Dragon Age: Иллюзия полета

[Perfect Stranger]

 

 

 

 

 

Спойлер

Несколькими неделями ранее
Антива, Риалто

 

Подвальное помещение, выбранное не случайно для подобных встреч, не имело окон и было освещено всего лишь несколькими тусклыми свечами, расставленными на столе, и парой медных канделябров на стенах. Агент Уильям Холт, человек среднего роста, среднего возраста, и средней по всем параметрам внешности тоже был выбран далеко не случайно. Таких людей мало кто запомнит, увидев раз-другой на улице, даже в глухой деревне; таких людей просто упускают из внимания, скользя по ним взглядом и совершенно не догадываясь, чем они на самом деле занимаются. Ни одеждой, ни какими-то приметами Холт не выделялся среди обычных жителей Ферелдена, а ныне и всей Империи. Стоя прямо перед широким дубовым столом, покрытом тонкой белой скатертью, со сложенными за спиной руками, он смотрел на своих собеседников спокойным взглядом то ли серых, то ли голубоватых глаз.

 

Еще трое людей в комнате выглядели гораздо более примечательно. Одетые в длинные, бесформенные темные одежды, с металлическими масками на лицах, они могли оказаться кем угодно — Торговыми Принцами, нищими с улиц Риалто, капитанами кораблей, каждое утро и вечер останавливающихся в самом крупном порту Антивы, проститутками в элитных борделях или наемниками с большой дороги. Сейчас все это, впрочем, не имело абсолютно никакого значения. Сейчас они были теми, кто руководил Сопротивлением, и теми, кто должен был выдать миссию огромной важности одному из своих самых доверенных агентов-организаторов.
Стопка бумаг лежала на скатерти, желтизной выделяясь на белой ткани и словно прожигая любого, кто взглянет на нее, ярко-черными чернилами строчек убористого текста. К каждой бумаге был приложен небольшой портрет углем. Холт уже просмотрел выданные ему досье, и хотя несколько из предложенных на это задание человек вызвали у него вопросы, он не стал их озвучивать прямо сейчас. В конце концов, не ему было решать, кто подойдет на подобное задание лучше всего.

 

— Что касается этой девушки, — один из людей в маске, чей голос был несколько искажен то ли из-за металла, эхом разбивающего звук на осколки, то ли благодаря магическому воздействию, сказать было трудно, но вроде бы говорил мужчина. Он приподнял верхнее досье за край рукой в черной перчатке, словно трогал ядовитую змею. — Ни при каких условиях не допускайте ее смерти. Она пригодится нам даже в том случае, если замыслит предательство. Старшая дочь Верховного Жреца — то, что мы можем использовать против него в крайнем случае.

 

— Какие допустимы меры воздействия? — спросил агент, мазнув взглядом по угольному портрету. Над ним кривоватыми буквами было выведено «Д. Авгур». Девушка показалась ему достаточно симпатичной, однако зная ее возраст, он подумал о том, что от нее можно было бы ожидать чего-то крайне глупого и необдуманного.

 

— Не лишать жизни и не оставлять серьезных ранений, не поддающихся лечению. Все остальное на ваше усмотрение, агент Холт. Также обратите внимание на госпожу Максиан. В том же ключе.

 

Он кивнул, аккуратно собрав стопку бумаг и выровняв ее по краям. Тот факт, что этим юным особам вряд ли было известно о планах на них Сопротивления, не слишком волновал его. Моральные терзания по поводу лжи и возможного использования живых людей как инструментов давно покинули сердце агента Холта, по крайней мере, на время выполнения задания. В одиночестве, когда не нужно было думать о работе, он иногда обращался с молитвой к Пророчице, находя в этом некое утешение, однако смирение с тем, что и как придется делать, стало частью Уильяма еще до того, как ему стукнуло двадцать. Вес тех грехов, что накапливался за десятилетия работы с Сопротивлением, уже не так давил на плечи, как раньше, став чем-то вроде привычного веса рюкзака со снаряжением в дальнем походе. В конце концов, ради спасения мира и сама Андрасте когда-то начала Священный Поход против еретической Древней Империи, и наверняка ее тоже не делало счастливой то, что под ее командованием погибали ни в чем не повинные люди. Иногда нужно было сделать то, за что лишь позже, много лет спустя, придется отвечать перед Создателем.

 

Сунув стопку в напоясную сумку, предварительно свернув пергамент в толстую трубку, мужчина снова сложил руки за спиной, встав ровно и прямо перед своими командирами.

 

— Насчет остальных мы полагаемся на ваше суждение. Если кто-то из них окажется неподходящим для выполения миссии с вашей точки зрения, у вас есть разрешение на их устранение. Если кто-то из них решит сбежать — у вас есть разрешение на их устранение. Любой ценой не допустите утечки информации об этом задании к имперцам. Это понятно?

 

— Абсолютно. Утечки не будет, — эхом отозвался ровный голос Холта. — Что-то еще?

 

— Есть кое-что, — прозвучал женский голос, впрочем, тоже искаженный до неузнаваемости, и одна из фигур приблизилась к столу, оперевшись на него ладонью. — После того, как вы обнаружите и захватите цель, отправьте доклад о результатах через наши обычные каналы. После этого ждите три дня. Вам поступит новое распоряжение о том, что делать с целью. Ищите ее, пока не найдете, слышите? Либо саму цель, либо ее мертвое тело, либо точную информацию о том, что она захвачена силами Империи. В зависимости от того, что именно вы обнаружите, мы разработаем новые приказы.

 

— Понял, — кивнул Уильям. Он ожидал чего-то подобного. В таких случаях, когда конечный результат задания был заранее не известен, он часто получал дополнительные сведения посреди миссии о том, что делать дальше.

 

— Корабль под названием «Стрела Халамширала» ждет вас в порту завтра утром, ровно в пять. Не опоздайте. На нем вы доберетесь до порта в Вал-Шевине, оттуда на перекладных езжайте в Монтсиммар. Наши люди сообщат членам отряда о том, что встреча произойдет там. Далее вы знаете, что делать. Пусть Адалин найдет их и скоординирует, — сказал третий присутствующий на встрече, голос его звучал несколько иначе, словно говорит глубокий старик. — Деньги на первое время вы получите, затем проверяйте наши обычные схроны, возможно, мы сможем вам помочь, но особо не рассчитывайте на них. Поддерживайте легенду наемников. Это даст вам возможность самим получать ресурсы.

 

Кивнув и дождавшись разрешения отправиться в дом, дожидаться утра, агент Холт сделал три шага назад, поклонился коротким кивком, развернулся и покинул подвал. Через несколько часов это помещение снова станет покинутым и пустым, все следы пребывания в нем людей будут уничтожены, а стол и канделябры вынесены и отправлены в другое место. Причин для этого было много, но основной послужило уничтожение ячейки Сопротивления в Минратосе более двадцати лет назад. Тогда, как помнил Уильям, в ряды руководства организации проник шпион от фанатиков, называвших себя «Орденом Пламенного Обета». Вскоре именно они совершили отчаянную атаку на столицу и почти добрались до дворца Верховного Жреца, но были остановлены. К несчастью для Сопротивления, именно эта атака послужила отличным поводом для Империи ужесточить свои законы и утроить усилия в преследовании инакомыслящих. Крауфорд стал едва ли не народным героем, множество простых горожан были обязаны ему жизнью. Работа Сопротивления заметно замедлилась. Теперь им приходилось прилагать огромные усилия для того, чтобы Тайная Служба не нашла их — но за последние годы они достигли успехов, пусть и не свергли пока что закрепившихся во власти дракона и его марионетку.
Скоро, сказал себе Уильям, шагая по сумеречным улицам вечернего Риалто по направлению к дому, в котором он остановился на несколько дней. Скоро все закончится. Столько лет работы, столько лет принятия тяжелых моральных выборов, многие из которых до сих пор шрамами оставались где-то внутри, и тянущая боль иногда возвращалась, заставляя лежать с открытыми глазами по ночам — все это должно было окупиться. Он безоговорочно доверял начальству, зная, что они не станут лгать о своих целях, даже если лгали о методах. Холта использовали точно так же, как и самых незначительных информаторов и наемников, но он не был против этого. Он понимал, что то, что находится на кону, оправдывает любые жертвы, любые решения. На их плечах лежала ответственность не только за благополучие целого континента, но и за спасение душ каждого живущего на нем человека, эльфа, гнома, любого живого существа. Истинное испытание для детей Создателя было именно в этой борьбе, а не в донесении Песни Света — теперь Холт понимал это, зная, каким наивным был ранее, как наивна была старая Церковь. Век Дракона получил свое название, когда жрицы полагали, будто возвращение казавшихся вымершими существ станет самой большой проблемой их времени.

 

Они не могли ошибиться сильнее. Истинная угроза сейчас управляла Тедасом, практически сметая любое сопротивление и уничтожая тех, кто пытался воспротивиться ей даже в мыслях.

 

Холту оставалось лишь ждать утра, когда в предрассветной дымке он отправится к порту и поднимется на борт корабля, направляющегося с товарами в Вал-Шевин. Капитан был человеком, верным Сопротивлению, и не задавал лишних вопросов. Вполне вероятно, что увесистый кошель с золотом, переданный ему накануне, сыграл некую роль в его желании оставаться верным им человеком, но Уильяму до этого дела было мало. Он должен был добраться до Орлея и после этого приступить к сбору новых агентов для своего отряда. Остальное было за пределами его ответственности. Он привык работать именно так, как и другие организаторы остальных ячеек Сопротивления. Чем меньше знает кто-то один, тем меньше вероятности, что его поимка разрушит всю структуру. Поэтому вопросы он не задавал.

 

 

14 Первопада, 9:88 года Века Дракона
Провинция Орлей, Монтсиммар

 

В это время года Орлей был действительно красив. По пути к столице Холту удалось сполна насладиться осенними пейзажами, мелькающими по обе стороны тракта, пока он неспешно ехал на перекладных лошадях от одного придорожного поста к другому, порою останавливаясь на постоялом дворе на несколько часов сна в настоящей кровати, прежде чем снова продолжить свой путь. Правду все же говорили о том, что истинному гонцу требуется не только золотая голова, но и железная задница. К концу своего путешествия Уильям чувствовал, что сесть нормально, не кривясь от боли, сможет лишь через пару дней, а на седло смотреть без отвращения и того дольше. Сама столица тоже не пустовала. Осенние распродажи, ярмарки и гуляния перед наступлением зимы были в самом разгаре, отчего город казался набитым битком самыми разными путниками из всех уголков Империи.

 

Это было на руку Уильяму, и он полагал, что толкучка на улицах и площадях, полные постояльцев трактиры и постоянная текучка прибывающих и уезжающих людей спрячут их от нежелательных наблюдателей. На въезде за стены он заметил нескольких белых плащей, а также потрошителей из Кровавого Легиона, что было довольно-таки обычным делом для столицы, но что-то подсказало агенту, что в этот раз стоит держать ухо востро. Не то чтобы раньше он вел себя легкомысленно, но шестым чувством он ощутил, что в городе что-то происходит. Осторожно, стараясь не выдать своего беспокойства, мужчина направил лошадь к стражникам, проверяющим всех прибывающих в столицу и спокойно объяснил им, что приехал купить на распродаже редкие товары из Антивы для своей семьи, поучаствовать в гуляниях и отдохнуть от жизни в скучном и сером Ферелдене. После короткого разговора его пропустили за стены, и он оставил лошадь у трактира «Счастливый наг», заплатив конюшему за хороший уход за животным. Конь принадлежал не ему, так что возвращаться за ним Уильям не планировал. Ему пришла в голову идея попробовать сторговаться с продавцом лошадей на рынке и приобрести средство передвижения, поскольку он прекрасно знал, что задерживаться в столице слишком надолго будет плохой идеей, но как оказалось, он потратил основной запас своего жалованья на дорогу. Остановившись в недорогой таверне, Холт отправил сообщение почтовым вороном, переоделся в чистое, помывшись в бадье, и отправился пройтись по центру столицы. Времени у него было достаточно, чтобы дождаться ответа от своих основных информаторов в Монтсиммаре, навестить нескольких знакомых, засветиться на рынке, чтобы не вызывать подозрений стражи, и отдохнуть перед встречей с отрядом. О них мужчина знал гораздо больше, чем они о нем, за исключением, пожалуй, только Адалин, но это было поправимо и, что важнее, необходимо.

 

Вечерний Монтсиммар встретил его привычным шумом большого города. Остановившись на мгновение у входа в трактир, Уильям пригладил растрепавшиеся было ветром волосы, вдохнул полной грудью запахи, доносимые до него от кухни и рыночной площади — коричные палочки, пекущийся свежий яблочный пирог, запеченные на огне кусочки свинины со специями и острый запах свежей рыбы — и быстро зашагал по направлению к рынку. Бумаги он предусмотрительно сжег, запомнив все досье наизусть, как и лица тех, кто должен был встретиться с ним на следующий вечер на Арене Монтсиммара.

 

Хранить любую ценную информацию Холт давно привык в собственной голове. Так было лучше. Вскоре этому ему предстояло научить и своих подопечных.

 

 

 

 

 

 

 

 

Спойлер

В Ивуаре не так уж много лавок и купцов, но кое-какими припасами разжиться все же можно. У каждого купца 3d4 золотых в наличии (сумма обновляется каждый игровой день).

 

Трактир "Пивная кружка", хозяйка Мари Морно:

 

Золото в наличии: 9 золотых монет

 

Паек на 1 день, не портящийся, включает флягу с чистой водой — 5 серебряных монет
Постой в таверне на 1 день, включает питание и комнату — 30 серебряных монет
Место в конюшне на 1 день, включает корм для лошади — 15 серебряных монет

Факел — 5 серебряных монет (снимает штрафы за темноту, расходуется)
Обычные предметы одежды — 5 серебряных монет
Приспособления для рыбалки (позволяет добывать рыбу в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Охотничьи силки (позволяет добывать мясо в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Аптечка с полным набором первой помощи — 20 серебряных монет

 

Речная и озерная рыба (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за штуку
Мясо (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за фунт

Дешевое пиво — 10 серебряных монет, бутылка
Дешевая бормотуха — 25 серебряных монет, бутылка
Наваристый рыбный суп — 50 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день придает персонажу эффект «Умиротворенный»)
Острая мясная похлебка неизвестно из чего — 25 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день может придать персонажу случайный эффект из «Сытый» или «Пищевое отравление»)

Хорошая еда — 15 серебряных монет

 

Ролевые предметы — от 5 серебряных монет до 1 золотого, в зависимости от типа предмета

Белые предметы можно купить за 1 золотой.

 

 

Эмилио Дюранте, торговец:

 

Золото в наличии: 7 золотых монет

 

Платье из плотной ткани (1) (легкая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты
Куртка из бараньей кожи (1) (средняя броня, +10 к здоровью) — 4 золотых монеты
Кольчужный доспех ополчения (1) (тяжелая броня, +1 к защите) — 4 золотых монеты
Чешуйчатый доспех с эмблемой Ивуара (1) (массинвая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты

 

Посох странствующего чародея (1) (посох, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Сильверитовый топорик (1) (одноручное, +1 к Силе) — 3 золотых монеты
Кулачный щит с тигровым глазом (1) (щит, +1 к защите) — 2 золотые монеты
Большой молот с драконьей головой (1) (двуручное, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Короткий изогнутый меч (1) (кинжал, +1 к Мудрости) — 3 золотые монеты
Эльфийский лук (1) (стрелковое, +1 к попаданию) — 5 золотых монет

 

Зелье лечения (+25% здоровья) — 50 серебряных монет
Зелье великого лечения (+50% здоровья) — 1 золотая монета

Зелье лириума (маг может перебросить кубик на заклинание, используемое немедленно после употребления зелья, и выбрать лучшее число на кубике) — 2 золотых монеты

 

Экстракт корня смерти (следующая успешная атака оружием ближнего боя повысит попадание по этому противнику на +2 на 2 хода) — 4 золотых монеты
Экстракт беладонны (следующая успешная атака оружием ближнего боя понизит попадание этого врага на -2 на 2 хода) — 4 золотых монеты

 

 

В этой местности возможен бросок на Заработок, Воровство и Азартные Игры.

 

Ставка воровства: 1 золотая монета
Ставка казино: 3 золотых монеты
Ставка заработка: 1 золотая монета

 

В этой местности возможен бросок на рыбалку и охоту за пределами Ивуара (Ловкость).

 

1-5 — ничего не поймано

6-10 — получен 1 фунт мяса \ 1 рыба

11-15 — получено 2 фунта мяса \ 2 рыбы

16-20 — получено 3 фунта мяса \ 3 рыбы

 

 

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона

 

 

 

 

Текущие задания:

 

«О чем нельзя молчать» (проверить схрон Сопротивления) - Руфус + Викториа

 

Выполненные задания:

 

Спойлер

«В начале была таверна» (Луи спасен, Моро жив, 2 еретиков спасены, покинули город до приезда Пророка)

«Голоса в пустоте» (дух освобожден, Торниен жив) - Фел + Ринн

«Сказания прошлых лет» (амулет возвращен, Хаэслана покончила с собой, записи получены) - Адалин + Руфус

«Охота за призраками» (вещи собраны, статуя уничтожена, Алинбель спасена) - Доленгал + Эльса + Альваро

«Беглец» (найдены письмо и статуэтка, бой проигран) - Дамиан + Викториа

«Последний страж» (вартеррал убит, потрошители убиты) - главный квест локации
«Скотобойня» (заговорщики схвачены и переданы Бутчеру, бомба обезврежена) - Адалин + Альваро

«Старый друг лучше новых двух» (найденные артефакты отданы, получено 3 пропуска, Марсель убит) - Дамиан + Феликс + Вильгельм

«Утраченное сокровище Рогвира» (сверток найден, Рогвир завербован, молот получен) - Эльса + Руфус + Джакомо

«Вороново крыло» (тевинтерцы убиты, Дариус отпущен с Маавиш) - Ринн + Викториа

«Комната страха» (призрак освобожден, артефакт получен) - Руфус + Адалин + Вильгельм

«Город цепей» (сведения о ритуале получены, Оривент убит, Сейлон жив, Савир'Дал освобожден, меч найден) - общее задание

«Удар плети» (Реморий жив, Первая выкуплена, Вторая жива) - Адалин + Феликс

«Острее, чем лезвие меча» (Франсуа спасен, Косто выжил, семья Сципион спасена, поместье взорвано, информация получена) - Эльса + Дамиан
«Сонное царство» (Диан спасена, Анга сбежала, посох от Анги получен, перчатки отданы, вяз сожжен)

[BornToSeek]

Лагерь

 

— Пожалуйста, — произнесла она, отвернувшись.

 

Альваро и сам собирался поблагодарить девушку, стоило бы только отдышаться и немного прийти в себя, но она, кажется, не отличалась терпением и тактом. Он бросил на неё короткий взгляд, но быстро его опустил, ощущая, что ещё не до конца отошёл от внезапно навалившейся после ритуала усталости.

 

— Тебя наверняка ждут в лагере. Переживают, беспокоятся. Я пока останусь здесь. Приведу мысли и силы в порядок.

 

— Спасибо, Виктория, — утерев кровь с руки тряпочкой, негромко сказал он. — Я хотел немного передохнуть. Не каждый день приходится становиться частью экспериментов и таких ритуалов. Я тебе мешаю?

 

 

— Теперь будете лечить Феликса? — она бросила на андерфельца встревоженный взгляд. — Нужно его тоже, чтобы он мог лечить остальных. Пробуйте, пока не получится.

 

— Да, Феликс следующий, — кивнул демонолог.

С тремя здоровыми магами крови риски окочуриться для последних четырёх заражённых уже будут совсем не такими значительными. Учитывая запас времени — должны успеть вылечить всех.

 

- Я боли не боюсь. Меня с детства тренировали превозмогать боль, от этого в лесу часто зависит выживание. - сказала Ринн. - Да и не только в лесу, так что потерплю, чего уж.

 

— В таком случае переживать не за что, — обнадёжил следом за Феликсом Дамиан. — Никакая особая подготовка не потребуется.

Забавно, что в отряде возникло больше прений насчёт того, кому лечиться последним, а не первым. Обернись всё наоборот, и без командира снова начались бы лаяния и споры. Конечно, в итоге скорпионова свора в итоге всё разрешила бы, да только железный указ и рациональность всегда в этом плане действовали эффективней. Можно было бы даже подумать, что отряд на самом деле хорош, раз быстро уладил вопрос с очередностью, да только у Дамиана были те ещё сомнения, что разобщённость не вылезет ещё с десяток раз в каких-нибудь других местах. Так что, возможно, свою "шутливую" идею стоило бы продумать всерьёз. И хоть какой-то ответ на ту фразу у костра удалось получить только от ферелденки, остальные даже внимания не обратили. Зря.

Решив кое-что выяснить, демонолог пошёл к высоченной палатке девки-наёмницы, и приблизился к владелице, крутящейся поблизости.

—  А я ведь мог бы предложить свою кандидатуру и не в шутку, — сходу заявил он, только не слишком громко, чтобы не услышали сидельцы у костра. — К тому же десять процентов — это ещё щадящие условия. В нормальных отрядах командиры могут и четверть, и треть брать.

Изменено 3 августа, 2021 пользователем BornToSeek

[Junay]

Лагерь

 

- Фримены не много напоминают тех, кто теперь живет на пустошах, там фактически только песок и жара.  Там живет очень суровый народ, но к счастью туда Потрошители не сунуться.

 

- Сейчас, наверное, очень многим, кто выброшен на обочину жизни Империей, приходится выживать в тяжелых условиях. Не удивительно, что люди объединяются в общины. Кто знает, быть может, когда-то эти общины превратятся в настоящие племена, если смогут отбиться от имперских гадов? Как хасинды, например, или аввары, или эльфы... Вот мне фримены чемто эльфов напоминают - изгнанники, которые ищут свой дом, и за которыми гоняются имперцы.  - сказала девушка. 

 

— В таком случае переживать не за что, — обнадёжил следом за Феликсом Дамиан. — Никакая особая подготовка не потребуется.

 

- Вот и славно. А то, обычно, перед медицинскими процедурами разная подготовка нужна - то голодать, то не пить, то пить какую-то гадость... - усмехнулась Ринн, протягивая руки к костру. 

Изменено 3 августа, 2021 пользователем Junay

[Кайра]

Лагерь

 

- Сейчас, наверное, очень многим, кто выброшен на обочину жизни Империей, приходится выживать в тяжелых условиях. Не удивительно, что люди объединяются в общины. Кто знает, быть может, когда-то эти общины превратятся в настоящие племена, если смогут отбиться от имперских гадов? Как хасинды, например, или аввары, или эльфы... Вот мне фримены чемто эльфов напоминают - изгнанники, которые ищут свой дом, и за которыми гоняются имперцы.  - сказала девушка.

 

- Интересно сможет ли народа Тедаса подвинуть Разикаль и вернуться в свои дома и к родным, к тем кто выбрал сытую жизнь, но с ярмом.  - Фел размышлял о этом, то что часть народа изменились. Все они в итоге меняются, но сможет ли потом Фел после всего что пережил вернуться домой или выберет другой путь. Конечно у него были планы завести семью, открыть больницу, открыть пару новых ритуалов магии крови, но над всем этим довлел Тевинтер с их демоническим драконом.

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

— Мне тоже. — Адалин отвернулась, спрятала глаза, которые обожгло слезами. Ее голос звучал как жалкий писк и ничего с ним поделать не получалось. — Не надо об этом. Не хочу. Лучше расскажи... расскажи, почему ты в Сопротивлении. Если можешь.

 

— Когда-нибудь тебе придется это принять, — отозвался Холт и повернулся к ней, его лицо не выражало никаких особых эмоций. Разве что некоторую усталость, но это и все. — А ты можешь представить меня где-то еще? Я же рассказывал тебе, что рос при Церкви. Видел жизнь до того, как пришла Разикаль. Она не была идеальной, но было не так уж и плохо. А потом... мне было больше особенно некуда пойти. И я хотел защитить других. Тех, кому повезло меньше, чем мне. У меня, по крайней мере, было детство и была моя жизнь, у других не было и этого. У тех, кого убили или кого искалечили ритуалом превращения в раба. У меня был выбор.

 

Он подбирал слова так, чтобы объяснить Адалин правду, но не стал рассказывать ей все. Ни к чему это было ей знать, да и наверняка его история никак на нее не повлияет. Он знал, что Адалин было все равно, пострадают другие люди или нет, она дала это ясно понять тогда, в разговоре о еретиках. Это были лишь безликие и безымянные потери. Как и для Сопротивления.

 

— До прихода Разикаль мы старались помогать людям, чем могли. Советом, молитвой, а кто покрепче был, как я, еще и физической помощью. У меня не было почти ничего своего, зато были руки и голова, — усмехнулся Уильям. — Я знаю, что Церковь и тогда была не идеальной, и совершила много ошибок, но то были не наши решения. Мы пытались сделать мир лучше. Для кого могли.

 

— Спасибо, Виктория, — утерев кровь с руки тряпочкой, негромко сказал он. — Я хотел немного передохнуть. Не каждый день приходится становиться частью экспериментов и таких ритуалов. Я тебе мешаю?

 

— Нет, не мешаешь. Вряд ли ты хочешь остаться здесь ради моей компании, — сказала Викториа, переводя дыхание и пытаясь унять дрожь в пальцах, которую спрятала в карманах своей робы. Тот взгляд Дамиана все еще болезненно отдавался где-то внутри. Откуда-то он прекрасно знал, как причинить боль именно ей. Это... немного пугало ее. Лучше бы Альваро просто ушел, как поступил бы любой на его месте. Он получил то, что хотел, а остальное было всего лишь попытками поддерживать отношения внутри отряда, нежели действительно интересом. Альтус могла распознавать ложь достаточно легко, привыкла сама лгать, пока жила в Минратосе. Здесь, среди наемников, напыщенные раскланивания друг перед другом и прочие социальные танцы были не особенно в ходу, и ей пришлось подстраиваться.

 

Но по-другому она никогда не умела, а показывать свое настоящее лицо оказалось прямым билетом на роль парии. Что ее, в принципе, устраивало. Пока остальные делают то, что нужно, и идут к цели, Викториа будет помогать им. Лошадям, потерявшим подкову, прилаживают новую, чтобы смогли работать дальше. Единственным фактором раздражения было то, что какая-то ее часть все-таки хотела стать своей, но получалось плохо. Она даже не знала, зачем, и убеждала себя в том, что это нужно лишь для того, чтобы более эффективно использовать других.

[Thinvesil]

Лагерь

 

—  А я ведь мог бы предложить свою кандидатуру и не в шутку, — сходу заявил он, только не слишком громко, чтобы не услышали сидельцы у костра. — К тому же десять процентов — это ещё щадящие условия. В нормальных отрядах командиры могут и четверть, и треть брать.

 

Девушка околачивалась у входа, размышляя, вытаскивать ли вещи Альваро сейчас или подождать, когда он вернется.

 

— А мы, стало быть, не нормальный отряд, раз всего десять процентов? — в шутку переспросила она, но тут же себя одернула и заставила отнестись серьезно. Дамиан ведь сейчас не шутил. Альтус смерила наемника внимательным, оценивающим взгядом. — А знаешь, такого командира я бы и поддержала. Не ссышь чуть что, ответственности за решения не боишься. И за других ответственность мог бы нормально нести. И котелок варит. Не знаю, как остальные, но я лично считаю, что на тебя можно положиться. У тебя задатки лидера. Настоящего лидера, человека дела, а не демагога с трибуны. Не думал свою банду наемников сколотить?

[Junay]

Лагерь

 

- Интересно сможет ли народа Тедаса подвинуть Разикаль и вернуться в свои дома и к родным, к тем кто выбрал сытую жизнь, но с ярмом.

 

- Нет. - жестко ответила Ринн. - Мало свалить этот чемодан летающий - не она главная проблема. Тевинтерская Империя. Да, она ослабеет без  этой курицы чешуйчатой, но насколько? Посмотри на Тедас - тевинтерыши заполонили  колонии, как саранча. Где взять силы, что бы вышвырнуть их к такой-то матери? У простого народа нет армии, а повстанцев, таких, как фримены - можно по пальцам пересчитать. Кто сможет справиться с легионами оккупантов? Кто справится с коллаборантами, которых очень и очень много? Кто сможет очистить  колонии от этой тевинтерской пошести, от этой плесени и дать им свободу? Тут только пришествия Андрасте ждать, для такого чуда. - с затаенной горечью сказала девушка. - Многим возвращаться будет некуда.

 

Когда Фел ушел ушел по своим делам, она вытащила  из сумки грибы и принялась их жарить. Однако, надежды, что из подмороженных грибов получится что-то удобовариваемое, не было.

Изменено 3 августа, 2021 пользователем Junay

[Ettra]

Лагерь

 

— До прихода Разикаль мы старались помогать людям, чем могли. Советом, молитвой, а кто покрепче был, как я, еще и физической помощью. У меня не было почти ничего своего, зато были руки и голова, — усмехнулся Уильям. — Я знаю, что Церковь и тогда была не идеальной, и совершила много ошибок, но то были не наши решения. Мы пытались сделать мир лучше. Для кого могли.

 

Холт был странным. Адалин знала, что он может проявлять жестокость, когда необходимо. Без подробностей, но приходилось слышать, что он способен на ужасные вещи. Но в то же время агент говорил о желании защищать и спасать. Ему было не все равно. И как эти две противоположности могли ужиться в одном человеке? Почему он до сих пор не сгорел изнутри, не сумев примириться с тем, что нужно сделать и с тем, что сделать хочется? Идет ли внутри него постоянная борьба? Он говорил, что находит поддержку в вере, но разве может быть вера настолько сильна, чтобы не дать человеку развалиться? 

 

А может быть она просто видит то, что хочет увидеть. Нечто родственное.

 

— Наверное, ты хотел бы вернуть церковь? — рассеянно спросила Адалин. Церковь дала Холту надежное убежище и семью. Если бы у нее было нечто подобное, она хотела бы вернуть все назад. — Забыть то, что ты делал для Сопротивления и продолжить помогать людям, как раньше? Когда все закончится. Если все закончится.

Изменено 3 августа, 2021 пользователем Aloija

[BornToSeek]

Лагерь

 

— Нет, не мешаешь. Вряд ли ты хочешь остаться здесь ради моей компании.

 

Таких тонких намёков на отсылание куда подальше ещё стоит поискать. Но, пожалуй, можно прикинуться, будто он не увидел в этой фразе ничего такого. Этим вечером Виктория явно пребывала не в лучшем настроении, но может что-то сможет хоть немного помочь ей.

— Как видишь, я всё ещё тут, — не поднимаясь с места, ответил чародей и решил вдруг поинтересоваться. — А что проще — подчинить демона или такой ритуал провести? Как у вас вообще демонологов в Тевинтере обучают?

Углублённость в магии крови явно присутствовала не только на севере, но и в других странах, судя по тому же Дамиану. Но тот вряд ли станет проводить особо деликатные версии ритуалов, в отличие от Виктории. Сама ли она влезла ещё глубже или просто обучение было на более высоком уровне?

 

 

— Не думал свою банду наемников сколотить?

 

— Думал, — без тени сомнений ответил демонолог. — И думаю. Когда всё это закончится, заработанных денег как раз хватит для того, чтобы всё устроить по высшему классу. Не одной радостью об удачной миссии сыт буду по крайней мере.

В конце концов, не будь за эту миссию нормальной награды, он бы в неё и не полез. Идейных борцов, судя по отряду, и так хватало, и вряд ли Сопротивление не нашло бы кого-то другого в отряд. Но оно точно потеряло бы отличного бойца, демонолога и расчётливого наёмника в одном лице. Скромностью Дамиан явно не страдал, пусть и слишком явно на людях это пока не показывал. Но, пожалуй, если удастся наработать в отряде репутацию, то можно будет и подальше зайти.

— Поддержала бы ты может поддержала, — продолжил он, вернувшись к изначальной теме, — да только ведь не захотела бы лишнюю долю командиру отдавать, верно? Только "свобода-братство-равенство"?

[Кайра]

Лагерь

 

Фел занялся ритуалом, перед этим он выпил несколько зелий,чтобы сконцентрироваться и после этого нанес порез на руке, чтобы усилить действия маги. Витальная сила направленная  правильным образом и концентрация сделала своей дело. Мысленно он представлял себе рисунок внутренних органов, протоки печени, рисунки кроветворный системы, чувствовал свою сердце, которое сейчас бьется в ровном ритме словно маг спит 

Он медленно очищал кровь и выталкивал красный лириум, вместе с частицами крови. Медленно и аккуратно отрабатывая каждое движение на себе, энергия текла через его ладони, подкрепленная магией крови.

 

Маг старался отстраниться от своего тело, старался думать о нем, как о поломанном механизме, которой он медленно и верно очищает от чужеродной жидкости.

[Thinvesil]

Лагерь

 

— Поддержала бы ты может поддержала, — продолжил он, вернувшись к изначальной теме, — да только ведь не захотела бы лишнюю долю командиру отдавать, верно? Только "свобода-братство-равенство"?

 

Вопрос немного озадачил девушку, она даже этого не скрывала. С одной стороны, там все в шутку говорилось, с другой она ведь тоже за что-то зацепилась, не просто так же возражать начала. Хотя сама идея дележки, озвученная Дамианом звучала достаточно разумно. Алисия не знала, как в точности бывает в наемничьих бандах, но резон в таком был. С хорошим командиром люди выиграют гораздо больше, чем без него.

 

— Ну ты сам сказал, что мол, распределю ценности так, чтобы отряд эффективность наибольшую показал. Вот и распределял бы. А с долей уже что-то другое придумали бы, чтоб эффективность не страдала. Деньгами, например. — снова задумчиво взъерошив волосы надо лбом, ферелденка подняла на него глаза. — Я-то в бандах не шкерилась и не знаю, как там. Но в равенство это тоже вписывается, если подумать: на ком больше ответственность — тому и больше плюшек. Но не в ущерб общему делу — это обязательно. Хотя ты вроде не такой, чтобы все по-самодурски под себя грести и нужные вещи зажимать в важный момент.

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

— Наверное, ты хотел бы вернуть церковь? — рассеянно спросила Адалин. Церковь дала Холту надежное убежище и семью. Если бы у нее было нечто подобное, она хотела бы вернуть все назад. — Забыть то, что ты делал для Сопротивления и продолжить помогать людям, как раньше? Когда все закончится. Если все закончится.

 

— Прошлое не вернуть. Если Церковь и снова восстанет, то это будет уже совсем другая Церковь, и другие люди, — пожал плечами Холт. — Нет, то время прошло. Нет никакого смысла мечтать о его возвращении. Хотя иногда я думаю, что можно было бы попробовать найти другую цель, когда все это закончится. Стать фермером. Выращивать коз, — в его глазах промелькнул шутливый огонек, и стало ясно, что он на самом деле никогда бы не смог сложить оружие и жить на ферме. Слишком многое произошло, чтобы просто наслаждаться жизнью, как раньше. — А ты... могла бы все забыть? — спросил он негромко. Пусть они и не знали всех деталей того, что им приходилось делать и наблюдать, оба разделяли похожую боль. В этом они могли друг друга понять, хотя бы отдаленно. — Может, это и не нужно. Может, наоборот, нужны те, кто будут помнить. Чтобы это не повторилось потом снова.

 

— Как видишь, я всё ещё тут, — не поднимаясь с места, ответил чародей и решил вдруг поинтересоваться. — А что проще — подчинить демона или такой ритуал провести? Как у вас вообще демонологов в Тевинтере обучают?

 

"Проще — не докучать тевинтерке своими расспросами", — пронеслось у нее в голове, и она прикусила язык прежде, чем сказала это вслух. Викториа продолжала отталкивать от себя всех, кто хотя бы пытался сделать вид, что дружелюбен с ней. Это был почти что инстинкт. Пусть видят высокомерную и гордую магессу, которая озабочена исключительно собственным выживанием и благосостоянием, чем кем-то еще. Это было лучше, намного лучше того, что на самом деле она из себя представляла. Но магесса вовремя сдержалась, решив, что может попробовать и по-другому.

 

— Демона тяжелее, — ответила она после небольшой паузы. — Демон может вырваться, и заклинатель будет первым, кого он захочет уничтожить. А выведение красного лириума угрожает всего лишь убить пациента. Но, как видишь, ты все еще жив и лириума в тебе нет, так что... — она пожала плечами, осторожно поскребя кончиком ногтя по дереву. — Меня учили несколько демонологов. Потом — мой отец. Он был... очень одаренным магом. Сражался в войне, служил в Легионах. Пожалуй, не лучший отец в мире, но он показал мне, что важнее всего в жизни.

[BornToSeek]

Лагерь

 

— Потом — мой отец. Он был... очень одаренным магом. Сражался в войне, служил в Легионах. Пожалуй, не лучший отец в мире, но он показал мне, что важнее всего в жизни.

 

Альваро слегка прищурился. Отец. Тевинтерский солдат, тоже демонолог. Возможно, желание Виктории оказаться в таких суровых обстоятельствах родились не сами по себе? Учитывая, с какими трудностями сталкивались имперские войска менее полувека назад, что-то к ней вполне могло перейти и от предыдущего поколения.

— И что же важнее всего в жизни? — спросил чародей.

Сложно было сказать, какой из напрашивающихся вариантов окажется истинным. Антиванец с куда большей готовностью был готов предположить, чего там оказаться точно не могло.

 

 

— Я-то в бандах не шкерилась и не знаю, как там. Но в равенство это тоже вписывается, если подумать: на ком больше ответственность — тому и больше плюшек. Но не в ущерб общему делу — это обязательно. Хотя ты вроде не такой, чтобы все по-самодурски под себя грести и нужные вещи зажимать в важный момент.

 

— Это точно, — согласился Дамиан.

Больно хорошо отзывается о нём. У демонолога даже возникли сомнения, действительно ли он мог успеть сформировать о себе такое мнение по последним событиям, или же девка просто пытается подмазаться.

— Но идея, что равенство может само по себе предполагать неравенство, пусть и с ростом ответственности, дошла бы не до всех, — заметил он. — Для большинства это всё звучит буквально: если равен, то равен во всём. Кроме ответственности, естественно.

[Thinvesil]

Лагерь

 

— Но идея, что равенство может само по себе предполагать неравенство, пусть и с ростом ответственности, дошла бы не до всех, — заметил он. — Для большинства это всё звучит буквально: если равен, то равен во всём. Кроме ответственности, естественно.

 

— Если равен, то равен во всем, — завороженно повторила Эльса. — Близнецы, что ли? Хотя даже среди них разные случаются. С такой равностью — это надо к Прокрустусу с его ложем. Слышал про такого?

 

Было не совсем понятно, то ли Дамиан опасался, что остальные не поддержали такую дележку, то ли намекал так на ее превосходящие обычного человека данные, но на всякий случай альтус решила в этом направлении не копать и не уточнять.

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

— И что же важнее всего в жизни? — спросил чародей.

 

— Сила, — улыбнулась Викториа. Эта улыбка была неожиданной, но почти искренней. Почти. — Власть. Тот, в чьих она руках, по-настоящему свободен. Ринн наивно полагает, что все тевинтерцы живут, словно в раю, после того, как пришла Разикаль, но это не так. Она отобрала у нас право самим выбирать свой путь, отобрала власть решать, как нам жить. Да, она победила кунари, с которыми мы сражались веками, но что с того? Мы сражались за себя. Это был наш выбор и наша война. Теперь мы сражаемся на ее войне. Такой же расходный материал, как и провинции. Ринн этого не понимает, потому что ей проще верить в сказку о плохом Тевинтере и хорошем Орлее, или Ферелдене, или еще какой глуши. А я... я хочу, чтобы была сильной я. Не Разикаль, не мой отец, не Верховный Жрец или Пророк... а я. Это куда веселее, не находишь? — она вздохнула, вдруг понимая, что скорее всего, Альваро попросту посчитает ее сумасшедшей или глупой. Зря она вообще пыталась что-то сказать. — К чему ограничиваться каким-то ничего не значащим титулом "Сын Огня", если ты можешь добиться куда большего... — проговорила девушка медленно, словно пробуя на вкус каждое сказанное слово. — Покажешь пару фокусов с пламенем — и над тобой будут смеяться. Но сожжешь столицу, вместе со всеми жителями... и перед твоим именем будут трепетать. Разница всего лишь в масштабах.

[Ettra]

Лагерь

 

— А ты... могла бы все забыть? — спросил он негромко. Пусть они и не знали всех деталей того, что им приходилось делать и наблюдать, оба разделяли похожую боль. В этом они могли друг друга понять, хотя бы отдаленно. — Может, это и не нужно. Может, наоборот, нужны те, кто будут помнить. Чтобы это не повторилось потом снова.

 

- Не знаю, - после долгого молчания ответила Адалин.

 

В ее жизни было много того, что стоило забыть. Казалось, так станет лучше. Нет груза прошлого за плечами, нет боли. Как... под миртовым дурманом. Адалин передернуло. Тогда, в пятнадцать лет, когда она в первый и единственный раз поддалась этой слабости, она не только забыла, но и потеряла себя. Стала ничем и никем, а в мыслях клубился лишь молочно-белый дым.

 

- Воспоминания... они ведь делают нас теми, кто мы есть. Вся эта боль... наверное это часть меня. Если стереть, то и я буду кем-то другим.

 

Адалин не думала раньше в таком ключе. И теперь ей стало еще беспокойнее и страшнее. Она и так с трудом представляла кто такая, зачем живет и что хочет. Что останется от Адалин, если боли больше не будет? 

 

Лучше не думать об этом слишком много. Вместо этого можно представить Холта с граблями и соломенной шляпой на голове. Нелепо.

 

- Я скорее представила тебя... охотником? Или... как насчет трактирщика? - Адалин улыбнулась, хотя вышло скорее грустно. Но ей хотелось перевести тему и немного разрядить мрачную обстановку. - Будешь слушать посетителей и протирать стаканы. Флиртовать с симпатичными дамами.

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

- Я скорее представила тебя... охотником? Или... как насчет трактирщика? - Адалин улыбнулась, хотя вышло скорее грустно. Но ей хотелось перевести тему и немного разрядить мрачную обстановку. - Будешь слушать посетителей и протирать стаканы. Флиртовать с симпатичными дамами.

 

— Хм... может быть. Хотя я никогда особенно не умел флиртовать. Дамам придется туго, — он вернул ей улыбку, хотя она почти сразу пропала. — Давай ложиться спать. Завтра рано выезжать. Чем быстрее мы доберемся до Руссильона, тем лучше. К тому же, я и сам уже подустал от сна в палатке и жареной дичи. Никогда не был любителем длительных походов в лес, — он потушил свечи и завернулся в спальник. — Спокойной ночи, Адалин.

 

Ее он вполне мог представить, если постараться, в будущем, где не будет Разикаль и все вернется на круги своя. Адалин представлялась ему в длинном, простом, но со вкусом пошитом платье, на солнечной площади города, гуляющей под руку с каким-нибудь галантным парнем. Она заслуживала счастья, хотя и не верила в это. Сам же он знал, что будущего для него нет. Холт слишком далеко зашел, чтобы поворачивать назад, даже если будет такая возможность. Он сделал выбор, и теперь нужно было пройти эту дорогу до конца.

[BornToSeek]

Лагерь

 

— Если равен, то равен во всем, — завороженно повторила Эльса. — Близнецы, что ли? Хотя даже среди них разные случаются. С такой равностью — это надо к Прокрустусу с его ложем. Слышал про такого?

 

— Разбойник, всех под один рост подгонявший. Но я имел немного не это. Не близнецы, а просто "равные". Если все равны, то значит и получать должны одинаково, и снарягу иметь одинаковую, и всё в таком духе. А то, что командиру работать приходится больше и тягот разных решать — это уже другое дело и ни на что не влияет.

Так, своё он выяснил. Один голос у него уже появится наверняка, если что. Завершение миссии ещё не светило, так что, возможно, и других мало-помалу получится чем-нибудь склонить к такой позиции.

— Пойду я дальше книгу вычитывать, — бросил он и, чуть не успев развернуться, кое-что вспомнил. Да, Дамиан, прощаться тоже нужно. — Спасибо за беседу.

 

 

— Покажешь пару фокусов с пламенем — и над тобой будут смеяться. Но сожжешь столицу, вместе со всеми жителями... и перед твоим именем будут трепетать. Разница всего лишь в масштабах.

 

— Разница лишь в том, что по-настоящему сильному не нужно доказывать своё превосходство, сжигая столицы, — тихо усмехнулся маг. — Единственное, чего можно добиться таким — это ненависти. А чтобы получить трепет и почитание, нужно стать не мясником, а благодетелем. Посмотри на ту же Империю, в которой мы все невольно оказались. Думаешь, по Тедасу у неё столько сторонников и союзников даже среди местных, потому что она пару десятков лет назад выжгла Неварру и вырезала с десяток-другой тысяч людей во время завоеваний и восстаний? Или может потому что она людей вешает и жжёт за иноверие? Страх — это опасная вещь. Это меч, который всегда висит над головой своего обладателя. Стоит тебе оступиться, как он обернётся против тебя самого. С другой стороны искреннее желание следовать твоим взглядам и идеям никогда не станет твоим же врагом. За сильным, но безыдейным и слабым мыслью человеком последуют лишь те, кто захочет им воспользоваться. Остальные же, у кого голова на плечах, предпочтут его свергнуть.

Крайне интересные мысли. Виктория явно была не первой в истории Тедаса, следующей им, и точно будет не последней. Любители силы и власти ради силы и власти не переведутся никогда, но, как показывает практика, даже при достижении своей цели долго они в этой позиции не задерживаются.

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

— Единственное, чего можно добиться таким — это ненависти. А чтобы получить трепет и почитание, нужно стать не мясником, а благодетелем.

 

— И кто рассказал тебе подобную глупость? Приключенческие романы? — фыркнула Викториа, впрочем, особой злобы в ее голосе не было. Всего лишь удивление. — Вроде "знание — сила", или о том, что льву нет дела до мнения овец? Все это красиво и благородно звучит, но к реальной жизни отношения имеет мало. Впрочем, не мне тебя переубеждать, так что мы останемся при своем мнении. Одно только скажу... — чуть поколебавшись, добавила магесса. — То, что случилось с Неваррой, было... прекрасным тактическим ходом. Потому что этим Империя убила сразу трех зайцев. Первое, — она загнула палец. — Уничтожила врагов, тех, кто мог помешать драконьей армии быстро покорить Тедас. Второе — создала землю, пригодную только для гнездования драконов. Если бы они пожирали деревенщин и коров, было бы намного хуже. И третье, обеспечила себе мирное присоединение большинства колоний. Видя, что Разикаль может сделать с их армиями, с их страной, они выбрали меньшее зло.  Все сработало так, как и должно было сработать. Страх не стоит недооценивать. Без страха не бывает уважения. Будешь одним лишь благодетелем, и очень скоро твои благие деяния начнут воспринимать, как должное, а власть заберут те, кто знает, как пользоваться всеми доступными оружиями. Страхом в том числе. Ты прав в одном: власть опасна. Но если что-то достается слишком легко, стоит ли это ценить? — она пожала плечами и вздохнула. Ей никогда ничего не доставалось легко, кто бы что ни говорил. Пусть за кусок хлеба драться с другими детьми ей не приходилось, но это не означало, что все доставалось ей на блюдечке.

[BornToSeek]

Лагерь

 

— Ты прав в одном: власть опасна. Но если что-то достается слишком легко, стоит ли это ценить? — она пожала плечами и вздохнула. Ей никогда ничего не доставалось легко, кто бы что ни говорил. Пусть за кусок хлеба драться с другими детьми ей не приходилось, но это не означало, что все доставалось ей на блюдечке.

 

— Я не говорил о ценности сложности прихода к власти. Лишь о ценности самой власти. Человек, взошедший на правящую позицию ради силы и желания управлять другими — худший правитель. Он не нужен никому, кроме кукловодов, управляющих его безыдейным могуществом. Сила и власть — это всего-навсего инструменты, а не цель. Они не имеют никакой ценности сами по себе, но с их помощью можно воплотить в жизнь то, что имеет. Управлял ли твой отец кем-либо? Солдатами в своём отряде, например? Представь, насколько бесполезен он был бы для них, если бы оказался на своём руководящем месте, ведомый одной лишь жаждой залезть выше. Тому, что я говорю тебе, учат не в приключенческих романах. Это знает любая благоразумная знать, — Альваро сделал специальный акцент на этом слове. Не зная, что Виктория на самом деле альтус, он разумно рассчитывал, что это не прозвучит как оскорбление. Лишь как констатация факта, показывающая разницу между благородным и простым сословием, — для которой стремление к силе и власти ради самих силы и власти подобно стремлению размножаться ради размножения среди простолюдинов. Как она знает и то, что благодетельность не означает слабости. И то, что хороший тактический ход далеко не всегда является хорошим стратегическим. Ведь драконы, управляемые злым божеством, никогда не станут врагами людям Империи, верно? — ухмыльнулся он.

Изменено 4 августа, 2021 пользователем BornToSeek

[Thinvesil]

Лагерь

 

— Разбойник, всех под один рост подгонявший. Но я имел немного не это. Не близнецы, а просто "равные". Если все равны, то значит и получать должны одинаково, и снарягу иметь одинаковую, и всё в таком духе. А то, что командиру работать приходится больше и тягот разных решать — это уже другое дело и ни на что не влияет.

 

— Это уже совсем суждение получается.. упрощенным до примитивности. Но ты прав, есть и те, кто не утруждает себя учитыванием нюансов.

 

В ее кругу общения столь примитивно мыслящих не водилось, однако опасения Дамиана девушка понимала. Хорошо, что он сам был не их числа. С дуболомом и пообщаться было бы не о чем.

 

— Пойду я дальше книгу вычитывать, — бросил он и, чуть не успев развернуться, кое-что вспомнил. Да, Дамиан, прощаться тоже нужно. — Спасибо за беседу.

 

— И тебе спасибо, — искренне улыбнулась Эльса. — Было приятно пообщаться.

 

Она была бы не прочь поговорить с наемником еще. И на другие темы тоже. Ей было интересно узнать получше, что это за человек. И к тому же он был не глуп, а это уже одно делало его занимательным собеседником. Но Дамиану еще предстояло лечить остальных и штудировать книгу по магии крови для этого, поэтому Алисия не стала его задерживать. Махнув рукой вместо прощания, она вернулась к своим размышлениям о том, как поступить с вещами. Вариант сначала спросить был явно лучше остальных. Поэтому Эльса достала из сумки набор для ухода за оружием и занялась мечами, присев на пороге палатки.

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

Тому, что я говорю тебе, учат не в приключенческих романах. Это знает любая благоразумная знать

 

Викториа почувствовала волну раздражения. Вот только не хватало, чтобы какой-то антиванский барчук тут поучал ее тому, что надо знать рожденному в высоких кругах. Что ж, ее попытка стать мягче провалилась; однако продолжать спор означало бы рисковать разрушить свою легенду, о чем девушка подумала только сейчас и прикусила язык. Поэтому она просто вздохнула, покачала головой и улыбнулась.

 

— Пожалуй, об этом стоит подумать. Не то, чтобы у меня вообще нет цели в жизни или я не знаю, что власть сама по себе не дает ничего, кроме опасностей, но боюсь, что о своих целях я говорить не могу. Поэтому останемся каждый при своем мнении. А теперь я отправляюсь спать, поскольку уже довольно поздно. И тебе советую. После ритуала у тебя наверняка слабость и головокружение, завтра утром все должно пройти. Спасибо за беседу и... что остался, — она сделала неопределенный жест рукой, словно указывая на эту жалкую прогалину. Викториа, конечно же, не тешила себя глупыми надеждами на то, что Альваро остался специально, чтобы поговорить с ней. Скорее всего, он действительно просто приходил в себя и переводил дыхание, а Викториа просто оказалась поблизости.

 

Развернувшись, магесса направилась к своей палатке. Обида и раздражение быстро сменились обычной усталостью и желанием закончить эту миссию как можно скорее. Или хотя бы добраться до города.

[Thinvesil]

Лагерь

 

Когда Альваро следом вернулся к палатке, Эльса поспешно положила меч на расстеленное полотнище и поднялась на ноги.

 

— Тебе помочь поставить палатку и перенести вещи?

 

Кунсей обрадовался возвращению друга, живого и здорового, и путался под ногами, виляя хвостиком и всячески выражая свой восторг. Девушка улыбнулась псу, а затем снова перевела взгляд на Альваро, ожидая ответа. Маг улыбнулся и тихо вздохнул. Сначала Виктория намекала, что ему лучше уйти, теперь Эльса заговорила о выселении. Нет-нет, ничего против Альваро не имел, ферелденка в самом деле всё время жила без соседей и ей наверняка так было удобней, но всё вместе выглядело немного забавно.

 

— Ты ведь любишь одна в палатке жить, верно? — задал он ответный вопрос.

 

Алисию вопрос мага вогнал в ступор. Она скорее ожидала согласия с предложением, чем вот такое.

 

— Ну в целом да, — задумчиво протянула девушка, гадая про себя, к чему это вообще. Хочет знать, не причинил ли неудобств ей за время ночёвки? — То есть, хорошо, конечно, иметь свое место уединения, но в соседстве тоже есть свои преимущества.

 

Она улыбнулась, раздумывая, стоит ли пояснять. Об этом Альваро уже не спрашивал.

 

— Ага-а, — кивнул маг. — Спрошу иначе: какой бы вариант тебя больше устроил — чтобы ты была одна или в соседстве со мной? Плюсы какого варианта, на твой взгляд, более весомы? Я тоже мог бы помочь во время заражения, если что. Или наоборот не мешаться со своей очищенной физиономией, — усмехнулся он.

 

— А-а... — магесса открыла рот, но тут же захлопнула, явно смущенная.

 

Вообще-то ей и впрямь не особо нужна была какая-либо компания. Лириум пока не мешал. Поет и поет, это можно было просто принять как данность и безобидный фоновый шум. Тот же маг крови мог бы нанести вреда куда больше, завладев ее разумом и заставив выдать все ее тайны, тайны рода и переписать все имущество на его кота. Но лириум — он просто был. В терминальной стадии, когда из-за жжения кристаллов в теле уже теряется способность ясно мыслить, когда разум уступает место бессильной боли и ярости — тогда она могла представлять для кого-то опасность. Но до этого было еще далеко. И никакие соседи купировать это не смогут.

 

— Я просто думала, что ты согласился перебраться ко мне, потому что не хотел оставаться один на один с лириумом, — пояснила Эльса. — И теперь, когда ты излечился, я тебе уже не нужна. Но если ты так ставишь вопрос... — наемница грустно улыбнулась. — Разве тебя не пугает перспектива ночевать вместе с зараженной мной? Мне приятная твоя компания. Очень. Просто я думала, что ты уже не захочешь, и может быть неловко сказать, и решила помочь избежать неловкости, первой предложив насчет вещей, — смущенно пояснила девушка, взъерошив волосы надо лбом. — Честное слово, я бы не обиделась, если бы ты так решил. Но если остаешься, то мы с Кунсеем будем только за. Правда, малыш?

 

Чтобы скрыть смущение, альтус потрепала пса за ушами, когда тот радостно подтвердил сказанное коротким лаем.

 

— В любом случае, ты не причинил мне никаких неудобств, — заверила парня Эльса. — Вообще даже не думай об этом. Мне было приятно помочь.

 

Вот этот ответ уже действительно отвечал на все вопросы, не оставляя опоры на лишние догадки.

 

— В таком случае помощь с переносом вещей мне не потребуется, — улыбнулся чародей. Для него не было проблемой жить одному, но он больше предпочитал компанию. И в миссиях, и в общении, и в отдыхе. — Я остаюсь.

 

По лицу Эльсы расплылась широченная улыбка. Надо же! Не побоялся оставаться с зараженной. А еще и с простолюдинкой не побрезговал палатку делить.

 

— И что, правда-правда не боишься? — чуть прищурившись, переспросила она. Второе уточнять не стала, чтобы не обидеть парня.

 

— А чего бояться, в палатке ещё Кунсей, если что — подаст сигнал о захватившем тебя безумии, — пошутил Альваро и добавил уже серьёзней. — Нет, не боюсь. Если бы страшился, то и вчера не захотел бы переселяться.

 

— Ладно. — девушка погладила пса, окинула взглядом палатку, лежащие на земле мечи. — Тогда полезай отдыхать. Утомился, небось с этим лириумом и лечением? Я еще с мечами закончу и нам чаю сделаю. Прямо в палатку принесу. Хочешь?

 

— Было бы замечательно, — кивнул маг и уселся рядом на пороге.

 

Немного болтая о том о сем, наемница вычистила и отполировала клинки, сходила за чаем, и вечер перетек в тихую уютную ночь, несмотря на окружающие лагерь дичь и холод. В какой-то степени Эльса была рада компании. Слишком уж недоставало ей теплых домашних обьятий и тому подобного. А отсутствие возможности уединиться — не такая уж и великая цена.

[Ettra]

Лагерь (5 Харинга) - Лагерь (6 Харинга)

Разговор с Холтом прошел куда лучше, чем могла ожидать Адалин. Наверное, агент все еще разочарован, вряд ли можно исправить свою ошибку одними извинениями, но по крайней мере он был не слишком холоден. И сейчас этого хватало. С лириумом в крови, с чувством собственной вины, она не хотела быть еще и одинокой. Адалин все еще помнила, какой болезненной может быть привязанность к людям и как невыносимо терять близких. Но на эти дни, пока лириум шумит в голове, она решила не придумывать себе лишние поводы для беспокойства. Тем более, ее общение с Холтом и Руфусом  вряд ли зайдет так далеко, что кого-то из них она сможет назвать другом. 

В эту ночь Адалин заснула на удивление быстро. Может быть дело было в облегчение, что ее не оттолкнули в очередной раз, но скорее всего причиной была усталость, которую лириум в крови усиливал в десятки раз. Сопротивляться сну, сопротивляться песни, которая теперь не мешала, а наоборот убаюкивала, у Адалин не было сил. Да она и не пыталась.

Отряд отправился в путь ранним утром, едва взошло хмурое солнце, затянутое тяжелыми серыми облаками. К середине дня повалил густой и липкий снег. Было тепло для зимы, снежинки таяли на щеках и плечах, но снег валил так густо, что вскоре дорогу замело сугробами и группа замедлилась. Для стоянки они нашли хорошее и почти сухое место возле руин древней стены, сложенной из одинаковых серых камней. Лес подступал к ней очень близко, почти вплотную, но им хватило места для палаток и костра. По крайней мере здесь не было ни ветра, ни снега, от этого защищала стена.

Адалин как и в прошлый вечер, нашла себе место у костра. Песня и усталость стали еще сильнее, но она старалась не думать о лириуме и просто грелась, иногда поглядывая на других членов отряда. Может быть, скоро очередь на лечение дойдет и до нее.

Изменено 4 августа, 2021 пользователем Aloija

[Junay]

Лагерь

 

Спала Ринн плохо, возможно из-за лириума в крови, который шептал  что-то. А может, просто из-за событий последних дней и всего, что свалилось на голову.  Весь сонм чувств, который она испытывала накануне, внезапно пропал и девушка погрузилась в тупое оцепенение, покачиваясь вслед мерному шагу лошади. Погода тоже была мерзкая - повалил мокрый противный снег, и копыта лошади с чавканьем проваливались в грязь, перемешанную со снегом.

Единственное, о чем сейчас можно было думать - о городе, хорошем номере в таверне и горячей еде. Мрачно, Ринн раздумывала о том, что вся ее прежняя жизнь по сравнению с нынешней, была просто катанием сыра в масле и куталась в плащ.

Лагерем встали опять  под вечер, и Ринн, все так же укутавшись в плащ, поползла к костру в надежде согреться. В сумке еще валялся  кусок мяса, жесткий, как ошметка, и она попыталась его разварить, в виде похлебки. 

[Кайра]

Лагерь

Фел закончил свое излечение достаточно быстро, из раны, которую он нанес, вышел красный лириум, вперемешку с небольшим количеством крови. Можно сказать ему повезло, измотавшись со своим лечением, Фел уснул без сновидений. На следующий день они свернули лагерь и отправились дальше.

 

Мерзкая погода, дорога раскисла, а если бы не чары то ему пришлось наслаждаться мокрой шерстью и ее запахом. Фел был правда рад, ведь ему удалось излечиться, но были и другие пациенты. Как не хотелось ему провести вечер с Мишель и Бастьеном его долг звал его теперь к Ринн, еретики остались  и уверили его, что сами поставят палатку. Маг лишь перекусил сушенными фруктами и сыром, чтобы восстановить силы потраченные в пути. Закончив с ужином, он подошел к Ринн

 

- Вечер добрый, готова избавиться от лириума?