказывала Ринн, Холт хотя бы будет знать, где искать.

[Perfect Stranger]

Стоянка эльфов - Сторожевые башни

 

Путь до башен занял довольно долгое время, благо озеро и лагерь расположились на уважительном расстоянии от этого места. Однако уже при приближении к башням, которые едва-едва проглядывали сквозь густую чащу, возвышаясь над кронами деревьев полуобрушенными крышами и узкими окнами-бойницами, Доленгал понял, о чем говорил первый охотник. По спине поползли мурашки от знакомого ощущения пульсирующей, сырой магической энергии, какая бывает там, где произошел мощный выброс из-за той стороны Завесы. Что-то в этом ощущении было угрожающее, что-то испорченное. Так чувствовались сильные проклятия, которые даже долийцам изгнать из места, где они родились, было порой не под силу. Иногда это была чья-то злая воля, оставшаяся в камнях, деревьях, земле. Иногда Тень сама по себе прорывалась там, где погибло одновременно слишком много людей, и их предсмертные муки, их отчаяние, боль и ненависть оставляли шрам на поверхности Завесы. Что бы тут ни произошло, оно было не только ужасным по своей сути, но и затронуло слишком много душ. Душ, которые почему-то не упокоились, как это бывает обычно, а остались здесь в форме озлобленных призраков.

 

Чем ближе они подбирались к башням, тем сильнее эльф чувствовал на себе холодную руку проклятия. Оно было в воздухе, как взвесь тончайших частиц при нагревании алхимического раствора, и единственным способом преодолеть его было найти его источник. Им мог быть предмет или само место. В последнем случае их задача становилась крайне сложной. Такие места оставались проклятыми на долгие века. Тень помнила слишком хорошо.

 

Голову внезапно пронзила мучительная боль, но не его. Боль умирающей души, которая не имела возможности обрести покой. Чей-то голос громом прозвучал в висках, требуя, чтобы все смертные души убрались отсюда. Доленгал понял, что ему не рады, и никакая эльфийская кровь не спасет его от ничем не замутненного желания испорченных духов уничтожить его еще живое сердце. Остальные, насколько он мог видеть, этого не почувствовали. Похоже, что его происхождение сыграло с ним злую шутку.

 

Впереди можно было увидеть разбросанные у башен тела. Эльфы, люди, мертвые лошади... большинство уже почти разложились, несколько месяцев прошло с тех пор, как произошла эта битва, и от них остались лишь полуобглоданные скелеты в рваной одежде и с проржавевшей броней. Но было и еще кое-что. Там, впереди, мерцали едва заметные фигуры. Они передвигались рывками, словно исчезая в одном месте и появляясь в другом; исходящий от них легкий голубоватый свет был знаком любому, кто хоть раз в своей жизни видел призраков, привязанных к месту своей смерти. Их лиц было не разглядеть, их фигуры расплывались, но ошибки быть не могло. Альреан не солгал.

 

Доленгал получает "Ненависть духов": персонаж, получивший проклятие, не может общаться с духами, демонами и другими экстрапланарными существами, отдавать им команды либо как-то взаимодействовать. В случае необходимости вступить в бой с такими существами, персонаж получает -5 к попаданию по ним любыми атакующими способностями, а эффекты контроля, наложенные персонажем на подобных существ, не действуют. Способ снятия: каждый реальный день персонаж может пытаться пройти проверку на Мудрость с порогом 11+, чтобы преодолеть этот барьер. Чтобы окончательно удалить проклятие, нужно пройти успешно не менее трех таких проверок.

[Demet]

Сторожевые башни

 

От такой ментальной атаки Доленгал пошатнулся, опираясь на посох и тяжело дыша. Для себя он быстро нашёл причину подобного отношения - среди покойников были люди, и они как-то распознали его отношение ко всей их расе.

- Уф...

Захотелось плюнуть на всё это и вернуться к озеру, но он не мог - они ведь дали обещание.

- Вы тоже их видите? - Эльф показал на призраков.

 

Успешных проверок: 1/3

Изменено 6 июля, 2021 пользователем Demet

[Thinvesil]

Сторожевые башни

 

Алисия мрачно обозревала окрестности, стараясь не смотреть в сторону мелькающих призраков. Кунсей тоже почуял их и зарычал, но девушка успокаивающе положила ладонь ему на голову.

 

— Тссс, мы знаем. Помнишь, тот эльфийский дядька про потустороннее говорил? Постарайся осторожненько тут, ладно? — обернувшись к Альваро, который явно лидировал в их маленькой группе, девушка поинтересовалась. — Так че делаем? Ищем эльфийские шмотки?

 

Захотелось плюнуть на всё это и вернуться к озеру, но он не мог - они ведь дали обещание.

- Вы тоже их видите? - Эльф показал на призраков.

 

Вместо ответа, она подбежала поближе, чтобы поддержать эльфа, если тот окончательно свалится. 

 

— Что с тобой случилось? Ты как? В порядке?

[BornToSeek]

Сторожевые башни

 

Там, впереди, мерцали едва заметные фигуры. Они передвигались рывками, словно исчезая в одном месте и появляясь в другом; исходящий от них легкий голубоватый свет был знаком любому, кто хоть раз в своей жизни видел призраков, привязанных к месту своей смерти. Их лиц было не разглядеть, их фигуры расплывались, но ошибки быть не могло. Альреан не солгал.

 

- Вы тоже их видите? - Эльф показал на призраков.

 

— Угу, много их.

Альваро остановился, вглядываясь вдаль. Отсюда уже нужно действовать особенно аккуратно. В лучшем случае духи не нападут на Скорпионов и может с ними даже удастся поговорить, в худшем же стоит ожидать нападения. И нападения не от одной и не двух сущностей.

— Предлагаю следующий план, — обернувшись к союзникам, тихо сказал Альваро. Эльфу от присутствия призраков явно было нехорошо, но толпиться, когда Эльса уже поспешила на помощь, маг не хотел, — мы аккуратно пробираемся к трупам и достаём вещи мёртвых охотников, таким образом выполняем просьбу Альреана. Если сталкиваемся с духом, то стараемся не злить, медленно отступаем и, если возможно, пытаемся поговорить, узнать что именно их тревожит. По хорошему, нам бы действительно хоть на какой-то контакт выйти, чтобы не гадать в чём точная причина их привязки, но этим можно заняться и после снятия вещей.

[Thinvesil]

Сторожевые башни

 

— Предлагаю следующий план, — обернувшись к союзникам, тихо сказал Альваро. Эльфу от присутствия призраков явно было нехорошо, но толпиться, когда Эльса уже поспешила на помощь, маг не хотел, — мы аккуратно пробираемся к трупам и достаём вещи мёртвых охотников, таким образом выполняем просьбу Альреана. Если сталкиваемся с духом, то стараемся не злить, медленно отступаем и, если возможно, пытаемся поговорить, узнать что именно их тревожит. По хорошему, нам бы действительно хоть на какой-то контакт выйти, чтобы не гадать в чём точная причина их привязки, но этим можно заняться и после снятия вещей.

 

Девушка прищурилась и пригляделась в ту сторону, куда показывали ребята. 

 

— Призраки — это вон те сполохи? — с сомнением уточнила она. — Вроде вижу. А они захотят с нами поговорить? Или только с магами будут? 

 

Задумчиво ковырнув носком землю, она снова бросила взгляд в сторону призраков. Настороженный, напряженный. Как у человека, явно не привыкшего к таким явлениям, а главное, не совсем понимающего, что с этим делать.

[Ettra]

Лагерь - Лес

 

Подхватив рюкзак, Адалин, как и собиралась, направилась к реке. Ее настроение всегда менялось очень быстро, переходя от горя в гнев или безразличие за считанные часы, но перемена которая произошла сегодня, удивляла даже ее саму. Начав утро с тревоги, сейчас Адалин чувствовала... нечто почти незнакомое, непривычное. Робкий, готовый рассыпаться от одного прикосновения, но покой. 

 

Спуск к реке был совсем не далеко от лагеря. Адалин подошла поближе к воде, и направилась наверх, против течения, перешагивая особенно влажные от сырости места. Ей хотелось вернуться к вчерашнему бревну, зависшему над шумным потоком. Должно быть, днем оттуда открывается красивый вид и ей до зуда в пальцах захотелось переложить его на бумагу. И нарисовать еще одну вещь, которая была слишком личной, чтобы делать это в лагере.

 

До бревна Адалин не дошла. За одним из поворотов она увидела Руфуса, сидящего на вчерашнем месте, с удочкой в руках. Очень скучное занятие, судя по всему. 

 

— Привет, — поздоровалась она, подойдя поближе. 

[Thinvesil]

Лес

 

До бревна Адалин не дошла. За одним из поворотов она увидела Руфуса, сидящего на вчерашнем месте, с удочкой в руках. Очень скучное занятие, судя по всему.

 

— Привет, — поздоровалась она, подойдя поближе.

 

— Привет, Адалин, — Руфус улыбнулся. — Виделись ведь уже. 

 

Впрочем, времени с ухода его из лагеря прошло немало. Целитель снова продолжил наблюдать за поплавком, явно надеясь поймать что-то еще. У его ног в садке виднелись уже три пойманных рыбины и рядом девушка заметила олений рог, который маг нашел по дороге к своему месту.

 

Руфус рыбачит и получает 3 рыбы.

Руфус ищет сокровища и находит Олений рог (ценный предмет, можно продать за 50 серебра).

[Junay]

Лагерь - Лес

 

 Ринн закончила с едой, когда уже большиснтво сопротивленцев разошлось по своим делам.

- Славный суп получился. - хмыкнула она сама себе. - А то все одно жареное мясо - так не долго и несварение жедулка заработать. Хм... Может, еще ароматные травы для чая поискать? Тут в эльфийском лесу пропадаются даже зеленые прогалины - это в ноябре-то!  Вполне что-то из травок найтись может. Ты что об этом думаешь? - она обратилась к медоеду. 

Тот, само собой, не ответил.

 

Увлеченная новой идеей, Ринн направилась в лес, искать зеленые полянки.  Так же она подумала, что среди трав можно найти и легкую дурь, но подобную гадость она не употребляла. Зачем употреблять дурь, если можно ее продавать тевинтерышам? Сидеть на дури самим - это уже как-то совсем тупо для разумных людей.

Полянку с остатками травы, которая сохранилась то ли благодаря магии леса, то ли благодаря защите крутого холма с подветренной стороны, Ринн обнаружила на юге от ручья.

- О, тут похоже, что-то найдется... - бормотала она, осматривая поляну и находя нужные травки. - На пару порций чая хватит... Мята, фу... Не люблю ее. 

 

Внезапно ее внимание привлек медоед, который активно рылся в овраге на краю поляны. Точнее, не он сам, а что-то, что в этом овраге блеснуло. Ринн подошла ближе и остановилась в изумлении - в земле что-то блестело явно... золотое! Уж что-что, а золото она на глаз отличать умела.

- А ну-ка, отойди! - девушка отогнала медоеда и ножом стала откапывать нечто... Что оказалось золотой сбруей с драгоценными каменьями!

- Ну ни хрена себе - подарочек от леса! Откуда же она здесь взялась? - пробормотала девушка ошарашено. На это лес ей не ответил и Ринн, быстро отряхнув сбрую от земли, засунула ее в сумку.

 

+ Украшенная золотом и камнями сбруя (ценный предмет; можно продать за 7 золотых)

Изменено 6 июля, 2021 пользователем Junay

[Ettra]

Лес

 

— Привет, Адалин, — Руфус улыбнулся. — Виделись ведь уже. 

 

— Ну да, точно, — кивнула Адалин, прислонившись к дереву. Пожалуй, можно было задержаться тут ненадолго. Тем более у нее была пара вопросов к Руфусу. Не самых приятных, но Адалин чувствовала, что сейчас сможет контролировать свои эмоции. — То видение... Ты говорил, что можешь объяснить его природу. Это что-то вроде сна? Кошмара? 

[Demet]

Сторожевые башни

 

Доленгал кивнул.

- Кажется, мне здесь не рады. Я буду искать вещи, а говорите лучше вы с ними, иначе я могу сделать только хуже...

Эльф решил держаться от духов подальше, но наблюдать за их поведением и реакцией.

[Кайра]

Лагерь - Лес

 

Фел пока Холт был занят с Адалин решил поставить силки подальше,чтобы поймать более непуганую  и жирную дичь  Хотя  маг мечтал о чем- то более домашнем например о жаренной курочке с картошкой и зеленью  и о других изысках, а на сладкое бламанже или еще что - то в этом роде. Но эльфы, как назло питались только вкусной и полезной едой, а у них была любая дичь, но не было овощей.  Он прям представил, как они охотятся на картошку или капусту, но увы..

 

В какой- то момент времени  маг почувствовал, как у него банально начинается насморк  и кашель, ну вот не хватало ему, свалиться с температурой, вспомнив уроки Руфуса и других целителей, мужчина унял симптомы простуды при помощи целебной магии.

[BornToSeek]

Сторожевые башни

 

— Призраки — это вон те сполохи? — с сомнением уточнила она. — Вроде вижу. А они захотят с нами поговорить? Или только с магами будут?

 

— Захотят или нет сможем узнать только когда попробуем, но стоит ожидать, что они могут и не захотеть общаться, — ответил Альваро. — Маг или не маг уже не важно, они все в недремлющем мире, так что видят и чувствуют нас всех, поговорить смогут с любым.

Маг обернулся к давно оставленному месту побоища.

— Давайте аккуратно выдвигаться. За мной, — он махнул рукой и пошёл вперёд первым.

[Thinvesil]

Лес

 

— Ну да, точно, — кивнула Адалин, прислонившись к дереву. Пожалуй, можно было задержаться тут ненадолго. Тем более у нее была пара вопросов к Руфусу. Не самых приятных, но Адалин чувствовала, что сейчас сможет контролировать свои эмоции. — То видение... Ты говорил, что можешь объяснить его природу. Это что-то вроде сна? Кошмара?

 

— Хм. — целитель задумчиво потер нос, прикидывая, как лучше объяснить это все не знакомому с магией человеку. — Это что-то вроде сна, да. Но проблема в том, что сами сны по своей природе... — Руфус качнул головой. Хотелось бы объяснить без углубления в азы знаний о Тени, но без этого Адалин будет сложно понять. — Если кратко, то люди видят сны, когда по ночам их разум отправляется в Тень, а духи воспроизводят им разные события, пережитое, воспоминания. Иногда при этом тебе может сниться, что ты совсем другой человек, такое тоже случалось. Так вот, в нормальной ситуации разум человека должен войти в Тень для того, чтобы видеть сны. У нас же произошло проникновение наоборот, скажем так. Проклятие само вторглось в наши разумы и стало воспроизводить пережитый эльфами опыт. И оно не закончилось, а продолжило морок, смешав по сути сон с явью и ощущение собственной личности с личностью постороннего.