Фрэнки

Касаемо телепатии я вообще говорил за то, куда Джины идти намерена, а не за камень)   То, что камень подменили и это чуть не все видели действительно слишком жирно для телепатии xD

Джина неопределённо пожала плечами. Получится, не получится - какой результат из всех возможных, которое безумное воображение нарисует воплотится наверняка? Джина лично ожидала только один.   Никакой.   Второе сердце огня она вынула из кармашка туники и протянула его в своей ладони окружающим.

Джина вслух свои мысли не озвучила, йеп. Узнать о них могут разве что те, кто владеет навыками телепатии очень чувствительной эмпатией xD или Мастер может дать добро выполнить какой-нибудь бросок кубика на интуицию, я не против) И да, второй камень у Джинки. Не заметил в постах, как кто-то другой захватил камень, а если да, то скорректируйте как раз)

Забавно, что от возможной угрозы Джину конкретно оттолкнул невидимый обитатель пещеры, а не кто-либо из группы. Любой из них для кого угодно, но вряд ли для того, кто ощущал себя скорее лишним, нежели полноценным звеном целого. А потому слова Исабель - которая до этого проявила жёсткое отношение в сторону Джины, за ошибку допущенную в лабиринте с разноцветными камнями и желанием побыть наедине со своими мыслями - воспринимались чем-то неискренним. Ровно также Джина была не согласна с тем, что разделяться им всем не стоило - пещеру они как раз смогли относительно успешно разведать порознь, а не целой группой. Отрешённая после пробуждения, скрестив руки на груди и ёжась от прикосновений прохладного ветра, Джина думала, что лучше проверит обход справа. Ко всему прочему Джордана также могла запросто разведать местность, прежде чем кто-то куда-то да пойдёт.

- Нет, нет, нет, нет, подожди! - не ноги собственные уносят прочь, а ветер настойчиво толкает в спину, будто дитё обиженное, которое хочет побыть в своей комнате один – наедине со своими обидами и страхами. - Подожди, подожди, - и говорит ему с сожалением и тревогой, всё говорит, но глупо. Смысла в словах её никаких нет, как в неясном желании, когда вокруг творится хаос. Лишь какая-то неведомая тревога касаемо того, что больше не встретит это создание, чья привязанность побуждала чувства искренне тёплые. Под гнётом горьких эмоций и не заметила, как с плеч соскользнула вязаная накидка и осталась забытой в стенах комнаты с хрусталями и каменным сердцем в шкатулке.   Потом вновь возобновились блуждания по коридорам пещеры, которые ассоциировались у Джины с желудком огромного монстра, внутренние соки которого стремились поскорее переварить ходячие кости с мясом.   И уже потом далёкий звук гонга. Бледный камень перед её ликом, который она всё же успевает коснуться, прежде чем падает на пол и прикрывает веке в блаженном сне. Боль в затылке. Плечам и спине холодно без тёплой вязаной накидки, пусть, зараза, норовила несколько раз соскользнуть и, в конце концов, достигла оной цели, будучи поглощённой тьмой пещеры.   Я устала!   В стерильно-чистой комнате у края её кровати сидит мужчина в чёрном. Он наклонился к ней так близко, чтобы поправить подушку, а она всё равно не смогла различить черт его лица. Хочет сказать ему что-то – не выходит. Хочет он ей сказать что-то – бессмысленно. Не услышит. Лицо мужчина закрывает ладонями, опустив локти на колени, а Джина кричит и крик её тонет в колодце, так и не настигнув ушей незнакомца.

К восьми сегодня в кубик точно подтянусь, а после - Джинка в теме игры)

- Джина, - присев рядом с поникшей девушкой, Курт вздохнул. - Это что-то удивительное и прекрасное, то как тебя принял хозяин пещеры. И я не хочу сказать, что мысль обратиться к нему за помощью глупая и неправильная. Но он ведь не до конца понимает твои желания. Если попросишь встречи с Джорданой и Исабель, как он расценит это желание? Отнесет ли тебя к ним или их к нам? Не пойми меня неправильно, но я боюсь, что ты просто исчезнешь. Что оно унесёт тебя куда-нибудь, а мы так никогда и не узнаем, что с тобой произошло. Но, если ты уверена...   По дороге она какое-то время вспоминала о его словах. А ещё ловила себя на запоздавшем желании щёлкнуть его по носу на фразе "что-то удивительное и прекрасное", чтобы он дальше не продолжал говорить. Кажется, стоит ей в следующий раз сесть на неровную поверхность пола, стоит ещё кому-то присесть рядом с ней и это превратиться в традицию. Традицию, которая будет действовать ей на нервы.   - Не пойми меня неправильно, но я боюсь, что ты просто исчезнешь.   Но отчего-то улавливалось в этой фразе что-то… необычное. Вернее нечто в слове одном. Исчезнешь. Одно жалкое слово, а от него она по какой-то причине испытывала гамму чувств: от блаженного умиротворения до панического страха. Исчезнешь. Одним махом исчезнет она и всё плохое, что ходило и ещё ходит за ней по пятам - слова, жесты, память, собственное имя. Одним махом… она исчезнет. И провалится, наверно, в бездонную тьму, конца которой не будет никогда. Бездонная тьма в старом колодце - ей хотелось прикрыть его крышкой, но в то же время понимала, что кроме места со старым колодцем ей идти больше некуда. А потому сидела подле него и с дрожью ожидала чего-то неизбежного, но фаталистически правильного в её жизни. Может быть, в какой-то мере его слова на неё возымели некое… влияние. Может быть - не то, которое хотелось бы.   На кивок Курта Джина опустила глаза. На слова Исабель лишь кивнула и отвернулась, чтобы не пересекаться с кем-либо взглядом. Продолжала дальше рассматривать зал.

- Не знаю, что ты сделала, но спасибо.     В благодарности нет необходимости. Потому что она всего лишь попросила. И отклика толком не ожидала. Какое-то время она смотрела на них со стороны в замешательстве, не понимая, почему они остались по ту сторону коридора, когда она уже могла осмотреть зал, в котором оказалась. В её голове плясали не самые добрые образы, не самые приятные слова и желания. Бросить всё. Бросить их. А самой забыться во тьме, исчезнуть песчинкой за песчинкой, как тот камень, которого держал в воздухе невидимый знакомый.   Это его дом.   Его присутствие рядом она ощутила чуть ли не сразу. И, наверно, это чувство оберегло её от растерянности, оттолкнуло прочь сделать что-то морально неприемлемое. Какое-то время она смотрела на них. Думая, что в толпе этой прочтёт одну единственную мысль и очень банальную.   Я хочу домой.   Хмурит брови и крепче сжимает факел в ладошке. Смотрит наверх и просит тихо: - Ты... сможешь им помочь? Она не ожидала отклика. Но люди по ту стороны смогли добраться до зала, где сейчас находилась Джина. Пока они шли тяжёлыми шагами, Джина осматривала зал. Затем обернулась на слова Эмили и просто кивнула в ответ.   В благодарности нет необходимости.

Свет факела походил на маленькое бесформенное создание, которого не то осознанного бросили в недружелюбной тьме, не то забыли случайно, сфокусировав внимание своё на делах более важных или просто мелочи глупой. Какое-то время она неподвижно сидела на месте, поглядывая на огонёк. Почти не отдавала значению тому, что на полу из-за камней сидеть не очень неудобно, а потом встала в полный рост, встряхнула пыль со штанов, и подобрала факел.   Присутствие рядом нового знакомого, силуэт которого пусть она едва могла различить во тьме или повторял копию её фигуры, теперь не затрагивал струны непонятного страха, но приносил душевное умиротворение. Джина поймала себя на желании унять свою укоренившуюся угрюмость и немного раскрыть душу, поведать о тревогах, которые всё никак не отпускали её с того самого момента, когда она зашла в пещеру. Пусть, скорее, создание мало что поймёт из её слов и по-прежнему будет озабочен шансом поиграть с пришельцев из внешнего мира.   Он по крайне мере не скажет что-то, что оставит неприятный осадок на душе.   Интерес... искренний. Детский.   Как ты здесь живёшь, как появился, осознал, что существуешь, есть ли кто-то подобный тебе, часто ли гости посещают…   Джина прикусила нижнюю губу. Вслух этого всего она не сказала. Но ощутила ещё один временный прилив моральных сил, чтобы окончательно не пасть в тоску и уныние.

Ну что же… Она предложила идею. Это предложение оказалось ни к чему. Как и, пожалуй, в целом её участие в этой группе, если вновь в чужих словах и взгляде она ощущала больше упрёка, нежели поддержку.   Джина обняла себя за плечи и присела на колени на неровный пол в ожидании, когда вернутся женщины. 

Тихое шипение напоминает вздох. Крупный, размером с кулак, камень поднимается на уровень девичьего лица - и рассыпается серой пылью, стиснутый кольцом черного дыма.     Джина поджала губы. Огонь гаснет. Стены рухнут. Настолько коротким окажется их бытие в этом мире. - Где мы договорились встретиться, если что? - спрашивает по своему мнению вопрос логичный у Эмили, вспомнив, что новоявленные лидеры его затрагивали, прежде чем группа разделилась. - Может, - пытается поймать взглядом едва уловимый чёрный силуэт перед собой и настигает мысль необычная. - Наши знакомые… ты ведь сможешь привести их к нам?

Повторить движение, что были совершены ранее - тыльной стороной ладони случайно коснуться летающего камешка. Мысли об Оракуле и сердце огня верно перешли к сути игры, которой создание хотело занять Джину.   Хмурит брови в недоумении.   - Что случится, если мы здесь задержимся? - не к созданию, быть может, а себя спрашивает, испытывая сейчас некую гармонию с собой и окружающим её миром. - Это ведь необычная пещера, верно? Она поглотит нас, если мы задержимся в её стенах дольше положенного, - подушечки пальцев осторожно коснулись второго пролетающего мимо камушка.   Забавно.   От сказанных вслух слов она не испытывала страха. С неким фатализмом готова была принять худший исход событий, что мог поджидать группу странников чужого мира.

- Подожди, - воскликнула Джина, протянув ладонь вперёд к рассыпающейся на мелкие песчинки копии себя. Следом - испуганный вздох, ладонь крепче сжимает факел, чтобы не уронить его. Разные глаза устремились к потолку, а коленки чуть согнулись от прошедшего по пещере гулу. Если она не понимает к чему это, возможно, приведёт, то она невероятно глупа.   - Прости, я не знала, - шепчет, думая, что напугала невидимое создание подземного лабиринта. Она осторожно опустила факел на пол и сделала несколько шагов назад, дабы вуаль тьмы чуть закрыла за собой её фигуру от света факела.   Решив, что создание гораздо комфортнее чувствует себя в тени.   - Нам, - было в этом слове что-то, что духовно давило на неё, - нам нужна помощь. Некий Оракул явился к нам во снах и велел найти сердце огня. Чтобы спасти... этот мир. Мы думаем, что он находится где-то здесь, но наши поиски… затягиваются, - взгляд вновь устремился к потолку. - Если ты ещё здесь, то, пожалуйста, помоги, - она мотнула головой, - укажи... он где-то здесь? Или нет? Я… я останусь с тобой поиграть взамен, - шепчет, рассматривая неровные стены и пол. - Ты ведь ещё здесь? - спрашивает с надеждой.   Сторонняя помощь в сложившейся ситуации им оказалась бы кстати.

Да! Взметнулась вверх каменная пыль, заплясали вокруг Джины мелкие камешки, вверх-вниз, вверх-вниз. Плотный поток воздуха приподнял девичье тело над полом, ненамного, всего лишь на расстояние ладони, закружил в подобие танца.   Обеспокоенный вздох сему ответом. Прикусила нижнюю губу, сжала пальцы в кулаки, и на долю мгновенья показалось, что даже сердце застыло в страхе неясной природы, когда тело слегка подняли над землёй, закружили, будто юлу. В этот самый момент пламя чужого факела  начало потихоньку гаснуть.   А потом - Джину аккуратно поставили на пол, а рядом с ней, на расстоянии ладони, соткалась из пыли и камешков зыбкая фигура, повторяющая тонкую девичью фигурку.   Когда подошвы сапожек коснулись каменного пола, Джина опустила ладонь на грудь, внимательно глядя теперь на нечто, что походило на искажённую копию её. Камни и пыль ему плоть, а воздух кровь? Туника кроя скромного, штаны и сапожки с милым цветочным узором. Тёплая вязаная накидка, а как насчёт взгляда? Даже так - серьёзный… и какой-то опечаленный. Обиженный на весь мир. Джина сделала маленький шажок назад. Нет. Она боялась, но не панически. Ей вдруг стало... любопытно. ей хотелось рассмотреть это внимательнее. Свет погас, и Джина развязала мешок, который ей передал Курт. Вытащила факел с огнивом, зажгла первое с помощью второго. - Кто ты? - спрашивает тихо, думая, что на этот раз создание сможет предоставить ответ.

Имя. Это ведь нечто очень сокровенное. Имя, данное матерью или отцом, бабушкой или дедушкой, братом, сестрой или незнакомцем в бытие жизни, которого больше никогда не встретишь. Это создание... ведь как-то называло себя? Живёт ли оно здесь в одиночестве или есть ещё ему подобные.   Джина чуть наклонила голову на бок, наблюдая за летающими в воздухе камнями, что кружили вокруг неё. Протянула руку к одному из них - шершавая поверхность неровной фигуры стукнулась об тыльную сторону бледной ладони.   - Играть? - спрашивает тихо, из-за интереса принимая чужое предложение.

Ещё один глубокий вздох. - Пить, - шепчет, - мы вернулись сюда, потому что хотели пить. Здесь был фонтан, когда мы заглядывали сюда в последний раз, - в горле пересохло. Джина облизала губы. - У тебя есть имя? - случайный и совершенно ненужный в сложившейся ситуации вопрос, но всё же вопрос искренний.

Их первая развилка под ясным небом. Треск веток в костре, бульканье сладкого нектара во фляге и далёкий-далёкий рокот водопада, стан которого украшали кольца радуги. Её реакция вышла неоднозначной. Джина закрыла рот ладонью, чтобы скрыть злорадную улыбку, подавить желание сказать о том, что если бы все дружно не ломанулись наверх к обрыву, то у них была бы возможность пополнить запасы воды. Она испытала чувство некого торжества над недальновидностью коллективного разума, хотя также понимала, что в случившемся нет ничего хорошего. Джина закрыла глаза и сделала глубокий вздох. - Ты здесь? - прошептала неосознанно, ощутив как вновь уже нечто знакомое обвивает её тело. - Что здесь случилось? - тихо спрашивает, понимая, право, что речь змееподобного создания для неё будет чуждой.

Слова новоявленных лидеров её не воодушевляли. Когда они смотрели в её сторону, разум грызли навязчивые мысли о том, что теперь именно её винят в заваленном ходе и упрекают за то, что дала волю эмоциям. Взгляд изумруда с сапфиром поймал фигуру Эмили - к ней, наверняка, отношение куда более благосклонное, нежели к Джине, хотя она всего один раз попробовала коснуться только одного камня, чтобы посмотреть что выйдет. И то никто из группы своевременно не предупредил её, что комбинацию из одного камня уже пытались активировать и ни к чему это не привело.   Джина сжала пальцы в кулаки, ощущая, что к ней отнеслись… несправедливо?   Память рисовала её гордым изгоем, но то был всего лишь чёрный силуэт на фоне белоснежной луны и тёмно-голубого неба. Там не нашлось места насыщенному прошлому, настоящее отдавало горечью на вкус, а будущее представлялось в образе старого колодца с бездонной ямой.   Почему я?   Слова, которые она задала у Оракула. Он дал ей выбор. Она могла уйти. Исчезнуть. Кануть в небытие, как ненужное слово в многоликой истории. Но она согласилась. Почему? Даже, если она узнает, кем она была раньше… что это на самом деле даст той, кем она является сейчас? Духовное и материальное богатство, но пустота, которая превращала золото в пыль. Джина тихо вздохнула, протерев тыльной стороной ладони рот с носом.   Встать. Лучше встать. Или термиты в твоей голове съедят тебя изнутри.   Повиновавшись потоку мыслей, Джина встала на ноги, подхватила мешок и направилась за теми, кто шёл по развилкам в сторону фонтана.

После короткого разговора с Исабель на душе какое-то время витал неприятный осадок. Джина протёрла костяшками пальцев глаза, тихо вздохнув. Обратила внимание на мешок, который передал ей Курт, и перепроверила его содержимое: факел, огниво, свёрнутая пополам несколько раз карта и лепёшки. Ещё раз протерев костяшками пальцев глаза, Джина вынула одну лепёшку и разделила её пополам. Съела одну половинку, а другую вернула в мешок.     - Потом вернусь в длинный коридор с фонтаном и солнечной гравировкой. Его я запомнила неплохо, но факел мне понадобится.     С опозданием услышала слова Джорданы. Шмыгнула носом и обратилась к ней:   - Та змея может находиться там, - вдруг осенила её мысль. - Где-то возле помещения с фонтаном, скорее всего, - следом вспомнив, что Эмили говорила - якобы за ними кто-то наблюдал. Так или иначе, а Джина - собрав мысли воедино и отогнав тоску - решила твёрдо посетить именно ту комнату: в первую очередь из-за невидимого существа, что перетащило её из одного места в другое.

Кстаааати, проверил     Начну пост следующий потихоньку готовить)

Джинке Курт передал мешок факел и ненужную карту, а лепёшки, вроде, на всех разделили)

Нервы... Из губ вырвался ещё один тихий смешок. Будто она сама не хотела отсюда выбраться. Будто не хотела предпринять попытку найти несчастный камень... из-за корыстной, эгоистичной мотивации, но всё же... Она просто хотела, чтобы в эту самую минуту её пока не трогали.   Неважно.    Ответ на вопрос почему она предпочитала держаться как можно дальше от общества не заставил себя долго ждать: она просто не умела ладить с людьми, эльфами да оборотнями, чтобы завязывать с ними долгие и крепкие отношения, сожительствовать с ними и являться частью одной "дружной" коммуны. Их традиции душевно отягощали, а добрые слова казались неискренними, отчего Джина отдавала предпочтение кочевому образу жизни в гордом одиночестве. Что, впрочем, не лишало некого чувства брошенности. Джина облокотилась плечом к стене. Вновь сползла вниз и присела.    Действительно. Чудесно.

Возможно, Исабель действовала из самых лучших и искренних побуждений... только Джине это сейчас не нужно было. Она не нуждалась в чьих-то словах, преисполненных утешения или колкости - это всё сейчас действовало на нервы, вводило в ещё большее уныние от чувства собственной бесполезности в группе.   Всё, чего хотела Джина на данный момент, так побыть наедине с собой.   - Ну, так решайте куда идти, - сказала она с плохо скрываемым раздражением, - свобода выбора, загляденье! - и, быстро встав на ноги, отошла в сторону, скрестив руки на груди.   Куда остальные решат пойти - туда пойдёт и она. Если вдруг не решит, что в одиночку будет значительно легче, как и прежде до всего этого.

Из тонких бледно-розовых губ вырвался короткий смешок. Джина облокотилась спиной к стене и обняла руками колени.   Никакого ответа. Ни шороха, ни шипения. Как она, впрочем, и предполагала - змееподобного создания здесь поблизости нигде нет.

Джина неприятно поморщилась на слова "новая знакомая". Легко, когда она попрекает саму себя. Сложнее, когда кто-то другой попрекает её в допущенной ошибке и поспешности. Джине стало некомфортно в окружении новых знакомых и сейчас она готова была хоть куда-нибудь, но убежать, чтобы не видеть их лица - не видеть те незаметные проблески осуждения в их глазах.   Было бы куда бежать на этот раз.   - Я не совсем про это... голосом позвать, - тихо сказала Джина, опустив глаза и повернувшись ко всем спиной. Обняла себя за плечи и отошла в сторону на несколько шагов.   Облокотилась плечом к стене и сползла вниз, чтобы присесть. Голосом позвать-то она может. Закричать. Только это окажется чем-то действенным? Может, в ту первую встречу они совершили что-то специфичное, зашли в ту часть пещеры, которую создание посещает намного чаще, отчего и явилось змееподобное существо, предварительно затушив факел. - А ты вообще слышал, что здесь произошло? - тихо обратилась Джина в пустоту. Вернее, обращаясь к той самой "новой знакомой". Джина закрыла глаза. Насколько... бесполезной она себя сейчас чувствовала на самом деле. - Эй? - чуть громче подала голос Джина. - Если ты здесь, то откликнись. Пожалуйста, - она сделала глубокий вздох и громче воскликнула: - Эй!