Тaб

Не забудь про подсказки в шапке, но если что - пиши. А вообще мне люто нравится атмосфера Хотлайна, да и персонажи там невероятно стильные, хоть и больше подошли бы готик-панковскому СМТ, который, первоначально, и был, от и до, пронизан этой стилистикой 80-90х с трэшем, сексом, наркотиками рок-н-роллом, и тоннами насилия, пока Ачилли сотоварищи не искоренили их в поздних редакциях. Но я очень люблю стильных персонажей, не-обывателей, и поощряю, когда игроки их берут, да и в CoD Хотлайновские типажи хорошо вписываются, особенно в нашу, конкретную игру, в очередной раз, подчёркивая, что местная вселенная не просто наш мир с супернатуралами, но здорово от него отличается, пусть это и незаметно на первый взгляд. P.S. И да, этого персонажа делай простым смертным, подменыши у нас только основные.

The slow is in my blood. @Beaver, Если захочешь подлатать волчью лапу — бросай Сообразительность + Медицина со штрафом -2 за отсутствие нормальных инструментов, если нет медицины — штраф за её отсутствие ещё -3. Иначе волку будет, мягко говоря, проблемно продираться сквозь Чащу. Как вариант — можно оставить его на месте и поискать по округе гоблинских фруктов — но это тоже будет непросто. В любом случае, волк считает тебя за вожака, и готов следовать за Ричардом хоть на край земли. Ты выполняешь Стремление и получаешь 1 Веху (Из пяти Вех складывается очко Опыта), получаешь Состояние: Привязанный Ваш персонаж установил глубокую связь с животным. Он получает +2 на любые броски для убеждения или влияния на его животное. Вы можете добавить ваше Знание животных на любые броски противостояния принуждению или страху в присутствии вашего животного. Животное может добавить ваше Знание животных на любые броски. Избавление: Привязанное животное умирает или иным способом расстается с персонажем. Веха: Нет. Вот статы волка: Атрибуты: Интеллект 1, Сообразительность 4, Решительность 2, Сила 2, Ловкость 4, Выносливость 3, Внушительность 2, Манипулирование 1, Самообладание 2 Навыки: Атлетика 4, Рукопашный бой 4, Запугивание 2, Скрытность 3, Выживание 4 Достоинства: Сила воли 5, Инициатива 6, Скорость 15, Размер 4, Здоровье 7 Оружие/Атака: Укус, Урон — 1 (Летальный), Бонус инициативы — +1, Пул атаки — 6 дайсов @Laion, Кристин лишается пункта постоянной Воли (Можно будет восстановить за 1 очко опыта, по новым ценам), пройдя успешную проверку Ясности она получает новое Состояние: Острый глаз Восприятие вашего персонажа обострилось до предела. Все броски, которые получают бонус от Ясности, также, получают возможность перебрасывать все 8, 9 и 10, выпавшие на дайсах. В то же время, если персонаж сталкивается с очень громкими звуками, необычайно ярким светом, или другими сильными раздражителями, он теряет свой бонус от Ясности и получает штраф в -3 дайса ко всем броскам. Состояние проходит через число дней равное Ясности персонажа. В таком случае он не получает ни Вехи ни Ясности. Избавление: Персонаж переживает нечто важное лично для него, что помогает ему найти своё место в мире. В таком случае он получает очко Ясности. Веха: Нет. Также, Кристин получает Талисман на 3 точки: Шар Мерлина Ходят слухи, в каждом из таких шаров заключена толика силы Мерлина, волшебника, легенды о котором ходят среди людей, Подменышей и даже Истинных фей. Любой, кто заглянет в этот шар, сумеет узреть свою судьбу, получив столь редкий шанс вмешаться в её ход. Но, вместе с тем, таинственная магия Шара будет, капля за каплей, подчинять себе волю владельца, лишая его последних крупиц рассудка. (Активация Шара требует либо успешного броска Вирда, либо траты пункта Чар. Персонаж увидит фрагмент своего будущего (Случайный, если он не думал ни о чём конкретно, либо, вполне определённый, если мысль о нём, настойчиво, вертелась в голове персонажа), но, лишится постоянного пункта Воли и будет вынужден пройти проверку Ясности со штрафом в -3, т. к. использование Шара считается переломным моментом). Лазейка: Если персонаж не хочет тратить Чары, или делать бросок Вирда, по тем или иным причинам, он может окропить шар собственной кровью, получив пункт Летального урона. Этого хватит, чтобы пробудить скрытые силы Талисмана. P. S. Кто вспомнит, где ещё, по ходу игры, встречался герой первого видения — получит плюшку.

Ричард Это и есть жизнь, вот, что ты понимаешь, когда вгрызаешься в его глотку, не ведая жалости. Видишь глаза, полные немого страха, холодного и липкого, точно его собственный труп, под слоем крахмального снега. Чувствуешь вкус крови на языке, не своей, — его — пока ещё теплой, переполненной адреналином и этим жалким инстинктом — цепляться за жизнь, до последнего. Ощущаешь, как он, мёртвой хваткой вдавливает ободранные пальцы в твои плечи, всё ещё верит, что в ад попадёт не один — на пару с тобой, братец волк. Хрипит, стонет, булькает, тёмная, венозная кровь, точно, непереваренный бургер, выплёскивается изо рта, а ты разрываешь ему шею зубами, носом чуя, как он обделался. Смерть никому не к лицу, и Здоровяк валится в снег, обагрённый его собственной кровью. Прежде чем подойти к названому брату, ты садишься на корточки подле его трупа, хочешь, как следует разглядеть эти письмена, которыми он обрисовал всё свою кожу. Они больше не вздрагивают, не плывут по его коже, точно клубок змей. Они застыли, и недвижимые, готовы открыть тебе всю правду: Лесоруб был большим малым — ел за троих, пил за четверых, да девок брал за пятерых — топором владел, как надо — пять вязанок, коль не голодный, семь вязанок, коль жажда не мучает, да десяток, коль не хворает — и храбрецом, что пример всем подавал — как-то хату потушил, что огнём была объята, как-то всю деревню спас, от лиходеев окаянных, ну и девок трёх вытащил, что на речке всё гадали, да едва не потонули. Но не любили лесоруба, бранили его в спину, да побаивались: больно здоровой детиной он был, выпить, страсть как любил, да, что ни день — всё кулаки чесались. Поэтому жил лесоруб один, в избушке, что на опушке, а деревню свою лишь на праздники являлся, что б покутить вдоволь. Но случилось, однажды, такое, что вся деревня Лесоруба приняла и стал жить он поживать, да добра наживать. Собралась, значит, кроха одна навестить свою бабушку… — Гримм… — хрипло шепчешь ты, потому что знаешь, чем кончится эта история. Все знают, от мала до велика, и ты — не исключение. Но, самое страшное, ты знаешь, кем был лесоруб, и знание это пришло не из ниоткуда, а прямиком из Аркадии, где смех, комом, застревает в глотке. Кто-то вырывается оттуда, презрев страх, печаль и сомнения. Кто-то, делает выбор из двух зол, мерзкий, склизкий и болезненный. Кто-то отвергает своё «Я» и становится одним целым со стихией, бушующей, дикой и необузданной. А кому-то не остаётся ничего, кроме как надеть на себя маску, что становится лицом, ибо такова воля Вирда, что связывает всех, каждого, и никого. Они и звались Гриммами, в честь двух братьев, что написали книгу, лишившую Фей их первозданной мощи. В честь Гриммов, породивших бессмертные сказки, что рождались, умирали, но никогда не исчезали из памяти людской. В честь Гриммов, взрастивших бессмертные образы, лишь приняв личины которых, кто-то, может обрести силы, что вырваться из прекрасного безумия Аркадии на свободу. Но так и остаться рабом в глубине души. Он был вынужден играть эту роль, до самой смерти. От этого тебе становится не по себе. Отдышавшись, ты бросаешь взгляд на топор, воткнутый в снег. Он так и блестит в свете луны, что обнажает твоему взору руны, выгравированное на лезвие топора. Серебро, никаких сомнений, такой бы, наверняка, помог убить оборотня, если бы он существовали где-то кроме детских страшилок. Становится прохладней — но не сильно — и облачко пара вырывается изо рта, когда ты подходишь к волку, что так отчаянно молил о помощи. Он здорово исхудал, зубья капкана ободрали лапу до кости, и тихо воет, в ответ на твой вопрос. И, всё же, хищник рад тебя видеть, ты видишь это в его голубых глазах. Глазах дикого зверя, гордого и непокорённого. Прямо как ты сам. Потрепав волка по холке ты, с трудом, но высвобождаешь израненную лапу. Капкан здоровый, явно был предназначен для кого-то покрупнее, и, на первый взгляд, переломил волку кость. Он щадя лапу, обнюхивает тебя, держась на почтительном расстоянии, но узнав в тебя сородича, протяжно воет на луну. Это похоже на слова благодарности, и ты, невольно улыбаешься, краем глаза, видя, как туман опускается на поляну. Теперь, брести сквозь заросли будет того труднее, и ты глубоко сомневаешься, что волк сможет пережить эту ночь со своей больной лапой…   Кристин Когда-то он носил другое имя. Оно начиналось на «К» и кончалось на «Л». Его дал ему отец, в отличие от сотен братьев, что так и остались безымянными. Он служил ему, верой и правдой, ни щадя ни себя, ни других. Но затем он сломался, и пал, в слезах, вопрошая отца: «За что?». Время не щадит никого, он не стал исключением. Имена стали разменной монетой. Жизни — прикрытиями. Судьбы — всего лишь помехами. Он встречал, из раза в раз, подобных ему, но таких разных. Каждый вещал о своём, каждый делился крупицей собственной веры, но он не следовал за ними по извилистой тропинке судьбы, Всегда оставался верен лишь себе самому. Ветхозаветный город приютил его, хоть он и не просил о приюте. Ветхозаветный город дал ему ещё один шанс, хоть он и не просил об очередной попытке. Ветхозаветный город стал ему ближе, чем сотни людских лиц, что признавались в любви, пылали ненавистью, грезили о светлом будущем, и цеплялись за крохи того, что было не вернуть. Он любит его, и сделает всё, чтобы вырвать из лап своего отца. Имена — разменные монеты, жизни — прикрытия, судьбы — помехи… *** Жизнь предала его в первые секунды, и лишь воля богов позволила сделать первый вдох. С тех пор он ступает по земле, в попытках угнаться за богами, ступает по выжженной саванне, где был дом его предков, что молились Ананси, ступает по ледяной корке, где так и покоятся тайны, недоступные взору простых людей, ступает по каменной мостовой города, что сам выбрал себе имя, но находит лишь отголоски того, за чем гонится. Он не отдал своё имя стране шипов — попрощался с ним многие годы назад, он не отдал ей и своё сердце — оно стало жертвой кому-то ещё, не отдал и естества — ибо в изменчивости кроется величайшая сила. Клятвы приносят лишь глупцы — мудрецы заключают сделки, о потерянном плачут лишь слабые духом — сильные — смеются над тем, что грядёт, к порядку стремятся недальновидные — предусмотрительные господствуют над хаосом. Он не жалеет о прошлом — нельзя сбежать от судьбы, ему не нужны краплёные карты — когда есть липкие сети, он не боится шипов — они лишь делают нас сильнее. Пути богов неисповедимы, но следовать их шагами — его вечный долг… *** Жизнь ничего не стоит, он знал это всегда, сколь бы много ему не твердили об обратном. Всё, что ты можешь с ней сделать — веселиться на полную катушку, напрочь забыв об ответственности, стыде и опасности. Всё, что ты можешь с ней сделать — трахаться, пока **й не отсохнет, заливать в себя пойло, пока оно не выжжет нутро, и жрать весёлые таблетки, пока мозги не полезут набекрень. Всё, что ты можешь с ней сделать — это искать смысл жизни среди путанных слов, проливать кровь, в надежде переступить последнюю границу, сойти с ума, не выдержав невыносимой лёгкости бытия. Жизнь ничего не стоит, и он никогда не откажется от своих слов. Но лишь оказавшись в застенках бедлама он понял, что такое подлинное отчаяние. Лишь изрисовав облупленные стены венозной кровью, он понял, что такое настоящее безумие. Лишь встретив короля, посреди ледяной пустоши, он понял, что жизнь — одна большая шутка, и лишь ступив за грань можно добраться до самого интересного… *** Шипы отобрали и у него всё: жизнь, имя, близких, а взамен не оставили ничего кроме головокружения, привкуса горечи на языке, и нестерпимого отчаяния, что отхватила сердце ледяной коркой. Печаль затягивала его в бездонный омут, а он топил своё горе в стакане крепкого, грезя о том, как закончится это жалкое подобие подлинной жизни. Но, однажды, на самом краю пропасти, он понял, что шипы не сумели отобрать главного. Силы воли, что помогает людям продираться сквозь боль, страх и слёзы, навстречу солнцу, лучи которого в силах разогнать тучи отчаяния. В тот день он сделал первый шаг, а печаль сменилась нестерпимой злобой, что охватила сердце пламенем. Злоба вела его вперёд, и стала путеводным маяков для всех, кто отказался прятаться, бояться и страдать. Он дарил им вдохновение, они дарили ему смысл, а, все вместе, они меняли мир, капля за каплей, прямо как в далёком прошлом, что померкло, средь тумана Аркадии. Он сдерживал искру, что грозила стать пожаром, но Йоль стал последней каплей, посадив семеня бунта. Скоро придёт время жатвы, и тогда не поздоровится никому…   Фиолетовый вихрь подхватывает тебя, будто Эллли, и несёт в неведомые дали, сквозь леса, поля и бесчисленные города, что походят на серые пятна, полные разноцветных огней . Запомни их лица, шепчет он тебе на ухо, и ты, кожей, чувствуешь его томное дыхание. Запомни, чего бы тебе это ни стоило, он касается уха губами, и ты понимаешь, что это вовсе не вихрь. Помни, Кристин, помни... Хозяин смеётся, выпускает тебя из объятий на безумной высоте, и нет никого, кто услышал бы твой крик и пришёл на помощь... В себя ты приходишь на полу, возле старой кровати. По щекам бегут слёзы, а в ладонях ты, крепко-накрепко, сжимаешь злополучный шар. Он больше не горит, потух, будто лампочка, но ты знаешь, придёт время и всё повторится... Теперь ты не отдашь его никому. Пусть и не просят. Ни за что на свете.

Войны роз крутые, но это мне нравится больше.

Всё отлично.   **я, ты бы знал, как я люблю Хотлайн  :-D  Посты будут ближе к ночи, меня сегодня здорово загрузили ИРЛ.

Кристин …но не был колдун тот, носивший имён великое множество — не припомнить всех, не счесть, не пересказать — сдержать сил своих, да направить их в русло нужное, пока час урочный не настал, и не прогремели тридцать три горна, вещая о конце времён, что наступил, как и было сказано тремя пряхами-провидицами. В башне заточил сам себя он, из камня, чёрного, как ночь сложенную, и лишь огоньки горели кругом, будто звёзды, что разгоняют тьму великую, по приказу Первого из первых, и тех, кто шёл его стопами. Стояла башня сия не год, не век, и не тьму веков, стояла, пока тридцать три горна не протрубили о конце времён, и тогда лишь понял колдун, носивший имён великое множество — не припомнить всех, не счесть, не пересказать — что сделать, с силой ему вверенной. Взял песок он, когда прогремел горн двадцать шестой. В печь опустил его, что пылала пуще честных сердец, когда протрубил горн двадцать седьмой. Вынул стекло, что блестело, не в солнца свете, но огня, охватившего земли, когда прогремел горн двадцать восьмой. Вдохнул он так, что вздох тот, едва последним не стал, когда протрубил горн двадцать девятый. Выдохнул в стекло горячее, упиваясь слезами горючими, когда прогремел горн двадцать девятый. И сделался шар в руках его, но не один, а семь, ибо число сие, прежде прочих, проступило подле великих башен, по образу и подобию коих построил свою он, когда протрубил горн тридцатый. И воздел руки колдун к шару каждому, делясь с ними силой своей, необузданной, когда прогремел горн тридцать первый. И засияли шары те, пуще звёзд, луны огня, и зарева, каждый цветом своим, точно радуга, когда протрубил горн тридцать второй. И не стало мира, когда прогремел горн тридцать третий, но остались шары, но осталась сила, но осталась насмешку судьбы, прозванная: «Неизбежностью»… Слова проступают в твоём сознании, точно надпись, оставленная лимонным соком на пожелтевшем пергаменте, стоит поднести её к пламени свечи. Слова, принесённые из неведомой Аркадии, где сбываются самые сладкие мечты, а слёзы на вкус — как сахар. Слова, болью, отпечатанные на сердце, под эгидой абсолютного знания, крупицей которого, милосердно, поделился твой Хозяин. Стоит тебе приоткрыть скрипучую дверь, как в нос бьёт запах еловых иголок — но это пустяки. Всё твое внимание, пудовыми цепями, приковывает к себе ларец, что лежит на кровати, вырезанной из дерева и украшенной неведомыми письменами. Простой ларец, сделанный наспех, не ошкуренный — но это пустяки. Он тоже приоткрыт, совсем чуть-чуть — но и это пустяки — а, изнутри, выглядывает…. смысл жизни, отлитый из хрусталя. Его форма пленяет, с первого взгляда, но суть вовсе не в ней. Внутри себя шар таит магию, в первозданном смысле этого великого слова, что опошлили бесчисленные легионы простаков, только и мечтавших о том, чтобы покорить это искусство, неподвластное массам. Внутри себя шар таит смысл, и ты понимаешь: как только этот фиолетовый свет, заливший комнату, от и до, подберётся к тебе слишком близко — ты не сможешь сказать ему: «Нет». Внутри себя шар таит истину, скрытую среди бесчисленных нитей судьбы, что связывают всё вокруг, не ведая жалости, любви и пощады. Внутри себя этот шар таит…. «Назад» ты моргаешь, и голос на задворках сознания заставляет тебя отшатнуться и скрыться за, с грохотом, захлопнувшейся дверью, что не пропускает пленительный свет внутрь большой комнаты, пропахшей горячей едой. Это не голос Хозяина, не голос Паука, не голоса тех, кто остался в прошлом. Это твой рассудок воззвал к обессилевшему телу, объятому неподвластным тебе колдовством. И он же произносит сакраментальную фразу, стоит тебе отдышаться и пережить, внезапно, нахлынувшее головокружение. «За всё нужно платить» Шар всё ещё там, и он манит тебя больше варева в котле, больше яблок, выращенных на грядке, больше Вавилона — последнего оплота свободы для всех Потерянных. Можно взять его в руки, и он поделится силой, сокрытой внутри. Но за всё нужно платить, Кристин Эванс, помни об этом, до конца своих дней. А можно забыть. Самое страшное, что платить придётся и за это.

Рефлекторный бросок Кристин на сопротивление колдовству.

Да, всё гут, можешь заносить в лист, как будет время.

@Серебряная, С переломными моментами опять путаница. Мне нужно знать, какие события, связанные с произошедшим в Аркадии, и с потерей персонажа могут вызвать у него травму. К примеру, каждый раз, когда Дарья встречается с музыкантом, являющимся игрушкой в чужих играх - будь то продюсеры, спонсоры, или кто-либо ещё, она переживает переломный момент. И, когда она же каждый раз, сталкивается со счастливыми, окруженными друзьями и любимыми людьми то переживает такой же переломный момент. У тебя я вижу причины, но не следствие.

Не спорю, но по ходу игры я буду вынужден регулярно перечитывать ваши Стремления, чтобы освежить их в памяти. И, говоря откровенно, мне гораздо удобнее, когда перечитывать нужно одну ёмкую строку, а не набор виршей. Конечно, я могу и сам сформулировать твои Стремления, в краткой форме, но, есть нешуточная вероятность, что я ошибусь, ненароком смещу акценты, или вроде того. Мастер - парень невнимательный, и никогда этого не скрывал.  Нагнетать нужный настрой с помощью пространных описаний — моя прямая обязанность :-D

Не вижу конкретных переломных моментов, только художественное описание. В общем-то, стремления тоже сстоит описать кратко и по сути, ниже основного текста.

AoD — топовая штука, так что всё заслуженно.

Это всё по-желанию, главное, чтобы я знал о том, что произошло с вашими персонажами :)  чтобы было куда вешать ружья 

@Серебряная, Отлично, тащемта) 

Всё, что не относится к интригам в стиле Игры престолов, о которых не должны знать посторонние, лучше кидать сюда.

Именно  :D:  Но ты получишь одну халявную точку в Статусе (Северный ветер) и... может быть, какой-нибудь Талисман в стиле шутовского колпака. Это всё потом будет.

У нас не средние века, а у Короля нет дворца. Есть Иггдрасиль — место где, происходят общие собрания Северного ветра. Есть Шахта сетрвятников, где почивает на лаврах лично его величество, и никто иной. Конечно, он помогает своим подданным, но статус Ким для этого слишком невелик, поэтому, как и остальной партии, ей придётся выкручиваться самой. И да, сообщество подменышей лишь заимствует отдельные элементы реальной придворной жизни, искусно перемешивая их с современным бытом, отчего возникает весьма гротескный контраст)   Частный приют. Лео — шикарно Бив — всё верно. Лайон — тоже.

Не, в средние века вампиры делились на благородных патрициев и всякий плебс. К патриархам это отношения не имеет. Патрициями, вроде, считались: Бруханы, Каппадокийцы, Ласомберы, Торики, Цимы и Вентру. Плебс: Ассамиты, Малки, Гангрелы, Сетиты, Носферы, Равносы и Тремеры.

Ричард Никогда не бросайся в бой без оглядки — это главное правило хищника. Выжидай, пока тело само не скажет: «Пора». А затем, будь быстрым точно ветер, рази, не зная промаха и забудь глупые слов, вроде: «Пощада». Бесшумно вылетев из-за заиндевевшего ствола ты несёшься на здоровяка, ступая мягко и обнажив острые когти. Хочется взвыть, чтобы он понял — всего за секунду до того, как расплата, лавиной обрушится на его голову — о грядущей участи, но ты знаешь, что это плохая идея. Скользишь по снегу, когда он, еле-еле, поворачивает свою лысую голову, заходишь за спину, как и подобает прирождённому убийце. Он не замечает, но инстинкты вторят своё — видишь это по зрачкам, и испарине. Замирает, тянется к топору… Слишком поздно, братец. Бритвенно-острые когти вспарывает спину, иписанную неведомыми знаками, тёплая кровь обагряет снег и тот шипит, то ли в страхе, от ли от наслаждения. — Сука… — хрип срывается с потрескавшихся губ, он изворачивается и хочет и огреть тебя пудовым кулачищем, но ты, с силой, бьёшь здоровяка по коленям и тот, с грохотом валится в сугроб, пока на заросшем лице отпечатывается гримаса изумления. Знаешь: секунда промедления и все твои старания окажутся тщетными, а, поэтому, взревев, точно лесной Зверь, не знающий пощады, наваливаешься на него сверху, продолжая полосовать шею, грудь и бородатое лицо, пока те не становятся одним большим окровавленным пятном. Всего на мгновение, кажется, что здоровяк так и останется валяться хладным трупом средь окровавленного снега, но ты знаешь: слишком часто промедление стоит нам жизни. Он тихо стонет, закрыв глаза, что заливает собственная кровь, а кулаки начинают сжиматься… // Здоровье Здоровяка: / / / / / _ _ Он получает помеху: Оглушен Теряет следующее действие. Половина Защиты до следующего хода. Защита Здоровяка в этом раунде = 3// Кристин Когда пара таинственных незнакомцев исчезают, без оглядки, ты, опасливо выглядываешь из-за кустов, а затем подкрадываешься к дверям домика. Странно, но теперь он не кажется таким безжизненным: в круглых окошках горит свет, крыша поросла мхом, но он пострижен и выглядит весьма опрятно, а из-за приоткрытой двери доносится запах вкусного варева. Желудок, вновь даёт о себе знать и ты, тяжело вздохнув, приоткрываешь скрипучую дверь и протискиваешься внутрь, надеясь, что тебя не схватит сторожевая гончая, ядовитый паук, дикий волк, или кто похуже. Опасения оказываются пустыми: внутри тепло и уютно, а все страхи и подозрения, исчезают, будто, по мановению волшебной палочки. Встречает тебя просторная гостиная, по совместительству кухня и столовая. Пол обит скрипучим деревом, под потолком висит кованая люстра, в который горят несколько свечей, напротив виднеется стол со стульями, тёплый камин, и котёл, в котором булькает неведомое, но, столь притягательной варево. Поначалу ты боишься закрывать дверь, вполне справедливо опасаясь, что хозяева могут вернуться в любой момент, и, сразу заподозрить, что внутри хозяйничает чужак, но, не сдержавшись, с грохотом, её захлопываешь, чтобы насладиться теплом во всей его красе. Котёл манит тебя, и ты заглядываешь внутрь: варево, хоть и выглядит необычно, но не походит на загадочное колдовское зелье. Скорее на… суп. Подле камина, к самой стене, прибиты ряды полок, переполненных всякой всячиной, начиная от банок, до краёв забитых паутиной, заканчивая гирляндами из заострённых ушей. Не самое приятное зрелище, но оно тебя не пугает. Это место, будто, создано для того, чтобы вбирать в себя страх и дарить покой. И всё же тебя не отпускает толика подозрения… Наконец, взгляд твоё падает на ещё одну дверь, которая, по всей видимости, ведёт в спальню. Она едва приоткрыта, но сквозь зазор, отчаянно, пробивается таинственное фиолетовое свечение. Оно приковывает твой взглядом и, лишь спустя добрую минуту ты находишь в себе силы оторваться. А где-то в глубине сознания растёт шальная мысль: нужно отворить эту дверь и увидеть этот пленительный свет во всей красе. Впрочем, тебе хватает сил сдержаться. Надолго ли? // Если хочешь осмотреться повнимательней, или найти что-то конкретное — с тебя Сообразительность + Самообладание, или Сообразительность + Расследование (Бонус от Ясности +1, Бонус от Чувства опасности не применяется)//

Знаешь такое слово: таймскип? Если не знаешь, то вот кратко: вполне естественно, что отыгрываем мы не всё, что происходит с персонажами, оставляя за кадром, откровенно, неинтересные моменты и всяческие условности, которые не привносят в отыгрыш ничего интересного. Промежуток времени с 26 декабря 2016 по 2 февраля 2017 относится именно к таким моментам. Нет, свободного отыгрыша не будет, сорян. Будет пара отдельных моментов, которые я обрисую прямо тут, а вы примите определенное решение. Всё остальное — за кадром. И только игрок решает, что делал его персонаж весь этот месяц. Вот и ты придумай, чем Ким занималась целый месяц, и на основании этого выбери подходящий Якорь. Откровенно трэшевые или невписывающиеся моменты я, разумеется, могу забраковать, но в целом — всё решает фантазия.   Сорян, но показное молчание я люблю ещё меньше колких комментариев. За ним, обычно, прячутся обиды и прочие неприятные эмоции, которые могут здорово поломать хрупкую атмосферу, а в будущем — испортить людям игру. Если есть, что сказать — говори, я всегда слушаю.

Если бы читала мой пост внимательнее — всё бы поняла. Пороки и Добродетели понадобятся, если (Но я бы сказал: «Как только») ваши основные персонажи выбудут из игры, и вам придётся играть за своих героев, не обременённых Фейскими дарами. Это касается и Рассудка.   Давай по-пунктам? Стремления — идеальный метод внедрить в игру свои наработки, да ещё и награду за это получить. Всё, что нужно: включить фантазию на пару минут и понять, чего бы ты хотела видеть в игре дальше. Сложно? Не думаю. Полезно? Очень даже. Состояния — прямое игромеханическое отражение сюжетных происшествий. Кто их назначает? Мастер. Кто следит за тем, что бонусы и штрафы от них применялись к персонажу? Мастер. Кто отнимает их и выдаёт Вехи? Мастер. Всё, что вам нужно — отыгрывать, что, впрочем вы делаете и так. Помехи — идеальные дополнения к боевым сценам, призванные отражать изменения окружающей среды и травмы полученные персонажами. Кто их назначает? Мастер. Кто следит за тем, чтобы штрафы и бонусы применялись к персонажам? Мастер. Всё, что вам нужно — отыгрывать. Как и обычно. Зато бои больше не походят на сферические стычки в вакууме. Честь и хвала помехам! Опыт — изрядно переработанная оригинальная система, благодаря которой вы, напрямую влияете на заработанные барыши. Кто следит за вашим отыгрышем? Мастер. Кто выдаёт Вехи? Мастер. Всё, что нужно вам — не забывать придумывать новые Стремления взамен старых и назначать обычный провал полным, если возникнет желание. Не думаю, что это сложно. Зато, прививает желание отыгрывать, и, добровольно, идти на риск, который и делает игру богаче и интересней. Обновление правил — не меняет ничего кардинального, а просто дорабатывает существующие правила, делая их приятнее и логичнее. Всё, что нужно от вас: добавить значение Атлетика к своей Защите и запомнить, что бонус от оружия больше не даёт дополнительных дайсов. Сложно? Сомневаюсь. Полезно? Однозначно, особенно учитывая грядущие кроссоверные моменты, с линейкой, которая, целиком и полностью, завязана на второй редакции правил. Маска и Лицо — взамен безликих Пороков и Добродетелей старой редакции. У вас, в кои-то веки, есть шанс выразить индивидуальность персонажа по-максимуму, без: «Блин, а я хз, какой Порок моему чару подходит", всё, что нужно — придумать подходящие Лицо и Маску. Сложно? Да, но однократно, и то, я с удовольствием подкинул вам примеры и готов кидать их дальше, а если фантазия совсем даёт сбой — могу описать Лицо и Маску за вас. Сложность по ходу игры? Нет. За восстановлением Воли, при действиях, соответствующих Лицу и Маске следит кто? Правильно, Мастер. Польза? Колоссальная. Безликие болванчики отправляются в ад, а вы получаете ещё один способ подчеркнуть личность своего персонажа, да ещё и получать за это бонусы в лице Воли. Изменения Ясности — Прости, но кто это больше всех возмущался тем, что старая Ясность мешает отыгрышу персонажа? Ты, Сильвер, и никто другой. Что я сделал в ответ? Взял и перевёл Ясность из черновиков второй редакции, которая, лучше всего на свете, соответствует твоим запросам. Но, конечно, я сделал это не ради тебя одной, а потому что она, действительно лучше и… да-да, подчёркивает индивидуальность каждого персонажа. Больше никакой уравниловки, события, вызывающие проверку Ясности, целиком и полностью зависят от личности персонажа, а также его Обличья. Сложно? Да, один раз. И, как и в случае, с Лицом и Маской, я, от чистого сердца, готов помочь вам придумать переломные моменты. Курасаги не даст соврать. Ну, а кто будет следить за переломными моментами по ходу игры? Ты знаешь ответ. Якорь — Oh boy here we go again! Очередная фишка, которая позволяет подчеркнуть индивидуальность персонажа и напомнить, что он не сферический конь в вакууме, а. вполне живой человек. У него есть страсти, у него есть привязанности, у него есть окружение. Сюжетная канва не позволяет раскрыть эти моменты на полную катушку (И слава Богу, иначе бы игра превратилась в типичную бытовуху), но Якори — та самая возможность показать, что персонаж — не пустоголовоый болванчик, который бредёт по мастерским рельсам, а обладает личностью. Эти Хоумрулы делают игру сложнее? Однозначно. Но вопрос в другом: «Для кого?». Для меня, Серебряная. Но я делаю это не из какой-то показной самоотверженности (Кек), а потому что эти изменения могут сделать игру интересней. И для меня, и для вас. Ваша задача предельно проста: наделить своего персонажа индивидуальностью, а в остальном я даже помочь готов. Если бы меня о таком попросили — я бы, к примеру, был предельно рад, ибо ради чего ещё мы играем, если не ради того, чтобы раскрыть личность своего героя? Сложна ли система CoD сама по себе? Без обид, но я так не думаю. Конечно, человек, незнакомый с настолками будет путаться среди многочисленных проверок, но, после игры с Браяном, я и так, решил максимально облегчить вашу задачу и назначать нужные проверки аккурат после отыгранной заявки. Всё, что вам нужно: бросать кубик. Хотите, чтобы я бросал за вас? :) Бога ради, мне же будет удобнее. Так делает, к примеру, мой хороший знакомый — Хаммер, который собаку съел на мастеринге. Но я на это до сих пор не пошёл по одной причине: чтобы втянуть вас в сам процесс, а ещё поиграть на врождённом чувстве азарта. Азарт — это клёво, пока дело не касается проигранных бабосов.   У Ким будет целый месяц с конца первой главы до того как наступит Имболк — начало второй. Она весь месяц будет хиккой дома сидеть? Или… Прости, мне кажется или дома у неё нет? Вот и я о том же, ей придётся выкручиваться, общаться с людьми, искать пропитание и кров. С кем-нибудь да познакомиться к кому-нибудь — или чему-нибудь — да привяжется. К мисс Козински, к примеру. В общем, врубай фантазию на полную катушку. Скейт не тянет — это фейская штука.   Вижу описания — не вижу конкретики. Когда восстанавливает пункт Воли? Когда всю? Когда, конкретно, происходят переломные моменты? Если не понимаешь, о чём я — загляни под спойлеры, и пройдись по листам Браяна и Кристин.

@Beaver, С тебя бросок Ловкости + Скрытности на успешный подкрад.  Если выбросишь больше 1 успеха - защита противника не будет учитываться для последующего броска. Потом пробрось Силу + Рукопашку - 7 (Защита, учитывается, если сфейлишь первый бросок) Если будут успехи - противник повален и взят в захват, дальше отпись за мной. Фейлишь - фейлишь, отпись тоже за мной)) Извини за сумбур, меня тут с головой отрывают на пару часов) Как всегда можно юзать СВ, а ещё можно.... устроить All-out-attack и получить бонус в +2 в обмен на потерю всей защиты.

Кристин Зимой в лес ходят или отчаявшиеся самоубийцы, которым нечего терять, или прожжённые выживальщики, которых не страшит это суровое время года. Зимой в лесу так холодно, что зуб на зуб не попадает, кожа синеет, а крупицы заветного тепла, предательски, покидают тебя, оставляя на растерзание безжалостному морозу. Зимой в лесу и делать-то нечего, если ты не охотник, с большой винтовкой наперевес, самоубийца, который только и мечтает о том, чтобы уснуть и не проснуться, или любитель пощекотать нервишки себе и близким. Это не зима, и вовсе не лес, вот что ты понимаешь, с головой, окунувшись в сугроб, и, притаившись за одним, из этих странных растений, что манят тебя, точно венерина мухоловка своих незадачливых жертв. Страх отрезвляет, это точно, а ещё он неплохо глушит голод. Пусть, вскоре, он и настигнет с пущей силой, но пока, что желудок успокоился и на тебя обрушилось блаженство, пополам со страхом и любопытством. Как говорится: взболтать, но не смешивать. — Власть королевская не имеет границ… — слышишь ты бархатный мужской голос, вслед за скрипом входной двери. — Право, он никогда не посягал на Заросли и её обитателей, — отвечает ему женщина, тон её надменный, будто, у всамделишной хозяйки этих суровых мест. — Времена меняются, вы сами это видите, многие годы Вавилон был оплотом спокойствия в Соединённых Штатах, но теперь всё здорово переменилась. — Прошу вас, не пытайтесь скрывать подлинные намерения за вычурными фразами. Все мы прекрасно понимаем, что нужно Королю, на самом деле. Всеобъемлющая власть, не только над своим феодом, но и над всеми вокруг. Жадность — худший из пороков, — шаги становятся всё ближе. Краем глаза ты замечаешь полы элегантного шёлкового платье, что касаются земли. — Ложь, — незнакомец смеётся, смех его насквозь пронизан лукавством, — от и до. Заросли, и без того, принадлежат Его величеству. Это он оказывал вам услугу, все эти годы, не наоборот. Пришло время платить долги, не одному Королю, но и всему Северному ветру. Оба незнакомца спускаются с порога. и, наконец, ты видишь их во всей красе: темнокожий мужчина, облачённый в тёмный костюм и изящную шляпу, его туфли отполированы до блеска и стоит им ступить на землю, как снег, с шипением тает, а на его месте вырастает зелёная трава. По правую руку от него женщина, в шелковом платье, она выглядит недовольной, в отличие от своего спутника, у которого улыбка не сходит с лица. А ещё с ней, явно, не всё в порядке. Ты видишь, как нежная кожа — ни единой морщинки — трескается, будто масляная краска на одном из старых полотен, что ты видела в музее. Трещины изгибаются, меняют положение, но никогда не исчезают полностью. Вновь, бросив взгляд на темнокожего, ты видишь на его месте… паука. Огромного, с множеством глаз, что светятся красным, будто фары машин, мчащихся по шоссе, или светофоры со знаком: «Стоп». Ещё один взгляд — ухмылка, он смотрит на свою спутницу, не скрывая нахальства, но, что забавней: ей это нравится. — А если мы скажем: «Нет»? — спрашивает незнакомка, изогнув бровь. Паук заходится хохотом. — Хватит, прошу… не надо так, — он вздыхает, с трудом успокоившись, — сердечко ведь откажет. — Но это правда, вряд ли Король обрушит на нас гнев Вечной зимы, когда… — Тссс… — темнокожий, неожиданно, прикладывает палец к губам. Замираешь. Неужели…. — Не стоит говорить о таком вслух, — снова, тянет лыбу. — Ходят слухи, вполне правдивые, стоит сказать, ничто сказанное в Зарослях не проходит мимо Фей. Женщина усмехается, но на её лице нет и тени веселья. — Если обойтись без подробностей, то вас, так и так, не ждёт ничего хорошего. Прячьтесь, бегите, играйте в самодостаточность, но, рано или поздно, всем воздастся по заслугам. Таковы законы Северного ветра, нравятся они вам или нет. Вы сами на это подписались, — в голосе Паука проскальзывают стальные нотки, но спустя мгновение, на лице проступает маска легкомысленности. Они, неспешно, проходят мимо тебя, не обращая никакого внимания. Лишь на мгновение, когда они оказываются предельно близко, ты замечаешь, что прячет под собой облупившаяся краска: лицо беззубой старухи, испещрённое глубокими рытвинами. Настоящая ведьма, сам облик её внушает страх, хочешь ты этого или нет. А трава, выросшая вслед за шагами незнакомца, исчезает, без следа, сменяясь бесконечно падающим снегом…

@Laion, 3 успеха) Только в следующий раз бросай лучше во флудилке, или кубике)