Ettra

Поместье Левек   Время, казалось, уходит сквозь пальцы. И чем меньше его оставалось, тем сильнее билось сердце Адалин, хоть она и пыталась сохранять разум холодным и спокойным. Она уже сделала выбор, пусть и сомневалась в нем и уже пришла в поместье. Поворачивать назад все равно поздно. Тем более Сарвенте кажется совершенно не нервничает, значит и ей не следует. В конце-концов она агент Сопротивления, а не маленькая девочка. Чтобы не ходить бесцельно по залу, Адалин прислонилась спиной к стене. Под тонкую подошву ботинка что-то попало, она присмотрелась. На полу лежала золотая монетка. Инстинктивно девушка протянула руку, чтобы поднять ее и сунуть в карман, но одернула себя. Она не маленькая девочка и не маленькая воровка из подворотни, какой когда-то была. И пришла сюда не затем, чтобы прикарманивать чужое добро. 

Поместье бургомистра   — Покажем бумагу прислуге, попросим пройти к Левеку, попадём к нему без сильного шума, как если бы нас обнаружили при самовольном вторжении. Идём ко входу для слуг, там точно ничего не заметно со стороны.   Адалин молча кивнула. Конкретно в этой части плана она была не очень полезна. Разговоры возьмет на себя Сарвенте, как и бомбу, для обезвреживания которой нужна магия. Ей оставалось только надеяться, что напарник справиться и с первой задачей и со второй. 

Таверна "Розовый Пони" - Поместье   Оказавшись на свежем воздухе и пройдя несколько кварталов, Адалин поняла, что усталость навалившаяся после выветривания эликсиров никуда не делась. Только сделалась сильнее. Зря она выпила так много. Раньше случалось принимать такие зелья, но не больше двух за день, а сегодня она осушила пять пузырьков. Видимо, пришел черед расплаты. Очень не кстати.    В следующий раз Адалин не совершит подобную ошибку. Будет знать меру и лучше чувствовать собственное тело. Но сейчас, раз уж она встала на кривую дорожку, поздно сворачивать. Тем более перед самой ответственной частью задания.    — Ты иди, я догоню через пять минут. Мне нужно к алхимику, — бросила она Сарвенте и свернула к лавке. Алхимика пришлось разбудить. Впрочем, несколько золотых монет заставили его откинуть сонливость в глазах и теле, повеселеть и принести девушке все, что она просила. Не сходя со ступеней, она осушила два эликсира, а оставшиеся убрала в поясную сумку.   Как и обещала, она догнала Сарвенте через несколько минут и уже вдвоем они приблизились к поместью Левека.    +2 эликсира ловкости +2 эликсира внимательности -4г

Таверна "Розовый пони"   — Адалин, если ты боишься за свою жизнь, то можешь остаться здесь. Но у нас такая работа, что рисковать приходится постоянно. Единственное, что ты можешь с этим сделать, это убедиться, что риск стоит того. В поместье много людей, которые ничем не заслужили смерти. Вы можете оставить их умирать, это правда. Вопрос лишь в том, насколько это будет соответствовать вашей совести. Я хочу, чтобы вы сделали выбор, который считаете самым верным.   — Я не боюсь. Я просто...   "В растерянности", — добавила Адалин мысленно. Она чувствовала, что угодила в паутину и совершенно не понимала за какую ниточку тянуть, чтобы освободиться.    Девушка встала и потерла лоб. Почему принимать решения так сложно? Каждый раз, когда она вроде бы нащупывала правильный путь, оказывалось, что пройти по нему хочет лишь она одна. Оказывалось, что если она будет держаться за свое, то вместо награды, впереди ее ждет осуждение и последствия неверного выбора. Как тогда с лириумом. Она сделала ошибку, признала ее и пообещала себе думать о благе для Сопротивления, а не собственных желаниях. Пообещала нести ответственность. Только вот где располагались ее границы?   И сейчас, высказав свое мнение, она не нашла поддержки.   И Сарвенте и Холт считали очень важным спасти чужие жизни. Считали, что риск стоит того. Может это и был верный путь?  — А... ладно. Я пойду, — на выдохе сказала Адалин, надеясь что в этот раз все пройдет как надо и они получат то, что хотят. Благодарность бургомистра, спасенные жизни, влияние для Сопротивления и репутация для "Скорпионов".

Таверна "Розовый пони"   — Нет. Не стража, — подчеркнул Холт, зная, к чему ведет Адалин. — Это должны сделать "Скорпионы".    — Мы? Обезвредить бомбу? — переспросила Адалин, не уверенная, что поняла Холта правильно. Он ведь совсем недавно отчитывал ее за ненужный риск с Красным Лириумом, а теперь... — Она ведь нестабильна, вы сами сказали. Ты уверен, что стоит рисковать жизнями двух агентов ради этого? Это ведь куда опаснее того лириума. Лириум вылечили, а, ну... взрыв это все. Совсем все. 

Таверна "Розовый пони"   — Я подожду вашего возвращения несколько часов здесь, но если вы не вернетесь до утра, передайте конюху сообщение.   — Лучше обсудить план действий сейчас, — не согласилась Адалин. Времени до полуночи было достаточно, незачем принимать решение на ходу, лишив себя возможности подготовиться. — Вариант своего человека на посту для нас лучше. Тут вообще сомнений быть не может. Руссильон очень важен Империи, а у бургомистра куда больше возможностей запустить лапу в их дела, чем у его доверенного помощника. Ну да, будут жертвы, но...  Адалин осеклась, почувствовав на себе взгляды Сарвенте и Холта. Она ведь хочет поступить в точности как Десмонд. Именно за безразличие к числу жертв и за жестокость, которой не было границ, его приказали убить. Не раз она слышала, как его называли чудовищем. Разные люди. Много людей. Пожалуй, таким он и был. Как бы чувства не застилали взгляд пеленой обожания, девушка прекрасно знала, что он из себя представляет. Беспринципный, холодный и полный ненависти человек. Была ли Адалин такой? Хотела ли такой быть? — Этот Бутчер... он толковый? — спросила она изменившимся голосом. Более тихим, даже пристыженным. — Если он, получив доверие, сможет влиять на этого Левека, может мы не так много потеряем. Тогда тебе надо его предупредить, Холт. Чтобы стража избавилась от бомбы. 

Таверна "Розовый пони"   — Могут погибнуть люди. Не только Фабрис, невинные люди. Да и сами заговорщики тоже рискуют, пытаясь вытащить оттуда Вивиан. Так или иначе, я хочу, чтобы последнее решение было за вами. Это задание нужно выполнить, а Бутчер должен стать бургомистром или хотя бы заполучить полное доверие нынешнего бургомистра, чтобы помочь нам с деньгами и с бумагами. Как вы этого добьетесь — уже не так важно.   — Если мы выведем слуг, заговорщики это заметят. Да и сам Левек. Паника поднимется, — покачала головой Адалин. Холт как всегда пекся о случайных людях, но она понимала, что ради победы очень часто приходилось идти на жертвы. Один раз больше, другой — меньше. Так или иначе, у тебя будет кровь на руках. — Но... девочку они спасут, а слуги... По тому плану дома, что я видела, их комнаты далеко от кабинета. Может и не заденет.   Адалин потерла глаза и залпом допила свой кофе. Закашлялась от горечи и прикрыла рот рукой. Отвратительно. Но если она почувствует прилив сил, то стоило потерпеть.

Таверна   — У нас есть всё необходимое, чтобы перехватить их, и, по возможности, предупредить самого Левека о необходимых мерах предосторожности и обеспечении безопасности в поместье.   Подтянув к себе стул от соседнего столика, Адалин села. По телу разливалась легкая слабость. Пока еще не очень заметная, но в коленях порой появлялось ощущение вялости, будто вот-вот подогнуться. Да и чувства притупились. Звуки казались глухими, краски — блеклыми, а в тенях едва ли можно было различить очертания предметов. По сравнению с ясностью и энергией, которую дали Адалин эликсиры, она будто бы ослепла и выдохлась.    Но впереди была работа. Самая важная ее часть. Потому, чтобы взбодриться, Адалин заказала ненавистный кофе. Лучше бы купить еще эликсиров, но поздно слишком, лавка алхимика если не закрылась, то скоро закроется.   — Или не предупредить, если ты сам еще не успел... — задумчиво добавила Адалин, глядя на Холта. Она сделала маленький глоток горького напитка и сморщилась от отвращения. — Можем дождаться взрыва, и схватить их после. Если Левек умрет, то Бутчер займет его место? Нам это может быть на руку.    Поставить на место главы вдруг ставшего таким важным города своего человека — весомая победа для Сопротивления. Организация сможет быть в курсе дел на раскопках, пользуясь законным правом нового бургомистра, а Скорпионы получат разрешение на работу в руинах. И всего этого можно достичь чужими руками. Десмонд не упустил бы такой шанс.  -10с кофе

Фабрика   Оказавшись в раздевалке, Адалин прищурилась, привыкая к тусклому свету всего пары факелов на стенах между шкафчиками. Не зря она выпила эликсиры! Обостренное до предела зрение выхватило из полумрака самое важное — деревянные таблички на дверцах. Буквы на них, стоило только сфокусироваться, сложились в имена и фамилии.    Адалин быстро пошла между рядов, читая имена на табличках и не дойдя до середины нашла нужное — Карина Латур. Конечно же на шкафчике висел замок. Навесной, хлипенький и проржавевший. Адалин вскрыла его без помощи отмычек, вставив щуп в зазор между дужкой и корпусом, чтобы опустить запорный штифт. Так было в разы быстрее.   Внутри нашлась роба, сумка с какой-то снедью от которой разило копчёным мясом и сменная обувь. Не долго думая, Адалин обшарила карманы и вытащила кусочек бумаги.   Он был обуглен по краям, но на потемневшей бумаге все равно были видны слова, которые без сомнений могли привести дуру-Латур на виселицу:   "Уничтожь улики. Мы начинаем сегодня ночью. Бомба уже заложена в кабинете Фабриса. У нас будет один час, чтобы вывести Вивиан через тайный ход, пока Фабрис и слуги будут спать. Приходи к полуночи на условленное место. И ради богини, проследи, чтобы за тобой не было хвоста. Мы не можем допустить ошибок".   Что ж, Сопротивлению оставалось только благодарить Латур за отсутствие ума и знаний. Первое и самое главное правило любого заговорщика — не оставляй улики! О чем же надо думать, что бы сунуть недогоревшую записку в карман?!   Впрочем, сейчас Адалин это волновать не должно.    Она передала записку Сарвенте и прислонилась спиной к шкафчику. Похоже, действие некоторых эликсиров начало выветриваться. Тело больше не ощущалось гибким и отзывчивым, как ивовый прут.   — Наглости и дурости им не занимать. Хорошо, что предупредили Холта. Может, люди бургомистра уже что-то нашли. Я бы смотрела спальню и кабинет в первую очередь, — приглушенно сказала Адалин.

Руссильон Адалин успела забрать из переулка рюкзак и плащ и к тому времени, как Сарвенте покинул дом, ждала за углом. Кажется, у него все тоже прошло неплохо. По крайней мере внезапно вернувшаяся Латур не выгнала незванного гостя с криками и угрозами. Только вот удалось ли магу узнать что-то большее, чем ей самой? Но об этом позже.  Когда агенты Сопротивления — каждый по одиночке, на случай если Латур смотрит в окно — завернули на соседнюю улицу, где встретились, Адалин понизив голос начала рассказывать: — Так. Нам срочно надо к Холту. Эта Латур, походу, хочет взорвать дом бургомистра. И я думаю, в ближайшее время. — Адалин сделала паузу, но не для пущего эффекта, а пытаясь подобрать нужные слова. Все же стоило объяснять все по порядку. — У нее в тайнике мешок с лириумной взрывчаткой. Мешок большой, взрывчатки там на донышке. Кроме мешка — черные одежды и планы дома бургомистра. Его расписание дня тоже есть. Если верить ему, то бургомистр весь день проводит в городе с этим Холтовым другом. Вечером у него дела на лесопилке. А в доме остается дочка и слуги. Если сложить все вместе, она явно хочет устроить взрыв и лириум уже забрали. Раз у нее есть планы поместья, не его ли она хочет взорвать? Вместе с бургомистром, конечно... Значит, до его возвращения время еще есть, но я считаю, что лучше сообщить обо всем сейчас, чтобы было время подготовиться.

Дом Латур   Адалин сделала шаг за порог.   Старенький и бедный дом Латур походил на тот, а котором Адалин выросла: такой же неприветливый, ненадежный и готовый предать, выдав девушку случайным скрипом половиц, дверных петель или ступеней. Но Адалин не боялась. Все страхи, переживания и сомнения, какие могли быть, растаяли и наступила полная сосредоточенность. Она знала, что делать и знала, что справиться.    Бесшумно ступать на рассохшиеся половицы она научилась раньше, чем считать — года в четыре, когда Элтер появился на свет. Брат просыпался от каждого шороха, начинал плакать, а от его плача вставал с кровати озверевший отец. Начинал кричать и брался за ремень. Регулярно Адалин получала хлесткие удары по ногам за то, что "шатается по ночам", и страх нового наказания и боли стал для нее лучшим учителем. С тех пор, вставая за водой или по нужде, она двигалась, подобно призраку. С годами, с регулярными тренировками не только у себя дома, но и в чужих жилищах, этот навык стал таким же естественным, как дыхание.    Адалин бегло оглядела основную комнату, встретилась взглядом с Сарвенте, что стоял в дверном проеме, и знаком показала ему, что поднимется наверх. Оставалось надеяться, что маг задержит мальчишку хотя бы минут на пять. Лучше бы десять, но не стоило рассчитывать на многое.   В ботинках с тонкой мягкой подошвой, через которую чувствовалась любая неровность, она едва слышала собственные шаги. Ковер приглушал звук еще больше, но все равно каждый раз Адалин кончиком мыска проверяла следующую доску на пути и если та прогибалась — отступала, меняла центр тяжести и ставила ногу иначе. Там, где шума избежать не удавалось, она прятала скрип в звуке голосов. Казалось, Адалин должна была двигаться невыносимо медленно, но это было не так. Благодаря эликсирам, обострившим внимание и разогревшим тело, она двигалась стремительно и точно, будто бы вовсе не касалась пола. Преодолев расстояние до лестницы, она так же стремительно, но осторожно поднялась по ступеням и заглянула в одну из комнат — спальню.   Если у Латур есть какая-то информация о заговорщиках, наверняка она держит ее поближе к себе. В месте скрытом от посторонних глаз, не очевидном на случай обысков, но довольно простом, чтобы была возможность быстро избавиться от улик. Чутье, основанное на многолетнем опыте, подсказывало Адалин, что стоит начать именно со спальни.   Комнатка была маленькая, с узкой кроватью, низким шкафом, подпирающем покосившуюся стенку, на котором стоял букет засушенных роз. Адалин невольно поморщилась, вспомнив ненавистный сладкий запах цветов. Под высоким крошечным окном располагался стол, укрытый цветастой салфеткой, которая была самым ярким пятном в комнате. В самом углу, возле огромного длинного сундука, разместилось кресло. Адалин начала осмотр со стола. Подсвечник на три свечи, миска с водой для умывания и маленькое потемневшее зеркало в почерневшей раме. Никаких бумаг. Скорее для порядка, чем рассчитывая найти что-то полезное, она открыла ящички стола, не забыв проверить дно на потайные отсеки. Ничего, кроме пары монет и бытового барахла, вроде ниток, расчески и куска мыла. В шкафу тоже не было ничего, стоящего внимания. Под матрацем только подгнившие от времени доски каркаса. Под кроватью, казалось, была одна шатающаяся половица, но Адалин быстро поняла, что она прибита так, что быстро вынуть не получится и не стала тратить на это время.    Следующим был сундук. Замка на нем не висело. Если внутри окажется искомое... пожалуй, это будет разочаровывающе просто. Но разочароваться Адалин было не суждено: cундук прятал только рулоны дешевого сукна и раскроенные куски будущих рубах и платьев.   Неужели ошиблась? На втором этаже была вторая комната, видимо сына. Но едва ли Латур будет прятать опасную информацию там, где ребенок по дурости может все испортить. В зале? Обыскать его не выйдет, там сейчас мальчишка. И пусть Сарвенте отвлекает его внимание, шариться в шкафах да ящиках совсем беззвучно не выйдет. Или... Взгляд Адалин упал на массивное кресло с толстым основанием из цельного дерева. Такое основание, если сделать там полость, вполне могло служить тайным сундуком.    Она сняла сидение, обитое проеденной молью бесцветной тканью, и отодвинула "крышку", которая так плотно прилегала к основанию, что зазор был едва заметен. С первого взгляда Адалин поняла, что угадала. В глубокой квадратной полости нашлась черная одежда с маской, большой мешок и несколько бумаг. План поместья бургомистра, расписание его дня и несколько заметок на счет его окружения и слуг. Времени на то, чтобы переписать все в альбом, увы, не хватало. Но память редко подводила Адалин.    Положив бумаги ровно в таком порядке, в каком они лежали изначально, Адалин заглянула в мешок и нахмурилась. На самом дне оставалось немного лириумной взрывчатки. Горсть, которой хватит разве что на взлом замка "с мясом" или хиленькой двери. Было больше — на стенках мешка все еще оставалась голубоватая пыль, въевшаяся в волокна ткани. Сложившаяся в голове мозаика тревожила. Взрывчатку либо уже заложили, либо собирались заложить в ближайшие часы. Возможно, лишнего времени у них нету совсем.    Убрав все ровно так же, как было, она спустилась вниз. Показав все еще болтающему с пацаном Сарвенте знаки "все хорошо" и "поторопись", Адалин выскользнула за порог и заперла за собой замок. 

Дом Латур   Адалин продолжала ждать, прислушиваясь и присматриваясь. Через замочную скважину она мало что видела — маленькие окошки не давали достаточно света и в доме было темно. Но примерную планировку она представить могла. Как раз благодаря расположению окон. Да и заглянуть в те, что не с фасада проблем не составило, так что комнаты и двери пересчитать получилось — не заблудится и куда идти поймет.    Только вот одна мысль не давала покоя — что если в доме животное? В Денериме на каждом первом дворе жил пес, отчего работать становилось тяжелее. Но и на это управа найдется. Не долго покопавшись в сумке, Адалин вынула кусочек сушеного мяса из эльфийского пайка, который все еще не съела. И на мясо это покапала настойку ночецвета — сонное зелье. Если уж человеку оно крепкий сон обеспечит, то собаке и подавно.    К тому времени как Адалин закончила, наконец-то дождался долгожданный скрип входной двери. Она была готова. Очередной эликсир выпит, "отрава" в кармане, рюкзак и плащ, чтобы не мешались, — спрятаны за углом дома, в переулочку куда никто не ходит и не смотрит, а облаченные в перчатки без пальцев руки крепко и без дрожи держат отмычку. Пара ударов сердца и замок щелкнул. Точно как в тюрьме неделями раньше, Адалин капнула на петли двери масло и легонько, почти невесомо, толкнула от себя.   Взлом rolled 10+9=19  

Дом Коринн Латур   Эликсиры работали отменно. Адалин слышала как Сарвенте стучит в дверь, будто бы стояла от него в одном шаге, вместо нескольких футов. Более того, она слышала тихие, почти невесомые шаги, как она поняла, ребенка и мальчишеский голос. Она могла расслышать даже шкрябанье крыс где-то подполом, возможно в соседнем доме. Не теряя времени, Адалин метнулась на задний двор. Как и ожидалось, там была задняя дверь. Способ попасть внутрь незаметно. Если только Сарвенте сможет удержать внимание ребенка достаточно долго. А еще лучше — уговорить открыть парадную дверь.  Лучше немного подождать... Убедившись, что подглядывать некому, она прижалась щекой к замку и слушала, надеясь, что с другой стороны дома раздастся звук открывающейся двери. Отмычки, готовые к делу, лежали на земле под ногами — только протяни руку. Главное дождаться подходящего момента...

Кладбище - дом Латур   — Нам стоит осмотреть дом Латуров, возможно получится отыскать что-нибудь более существенное. Либо добавит идей для переговоров. У меня есть пара мыслей, как подобраться к Коринн на одних словах, но не будем спешить. Надеюсь, что Ришара или других родственников мы дома не найдём.   — Да, согласна. Можно было бы еще проследить за ней. Если она с заговорщиками, то в итоге выйдет с ними на контакт. Только вот не думаю, что у нас есть на это время... — ответила Адалин. — Только давай завернем к алхимику по пути? Ответственность, которую Адалин чувствовала была очень тяжела. И потому она собиралась использовать любые средства и сделать все возможное, чтобы преуспеть. Ей нужен ясный ум, концентрация и отзывчивые мышцы. Все, что она может выжать из своего тела. Сарвенте был не против небольшого крюка, потому Адалин заглянула к алхимику. Без сожалений выложив на прилавок четыре золотые монеты, она забрала нужные зелья и сразу же их выпила. Зрение будто бы заострилось, стало ярче, мысли текли теперь плавно и быстро, а тело отзывалось на малейшие желания. Теперь она была готова идти.   -4з + 2 эликсира интеллекта +1 эликсир восприятия +1 эликсир ловкости

Склеп   Письмо оказалось не тем, что Адалин надеялась найти, но она все равно бегло прочитала его пару раз подряд, запоминая строчки и имена. Идея с "товаром" в обмен на заговорщиков провалилась. Впрочем, шансы на удачу были маленькими и она понимала это с самого начала, но все равно почувствовала обреченное разочарование. Придется возвращаться к первому плану. Придумывать легенду, врать и манипулировать, чтобы Латур добровольно сдала заговорщиков, не подозревая, что их ждет казнь.   И что если умения Сарвенте обращаться со словами здесь не хватит? Если бы Адалин не была на работе, ее бы прошиб холодный пот. Но даже с приглушенными эмоциями, мысли в голове бегали не радостные. Она не должна была облажаться. Не опять, после того, как Холт так скоро доверил ей новое задание, важное задание. Потому что если облажается, только докажет свою бесполезность и никчемность, как агента.    Адалин с силой сжала кулак, так, что ногти причинили боль даже через перчатку. Нет! Она снова думает только о себе!   Ей нельзя провалиться, потому что "Скорпионам" в лице Сопротивление отчаянно нужно попасть на раскопки не вызвав подозрений. Потому, что то, что они могут там найти, возможно даст подсказки и приблизит их к главной цели — свержению Разикаль. И, в конце-концов, потому что от успеха зависит жалование отряда. На плечах Адалин лежит большая ответственность и в этот раз она должна думать об общем благе, а не позволять страхам руководить собой.  Жаль только времени на подготовку совсем нет... Ей бы немного подумать и тогда найдется выход из, кажется, проигрышной и очень рискованной ситуации. Вернув письмо в конверт, а конверт на чистый от пыли прямоугольник на столе — туда, где он и лежал — Адалин поднялась к выходу.    — Ничего из того, что мы рассчитывали найти, — покачала головой Адалин, обращаясь к Сарвенте и смотрителю одновременно и добавила уже для смотрителя, стараясь звучать убедительно: — В смысле никаких следов призраков. 

Склеп   Сарвенте опять складно врал и Адалин сделала в уме заметку, что лучше ему не доверять, чем случайно обмануться самой. Впрочем сейчас его хитрости были как нельзя кстати. Сторож, отвлеченный разговором, даже не смотрел вниз, в склеп. Пользуясь моментом, Адалин тенью скользнула к другому краю стола, где лежало письмо. Достав кинжал, она быстрым движением провела под сургучной печатью, срезая ее край с бумаги и вытащила письмо. Еще до жизни с Десмондом и вступления в Сопротивление, приходилось торговать информацией, а где информации больше, чем в письмах? Так что она знала, что делать. Плохо только, что не было ни времени, ни возможности замести следы вскрытия. Но... в склепе сыро и холодно, печать вполне могла отвалиться "сама".    Развернув письмо, Адалин сощурилась и принялась читать. Света едва хватало и она немного подвинулась ко входу. На один шаг, чтобы темнота развеялась и очертания букв проявились на белой бумаге. 

Кладбище   Сарвенте врал, как дышал и Адалин могла только восхититься. Десмонд как-то пытался втолковать ей, что чем больше во лжи правды, тем убедительнее она звучит. И то, что говорил маг, в основе имело историю о призраках, в которую верил сам сторож. Оставалось только выстроить сверху паутинку из выдумки.   Адалин все еще стояла в стороне, переступая с ноги на ногу в ожидании пока разговор закончится. Влезать в чужую работу без спроса — а болтовня такая же работа, как и, например, воровство — она не привыкла. Только мешаться будет своим неумением. Все равно что сам Сарвенте вдруг начнет ей под руку во время взлома подсказывать, как отмычку крутить. Ерунда выйдет. У каждого есть свои обязанности и сильные стороны.   Сарвенте свою проявил с лучшей стороны и вскоре они в сопровождении сторожа оказались в склепе. Натренированные глаза Адалин быстро привыкли к темноте. Она бегло оглядела помещение, не упуская ни одной детали и, высмотрев письмо, украдкой пнула Сарвенте по сапогу, надеясь, что он проследит за ее взглядом. 

Кладбище   Адалин решила остаться чуть позади Сарвенте. С разговором у него лучше получится. А она тем временем могла с некоторого расстояния изучить замок склепа, прикидывая какие отмычки использовать, если все же сторож не расщедрится на ключ. Впрочем, девушка почти не сомневалась, что маг сумеет добиться желаемого. Он, как и Руфус, неплохо умел располагать к себе людей. Если бы все благородные были такими, может она и не относилась к ним с явной неприязнью и не ждала подвоха в каждом взгляде. 

Таверна "Розовый пони" - Склеп   — Идея сходить в склеп мне нравится, — добавил он уже тише. — Если что-нибудь найдём, то это послужить либо товаром, либо аргументом в пользу того, почему она должна нам помочь. Закончу с завтраком и сразу отправимся? Наших тоже стоит предупредить, кого сейчас можем   С планом Сарвенте Адалин согласилась и, пока он завтракал, боролась с собой, все так же украдкой глядя на десерт. Она не ела сладкого с Монтсиммара, а сливок и того дольше. Дорого! Не стоят того развлечения и вкусности, лучше пустить деньги на полезное. Но смотреть на то, как Сарвенте запускает ложку в воздушное сладкое облако было решительно невыносимо. В итоге жадность не устояла перед соблазном и Адалин выложила драгоценные пятьдесят монет и забрала свою порцию вкусненького.    Трата стоила того. В конце-концов, не такая уж пустая она оказалась — куда как лучше работать в хорошем расположении духа.    Закончив с завтраком, они на минуту остановились возле столика Эльсы и Виктории. — У нас тут задание от Холта, — сказала Адалин девушкам, попутно подтягивая ремень переброшенный через грудь. Тот, на котором крепился арбалет. — За сегодня может управимся, так что до вечера.    Они вышли в уже посветлевшее утро. Солнце едва светило, то и дело прячась за облаками, но и такого робкого и едва заметного тепла и света хватило, чтобы наваливший за ночь снег начал таять, превращаясь в отвратительную серую кашу. На дороге и вовсе была грязища с глубокими бороздами от тележных колес. Благо, до кладбища идти было не далеко, а смотритель уже расчистил мощенные тропинки, протянувшиеся между надгробий.    Кладбище, как и город, было маленьким, так что нужный склеп они искали не долго.    - 50с за десерт

Таверна "Розовый пони"   Едва Сарвенте спустился в зал и сел завтракать, Адалин, не теряя времени, переместилась за его с Зиндерманном столик. Первой мыслью было поговорить с магом наедине, но она отмела ее, решив, что Зиндерманн такой же член "Скорпионов" и наемник сопротивления, как остальные, так что и скрывать от него нечего.    — Доброе утро, — поздоровалась Адалин и протянула Сарвенте записку с кратким описанием мисси. — Тут Холт только что приходил. Сказал, что для нас двоих, как для "Скорпионов", есть задание. На бумажке все подробности написаны.    Пока она ждала Сарвенте, успела немного поразмыслить над миссией и поняла, что к вранью ради информации ей хочется прибегать в последнюю очередь. Даже если ей не придется говорить, риски облажаться были высоки. Адалин привыкла действовать другими методами, более... прямолинейными. Воровством, угрозами, шантажом или подкупом. Если угрозы и шантаж она временно отмела, как вариант на крайний случай, то подкуп... Возможно, существует такой "товар", за который Латур продаст своих заговорщиков. — Что думаешь? Может сначала в склеп? Если дочка ее не сама умерла, а... ну ты понимаешь, то у нас будет чем торговаться, — сказала Адалин Сарвенте, когда тот закончил читать. Вместо того, чтобы смотреть на мага, она то и дело бросала взгляды на стоящий перед ним фруктовый десерт, так соблазнительно украшенный взбитыми сливками. — А это что такое? Это тут продается?

Таверна "Розовый пони"   — Еще я буду время от времени заглядывать сюда, так что если дело не особенно срочное, просто подожди меня здесь   — Все поняла. На счет задания в смысле. Работаем как "Скорпионы", перед Латур не палимся. Я передам Сарвенте. Он в... переговорах опытнее меня, думаю сможет найти к ней подход, — ответила Адалин.   Было еще кое-что, о она могла поговорить только с Холтом, но девушка решила отложить это до вечера. Вопрос несколько... личный, а личное очень плохо сочеталось с работой. Особенно в ее случае. Тем более при мысли о задании к горлу и так подкрадывалась легкая паника. Они с Сарвенте должны придерживаться одной линии в разговоре с Латур. А значит — оба сыграть свою роль убедительно. Только вот Адалин прекрасно понимала, что актер и лжец из нее как из паралитика вор.    Но она что-нибудь придумает. Должна придумать. Не одна, так вместе с Сарвенте.    — А. Да, ты же хотел спать, — вспомнила Адалин, подняв взгляд на Холта. Ее палец прекратил стучать по столу и теперь выводил на нем сложные узоры, слегка царапая дерево. — Спокойной ноч... дня. 

Таверна "Розовый пони"   — Вашей задачей будет найти этих заговорщиков и привести их к Бутчеру. Желательно живыми, но если придется, поступайте так, как считаете нужным, — намекнул он и поднялся. — А мне нужно немного поспать.   Адалин не рассчитывала, что новое задание Холт ей выдаст на следующий день после прибытия в город, потому была приятно удивлена. Значит, все еще доверяет даже после случая с лириумом? Или же кроме нее нет подходящих исполнителей? Увы, агент слишком хорошо скрывал свои эмоции и намерения, потому оставалось только гадать, но заниматься этим она не хотела. В первую очередь нужно думать о работе, а не об отношениях с Холтом.    Прочитав письмо несколько раз, Адалин аккуратно сложила его и убрала во внутренний карман — для Сарвенте. Пока что выходило, что его хорошо подвешенный язык будет кстати. Потому что сама девушка сомневалась, что у нее хватит хитрости и ума, чтобы втереться в доверие этой Латур и узнать что-то про предателей.   — Стоит ли действовать от лица "Скорпионов"? Твоему другу такие связи не повредят? Или лучше провернуть все по-тихому? — уточнила Адалин, рассеянно постукивая по столу ногтями. Она хотела предупредить возможные ошибки заранее. По крайней мере те, о которых могла подумать. — И еще, где я могу тебя найти? На случай необходимости? Или ты не можешь сказать?

Трактир "Розовый пони"   В отличие от Виктории, которая заснула практически сразу, Адалин как всегда не спала. Она глядела на дощатую крышу над головой, безотчетно силясь разобрать оттенки в тени и пересчитать доски одну за другой, но каждый раз сбивалась, отвлекаясь на что-то еще. То шерстяное одеяло щипало открытые руки и шею, то острый кончик пера в подушке колол затылок, то дыхание соседки казалось слишком громким в ночной тишине. А еще будто бы чего-то не хватало.   Сначала она думала, что все дело в ставшем привычном завывании ветра и шелесте веток, запахе леса и костра, но представив себя в палатке, поняла, что дело в другом. Она скучала по тихим и мелодичным молитвам Холта, напоминавшем ей о потерянном доме. К тому же пока он был рядом, Адалин чувствовала себя самую малость безопаснее, потому что могла положиться не только на свое чутье и уши. Но о том, что за скукой этой притаилось одиночество, она предпочла не думать.   Кое-как провалиться в сон получилось только после того, как Адалин начала читать про себя отрывки из Песни Света, те самые, которые слышала от Холта. Об упражнениях Руфуса она тоже не забывала. Но все это лишь немного помогало успокоиться и сомкнуть глаза. Девушка все равно просыпалась несколько раз за ночь, с колотящимся будто в горле сердцем и оледеневшими пальцами. Ее будили то тихие шаги кого-то из постояльцев, то скрип лестницы, то шорох над головой, на чердаке. И каждое пробуждение сопровождалось затаенным чувством ожидания опасности, вколоченным в нее отцовским ремнем.      Утро выдалось темным и пасмурным. Не удивительно, ведь Адалин проснулась до позднего зимой восхода солнца. Наскоро умывшись и приведя себя в порядок, она спустилась вниз. Махнула Эльсе, сидящей за одним из столиков, заказала еды и устроилась возле окошка. Свет из окон, падая на укрытый сугробами двор, отражался от снега, вырывая из мрака и забор, и покосившуюся лавочку возле, и небольшое голое деревце, чьи ветви свисали едва ли не до земли. В этих островках света медленно падали снежинки, кружась на легком ветру и поблескивая брильянтовым блеском.    Адалин смотрела на них, как завороженная, пока не очнулась, услышав подошедшую служанку, которая поставила перед ней тарелку с едой.    -30с за постой

Кладбище   Несмотря на то, что маг не пытался колдовать, Адалин спускаться не спешила, слушая, наблюдая и недоумевая, зачем вести с дерзкими и наглыми подростками долгие разговоры, если можно прогнать взашей так, что бы больше и не подумали возвращаться.    А потом поняла, что сила тут не сработает. Это бездомные и приютские на рожон не полезут, если в победе не уверены, да и привыкли получать по хребту от старших, так что на глаза потом не показываются. А эти ребята домашние, из хороших семей. За них есть кому заступиться и если их родители из знати, "Скорпионам" только лишних проблем добавиться. И угрозы потому не сработают. Их главарь ясно понимает, что в жизнь их приводить наемникам себе дороже. Так что гнать не выход. А убедить... может и получится. 

Кладбище Чутье не подвело и призраков на кладбище действительно не было. Только шумные подростки и пугало в белом платье. Неплохой план — испугать старика нечистью, чтобы точно не сунулся, а самим веселиться и пить в свое удовольствие. Только вот ребята не подумали, что и на "нечисть" можно найти управу. Но это ничего. Адалин и сама с приютскими лазила куда не следует. И на кладбища иногда, и в огороды, и в чужие дворы случалось. Получала по шее от стражи или хозяев, но впредь была умнее.  И эти может научатся так глупо не попадаться.    Члены отряда вышли из укрытий, окружив ребят. Опасными они не выглядели, да и что могут подростки против семи наемников? Но спускаться Адалин не спешила, лишь неслышно подвинулась на ветке. Сейчас она нависала прямо над магом — единственным, с кем стоит быть осторожной. Этот со страха может начать колдовать, и кто знает, что за заклинание придет ему в голову. Он может как телепортироваться, так и спалить тут все. Потому Адалин внимательно следила за его движениями, готовая при малейшем сиянии магии на его пальцах спрыгнуть вниз и заломить ему руки.    К тому же, от нее все равно никакого толка в разговорах. Разве что своим мрачным видом пугать. Как то тряпичное приведение, но не белое, а черное.