Thinvesil

Сити, отель Тома Бриггса.   Гроб пробыл в доме Летики и Джима совсем недолго. На следующий день заявился Руперт, рассказал о том, что остановился у Тома, и проведя полчаса за беседой с бывшим слугой, снова убежал по своим делам, пригласив Летику встретиться завтра к ланчу. А еще на следующий - к дому подъехал специально нанятый Рупертом экипаж (молодой аристократ даже в стесненных обстоятельствах остался верен своим привычкам), который должен был отвезти девушку к ресторанчику, совмещенному с отелем, который принадлежал Тому Бриггсу. Немец лично встретил магессу и, поцеловав изящную белую ручку в перчатке, подал Летике локоть:   - Доехала без приключений? - Осведомился он и, слегка склонившись к девушке, тихонько добавил. - Я распорядился подать ланч в номер. Боюсь, разговоры о магии и всем таком не предназначены для посторонних ушей. Не возражаешь?   Пожалуй, такому быстрому исчезновению из дома столь специфичного имущества больше всего радовались горничная и кухарка. Летика лишь улыбнулась в своей обычной манере. Но от приглашения не отказалась. Им все же нужно было поговорить, делать этого в доме не хотелось, а в саду - не позволяла погода.   - Да, все хорошо, спасибо. - Летика едва уловимо качнула головой. - Нет, не возражаю. - тонкие пальчики легли на мужской локоть, улыбка тронула губы, - Идем, покажешь, как устроился.   Руперт проводил даму наверх и отпер ключом дверь номера, пропуская ее вперед.   - Обстановка, конечно, скромная, но зато чисто, опрятно и довольно уютно. Том, добрая душа, согласился приютить меня абсолютно бесплатно - в благодарность за то, что подсобил ему с этим отелем. - Молодой аристократ прочувствованно вздохнул. - Все же приятно видеть, что дела у него и Абигайль идут в гору, и что я не зря для него расстарался. Хоть что-то я сделал правильно.   Войдя, они оказались в некотором роде в гостиной. На столике уже был подан ланч, уютные мягкие кресла, софа, комод, пара приставных столиков - обстановка не располагала к излишествам, но номер был явно одним из лучших в отеле и вполне годился для какого-нибудь заезжего богатея.   - Вон там дверь в спальню, а там, если нужно - уборная с ванной. - Он указал поочередно на две двери, ведущие из гостиной, и обернулся к Летике, явно намереваясь помочь с верхней одеждой. - Ты позволишь?   Обстановка ей нравилась - конечно, она же не аристократка, привыкшая к самому лучшему. Губы тронула улыбка, взгляд оттаял, блеснул забытой голубизной, соприкоснувшись с мягким светом янтаря глаз напротив.   - Конечно. - Сняв перчатки, она развернулась к Руперту спиной, позволяя ему снять с нее теплое пальто, и прошла внутрь, присаживаясь на софу. Взгляд скользнул по накрытому столику, и Летика ненадолго приподнялась, опускаясь обратно уже с чашкой горячего чая, грея о нее тонкие пальцы. Коротко взглянув на Руперта, она отвернулась к окну, за которым кружились в танце снежинки. Отдавая мужчине право первого слова.   Руперт залюбовался точеным профилем. Было так соблазнительно махнуть на все рукой, просто присесть рядом и рассказать о своих чувствах, но юноша отмахнулся от этих малодушных мыслей - он обязан был объясниться. Он должен был Летике по меньшей мере это, учитывая то, через что ей пришлось пройти по его вине. Но как же начать? Присев в кресло напротив, он придвинул к себе тарелку с завтраком, но кусок в горло не лез.   - Я так и не успел расспросить, - наконец подал голос он. - Столько всего навалилось за раз, до сих пор не могу поверить, что прошло два года. Как у тебя дела, Летика? Как вы жили все это время? Инголс ввел меня в курс дела, и насчет твоего опекунства тоже, однако мне интересно было бы узнать твой взгляд на происходящее.   Летика отвернулась от окна, тихо вздохнула, рассматривая Руперта, словно картину, словно пытаясь понять, что хотел сказать автор, рисуя подобное. В какой-то момент взгляд сорвался, упал на чашку в тонких ладонях... усмехнувшись, Летика сделала глоток, вновь поднимая взгляд к глазам цвета расплавленного янтаря.   - Все хорошо, - с легкой улыбкой отозвалась девушка. Теперь - особенно, но этого она не скажет. - У нас чудесный домик, у меня есть своя комната и больше не нужно скрываться и следить за каждым своим шагом. - Летика вновь усмехнулась, сделав еще глоток уже немного остывшего чая. - Джим учится и подрабатывает, помогает нашему общему хорошему знакомому с его делом, а я... решаю мелкие домашние вопросы, играю с Гердой, занимаюсь счетами и проверяю у Джима домашние задания. - Она улыбнулась, чуть склонив голову набок. - Я живу обычной жизнью и считаю ее прекрасной.   Руперт слушал, даже не замечая, как улыбается, но потом на лицо парня словно набежала тучка. И долго ты будешь убегать, фон Винзен? Пора уже перестать трусить. Все у нее хорошо, вот черт! Будет ли так хорошо после того, как она все узнает? С такими вещами лучше не затягивать. Немец поднялся с кресла и прошел туда-сюда вдоль гостиной. Потом подошел к окну и заговорил, глядя на кружащие на улице снежинки:   - Летика, я должен тебе кое-что рассказать. - Почему же так трудно? Руперт вздохнул. - На самом деле, мне давно следовало это сделать. Еще тогда, когда я понял, что чувствую к тебе отличные от просто дружеских чувства. Но я все никак не решался. Откладывал и откладывал. Я боялся тебя потерять и непростительно трусил. Наверное, надеялся, что проблема исчезнет сама собой. - Тонкие белые пальцы сжали край подоконника. Сейчас или никогда. Нужно перейти этот Рубикон. Он обернулся и посмотрел на волшебницу. - Ты очень много для меня значишь, Летика, я не хочу, чтобы у меня от тебя были секреты. Но сначала мне бы хотелось, чтобы ты поняла одну вещь: если ты после этого решишь не иметь со мной дела, если сочтешь меня недостойным или мерзким... Я пойму и не стану относиться к тебе хуже.   Руперт встал, отошел к окну, и Летика невольно проследила за ним взглядом. Тихо звякнула о блюдце отставленная обратно чашка, при словах про отличные от дружеских чувства пальцы мимолетно коснулись губ. Чуть улыбнувшись, она поднялась, подходя ближе к окну. К Руперту.   - Меня не пугают твои тайны, Руперт, - тихо отозвалась магесса, глядя ему в глаза. - Я не стану винить тебя за них, ты мой друг... а недостойного и мерзкого я видела достаточно. - Летика ненадолго замолчала, прежде чем добавить. - Мы совсем не знаем друг друга, Руперт. Но я не против это исправить.   Янтарные глаза застыли, не в силах оторваться от взгляда девушки. Ох, почему так сложно!   - Не спеши зарекаться, Летика, - сдавленным голосом произнес мужчина. - Ты не представляешь, о чем пойдет речь. Даже я не мог бы представить подобное, если бы мне рассказали. Все дело в том... - Отвернувшись к окну, он снова с силой сжал подоконник, но все-таки нашел в себе силы говорить дальше. - Когда я родился... Не знаю, то ли природа где-то ошиблась или напутали в небесной канцелярии, но по какой-то чудовищной нелепой случайности мне досталось женское тело. Я достаточно рано понял, что со мной что-то не так - спасибо матери, которая изо всех сил пыталась сделать из маленькой Руперты милую баронессу. - Юноша горько усмехнулся. - К счастью, у меня хватило ума молчать о своих изысканиях. Годами я продолжал играть роль, изображая человека, которым я не являлся. Я не мог никому открыться, потому что такое... Это просто неслыханно, невероятно, заикнись я об этом и попытайся отстаивать свою истинную суть - в лучшем случае меня бы стали принудительно лечить, как душевнобольного. В худшем - сожгли бы на костре как одержимого бесом.   Руперт глубоко вдохнул и обернулся к магессе.   - Я не буду рассказывать обо всех своих мытарствах - я в общем, не против, но сейчас это не важно. Но я считаю, что ты имеешь право узнать. Когда я вырвался, наконец, на свободу, я надеялся, что найду способ что-то сделать с собой. Я надеялся, что, возможно, магия мне сможет помочь, хотя учитывая мое происхождение, я не мог бы довериться первому попавшемуся магистру - был большой риск спровоцировать шантаж или огласку. Наверное, мне повезло в какой-то степени: я никогда не отличался особо женственными формами. Такую фигуру называют мальчишеской, и мне почти ничего не пришлось менять, только перетягиваться потуже и скрывать остальное одеждой. Я не хотел, чтобы кто-то знал, я просто хотел быть собой, но получается, что я вынужден был тебе лгать. Там, в Африке, когда я понял, что испытываю к тебе чувства, мне надо было открыться тебе и прекратить это до того, как зашло бы слишком далеко, до того, как стало бы больно от правды. От невозможности быть вместе. Но я так и не смог решиться. Я надеялся в глубине души, что все само собой образуется, и боялся рушить мосты.   Он снова обернулся к окну и прикрыл глаза, словно от боли.   - Этот вампир, Адриан. Он все сделал так, как и должно было быть. Исправил ошибку. Я едва смог скрыть свое изумление, когда осознал это, но это правда. Однако я не хочу, чтобы у меня от тебя оставались секреты. Даже если это отвернет тебя от меня, если ты не захочешь знаться с... таким как я - я должен тебе открыться. - Руперт обернулся и, слегка склонив голову, посмотрел в глаза девушке. - Я урод, Летика. Ошибка природы. Теперь ты знаешь. Что бы ты ни решила, я приму это, не затаив обиды.   Немец умолк, ожидая ее приговора. Распахнувшиеся было в удивлении серые-голубые глаза посветлели, почти теряя стальной блеск, заискрились насмешливостью.   - Глупый, какой же ты глупый, Руперт... - Тонкая ладонь погладила мужскую щеку. - Любят душу, а не тело. Душа - она в глазах, а тело, по большому счету лишь сосуд, не более. Вот если ты любишь чай - тебе же не важно, в какую посуду его нальют, чаем от этого он быть не перестанет. - Летика улыбнулась, ладонь опустилась вниз, замирая на чужой груди, над сердцем. - Я бы не смогла принять только одного... - Показалось, или в уголках глаз блеснула влага? - Если бы нам не удалось найти для тебя тело, Джим бы пожертвовал своим. Тогда я бы потеряла вас обоих...   Янтарные глаза удивленно распахнулись. Она не презирает его? Не питает к нему отвращение, даже зная всю правду? Руперту очень хотелось, чтобы это было так, и так же сильно он боялся поверить. Но не похоже было, что Летика шутила. Ей даже не противно прикасаться к нему после всего того, что он рассказал. Юноша улыбнулся, обвив руками тонкую талию, придвинул магессу к себе и зарылся носом в каштановые локоны.   - Джим об этом не говорил, - озадаченно заметил маг, слегка отстранившись и глядя в глаза девушке. - Он что, правда хотел, чтобы я забрал его тело? Я бы никогда на такое не согласился.   Ничуть не противясь его действиям, Летика лишь с улыбкой прикрыла глаза, выпадая из образа леди, которая бы обязательно заявила, что он портит ей прическу.   - Правда, - отозвалась она, когда Руперт чуть отстранился, вопросительно глядя ей в глаза. - Элизабет сказала, что для того, чтобы выдернуть твой аватар в реальный мир, нужно либо пустое тело, либо Спящий. Джим сказал, что обязан тебе жизнью, и отдаст тебе свое тело. Упрямый. - Девичья ладонь вновь огладила мужскую щеку, будто убеждаясь в реальности происходящего. - Такой же, как ты. Хорошо, что нам удалось найти другой выход.   - Глупый, - лениво припечатал Руперт, прикрыв глаза и наслаждаясь лаской. Отпускать Летику из объятий ему не хотелось. - Хорошо, что вы нашли другой выход. Это тело мне нравится больше, чем предыдущее, а про Джима вообще молчу. Он, конечно, хороший мальчик, но о восстановлении в правах на родовое имя, титул и графство мне можно было бы забыть.   Летика чуть насмешливо фыркнула, не пытаясь отстраниться. Лежащие на ее талии теплые ладони ничуть не мешали.   - И как, однако, хорошо, что Адриан не знал твоей маленькой тайны. - Тонкий пальчик прошелся по мужскому плечу. - У вампиров очень своеобразное чувство юмора. - В почти чисто-голубых сейчас глазах плескалось веселье. - Ты бы стал очень... фигуристым в некоторых местах. - Вторая ладонь легла на его грудь рядом с первой, под которой ритмично билось сердце. Летика глядела в янтарные глаза и молчала. Хотелось спросить так много... но слов почему-то не осталось.   Руперт с упреком посмотрел на Летику и легонько щелкнул ее по носу пальцем.   - Не смешная шутка. - Поцеловав кончик носа девушки, он улыбнулся. - Помнишь, я рассказывал тебе, что вынужден был убить своего первого человека? Так вот, это было во время драки с какими-то уличными головорезами. Один из них заехал мне в пах и с удивлением обнаружил, что там не совсем то, чего он ожидал. Пришлось его заколоть. И научиться подкладывать туда свернутый носок. - Юноша грустно вздохнул и снова прижал к себе Летику, наслаждаясь близостью девушки. - До сих пор не могу поверить, что ты так легко это приняла. Что ты не стала презирать меня и ненавидеть. Наверное, я везунчик.   - Не смешная, - озорства в насмешливых глазах ничуть не убавилось. Правда, ненадолго. Летика посерьезнела, голубизну вновь заволокло серой дымкой. - За что мне ненавидеть тебя, Руперт? - тихо выдохнула она в чужие губы. - За странные шутки мироздания, заключившего мужскую душу в женское тело? За это нельзя ненавидеть или презирать, можно только посочувствовать. - Еще один глубокий вздох, и Летика расслабилась, прижимаясь к его груди, ладони скользнули под мужскими руками, не только позволяя себя обнимать, но и обнимая в ответ.   - Эвтанатос убивают прикосновением и не испытывают сожаления. Ты знал об этом, знал, кто я, и все равно отнесся, как к человеку, как к девушке. Ты не боялся, не сторонился, подавал мне руку, словно аристократке. - Разрывать кольцо теплых рук не хотелось, но Летика все же отстранилась, снова поднимая глаза на Руперта. - Я убивала всех, кто меня касался. Мужчин, парней и глупых юнцов, возжелавших приключений. Электричество - страшная вещь, оно сжигает изнутри. Я наведывалась в портовые кабаки и флиртовала с богатеями, ищущими девчонку на ночь, поразвлечься. - Правая ладонь начертила на левой стороне мужской груди фривольное сердечко. - Мужчина беззащитен во время поцелуя, даже если он не настолько пьян, чтобы вовремя заметить парапет канала. Возможно, некоторые из них, осознающие происходящее, умерли счастливыми. Возможно, кому-нибудь даже посчастливилось выплыть. Это я к тому, Руперт, что я никогда бы не стала ненавидеть тебя просто потому, что ты не такой, как все. Как и презирать за то, в чем лично ты нисколько не виноват.   - Ну да, - выдохнул Руперт, которого ничуть не отпугнули откровения эвтанатос. В конце концов, он уже не раз касался ее, и если бы она хотела, то убила бы его еще пару месяцев... ах нет, больше двух лет назад. - А я всегда считал себя последним человеком, кто был бы вправе осуждать людей за что-либо. Я столько раз со страхом представлял себе... всякое, что могло бы случиться, если бы я раскрылся. И не хотел, чтобы когда-либо я бы отнесся так ужасно к кому-то другому. - Маг задержал взгляд на смеющихся голубых глазах. Его губы изогнулись в улыбке. - Знаешь, Летика, я рад, что ты не стала меня топить. Ни тогда на корабле, когда мы смотрели на светящийся океан, ни в другое время. Пожалуй, я и правда везунчик. - Он рассмеялся. Какой же мукой и клеткой было тогда его тело, и насколько свободно и естественно он ощущает себя сейчас. Да, существовали еще некоторые трудности, и нужно было привыкнуть к некоторым отличиям организма, однако тот давний страх и невозможность представить для себя счастливое будущее - канули в Лету. - А зачем ты отыскивала тех мужчин? Я помню, ты говорила, что не убиваешь без необходимости - значит, этому были причины.   - Помнится, я уже говорила тебе, что не хочу тебя топить. - В серо-голубые глаза вернулась насмешливость. - Потому что без тебя будет скучно. - Летика улыбнулась, глядя в янтарные, почти кошачьи, глаза. - И была права. Я скучала по тебе, Руперт. - Качнув головой, она отстранилась, отходя к окну: - Я их не отыскивала. - Усмешка изогнула губы. - Просто навещала портовые бары и следила, кто сколько тратит. Причины были, конечно. Мне нужны были деньги. Чтобы жить, есть, скопить на билет в Индию... Сейчас нам запрещено покидать Империю, но, надеюсь, это не навсегда.   Руперт проводил ее взглядом, любуясь стройной фигурой, пока магесса не смотрела. Затем он подошел к Летике и обнял ее со спины.   - Для меня это все было словно вчера, - тихо сказал молодой аристократ, склонившись ее ушку. - Но я уверен, что тоже скучал бы. И я тоже надеюсь, что тебе позволят покинуть Англию. Я хотел бы показать тебе родные края. К слову, мне самому придется скоро уехать, как только придет ответ от родных. Но я вернусь. Обязательно.   Девичьи руки легли поверх мужских, пока серо-голубые глаза задумчиво рассматривали кружащиеся за окном снежинки. То, что по ней тоже можно скучать, отразилось едва уловимой усмешкой. Летика отклонилась назад, касаясь плеча Руперта затылком. В кольце его рук было тепло. И правильно. Он значил для нее больше, чем кто-либо, это приходилось признать.   - Хорошо. - негромко отозвалась Летика, - Надеюсь, твоя поездка будет недолгой.   Жаль, что она не может поехать с ним.   - Я пока еще не уезжаю. А потом... - Руперт усмехнулся. - Я тоже надеюсь, что буду недолго отсутствовать, но не забывай: мне предстоит убедить всех, кто меня лично знал, что с самого начала был Руперт, а не Руперта. По моим расчетам все визиты займут месяц-два, но я уже представляю, что буду делать. Вернусь как можно скорее, - подытожил юноша. - А пока у меня еще здесь достаточно дел, но мы будем видеться. Мягко развернув магессу лицом к себе, Руперт долго рассматривал ее тонкие изящные черты, словно опасаясь поверить, что это ему не снится - столь чудесным и невероятным казались ему собственное спасение и избавление от проблемы, отравлявшей всю его жизнь. Но Летика была здесь, и она приняла его. Ну что тут скажешь? Везунчик. Руперт склонился к ее лицу и нежно поцеловал в красивые губы. Чувства нахлынули на него, опьяняя и уволакивая за собой. Прижав к себе девушку еще ближе, он продолжал, не в силах оторваться и прекратить. Это не было похоже на тот отчаянный шаг - последнюю попытку ухватить кусочек счастья перед прыжком в пасть смерти. Сейчас юноша пил это счастье полною чашей, желая еще и еще, ощущая, как чувства переполняют грудь, как становится теснее внизу - там, где раньше был всего лишь носок. Черт!   - Прости. - Не разрывая объятий, Руперт слегка отстранился, пока теснота не стала заметной со стороны. Вид у него был смущенный и слегка виноватый. - Мне еще нужно привыкнуть к новому организму, научиться лучше его контролировать. И лучше не увлекаться. Особенно, у окна, висящего над водами Темзы, - обратил он свой конфуз в шутку и неловко засмеялся.   Месяц или два, это действительно недолго. Но стоит ли ей на что-то рассчитывать?..  Не безразлична - от этого в груди теплело. Но что будет дальше? Губы коснулись губ, прогоняя все лишние мысли, завладевая сознанием. Подавшись навстречу, Летика целовала его в ответ, пока он вдруг не отстранился. Но спросить она не успела - и насмешливо фыркнула, с удовольствием любуясь откровенно смущенным лицом Руперта. Да, теперь он был мужчиной в полном смысле этого слова.   - Для этого на окнах вешают шторы, - рассмеялась магесса, бесцеремонно увлекая парня в сторону от окна, и мягко толкая на кресло, опираясь ладонями по обеим сторонам его плеч. - Ты был очень милой девочкой, Руппи, - она наклонилась, губы коснулись мочки его уха. - Но мальчиком нравишься мне гораздо больше. И ты очень дорог мне, поэтому постарайся беречь себя чуть больше, чем обычно.   Руперт снова засмеялся и привлек Летику к себе, зарывшись в ее волосы, заставляя себя думать о других вещах, чтобы отвлечься. Он не хотел, чтобы их первый раз был таким. Это должно быть нечто особенное. Ведь и Летика была для него особенной.

Эй, я тут не при чем ) Это Эри опять что-то чудит. Но скипы я откладывать точно не буду, даже задним числом. Не получается отыграть какой-то кусок - ну и не страшно, не конец света. ))

Ну я понимаю, но это ж не критичный кусок. ) В принципе можно было отыграть его с Эвом, если он не против, но так-то не настаиваю. Смотрите сами по силам, времени и желанию.

А смысл? Просто напишу, что был в гостях - и хватит тогда )

Я имела ввиду реальное время. Или ты тоже про него?

Хорошо, дай знать тогда.

Нейти с Линдой не против пообщаться с Рупертом до его отъезда? Надо придумать, как нам состыковаться тогда, и выбрать день для отыгрыша.

- Ты правильно понимаешь, Руперт. Что же до твоего статуса - после Африки, я предупредил Рудольфа о том, что ты не мертв и мы будем пытаться тебя спасти. Как мне показалось, он искренне переживал за тебя, так что с твоим воскрешением не должно быть особых проблем. - Эндрю достал блокнот и написав на вырванном листочке адрес дома который они снимали с Лили протянул его Руперту. - Не затягивай с визитом, Лили ОЧЕНЬ переживает.   - Да уж я вижу. - Руперт слегка журя посмотрел на Лили и, поцеловав ручку, поднялся с места. - Что ж, не будем более обременять нашего дорогого Протея. Судя по обрывкам ваших слов, ему и так досталось. Летика, Джим, мне бы хотелось вас проводить. И попросить временно приютить у себя мое последнее обиталище. - Он указал на гроб. - Я потом непременно его заберу, а пока сами понимаете, некуда.    Беспомощно разведя руками, Руперт улыбнулся. Ситуация, сложившаяся с его положением, скорее забавляла, чем огорчала. В конце концов, он был молод, умен, и в этом городе было несколько лиц, кому он успел оказать достаточно услуг, чтобы надеяться на ответные. В крайнем случае, можно было устроиться на работу. Ха-ха!    Вскоре вон Витце (правда, какой он теперь вон Витце - теперь этот титул за дядей) высадил Джима, Элизабет и Летику у их дома и попрощался, оставив на попечение домовину. Почему-то сохранить этот гроб казалось ему важным делом. Он был ему нужен как память. Память о чем? О ком? Руперт и сам не мог толком сказать, однако решил поступить по велению сердца. К тому же гроб был красивый. 

- Нам изначально не следовало туда идти, - заметил Руперт. - Хорошо так рассуждать сидя в уютной гостиной, а тогда ситуация была сложная. Но ты прав, не будем больше об этом. - Он обернулся к Лили и тихо вздохнул. Не ей одной нужно было о многом поговорить, но с ответом были некоторые проблемы. - Где и когда? Я не знаю. Вы говорите, что прошло два года. Значит, моя семья считает меня мертвым. И я пока еще не барон. В случае моей смерти титул должен был перейти к дяде Рудди. Впрочем, это не важно. У меня уже есть пара идей, как разрешить этот вопрос - уверен, это будет несложно. Однако мне в любом случае придется где-то пожить, пока придет ответ на мое письмо к родным и нужная для путешествия сумма. Я так понимаю, все мои вещи уехали обратно в Ганновер? Джим?   Джим встрепенулся:    - Господин Рудольф все увез, милорд. И закрыл аренду вашего дома. Вы можете остановиться у нас. Правда, все три спальни заняты, но я могу уступить вам свою, а сам перебраться в чуланчик. Правда, я не уверен, что мне хватит содержания на этот дом, ведь ваше завещание отменяется, но вы не волнуйтесь, я работаю и... - Парень умолк, прерванный взмахом тонкой аристократической руки.   - Все формальности касательно завещания я улажу с мэтром Инголсом. Но одно могу сказать точно, Джим: твой статус не изменится. Я оставлю за тобой все содержание и оплату уроков, вплоть до достижения тобой двадцати лет, как и было указано в распоряжении. - Предвидя поток вопросов и возражений, Руперт слегка нажал на интонации, пресекая его. - Это не обсуждается. На твоем месте, юноша, я бы лучше повторил выученный материал, будешь сдавать мне экзамен. Что же касается места моего обитания, то у меня все еще есть здесь кое-какие связи - в худшем случае, поселюсь в меблированных комнатах.    Он допил чаю и обернулся к Эндрю с Лили:   - Оставьте мне ваш адрес. Как только улажу вопросы первостепенной важности с жильем и финансами - нанесу вам визит. Вы теперь живете вместе, я верно понял? - юноша улыбнулся. - Это приятная новость. 

— Ты почему такой дурак? — жалобным тоном спросила она. — Почему я такая дура? Как я могла предсказать, что случится в тех дурацких садах? Я бы... я бы отговорила тебя! Два года я надеялась, что ты ещё вернёшься. Знаешь... знаешь как мне больно было, а? Твоя жертва хуже ножа в сердце была! Ты теперь даже не помнишь, что я сказала твоему аватару! Мне всё повторять придётся! Я... я думала, что мы не справимся. Ты вообще представляешь, как сильно я хотела вернуть тебя? И снова на глазах навернулись слёзы, но в этот раз не настолько бесконтрольные.   Руперт смутился. Все-таки женские слезы заставляли его чувствовать себя немного неловко. Он похлопал себя по карманам, отыскивая платок. Интересно, кто подобрал ему этот костюм? И озаботился ли он платками? Кто одевал его? Несколько долгих секунд Руперт ощупывал себя, нашаривая карманы с задумчивым выражением лица. Наконец, злосчастный платок обнаружился в одном из нагрудных, и молодой немец предложил его девушке. Джим тем временем принес поднос с чаем и лично подал каждому по дымящейся чашке, не желая пускать сюда посторонних слуг.    - Исходя из сложившихся обстоятельств, это был наилучший выход, Лили. Эндрю с Летикой согласились. - Руперт осекся, взглянув на друзей. - Вернее, я думал, что согласились, - медленно протянул он и бессознательно взъерошил свою шевелюру. - Может быть, я и правда тогда был дурак. Но я сделал то, что было необходимо. Носферату были слишком сильны, их было много, а нам нужно было выполнить миссию так или иначе. Я решил, что такой вариант дает стопроцентный успех. Впрочем, не подумайте, что я не рад вернуться. - Он снова обвел взглядом присутствующих, молчаливо благодаря за то, что они для него сделали. - Однако я не ожидал, что кто-то будет по мне скучать. Ну, во всяком случае, больше чем по кому либо другому. Кто-то же должен был сделать необходимое.    В голове у Руперта был полный сумбур. Столько новой информации, да еще и провалы во времени. И обстоятельства его "воскрешения". Молодой немец чувствовал себя так, словно его приложили по голове пыльным мешком. Он отпил глоток чаю и снова задумался.

- Не буду. Только.. - маг замолчал, аккуратно формулируя просьбу, - только боюсь, что последние события.. и радость от твоего возвращения, мальчик мой, истощили меня. Мне нужно.. выдохнуть. И выпить. И тем, и другим лучше заниматься в одиночестве. Простите уж за прямоту. Думаю, всем нам нужно пространство, чтобы осмыслить происходящее.   - Конечно, мой друг, - поспешил заверить Протея Руперт. Состояние мага беспокоило его, однако он как никто другой понимал, что иногда действительно нужно посидеть в тишине и покое, чтобы все осмыслить. - Мы надолго у тебя не задержимся, только приведу в чувства некоторых... дам. - Вон Витце взглянул на Лили, которая пока была не в том состоянии, чтобы куда-то ехать, и снова поспешил успокоить Пуллвика. - Не волнуйся, я прослежу, чтобы обошлось без эксцессов, через полчасика нас здесь не будет. Да, кстати, ты не будешь возражать, если я прихвачу с собой гроб?    Юноша слегка смутился, понимая, насколько нелепой выглядела его просьба, однако он сам не мог сказать, почему для него так важно взять этот предмет с собой. Впрочем, Пуллвик не возражал. Попрощавшись с гостями, он покинул компанию, и молодой барон обернулся к Джиму:   - Джим, будь так добр? - Юноша, слышавший весь разговор, понял, что от него хотят, и поспешил на кухню. Он уже не был слугой, но господин Руперт был прав, им нужно было немного успокоиться прежде чем разъехаться по домам. Интересно, где Руперт будет жить?    Руперт огляделся. Задержал взгляд на Летике, но пока не спешил заводить с ней разговор. Он помнил, чем закончилась их последняя встреча, помнил тот поцелуй, и теперь слишком многое им нужно было сказать друг другу. Не сейчас и не здесь. Присев в кресло рядом с Лили, он посмотрел на девушку:   - Да что с тобой такое, ну? Видишь, все получилось? Все хорошо. - Осторожно взяв ее руку, Руперт заглянул магессе в глаза, недоумевая, что на нее нашло, и почему его возвращение вызвало такую бурю эмоций.

- Неужели? - девочка и сама не верила в столь однозначный успех, но разве могла она допустить, чтобы в её умениях кто-то сомневался, да ещё и публично? - У меня всегда всё получается, Джим. Но аватар всё же вернула не я, он сам перебрался в новое тело. Не так ли, мистер Руперт? Ваши люди были в вашем овиуме, буквально видели изнутри вашу душу. Вот что действительно неловко - когда посторонние знают о тебе больше положенного. А гроб.. все мы там окажемся. И этот кажется мне весьма удобным.   - Мои люди? - недоуменно переспросил Руперт. - А, вы имеете ввиду моих друзей? - Что такое с Лили, почему она плачет? И что такое наговорили Нейтан и Эндрю? Звучит чертовски фантастично, но пробуждение в гробу в особняке Протея сразу после африканских джунглей говорило само за себя. Придется поверить на слово. - Если я верно понял, помощь с переносом в новое тело, - немец запнулся, до того странно это прозвучало сказанным вслух, - ваша заслуга? В таком случае, мисс Элизабет, я у вас в долгу. Буду рад в свою очередь, если мне представится когда-нибудь возможность отплатить вам добром за добро. - Он улыбнулся девочке и протянул руки к Пуллвику. - Протей, я тоже! Очень! Ужасно рад! Правда, я еще не до конца понимаю, как тебе это удалось провернуть, но я чертовски тебе благодарен, мой дорогой друг. - Он крепко, как мог, обнял рыжего мага и с беспокойством посмотрел на него. Похоже, магистру довелось пережить не самые счастливые дни, и виноват был во всем он, Руперт. Нужно было срочно придумать, как его приободрить. Он посмотрел на Лили. Похоже, с той приключилась форменная истерика. - Господи, что с тобой, кляйн? Ну же, все хорошо. Поднимайся. Вот так, умница. - Поддерживая девушку под руки, он кое-как усадил ее на ближайшее кресло и перевел дух. - Протей, ты не будешь возражать, если я попрошу Джима организовать нам чай?

- Обалдеть, - Элизабет, ничуть не стесняясь, подошла к открытому гробу и с любопытством заглянула внутрь. Да и чего бы ей смущаться? Весь ритуал был её экспериментом. Первым в таком роде.. и неожиданно успешным! Маленькая волшебница не сомневалась в своих силах, но подсознательно всё-таки не верила, что станет свидетельницей воскрешения живого человека. Ну, хорошо, не воскрешения, но очень стилизованного под это процесса.   Увидев незнакомую девочку, Руперт немного смутился.    - Добрый... день, мисс. Руперт вон Витце к вашим услугам, - представился он, молясь про себя, чтобы эта девица не оказалась очередным провалом в памяти. Впрочем, учитывая, что он сейчас натурально сидит в гробу, это еще не самое худшее, что может случиться. - Прошу прощения. Как неловко!    - Господин вон Витце! У нас получилось! Лиз, неужели у нас получилось? - Джим бросился к Руперту и помог ему выбраться из гроба наружу.    Тело слушалось... не то, чтобы плохо, но немного непривычно - словно он отлежал все конечности. Какой-то юноша окликнул его по имени и подал руки. Очень кстати. Руперт нахмурился, вглядываясь в смутно знакомое лицо.   - Джим? Ты вырос. Погодите. Мы же вчера только пошли в Сад Костей. Или это было не вчера? - Судя по Джиму, верно было последнее, но Руперту было тяжело понять, что произошло, и где они все находятся. Он огляделся надеясь отыскать какие-то подсказки, и заметил своего друга магистра. - Мистер Пуллвик, ради бога, объясните, что... - что здесь произошло? Где - здесь? В Африке? Он помнил, как пошел в мандрагору вместе с солдатами. Он попрощался с жизнью. И теперь его стали хоронить. Но нет, что-то не складывалось. - Объясните мне все, пожалуйста. Последнее, что я помню - это соглашение с носферату.

— Наверно... тебе надо выйти из своего тела? — чуть успокоившись, сказала культистка аватару немца. — Ты можешь покинуть овиум? Это ведь твоё хранилище? Чародейка наверняка следит за происходящим и сможет в нужный момент перетянуть тебя куда надо, к новому телу. Наверно...   - Наверное. Так, погодите-ка. - Руперт приподнял голову, словно к чему-то прислушиваясь. Затем он снова обернулся к друзьям, на лице сияла легкая и свободная улыбка. - Да, я чувствую это. Раньше я бы не смог, теперь можно. Я вижу путь.    Наверняка эта чародейка проложила дорогу - больше некому. Немец еще раз поцеловал руку Летики, ласково взъерошил волосы Джиму, проходя мимо, и шагнул через дверь прочь - в закручивающийся водоворотом коридор. Горностай весело поскакал следом, прошмыгнув одновременно с человеком.    Особняк Пуллвика   Джим с трудом разлепил веки и осторожно пошевелился. Что такое? Он уснул в гостях? Ах, вспомнил. Они были в овиуме у Руперта. Их выкинуло или уже проснулись? С трудом разминая затекшие члены, юноша огляделся. Рядом просыпались его товарищи. Из гроба послышался приглушенный стон.   - Что... я? Где я? - Руперт зажмурил глаза покрепче и снова раскрыл. Тело едва-едва слушалось. Сколько же он проспал? И что это за... Квелая с непривычки рука ощупала внутреннюю обивку гроба. Гроб?! Он умер? - Подождите, не надо меня хоронить! - Черт, язык заплетается. - Я живой, живой, это ошибка! Стойте!   Господи, как он сюда попал? Почему он в гробу? Голова вроде не болит, значит, дело не в беспробудной пьянке. Что же он помнит последним? Помогая себе руками, вон Витце сел в своем скорбном ложе и огляделся. Стоп, он же был в Африке. Мандрагора... 

— Хватит валять дурака, ты нужен мне! Ты снова будешь полноценным живым человеком!   - Надо было. - тихим эхом отозвалась Летика. - Небезразличен. Я ценю своих друзей. У меня их слишком мало.   Так и не отпустив руку Летики, Руперт смотрел на Лили и Эндрю, переваривая и пытаясь осмыслить сказанное. Глаза остановились на служительнице экстаза. Нет, она не стала бы шутить с такими вещами, ей можно верить. Юноша обернулся к Летике и вгляделся в ее серо-голубые глаза. Он рискнет. Оно того стоит.   - Только друзей? - пробормотал он едва слышно. Не дожидаясь ответа, молодой немец поцеловал ее руку и прижал к своей груди. И сказал, глядя прямо в глаза девушке, но достаточно громко, чтобы все слышали. - Хорошо, давайте попробуем. Я согласен. Что нужно делать?

— Мне плевать на магов, на вампиров, на всякое зло и добро, я всё это делала только ради тебя!   Руперт опешил до такой степени, что даже немного попятился, упершись спиной в подоконник.    - С ума сойти. - Он озадаченно потер лоб, во все глаза глядя на разбушевавшуюся Лили. Он даже не мог себе представить, что у нее к нему какие-то чувства, кроме приятельских - и тут такой шквал. - Но почему? Нет, не отвечай, это не имеет значения. - Юноша вздохнул. - Скажи мне лучше другое: чего ради вам понадобилось разыскивать труп и мага, готового сделать из меня зомби? Я не понимаю.   Не хочешь подумать что понравится нам, твоим друзьям, а что нам не понравится? Или мы для тебя пустое мест ои нашими чувствами и желаниями можно пренебречь?   - Нет, важны, но... - В конец растерянный Руперт переводил взгляд с одного на другого, не понимая до конца, чего от него хотят. - Я ведь уже прожил жизнь. Все кончено. Ну или кончится вскоре. Зачем эта.. некрофилия?   - Почему не сказала? Да потому, что ты принял решение и не согласился бы на иное. - отозвалась Летика, глядя в знакомые янтарные глаза, - Я пришла сюда из-за тебя, Руперт. Только из-за тебя, Протей Пуллвик, несмотря на все, мне глубоко безразличен. А ты... - она тихо вздохнула, - снова хочешь оставить все, как есть.   У Руперта не было ответов для Летики - одни лишь вопросы. Но по крайней мере, один ответ был ему ясен. Юноша подошел к магессе и мягко взял ее за руку. Свободной рукой провел по ее волосам.    - Надо было сказать, - тихо прошептал он. - Тебя я бы послушался. Ты слишком хорошо скрываешь свои чувства, Летика, я даже не подозревал, что небезразличен тебе.

— О чём ты думал, когда пошёл на смерть?! О вампирах и их проклятых законах?! О политике и магах?! О чём, демон меня побери?! Ты не подумал обо мне?! Неужели... неужели те кровососы были для тебя важней меня?! Меня не было тогда, чтобы сказать тебе, что ты стал для меня одним из самых дорогих людей в этом проклятом мире, и можешь ли ты представить, сколько я обвиняла саму себя в том, что решила остаться сражаться, что не успела найти тебя, когда ты пришёл за солдатами, что не дала тебе раньше понять, что в этом мире есть те, кому ты дорог?! Почему, Руперт?! Почему ты ушёл?!   Отповедь Лили прозвучала для Руперта словно гром среди ясного неба. Несколько долгих мгновений он молчал, не в силах отыскать для нее даже пары слов - настолько все звучало ошеломительно и неожиданно. Неверяще он посмотрел на волшебницу, а потом протяжно вздохнул. Прошел обратно к окну, остановился, созерцая пейзаж. Наконец, он заговорил:   - Я помню, как решил стать... частью экосистемы. Я видел, что у нас почти нет шансов в сражении с вампирами, и к тому же я не был уверен, что уничтожение - это тот результат, который бы порадовал Мортимера. Я пытался найти другой выход, честно! Но я его не нашел. И я не мог принести вместо себя в жертву кого-то другого. Как не мог позволить вампирам использовать вас. Это были минимальные потери, которыми можно было обеспечить полную победу. Я хотел, чтобы вы вернулись с триумфом, чтобы Арканум больше не преследовал вас, чтобы у вас все было хорошо. Мною можно было пренебречь. - Юноша развернулся и посмотрел на Лили. Затем перевел задумчивый взгляд на остальных. - У меня даже мысли не было, что этого кто-то не примет. Вы все добрые и отзывчивые, я знаю, вы бы никогда не согласились, предложи я такое, но я считал, что вы примете это постфактум. Я последний человек, о котором бы кто-то жалел. Я не думал, Лили, я не знал, что это причинит тебе боль. Прости. И ты, Летика, - он обернулся к магессе, грустно глядя в глаза. - Ты ведь пообещала мне, что позаботишься обо всем. Если ты собиралась меня остановить, если не хотела, чтобы я пошел на это, почему не сказала мне? - Руперт беспомощно переводил взгляд с одной девушки на другую и, наконец, словно придя к какой-то мысли, покачал головой. - Но ведь я все-таки был прав. Вы пошли на это не из-за меня, вы делаете это, чтобы старания Протея были не напрасны. Но подумайте, я ведь уже дома. - Он обвел рукой вокруг. - Да, мой дом умирает, но это мой дом. Я знал, на что иду, и не совсем понимаю, что вы мне предлагаете, и главное - ради чего. Не лучше оставить все как есть?

Овиум Руперта. Сердце   - Мы придумали, как переселить твой Аватар  и душу в новое тело. - Ты не представляешь, через что нам пришлось пройти. чтобы заполучить  для тебя новое тело и  на какие сделки пойти. - Так, что сейчас будет эгоистично сказать, что все было зря. и ты хочешь тут остаться. - Я скучала  Руперт и практически тебя простила за то, что  ты не участвовал в том бою и  пожертвовал собой и теми пятью солдатами.   Руперта, похоже, совсем не смутили ни заверения Линды в том, что она его почти простила за что-то, ни упреки в эгоизме. Он на миг отвернулся от окна, сверкнула теплая улыбка.   - Ты всегда думала сердцем, Линда, - ласково пожурил ее немец, снова отворачиваясь и созерцая безрадостный пейзаж за окном. - Вот и сейчас ты хочешь вытащить друга, не думая о последствиях.    Протей Пуллвик... - Нейтан проследил за реакцией. - Наш замечательный магистр, что так благоволил тебе при твоей жизни, пожертвовал весьма многим, чтобы начать и продолжить этот поиск. Он связался с довольно мрачной силой. Он едва не был обвинён в убийстве. Он лишён некоторых регалий и права применять магию вне своего дома. Это малая цена, чтобы доказать как ты нужен ему и нам? Кстати, именно в его доме сейчас стоит гроб с твоим телом. Да, именно с твоим. Новым и настоящим. А не с тем, что расклёвывают птицы, которым, в самом деле, нужно твоё страдание, а не твоя плоть.   - Но я не страдаю. Я рад поделиться тем, что осталось. - Руперт погладил ворона, присевшего на подоконник. - Ужасно слышать такое про Пуллвика. - Несколько мгновений вон Витце молчал, обдумывая новости. - Насколько я знаю нашего дорогого Протея, потеря регалий - не самое страшное, что ему пришлось пережить. Почему вы его не отговорили?   - Ничего не будет зря. Носферату даже не узнают про исчезновение души, ведь мы и близко не подходили к их дереву. - Летика тихо вздохнула, глядя Руперту в спину, - Ты знал, что я попробую тебя остановить и сделал все возможное, чтобы помешать мне. От этого мне тоже было больно. - она подошла ближе, коснулась его плеча ладонью, - Возвращайся, Руперт. Ты нам нужен.   Ощутив на плече прикосновение женщины, Руперт, наконец, обернулся.   - Вы говорите, что можете вселить мою душу в новое тело. Но разве такое под силу магам нашего уровня? - Он озадаченно посмотрел на Летику, не совсем понимая, о чем говорят друзья. - И почему оно лежит в гробу? Вы его где-то выкопали?   На миг глаза немца слегка расширились, словно он представил себе картину вселения в какой-то гниющий труп, но он так и не успел получить ответ, прерванный громким криком:   - Господин вон Витце! Вы здесь! - Джим вместе с Эндрю и Лили, ведомые верным проводником, присоединились к остальным. Белая молния метнулась к гербу - и застыла рисунком.    Руперт обернулся на крик. Долю секунды барон рассматривал юношу, пока в его взгляде не появилась тень узнавания:   - Ты вырос, Джим.    Парень остановился и застыл, не зная, что и сказать. Все слова потерялись где-то по дороге на винтовой лестнице. Сколько всего он представлял, когда случится их встреча - и теперь не мог проронить ни слова.

Пыточная   — А точно ли это злая тень? — медленно подходя к пленнику ближе, спросила Лили. — Эй, — оказавшись в шаге от него, мягко произнесла она, не обращая внимания на острый взгляд. — Ты понимаешь меня?   Жестокие янтарные глаза устремились к Лили, и в них промелькнуло... узнавание. И вместе с ним в них отразилась такая знакомая гамма чувств: желание растерзать, причинить боль, упиваться ее муками. Тень дернулась, словно пытаясь добраться до девушки, но тут же изогнулась от жуткой боли - раскаленные цепи делали свое дело. Темное тело обмякло, лишь глаза продолжали неотрывно следить за ней - полные желания и сожаления о недоступном.   Сердце   - Это не чума. - внутреннее спокойствие вернулось, изгоняя из серых глаз мимолетную голубизну, - Это Мандрагора, Руперт. Она пожирает твои воспоминания, твою душу. Мы пришли за тобой, чтобы забрать тебя из этого кошмара. Вернуть домой.   Руперт нахмурился, словно пытаясь вспомнить.   - Да, Мандрагора. Я помню, Летика. - Мужчина оставил ее руку и подошел к окну, развернувшись к гостям спиной. - Я сам согласился на это все. Но это не была блажь и не желание покончить с собой. Я хотел сделать как лучше для всех, чтобы Мортимер был доволен, а вы, мои друзья, живы. Ты говоришь, что вы хотите вернуть меня домой? Но тогда все это будет зря. 

- О чем ты, Руперт? Какая чума? - серые глаза чуть расширились в удивлении, а потом Летика решительно мотнула головой, - И это все равно не повод кормить птиц собой! - взяв его руку в свою, магесса накрыла ее второй ладонью сверху, - И да, мне больно. - серые глаза смотрели в янтарные, так и не забытые за два долгих года, - Больно видеть, как ты мучаешь себя. Ты живой, не падаль, не корм для птиц! И... - что-то дрогнуло в подернувшейся дымкой серой глубине, - ты обещал мне беречь руки. - чуть слышно, почти шепотом.   - Oh, mein Gott! - Глаза Руперта широко раскрылись, словно ему дали пощечину. Молодой мужчина взял руку Летики и мягко развернул ее лицом к окну, сквозь которое виднелся раскинувшийся окровавленный лес, а за ним покрытые плотью равнины и холмы. - Взгляните сами, друзья! - Похоже, он все-таки узнал Нейтана с Линдой, но поскольку те с ним не говорили, то только сейчас обратился к ним. - Мой народ, мои воспоминания, все, что было мне дорого - все пожирает эта чума. И другие. Те, кто проникают сюда - отравленные и потерянные, они хотят, чтобы здесь все стало таким. Я стараюсь уберечь то, что могу, пусть даже ценой самого себя, но я не могу сдерживать это вечно. И я не смогу здесь вас защитить. Зачем вы пришли? Это место обречено. 

Я жду ответа Селены, потом отвечу Линде с Нейтаном.

- Мы шли за белым горностаем. - улыбнулась Летика, подходя ближе, - Здравствуй, Руперт. Я Летика. Ты меня совсем не помнишь? - еще на шаг ближе, взмахнуть рукой, прогоняя птиц, - Зачем ты позволяешь им делать тебе больно?   Руперт, до этого с теплой улыбкой наблюдавший за пиршеством птиц, разочарованно посмотрел им вслед, но слова Летики наконец привлекли к себе его внимание. Бросив короткий взгляд за спину, где висел щит с опустевшим гербом, он соскочил со стола, на ходу натягивая перчатку обратно.   - Как я мог забыть свою леди? Конечно же, я тебя помню. Почему ты прогнала этих божьих тварей? С тех пор, как кровавая чума опоганила все вокруг и опустошила мои земли, им стало нечего есть. Мне не жаль. - Подойдя совсем близко к волшебнице, он слегка склонил голову набок; ласковый взгляд рассматривал каждую черточку, словно вспоминая связанные с Летикой мгновения жизни. - Или тебе от этого больно?

Не, там немного другое. Можешь спросить, если хочешь ) Тут он совершенно открыт. 

Ладонь.

Овиум. Сердце   Джим бы сказал, что происходящее напоминает ту самую книжку, но Летика не читала сказок. Поэтому просто вошла в распахнутую дверь.   Первым, что заметила Летика, войдя в святая святых овиума Руперта, была тишина. О нет, звуки здесь были. Тихий шелест страниц, переворачиваемых ветром, задувающим в распахнутое окно, хлопанье крыльев, звуки ее шагов - это все было естественно и уместно. А вот шепот, гомон и смех - исчезли, словно их никогда и не было. Сама же комната представляла собой светлый и просторный кабинет. Книжные стеллажи тянулись до потолка у дальней стены, на другой были развешены карты, на полу и на креслах валялись разные вещи: от цилиндра и трости до подзорной трупы и каких-то странных механических приспособлений. Пожалуй, это могло бы сойти за обычное помещение для работы и творчества, если бы не странное поведение ее хозяина.   Руперт вон Витце восседал на огромном письменном столе, поджав ноги к себе, а рядом с ним вились птицы. Словно поняв, что от него ожидают пернатые гости, мужчина стянул перчатку и протянул ладонь. Вороны, приняв угощение, тут же принялись деловито склевывать мясо.    - Вы не Соседи. - Руперт едва ли удостоил вошедших взглядом, однако голос его не был враждебным, а скорее любопытным и заинтересованным. - Как вы здесь оказались?    OST