Thinvesil

Оно замирает, не успеваете вы опомниться, будто и не было оно никогда живым, а всю жизнь оставалось бездумной и бессловесной статуей в саду. Медленно поворачивает шарнирную голову, словно внимательно изучает вам взглядом, при том, что глаз у него нет вовсе, только декоративные выемки на том месте, где у людей лоб встречается с переносицей и глазницами. А потом щёлкает садовыми ножницами. Щёлк-щёлк.   - Ой-ой... - Дамиану оно не понравилось. Очень не понравилось. Но он старался не показать вида - вдруг у них еще были шансы на мирный исход. - Не думаю, что здесь встречают гостей с чашечкой чая - с такими-то руками. 

Дамиан наклонился и понюхал маргаритку. Будь парень хотя бы немного умнее, он бы задался вопросом, действительно ли чья-то заботливая рука ухаживает за местной лужайкой (в отличие от запустелого сада Хетти) или эта лужайка изначально появилась в таком виде, но его заинтересовали только сами цветы.    - Подождите, давайте идти все вместе, - окликнул он, нагоняя, Евангелину и Бени с Уиллом, с которыми уже успел познакомиться. Сорвав маргаритку, он заложил ее за петлицу кожаного камзола и в пару прыжков нагнал компанию. - Такой странный стук. Может, феи превратили старушку Хетти в дятла? - предположил Дамиан, который как и все городские мальчики, знал только то, что дятлы стучат, но, разумеется, ни разу не слышал птицу в живую. 

Меня чет поплющивает, Дамиан попозже очухается. ((

2: Сила, Ловкость, Тело +1. 3: Ловкость, Тело, Харизма +1.

Это прибавка или уже итог?

Я все-таки буду. Во сколько примерно ждать открытия игры? Ну хотя бы общее время суток: утро, вечер?

ну так и выводи себе перса. Зачем требовать завершения всей игры? Борн выше верно написал, а ты тупо плюешь на остальных.

Говори за себя. Хочешь выводить перса - выводи сама. При чем тут мастерский эпилог и игра? 

Хорошо.

Присоединяюсь к Селене и Борну. Хочется размотать историю до конца. Пусть даже и в меньшем составе.

Извините, я, наверное, не буду играть. Запись пока оставлю, но вряд ли будут время и силы на это. Простите, что подвела. ((

Дом Джима и Летики. Через три месяца после возвращения из Мандрагоры Теплый апрельский ветер заметал остатки утреннего тумана. Редкие прохожие сюда не заглядывали, а обитатели улицы еще спали, так что Руперт почти ничем не рисковал. Почти. Он еще раз взглянул на водосточную трубу, оценивая, выдержит ли она его вес. Всего лишь второй этаж, но падать, если что, будет не только больно, но еще и сконфуженно. Виданное ли дело - барон, вообразивший себя домушником! Да, это был риск. Не то же самое, что принести голову дракона, да и принцесса вполне могла, приняв его за вора, запулить чем-нибудь болезненным или смертельным, однако дух авантюризма и романтизма подстегивал юношу, не оставляя возможности для отступления. Сунув букет ландышей в зубы, вон Витце принялся взбираться по водосточной трубе к желаемому окну. Немного запыхавшись и один раз чуть не сорвавшись, он все-таки перевалился через подоконник и застыл, оглядываясь в поисках Летики. Два месяца в общем-то небольшой срок. Со стороны для Летики ничего не изменилось с отъездом Руперта, кроме прогулок, на которые теперь она отправлялась не каждый день, и чаще всего одна. Вот только себе самой магесса могла признаться - эти два месяца показались ей длиннее предшествующих двух лет. Видеть Руперта каждый день, чувствовать его тепло, нежность, вкус поцелуев... Она скучала по нему, и вечером перед сном долго сидела у окна, где-то глубоко внутри желая увидеть знакомый силуэт в леденцово-желтом свете фонарей. Это апрельское утро ничем не отличалось от остальных. Привычно поднявшись на рассвете, Летика какое-то время бездумно смотрела в окно, на укутанные туманом улицы и гаснущие фонари. Еще один день. Открыв окно, впуская в спальню весеннюю прохладу, магесса ушла в ванную комнату. Утренние процедуры немного затянулись, глядя в зеркало, Летика ушла в свои мысли, бездумно расчесывая гребнем влажные волосы. Шум в спальне мгновенно вырвал ее из омута мыслей, в серых глазах мелькнула сталь. Накинув халат, она переступила порог комнаты - и тут же увидела у раскрытого окна силуэт в серой утренней дымке. Вскинувшаяся было ладонь замерла в воздухе, нет, портить свою комнату Летика не хотела. Что ж, поступим иначе. Тихое слово, легкий щелчок пальцев - и комнату озарил яркий свет... - Руперт! - слова, сорвавшиеся с губ следом, вряд ли приличествовали ли леди. Зато сорвались они, а не молния. Оказаться рядом в несколько шагов, обнять, ни на миг не задумавшись о том, что на ней лишь халат, насмешливо взглянуть в янтарные глаза: - В следующий раз сперва подумай о том, что обугленный костюм тебе не пойдет, - тихо произнесла она. - Ха, костюм! Меня могли изрешетить пулями какие-нибудь констебли - стал бы дырявым, как ситечко. - Продолжая одной рукой обнимать девушку, он протянул ей букет. - Только вчера прибыл. Очень поздно, к сожалению, все лавки были уже закрыты. А сегодня был не в силах ждать - пришлось пробежаться по Риджентс-парку и немного заняться хищением достояния Короны. - Молодой барон был явно доволен собой. Не то чтобы его тянуло к карьере вора, но чтобы купить дорогой букет, особых усилий не нужно, а сорванный собственноручно и с риском для шеи казался более романтичным вариантом. - Я подумал, что эвтанатос, возможно, оценит красоту трупиков диких цветов. Летика рассмеялась, принимая букет. Подалась вперед, нежным касанием целуя мужские губы: - Ты невозможен. - Она с удовольствием понюхала ароматные цветы, любуясь их хрупкой красотой. - Эвтанатос не ценят смерть ни в каком виде. Просто принимают как окончание одного пути и начало нового. - Улыбнувшись, Летика вновь коснулась его губ своими. - Но цветы мне нравятся, спасибо. - Отстранившись, девушка ненадолго исчезла в ванной, вернувшись уже с бокалом, в который, за неимением под рукой вазы, поставила букетик ландышей. Бокал с цветами занял место на туалетном столике, а Летика, накинув на кровать покрывало, увлекла Руперта на софу, опускаясь рядом с ним. - Как твоя поездка? Все удачно? - О, все прошло замечательно! - Сложив в замок руки за головой, Руперт откинулся на спинку софы и уставился в потолок, деликатно делая вид, что не замечает соблазнительного одеяния девушки. Интересно, она нарочно его дразнит или так рада видеть, что забыла об этом факте? - Я бы даже сказал, чудесно. Точнее так бы сказал Его Преосвященство Ролан, ведь это настоящее божье чудо, когда Господь не только возвращает скорбящим чадам единственное дитя, но божественной своей дланью дарит наследника. Кто бы мог подумать, Летика, что он будет именно тем, кто поможет мне занять законное место! Однако же после нескольких часов, проведенных в беседах с глазу на глаз, Ролан уверовал в чудо. Руперт слегка повернулся, чтобы взглянуть магессе в глаза. Он пока не спешил давать объяснения, однако озорной блеск, мелькающий в янтарных глазах, явно указывал на то, что за этим скрывалось нечто занятное. На самом деле Летика просто не придала значения тому, что на ней надето. К тому же халатик был довольно плотным и достаточно длинным. Впрочем то, как старательно Руперт отводил взгляд, тоже сделало свое дело - улыбнувшись, девушка ненадолго исчезла из спальни, вернувшись уже в домашнем персиковом платье без ворота. Правда, по-прежнему босиком. - И что же ты ему сказал, чтобы он уверовал в божественное чудо? - Летика забралась на софу с ногами, прильнула к мужскому плечу, чуть насмешливо глядя в янтарные глаза. Руперт усмехнулся. Да уж, кто был хотя бы немного осведомлен о его отношении к Ролану, не поверил бы в такую покладистость, но немец, к счастью, был достаточно осторожен, чтобы домашние ни о чем не заподозрили. - Я немного поиграл с его разумом, - признался Летике молодой аристократ. В новом платье она была чудо как хороша, мягкий и женственный цвет оттенял темные волосы. Вон Витце полуобернулся, подогнув под себя одну ногу и, прислонив голову к высокой спинке, продолжил рассказ. - Чудо Господне изменило нашего благочестивого Ролана. Теперь это совсем другой человек. Он достиг озарения, близкого к святости. Отказался от сана и всего имущества, узрел свой истинный путь в том, чтобы помогать нуждающимся и убогим, погрузился в нестяжательство и смирение. - Руперт улыбнулся, порадовавшись про себя, как удачно все вышло. Беседы с Эндрю и попытки постигнуть образ мыслей и взглядов священника дали свои плоды. - Разумеется, я не стал трогать его память. Теперь, с открытыми заново глазами, с новой парадигмой мировоззрения, он понимает, насколько был грешным и плохим человеком. Ему придется всю оставшуюся жизнь искупать то зло, которое он причинил мне, моей семье и своим прихожанам. - Ну, с этим чудом мне все понятно, - с тихим смешком Летика опустила голову Руперту на плечо, на миг поймав себя на мысли, что готова тихо мурлыкать, как Герда, так хорошо ей было сейчас. - Меня интересует, как твои родные приняли твое воскрешение и чудесное исправление природы твоего тела. Или об этом знали только твои родители? Руперт обнял магессу и чуть притянул к себе, чтобы полнее ощущать ее рядом. Взяв свободной рукой тонкую девичью ладонь, он нежно поцеловал кончики пальцев. - На семейном совете решили, что лучше это не афишировать для посторонних, ибо те, чья вера слаба, могут и усомниться. Я не уверен, поверили ли они сами или только сделали вид, но все-таки приняли. Отец согласился с моим предложением использовать магию на знакомых, чтобы подкорректировать воспоминания обо мне, так что я склоняюсь ко второй версии. Папенька вовсе не глуп и понимает, что наследник мужского пола гораздо лучше для рода, в котором одни только дочери. Видишь ли, несмотря на то, что женщина может унаследовать титул и владения, это все перейдет в последствии к ее мужу и ее род прекратит свое существование. Вольется в другой. А ведь у меня только сестры, мать уже не в том возрасте, чтобы снова кого-то планировать, да и не факт, что получится, а дядя Рудди - вдовец и жениться снова не собирается. - Руперт смущенно улыбнулся волшебнице. - Можно сказать, это чудо дало шанс нашему роду выжить и успешно продолжиться. Так что, конечно же, отец не в том положении, чтобы быть против. Нежный поцелуй коснулся ее пальцев, вызвав на губах улыбку. Вот только серые глаза не улыбались, задумчиво скользя взглядом по комнате. Для Руперта ситуация разрешилась наилучшим образом. А для нее самой? Летика тихо вздохнула, поднимая голову. - Значит, ты снова барон, будущий граф и наследник земель, лесов и сёл? - Серые глаза смотрели в переливающиеся янтарные, так напоминающие живое пламя. - А как твои родные посмотрят на то, что чудесным образом вернувшаяся надежда рода свяжет себя с магом смерти без рода и титула? Янтарные глаза широко распахнулись; в груди перехватило дыхание. Он не ослышался? Руперт ожидал чего угодно, воображение не раз рисовало, как Летика отказывает ему, потому что он недостаточно хорош или по какой-то своей причине, но чтобы она сама об этом заговорила? Такого он точно не ожидал. - А ты бы... связала? Нет, не так! - Молодой барон резко вскочил и, встав лицом к Летике, опустился перед ней на одно колено. Рука нашарила в кармане коробочку. - Дорогая Летика, - торжественно произнес он, протягивая ей кольцо. - Окажешь ли ты мне честь стать моей законной женой? Боже, неужели он это сказал? Так трудно было решиться, он так боялся получить отказ, что даже не представлял, как это будет - и вот теперь, в этот самый момент, решалась его судьба. Серебряное колечко с крупным круглым сапфиром, обрамленным россыпью бриллиантов, образующих многолучевую звезду, покоилось на мягкой подушечке в латунной шкатулке, украшенной витиеватой чеканкой. Кольцо выглядело немного громоздким и старым, по всему ему была не одна сотня лет, но камни сияли чистотой и благородством, ничуть не пострадав от влияния времени. Кольцо. Для нее. Замерев, Летика протянула руку, едва уловимо скользнула кончиком пальца вокруг крупного сапфира. Ощущалось в этом кольце что-то древнее, незыблемое. Распахнутые серые глаза не мигая смотрели в янтарные: - Ты... серьезно, Руперт?.. - тихо выдохнула она наконец. Казалось, грудь сейчас разорвет от недостатка воздуха. Конечно, серьезно. Он бы не стал играть такими вещами. Глубоко вздохнув, пытаясь унять сошедший с ума пульс, Летика протянула Руперту правую ладонь: - Я... не против. - Наверное, она вся красная, судя по тому, как горят щеки. Наверное, мир сошел с ума. - Но это точно тебе не навредит? Честь рода и все такое... О, Боже! Она согласилась? Согласилась?! Медленно, словно ее пальчики были сделаны из фарфора, Руперт надел кольцо и, пока еще не поднявшись, уткнулся лицом ей в колени. Пара секунд. Ему нужна только пара секунд, чтобы перевести дыхание. Шелест юбок под его щекой. Ее юбок. Отдышавшись, вон Витце сел прямо на пол, бережно взял ее босую ножку, поцеловал и, прижав к груди, взглянул снизу вверх в серо-голубые глаза. - Ты не уронишь честь рода, Летика. Конечно, поначалу пойдут пересуды, но они быстро вытеснятся каким-нибудь скандалом в высших кругах. Или политикой. А что касается остального, - молодой барон улыбнулся. - Я видел множество знатных дам. И полных достоинства, и титулованных мелких склочниц - наследниц древнейших родов. Титул - это еще не все, и далеко не самое главное. Зато в тебе есть внутреннее благородство, умение держать себя, рассудительность и хладнокровие. Я не встречал никого, кто больше бы подходил на место хозяйки Лебединого замка. Я полностью уверен в своем выборе. Теперь пылали не только щеки, казалось, она горела вся, словно в кругу инферно. И зря спустила ноги с дивана. Этот невозможный мужчина, казалось, стремился стать в ее жизни первым во всем. - Ну что ты делаешь... прекрати... - тихо выдохнула Летика, мягко отбирая у Руперта свою ступню и легко соскальзывая на пол, чтобы обнять, спрятать горящее лицо у него на груди. Наверное, Джим ждет ее к завтраку... но сейчас это не имело никакого значения. Прямо сейчас ничего не имело значения, кроме тепла мужских рук на талии, едва уловимого аромата парфюма от ткани под ее щекой и тяжести серебряного колечка на безымянном пальце правой руки. Руперт тихонько засмеялся счастливым смехом. Тонкие аристократические пальцы мягко погрузились в волосы любимой; он запечатлел нежный долгий поцелуй на ее каштановых локонах. - Я так боялся, что ты откажешь мне, - честно признался юноша. - Ты не представляешь, как я счастлив, что мои опасения оказались напрасны. Если бы ты не согласилась, мне пришлось бы всю жизнь провести в одиночестве. Рад, что это не так. - Ты слишком хороший, чтобы быть один. - Подняв голову, Летика улыбнулась Руперту, потянулась вперед, мягко коснулась его губ своими и отстранилась, устраиваясь в его объятиях, словно в кресле, укладывая голову на плечо и принимаясь разглядывать колечко. - Оно очень красивое. - Летика приподняла ладонь, любуясь искрами света в драгоценных камнях. - Семейная реликвия? - Сейчас, когда шторм внутри слегка утих, проснулось любопытство. - Что-то вроде того. - Молодой барон поцеловал кончик ушка магессы и покрепче прижал ее к себе. - По традиции оно передается от матери к старшему сыну, когда тому приходит время дарить его своей нареченной. Я уже думал, этот многовековой семейный обычай прервется, но мама дала его мне, когда узнала о моих намерениях. Уютно. Так тепло и уютно, и не важно, что они сидят на полу и легкий ветерок из окна путается в волосах... - Ты сказал маме... обо мне? - Летика приподняла голову, находя его глаза взглядом. - И... что ты ей сказал? - Я всем рассказал, - обрадовал ее Руперт и не сдержал улыбки. - И отцу, и матери, и кузинам, и дяде Рудди. Я сказал, что мне не нужна никакая другая жена, и что ты моя идеальная женщина. И еще сказал, что когда они с тобой познакомятся, то сами одобрят мой выбор, потому что труднее найти более подходящую молодую хозяйку для нашего замка. Дядюшка, кстати, на нашей стороне, ты произвела на него хорошее впечатление. Руперт аккуратно отодвинул каштановые локоны и оставил легкий поцелуй на шее у Летики. Все происходящее казалось ему дивным сном, и больше всего юноша боялся проснуться. Идеальная женщина. Жар снова опалил щеки. Ему так нравится ее смущать?.. До него подобное еще никому не удавалось. - Твой дядя мне тоже понравился, а еще он так мило звал тебя Руппи... - Летика чуть склонила голову, улыбнулась, погладила Руперта по щеке ладонью. - Идем вниз. - Мягко поцеловав его в губы, она поднялась, чуть озорно взъерошила соломенные пряди его волос ладонью. - Я даже поделюсь с тобой своим какао. - Серо-голубые глаза смеялись, глядя в янтарные, Летика протянула Руперту ладонь, чуть сжимая протянутую в ответ руку, на миг прижалась к мужской груди. Оставалось еще одно... - Руперт. - Взгляд посерьезнел, коснувшись его глаз. - Я не стану ревновать тебя к кому бы то ни было. Пообещай мне только одно - никакой постели и поцелуев с другими. Даже с Лили. Только дружба, без расширенного внимания. Я не делюсь своим. И буду принадлежать тебе только на равных условиях. Он прижал магессу к себе и внимательно посмотрел ей в лицо. - Знаешь, чего-то такого я и опасался (тоже), но думал, что подобные вопросы будут обсуждаться до того, как ты примешь решение, а не после. - Янтарные с теплым багрянцем, не изменили нежного выражения; голос был все таким же ласковым. Юноша едва заметно улыбнулся и поправил Летике выбившуюся прядь. - Я не против равных условий, это было бы только справедливо. Я ни словом и даже взглядом не упрекнул бы тебя в поцелуях и постели с другими. Главное - не провоцировать скандал и огласку, а в остальном я и так знаю, что никакие другие отношения не умаляют нашу любовь друг к другу. - Совсем короткая пауза, буквально на пару мгновений. Руперт постарался подобрать слова так, чтобы не обидеть любимую и не задеть. - Ты хочешь, чтобы я принадлежал только тебе? Как вещь? Я помню, пару месяцев назад говорила, что я не вещь, а человек. Что изменилось? Я хочу понять, Летика.. Разобраться, что я сделал не так. Летика усмехнулась, качнула головой. Он действительно не понимает... - Ты не вещь, Руперт, и я никогда не стану считать тебя вещью. Я готова принадлежать тебе - и при этом себя я вещью тоже не считаю. Что изменилось? - Летика подняла правую ладонь, демонстрируя надетое на нее кольцо. - Вот это. Ты владеешь моим сердцем и моими мыслями, но при этом я не перестаю быть собой. - В серо-голубых глазах появилась нотка далекой печали. - Прости, я не успела обсудить это раньше. Твое предложение было слишком внезапным... А потом я подумала о твоих словах про дружбу с возможностями, и что для тебя может стать неожиданностью то, что для меня в порядке вещей. - Она качнула головой, коснулась его лица кончиками пальцев. - Ты мне очень дорог, Руперт. Но, соглашаясь стать твоей женой, я не хочу делить тебя с другими женщинами. Если же для тебя это неприемлемо... - Голубизна в серых глазах почти пропала, словно безоблачное небо затянули облака. - Мои чувства к тебе не изменятся, но мы останемся только друзьями. С поцелуями, но без возможностей. - Усмешка тронула губы. - Мне другие мужчины не нужны. И я думала, что искренне любящему мужчине нужна лишь одна женщина. Тебе будет мало меня одной?.. Вздохнув, Руперт медленно покачал головой. Он понял Летику, по крайней мере, в общих чертах, хоть и не понимал логики происходящего, но вот поймет ли она его? - Дело не во мне, Летика. - Мужские руки нежно, но крепко держали ее за талию, словно боясь выпустить и потерять. - Я никогда не ставил интимную близость выше других более важных вещей, и когда я с тобой, для меня остального мира не существует. Но проблема в последствиях. Понимаешь... Лили... - он глубоко вдохнул, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы объяснить ситуацию. - Я не знаю, почему она так ко мне привязалась, но она человек с изувеченной потерями душой. Близкие, важные люди удерживают ее от того, чтобы не загубить и не уничтожить свою душу окончательно, а потери бьют так, что потом от них не оправиться даже в следующей жизни. Поверь, я знаю, я видел это лично, наблюдая это все через магию Разума. И я знаю, что близость очень важна для нее, для того, чтобы удержаться, словно на спасательном круге. И если я скажу ей, что этого больше не будет - такой удар будет не просто горьким и болезненным, он ударит по ее душе. А я этого не хочу. - Руперт явно был огорчен и обеспокоен тем, что происходило с его другом, но голос его был полон решимости. - Я знаю, что рано или поздно она в конце концов уничтожит себя. Не в следующей жизни - так спустя несколько. Но пока я жив, я хочу этому помешать. Я люблю тебя, Летика, только с тобой я хочу разделить свое будущее и семейную жизнь, но я не могу строить личное счастье на пепелище чужой души. Эта близость нужна моему другу, а я не хочу, чтобы друзья платили собой за мое счастье. Они и так слишком много отдали, чтобы меня вернуть. И ты отдала. - Молодой барон вновь устремил взгляд распахнутых янтарных глаз на волшебницу. В них плескалась целая гамма чувств: мольба, надежда, страх, любовь, и еще что-то, почти не узнаваемое. - Я не хочу тебя потерять, любимая. Ты - счастье всей моей жизни. Никакая другая близость не умаляет моих чувств и мыслей к тебе. Поверь, это не изменит глубины моих чувств и того, что ты для меня очень важна. И никакая другая женщина не заменит тебя в моем сердце. Но я не могу ставить свое счастье выше друзей. Я не смогу жить с осознанием, что предал из ради своих интересов. Пожалуйста, Летика... Не лишай меня этого. Не лишай меня возможности быть с тобой до конца своей жизни, со своей любимой супругой. Я прошу тебя. Неужели он ее потеряет? Руперт отказывался в это верить. Он гнал эти мысли прочь, чтобы не расклеиться прямо при ней. Он пытался держаться и отчаянно цеплялся за надежду на то, что она поймет. Нет, насчет безоблачного счастья она определенно поспешила. И мысль об этом неприятно царапала душу. - Лили давно не ребенок. И у нее есть Эндрю, - негромко произнесла Летика, разворачиваясь и глядя в окно. Пальцы левой руки задумчиво теребили кольцо на правой. Некстати вспомнилась Африка и его "моя маленькая" обращенное к Лили. - Но, если это так важно для тебя... я бы, наверное, могла потерпеть. Какое-то время. - Она обернулась, находя глаза Руперта взглядом. - До свадьбы. Ведь ты же... - серые глаза потемнели, напоминая грозовые тучи. - Ты же не собираешься приглашать ее остаться? Поехать в твой родовой замок вместе и устроить семью на четверых - ты, я, Лили и Эндрю? Брови Руперта удивленно взметнулись вверх. - Нет, это определенно лишнее. Возможно, она бы могла приезжать иногда в гости, но что ей делать в нашем фамильном замке? Лили, конечно, мой друг, и я вовсе не против гостей, но все-таки это не семья. Правда, я не уверен, что проблема со временем рассосется, и она перестанет испытывать потребность в моем внимании, - протянул Руперт с некоторым сомнением в голосе. Ослабит ли время чувства и страхи нефанди? Он не был уверен. Скорее всего, что нет. - Лили очень странная, у нее какие-то болезненные привязанности, из-за которых она становится уязвимой. Это-то и плохо. И это меня пугает больше всего, Летика, а вовсе не то, что я не смогу скакать по чужим постелям. А что касается Эндрю, то у меня на него большие планы,связанные с нашим приходом. О лучшей замене Ролану я и не мог бы мечтать. - Юноша озадаченно посмотрел на Летику и решил на всякий случай уточнить. - Я его тоже люблю как друга, но между ничего такого нет. Просто я хочу, чтобы у нас наконец был нормальный священник, думающий о пастве, а не о набитых карманах. Может быть, даже найду ему достойную жену в пару, чтобы скрашивала его быт и растила с ним общих детей. Надеюсь, у меня получится его как-то уговорить. - Болезни надо лечить. Как и душу. Я хорошо отношусь к Лили, но не стану делить тебя с ней всю оставшуюся жизнь. - Летика с тихим вздохом качнула головой. - Да, возможно это эгоистично с моей стороны, но неужели я так много прошу? А Эндрю... полагаю, он ее любит. И вряд ли захочет жениться на другой. Если он вообще хочет жениться. - Развернувшись, девушка отошла к распахнутому окну, облокотившись на подоконник, обнимая себя руками за плечи. Флёр романтичного утра разбился о жестокую реальность, напоминая, почему она не любит сказки. Руперту стало горько и больно. И вовсе не потому, что Летика ставила ему какие-то там условия. Ради нее он был готов расшибиться в лепешку, но и принести в жертву друзей он не мог. Юноша тихо подошел к магессе и робко обнял ее со спины, опасаясь, что она его оттолкнет. - Может быть, мне удастся как-то вылечить это. Или хотя бы сгладить. Или чем-нибудь заменить. Я постараюсь. Пойми, ты единственная женщина, которая есть в моем сердце. Моя женщина. Но я не хочу стать причиной гибели друга. Я вообще не хочу допускать гибели друга, если уж на то пошло. Это не моя личная прихоть и не каприз. Это вопрос жизни и смерти души. Но я не хотел бы губить ради этого нашу жизнь. Обещаю, тебе не придется чувствовать себя так, будто меня отбирают. Я всегда буду твой. Что бы ни случилось, ты всегда будешь женщиной моего сердца, Летика. Я говорю чистую правду. Его не оттолкнули. Тонкие ладони спустились вниз, накрывая обнимающие руки. Горечь не ушла, но ее стало немного меньше. - Я подожду, - не поворачивая головы, тихо отозвалась Летика. - Надеюсь, у тебя получится что-то придумать. Прости, но я не могу иначе. - Пальцы ласково погладили предплечье мужской руки. - Это что-то внутри... Думая о тебе и ней, о том, что вы вместе, я чувствую странное опустошение, и не могу его объяснить. - Она развернулась и, наплевав на раскрытое за спиной окно, поцеловала Руперта в губы. - Кольцо не верну. Оно мне нравится. Руками, обвивавшими ее талию, он еще нежнее прижал девушку к себе. Опустошение. В общем-то он понимал Летику. И мысль о том, что он является причиной тому, что любимой женщине приходится такое терпеть и переживать, причиняла невыразимую горечь. Она такого не заслужила. Если бы все упиралось только в него, он без раздумий бы перевел отношения в более сдержанные, но немец знал, что для маленькой нефанди это будет жестокий удар - слишком сильно она успела к нему привязаться, слишком больно ранила бы потеря. И самым страшным было то, что эти потери отзывались в ее душе, жизнь за жизнью оставляя служительнице Жаждущего глубокие раны. Руперт считал, что во всем виноват был Жаждущий, но говорить об этом Лили было бы откровенной глупостью. Во всяком случае, пока он не разберется, как ей помочь. Он должен найти какой-нибудь выход. Придумать какую-нибудь альтернативу или другой способ сделать так, чтобы обеим девушкам было хорошо. Руперт взглянул в серо-голубые глаза любимой. Она все же решила дать ему шанс. Да, он будет искать. - Тебе все равно пришлось бы потом передать его нашему старшему сыну, - улыбнулся юноша. - Если, конечно, будет, кому. - Стараясь не думать о грустном, он нежно провел пальцами по ее щеке. Взгляд на миг задержался на каштановых локонах; за окном блеснул лучик солнца. - Ты, наверное, проголодалась уже? Может, приказать подать завтрак сюда, чтобы подольше побыть только вдвоем? Джим никуда не денется, позже с ним пообщаюсь. - Уверена, что будет. - Улыбка тронула губы, в сером тумане глаз проявились голубые искорки. На пару мгновений крепко обнять, прижаться к груди - и отстраниться, вновь улыбнувшись его заботе: - Да, надо бы и позавтракать уже. - Завладев ладонью Руперта, Летика увлекла его прочь от окна, мягко толкнула ладонями на софу, наклонившись, чтобы коснуться его губ своими и тут же отходя к кровати. Из-под которой минутой спустя извлекла домашние туфли. - Сиди здесь. - Тонкий пальчик ткнулся в мужскую грудь, Летика улыбнулась, вновь наклоняясь для мимолетного поцелуя. - Я сейчас все принесу. - Сижу. - Если бы Руперт был псом, он бы вильнул хвостом. Чуть хихикнув набежавшей забавной мысли, он следил за Летикой, ловя каждую секунду ее присутствия. - Я готов дожидаться хоть вечность, но лучше возвращайся поскорее, ладно? Тихо рассмеявшись, Летика выскользнула из комнаты, возвращаясь обратно уже десятком минут спустя, с подносом, заставленным тарелками, чашками и чайничками. С какао, с чаем, с молоком. Вопреки собственным словам, она принесла завтрак на двоих. - Вот. - Передвижной столик оказался весьма кстати, и Летика осторожно опустила на него поднос, придвигая столик к софе. - Думаю, после физических подвигов рыцарю тоже не помешает плотный завтрак. Завтрак с любимой женщиной. Как ему не хватало этого, особенно, в последние пару месяцев. Руперт уселся рядом поудобнее и решил поухаживать за своей дамой. - Что предпочтешь: какао или чай? - Он оценивающе посмотрел на гору еды и напитки. - Надеюсь, я никого не лишил утренней трапезы? - Нет, не лишил. - весело рассмеялась Летика, мягко целуя Руперта в щеку. Но говорить, что она посчитала утреннюю яичницу с беконом и колбасками и легкий салат недостаточным, и сделала несколько бутербродов с сыром и тосты, прихватив к ним джем и сливочное масло, не стала. Как и то, что шоколадный пудинг был оставлен до обеда. - Я буду какао. Чай для тебя, даже молоко есть. - Желание женщины накормить своего мужчину порой не знает границ. - Какао тоже на двоих хватит, не переживай. - Девичья ладонь на долю секунды накрыла мужскую. - Какие у тебя планы на день? - Летика задумчиво следила, как льется в чашку шоколадная струя. Она не хотела, чтобы Руперт уходил. Даже ненадолго. - Что ж, я прибыл только вчера, и довольно поздно. Успел осмотреть новый дом - и на этом все. Я планировал заявить о своем прибытии друзьям и некоторым деловым партнерам, а потом заняться собственным обустройством. - Руперт разлил какао и принялся намазывать для своей дамы тосты. - Но это только приблизительный план, его можно скорректировать. Из важных дел - проведать Эндрю с Лили и сообщить новости, встретиться с поверенным и отправить письмо домой об успешном прибытии. А почему ты спросила? У тебя есть по этому поводу какие-то мысли? - Юноша немного помялся, словно сомневаясь, стоит спрашивать. - Я знаю, что жить в одном доме с невестой до венчания неприлично, но с другой стороны, я бы хотел проводить больше времени вместе. - Он шумно выдохнул, воспитание в таких вещах только мешало. - Я не хочу бросать на тебя тень, Летика. И будет правильным, если ты останешься жить здесь. Но моем доме полно свободного места, я специально поставил задачу с учетом своих новых требований. В общем, решать тебе. Отложив намазанные для Летики тосты на блюдце, Руперт придвинул к себе тарелку с яичницей. Значит, она узнала о его возвращении одной из первых. Такая малость, но на душе стало теплее. Улыбнувшись, Летика взяла креманку с салатом, придвинула к себе блюдце с намазанными для нее тостами и сделала первый глоток какао, принимаясь завтракать. - У меня? - Серо-голубые глаза улыбнулись янтарным. - Я бы хотела погулять, за городом сейчас очень красиво, наверное. Но прогулку можно и отложить, природа никуда не денется. - Откусив и прожевав кусочек тоста, Летика запила его какао, взгляд ненадолго ушел к окну, потом вернулся, пройдясь по мужской фигуре, оглядывая стол... Жить в одном доме. Над этим она обязательно подумает. - Меня не волнуют людские слухи, и я бы переехала к тебе, Руперт, но мне нужно подумать. - Летика чуть улыбнулась, целуя парня в щеку, - Не хочу оставлять Джима одного, я люблю его, как брата, и мне нравится о нем заботиться. Так что еще какое-то время я поживу тут. - Скользящая по губам улыбка стала лукавой. - Но буду часто приезжать к тебе в гости. Руперт в это время как раз пережевывал кусок яичницы, и вместо ответа ласково боднул ее головой в плечо. Наконец, закончив с этим куском, он склонился к самому ушку и прошептал: - Нам нужно больше времени проводить вместе. Я очень скучал все эти месяцы. - Жаркий и голодный взгляд в полной мере выдавал масштабы этого "очень". Чуть смутившись, юноша снова занялся яичницей, отрезая кусочек. - Давай сегодня поедем ко мне. Выберешь себе комнату, чтобы была только твоя. Сама решишь, когда переезжать, когда ночевать, или просто отдохнуть посреди дня. Как тебе такое? Обставишь по своему вкусу, как пожелаешь. - Какое интересное предложение. - Летика облизнула губы. - Мне оно нравится. Ты только имей в виду...- Наклонившись, она мягко коснулась губами его скулы, рядом с ухом. - Что делить с тобой постель я буду только после свадьбы. - Кончик язычка бесстыдно очертил его ушную раковину. - Развратник. - Насмешливо выдохнула она, поднимая голову. В серо-голубых глазах плясали озорные чертики. - Это... не помогает! - Избегая смотреть на волшебницу, чтобы не поддаваться соблазну, он глубоко вдохнул. - Ты нарочно дразнишься, да? - Молодой барон взглянул на волшебницу со смесью страдания и упрека. - Имей ввиду: я намерен выстоять. Зря, что ли, я просил тебя подождать? Наша ночь будет идеальной, любимая. И последующие ночи тоже. - От нахлынувших чувств глаза были почти алыми. Ну вот, он опять ведет себя, как влюбленный щенок. Смутившись, Руперт потянулся за чашкой с какао. Летика снова рассмеялась, звонко и весело, прижалась к плечу Руперта, коснулась губами щеки: - Да, - довольно ответила она, чуть отодвигаясь, чтобы взять в руки отставленную в стоону чашку с недопитым какао. - Извини. Просто ты такой милый, когда смущаешься, сложно устоять и не подразнить немного. - Летика неторопливо допила какао, возвращая чашку на столик, тихо вздохнула, придвигаясь ближе к Руперту, опустила голову на его плечо. - Тебе это неприятно? Я больше не стану тебя дразнить. "Я больше не стану тебя дразнить"... Можно подумать, склоненная на плечо голова и близость ее теплого тела - это называется "не дразнить". Руперт завел руку за спину девушке и притянул ее к себе еще ближе, чуть подвинув плечо так, чтобы ей удобнее было лежать. - Нравится. - Вторая рука обняла спереди за тонкую талию. - Я вообще не в силах представить, что мне в тебе может не нравиться. - Поцеловав макушку, он прижался к ней своей щекой. - Можешь мучить и терзать меня сколько угодно - от тебя я все стерплю. - Пожалуй, Летика была единственной женщиной, от которой он бы не просто стерпел такое, но и принял бы с радостью. Вот влип. Руперт прикрыл глаза, несколько мгновений наслаждаясь близостью, вдыхая легкий аромат ее духов. - Я надеюсь, тебе у нас тоже понравится. И когда моя семья с тобой познакомится, я уверен, они тебя примут. Приняли же они меня вот таким, хотя я ожидал больших трудностей. Признаться, визит прошел не совсем так, как я ожидал. - Нет, мучить тебя я точно не хочу, - улыбнулась Летика, прикрывая глаза, наслаждаясь теплом его объятий. - Твоя семья... знаешь, я не удивлена, что они только порадовались твоему преображению. После твоих слов, что у вас в роду одни девочки, наследник мужского пола не может не порадовать. Ведь это значит, что на тебе род не прервется. - Подняв голову, она мягко коснулась его щеки своей. - Не переживай насчет меня, я привыкла к своеобразному отношению, меня оно уже давно не задевает. Но я хочу понравится твоей семье, потому что не желаю портить твои отношения с близкими. А еще... - Летика обняла его лицо ладонями, развернула к себе. - Я не хочу, чтобы ты уходил. - Бесстыдство чистой воды, но разве это важно? Постоянно соблюдать правила слишком скучно. - Покажешь мне свой дом? - Лукавая улыбка изогнула губы. - А потом я отпущу тебя заниматься делами. - Договорились. Я подожду тебя и поедем вместе. - Руперту тоже не хотелось расставаться с девушкой. Жаль, что им придется терпеть разлуку, занимая два разных дома, но с другой стороны, этого требовали приличия. - Знаешь, твоими словами это звучит логично, но я все равно удивился. Отец не понимает, каким образом дочь могла считать себя сыном, а тем более, скрывать это, но ради интересов рода вынужден считаться с этими странностями. Дядя Рудди - тот наоборот обрадовался, что не нужно больше скрывать от брата мои "чудачества". - Юноша рассмеялся. - Боюсь даже представить, что ему пришлось пережить, узнав, что Руперту почему-то знают в Лондоне как Руперта. А учитывая, что нужно было скрывать этот факт, чтобы избежать скандала, ему здорово пришлось попотеть в разговорах с теми, кто меня знал, чтобы не оговориться случайно. Бенедикта и Реннэйт вообще отнеслись как-то легкомысленно: сестра стала братом? Чудесно, будет теперь водить нас туда, где неприлично появляться без сопровождения мужчины. Еще и дразнятся. - Вон Витце беззлобно фыркнул. - А вот мама меня удивила. Я думал, она будет из меня красавицу баронессу и завидную невесту. Я ожидал, что она больше всех будет сопротивляться, но нет. Ей, похоже, все равно, девочка или мальчик. Или неведома зверушка. Она счастлива уже тем, что я жив, и готова принять что угодно, лишь бы я был счастлив. С ней у тебя точно никаких проблем не возникнет, - успокоил Летику юноша. - И дядя Рудди тоже одобряет мой выбор. А остальные, уверен, примут, когда с тобой увидятся. Чуть отстранившись, он погладил девушке спинку и прошептал: - Я позабочусь о том, чтобы все прошло хорошо. Не волнуйся об этом. Ты моя любимая женщина и достойна самого лучшего. - Вот честно говоря, кроме того, что твой дядя называл тебя Руппи, он ни разу не оговорился с полом, - улыбнулась Летика. - Наверное, уже попривык, что здесь ты для всех мальчик, а не девочка. - Она мягко очертила контуры его лица кончиками пальцев. - До знакомства с твоей семьей мне еще далеко - сперва надо как-то снять запрет на выезд из Империи. Но я буду ждать. - Улыбка вновь тронула губы. - А пока... Заканчиваем завтрак и идем знакомиться с твоим домом? Руперт покосился на тарелку с недоеденной яичницей и неохотно отпустил Летику, возвращаясь к еде. - Так и поступим. - Юноша улыбнулся. - Если тебе нужно остаться одной, чтобы собраться и переодеться, смело выгоняй меня, я подожду столько, сколько тебе понадобится. Покончив с завтраком, Руперт спустился вниз, чтобы нанять кэб, а Летика подошла следом. Ехать пришлось недолго, новый дом Руперта был располагался в районе Белгравия и представлял собой огороженный внушительный особняк с внутренним парком. Впрочем, парк не особенно волновал молодого аристократа - больше всего ему в этом доме нравилось количество комнат. Можно было спокойно заселить сюда всех желающих и не бояться, что им придется сидеть друг у друга на головах. Он провел небольшую экскурсию по дому, показал Летике комнаты, познакомил с дворецким и экономкой (слуги все были новые, юноша решил не сманивать обратно своих бывших слуг, которые служили теперь у других людей) и, наконец, завел в свой кабинет. Обстановка чем-то напоминала прошлую, однако здесь было больше места и прибавилось личных вещей. - Сейчас, я хочу тебе кое-что показать, Летика. - Доставая из кармана ключ, он подошел к шкафу и стал возиться с замком. - А потом можно будет прогуляться по парку и подумать, какая комната тебе больше понравилась. - Достав из шкафа две картины, накрытые покрывалом, он поставил их на диванчике. - Я думаю попросить Пуллвика, чтобы он с ними что-нибудь сделал. Если уж заметать следы - так по полной. Со смущенной улыбкой немец убрал покрывало, под которым были спрятаны два портрета. Остановившись на темно-синем закрытом платье, волосы Летика оставила распущенными, прикрыв голову широкополой шляпкой, защищавшей от яркого весеннего солнца. - Да, основательный домик, - оценила девушка размер особняка, - Но больше всего мне нравится парк. Простор внутри ее уже нисколько не удивил, а количество комнат превышало самые смелые желания. Но Летика не стала спрашивать, зачем Руперт купил такой огромный дом, у каждого могут быть свои слабости и желания. Кабинет казался самым обжитым местом в доме - и это вызвало у нее улыбку. Женщина всегда сперва обустраивает спальню, а мужчина - кабинет. Летика с любопытством проследил за тем, как Руперт достает из шкафа нечто... Картины. - Ты был очаровательной девочкой в детстве, - в серо-голубых глазах, на миг нашедших янтарные взглядом, плескалось веселье, - А здесь такой серьезный... и что это за монстрик? - девушка склонила голову набок, с интересом разглядывая картины, - Ты хочешь шокировать магистра? - наконец чуть насмешливо спросила она, - Чем меньше людей знает, что ты был ей - тем лучше. Детскую я бы оставила - в таком возрасте мальчиков порой тоже одевают, как девочек, а вот вторую нужно уничтожить. Или тебе ее жалко? Руперт зашел за спину девушке и обнял ее, поставив голову на плечо. - Будет странно, если в родовом замке вообще не будет детских портретов наследника, - заметил он, разглядывая картины. Он мог и не показывать их Летике, но чувствовал, что хочет их показать. Он целиком доверял своей женщине. - Кроме того, это могло бы быть лишним доказательством сомневающимся, если такие будут. Я хочу попросить Протея изменить изображенное на картине, чтобы было явственно видно парня. Единорога, - Руперт указал на "монстрика", - придется совсем убрать. Символ чистоты и целомудрия юноше ни к чему. Пуллвику можно довериться, он не выдаст. Поднявшаяся вверх ладонь бесцеремонно взъерошила соломенные пряди на устроившейся на ее плече голове. Жест доверия, внимание, уделяющееся лишь самым близким. - Единорог? Это? - насмешливо фыркнула Летика, но почти тут же посерьезнела, - Материей можно изменить нарисованное? Если ты ему полностью доверяешь - пусть так. - чуть склонив голову, она мягко потерлась о голову парня, - детский будешь менять или оставишь, как есть? - Не знаю. Мне кажется, там слишком явно видно, что девочка. Может хотя бы платье сменить и прическу. - Руперт бросил взгляд на портрет и склонился к девичьей шейке, оставляя на ней поцелуй. Летика была права, в знатных семьях часто рисовали детей в платьях, не взирая на пол, но все же ему казалось, что это слишком изобличающе. - Смотри, конечно сам.... - шеи коснулись теплые губы, заставив ее на миг прерваться, широко улыбаясь, - Не сбивай меня с мысли, хулиган, - Летика сделала вид, что хочет отодвинуться, но даже и не думала делать этого на самом деле, - Так вот, в семьях аристократов детей до пяти лет порой невыносимо путают с куклами. Может, не во всех семьях, но в тех домах, где мне доводилось быть - больше чем в половине. Это я к тому, что мальчики и девочки все на одно лицо - с кудрями и в платьях. Так что прическу я бы оставила в покое, а вот платье можно сделать менее пышным, без банта сзади и убрать корзинку с цветами, заменив ее... ну на плюшевого зайца, к примеру. - Лучше на саблю. - Кудри и впрямь можно было оставить, тут Руперту было нечем возразить. Но платье... Он попытался представить его с предложенными изменениями. Ну вроде сойдет. - С саблями маленьких девочек не рисуют. - И еще один поцелуй в белую шею. - Значит, я убираю это все обратно и идем посмотрим на парк? Ммм... Мне надо в себе силы, чтобы от тебя оторваться. Я ужасно соскучился, Летика! Ты сможешь потом приехать к ужину? К тому времени я наверняка уже успею притащить сюда Эндрю с Лили. Хочу предложить им пожить здесь, а то у них вечно проблемы с деньгами. Посмотреть на парк идея была хорошей. Как и приехать к ужину. Но согласиться Летика не успела - и замерла в объятиях Руперта, лишь несколькими секундами спустя немного отстраняясь, чтобы взглянуть в янтарные глаза. Она, определенно, не ослышалась. - Лили будет жить здесь?! - тихим резким выдохом, - Ты еще скажи, что вы будете каждую ночь читать учебники! Янтарные глаза широко распахнулись в изумлении. Подобная реакция несказанно удивила юношу. Он же не сказал, что будет с ней спать вместе в одной постели. - Вместе с Эндрю же! - Попытался объяснить Руперт. - Ну а что еще? Просто снять для них нормальное жилье? Высылать деньги? Я хочу помочь своим друзьям, жизнь в Лондоне стоит недешево. Но если просто совать им чеки - это будет уже оскорбительно. А в том чтобы предложить попользоваться моим гостеприимством, ничего унизительного или зазорного нет. Места в доме полно, поселятся в гостевых комнатах. Из бокового крыла вообще отдельный вход, мы даже не обязаны видеться. Пускай бы жили себе вместе, мне не жалко. - Озадаченно нахмурившись, он посмотрел на магессу. - Что-то мне кажется, что ты как-то совсем по-другому это все представляешь. Уж не думаешь ли ты, что я приглашаю друзей исключительно для того, чтобы проводить ночи в одной постели и устраивать оргии? Это обидно! Я просто хочу помочь. - Да, конечно... - тихо отозвалась Летика, высвобождаясь из его объятий и отходя к окну. Она сама не могла понять, почему так резко реагирует. И откуда внутри снова взялась тоска и холод... - Хорошо, пусть живут в боковом крыле. - не глядя на Руперта, произнесла она, разглядывая парк из окна. Уверенная в том, что, если Лили захочет провести ночь с Рупертом, Эндрю не скажет ни слова против. Ее задевала сама мысль об этом. - Думаю, на днях я перееду сюда. - негромко продолжила Летика, бездумно скользя взглядом по деревьям, клумбам и дорожкам, - Слухи и сплетни меня совершенно не волнуют. Руперт едва слышно вздохнул. Хорошо, что Летика позволила все-таки ему оставить такой вариант. Других способов как-то помочь друзьям, чтобы их не обидеть откровенно не видел, и даже не представлял, что тут можно было еще придумать. Однако реакция Летики его очень расстроила. Нет, он не был на нее обижен, печалило то, что она явно огорчилась. Она что, ревнует? Почему именно к Лили, а не к Эндрю или тому же Пуллвику? Руперт не понимал. - Буду ждать, любимая. Какую комнату займешь? Может быть, ту с голубыми обоями? - с надеждой спросил юноша, подходя к Летике сзади. Эта комната была ближе всех к его спальне и была достаточно просторной. - Обои можно переклеить, если тебе не нравится цвет. Обернуться, прижаться к нему все телом, обнять, замирая так. - Хочу спальню, смежную с твоей. - тихо отозвалась Летика, не отстраняясь, - И золотистые обои. Насчет всего остального посмотрю, может, тоже поменяю. - с тихим выдохом она все же отодвинулась, размыкая объятия, опуская ладони на мужскую грудь, - Извини, я не хотела тебя обидеть. - девушка чуть помолчала, не поднимая взгляда на Руперта, рассматривая кабинет, - Знаешь, там, в Африке, на болотах... когда ты склонился к Лили и сказал ей "моя маленькая"... я испытала дикое желание сжечь вас обоих. Оно прошло, когда я ушла с Кристофером... и после больше не возвращалось... но вот сейчас я почему-то ярко об этом вспомнила. Может, я ошибаюсь, и это и есть ревность?.. Я никогда никого не ревновала... - серо-голубые глаза все же поднялись к янтарным, - Никто и никогда не был для меня важен настолько сильно. Руперт нахмурился, вспоминая. Руки крепко обвили талию и притянули к себе. - Ты говоришь о том бое с нагараджа? Я тогда считывал ее эмоции, чтобы добавить их в свою коллекцию. Бой был тяжелым, ей не дали добить вампира, а еще Лили очень боялась, что ее оттолкнут, когда узнают, что она нефанди. Это было ужасное чувство топящего одиночества, страха, разочарования... Я не мог не захотеть приободрить ее, сразу дать понять, что все в порядке. Мне было ее так жаль, Летика. Надо было как-то быстро утешить, а личное обращение тут сразу дало бы понять, что ее не оттолкнули. - Руперт, слегка склонив голову набок, внимательно посмотрел в серо-голубые глаза. - И я не говорил "маленькая моя". Я сказал просто "маленькая". Мелкая она, потому что. Миниатюрная. Но фраза "все хорошо, миниатюрная" совсем не звучит. - Юноша улыбнулся и ласково поцеловал губы Летики. - Ты меня не обидела. Расстроила. Не за меня, а за тебя. Почему ты ревнуешь, Летика? Тем более, к Лили. Наши с ней дороги могут сходиться и расходиться, но мы слишком разные, чтобы быть вместе. У нее там свои какие-друзья, будет уезжать к ним, искать приключений на свою голову. Я не буду тосковать и скучать, и не испытываю потребности всегда быть рядом, как с тобой. Разве к этому стоит ревновать? Это просто подруга. Такая же, как Эндрю или Протей. Ты ведь к ним не ревнуешь? Не дали добить. Летика тихо фыркнула. Если бы она тогда чуть промедлила, добили бы вовсе не вампиршу. Мягкий поцелуй чуть сгладил мрачные воспоминания, Летика улыбнулась, прижимаясь к Руперту. - Вот ревновать тебя к мужчинам я точно не стану. - насмешливо ответила она, скользя ладонью по его рубашке. Значит, все же ревность. Хорошо, она постарается держать ее в узде, чтобы не расстраивать своего мужчину. - А с Лили... я потерплю вашу близость, но не чаще раза в месяц-два. - Летика вздохнула поднимая на парня взгляд, - Я доверяю тебе, Руперт. - улыбка вновь тронула губы, - Идем смотреть парк. Из окна он просто чудесный. Не чаще раза в месяц-два. Руперт представил себе на миг, как сообщает об этом служительнице Жаждущего, и внутренне содрогнулся. Проще спрятаться обратно в гроб. - Хорошо, любимая. Я приложу все усилия, чтобы у тебя было больше приятных момент и поменьше поводов беспокоиться. Оставив легкий поцелуй на ее щеке, юноша спрятал портреты обратно в шкаф, запер его на ключ и, протянув руку девушке, повел ее вниз, в небольшой придомовой парк. Аренда особняка стоила бешеных денег, но почувствовав вкус к жизни, молодой барон не готов был лишать себя этих излишеств. И особенно ему хотелось поделиться всем, что у него есть, с друзьями. И, конечно же, с Летикой.

зато обожралися ))

Дамиан "Колючка" Лоусон Дамиан называет себя авантюристом, но друзья и приятели считают, что он просто придурок. Родители мальчика - простые рабочие местной фабрики - мало внимания уделяли воспитанию отпрыска, и Дамиан с детства проводил время на улицах, отыскивая сомнительные компании и ввязываясь в опасные авантюры. "Шило в заднице", "без царя в голове", "на всю голову стукнутый" и другие подобные эпитеты - это можно было бы услышать у ребят, если спросить их о молодом Лоусоне. Однако несмотря на свойство влезать в любую передрягу и первым совать голову в пасть льву, Дамиан как-то умудрился дожить до своих двадцати трех лет. Возможно, благодаря сноровке, а где-то и умении применить грубую силу. Узнав о странном исчезновении Безумной Хетти, он попытался было соблазнить ребят из своей шайки на то, чтобы устроить рейд в ее дом и выяснить, куда пропала хозяйка, но не преуспел - все-таки, несмотря на уличное прошлое, его товарищи еще сохранили благоразумие, которого у Дамиана никогда не было. И все же он не отчаялся. Прихватив несколько факелов, кандалы и свечи (а вдруг там нужно будет призвать какую-нибудь соблазнительную демонессу?), он отправился к дому Хетти поискать, не найдется ли там товарищей по интересам. Характеристики (бонус): Сила 13 (3) Ловкость 15 (5) Тело 13 (3) Интеллект 11 (1) Мудрость 11 (1) Харизма 12 (2) Экипировка | Качество | Ячейки [13]: Кинжал 1d6 | 3 | 1 Кожаный камзол 12 (2) | 3 | 1 Кандалы | 1 Мраморные шарики | 1 Факелы (х5) | 1 Свечи (х5) | 1 Паек (х2) | 1 Здоровье: ХП = 14 Скорость лечения = 1d8+1 Бонус

Городской каток   Куда можно сходить развеяться двум молодым джентльменам в свободное от занятий и работы время? Учитывая холодное время года, путь Джима и Оливера лежал на каток. Это была отличная возможность немного позаниматься спортом, пообщаться и, может быть, познакомиться с девушками - и все это совершенно прилично.   - Руперт сказал, что хотя завещание уже не действительно, для меня все будет по-прежнему, - поделился Стивенсон новостями с другом. - Я, конечно, продолжу работать в банке мистера Гаррисона, но хотя бы не придется искать дополнительные подработки. Будет больше свободного времени.   Честно говоря, он и не надеялся, что барон оставит все как есть - тот и так много сделал для Джима, но узнав, что продолжит получать от него содержание, не мог не испытать чувство огромного облегчения - слишком уж большие планы были у парня.   - Я рад слышать это, - в голосе Оливера звучала искренность. - Руперт достойный мужчина, не зря ты так старался его вернуть.   Разумеется, Оливер не был посвящён во все тонкости возвращения немца, но он знал, что тот считался навсегда потерян, а теперь вновь бродил среди живых.   - Работа в банке не приносит желаемых доходов? - парень поправил крепления на коньках и прищурился, разглядывая каток, затем повернулся к Джиму, чтобы поймать его взгляд. - Если всё же пригодится дополнительный доход, дай знать. Отец передал мне 90% дел, я сам уже не справляюсь. Я делаю всё возможное, но работы просто слишком много, - Оливер вздохнул, вспомнив, какая стопка бумаг будет ждать по возвращению домой.   - О нет, с работой все замечательно. - Джим попробовал, достаточно ли удобно сидят на ногах коньки. - С расходами только беда. В общине еще столько всего нужно сделать, а ведь еще хочется, чтобы это не ударило по сестренке и Лиз, снизив уровень жизни. Изначально сумма закладывалась на меня одного, плюс аренда дома и оплата учителей тоже были включены в завещание. Пришлось бы затянуть пояса и чем-нибудь жертвовать, если бы оно отменилось. Покойный-то ожил.   Джим заметил странный взгляд, брошенный проходящими мимо девицами, и делано рассмеялся, чтобы выдать сказанное за шутку.   Оливер заметил взгляд Джима и тоже рассмеялся, поддерживая "шутку" друга.   - А они миленькие, - заметил он, когда девушки отошли чуть в сторону, то и дело оглядываясь на двух привлекательных парней. - Мне черноволосая нравится, - словно услышав его слова, девушка вновь обернулась и встретилась с ним взглядом, но тут же отвернулась, что-то шепнула подруге и потянула её прочь. - Ну вот, а я ей нет, - наигранно печально вздохнул он. - А что с Лиз, Джим? - поднявшись, Оливер проверил, не забыл ли он за лето, как нужно стоять на коньках. - Ты о ней так говоришь всегда... С чувством.   - Что, так заметно? - парень усмехнулся и шагнул рядом, осторожно пробуя лед. - Так-то я понимаю, что совсем ей не пара - где она, а где я, но ничего не могу с собой поделать. Она восхитительная. Далеко пойдет. А ты себе не нашел подругу?   Подстроившись под поток других катающихся, молодые люди неспешно поехали по кругу.   - Заметно, - улыбнулся Оливер. - Ты и сейчас весь сияешь ярче матушкиной ёлки, стоило вспомнить о Лиз.   На вопрос Джима парень ответил не сразу. Они проехали несколько кругов, а Оливер всё молчал, о чём-то задумавшись.   - Я жду, когда родители найдут мне невесту, - наконец, признался он. - Я чувствую, что сам никогда не встречу кого-то, с кем могу быть счастлив. Кто, как ни родители, знают меня лучше всех? Я знаю, многие жаждут выбирать свою судьбу сами. Быть может, встреть я кого, влюбись, так тоже думал бы иначе. Только матушка почему-то всегда губы поджимает, когда я её о невесте спрашиваю. Говорит, что не время ещё. Неужели я такой урод, Джим, что ни одна девушка не желает быть моей женой? - во взгляде парня сейчас мелькнуло такое отчаяние, что его можно было даже пожалеть.   - Что?! - Джим едва не навернулся, но смог удержать равновесие. - Ничего ты не урод, Оливер. Я, конечно, не девица, но ты уж точно ничем не хуже каких-нибудь расфуфыренных денди, вокруг которых постоянно кто-то вьется. Может, твоя мама боится, что ты променяешь ее на жену и бросишь? Она так тебя любит.   - Думаешь? - Оливер протянул было руку, чтобы поддержать Джима, но тот и сам справился. - Мама какая-то странная стала в последнее время. После вашего визита первого, она стала будто мягче, заботливее. В то же время словно отстранилась от меня. Не понимаю её, - вздохнув, парень улыбнулся Джиму. - Я поговорю с матушкой, заверю, что не брошу её. А ты сам-то что, так и будешь за Лиз вздыхать всё время или отвлечёшься на кого-нибудь? Знаешь, - он подкатил чуть ближе к Джиму, чтобы говорить совсем тихо, - я иногда хотел бы развлечься... Ну ты понимаешь, да? Только мне кажется это... как-то неправильно будто. А ты уже... - Оливер замялся, не зная, стоит ли продолжать этот разговор.   С одной стороны, ему было интересно узнать, стал ли Джим уже мужчиной. С другой стороны, они были не настолько близки для подобных вещей. Да и что-то внутри Оливера противилось всему, что выбивалось из правил, расписанных приличным обществом.   Джим с улыбкой потупился, словно бы от скромности, но в душе ему льстило, что он "уже". Пропустив мимо себя другую пару, юноша чуть приблизился к Оливеру и продолжил беседу.   - Я был с одной девушкой. Она милая, хоть и немного со странностями. А еще ей можно довериться. Лили не из тех, кто будет пользоваться близостью тебе во вред. И не станет делать то, что тебе не понравится. Если хочешь, могу вас познакомить. Знаешь, любовь и романтика - это прекрасно, но когда уже кто-то был, то начинаешь спокойнее смотреть на многие вещи и меньше совершать глупостей.   - Лили? - какое красивое имя, мечтательно произнёс Оливер, а потом резко остановился, едва не столкнувшись с теми, кто ехал позади них с Джимом. - Погоди, дружище, не та ли Лили, что была с вами? - парень смотрел на друга широко раскрытыми глазами.   Оливер помнил Лили. Она показалась ему такой скромной, милой, недосягаемо прекрасным и нежным цветком. Неужели Джим говорил сейчас о ней? И предлагал познакомиться?!   - Ну... да. - Джим был удивлен такой сильной реакцией. Оглянувшись, он взял Оливера за руку и мягко потянул его за собой, призывая продолжить катание. - Тебе не нужно бояться ее, она милая. И понимающая. Лили не из тех, кто будет морщить носик, если ты скажешь что-то не так, и она не предъявляет никаких там высоких требований или претензий. Она принимает людей такими как есть. Обычно с девушками все намного сложнее. Постоянно опасаешься не так понять или брякнуть что-то не то. Конечно, Лили не из тех, кого можно представить матери, но с ней хорошо и просто. И не надо бояться, что тебя как-то используют, сыграв на мужских слабостях.   - Но я думал, что она... - Оливер попытался сделать какой-то жест руками, но не знал, как выразить свои чувства. - Не думал, что она... такая. Вот. Я... Ты с ней? Ух... Нет, - он покачал головой, - я не могу... с ней...   Юный мистер Вуд был явно ошарашен новостями, но чем дольше он думал о возможности сблизиться с Лили, тем ярче становился румянец на его щеках.   - Джим, ты правда думаешь, она стала бы... со мной? И после тебя?.. - в голове Оливера всё ещё не укладывалось, что такое было возможно, правильно, красиво, этично или хоть как-то положительно.   - Ой, простите, - едва не сбив Джима, какая-то девица смущённо захихикала и тут же поторопилась отъехать подальше, чтобы приняться шептаться со своими подругами. Оливер лишь машинально проследил за девушкой взглядом, так же машинально отмечая, что её веснушки смотрятся довольно мило. Но почему-то личико незнакомки, стоило ей отвернуться, тут же превратилось в лицо Лили, не оставляя в воспоминаниях ни милого курносого носика незнакомки, ни её рыжих локонов, ни серых с зеленой глаз.   - Но ведь нет ничего плохого в том, чтобы приятно проводить время вместе, - удивился Джим. Впрочем, со знатными действительно были кое-какие проблемы, а потом парень поспешил развеять опасения друга. - Лили простолюдинка, а потому если вы будете встречаться, это никак ее не скомпрометирует. И если ты не будешь представлять ее везде как свою любовницу, водить домой женщин табунами и кутить с сомнительными компаниями - то никакого скандала не будет. - Джим пропустил мимо очередную пару и, нагнав Оливера, ободряюще похлопал того по плечу. - В общем, не дрейфь и просто будь собой. А что до того, захочет ли она - надо встретиться и узнать. Если хочешь, можно сходить куда-нибудь всем вместе, пообщаетесь просто как приятели, для начала. А там посмотрите.   - Спасибо, Джим, - Оливер кивнул другу, соглашаясь с его словами. - Ты открыл для меня новый мир,- усмехнулся он. - Я подумаю над этим. А сейчас, покатаемся ещё немного? Пока я не забыл, зачем пришёл сюда.   После разговора с Джимом Оливер какое-то время был задумчив, но к теме девушек в этот день больше не возвращался. В конце концов, с Джимом можно было поговорить о тысяче других, менее будоражащих вещей.   Вскоре, уставшие и довольные, молодые люди покинули оживленный каток и отправились в кафе неподалеку, где пили горячий шоколад, делились планами на будущее и обсуждали новые открытия. Время пролетело незаметно для обоих, однако всему рано или поздно приходит конец. Пригласив на следующий раз Оливера к себе домой, Джим попрощался с другом и отправился в Ист-Энд, чтобы уладить кое-какие запланированные на сегодня дела в Общине Артура.

Здоровье    Во, уже лучше. ) Спасибо! )))

Здоровье   Гы, сынку, лол..    Ща буду думать над персом.

Барахло: Доспехи - Шлемы/Щиты - Основное снаряжение I - Основное снаряжение II - Снаряжение авантюриста *2   Доспехи - Кожаные   Шлемы/щиты - нет   Основное снаряжение I - Факелы х5   Основное снаряжение II - Мраморные шарики   Снаряжение авантюриста - Кандалы, свечи х5

Характеристики по порядку: Сила, Ловкость, Телосложение, Интеллект, Мудрость и Харизма   Сила - 12 Ловкость - 13 Телосложение - 11 Интеллект - 11 Мудрость - 11 Харизма - 11

Отель Тома Бриггса   Прогулка с Летикой, перешедшая в веселый обстрел снежками, затянулась, и Руперт вернулся к отелю Тома уже когда на Лондон опустились вечерние сумерки. Ужинать пока не тянуло, и умыв в ванной комнате лицо и руки, молодой аристократ достал из барного шкафа бутылку вина (ассортимент мистера Бриггса перетерпел существенные изменения к лучшему со времени захудалого паба в доках, и это не могло не радовать), бокал и плюхнулся на диванчик в гостиной с очередной книгой. Сейчас, когда он был один, не было никакой нужды в светских условностях и этикете, так что юноша просто наслаждался чтением, лежа на животе, и даже не спешил притрагиваться к вину - до завтрашнего утра было еще полно времени.   Тихий стук в дверь заставил привлечь к себе внимание. Вслед за стуком послышался знакомый голос.   - Руперт, это я. - В мужском голосе можно было отчётливо услышать Тома.   Открыв дверь, Руперт мог лишь убедиться в том, что перед ним, действительно, стоит мистер Бриггс.   - Есть разговор.   Знакомый голос, знакомое лицо, и все движения были Руперту знакомы, но что-то во взгляде Тома было сейчас иным. Словно на мгновение в глазах появилось непривычное спокойствие. Что-то вечное, мудрое и бесчувственное. И, в то же время, сейчас, как никогда, хотелось пригласить Тома в номер и оказать ему радушный приём. Слегка удивленный, юноша посторонился, пропуская бывшего пабмена в номер.   - Не вопрос, Том. Входи. - Руперт запер дверь и направился к маленькому серванту за вторым бокалом. - Может, вина? Знаю, это странно - угощать хозяина сего замечательного отеля его же выпивкой, за которую я, к тому же, не заплатил ни цента, однако за разговором наверняка захочется промочить горло.   - Если только красное, - согласился посетитель, проходя в номер и подходя к окну. - Любопытство ли не грех? - задумчиво произнёс Том, отодвигая край занавески, чтобы выглянуть в окно, и тут же отпуская плотную ткань, позволяя ей закрыть вид на тёмную улицу.   Когда Руперт развернулся от серванта, чтобы подать Тому бокал, гость разительно преобразился. И, пусть до этого юноша не видел Адриана Кинга, он тотчас же понял, кто перед ним, повинуясь какому-то безотчетному чувству.   - Хорошо устроился? - уголки губ Адриана едва заметно метнулись вверх, а сам он одним элегантным движением приблизился к Руперту. Очень близко.   Янтарные глаза медленно наливались багрянцем, выдавая приязнь и растущие теплые чувства. Это могло показаться странным, но у немца возникло ощущение, будто они были знакомы всю жизнь. Словно юноша встретил давно забытого друга детства, хотя сам он прекрасно помнил, что дружил тогда только с сестрами. Несколько долгих мгновений он стоял, молча глядя Адриану в глаза, но это молчание не было неловким - молодой аристократ переваривал чувства от встречи.   - Ох... Наверное, я поспешил с напитком. - Озадаченный взгляд на бокал с вином, легкая тень смущения. - Ты ведь предпочитаешь другое красное, да? Прости, я принял тебя за Тома. - Руперт слегка нахмурился, словно о чем-то вспомнив. - Значит, у него все в порядке? Я уже думал, какие-то проблемы возникли.   - Ты всегда переживаешь за других, не думая о себе, - Адриан протянул руку и провёл, почти с отцовской нежностью, своими холодными пальцами по щеке Руперта. - Несомненно, у Тома всё в порядке, - вампир опустил руку лишь для того, чтобы взять в неё бокал. - Не волнуйся, я ценю твоё гостеприимство, - качнув бокал, Адриан будто вдохнул аромат вина и, пригубив напиток, опустил бокал на ближайший стол.   - Сейчас сложные времена. В какой-то мере, мы с тобой к этому причастны, Руперт, - Адриан присел на диван и взял книгу, которую аристократ собирался читать. - Но я тут не только для того, чтобы поговорить о возможных союзах. Твои друзья не могли понять твоего поступка. Неужели ты так слабо себя ценишь, что не заметил, насколько важен другим?   Летика говорила, что Адриан сделал мужское тело потому что не знал его тайны. Или знал? Руперту вдруг показалось, что вампир знает о нем все, хотя он был не совсем уверен, правда ли это так, или он принимает желаемое за действительное. Почему-то захотелось, чтобы это было правдой.   - Никто не возражал, - задумчиво произнес он, присаживаясь рядом. Книга "За пределами подсознания" - один из трудов, посвященных изучению арканы Разума - была забыта, он смотрел только на Адриана, словно надеялся прочитать на лице ответ. - Ну, из тех, кто там был. Лили, я думаю, скорее бы оторвала мне голову, а потом пришила обратно, когда мы бы оттуда убрались, чем позволила бы мне уйти в ту мандрагору. Но я, если честно, не ожидал. И до сих пор не понимаю, зачем им всем сдался. К тому же я не видел своего будущего. По крайней мере, такого, с которым я мог бы нормально жить, как человек. - И снова всплеск заинтересованности во взгляде: знал он или не знал?   - Никто не возражал? - на лице вампира не отражались эмоции, быть может их у Адриана, как таковых, уже и не было, но в голосе мелькнуло лёгкое удивление. - Ты чутко улавливаешь желания других, но если они касаются тебя, делаешь вид, что ничего не замечаешь, пока не скажут прямо? Учти, я категорически против, чтобы ты вновь так себя подставлял. Прямо тебе об этом говорю, не смей портить мой труд! - Кинг наигранно пригрозил Руперту пальцем. - В самом деле, до чего же ты наивная душа, - вампир разглядывал янтарные глаза молодого человека, как диковинку. - Но теперь ты осознал, насколько оказался важен им? Протей украл ради тебя ценный артефакт, твои друзья были готовы почти на всё, выполняя мои просьбы одну за другой. Лишь когда я поставил условие, что за дальнейшую поддержку придётся уже расплачиваться тебе, они отпрянули в сторону. Вернуть тебя любой ценой, но не подставляя тебя.   Адриан откинулся на спинку дивана и посмотрел на потолок. К сожалению, ничего интересного он там не обнаружил.   - Лили... О да, она оторвала бы тебе голову, - на губах вновь скользнула едва заметная улыбка. - Она была готова отдать мне почти всё ради тебя. Её воспоминания были яркими и насыщенными, - переведя взгляд с потолка на Руперта, Адриан, впервые за эту встречу, действительно, улыбнулся. - Но твой секрет остался при ней. Тайны куда интереснее узнавать самому, чем красть их неподобающим образом.   Взгляд вампира скользнул по лицу немца вниз, коротко останавливаясь там, где теперь всё было иначе, и вновь вернулся к янтарным глазам. Кинг не знал как именно, но он догадывался, что секрет был как-то связан с мужественностью Руперта.   - Расскажешь? Я не требую, мне просто интересно.   Конечно же, он расскажет! Только как о таком сказать? Чувствуя, что начинает краснеть, Руперт взял свой бокал и отхлебнул вина.   - Тут такое дело, - поведал он собственным коленям, стыдясь подобных деталей о своем прошлом. - Когда я родился, по всему выходила девочка. У младенцев обычно не спрашивают о таких вещах, да и сам я не сразу понял, что именно со мной не так. Всю жизнь я вынужден был играть роль послушной дочери и образцовой молодой леди. А уж каких усилий мне стоило отбрыкаться от заточения в пансион! Если бы не пробудившийся аватар, меня бы в конце концов выдали замуж. - Руперт содрогнулся от отвращения. - Так что можно сказать, что уплывая в Англию, я убегал от ужасной судьбы. Только здесь я впервые почувствовал себя свободным. Я понял, что могу больше не играть чужую роль, остриг свои длинные волосы, отправил обратно своих слуг, нанял местных. Мне даже пришлось немного подкорректировать документы и письма, чтобы было не подкопаться. - Юноша поднял голову и каверзно ухмыльнулся. - Так или иначе, но здесь меня все знали как Руперта. Как мужчину. И это новое тело целиком и полностью соответствует моей сути. Вы, все вы - и друзья, и ты, и Элизабет - не просто вернули меня из мертвых. Вы дали мне шанс на нормальную жизнь. И уверяю тебя: я совершенно не намерен с ней расставаться!   Молодой аристократ засмеялся чистым, счастливым смехом. Он не боялся, что Адриан выдаст его секрет кому не надо - сердце подсказывало, что этому вампиру он может доверять.   - Занятная история, - Адриан с улыбкой смотрел на Руперта, кажущегося сейчас, действительно, счастливым. - Значит, не зря я оставил твой секрет на сохранение Лили. Ты знаешь, что ты во многом уникальный? Почаще напоминай себе об этом. В мире так мало достойных людей, а интересные личности либо тонут в своём эгоизме, либо сами себя не замечают.   Замолчав, Адриан поднялся с дивана и подошёл к столу, где стоял его бокал вина, чтобы покрутить бокал и вновь опустить его на место.   - Твои друзья были уверены в том, что ты не захочешь союза со мной. Я позаботился о том, чтобы ты не желал мне вреда, но поддерживать ли тебе мою веру - это остаётся твоим свободным решением, - повернувшись к молодому человеку, вампир внимательно на него посмотрел.   Сейчас в его взгляде не было ничего живого. Только вечная пустота и отголоски далёкого прошлого смотрели на Руперта. Мёртвого прошлого.   - Великий Сет даровал тебе это тело. Я знаю, ты нашёл бы другие возможности получить желаемое, но научись ценить полученное, - голос Адриана был сейчас так же пуст, как и его взгляд. - Скажи мне открыто, видишь ли разницу между бездушными кровососами и теми, кто хранит в себе вечность? Тебе не нужно решать сейчас, готов ли ты идти дальше дружеского приёма, но однажды ты можешь оказаться в ситуации, когда тебе придётся делать выбор. Я хотел бы, чтобы бы он был в мою пользу.   - Я мало что знаю о Великом Сете. - Взгляд Руперта был спокойным и сосредоточенным. Словно он пытался объять эту вечность, проникнуть в нее, понять. - Не намного больше того, что известно Спящим. Расскажи мне о Нем.   - Тёмный Бог Древнего Египта, всемогущий и великий, - Адриан вернулся к дивану и присел рядом с Рупертом, - он был основателем нашего клана. Он дарит нам непостижимые возможности, а мы, кто пользуется его дарами и поклоняется ему, готовим мир к его возвращению.   Во взгляде вампира мелькнуло восхищение тем, о ком он говорит, но Адриан не пытался навязать свои мысли Руперту колдовством. Вампир лишь рассказывал, предоставляя аристократу составить своё мнение. Но, разумеется, все слова несли лишь положительный характер, выставляя Сета как благодетеля, кого-то, с кем мир будет лучше. Для всех.   - Ты не простой смертный, ты столкнулся с такими вещами, которые большинству жителей Лондона и не снились. Сколько знаний может уберечь вечность, позволяя избежать ошибок, вновь и вновь свершающихся? Я собираю всё, что могу найти. Храню. Ищу союзы, не сотканные лишь на обязанностях. Связи, основанные на взаимопонимании приносят больше пользы. Для нас всех. Только подумай, Руперт, сколько боли приносят моральные ограничения. Рамки, в которые люди себя загоняют, лишь приносят им же страдания. Сет освобождает от этого...   Адриан ещё долго рассказывал о великом Сете так, что у Руперта не должно было остаться сомнений в том, что союз с сетитом несет лишь пользу.   - Подумай над моими словами, - поднявшись, Адриан протянул Руперту руку, чтобы, едва коснувшись её, потянуть немца к себе. - Вечность будет ждать тебя, и ты это знаешь, - тихо произнёс он, почти касаясь кончиком носа щеки юного аристократа.   Так близко... Свободная рука мягко легла на плечо вампира. Руперта никогда не тянуло к мужчинам, его возбуждали только женщины, да и то не все. Но Адриан - он был совсем другим. Юноша был уверен, что вампир не околдовывал его сейчас, но чувствовал, как что-то откликается внутри и согревает его сладостным теплом. Не в теле, в его душе.   - Я буду думать, - прошептал немец. Чуть отстранившись - чтобы видеть лицо - едва заметно мазнул щекой. - Мы ведь еще увидимся? - Полные надежды и мольбы янтарные глаза. Пожалуйста, скажи, что мы увидимся! - Я понимаю, что у тебя много важных дел. Важнее, чем один человек. - Пожалуйста?   - Мы обязательно ещё увидимся, - пообещал вампир, вновь улыбнувшись той редкой, почти настоящей улыбкой. - Береги себя, Руперт, - казалось, он вот-вот обнимет немца, но нет, Адриан сделал шаг назад, кивнул на прощание и развернулся к Руперту спиной. Стоило аристократу моргнуть, как перед ним уже была не спина вампира, а Тома, открывающего дверь, чтобы выйти из комнаты.   - До встречи, - попрощался Том, закрыв за собой дверь.   Он вышел из отеля и исчез где-то в ночи. И лишь когда Руперт вновь обратил на книгу "За пределами подсознания" внимание, он мог заметить кончик чёрной карточки, словно закладка выглядывающей с середины книги. Небольшая, похожая на визитку, она не хранила в себе никакой ценной информации. Тут не было имени или адреса, лишь едва заметный рисунок серебристой змеи, свернувшейся уютным клубочком в левом краю карточки.   Адриан ушел - и внутри словно что-то оборвалось. Это было очень странное ощущение - словно его надлюбили и бросили. Неужели именно так чувствуют себя брошенные девицы? Впрочем, вампир сказал, что они еще увидятся, так что в сердце затеплилась надежда. Нежно погладив пальцем карточку, Руперт бережно спрятал ее в карман жилета и задумался. И еще долго в этот вечер его преследовало впечатление мертвой, всеобъемлющей вечности в глазах вампира.

Буду ждать  :Koshechka_07:

*ждет Летику*

Руперт бы предложил обязательно, если бы мы не начали отыгрывать столь спонтанно. Придумай предлог для Летики, почему Руперт не смог за ней заехать, и приезжай - встречу )

Борн, Селена, Торк, не желаете ли присоединиться к званому ужину? Напишите, кого инвайтить, играем в личке.