Фрэнки

Холланд не так часто общался с Лето Каминским. Но каждый раз - десять лет тому назад - от разговора с ним становилось легко на душе. Будто подходил к мостику, неся в руках большую корзинку с бесчисленным количеством камней, которые выбрасывал по одному в воду, ощущая постепенно, как сбрасывает с себя невидимые цепи.   Сейчас что-то явственно изменилось. Холланд насторожился и испытывал необъяснимое внутреннее напряжение, даже когда взгляд Каминского стал теплее, а тембр голоса менее жёстким.   Чего нельзя было сказать о Джеке.   Носферату смотрел на новоявленного князя с восхищением. Пожалуй, даже так как он временами смотрел на Лу. Впрочем, его приподнятый настрой тут же улетучился, когда речь зашла о Модиане, и выражение лица Джека сделалось хмурым.   Холланд поджал губы, решив не вмешиваться в дальнейший разговор.

- Князь сообщил, что в городе скоро появятся новые гости. Но, чёрт возьми, я не ожидала встретить вас, - Голубка грубовато обняла Джека (словно медведь полапал)  и его брата, дружелюбно кивнула остальным. - Ну, чего глазами хлопаете? Поехали в Элизиум. Вы не неонаты, поэтому трать время на приветственную речь.. или приветственный поджопник не стану.     Холланд от столь дружелюбного жеста в его сторону растерялся и неловко улыбнулся, когда как Джек обнял своего сира не менее крепко, ведомый скрытым порывом - будто повзрослевший щенок перед его родителем - поравняться с ней силой. Его улыбка была широкой, довольной и счастливой.   В мёртвое сердце Холланда кольнула забытая иголка ревности.   Если бы не эта женщина, то Джек был бы жив.   Холланд мотнул головой, отгоняя ненужные мысли. В эту ночь он сидел за рулём форда мустанга и в основном молчал, положительно кивая или отрицательно качая головой на вопросы Джека.   - Будто рой пчёл, - тихо сказал носферату, глядя на небольшую стайку тёмных птиц в небе, на фоне которых резко выделялась Шива, разглядывая землю рубиновыми осколками.         Уже в Элизиуме на предложение нового хранителя, а также сенешаля в одном лице Джек потянул за локоть Холланда в сторону гардеробной к недоумению последнего. Носферату выбрал классический костюм, что резко резонировало - в восприятии Холланда - с его отнюдь не галантным характером. Не говоря уже о внешности, которая не была сейчас сокрыта маскировкой. Сам гангрел привёл в порядок свою одежду, хотя поменял изношенные ботинки на новую обувь, чистую и удобную.   Холланд поправил на голове шляпу с широкими краями. Серьга тихо звякнула, когда он выходил следом за Джеком из гардеробной.

    Ночь привлекала в свои объятья самых отчаянных людей. Женщина облокотилась спиной к бетонной стенке, тыльной стороной ладони вытирая слёзы с потёкшей обводкой и тенями. Запах дешёвых духов - очень резкий и неприятный запах вкупе с алкогольным дурманом. Женщина пыталась что-то набрать по телефону, но тут же обронила его, заревев ещё сильнее и упав на колени. Словно мелочь эта оказалась последней каплей её терпения.   Маленькое красное платье сдавливало тело. Мешало дышать свободно. На чёрных чулках красовались дырки и следы крови от синяков да царапин, а белое пальто было испачкано в грязи и дорожной пыли.   Минуту она могла позволить себе излить те эмоции, что нависали угрюмыми тучами над её душой. Если не кто-то, то хотя бы тишина на время станет её опорой.   Дурная привычка - разочаровываться в самих себе.   - Ты ангел?   Дитя.   Живи в счастливом неведении.   ◈ ◈ ◈     В комнату под номером семь скромного мотеля по дороге в Тусон, пошатываясь, зашёл Холланд. Голову приятно кружило, нагоняя тёплые воспоминания о смертной жизни - когда он с Тайлером праздновали окончание первого курса их университета где-то за городом.   Легко.    Блаженно.   Почему так пусто?   Холланд присел на край кровати. Стягивая ботинки, краем глаз зацепил своё отражение в маленьком нерабочем телевизоре. Из уголка левого глаза торчали два карминовых отростка, которые тут же отломались, едва их коснулись кончиками пальцев. Упали на пол и растаяли, оставив чёрные пятна на грязном ковре.   Во сне вновь он пытался переплыть кровавый океан. Настигнуть неведомого горизонта. Вновь он тонул в небытие, а тело его ломалась как ненужная слабая скорлупа.   Кто-нибудь помогите.   Но никто на помощь не приходил в цикличном сне его медленного увядания.

Владельцем форд мустанга являлся светловолосый гангрел с серёжкой-пером в ухе, но судя по всему после недавнего пробуждения - последнее, что ему следовало делать в эту ночь так это садиться за руль.   - Я повожу, - Джек выкинул в сторону истлевший окурок сигареты. - Ну и кому нужна попутка, милости просим, - куда-то теперь деваться, раз они все к собственному сожалению погрязли в отнюдь не красочном болоте.   Холланд занял пассажирское сиденье возле водителя - сразу после того, как возле багажника форда снял пальто, выбросил окровавленную футболку и надел чистую светло-серую с чёрными буквами группы The Killers. На заднем могли расположиться все желающие, одна из которых была Эсмеральда.

- С пробуждением, спящий принц, - девушка усмехнулась, - ты, как раз вовремя. Включите повтор, чтоб парень тоже в курсе был.     - Не надо, - тихо сказал Холланд. - Джаспер Нолз… работал во благо. Окончательной смерти он не заслужил.   - Как ты? - поинтересовался у него следом Джек. - Что Модиан с тобой сделал?   Холланд облизал губы, прежде чем ответить:   - Не он, а скорее то, что… было внутри него, - говорил он медленно, старательно перебирая слова. Видно было, что он ещё не отошёл от произошедшего. - Десять лет назад… мы оказались в каком-то месте, прежде чем встретили древнюю, - Холланд махнул ладонью в сторону. - Будто иное измерение, где нет места ни живым, ни мёртвым. Когда я пытался наслать апатию на носферату… я словно вновь оказался там. Внутри него, а тотчас где-то извне. Не знаю как ещё сказать.   Джек нахмурился и посмотрел на Эсмеральду с Морисом.       - "Панацея" и зашифрованное послание: "Доставь в Тусон", - ответила Эсми, с интересом следя за реакцией сородича на запись камеры.   - Доставим Князю и посмотрим, что будет? - с очередным колечком дыма произнес Морис, ни к кому конкретно не обращаясь, - Или есть еще идеи?     - Я сам не уверен, но, скорее всего, нам стоит вернуться в Тусон, - осмелился предположить Джек, почесав затылок. - Если не созерцать дальнейшие события, то найти ответы на интересующие нас вопросы.   Иначе жили бы они дальше проклятым бытием или здесь оказался кто-то один из них.

Панацея. Мнимое лекарство, исцеляющее от всех болезней и продлевающее жизнь. Это хотел Джаспер предложить им? Что-то, что могло вылечить их от болезни диаблери. От всех болезней не-жизни, включая волю Зверя.     - Я создал препарат, который значительно ослабляет влияние Зверя.     Джек нахмурился. Выдохнул клубок едкого дыма в сторону и наклонился чуть ближе к экрану ноутбука. Так, разумеется, чтобы никому не мешать.   По мере того как продолжал говорить Джаспер Нолз, Джек испытывал ещё большую растерянность. А после удивление и шок, когда кол неведомой силой начал вылезать из груди Модиана.   От вида крови почему-то скручивало в животе, а крики Нолза неприятно кружили голову.   Джек отошёл назад, прислонив сигарету к губам.   - Что на коробке было записано? - поинтересовался Джек. - Кто-то, похоже, хочет передать важное послание князю… и уже не Джаспер, - обернувшись, носферату вздрогнул.   Позади всех стоял Холланд, кои застал лишь концовку снафф-видео.

Джек опустил правую ладонь на пояс, а левую на крышу форда, глядя куда-то в сторону горизонта. У братьев в наличие только телефоны. У Холланда разве что был ноутбук, но тот сломался по дороге в Юма.     - Модиан устроил логово здесь, если хотите можете проверить подвал, наверняка он находился там когда люди его разбудили.     Джек поморщился. Он отошёл от форда, чтобы вернуться в заброшенное здание, а там отыскать упомянутый подвал.   Шутка в жизни вечной. А сознание резало ножом по той чувствительной частичке нутра, которое пока ещё сохраняло в себе эхо человечности.   Подвал походил на идеальное убежище для носферату в гротескной интерпретации сказки о трёх медведях с холодильниками, один из которых лежал на полу с приоткрытой дверцей подобно гробу.   Джеку вдруг стало противно.   Модиан не хрен какой-то с горы. Он пользовался уважением в клане, являлся примогеном Тусона. Он был кем-то, к кому прислушивались. И сейчас под покровом ночи бродило его жалкое звериное подобие.   Не обнаружив в подвале чего-то более существенного и не желая задерживаться тут, Джек вернулся к форду, вынув попутно из кармана кожанки пачку сигарет и зажигалку.

- Ну, конечно, знаю, - девушка озорно улыбнулась, - это нож.     - Ох, дитя Малкава, какой кошмар, - с притворным разочарованием сказал Джек, склонив голову. - А я-то надеялся какая-то херь от Monster High в ограниченном коллекционном издании, - однако следующие её слова выслушал внимательно.   Никак не прокомментировал.   Лишь кивнул.   Джек легко подхватил на руки Холланда, чтобы отнести его к форду.     - Это артефакт. - Отозвался с улицы тремер. - Проращивает внутри жертвы опухоли. Для человека смертелен, для вампира мучителен - регенерация постоянно борется с метастазами, отсюда дикий голод и бешенство. Тот кто его засунул в Модиана очень хотел чтобы тот пришел к нам не в лучшем расположении духа. А чтобы Модиан пришел именно к нам, тот же кукловод направил сюда мексиканцев. - Предположил ученый.     Всё-таки это было ошибкой сюда приезжать. Джек сильнее стал сомневаться в том, что старый тремер действует из побуждений совершенно благих, а они сами как оголодавшие крысы кинулись к бесплатному сыру в мышеловке.   Но почему именно Модиан? Чёрт!   Джек подошёл к форду. Открыл дверь пассажирского сиденья и усадил на него Холланда.   Как бы он таким не остался навсегда…    

- Что с ним? – вернувшись, равнос обратилась к Джексону, смотря на его бессознательного друга. Рана, которую нанес носферату не должна была быть серьезной. – Чем помочь? - в сложившейся ситуации, терять кого-то было бы неразумно.     Джек ещё толкнул Холланда. Щёлкнув пару раз пальцами перед его глазами.   Вряд ли это была рана… Холли просил Модиана остановиться. Вероятно, взывая к его внутреннему Зверю или насылая апатию, что одновременно возымело положительный и негативный эффект.   - Он, похоже, в ступоре, - Джек нахмурился и опустил глаза. Холланд всё ещё держал в ладони рукоять ножа, который несколько минут назад торчал в груди Модиана. - Не знаешь случайно, что это? - спросил Джек, протягивая находку равнос.

На попытки что-то ему сказать Модиан никак не реагировал - он использовал ту маленькую брешь в своём безумии, что сумел пробить Холланд, для отступления. Он не хотел рвать, кусать и убивать. Не хотел никому вредить.     Это не мог быть он. Кто угодно, но не он. Не вампир, который обучал его и присматривал за ним. Чья фигура стала кем-то вроде отца в мёртвой жизни.   - Модиан? - голос дрогнул.   Это не он.   Не может быть.   - Я Джексон, - говорит, удерживая оцепеневшего Холланда за плечи. - Я вернулся. Модиан, что с тобой не произошло, я постараюсь помочь тебе, - но слова его также не возымели какого-либо эффекта.   Его предок сбежал, оставив в растерянности и чувства сожаления.   Джек вернул своё внимание Холланду. Толкнул, щёлкнул пальцами перед глазами.   Никакой реакции.   - Зараза, - тихо рыкнул Джек, поднимая Холланда на ноги.

Бусинки чёрных глаз полевой мыши внимательно наблюдают за кровавой сценой. В них отражение канувшей в неизвестность памяти.     - Соглашусь с хранителем, мой князь. Сейчас не те времена, чтобы сородичам быть порознь. Мы должны держаться вместе, - прошипел уродливый вампир с очень длинными и словно живущими своей жизнью пальцами, что напоминали лапы паука.     Это ведь носферату, который вступился за него в Элизиуме против князя Лоуренса.   Что с ним произошло? Почему?   Бусинки теперь пытаются разглядеть во тьме едва различимую фигуру Джека. По какой-то причине он ощутил в нём страх, ужас и неверие от происходящего, словно подобную сцену он застал впервые в не-жизни.   Затем мышонок заметил тёмную рукоять ножа в форме спирали, торчащую из груди вампира.   Ведомый словно чужой волей Холланд спрыгнул с полки с журналами, перевоплотившись в человеческую форму. Стрелой он рванул к носферату и обхватил его торс руками.   В лицо брызнула кровь. Она сочилась вместе с гноем из свежей раны носферату, откуда торчал кинжал, но сейчас который находился в руках Холланда.   Ещё брызги крови.   Его крови.   Холланд упал спиной на пол, морщась от свежей раны на груди.   - Нет, остановись! - кричит он носферату, когда тот вновь замахивается на него когтистой лапой. - Остановись! - просит требовательно, взывая к его бездействию.   И оное у Холланда получается.   Почти получается.     ◈ ◈ ◈     Он куда-то падает. Не уверен куда. Лишь кромешная тьма. И ничего более.   Настолько она велика и настолько ничтожна его фигура на фоне её необъятной сути.   Дотянуться до струн чужой души. Осторожно коснуться их, но лишь для того, чтобы что-то схватило его за кисти рук. Сжало до боли, вывихнув суставы.   Что-то не хотело его здесь видеть.   Что-то желало его смерти.   Вкуса его плоти и крови.   Его оболочки.   Его не-жизни.         Что делать, если в шкафу поселился монстр?   Оно медленно тянулось к нему. А он ничего не мог предпринять, не в силах обуздать его зловещее величие. Досчитать до пяти. Когда щупальца оказались совсем близко, Холланд потерял сознание.   Раз…     ◈ ◈ ◈     Пустые светло-зелёные глаза смотрели на носферату. Холланд возымел на него своё влияние, но какими последствиями?   Из тени выбежал Джек и подхватил брата за плечи, присев рядом на колени.   - Холли?   Тот молчал. Смотрел куда-то в мёртвую точку, не реагируя на внешний мир.      

Холланд насторожился, нахмурив брови. Он посмотрел на Джека, который постепенно начинал исчезать с поля зрения, шагая назад дальше и дальше. Когда носферату растворился в окружение, на месте Холланда оказался маленький светло-рыжий пушистый грызун. Он юрко пробежал по заваленным вещам и мебели заправки, устроившись где-то у полок с жухлыми журналами.   Нолз?   Мышонок застыл. В ожидание, когда явятся незнакомцы.

- А ты, значит, уже взрослый и мудрый? - ухмылка раздвинула губы, - Тогда, что делаешь здесь? О! Неужели соскучился по моей скромной персоне?     - Я наверняка буду постарше тебя, птенчик, - уверенно промурлыкал Джек, выпрямившись в полный рост.   Увы, но особого эффекта устрашения не удалось создать, поскольку беловолосый смотрел ему глаза в глаза почти на равных.   - Ну и, допустим, соскучился, - Джек клацнул острыми зубищами. - Ибо наша последняя встреча напоминала чересчур быстрый секс - хрен поймёшь, что это было. Пришёл наверстать упущенное, - он хрипло рассмеялся, отходя в сторону, чтобы осмотреться.   Холланд в это время лишь скромно поприветствовал собравшихся, кивнув:   - Вечера.

Ладно, это он выяснит потом. Припарковав мотоцикл у входа, некромант вошел в темное нутро, некогда бывшее магазином.     В следующую минуту что-то острое легонько коснулось его шеи, пробежав вниз как лапы паучка, а над ухом прошептали:   - Бу, птенчик! - хриплый смешок после. Над Морисом стоял высокий носферату со светло-серой кожей и бледно-голубыми глазами, которые хитро щурились.    Что-то хрустнуло.   Ещё раз звякнули старые колокольчики.   В заброшенное заведение - следом за джованни и носферату - зашёл молодой человек с серьгой в виде пера в правом ухе.

  Добро пожаловать в SchreckNET! Пожалуйста, авторизуйтесь.   …   Новый пользователь Holly-Molly авторизовался в сеть.   Пользователь CrowJ в сети.   …   Загрузка данных.   Holly-Molly успешно отправил файлы пользователю CrowJ.   …   Holly-Molly: Нужно встретиться. Срочно.   CrowJ: Ты ещё нелепее никнейм не мог придумать?   …   Holly-Molly покинул сеть.   CrowJ покинул сеть.     ◈ ◈ ◈       2021 год Юма, штат Аризона   Юма - город на юго-западе Аризоны, на границе со штатом Калифорния и с Мексикой, к западу от места впадения реки Хила в реку Колорадо. Весьма милый взгляду и уютный город, где даже мерзкая пустыня приобретала романтическую эстетику на фоне ночных огней рыжего огня, розовых, фиолетовых и синих неонов да белоснежного света луны на вуали глубокой ночи. От Юмы до Тусона занимало от трёх до четырёх часов поездки, что немного обеспокоило Джека и на время приглушило желание встретиться с братом. Не говоря уже о Лулу, кои первое время после его пропажи закидывала сообщениями в мессенджере с бесконечной чередой вопросов о том, где он и когда вернётся.         Над входной дверью кафе Blue Poppies - синие маки - звякнул колокольчик, оповещая о новом посетителе заведения. То был высокий мужчина в кожанке и рыжей гривой волос, проницательными бирюзовыми глазами и обольстительной улыбкой, которую он подарил одной из официанток.   Последние десять лет Джек пребывал в городах Луизианы, занимаясь тем, что умеет хорошо делать почти любой носферату - продажей и добычей информацией. Не сказать, право, что он добился особых успехов в том, чтобы разузнать что-нибудь о своих кошмарах и способах их избавления.   Джек занял свободный столик возле окна. В эту минуту вновь звякнул колокольчик.   Он обернулся.   К официантке подошёл худой, но стройный молодой человек в одежде тёмно-синих тонах и сапогах испачканных в дорожной пыли. К груди он прижимал шапку с широкими краями, а в правом ухе красовалась серьга со светло-рыжим пером. Как он повернулся, Джек узнал в юноше своего брата.   - Ну, привет, красавчик. И часто тут бываешь?   - Раз в полгода.   Какой блаженный. Лицо светлое. Добродушное и мягкое. А в глазах нет места фальши. Радость искренняя от встречи. Совсем не похож на того неоната десять лет назад. Совсем не похож на того мальчика, с которым он с горечью на сердце расставался, следуя за своим будущим сиром. Удивительно на самом деле, учитывая, что в течение девяти лет он являлся частью выводка Лампаго, что обязательно должно было отразиться в той или иной мере на сознании Холланда.   На миг Джек вдруг подумал, что Холланд нашёл… лекарство от последствий диаблери. Но тот отрицательно качнул головой.   - Меня всё так же мучают кошмары, - признался он. К недоумению Джека он закал две чашки кофе и одну пустую. Из одной чашки Холланд вылил половину кофе в пустую, а затем вынул из кармана серого пальто небольшую стеклянную бутылку с кровью. Откупорив пробку, наполнил чашку до краёв. По-детски улыбнулся, принявшись водить подушечками указательных пальцев по краям чашки. - Смотри.   Кровь в чашке слегка забурлила, переняв на время оттенок тёмного шоколада на кармин, а затем сменив цвет на темно-красный. Джек оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что за этим действием никто не наблюдает. Внимание вернул, сложив руки на столе.   Когда Холланд закончил, он передал чашку Джеку и повторил незамысловатые действия со второй.   Джек подозрительно покосился на чашку с тёплой мешаниной крови и кофе.   - А меня рвать потом не будет? - подозрительно покосился на Холланда, а тот в ответ пожал плечами.   - Меня не рвало, - и демонстративно отпил из своей чашки. - Не переживай, - опередил он Джека, едва тот задал второй вопрос. - Это донорская кровь из больницы.   - Очаровательно… так ты теперь у нас вампир бариста?   - Я экспериментировал. На созданиях окончательно мёртвых и вещах невоодушевленных. С той силой, которая мне досталась. Она схожа с той, которую я получил по линии крови наследия гангрелов. Только она воздействует на плоть, кости и кровь на каком-то молекулярном уровне, если можно так выразиться. Она может корректировать сломанные конечности, исцелять их, но также деформировать. Изменять свойства самой крови. А ещё я искал всевозможную информацию о диаблери. О случаях порабощения одного вампира другим и попытками… ммм, изъять из себя душу того вампира, чья кровь была выпита.   - И как успехи?   - Печально.   Поморщив нос, Джек сделал осторожный глоток из чашки. На вкус как… кровь. Только горячая. Джек опустил чашку на стол и вынул из кармана кожаной куртки пачку сигарет с зажигалкой.   Какое-то время носферату и гангрел сохраняли лёгкое молчание. Сценка могла бы сойти за оживший кадр из фильма "Кофе и сигареты" Джима Джармуша.   - А какие новости из Тусона? - задал любопытный вопрос Холланд.   - Князь нынче новый у трона уже не первый год, - Джек выдохнул клубок едкого дыма. - Говорят, что привлекает к службе курьеров, обеспечивая некоторых амнистией, - неосознанно мысли нарисовали образ Голубки. - Этому его Нолзу вообще стоит доверять?   - Нет. Но иного варианта у нас также нет, как вижу.   Улыбка Джека стала теплей, пока он рассматривал спокойное выражение лица Холланда.   Он не сломался. Или по крайне мере умело делал вид, что не сломался.     ◈ ◈ ◈     Он пытается дойти до горизонта. Из ночи в ночь. Изо дня в день. Тело его тонет в кровавом океане. И кажется всё - бессмысленно.   Меньшее зло, если он утонет. Будет забыт.   Худшее, когда тело электрическим разрядом пронзает острая боль. Из уголка правого глаза рвутся два отростка, которые оказываются длинными костлявыми пальцами с чёрными когтями. Внутри него что-то шевелится. Изъедает изнутри. Хочет вырваться на волю.   У него это получается.   Хруст костей, мышц и безмолвный крик, когда его лицо разрывается на части. По какой-то причине он видит то, что из него выбралось.   Тень этого.   А потом наступает тьма. Страшная, страшная тьма.     ◈ ◈ ◈       ♬   2021 Заброшенная заправка, дорога в Тусон     - Ты откуда его достал вообще?   Холланд скромно промолчал на вопрос Джека о том, как в его собственности оказался классический форд мустанг. Внимание он сосредоточил на ночной дороге, попутно спрашивая Джека о направление.   Нет необходимости.   В небе парил белый ворон. Поразительно быстро в сравнение с другими своими сородичами. Замедлился, когда машина начала сворачивать по бездорожью.   К месту встречи подъехали ещё пара знакомых лиц десятилетней давности.   Раздался громкий хлопок дверью со стороны пассажирского сиденья рядом с водителем.

Разве Джаспер настолько безрассуден? Подумай хорошенько. Более того, что ему ведом твой маленький секрет. Этот секрет принимает образ твоего сира, а её поступки говорят сами за себя. Подумай хорошенько. Может быть, кара не коснётся тех вампиров, что находились здесь - якобы, чтобы защитить некое оружие, оказавшееся древним вампиром. Не коснётся твоего брата и его любимой женщины, кои приютила тебя в своём родном доме, словно любимого члена семьи.   Я не могу бежать.   Каминский и Джаспер объявят на тебя охоту, глупый ребёнок! Думаешь, они будут всё также мило улыбаться тебе, руки пожимать да хлопать по плечу, когда ты признаешься в том, что здесь случилось?   Я не могу бежать.   - Где Лу? - крик Джека вырвал из объятий морока. - Лу! Каин… нет, нет, нет!   Из губ вырвался испуганный вздох.   Через какое-то время на поле адского побоища появился белый волк.         С грустью он смотрел в сторону носферату, а затем быстро убежал прочь, скрывшись в объятьях ночной дороги.     ◈ ◈ ◈     Время лечит. Да если это правда так. Лишь спустя лета - не год, но и не два - ворон по имени Шива вновь посетила границы Тусона. И несла она то, что предназначалось лишь Лето Каминскому.     Я буду готов, если мы встретимся вновь.      

Джексон   Лу прикрыла ладонью рот с носом. Она знала, чем это всё обернётся.   Для неё.   Для него.   Только на его высокую фигуру и смотрит. Его руки, его глаза, его губы. Сердцу мёртвому милые. В глазах многих - проклятый. Для неё - её душа.   Его сломленная воля.     - А вы мне не принесли мне цветы?   - Там где я живу, цветов нет.   - Ерунда! Наверняка что-то есть.   - Вам бы, милейшая, оно всё равно не понравилось.     Ерунда. То невзрачное маленькое растение с белыми лепестками - оно ей всё равно понравилось. И жило оно дольше самых прекрасных роз, нарциссов и лилий.   - Джек, не делай этого!   Его сломленная воля.   Их надежды и грёзы. Дают трещину перед запретным плодом. Перед отчаянием. Перед желанием жить.   Но ради чего?   Когтистая ладонь нависает над её шеей. Душу рвёт от боли.   Насмешка над идеальным бытием. А тотчас их единственная ниточка, что могла сохранить драгоценные искры человечности.     Сердце моё.     Она не вскрикнула. Что с ней произошло в мгновенье следующее этой ночи осталось неизвестным.       Холланд     Посмотри только на них. Вонзили клыки в плоть этой несчастной женщины. Упиваются её кровью, как наркоманы, получившие заветную дозу. Как же спокоен её лик... как думаешь, что ей сниться? Её смертная жизнь, её родители. Возможно, дети. Смертные потомки. Её любимый человек. Радость или горечь? Какая же она везучая. Она даже не знает, что происходит. Так бы многие хотели умереть. В неведение.   Особенно мы.   Не зная боли, отчаяния и страха в последние минуты своей не-жизни. Засыпая мирно, отдавая свою душу тьме.     Не сопротивляйся.     Он стоял на мелководье. Кроваво-красном, как и само небо. На высоком пьедестале некогда находился его брат, но сейчас фигура иная. Она протянула свои руки к нему, когда он поднимался по ступенькам. С тихим треском и чавканьем руки разделились в локтях. Десять золотых глаз внимательно изучали фигуру гангрела, словно оценивая его стойкость и силу воли перед даром, который он получит.   Оценивая достоин ли он подобного дара или лишь щенок из несчастного выводка, судьба которого умереть в муках.         Неизвестного тронула довольная улыбка. Он мягко обнял гангрела. Плоть начала сливаться с плотью, впитываться внутрь в молодое застывшее в вечности тело, обвивая окровавленными щупальцами. Гангрел в ответ крепче обнял неизвестного, помогая тому слиться со собой.   Когда фигуры, наконец, стали единым целом, когда губ коснулись последние капли крови спящей древней, когда перед глазами прошло драгоценное видение чужой не-жизни - на душе стало тоскливо. Невероятной мощи сила струилась по венам. Эйфория. Она затуманивала разум. Она губила всё самое светлое. Она рвала узы искренние. А потому вместе с радостью, Холланд испытывал глухую печаль. На миг он хотел провернуть время вспять. Хотел вернуть что-то, что принесло бы покой душе.   Но мостик этот позади него был давно разрушен. Холланд уже не мог вспомнить, что там находилось по ту сторону и находилось ли место чему-то по-настоящему ценному и незаменимому.     Не сопротивляйся.     С уголка правого глаза с треском выросло пара красных небольших отростков, по форме которые напоминали окаменевшие перья, разбрызгав по серому полу несколько крупных капель крови.   В сегодняшнюю ночь Холланд Кроу вновь переродился.

  Старый аэродром   Производство и эксплуатация самолетов, как правило, обходится дорого, а для хранения отлетавших свое машин в сухих и тёплых ангарах требуется много места и денег. Гораздо дешевле держать их в таких условиях, как в Тусоне - в пустынях на юго-западе США.   Несколько раз это место посещал Джек вместе со своими соклановцами. Пару раз с Лулу после её выступлений в клубе Viper. Отчего проклятую душу посетило странное чувство ностальгии.   Почва под ногами твёрдая и грубая. На ощупь листва была сухой. Лёгкие представляли собой два сгнивших плода с костлявыми кореньями, но Джек всё равно чувствовал насколько здесь душный воздух, пропитанный жаркой засухой и маслом.   Джек вышел из машины и следом за ним Лулу. Поблизости остановился хозяин мотоцикла, который ехал за ними. Удивтельно благожелательно интуиция носферату к незнакомцам. Джек чуть наклонил голову на бок, разглядывая белокурого парня, ощущая в нём сородича, но подходить не стал.    Нужно было найти убежище на сегодняшнюю ночь.   Тут же следом бледно-голубой взгляд зацепился за фигуру Холланда.   - Эй, а ты куда?   - Джаспер просил проверить ангар.   Джек поморщился, обменявшись взглядами с Лу, и направился следом за братом.   В третьем направо ангаре. Холланд присмотрелся к своему отражению на поверхности тёмного камня в перстне.    

- Зараза, - досадно хлопнула по рулю. Пальцы куда-то скользнули. И раздался щелчок. – Там, в багажнике, тащите его в салон. И да, - цепкий взгляд, - второй глоток мой – раз я его поймала, - Эсми настояла бы на первом, но уж больно паренек в руках носферату был слаб. - И убивать его тоже не нужно.     Джек кивнул. Подошёл к дверце заднего сиденья, приоткрыл и усадил Холланда. Затем подошёл к багажнику, вытаскивая прежнего хозяина Бугатти.   - Идеи, где можно переждать текущий хаос? - нахмурив брови, интересуется Лу, пока Холланд кормится. - Если, конечно, получится переждать.   В этот момент зарычал рыжий волк, а из переулка вышла знакомая фигура.   Дышу.   Холланд протёр тыльной стороной ладони рот, пристально глядя на Джаспера.   Прислушиваясь.     - Почти весь город взят в оцепление, но птицы Лето сообщили, что в оцеплении есть брешь. Возле старого аэродрома. Там нет ничего, кроме ржавых самолётов и ангаров, это место - культурный памятник. Поедете в том направлении и сможете прорваться. Но у меня будет просьба, - Джаспер снял с пальца красивый перстень и протянул его Холланду. - В третьем направо ангаре вы найдёте.. оружие. Кольцо покажет. Увезите его! Ни при каких условиях оно не должно попасть в руки инквизиции, иначе мы все погибнем! Из Аризоны не сбежит никто!     Растерянность на его светлом лике, когда ему в руки передают серебряное кольцо с чёрным и гладким на ощупь камнем. Он не совсем понял сказанные слова Джаспера о неком оружие, как и Лулу с Джеком. Убежище? Наверно.   Холланд облизал языком губы.   - Хорошо, - сказал в пустоту, надевая перстень на средний палец.   Лулу обошла Бугатти, чтобы залезть в салон с противоположной стороны от Холланда.   - Аэродром, - повторил Джек и щёлкнул мертвенно-бледными пальцами с острыми ногтями. - Ну, конечно! Его не пропустишь, - последним запрыгнул в машину. - Если вы не местные, то я подскажу куда ехать. Гляди и переживём эту ночь.

- Выглядите неважно, - невинная улыбочка. - Вас подвезти?       А вот, собственно говоря, и само такси. Носферату, гангрел и дочь какофонии почти синхронно обратили свой взгляд в сторону Бугатти и выглянувшей из окошка водителя темноволосую женщину.   - Ахереть оперативность, - Лулу посмотрела на Джека и Холланда, скорчив забавную мордашку и склонив голову на бок.   Холланд нахмурил брови, разглядывая машину. Не в эту ли случайно возле клуба Viper залезал князь Лоуренс? И, похоже, что женщина не одна...   Ноги подкосило.   Джек крепче подхватил брата за плечи и приблизился к Бугатти. По какой-то причине носферату не чувствовал в незнакомке угрозы.   - Помогите парню, пожалуйста.   Лу выдохнула ещё один клубок едкого дыма и выбросила окурок сигареты.   Вальяжно подошла к Бугатти с синими крыльями, постукивая каблучками высоких сапожек по асфальту.   - Если позволите, - сказала она мягко. - Нам недалеко. Максимум хотя бы свалить к чёрту из этого города.

  ♬   - Да это дорога в один конец, - ворчал Джексон, до окончательной смерти напуганный языками пламени и погоней в лице Второй инквизиции. Город сжимался над ними как пасть венериной мухоловки, а вместе со страхом проклятую душу раздирала злость - от глупости сородичей, от полоумного князя, от безысходности всея ситуации, от осознания, что они не смогут пережить эту ночь. - Дерьмо! - в сердцах прорычал носферату, коленом стукнув по бардачку.   На заднем сиденье Лу закинула ногу на ногу, разгладив попутно края чёрной кожаной юбочки. Она вынула из сумки пачку сигарет и зиппо.   Щёлк!   Дочь Какофонии сохраняла удивительное спокойствие в нынешней ситуации.   - Гони, щеночек, - посоветовала она Холланду, выдохнув клубок дыма.   Гангрел посмотрел в зеркало заднего вида, чтобы разглядеть патрульную машину инквизиции.   - Водитель шевроле! - через громкоговоритель звучал голос мужчины. - Немедленно остановите машину или мы вынуждены будем открыть огонь!   - Гони, - повторила Лу, пока Холланд лавировал по дорожному пути Тусона, старательно избегая стычек с другими транспортными средствами.   - Мы от них не отвяжемся! - отчаялся Джек, не сводя глаз с патрульной машины.   - Щеночек, не останавливайся.   - Они уже близко! Близко!   - Холланд!   - Холли, берегись!   Импала резко притормозила и врезалась в проезжающую мимо хонду. Импала взлетела и несколько раз покатилась в сторону обочины, сбив фонарный столб. Лампочка столба лопнула, рассеявшись яркими искрами, а из приоткрывшегося багажника импалы потекла кровь. Это были стеклянные бутылочки с кровью, которые Лу специально заказывала из местной больницы, чтобы не выходить лишний раз на охоту в город.   И всё опять повторяется. Из твоего виска течёт сочный нектар крови - твоей и моей. А рядом никого. Страшно, правда? Твой худший кошмар. Обнаружить, что ты один… истекаешь кровью. А рядом никого. Совсем никого…   - Холли!   Он раскрыл веки, обнаружив, что висит вверх ногами. Джек пытался отстегнуть ремень безопасности гангрела и вытащить его из машины, подхватив за плечи.   Растрёпанная и испачканная в крови Лулу продолжала самозабвенно курить, наблюдая за тем, как ним подъезжает инквизиция. Злорадная усмешка трогает пухлые губы, когда на патрульную машину с неописуемой скоростью нападает гигантский рыжий волк.         Транспортное средство перевернули, волк прыгнул сверху. Крики. Вопли. А затем хлюпанье и треск костей.   Волк с наслаждением трапезничал сегодняшней закуской, облизывая окровавленную пасть.   - Не знаете, у какой сети такси сегодня скидка будет по выезду из Тусона? - поинтересовалась Лулу у Джека и Холланда.

В отголосках забытого детства звучал голос Мэри. Уста её рассказывали о замке усеянного лилиями и деве с оттенуом волос первого снега, которая терпеливо ждала своего героя в мантии из вороньих перьев. Ниточки тянутся к пушистым облакам и вещают об истории неизвестной - истории, которую могла придумать только Мэри. Не заточена она в кольце, но сюрреалистичное воплощение она находит в мёртвой жизни, где застывшее сердце по какой-то причине ещё продолжало жить под гнётом мрака.   Уста Мэри рассказывала историю, а старший - ныне почивший - сын Джексон воплощал её самым сюрреалистичным способом.   - Лу!   Она не сильно удивилась. Даже когда "Гадюку" начали разрушать по кирпичику, Лулу продолжала петь, сея самые светлые, самые печальные и самые жестокие эмоции как человеческого, так и вампирского бытия.       ♬   Густой клубок дыма стремительно тянулся в сторону сцены с неоновым кругом, переливавшегося цветами аметиста и бирюзы. Джек с Лулу отбивались от трёх гулей, а едва Холланд принял человеческую форму из сгустка невесомого тумана, как на него напал какой-то тип чуть ли не в два раза выше его.   Дивные бруха. Свирепые воины с паллиативными идеалами, если не настоящим сокровищем героического бытия не-жизни. Удары по телу проходили болезненно, но не настолько как в тот раз, когда в Холланда засаживали обойму. Кулаки оставляли ноющие синяки на теле, нож рвал ткань просторной одежды и оставлял кровоточащие шрамы.   Шея.   Всё, что ему нужно было, так это дотянуться до шеи, что прервать не-жизнь птенца.   Но подожди! Слышишь? Ворон извне зовёт того, чью кровь он вкусил. Отдал ему сердце и душу, взмах своих крыльев. Когда бруху сбил Джек, Холланд обратил внимание на одного из гулей. Что-то в последнем отозвалось в нём диким страхом, когда светло-зелёные глаза скользнули по его фигуре.   Блаженный.   Зачем усердствовать? Ведь большего ты всё равно не получишь, а грёзы останутся лишь грёзами.   Мужчина обессиленно упал на колени. В этот же момент раздался пронзительный крик бруха, на лице которого Джек оставил несколько глубоких порезов острыми ногтями, проделав пару дырок в щеках и выдавив правый глаз.   - Сваливаем! - хрипло прорычала Лулу, прислонив ладонь к тонкой шее. Она вместе с Джеком побнжала в сторону выхода из клуба. Кто-то пытался их схватить, но безуспешно.   Холланд какое-то время рассматривал раненого бруха. Уголок губ дёрнулся в полуулыбке и в один резкий рывок Холланд перепрыгнул через сгорбившегося вампира, пытавшегося восстановить потерянный глаз с помощью витэ, как через спортивного козла.   Вслед ему летели, пожалуй, самые изысканные проклятья, которые он только слышал в свою сторону.     ◈ ◈ ◈         Город сиял красками дикого огня. Словно сюда нагрянула инквизиция.   - Нет, - хмуро сказала Лу. - Cкорее всего, или старый хрен, или его стервень решили устроить чистку от неугодных их идеального общества вампиров, - предположила она, морща нос.   - А как же смертные? - спросил Джек. - Они же непреднамеренно втянуты в этот адский круговорот.   - Да похер мне как-то на смертных. Давайте самим уезжать пока нас не сцапали. Мы тут сейчас чуть ли не самая желанная закуска - носферату, гангрел и вероятный потомок каитиффов.   Холланд следовал за ними молча, изредка оглядываясь по сторонам. В один момент ему показалось, что он видел Лоуренса, но его тут же окликнул Джек, чтобы он не отставал. Троица уселась в шевроле, водительское место занял Холланд.   Огонь бушевал, отчего Джек чувствовал себя крайне неуютно и старался подолгу не рассматривать то, что творилась за окнами машины. Проехав несколько кварталов, Холланд же заметил пробегающие мимо стремительные фигуры крупных псов.   Нет, нет, нет! Волки!   Это были волки.   И взгляд гангрела на одном из них задержался пристально дольше, нежели на остальных. Но куда они бежали, Холланд не успел проследить, как внимание впредь было полностью сконцентрировано на дороге.         Над шевроле импалой парил белый ворон.   Так проходил десятый год не-жизни Холланда. Ему должно было быть уже за тридцать.    

Братская мирная беседа между гангрелом и носферату была грубо прервана гостями, чьи вкусы эстетические оставляли желать лучшего. Вместо чарующей музыки сирены - выстрелы. Вместо радостного гула - крики ужаса.   Запах крови.   Людей.   Вампиров.   Холланду вскружило голову, когда он почувствовал проливающуюся кровь сородичей, едва выбежал вместе с Джеком из кабинки.   - Лу! - воскликнул Джек, сбрасывая с себя маскировку. В один момент и его фигура в мгновенье ока исчезла, словно всё это время Холланд говорил с мороком. Он несколько раз моргнул, а затем с террасы начал наблюдать за яростным побоищем.   Холланд осторожно встал на перила террасы, не обращая внимания на творившийся вокруг хаос, а затем спрыгнул с них вниз.         Мягкая неоновая дымка рассеялась по залу. Хаотичная и невзрачная для взгляда смертного, но таившая в себе частички сознания молодого гангрела.   Джек и Холланд спешили на помощь Лу.

  Ты река моя, бегущая ввысь, Беги вглубь, беги бурно.   ♬   Как огненный камень исчезал за горизонтом, подобно ярко-оранжевым чернилам, впитывающимся в белоснежную ткань, но тут же рассеивающуюся под прикосновениями ледяной воды, забирая с собой последние краски дневного света, так постепенно Холланд возвращался к тому, что напоминало о жизни смертной. На этот раз, однако, ему не приходилось беспокоиться о материальной части нового этапа бытия. Лу не создавала впечатления девушки отзывчивой, эмпатичной, но она без лишних вопросов обеспечивала Холланда чистой одеждой, уютом, а самое главное знаниями о ночном мире.   По сравнению с вампирской родословной Холланда, её клан являлся современной линией крови. До восемнадцатого века никто не слышал о Дочерях Какофонии, сиренах, голоса которых могли пленять - ровно, как и убивать - вампиров и смертных. Сама Лу была обращена в начале восьмидесятых оперной певицей Флоренс, которая в свои лучшие времена не-жизни приходилась любимицей князя Нового Орлеана.   Как-то Лу проговорилась, что одно время в клане присутствовали и мужчины, но на вопрос Холланда о том, куда они делись Лулу лишь таинственно - даже зловеще - улыбнулась, указав щеночку, что это ему знать необязательно.   Прародительницей клана гангрел являлась Эннойя. В одном из многочисленных мифологических трактатах ночи её описывали как гротескного монстра из разнообразных звериных частей тела. Настолько огромного, что она могла поглотить собой всю землю.     ◈ ◈ ◈     Одной ночью Лу пригласила Холланда посмотреть с ней "Суспирию" Дарио Ардженто. Как заколдованный Холланд наблюдал за насыщенными красками алого, лилового и синего на экране. Лу большую часть фильма пропустила, набирая что-то телефону. Она искренне удивилась, когда застала момент побега главной героини Джессики Харпер из разрушающейся балетной академии.     От: Lulu Кому: CrowJ   Ты когда ему расскажешь?     ◈ ◈ ◈     О его сире теперь знал Лето Каминский. Ко всему прочему он также рассказал, что Лампаго по какой-то причине хотела найти тремера Джаспера, который мог ей в чём-то помочь.   До конца Холланд не совсем понимал, почему вдруг решил поделиться оным откровением с хранителем Элизиума, который всегда под боком князя, подозрительно щурившего глаза каждый раз, когда приходил молодой гангрел.   Сначала Холланд испытал облегчение. Как гора с плеч. А потом страх. Стараясь сохранить хладнокровие, Холланд внимательно наблюдал за дальнейшей реакцией Каминского. Удивление. Недоумение? Но не оказалось места злости или презрению. Он даже улыбнулся. А вот искренне ли, Холланд не был уверен, пока Каминский вдруг не рассказал ему, что знал Лампаго.   Когда у неё было ещё человеческое обличье, а мёртвое житие проходило в удивительных странствиях.   - Почему она стала тем, кем есть сейчас? - поинтересовался тогда Холланд. - И почему вы разошлись?   Ответов он не получил. Деликатно Лето Каминский сказал ему поскорее возвращаться домой к Лу, пока не застал рассвет. Элизиум Холланд покидал с зудящей пустотой в груди, но череда смятений не спешила прекращаться.   Когда он подходил к шевроле, что одолжил у Лу на время поездки в город, кто-то его кликнул:   - Холланд.   Хрипловатый голос принадлежал серокожему носферату, впервые которого он встретил в клубе Viper и пару раз гостившего в доме Лу.   - Вечера, - дружелюбно поприветствовал его Холланд, позволив себе легко улыбнуться.   Улыбка затем исчезла, когда носферату назвал его именем, права которым имел называть только один человек в его жизни - с присущей ему нежностью, пряча от жестокого мира боли и разочарований.   - Холли...         2010 год   Леди и джентльмены!  Прошу поприветствовать лучезарную сирену нашего клуба Viper!   Лулу Мэй!   ♬   Гулкая волна оваций прошлась по клубу. Вторая - когда пленяющим голосом запела Лулу Мэй, постепенно наполняя сердца гостей клуба Viper - подобно сосудам для сладчайшего запретного нектара - волшебным экстазом. И хоть она находилась на возвышенности неоновой сцены, Холланд не мог разглядеть её с того места, где сейчас находился.   Едва Лу запела первый куплет песни, как Холланд направился в сторону частных кабинок с террасой.   Кабинка номер четыре. Она была прикрыта занавеской, хотя в этом не было необходимости.   Холланд поморщился, когда увидел знакомое лицо за серым облаком никотина, отдававшее теперь не тёплыми, но болезненными воспоминаниями смертной жизни.         - Присядешь? - предложил Джек, криво улыбнувшись. Задёрнув за собой занавеску, Холланд присел напротив, скрестив руки и опустив их на стол.   Гангрел внимательно рассматривал маскировку носферату.   - В последний раз разговор у нас не задался...   - Через жопу прошёл, - не постеснялся в выражение Холланд. Когда носферату рассказал ему всё как есть, Холланд будто сквозь землю провалился. Злость и обида затуманили разум, он едва сдержался, чтобы не напасть на носферату, не разодрав его впоследствии на тысячу маленьких кусочков.   Нет.   Тогда Холланд молча уехал, но бушевавшие внутри эмоции ввели его в апатию. Может, к лучшему. Иначе Холланд отказался бы от предложения Джека встретиться с ним в Элизиуме.   - Слушай, я понимаю, - примирительно начал Джек, но брат его прервал удивительно спокойным голосом.   - Конечно, ты понимаешь. Ты уехал покорять мир и получать наслаждение от жизни, а меня с мамой оставил позади, - Холланд опустил глаза и чуть вытянул руки вперёд, постучал тонкими пальцами по столу. - Вот только мне обидно было. Я думал, что с тобой что-то случилось. Что-то страшное. А потом решил всё-таки, что ты меня бросил. Я примирился бы с этим, скорее всего, не один такой в мире целом. Но потом заболела мама и…   - Холли.   - Наличие друзей ничего не меняло, - откровенный разговор не способствовал явной демонстрации эмоций. Холланд говорил беспристрастно, хотя в глазах его Джек уловил искру горечи. - Мне было больно и одиноко, - продолжал говорить Холланд. - но сказать об этом кому-то я не мог, словно боялся чего-то неизбежного. И… в общем, оно случилось, когда мы решили поколесить по Штатам и Мексике.   - Холли… на этот раз я никуда не денусь.   Молодой гангрел закрыл веки, недовольно нахмурил брови.   - Лучше не говори такое, - отрицательно покачал он головой.   В ближайшее время между братьями шёл не напряжённый, но также и не слишком приятный разговор о прошлом.

Торжественная улыбка тронула уста Дочери Какофонии. Что-то подсказывало ей, что сегодняшняя затея - независимо от дальнейшего её исхода - пройдёт успешно, и мальчишке не нужно будет прятаться как крысе в сточных каналах. Особенно ей доставляло неописуемое удовольствие разочарование на лицах милейшего князя Лоуренса и его прекрасного потомка, которым дали отпор большинство из совета и хранитель Элизиума. Но, разумеется, внешне Лу демонстрировала благодушие и уважение к князю и сенешалю.   Вновь она опускает маленькую ладошку на мёртвое сердце, сжимает в кулачок осколок изумруда. Она чуть поклонилась в благодарности, спрятав глаза за длинными ресницами. Напружиненные кончики светлых локонов весело подпрыгнули, когда Лу выпрямилась.     - Прошу меня простить. Задумался, - из-за спин других старейшин раздался новый голос. Вежливо разводя остальных рукой, вперёд вышел старомодно одетый джентльмен в очках. - Разумеется, я за то, чтобы приветствовать нового сородича. Молодая кровь - залог развития любого общества. И, ободряюще улыбнувшись Холланду, джентльмен поднял ещё одну руку в защиту молодого гангрела.     На миг показалось…   Дышу.   Но не из-за недавней суматохи, не из-за речи князя, не из-за страха как обернутся события дальше для него или Лу, но из-за лиц новых… почти знакомых. Сутки назад он бродил по пустыне в рваных грязных тряпках, ходил на босую ногу как одичавшее дитя, а в воздухе разило смешанным мерзким запахом мокрой шерсти, крови, мочи и чувства одиночества в крепких объятьях страха.   Найти. Привести. Если не поможет - разорвать на мелкие кусочки.   От вампира в очках Холланд перевёл внимание к князю. Где-то далеко осталась музыка Элизиума, а разум тянулся к воспоминаниям эха старого завода, криков вампиров со смертными и довольного рыка Лампаго.   Мысли прервались, когда его плеча коснулась тонкая бледная ладошка Лу.       - Дорогая Лулу, надеюсь, вас не обременит временная забота о молодом сородиче? Сам я бы с радостью взял над ним шефство, но обязанности хранителя отнимают всё свободное время, а работать спустя рукава я не хочу. Разумеется, если мистер Кроу захочет поговорить с соклановцем, то меня всегда можно найти тут. Кстати, мы же напрямую так и не представились. Лето Каминский, - и он дружелюбно протянул Холланду руку.     - Вы уже достаточно помогли Холланду, Лето Камински, вступившись за него и добившись права пребывания в Тусоне, - в отношении хранителя Элизиума голос Лу звучал дружелюбно и без лишней фальши. По крайне мере так показалось Холланду, кои после недолгих колебаний всё же протянул в ответ Камински руку в для рукопожатия. - Разумеется, пока что юный гангрел погостит у меня, - она понизила голос и чуть наклонилась к Камински, - ради сохранения душевного спокойствия нашего князя, - заговорщицки прошептала, тихо рассмеявшись. - Искренне буду рада вашему визиту в мою скромную обитель, если у вас всё же появится свободное время, и вы захотите поделиться ценным опытом с молодым дарованием Эннойи. Обожаю… гостей необычных моей обители, - ореховые глаза Лу скользнули по залу, мимолётно зацепив высокую фигуру носферату, кои держался в тени.   Он пришёл сюда вместе с жутким вампиром с паукообразными руками и сейчас рассматривал с ног до головы Холланда.   С интересом и щепоткой вины.