Thinvesil

Лагерь   — Нет, я имел в виду демона. Зубастый, когтистый, шипастый — много эпитетов в его сторону выкинуть можно. Кусаться умеет больно, так что это не только для красоты.   — Ааа... Тварь демонская, значит, — покивала наемница и для верности опасливо покосилась, демонстрируя свою настороженность к таким штукам. Естественную для всех сопорати, наверное. — Надеюсь, он чистит зубы.   Хмыкнув, она закинула в рот последний кусок бутерброда — не бог весть что, но хоть желудок набила. Закончив с трапезой, Эльса достала белый платочек и аккуратно вытерла уголки рта. Пожалуй, она была готова выдвигаться хоть сейчас. 

Лагерь   — Драка была разок. Добрая, — кивнул наёмник. — Давно ещё. Какой-то борзый капитан нарисовался на входе в море, и команда у него была не самая сильная, но походу отбитая слегка. Всемером, ну или восьмером с моим зубастым, против пятнадцати-шестнадцати человек отбились, часть порубили, часть ранили, остальные слиняли. У нас двое слегло совсем, одного вытащили. А насчёт искупания через общественно-полезные дела в Империи всё как бы ясно. Любого пирата пустят в ход с превеликим удовольствием, да только от самого пирата там ничего и не останется.   Поняв, что именно имеет в виду Дамина, Алисия нахмурилась. Это даже и искуплением не назвать. Искупление не может быть принудительным.   — Есть и другие способы исправить причиненное зло, — тихо сказала девушка. — А если на одно зло другим отвечать, то всем только хуже будет.    Настроение чуть ухудшилось, но его поднял Руфус. Вид мага, вылезающего из палатки и плетущегося к ручью, сонно зевая, оказался забавным. А ведь всегда такой собранный. Похоже, ученый принадлежал к числу сов, а не жаворонков, и такая ранняя побудка была ему в тягость. Альтус даже посочувствовала.    — А зубастый, эт ты про кого? — едва утрудившись, чтобы прожевать, с набитым ртом поинтересовалась она у Дамиана. — У тебя тоже пес был? Или остался дома, как у Феликса? 

Лагерь   — Да пираты те ещё весёлые ребята, — с усмешкой фыркнул Дамиан. — На чужой корабль залезут, желательно не сильно защищённый, и давай кромсать народ. Слышал я, что раньше они ещё в рабство народ загоняли и продавали то ли тевинтерцам, то ли ещё кому, а с новым Жрецом как-то туго с этим стало, поэтому предпочитают просто кишки выпускать. Ну или если видно по тебе, что морда богатая, то могут в плен затащить до выкупа. С девками так понятно что делают, если находят. Короче, веселья полные штаны, — покачал он головой. — Лучше не надо к ним.   — А зачем к ним? — весело усмехнулась девушка. — Покрошить их в капусту, или еще лучше повязать и пустить на общественно полезные дела, чтобы пакости свои искупали. Я ж не про плен и прочее говорю, а про добрую драку. Можно даже нарочно слабой мишенью прикинуться, а потом как вмазать тепленьким!   Именно так, по расказам, раньше и промышляла отцовская родня. Ну, не только этим, но пиратам и бандитам всяким отпор давать — наверное, было в удовольствие. Жаль, сама Алисия те времена не застала. Глядишь, и болтанка на море не в тягость была б.    Покосившись на рагу и кашу, альтус достала из сумки паек и с помощью кинжала соорудила себе парочку бутербродов. Кто знает, из какого потайного места Феликс крупу и овощи достал, когда у всех пайки в целом однотипные были. Может он и ниче такой парень, но лучше не рисковать. Девушка покосилась на пса, но тот тоже не стал ни у кого клянчить, а с аппетитом вгрызался в пойманного зайчика. Что поделать, естественный отбор.

Лагерь   — Мне несложно, — пожал он плечами. — Просто заставляешь себя перестать обращать внимание на вес и идёшь. Идёшь, идёшь, идёшь. Думаешь о чём-нибудь другом, дорогу разглядываешь, не важно. Если дорога трудная, то даже проще — больше внимания уделяешь ей. Если слабоват, то загнёшься довольно рано, но я так долго идти могу. Но с конём удобней, конечно. На корабле проще всего — раз-другой сплаваешь через Недремлющее море и понимаешь, что нахрен вообще по земле тащиться. Долго, муторно, ещё и всякие головорезы по лесам сидеть могут. На воде фанатиков не встретишь, а под имперцами и пиратов меньше стало.   — Ну в отношении скорости да, — согласилась Алисия, провожая взглядом куда-то резко метнувшегося пса. Впрочем, если бы там был повод для беспокойства, он бы дал знать. — Только болтанка эта в море ужасно надоедает. И вообще скучно. На суше всегда можно свалить в другой город, посмотреть на новых людей, а с корабля фиг куда денешься. С пиратами хоть веселее бы было. Да и вообще люблю, когда под ногами что-то основательное и надежное, а не вся это морская ерунда.   В кустах послышался шум, звуки возни, и вскоре Кунсей выбежал обратно прямо сквозь щерящие голые ветки, таща в зубах нечто серое и не слишком крупное. Девушка присмотрелась.   — О, ты поймал себе зайчика? Молодец! Значит, мясо с пайка я съедаю сама! — пес жалобно заскулил, насколько позволяла занятая пасть, но Алисия сделала вид, что не заметила. 

Лагерь   — Не слишком часто, но приходилось, — припомнив кучу походов за последние лет восемь-девять, ответил он. — Обычно есть либо телега, либо конь, либо корабль. Но бывало и пешком ходил. Даже со снаряжением и доспехами. Прям как легионер какой, — фыркнул демонолог. — Слышал я, что их так и гоняют обычно на своих двоих.   — И как? Легко привыкнуть к такому? — поинтересовалась девушка, пристегивая последний наплечник. Самое время сейчас отправиться к костру и позавтракать, пока начальство еще не проснулось. — Я-то обычно на лошади. А тут оставить дома пришлось. Мало ли, что случится. Не хочу, чтобы с моей соколицей что-то случилось.   Эльса подозвала пса, готовясь двигать. Осталось только подождать Дамиана. Девушка не хотела показаться не вежливой, тем более, что общался парень мало с кем и редко. Вряд ли потому что бука, учитывая, как он извинялся и беспокоился за то, чтобы она не осталась без гроша после театра. Скорее, стеснительный просто. Альтус решила, что следует поощрять такие попытки, чтобы демонолог понял, что его принимают.

Лагерь   — Доброе утро, — кивнул он ей и, чуть замявшись, псу. — Не лень с утра загоняться так? Целый день ещё идти будем, — чисто из любопытства поинтересовался он.   Вопрос застал ее прямо посреди процесса натягивания кожаной куртки. Скосив глаз за демонолога, Эльса решила ответить, не отвлекаясь от дела.   — Да разве ж я загоняюсь? — просунув голову, альтус принялась за рукава. — Это так, разогрев. Как раз, чтобы мышцы с утра не были деревянные. — она затянула один из ремешков на рукаве и задумалась, не спеша приниматься за второй. — Мне показалось, что наоборот целый день однообразно топать — устанешь от того, что все время одно и то же. А тебе часто приходится путешествовать пешком?   Вспомнив про второй ремешок, магесса продолжила одеваться. Благо, у нее были не латы, а всего лишь кожанка с защитой. Можно спокойно позавтракать уже в полной экипировке, а затем сразу выдвинуться.

Лагерь   Люди сновали к ручью и обратно. Лагерь активно просыпался, а значит, скоро будет пора уходить. Алисия решила не слишком затягивать с отдыхом. Завязав волосы в хвост, она спрятала гребень обратно. Размяться бы еще. Хотя... Девушка прикинула про себя планы до выхода — время на короткую разминку у нее точно было. Скинув меховой плащ и кожаную куртку, она осталась в одних штанах и рубашке. Сапоги скидывать не стала — ладно бы днем, а с утра было для такого холодновато.    Сначала они с Кунсеем пробежались на пару туда-сюда вдоль по ручью. Потом стандартная зарядка-разминка, задействующая все группы мышц. После этого воительница решила перейти к более серьезным упражнениям. Придирчиво осмотрев деревья, она выбрала одно с почти горизонтальной и достаточно крепкой веткой. Сойдет. Подпрыгнув, девушка подтянулась, перевалилась через ветку вниз головой и зацепилась ногами в коленях. Из такого положения можно было тренировать пресс, мышцы спины и заодно и ног.    Отсчитывая ритм и дыхание, Алисия закрыла глаза и попыталась представить, что делает это в комнате Кристофа, где немалую часть занимала гимнастическая стенка с турниками, лесенками и перекладинами. С самого детства, сколько она себя помнила, альтус любила играть там, перебираясь, перепрыгивая и подтягиваясь. Но самым любимым занятием была игра "Поймай!", когда маленькая Алисия без предупреждения падала, соскальзывала, бросала висящую под потолком перекладину, а Кристоф должен был вовремя ее поймать и не дать ушибиться. Чуткий дух ни разу ее не подвел. Сколько себя помнила девочка, у нее не было никого ближе и кому бы она больше доверяла. Да, есть еще отец, любимые братья, и вот теперь еще Ларс, но Кристоф был для нее связан с ощущением дома, надежности и защиты. Безграничное доверие. И духовная близость.    Наверное, он почувствовал направленность ее мыслей или настроение, потому что Эльса ощутила прилив нежности и заботы духа. Но она не позволила себе отвлечься от упражнений и снова согнулась в талии, поднимая висящее вниз головой тело вверх. 

Лагерь   - Скажи, эм... если не секрет, - Он обратился к Эльсе, кивнув на собаку, - как тебя угораздило обзавестись таким волкодаводавом?   — Не секрет, — ответила девушка после того, как поздоровалась с Ринн и Доленгалом. Похоже, сейчас у ручья был аншлаг. — Он меня сам выбрал. У мабари это называется запечатлением. Уж не знаю, за что, но похоже он решил, что мы станем отличными товарищами. Верно, милый?    Кунсей радостно завилял хвостом и подтверждающе гавкнул. Рука девушки с гребнем застыла на половине движения, взгляд стал признательным.   — Мабари необычайно умны, а их верность воспета в песнях. Для меня большая честь быть ему другом. Стараюсь соответствовать. — она улыбнулась псу и покачала головой. — Волкодаводав! Ну ты и скажешь!

Лагерь   К тому времени, как остальные потихоньку начали подтягиваться к ручью, Эльса уже успела обойти лагерь, умыться и почистить зубы. Теперь девушка сидела чуть поодаль от того места, где обычно черпали воду, и расчесывала свои светлые волосы костяным гребнем из рога галлы. Кунсей возился вокруг, обнюхивая кусты и деревья, помечая территорию и занимаясь другими не менее интересными собачьими делами. Девушка же задумалась, глядя на серое небо.    Ночка выдалась так себе. Каждый час ее будил песель, давая знать, что пора подвинуть бревно, чтобы костер не стухал. Но все-таки это было неплохо. Костер, спальник и накинутый поверх головы меховой плащ хорошо согревали обоих, а теплый собачий бок, согревающий голову, не позволял продуть самую важную часть. Впрочем, утренний морозец здорово освежал, и сейчас магесса подумывала о том, чтобы вернуться обратно к лагерю к теплому костру. Плохо только, что волосы полностью пропахли древесным дымом. Альтус причесывала длинные пряди тщательно и методично, словно пыталась избавиться от навязчивого запаха. Не то чтобы он был приятным... Просто отдавал какой-то дикостью.

Лагерь — А... Та... — начала Адалин, уставившись на свои руки. Он хотела сказать "проблема", но произнести вслух оказалось тяжелее, чем подумать. — То, что у меня со сном. Оно пройдет? Как быстро? Руфус задумчиво почесал нос. Пока что он и сам не слишком представлял масштабы проблемы. Если сказать слишком долго, то это может демотивировать Адалин. Если дать какой-то короткий срок, и она в него не уложится, то может начать думать, что это с ней что-то не так, и тогда будет ещё хуже. - Все зависит от того, насколько оно запущено, - без обиняков и честно ответил маг. - И от того, как быстро мы сможем докопаться до изначальной причины. Нужно убрать изначальный фактор, а не купировать последствия. Тогда эффект будет стойкий. - он ободряюще улыбнулся. - Главное продолжать и не останавливаться. Идущий когда-нибудь да придет. Посмотрим недельку, какая будет динамика, а потом можно будет откорректировать или поискать что-то получше.

Лагерь — Не спится? — спросила Адалин. Она привыкла, что ложиться спать последней. Если вообще ложится. - От чего же, скоро пойду, - легко ответил целитель. - Пришлось немного задержаться, на ночной дожор, как говорит Дамиан. - он улыбнулся, найдя выражение весьма забавным. - И кто-то должен вымыть котелок, когда он опустеет, чтобы не присох намертво. Почему бы и не мне? Я не слишком устал за день. Да и не слишком уж утруждался, если на то пошло. Вам достался самый тяжёлый труд.

Лагерь   Адалин затеяла варить отвар, и Руфус не стал пока уходить, поглядывая время от времени, как у девушки продвигается дело. Но судя по всему, она хорошо справлялась и в точности придерживалась инструкции. Маг удовлетворенно кивнул про себя, одобряя такую самостоятельность и самодостаточность.    — Теперь ему нужно дать настояться, — напомнил целитель и потянулся за котелком с остатками сыра для фондю, который благоразумно оставил поблизости от костра, чтобы оно не остыло. — А пока поешь, тут осталось еще на одного человека. Бери кусочек хлеба и черпай прямо из котла, как ложкой.    Пока Адалин готовила чай, Эльса успела закончить обход и вернуться. Перевернув толстое бревно необожженной стороной, ферелденка расположилась в спальнике по другую сторону костра. Рядом под боком улегся пес, но целитель знал, что чуткие собачьи уши и нюх сразу заставят его прервать сон, если кто-то будет приближаться к лагерю. Пожалуй, с такой вахтой можно будет обойтись и без часовых.

Лагерь   — Растопку? Сухую траву например? Под низ,  — догадалась Адалин. Она совершенно забыла об этом этапе. Не удивительно, последний раз ей приходилось сидеть у костра год назад, если не больше. Да и тот разводили караванщики, к которым она напросилась в попутчики на пару дней дороги. — Покажи.   — Не, трава будет чадить и дыметь, а огня не даст. Лучше хвою какую-нибудь, сухую ветошь, и все в таком духе. Или делаешь вот так, — отыскав из кучи ветку посуше и шершавой облущенной берестой, Эльса ножом содрала кору и стала укладывать из нее что-то вроде небольшого колодца. — Теперь берем совсем маленькие веточки и ставим их так же, как ты поставила те, что побольше. Вокруг растопки, но не закрывая к ней доступ. — выложив шалашиком прутики, воительница достала из сумки огниво и примерилась. — Теперь чиркаем пиритом так, чтобы поджечь растопку. Не веточки. Они от растопки огнем займутся. Вот так. — пара резких ударов камнем по металлу — и на растопку посыпался целый сноп искр. Береста загорелась, маленькие огоньки потянулись ввысь, облизывая положенные сверху редкие прутики. Девушка слегка подула, расширяя огонь на соседние. — Теперь подождать, когда они займутся огнем, и ставить веточки покрупнее. А потом еще. Самое главное — не закидывать сразу и не мешать свободному доступу воздуха. Без воздуха пламя задохнется и погаснет.    Огонек постепенно разгорался. Ферелденка отламывала от больших веток помельче и укладывала их. Спокойно и без спешки, давая время загореться одной за другой. Вскоре уже можно было пускать в ход сучья и хворост обычных размеров.   — Только следи, чтобы растопка и топливо мелкое сухими были, — добавила она последний совет, поднимаясь. Сама Алисия потратила немало времени и попыток, чтобы тайно научиться разводить костер, как заправская сопорати-путешественница, но зато теперь вполне могла обойтись и без магии в случае надобности. — Иначе не разгорится и будет чадить. Вот если костер уже сам по себе живой и большой, можно в него слегка подсыревшее — оно успеет подсохнуть, пока вокруг все горит.

Лагерь   Эльса, скинувшая бревно, стояла неподалеку, посматривая на попытки Адалин справиться с укладкой костра. Адалин не любила, когда смотрят под руку, но старалась не обращать на нее внимание. Смотрит и ладно, главное не мешает. Соорудив что-то сносное, она подожгла одну из веток и, держа на вытянутой руке, попыталась разжечь костер. Язычок огня облизнул дерево, мигнул и погас.   — Помочь? — Руфус поднялся и взял в руку свой посох.   Явно пытался облегчить жизнь сопорати. Эльса сочла за благо вмешаться и пресечь благородный порыв.   — Ты про магию-шмагию? — уточнила воительница. — Лучше в другой раз, когда времени не будет. Я сейчас покажу, как своими силами обходиться. Но за предложение спасибо.   Улыбнувшись магу, который пожал плечами и сел обратно, девушка подошла к Адалин ближе.   — Ты растопку-то сделала? Давай, покажу, как костер с нуля разжигать, — предложила она, присаживаясь на корточки. — Не всегда рядом будет второй костер, чтобы от него поджечь ветку и прочее. А тебе мало ли где еще эта наука сгодится.

Лагерь   — Зачем тебе эта дура? — Адалин кивком указала на бревно. — Есть топор? Или сидеть?   — Не-е. В костер, — чуть натужно ответила Эльса, взваливая бревно на плечо. Проверила баланс. Если идти аккуратно и не цепляться за ветки, нормально донести можно. Тем более, что до лагеря отсюда было рукой подать. — Топором махать — только зря терять время и силы. Суну одним концом, как прогорит — подвину дальше на не прогоревший участок. Зато такой толщины надолго хватит, не придется каждые четверть часа новые ветки подбрасывать. — Перехватив бревно поудобнее, Эльса посмотрела на Адалин. Похоже, та в таких делах опыта не имела. — Для того, чтобы более-менее нормально отоспаться у костра, самое оно. Пойдем в лагерь, пока я тут плечо не натерла. Скину эту хрень и продолжим обход. Мы с Кунсеем еще не весь периметр прошли.    Воительница улыбнулась мабарику, и тот завилял хвостиком. 

Лагерь   — Ладно, — согласилась Адалин, поглядев на Эльсу. Она, похоже, чувствовала себя в лесу вполне комфортно и разбиралась в том, что делала. — Часто ночуешь на природе?   — Да не особо. — Эльса пожала плечами и продолжила путь уже вместе с Адалин, высматривая подходящие ей ветки. — Так-то по контрактам в основном по городам мотаюсь. Ночевать в лесах всяких нечасто приходится. А вот в детстве, до наемничества, с родителями выбирались. Немного даже скучаю по тем временам.   Алисия грустно вздохнула, вспомнив о том, как давно она не виделась с семьей. Никогда еще ей не приходилось расставаться так надолго. Но возвращаться было нельзя. Особенно, сейчас, когда нарисовалось нечто многообещающее в отношении ее поисков.    Пару веток помельче она пропустила, уступив их Адалин, а вот поваленным толстенным бревном, на котором можно было даже сидеть при желании, заинтересовалась. Обстучала его, присела, изучила состояние. После дождей немного сыровато, но само по себе еще хорошее, не прелое. Сгодится.   — Во, то что надо, — обрадовалась наемница. — Заберешь себе мои ветки? Я вот эту дуру до лагеря хочу затащить. Самое оно на ночевку.

Лагерь   Но топора у нее не было, и потому она, отложив свои "дрова" в сторону, наступила на деревяшку и еще раз потянула на себя, надеясь переломить надвое. Не вышло.   — Давай покажу, как надо. — положив свою ношу на землю, Эльса взяла у Адалин край ветки, приподняла чуть наискось, и, примерившись, резко опустила ногу на нужное место. — Нужно не тянуть, а переламывать ее. Рукой только придерживаешь.    Дерево кракнуло, и ветка надломилась. В пару ударов альтус завершила дело, вручая добычу Адалин.    — Можно вместе пройтись, если хочешь, — предложила она. — Ты свое высматриваешь, я свое. Хочу набрать чего покрепче, чтобы не пришлось слишком часто подкладывать в огонь.    Кунсей сторожил оставленные ветки, и Алисия ласково погладила пса перед тем, как забрать их.

Лагерь   Чуть впереди, возле одной из сосен шевельнулась тень. Адалин схватилась за метательный нож прежде, чем успела приглядеться. Тень на самом деле состояла из двух фигур — приземистой и широкой собачьей и второй, женской. — А. Эльса, — сказала она, вернув нож в крепление на корсете и потеряла к ней интерес, подобрав с земли еще одну ветку.   — Привет, Адалин. — по голосу и долговязой фигуре ту узнать было не трудно, несмотря на темень.    Она подошла ближе, оценивающе окинула взглядом охапку веток в руках. Неплохо, но это все быстро сгорит, на ночь не хватит. А вот для растопки костра — самое то.   — Решила затеять свой костер, с порочной благодатью и куртизанками? — пошутила альтус, высказав догадку.

Лагерь   Я иду сквозь ночь и лес извилистыми тропами и вслушиваюсь в каждый шорох. Напрасный труд — Консул учует раньше и больше. Но я не привыкла сачковать и филонить. Беспечность — не тот навык, который поощряется в нашем обществе. Зимний лес дышит холодом, но подбитый мехом плащ согревает даже такую северную неженку, как я.    Я прочесываю окрестности лагеря, чтобы убедиться, что здесь нет никаких сюрпризов. Уже третий раз с того времени, как мы встали здесь, чтобы ждать остальных. Сюрпризов пока что нет, хотя это не значит, что через час никто к нам не подберется. Но ты ведь учуешь, да, дружище? Я мягко треплю мабари за ухом, и мы продолжаем обход. По пути я высматриваю в темноте подходящие бревна. Я нарочно не пользуюсь магическим огоньком. Слишком близко к лагерю. Слишком опасно использовать свет в дикой местности. Да, рядом все будет хорошо видно, но за кругом света становишься совсем слепым. И хорошей мишенью для того, кто таится во тьме. Поэтому я вглядываюсь в очертания деревьев и поваленных веток привыкшими к ночи глазами.   Пара толстых тяжелых веток уже покоится в моих руках, но хорошо бы найти что-нибудь более основательное и достаточно длинное, чтобы не приходилось возиться с подпиткой костра. Если костер погаснет, я замерзну даже в теплом спальнике. Я не стала ставить палатку. Не здесь. Слишком близко к людным дорогам, слишком она выделялась бы среди остальных. Я не хочу выделяться. Это работало в плюс, когда я наемничала одна — знак для других, что я достаточно хороший исполнитель, чтобы позволить потратить гонорар на такие вещи. Теперь это может привлечь ненужное внимание и выделить из толпы. Дождусь, когда заберемся подальше в глушь. Как там называлась та деревенька? Ивуар? И еще Руссильон.    Я иду сквозь ночной лес, вдыхая ночные шорохи, чувствуя кожей запах прелой подмерзлой листвы. Я прошла уже почти половину круга, когда мне в ладонь утыкается влажный нос. Это наш условный знак, что кто-то приближается, когда не нужно шуметь. Я смотрю на Консула, но он совершенно спокоен. Значит, кто-то из своих. Мы останавливаемся в ожидании.

Лагерь   — О, ладно, — даже не пытаясь спорить, кивнул Дамиан. Сам он, на самом деле, не успел толком оголодать, но с утра точно мог бы засесть за готовку для отряда. Не самое пыльное дело, ещё и на всех разом. — Только это, можно я вторым к тебе набьюсь, пожалуйста? До конца похода может. Один умёрзну, как морозы сильней пойдут.   — Хм. — целитель задумчиво почесал нос. — Я-то не против, разумеется, вместе и впрямь удобнее. Но я бывает засиживаюсь допоздна с документами при свете. Если тебе это не помешает, то располагайся.    Оставив молодежь дальше общаться или заниматься своими делами, Руфус спустился к ручью, тщательно вымыл котелок и кружку, и вернулся обратно с наполненным наполовину, чтобы на скорую руку сварганить из пайков что-то путное. Благо, мешочек специй у него был с собой, равно как и знания, как их применять. 

Лагерь   — Специй, к сожалению, не доложили, — вздохнула она, все еще с легкой улыбкой. — А ты умеешь готовить, Руфус? Я обычно представляла ученых-историков вечно погруженными в свои книги, а блюда им носят верные служанки.   — Алхимия — она сродни готовке, — улыбнулся маг. — Да и потом, я уже двадцать лет как сам себя обслуживаю. За исключением экспедиций. конечно. Там обычно нанимают повара. Но и в городах, и в путешествиях приходилось готовить самостоятельно. В общем-то, нет ничего сложного, просто нужно узнать точный рецепт. Все как в науке. — Руфус едва заметно подмигнул тевинтерке. В общем-то сегодня не обошлось без стресса, так что внезапный голод был вполне объяснимым. — В фондю уж точно нет ничего сложного. Я приготовлю вам на троих, но потом спать. Время позднее, подниматься придется рано.

Лагерь   — Прямо сейчас? — он неуверенно почесал голову. — Народ уже спать собирается, да и ужин же был. Я бы утром на отряд заварил сразу, а ночной дожор нам сейчас не сильно же жмёт? — добавил демонолог в привычной наёмничьей манере.   Руфус тихо вздохнул. Ну вот, накрылся целительный сон.   — Дамиан, иди спать, у вас был тяжелый вечер. Я сам все приготовлю, благо, умею это делать. — засучив рукава, он поднял и котелок, чтобы заодно набрать в него воды. — Идея твоя вполне здравая, кстати, похоже на орлейское фондю. Только со специями будет еще лучше. 

Лагерь   Поэтому девушка нерешительно остановилась у долговязого голого тополя, что кривым силуэтом выделялся на фоне ночного неба, отражая отблески костра. Она не знала, что делать, и только молча куталась в длинную, не по размеру робу, в которую переоделась после побега из темницы. Старую одежду, рваную и грязную, сожгли вместе с пропитавшейся запахом трупной ямы одеждой Ринн и Адалин.   Пока молодежь разговаривала, Руфус снял с огня котелок и поставил сбоку от костра, прикрыв крышкой. Свою кружку он поднял, собираясь вымыть в ручье. Взгляд скользнул по одинокой фигуре.   — Адалин, Викториа, — обратился маг. — Пусть кто-то из вас приютит Мишель. Хотя бы на одну ночь. Потом решим, с кем она будет делить палатку. Кто возьмет?   Целитель не стал уходить, оставив просьбу без ответа, а хотел убедиться, что Мишель не останется так же стоять столбом, когда он сам уйдет спать. Или не уйдет в лес, чего доброго.

Лагерь   — Эльса. Не надо, — Холт посмотрел на девушку и покачал головой. — Не сейчас. Давайте отложим дальнейшие разговоры на утро, сейчас мы все устали и нуждаемся в отдыхе. А утром двинемся по дороге подальше от Монтсиммара. Лошадям тоже нужно передохнуть, — поднявшись, агент направился к своей палатке. В этот момент как раз подошла Викториа и осмотрела собравшихся, поджав губы.   — А что Эльса? Я-то что? — магесса пожала плечами. Холт видимо решил, что она вступит в спор? С несчастной девчонкой? Ей бы сейчас дать выспаться после пережитого в тюрьме, а не мозги промывать. — Я сказала, что нужно делать — и все. Если нужны будут шмотки — свистите.    Свистнув псу, девушка направилась в дозор вокруг лагеря. По-хорошему ей тоже не мешало бы немного передохнуть от людей. И в палатке не поспать, придется у костра всю ночь сидеть. Значит, надо запасти еще валежника. Порешив на этом, магесса скрылась в темноте за кругом от костра. Разбойников она не боялась.

Лагерь   — Я вам бесполезна. — Голос Мишель дрогнул. Она все так же смотрела в костер, будто боялась взглянуть на кого-то другого, увидеть чье-то лицо. — У меня ничего, что я могу вам предложить. Я не маг, не воин и не ученый. Только бессмысленная обуза. Лучше было бы дать мне умереть в камере...   — Это тебе папаша внушил? — Эльса вздернула бровь. — Тот самый, который разбрасывается людьми и собственными дочерьми ради "высокой цели"? Я таких нагляделась, поверь. Они и ногтя нормального человека не стоят, гнилые душонки. Делай как знаешь, но ток имей в виду, что сдохнуть любой дурак может. А найти, чем он может быть полезен — постараться надо.   Магесса едва удержалась, чтобы фыркнуть. На ее взгляд сопротивленец-отец был из той же породы, что и Крауфорд, что и ее мать. Такие идут по головам, совсем не считаясь с другими, и оправдывают все это высшим благом. Долбаные лицемеры!