Thinvesil

Лес   — Вряд ли можно доверять тем, кому важны лишь влияние и деньги твоей семьи, — добавила она чуть тише, размышляя о том, могла ли себе представить прежде, чтобы кому-то было интересно нечто иное в ней. Пожалуй, разве что ее внешность, но это было еще хуже.   Алисия сочувственно вздохнула. Совсем неслышно, про себя. Пусть лаэтане и не были ровней альтусам, но если ее семья была богатой и влиятельной, то и вокруг нее тоже вились всякие лизоблюды и подхалимы. Ничего приятного.   — Знаешь, я, конечно, не мужик и не говорю, чтоб ты вот так взяла и начала доверять левой девке, — вставила девушка, перехватывая ношу чуть поудобнее. — Но всрала я на влияние и деньги твоей семьи. В этом можешь не сомневаться.    Впереди между деревьев показались очертания знакомых палаток и запахло костром. Они уже вышли к лагерю. Теперь предстояло решать проблему готовки, что казалось намного сложнее для Алисии, чем схватка с медведем.   — Щас вещи закину и займусь нашим ужином. Ты ж готовить вообще не умеешь, нет? — поинтересовалась Эльса на всякий случай и с затаенной надеждой.   Кажется, в ее семье таким рукожопом в кулинарии была только Алисия. Даже франтоватый и пижонистый Фабий вполне мог поджарить на костре честно добытую на охоте или рыбалке добычу. Максианы хоть и жили не в каком-то там Каринусе, а в самой столице, но охота входила в список благородных увлечений, и целые семьи собирались для совместного мероприятия, чтобы загнать несколько зверей, а затем так же благородно насладиться плодами трудов своих. И в этом не было ничего недостойного.

Лес   — По-моему, это какая-то трата времени. Да и чувствовать себя куском мяса на прилавке, который выбирают по соотношению цена-качество, мне совершенно не льстит.   Эльса бросила косой взгляд на магессу. Ну да, понятно. Примерно такое сравнение можно было провести с заключением браков в их кругах. Или с размножением породы. Но для сопорати так легко ухватить тонкости было бы подозрительно.    — Да ну, я не считаю его куском мяса, — заступилась за милого ферелденка. — Я его выбрала, потому что это самое близкое... самый близкий мне человек. Я доверяю ему как никому другому, и стараюсь отвечать на его заботу и любовь взаимностью. — любопытный взгляд голубых глаз устремился на тевинтерку, и Алисия едва не споткнулась. — А у вас ведь по расчету браки все заключаются, да? Наверное, это и правда тупо. Зачем мучить себя с нелюбимым человеком? Это какое-то издевательство и несвобода. Я бы ни за что не согласилась на то, чтобы сидеть в клетке и прислуживать "богиней данному мужу". Пф!   Может быть, у Виктории были и другие причины быть недовольной таким подходом, но по крайней мере, кое в чем они сходились. Чем больше Алисия с ней общалась, тем больше чувствовала к ней симпатию. Если бы лаэтанка принялась вещать о святом женском предназначении и послушании — они бы вряд ли поладили.    — Занудные матроны поучают, что браки заключаются на небесах, — недовольно добавила Эльса, пиная по пути камешек. — Вот только расхлебывать все приходится нам на земле. Ну их в качель! За кого хочу, за того и выхожу.

Лес   — Он довольно красив, верно? — наконец ответила ей магесса несколько сухо, чтобы скрыть собственную растерянность. — Такие, как он, часто привлекают молодых девушек. И, кажется, ты ему тоже нравишься.   Эльса не выдержала и рассмеялась. По крайней мере, смешно было по первому разу, но затем девушка недоверчиво покосилась на Викторию.   — Да ладно? — с сомнением протянула она. Рукой обеспокоенно поправила волосы. — Вот блин! Надеюсь, что нет. У нас же с ним не может быть ничего общего, слишком разного поля ягоды. Да и потом... — целительница замялась. Сам парень, конечно, был симпатичный. Чем-то даже напоминал ее брата. Но у Алисии почему-то не получалось даже при всем желании представить с ним что-то серьезное. — Он милый, да. Но как по мне, слишком юн. Надеюсь, даже если ты и права насчет него, то это не выльется во что-то серьезное. Не люблю, когда приходится отшивать. — она ненадолго умолкла, раздумывая, сказать или не сказать. — И вообще, у меня уже есть жених.    Вспомнив о Кристофе, магесса мечтательно заулыбалась. Может быть, если удастся покончить с этой драконицей, они наконец-то смогут путешествовать вместе. И ходить на всякие там танцы и вечеринки. И вообще жить полноценной жизнью. 

Лес   — Альваро? Хм... мы слишком мало общались. Ты о нем больше знаешь, учитывая, что в Монтсиммаре вы почти постоянно были вместе, — усмехнулась магесса, после боя она уже немного пришла в себя. К счастью, всего лишь медведь. Это было намного проще, чем если бы им снова попались наемники или кто похуже, а одинокий зверь против демонолога и мечницы вряд ли имел высокие шансы победить. Медвежатину, впрочем, Виктории пробовать не слишком хотелось, но эльфы поблагодарили коротким "спасибо" за информацию о местонахождении туши. — Тебе самой-то он нравится? — спросила Викториа, чувствуя себя не совсем в своей тарелке, общаясь так, будто она была сплетницей у колодца. В ее кругу такое было не принято, но ведь Эльса просила быть проще. Значит, быть прямолинейнее.   — Разве? — Эльса уже и забыла, сколько и с кем общалась. Она была такой человек, что могла общаться с кем угодно и когда угодно, и поэтому не особенно утруждалась подсчетами. — Он.. приятный человек, — девушка с сомнением дернула плечиком. — Не грузит, со всеми дружелюбный. Он вроде нос не задирает, но я не уверена, что Альваро захотел бы дружить с такой как я. Все же люди вашего круга обычно если заводят друзей, то с ровней, а не всякими там сопорати. — воительница улыбнулась, чтобы Викториа не подумала, что она жалуется. Обычная констатация факта. — Хотя, конечно, я б только за, если мы стали друзьями. Чем больше друзей, тем лучше. Или ты в другом смысле про "нравится"? — посетила ее вдруг новая мысль.    Деревья выглядели так же, как и везде, но Эльса даже не смотрела на них, доверившись чуткому носу песеля. Кунсей бежал впереди, помахивая хвостиком, с честью выполняя роль провожатого. Иногда он отходил, чтобы прочесать боковые кусты, но всегда возвращался обратно и поджидал неспешно гуляющих девчонок. 

Лес   — Я постараюсь, — и отошла от дерева всего на несколько шагов, как вдруг услышала за спиной треск веток. — Эльса... Эльса!! — закричала Викториа, быстро отбегая назад, когда перед ней из кустов вынырнула морда огромного черного медведя, явно готовящегося к зимней спячке и оттого крайне разозленного. Посох сам собой оказался в руке, коготок вонзился в запястье, когда магесса приготовилась прочитать заклинание.   Кунсей, молодец, отреагировал первым и оставив недорытый доспех, рванул на медведя. Эльса тоже выбежала вперед, заслонив собой тевинтерку, и с двумя мечами наголо стала атаковать, чтобы отвлечь внимание зверя на себя и тем самым дать Виктории время подготовить заклинание. Приближаться к огромному медведю было опасно, но пес и воительница работали слаженно, по очереди наскакивая на него, нанося удар и отскакивая обратно, кружа вокруг него и не давая сосредоточиться на единой цели.   Первые два удара клинками прошли вскользь, вспоров черную шкуру, и девушка снова отскочила, чтобы избежать острых как ножи когтей. Кунсей грызнул за бок и тоже отскочил. Краем глаза ферелденка заметила, как Викториа призвала демона и натравила его на зверя. Животное не испугалось потусторонней твари, но когти у демона были не хуже, чем у самого медведя, а сам он тоже не мог испытывать страха, связанный чужой волей. Демон располосовал медведю морду, и тот заревел, впадая в бешенство и на короткий миг открывая шею. Эльса воспользовалась моментом и нанесла два рубящих удара по горлу — и откатилась, спасаясь от размашистого удара могучей лапы. Привычные фехтовальные блоки в таком бою были бесполезны, оставалось только атаковать и ускользать. Заняв позицию в слепой зоне противника, Кунсей продолжал сбивать его с толку, кусая и отступая. Демон продолжал наносить удары, довершая начатое Эльсой — Викториа сориентировалась в ситуации и направила своего пленника на уже исполосованное уязвимое место. Вот он нанес последний удар, и Эльса вонзила меч медведю под затылок — чтобы наверняка добить. Хитрые звери иногда притворялись поверженными, чтобы на последнем издыхании унести за собой жизнь охотника.   — Ну теперь точно мертв, — выдохнула Эльса, убирая со лба выбившиеся волосы.   Она огляделась, чтобы удостовериться, что все целы. Славно сразились. Вон какой зверюга лежит. Магессе вдруг пришла в голову интересная мысль.   — А знаешь, что я сейчас вижу, Вик? — протянула она, разглядывая лежающую огромную тушу. И не дожидаясь какой-нибудь банальщины вроде "Черный медведь, взрослая особь", сама же ответила. — Огромную гору мяса! Кунсей, будешь мясо?    Песель выразил свой восторг громким лаем. Достав из ножен кинжал, магесса присела рядом с медведем и придирчиво его осмотрела. Как и всякий отъедающийся к спячке топтыгин, этот был особенно откормленный и упитанный. Тащить такую тушу в лагерь, конечно же, было глупо. Прочертив кожу на окороке, девушка начала свежевать его, подворачивая кожу и освобождая ее дальше протяжными скользящими движениями клинка.   — Можешь отвернуться, если зрелище неприятное, — подсказала она Виктории. — Сейчас нарежем себе самые вкусные части, а потом приготовим ужин.    Срезав хороший кусок шкуры, Алисия разложила ее рядом на земле мехом вниз и стала отрезать ломтями сочное, откормленное на лесных ягодах и кореньях мясо. Не забыла она и собачека, отрезав ему пару кусков повкуснее — заслужил. Им с Викторией досталось три куска ничуть не хуже. Пожалуй, достаточно. Завернув куски в шкуру, чтобы не пачкаться в крови и соке с мяса, девушка с помощью Кунсея вытащила из земли и прихватила с собой найденные доспехи. Теперь казалось глупым продолжать путь к руинам, и они решили возвращаться обратно в лагерь.   Эльса намеренно сделала небольшой крюк, чтобы заглянуть к эльфам и рассказать Хранителю клана об оставшейся туше. В конце концов, добычей принято делиться. Когда и с этим делом было закончено, девушки с псом, заглянули в лавку, и уже пошли напрямик к стоянке, не задерживаясь по пути.   — А что насчет Альваро? — просила Эльса, продолжая прерванный разговор. — Ты не назвала его. Не нравится?    Странно, ведь парень обладал приятными манерами, был с Викторией одного социального статуса, да и сам держался дружелюбно со всеми. Не могла же его Викториа записать в число тех, кто не знал, как себя с ней вести.   Получено на охоте: 3 куска мяса. Продано Ивеору: Сброшенный рог галлы (3 зол)

Лес   — Кстати, всë хотел узнать, да забывал подойти: каким был твой дух? — вдруг поинтересовался он. Духовные целители встречались редко, куда реже демонологов, и было любопытно что-нибудь узнать из первых рук.   Лицо целителя приняло грустное, но слегка мечтательное выражение. Он погрузился в воспоминания.   — Чутким. Мудрым. Он направлял меня к интересным вещам в Тени, показывал то, что по его мнению, мне было бы интересно узнать и постичь. — Руфус улыбнулся, вспомнив, каким наивным и восторженным магом был в те времена. — Мы часто проводили время в беседах. О людях. О местах. Об эхо, которое оставляет след истории на каменных плитах руин. Это был очень деликатный и просвещенный наставник. Именно он разглядел и разжег во мне пламя познания.   Руфус давно ни с кем не говорил о своем духе. Потеря все еще отзывалась горечью и пустотой спустя годы, но все равно воспоминания были приятными. Маг размышлял, суждено ли когда-либо вернуть Тень в ее естественное состояние, и едва не споткнулся о торчащий из земли корень. Приглядевшись, целитель присел на корточки.   Узор из корней на этом пятачке казался особенно четким и был сосредоточен вокруг лежащего в траве тела. Красный плащ явственно указывал на то, кем был этот мертвец. Из доспехов на нем была кожаная броня, но она почти полностью была истерзана следами укусов. Судя по размерам, то ли волчьих, то ли еще какого не слишком крупного зверя. Приглядевшись, Руфус отметил, что земля между корнями была испрещена множеством следов, похожих на собачьи.   — Я так думаю, эльфы приказали корням оплести его в ловушку, — высказал догадку маг и указал на отломанные куски корней. — Пытался высвободиться, но не смог. А потом подоспели волки и задрали обездвиженную жертву.    Чуть поодаль Руфус заметил лежащий в траве меч и подобрал его. Осмотрел лезвие, подержал в руке. Неплохо сработано. Но сам он хранил верность посоху с тех самых времен, когда решил покончить со своим дворянским прошлым.   — Вот, Дамиан, — он протянул оружие товарищу, рассматривающему кошель с монетами, что висел на поясе у потрошителя. — Это, кажется, по твоей части. Бери.   Руфус находит: Веридиевый клинок (одноручное, +1 к урону) Дамиан находит: Кошелек (5 золотых)

Лес   — Мне... нравятся некоторые из нашего отряда, — наконец ответила Викториа, остановившись передохнуть у покореженного молнией, высохшего и мертвого дерева. Облокотившись о него спиной и не заметив, что кора была исцарапана какими-то полосками, она посмотрела на небо. — Руфус. Дамиан. Феликс, хотя иногда мне кажется, что он просто пытается казаться приятным, а на деле думает о чем-то совершенно другом. Наш командир тоже вроде бы человек опытный и не особенный любитель раздавать всем тумаки, как некоторые из учителей магии из нашего города. С остальными пока не знаю, как себя вести, да и они со мной, кажется, тоже.   Эльса внимательно слушала, не забывая осматривать лес. Они продвинулись уже достаточно глубоко, но до руин, судя по всему, еще не добрались. Во всяком случае, она надеялась, что они идут в верном направлении. Магесса подняла взгляд на небо. Пока есть солнце, не заплутают.   — Да, беда, — протянула девушка. Проблемы соотечественницы были ей знакомы, но как ей подсказать, не выдавая свой собственный опыт? — Но вообще, могу сказать, я вот по себе знаю. Люди в целом не любят, когда на них смотрят свысока и как на какую-то чернь. Мне-то нормас, я понимаю, что рылом не вышла, а такие, как ты и Альваро, просто привыкли к другой жизни и другому окружению. Поэтому оно хоть и колет, но не мешает особо. А вот кому-то может мешать. — подернув носком ком листвы, альтус пожала плечами. — Мы, простые люди, привыкли вести себя по-простому. И что боевые товарищи друг другу равны, тоже привыкли. И само собой, когда сталкиваешься с кем-то, кто вроде как товарищ, а ведет себя непривычно, то сам теряешься, как себя вести. — голубые глаза вновь поднялись на магессу. — Смотри на отряд не как на господ и плебеев, а как на боевых товарищей, которые плечом к плечу преодолевают трудности и расхлебывают неприятности. Оставайся собой, но относись ко всему проще. И тогда будет нормас, наверное. Хотя мне и так нормас.    Ободряюще улыбнувшись Виктории, девушка огляделась. Кунсей что-то подозрительно долго копал под корнями дубка. Эльса пригляделась, а разглядев, что, присвистнула.   — Ну ты даешь, дружище! — похвалила она, присаживаясь рядом, и пояснила Виктории. — Кто-то потерял свой доспех. Или заныкал. Давай, сейчас откопаем, почистим — будет как новенький.   Эльса находит: тяжелый кавалерийский доспех (тяжелый; +1 к Ловкости)

Лагерь   — Что ж, пойдем. А вам я и вправду советую не расходиться, а передохнуть и затем отправиться на задание. Мало ли что может случиться в лесу.   — Да, не переживайте за нас, — успокоила ребят Эльса, поднимаясь с бревна вслед за Викторией. — Мы втроем отлично справимся. И вообще, будем осторожны.   Помахав на прощание Ринн и Феликсу, ферелденка постаралась припомнить, куда там Хранитель говорил не идти, и задала направление их маленькому отряду. Кунсей сновал между кустов, но целительница не спешила ускорять шаг, приноравливаясь к шагу волшебницы. Лес был не страшным, но странным. Казалось, прошли лишь пару десятков шагов, а лагерь уже скрылся из виду, и звуков было не слышно. Ну, может, песель и слышал, но Эльса уже чувствовала себя так, словно здесь были только они втроем. Не хотелось бы попасть в неприятности.   — Ну как тебе теперь? — поинтересовалась она у Виктории, чтобы не идти в тишине и молчании. — Привыкла уже к нашей босяцкой компании?

Лес   — Кажется, это здесь оставили ещё в те времена, когда клан ещё был побольше да поживей, — высказался Дамиан, доставая монеты и протягивая пару Руфусу. — Сомневаюсь, что нынешние эльфы о нём знают.   — Или это мог оставить совсем другой клан, — заметил маг, рассматривая клинок. К сожалению, исторической или культурной ценности тот не составлял, но если как следует подновить, мог бы еще послужить кому-нибудь. Целитель решил показать его Ивеору. — Они ведь кочуют.    Отряхнув кинжал от трухи, Руфус спрятал его и горсть денег в карман.   — Как ты смотришь на то, чтобы завернуть до того пролеска? — поинтересовался он у товарища. — Можно было переместиться на десять минут к востоку и вернуться в лагерь неразведанным путем.

Лагерь   - Присоединяйтесь, пайки за шесть дней надоели?- спросил он девушкам.   Эльса прикинула размер тушек. Двум человекам на один укус. Только товарищей объедать.   — Нет, спасибо, я как-нибудь сама, — улыбнулась альтус и снова обернулась к Виктории. — А некоторые богачи и дворяне любят по лесам с охотами скакать. Только не так, как мы, а с лошадями, собаками и куртизанками. — ферелденка задумалась. — Или то так разодеты были их дамы, хрен разберет этих мажоров. Мы вот, с Кунсеем, на пару гоняем, когда поохотиться надо или разведать. Кстати, о птичках. — скосив глаза на тушки зайчиков, Эльса притормозила на случай, если Виктория решит принять приглашение. — Как насчет смотаться после еды, хоть глазком глянуть на те руины, про которые хранитель говорил? — с заговорщическим шепотом предложила она. — Не ходить туда, само собой, но хоть издаля глянуть. Заодно и вообще разнюхали, что вокруг творится.

Лагерь   Вернувшись к лагерю и спрятав добычу в сумку, Эльса обнаружила Ринн и Фела, колдующими над какими-то тушканами. Приглядевшись, она узнала зайцев. Вот Ринн молодчина! Сама справилась. Хотя лучнице, наверное, не впервой.   — Милые зайчики, — улыбнулась Алисия, присаживаясь на бревно. — Были. А ты, Виктория, не охотишься? Или ваша семья охоты не жаловала?   Часть отряда куда-то разбрелась, и девушки могли устроить маленькую передышку, общаясь маленьким тесным кружком. 

Ивовая роща   — А я пока передохну. Уж простите, но бегать по лесу после шести дней пути пешком по оврагам и звериным тропкам я уже попросту не могу, — сказала Викториа, махнув рукой Руфусу и улыбнувшись ему, хоть улыбка вышла и слабоватой. — Может, потренируемся еще? — спросила она. — Вдруг кто-то из наших в лесу попадет в медвежий капкан, и придется срочно лечить.   — Есть ещё предложение прогуляться в лес, — сказал он. — Осмотреть всё вокруг, может откопать какую-нибудь древность полезную... ну и не слишком опасную. Может наоборот найдём место, куда лезть не стоит, остальным сразу скажем.   — Ты хочешь идти уже сейчас? — маг перевел взгляд на Викторию и многозначительно поднял брови. — Похоже, ты была права, помощь целителей и впрямь может скоро понадобиться. Я тогда схожу с Дамианом, заодно и подстрахую в случае чего. А когда вернемся, то потренируемся, хорошо?

Ивовая роща   Эльса надолго задерживаться не стала. Рассудив, что охотиться пока что лучше не стоит, поскольку отряд мог распугать всю живность неподалеку, а идти далеко не хотелось, она прихватила рыбацкие снасти, оставив почти все вещи в палатке, кроме пары мечей, и двинула к озеру. Идти пришлось довольно долго — хоть озеро было рядом, тропинка петляла, явно стараясь огибать деревья и по минимуму нарушать девственность леса. Озеро встретило ее молчаливой неподвижностью. Сначала магесса изрядно удивилась, но потом обругала себя за тупость. В такой холод уже никакие жабы квакать не станут, зарылись на зимовку.    Пристроившись на выступающем крутом мыске, девушка нацепила в качестве наживки катышек из хлеба, закинула удочку и стала ждать поклевки. Верный Кунсей тихо разведывал обстановку.   Не клевало.   Она попробовала снова и просидела битый час, пока не пришлось признать поражение: клева нет. То ли кто-то распугал и рыбсов тоже, то ли просто погода была не слишком подходящая для лещей и окуней, или что тут водится. Даже Кунсей, давно закончивший бегать и присевший рядом, говорил всем своим видом, что пора уже и честь знать. Со вздохом поднявшись с места, магесса свернула удочку и отправилась обратно к лагерю.    Но даже в таком безрезультатном походе оказались свои положительные стороны. Когда они шли через лес, а обрадованный пес снова принялся шнырять туда и сюда, он где-то подобрал сброшенный рог галлы и принес его в пасти, явно требуя, чтобы с ним поиграли в "Поймай!".   — Ну уж нет! — возмутилась девушка такой наглостью. — Отдай лучше это сюда, а тебе мы подыщем хорошую палочку. Идет? Вот молодец.    Заткнув рог за пояс, альтус отыскала крепкую короткую палку от дерева и они принялись за игру.   Рыбалка: результат 1. Ничего. Поиск сокровищ: результат 10. Сброшенный рог галлы (ценный предмет, можно продать за 3 золотых).

Ивовая роща   — Да инструменты для работы с железной корой потерял, пока мы убегали от потрошителей. Точно не скажу, где, обнаружил только, когда пришли сюда, — развел руками мастер Ивеор. — Где-то в районе Зеленого Исполина, это огромный дуб в чаще к северу отсюда, думаю. Без них мои запасы железной коры годны разве что для того, чтобы на них еду готовить, — фыркнул он, злясь на себя и на собственное бессилие. — Если уж найдете их как-нибудь, отплачу собственным мастерством. Вырежу для вас что-нибудь из железной коры, а такое оружие или доспехи выдержат хороший удар даже закаленной сталью. Правда, моих запасов хватить только на один предмет, да и времени изготовление занимает предостаточно.   Руфус уважительно склонил голову. Ну вот. А говорил, нечего дать. Такая благодарность стоила больше всех их заказов вместе взятых.   — Хорошо, подумаем, кого снарядить на поиски. Без инструментов, оно, конечно, никак. Будем надеяться, что получится отыскать.   Простившись с мастером, маг вернулся обратно в лагерь и пересказал Холту и остальным, кто был рядом, что ему удалось узнать:   — Мастеру Ивеору нужно помочь с поиском инструментов. Точное место неизвестно, но приблизительно в районе Зеленого Исполина к северу отсюда. Это огромный дуб. Думаю, его можно будет узнать. Еще можно поспрашивать сказительницу Хаэслану и первого охотника Альреана. У них тоже могут найтись какие-то поручения.

Ивовая Роща   — Тебе поручили выгребать загон с галлами, так и займись этим, Алинбель! — подождав, пока эльфийка поспешно удалиться, он снова взглянул на Руфуса. — Если уж вы наемники и Хранитель позволил вам остаться, так и быть, оставайтесь. Но имейте в виду, что денег у нас почти совсем нет. Торговля в последнее время не идет, так что отплатим, как сможем. Не обессудьте.   Руфус проводил взглядом девушку.    — За этой молодежью глаз да глаз, да? — сочувственно улыбнулся он. — Насчет денег не стоит волноваться. Не думаю, что малые гонорары здесь как-то сыграют на нашей репутации в людских городах. А что у вас стряслось, мастер Ивеор? В нашем отряде есть разного толка специалисты. Возможно, кто-то сможет помочь. 

Ивовая роща   Мастера Ивеора они нашли в центре, между аравелей, образующих что-то вроде защитного круга. Загон с галлами расположился прямо за его спиной, а сам мастер занимался тем, что чинил поврежденные доспехи и оружие клана. Увидев приближающихся к нему чужаков, он хмыкнул что-то себе под нос и убрал расколотый деревянный щит куда-то в ящик. После чего молчаливо воззрился на Эльсу и Руфуса, словно ожидая, что они сами скажут, зачем пришли к нему.   Они поздоровались с Ивеором, и Руфус с интересом разглядывал образцы эльфийского мастерства. Луки, щиты, доспехи — все было сработано чрезвычайно добротно, хотя маг и отметил про себя некоторые особенности, не совсем типичные для данных видов оружия. Эльса же, рассмотрев оружие и доспехи, переключилась на сложенную одежду, придирчиво осматривая изделия из вычесанной (эльфы весьма трепетно относились к своим священным животным, не позволяя причинять им лишнего вреда) гальей шерсти.    Целитель переключился на выставленные рядком эльфийские статуэтки и предметы быта. Здесь были весьма интересные образцы обихода. От украшенных тонкой резьбой чаш до сборников песен. Он как раз вздыхал над томиком со сказаниями и песнями клана Гилайн (денег было совсем мало, и цена, которую он узнал у мастера, была не по карману), когда ферелденка обратилась к мастеру:     — А скажите, пожалуйста, сколько будет стоит вот этот комплект одежки?   Эльса отобрала и сложила в стопочку тонкую шерстяную рубашку с длинными рукавами, вязаную шапочку, перчатки и что-то вроде чулок или шоссов.    — Десять серебром.   — Сколько?! — удивилась магесса.    Но мастер, похоже, неверно истолковал ее удивление. Он нахмурился и повторил.   — Десять серебром. Цена не обсуждается.   Альтус, все еще пораженная, протестующе мотнула головой. Такие жалкие гроши! Да в городах эльфийские вещи были редкостью и стоили в разы дороже. Один ее гребень из рога галлы стоил что-то вроде полусотни драконов! Понятно, что товар редкий, и мало кто из торговцев осмеливается иметь дело с эльфами, а там накрутка за доставку и риск... Но это было уж слишком! Настоящий грабеж.   — Вы знаете, мастер Ивеор, — пояснила она, отсчитывая серебрушки, пока не набрался дракон. — В городе люди отвалили бы за эту прелесть намного больше. Я не могу согласиться на такую цену. Это было бы... несправедливо. Нечестно.   Кажется, мастер не ожидал, что вместо торга она переплатит вдесятеро, но деньги взял. И правильно, клан был не в том состоянии, чтобы разбрасываться ресурсами.    — Спасибо вам. Бывайте здоровы.   Эльса уже собиралась уходить, когда до нее донесся голос эльфа:   — Эй, шемлен, — она обернулась. — Возьми хоть мелочь себе какую из этих товаров. — он обвел рукой выставленные сувенирчики и бытовую ерундовину.    Воительница подошла поближе. Что же, эти ерундовины эльфы могли производить пачками. Наверное, не будет вреда, если выберет подарочек. Целительница задумалась. Мелькнула шальная мысль взять расческу, но она отмела ее как издевательскую.    — Благодарю, — попрощалась Эльса, взяв с прилавка миленькую кружку с выжженым узором из виноградных лоз, и отправилась обратно к лагерю.   Руфус обернулся к Ивеору.   — Я Руфус, наемник из "Скорпионов", — представился он, когда Эльса ушла. — Хранитель сказал, что мы можем найти здесь кое-какую работу. Вы, наверное, все обо всех знаете. Не подскажете, к кому здесь можно обратиться? Мы бы хотели помочь.    Куплено, Эльса: - Чулки, шапочка, перчатки, рубаха из галльей шерсти - 1 золотой. - Кружка.

Ивовая роща   — Именно об этом я и подумал. Судя по всему, они довольно сильно потрепаны, тем более после стычки с красными, — негромко ответил ей Уильям, направляясь к поляне. Она и вправду оказалась недалеко, до эльфийского лагеря вряд ли было больше десяти минут пути пешком по бездорожью, но достаточно далеко, чтобы дать и отряду, и эльфам не наступать друг другу на ноги. — Учитывая, что для эльфов мы — наемники, то вполне удачно будет, если мы выполним для них несколько дел за символическую награду. Докажем, что мы им не враги. Тогда уже можно будет попытаться порасспрашивать, чем один крошечный клан эльфов не угодил Империи.   За символическую награду! Значит, они опять будут без денег. Будь они в городе или деревне, Алисия бы всерьез обеспокоилась насчет их легенды — наемники, не стремящиеся обогатиться, вызвали бы вопросы. Но для ушастых, наверное, так будет даже в плюс. Что же, придется затянуть пояса.   Выбрав участок посуше и повыше, но не слишком у края поляны, альтус установила палатку. Пока песель наворачивал традиционные окопы, забросила в нее свои вещи. Теперь, как только закончит, можно было бы и отправиться на разведку к долийцам.    — Пойдете в обход? — Руфус тоже поставил палатку и подошел к магессе. Он уже привык, что они с мабариком патрулируют вокруг вместо прогулки.   — Не в этот раз. Пойду гляну, что тут у них есть в лавке. У эльфов вообще есть лавки?   — Не в совсем привычном нам понимании, но да, имеются. — ученый улыбнулся. — Клан назначает торговца, чтобы удобнее было распределять товары между членами клана, а также и для того, чтобы тот имел дело с чужеземцами. Обычно в этой роли выступает мастер клана, но бывает, что и просто человек, который спокойно относится к шемленам. Как ни велика неприязнь между нашими народами, они тоже нуждаются в торговле.    — Логично. — девушка погладила пса, закончившего копать и подбежавшего к ней. — Уже все сделал? Какой хороший мальчик! Пойдем прогуляемся к эльфикам.   Мабари не возражал, и Руфус тоже набился в компанию, но целительница была не против. Все же одной было немного страшновато, хоть никто и не знал, что она тевинтерка. Кое-как сориентировавшись в расположении аравелей и прочих стояночных мест, они наконец отыскали продавца эльфийских товаров.

Ивовая роща   — Я попрошу мастера Ивеора торговать с вами, если вам нужны припасы. Каждый из клана потерял что-то в последнее время, и не всегда в наших силах вернуть им потерянное. Но если вы действительно хотите помочь, поговорите с ними. Уверен, некоторые будут рады предложенной помощи. Вон там есть подходящая поляна, это недалеко от нашей стоянки, — махнув рукой куда-то в сторону, пояснил Хранитель. — Вам наверняка хочется отдохнуть с дороги. Но я должен вас предупредить. Не приближайтесь к старым руинам и статуям эльфийских богов. Они... потревожены, — туманно сказал он и повернулся к лесу.   — Ma serannas, Хранитель, — поклонился Руфус. — Мы поговорим с вашими людьми и посмотрим, чем сможем помочь. Если наши враги что-то хотят отобрать, то нельзя допустить, чтобы они преуспели.    Оставив старого эльфа распоряжаться, маг направился в направлении, где тот посоветовал разбить лагерь. Эльса с мабари уже пошли первыми, видимо, спеша поскорее обустроиться. Это было разумно. Таскание с рюкзаками и сумками успело надоесть всему отряду хуже горькой редьки.      — Будут какие-то предложения, кэп? — Алисия обратилась к Холту, когда они отошли уже за зону слышимости. — Может быть, рекомендации? Если хотите знать мое мнение, лучше сейчас сразу не давить и не выпытывать, что там искали Кровавые. Эльфы и так подозрительны, еще решат, что мы здесь только заради этого. Лучше заручиться сперва их лояльность, как считаешь?

Ивовая роща   — Ты можешь пройти, плоскоухий, — наконец Доленгал услышал ответ. — Но остальные должны развернуться прямо сейчас и уйти. Предупреждений больше не будет.   Не тот прием, который они хотели бы получить. Руфус постарался говорить как можно громче и четче, чтобы его расслышали без необходимости выходить вперед.   — Andaran atish’an, — произнес он и слегка поклонился в приветствии. — Vir garas then nadas la halani. Mi'harillen'an sahlin. Vir vhenallin.   Вот так. Сообщил самое главное. Во-первых, что они пришли с предупреждением и предложением помощи в борьбе с идущими вражескими мечниками, а во-вторых, сказал, что они друзья эльфийскому народу. Конечно, знай они, что Виктория из тевинтерцев, переговоры стали бы сложнее, но с другой стороны, со своей внешностью девушка вполне могла сойти за ривейнийку или антиванку. А главное, ученый надеялся, что эльфы окажутся достаточно умны, чтобы не разбрасываться потенциальными помощниками или хотя бы попытаться узнать подробнее, кто там к ним идет.   Руфус, убеждение на эльфов, интеллект +7   rolled 12+7=19

Ивовая роща   Стрела, которую выпустил невидимый противник, едва заметно задрожала при ударе о кору, но острота наконечника и идеальный угол полета гарантировали, что следующая такая стрела попадет точно в цель. И этой целью могла быть чья-нибудь грудь.   — Дальше ни шагу, шемлены! — раздался чей-то голос, однако определить откуда именно он доносился, мешало легкое эхо, создаваемое стволами деревьев. — Разворачивайтесь и уходите, здесь вам не место! Это земля долийцев!   Эльса остановилась. А вот и тот самый чужой, о котором чуть раньше предупредил ее пес. Или, чужие. Впрочем, это было не важно. Девушка все равно понимала, что сейчас кто-то вступит в переговоры, и предоставила это дело кому-то другому. Сама она дала Кунсею знак быть готовым к неприятностям, но не высовываться.    Для Руфуса же стрела оказалась сюрпризом, ведь никто не предупредил его о засаде впереди. Однако он знал, что такие приветствия были у эльфов обычным делом. Да и то в тех кланах, которые были настроены чуть более мирно и не стремились сразу же на всякий случай убить чужаков, засекших их место стоянки. В какой-то мере стрела даже успокоила мага. Если предупреждают, значит, можно надеяться на разговор. Целитель покосился на Доленгала, гадая, не желает ли он сам поговорить с сородичами. Если что, он всегда может вмешаться, но, как всегда, не спешит выступать в первых рядах, если были другие желающие.

Лагерь   На ужин Руфус приготовил себе в маленьком котелке сырное фондю со специями и запивал горячее сытное блюдо ароматным чаем. Закончив с трапезой, маг вымыл посуду, помог Виктории поставить палатку и немного позанимался в своей палатке при свете магического огонька — нужно было поделать записи о том, какую новую информацию удалось найти. Самые компрометирующие заметки целитель закрашивал специальным составом: он делал лист девственно чистым, и чтобы прочесть его, нужно было нагреть лист. Разумная предосторожность, если кто-то особенно ушлый не надумает проверить все чистые листы.   Можно было ложиться спать. Завтра, если им повезет, будет очередной переход, но уже без всяких кровопролитных схваток. Насилие маг не любил. Он убрал все свои вещи в сумку, а бумаги в несгораемый тубус, пожелал Дамиану спокойной ночи и потушил свет. Лагерь полнился обычными лесными звуками, которые создавали ненавязчивый фоновый шум, похожий на шепот, и под эти звуки Руфус довольно быстро уснул тем крепким и спокойным сном, которым спят люди с чистой совестью. Или совсем уж отпетые мерзавцы, даже не знающие, что это такое.     Вечер не обещал ничего особого. Все дела в лагере уже сделаны, добычи с последнего налета хватало, народ частью бухал, частью отдыхал, частью занимался охраной. Босс жрал жирный суп из миски, хмуро посматривая на остальных. Все люди здесь были далеко не святыми, и сам в банду попал не так давно, но всë же были тут неплохие ребята. Через месяц-другой наверняка с ними и удастся скорешиться получше. Жизнь среди бандитов не лучшая, но оставаться батрачить на полях было бы ещë хуже.   Потом пришла она - девка-селянка, бестолковая потеряшка. Что-то болтала про праздник, про баб незащищëнных.  Народ быстро воодушевился, предчувствуя веселье, но девку всë равно кому-то надо было отвести до дороги. Выбрали тебя. Проклятие. Уж ты-то точно хотел бы поскакать с остальными, а не сидеть тут сторожить и тем более не возиться с этой дурëхой.   Не успела она толком передохнуть, как уже вызвалась идти дальше. Торопится. Отлично, можно успеть и с ней закончить всë, и за остальными поспеть. С энтузиазмом ведëшь еë из лагеря в сторону главной местной дороги. Идти может с полторы мили, не так далеко. Но в какой-то момент всë резко тухнет, и чувства оставляют тебя.   Очухиваешься от льющейся на лицо воды и ударов по щекам. Связанный. Рядом проклятая девка и какой-то мужик. Не видно с места. Вот ведь влип. Собираются расспрашивать про курьера какого-то. Точно, того самого с письмами. Хрен что они узнают! Но девка чует, что юлишь. Грозит ножом, прорезает слегка кожу на щеке. Больно, но терпимо. Угрозы на этом не останавливаются. Эта чокнутая ради прибитого деда с бумажками готова нос и уши резать. Говорит неубедительно, сопля. Но невольно внутри начинает просыпаться страх. Своих позиций не сдаëшь. И тут выясняется, что девка не врëт. Нож оказывается у уха и лезвие начинает срезать его. Режущая. Медленная. Боль! Крик заглушается в подставленном в рот колене. Даже когда жуткая процедура заканчивается, ноющая рана продолжает резать. Слëзы не сдержать, сыпятся маты, но большего не сделать. Демоны! И она всë ещë хочет про деда этого узнать! Сумасшедшая. Следом хватает за нос. По телу проходит дрожь. Не надо больше. Выдаëшь им про то, как нашли и прирезали старика, куда бумаги убрали, про ключ от склада. Правду говоришь! Она не верит. Страх пробирает целиком, а ощущение приближающихся пыток заставляет живот скрутиться в узел. Ревя, убеждаешь, что всë правда, не врëшь нигде. Оно так и есть! За что резать!?   Верят. Вяжут к дереву, рану заливают чем-то целительным. Отпустят, когда вернутся. Ты не врал, убивать не за что, всë правда. Они затыкают рот и уходят. Остаëшься один, совсем. В темнеющем лесу, вспоминая боль от ножа. Ничего, ещë может выжить удастся, не самое страшное. Ждëшь. Терпишь.   Они возвращаются, наконец-то. Мычишь, пытаешься привлечь внимание. Девка осматривает верëвку, вздыхает и прижимает твою голову к дереву. Заносит руку с ножом. НЕТ! За что?! Ужас пронизывает тебя в мгновение ока, парализует, захватывает целиком. Откуда-то берется крайне важная мысль: она может не убивать тебя. Пощадить. Стереть память, даже рану залечить. И пытать могла без тех мучений. Она боится показать магию перед типом на заднем плане. Но ведь он даже не использовал бы это знание против неë! Он понял бы! Почему? Почему ты должен расплачиваться за еë недальновидность?! Но какая теперь разница...   — Ты сопереживаешь духам? — раздался низкий, слегка двоящийся голос   Перед распахнутыми глазами всë замерло. Замер нож, почти пронзающий кожу на груди, замер мутный тип, замер пëс, весь лес вокруг. Только сейчас пришло настоящее осознание того, что это сон. И что она не бандит Бернс, а Эльса. А перед ней она же, только из прошлого. Тот самый допрос в лесу с Ларсом, только детали чуть изменены, как это бывает во сне. Страх не оставлял моментально, но понимание происходящего явно помогало.   На краю взгляда маячила мутная фигура с острыми контурами. Терпеливо ждала ответ, не торопилась. Вместо страха накатило ощущение ужаса и безысходности. Ужаса не за себя, а за бедного Бернса. Она и правда могла его не убивать. И не пытать. Ларс бы не выдал.   Целительница усилием воли заставила себя сконцентрироваться на происходящем. Значит, это сон. Кошмар. И не факт, что Бернс и правда все это думал и чувствовал. Демоны любят манипулировать чувствами смертных. Девушка попробовала разглядеть фигуру.   — Ты... Ты кто? Зачем ты это делаешь?   — Кара. Эмпатия. Болезненная наглядность. Отражение, — спокойно ответил голос. — Я несу жестокое понимание чужой боли. Направляю на искупление. Сейчас. У меня не так много времени. Твоя очередь.   Искупление. Редкий дух, но духи и не действуют так грубо. Да и сколько их осталось теперь?   — Я не знаю, чем можно искупить такое, — призналась Алисия. — Бернс... Мертв. Я не могла знать заранее, что Ларсу можно доверять, да и не в доверии дело, я до сих пор ему не рассказала. Но, наверное, можно было. Выходит, я сделала это всё зря?   Разумом магесса понимала, что демоны поднаторели в таких играх, но вопрос взволновал её сильнее, чем она ожидала. Стоило держать в уме, что демон здесь не просто так, а хочет подпитаться чувствами смертной, но девушка и сама пребывала в смятении.   — Твои страхи и неуверенность уберегают лишь тебя саму. Бернс был бы жив, если бы ты думала дальше одних лишь своих интересов. Он бы не страдал от пыток. Не погиб бы в страхе. Зря, — подвёл в итоге черту демон. — Ты окружена чужаками. Этот путь не завершится скоро. Скольким ещë придëтся расплатиться?   Фигура подёрнулась и резко исчезла, оказываясь с другой стороны взгляда. Уже чëтче. Девушка стала угадывать увиденные ранее резанные края чудовища.   — Искупление лежит в будущем, а не в прошлом.   Всё так. Если ей придется сохранить секрет, не исключено повторение таких ситуаций. Но она и сама предпочла бы их избегать. Другое дело, что демон перед ней был очень похож на демона, которого призвал Дамиан. Или тот же самый. Жаль, что она не расспрашивала о нём побольше.   — Так это тебя мы видели утром? Ты ещё посмотрел на меня перед тем, как уйти. — вряд ли здесь оказалось целых два похожих демона. Тем более, когда их так мало. — Почему ты спросил, сочувствую ли я духам?   — Мне нужна свобода, — раздался ответ. — Оковы несут мне боль. Держат. Режут. Мне нужен мой собственный путь.   — Ох... — ей стало искренне жаль демона. Или духа? Отец рассказывал, что привязанные демоны находятся в полном подчинении, с подавленной волей. Но этот, похоже, имел больше самосознания, чем должен был. И всё же Дамиан его как-то удерживает. И вряд ли он откажется променять такой инструмент на другого демона.   — Ты просишь немало. Но я понимаю и сочувствую тебе. — Алисия чуть склонила голову. — Я поищу, что можно сделать. Как можно облегчить твою боль.   Демон слегка замялся с ответом. Будто не ждал, что у него получится чего-то добиться в разговоре со смертной.   — Спасибо, — сказал он.   Нож вонзился в сердце в тот же миг, когда всë пришло в движение. Жуткая боль пронзила всë тело, а сознание быстро угасло на фоне пульсирующей раны. Как и сам сон.    Алисия проснулась, недвижимо глядя в потолок палатки и часто дыша. Это не было похоже на сны, которые дарил ей Кристоф, связываясь прямиком с сознанием девушки и минуя Тень. Это был чужой демон и чужой кошмар. Во всяком случае, он был чужим, пока она не задумывалась о том, что могла бы поступить иначе, если бы знала. Если бы знала... Увы, даром предвидения магесса не обладала. Но сейчас по факту выходило, что парень мог бы остаться жив. Подтереть память, чтобы он не запомнил допроса и лиц, и отпустить.    Девушка перевернулась на бок и обняла пса. Шершавый язык ласково лизнул нос, и стало спокойнее. Нужно будет побольше узнать об этом демоне и о самом Дамиане. Может быть, существует способ как-то помочь, ведь подчинение было явно не таким, каким должно быть. Что-то было не так с этой тварью. Но это потом. А пока нужно выспаться. Поведение и реакция демона подсказывали, что сегодня он больше её не потревожит. Целительница закрыла глаза и погрузилась внутрь себя, отыскивая свою связь с духовным другом. Кристоф отозвался, и остаток ночи ей снился родной дом, семья, любимые улочки города, где она часто гуляла с друзьями... Мирные и хорошие сны.

Лагерь   Решив, что уже достаточно освежилась, она поднялась на ноги и окинула Эльсу взглядом.   — Идешь?   Алисия намеревалась было посидеть еще в одиночестве, но передумала. Это был пусть и мелкий, но шаг навстречу от Адалин. Не стоило его отвергать.   — Да, мы сейчас. — поднявшись, девушка не забыла взять свою кружку и ласково почесала подбежавшего пса. — Если хочешь, присоединяйся завтра к нам, когда будем играть в прятки и хваталки. Не тренировка с врагом, а всего лишь игра, но кое-какие навыки можно отточить даже в играх.    Вместе с Адалин они направились обратно к лагерю. В целом она вполне понимала девушку. Сама так же выкладывалась, когда училась фехтованию и магии, пытаясь превзойти своих старших братьев. Но здесь бы не безопасный дом, а целый враждебный мир, и в случае если на них вдруг нападут, целительница предпочла бы вступить в бой со свежими силами, а не вымотанная, как последний раб на галерах. Поэтому она с чистой совестью удовлетворилась утренним сражением. А полноценную тренировку для поддержания формы можно будет провести и завтра. К тому же, ей пришлось непривычно полагаться только на свои фехтовальные способности и обходиться без магии, и это давало о себе знать.   В лагере пришлось решать проблему, что делать дальше. Традиционные для таких предприятий разговоры у костра их отряд, похоже не жаловал. Дел особых не было. Альтус ненадолго задержалась у огня, чтобы привести в порядок оружие, а затем отправилась к себе в палатку, соорудив импровизированную жаровню-светильник в своей обеденной миске. Там она аккуратно установила жаровню рядом со спальником и вместе с песелем принялась за чтение. Света было не так чтобы много, но хватало, чтобы человеческие и собачьи глаза могли свободно различать буквы. 

Лагерь   — Потому что тренировка — не развлечение, — ответила Адалин, удивляясь, что Эльса этого не понимает.   Эльса задумчиво разглядывала Адалин. Ответ немного обескуражил магессу, ведь она нигде не говорила обратного. Напротив, объяснила, зачем нужно соразмерять силы. Но видимо, то ли Адалин еще не сталкивалась с жесткими ситуациями, когда в любой момент приходится ожидать новых ударов и расходовать себя без оглядки попросту опасно. Или, возможно, причины такого отношения крылись в чем-то другом. Но альтус не ставила себе цели научить Адалин быть более эффективной, поэтому спорить не стала.    — Ясно. — она снова задвинула за ухо непослушную прядь, рассматривая носки вытянутых вперед ног. — А ты, выходит, гораздо выносливее и сильнее меня, — спокойно заметила ферелденка. — Сначала бой, потом весь день на ногах, потом тренировка, на которой выложилась на полную. Я бы давно устала. Как ты все это переносишь? — искренне удивилась она. — Да еще и после вчерашнего забега за заключенными?

Лагерь   — Ты сражаешься в полную силу только с врагами? — буркнула Адалин, возвращаясь к умыванию.   — Вроде того, — кивнула Эльса и задумчиво растрепала волосы. Старая привычка. — Или если нет других причин так сражаться. Будь рядом лекари, можно было бы попробовать не оглядываться на то, чтобы друг друга не ранить. Ну и конкретно в том поединке мне хотелось только, чтобы мы показались друг другу, хотя даже с врагом я стараюсь обычно соразмерять затраченные усилия. Никогда не знаешь, когда придется столкнуться со следующим. Выложишься на полную, вымотаешься больше, чем нужно бы — и вот готовая легкая добыча, бери тепленьким. — пояснила девушка, наблюдая за умыванием Адалин. Она, судя по всему, придерживалась другой тактики. — А ты, значит, выкладываешься даже тогда, когда оно объективно не нужно? Почему?

Лагерь   — Зачем тренироваться, не выкладываясь? — спросила Адалин, пытаясь утихомирить возникшее раздражение. — Сегодня ты не подставлялась, как в тот раз. Ты поддавалась.   — А ты всех своих спарринговых партнеров в смертельные враги записываешь? — беззлобно поддела ее Эльса. Ну да, теперь использование грязных приемов без необходимости выглядело вполне объяснимым. Впрочем, Алисия еще тогда сделала выводы из манеры сражения девушки. Закончив с кружкой, она отошла от ручейка и села на поваленное бревно. Задвинула непослушную прядку за ухо. — Есть у меня друг из авваров. Торговец. Приезжал время от времени в наши края, чтобы продать товары племени и купить нужные им. Так вот он рассказывал, у авваров поединок с гостем — один из важных ритуалов гостеприимства. Они верят, что в сражении можно познать человека не хуже, чем иными способами. А то и лучше. И цель там не повергнуть противника, а продемонстрировать свой характер и узнать его. Как человек держит себя, какую тактику выбирает, как реагирует на ситуации — все это говорит о характере лучше всяких слов. И думается мне, — альтус прервала рассуждения и снова возвратила взгляд на Адалин. — Что это и впрямь работает. У нас не было причин сражаться друг с другом как с врагом. Ты узнала меня, я узнала тебя — знакомство ничуть не хуже любого другого. — она благожелательно улыбнулась.