Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Часовня

 

- Был бы благодарен, если б подсказали какую работенку... наш отряд недавно прибыл в город, деньги на исходе, разве что на одну ночевку в таверне наскребется. Работа по зарез нужна, хоть огород кому вскопать или дров нарубить...

 

- Ох, вы думаете, вы первый такой? - немного печально улыбнулась девушка и откинула длинную прядь рыжеватых волос. - Местные на чужаках только наживаются, а работу всю уже разобрали. Еще на рассвете. Это же Шюрно, тут у нас такие правила: хватай и беги. Впрочем, вроде как я слышала, что уже давно Арчибальд ищет кого-нибудь, кто поможет ему с мельницей. Но он и слышать не хочет о том, что болтают детишки... ну, о призраках. Мы тут такими вещами не занимаемся, тело покойного Сержа сожгли как полагается, так что его душа упокоилась с миром и ну никак не может тревожить эти развалины. Видать, эти самые детишки и развлекаются, по ночам жернова крутят... - вздохнув, она с надеждой посмотрела на Рико. - А если начистоту, то ничего не могу посоветовать. В кузне можете подсобить братьям, правда, они так между собой грызутся, что на клиентов почти внимания не обращают. У Хильды трое дочерей, так что рук в таверне хватает, но не представляю, как она управляется с ними. И в лечебнице всегда работники нужны, монна Каро не откажется от помощи, но мало кто соглашается помогать ей бесплатно. Один Виктор и тот... - тут она замолчала и снова вздохнула. - Может, останетесь? У меня книжки есть интересные.

[Junay]

Часовня

 

- Книги, это хорошо. - усмехнулся Рико с некоторой грустью. - На пару часов мог бы задержаться, поговорить о том о сем. Наш командир не слишком строг в этом плане. А что с мельницей такое случилось? И почему ее хотят снести, а не отремонтировать? Настолько боятся призраков?  Так ежели их никто не видел, не факт, что они есть. Особенно, если подозрения на местных детишек падают.  Или были какие-то случаи нехорошие?

[Perfect Stranger]

Часовня

 

А что с мельницей такое случилось? И почему ее хотят снести, а не отремонтировать? Настолько боятся призраков?  Так ежели их никто не видел, не факт, что они есть. Особенно, если подозрения на местных детишек падают.  Или были какие-то случаи нехорошие?

 

- Ну... - слегка смутившись, монахиня опустила глаза и принялась накручивать на палец прядь рыжих волос. - Не могу я об этом говорить, это все сказки, а Преподобная Мать за такие разговоры заставит ночью коленями на горохе стоять и молиться до утра. Почему Арчибальд хочет снести мельницу, я не знаю - но вроде как на ее месте новый дом построить можно. А других мельниц уж за последние семь лет в округе понастроили, так что не нужна эта громадина в городских стенах, только вид уродует. Туда уже давно никто не ходит, все ценное оттуда вынесли сразу после смерти Бонно, упокой Создатель его душу. Теперь разве что малышня бегает и соревнуется, кто смелее и кто поближе к мельнице подойдет, как сядет солнце... - она смутилась еще больше и явно не хотела дальше развивать эту тему.

 

Таверна "Серебряная подкова" - Окрестности

 

Пока остальные гуляли по городу, Хексарион уплел свой завтрак и теперь размышлял о том, что делать. Мэйрис вернулась и теперь медленно, сонно потягивала чай в противоположном конце зала, но он едва ее видел из-за обилия посетителей. Слушать их разговоры не было настроения, а присутствие такой толпы его угнетало. Не найдя взглядом среди них давешних охотников на монстров, что он повстречал в лесу близ Грейвена, потрошитель решил, что они наверняка заявятся в течение дня. Если, конечно, не обманули его насчет встречи. Поднявшись, он с хрустом размял шею и направился к выходу, полагая, что разумно будет самому осмотреть город и поискать какую-нибудь информацию об этих охотниках. А заодно попробовать найти что-нибудь ценное, в окрестностях наверняка имеются тайнички. Ну, или попросту ограбить кого-нибудь по пути.

 

(заработок)

 

[Драккон де Морей]

Шюрно - Старая мельница

 

Взяв ключ, Страж на секунду задумался, стоит ли рассказывать о подозрительной мельнице остальным, но решил, что пока нет ничего такого, для чего требовалась бы вся группа. В конце концов, что может случиться? 

 

Анри довольно быстро дошагал до мельницы, спрашивая местных. Они привечали в нем орлесианца, но при упоминании о проклятой мельнице, подозрительно косились. 

[Junay]

Часовня

 

- Не могу я об этом говорить, это все сказки, а Преподобная Мать за такие разговоры заставит ночью коленями на горохе стоять и молиться до утра. Почему Арчибальд хочет снести мельницу, я не знаю - но вроде как на ее месте новый дом построить можно. А других мельниц уж за последние семь лет в округе понастроили, так что не нужна эта громадина в городских стенах, только вид уродует. Туда уже давно никто не ходит, все ценное оттуда вынесли сразу после смерти Бонно, упокой Создатель его душу. Теперь разве что малышня бегает и соревнуется, кто смелее и кто поближе к мельнице подойдет, как сядет солнце... - она смутилась еще больше и явно не хотела дальше развивать эту тему.

 

- Строгая, должно быть, у вас Преподобная мать. - сочувствующе покачал головой Рико. - Да только от меня она ничего не узнает, тем более - ежели вы захотите мне какую сказку рассказать. Я бы от сказок не отказался...  Меня, кстати, Рико зовут. Рико Сова - к вашим услугам. Конечно, коли у Бонно (хозяин ее бывший, да?) наследников не оказалось, то можно и снести, да дом построить. Эх, грустно это - закончить свою жизнь одинокой старостью, и помереть, одному... Его хоть сразу обнаружили?

Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

Часовня

 

Меня, кстати, Рико зовут. Рико Сова

 

- Сова? - девушка хихикнула, прикрыв рот ладонью, но тут же одернула себя и приобрела благочестивый, насколько смогла, вид. - Какое... забавное имя. А я - Арлетт. Арлетт Лавуа, - поспешила представиться она, воровато озираясь и удостоверяясь, что остальные послушники и монахи не обращают внимания, что она бьет баклуши и болтает с чужеземцами вместо того, чтобы работать. - Ладно, хорошо. Скажу вам, но только больше никому. - Понизив голос, она наклонилась совсем близко и заговорщически прошептала: - На днях, когда я ходила за маслом в лавку, услышала, как двое девчонок на ярмарочной площади болтали, будто видели свет в окне мельницы накануне ночью. И будто бы этот самый Серж Банно был злобным магом-малефикаром, который резал людей и перемалывал их кости на своих скрипучих жерновах. Вот его душа и не упокоилась, и теперь то и дело, почти каждую неделю, с мельницы слышен этот жуткий скрежет. То взывают несчастные души убитых им людей, напоминая о себе, неотомщенных и забытых. По крайней мере, так говорят, - поспешила закончить она, поняв, что перешла на шепот и подражает голосу своей кормилицы, обожавшей страшные сказки.

[Карт(он)]

Близ Шюрно, граница Орлея и Андерфелса.
 

Погода была ужасной, как и состояние мага на начало пути.Всю дорогу Верес ехал молча, беря пример с остальных и это его вполне устраивало, всё как раньше, до Грейвена, до резни. Вот только дома теперь у него не было и он был вынужден примкнуть к наемникам, благо в отряде ещё оставались те, кого можно было назвать людьми.
Освальда и Анри он поблагодарил за помощь в деревне ещё в первые дни привалов, а Мейрис, в сторону Мейрис он не мог позволить себе даже смотреть, не то что подойти. Её укор, произнесённый ещё в пещере Зверя, отпечатался в сознании мага также крепко как и слова Освальда. Ведь до этого пристыдить его удавалось только Лаилле, и то не всегда.
 

"Если бы... если бы не я, то ты бы гнил в той деревне. И теперь ты хочешь убить человека просто что бы обезопасить свою никчемную задницу?"
 

Она напомнила ему о том, что нельзя поддаваться страху смерти и использовать невинных людей как разменную монету в обмен на собственное благополучие. Это и подталкнуло его тогда выйти вместе с Рико к народу. Верес лишь хотел показать людям то, что понял с её помощью и спасти ещё живую Алиенну. Всегда можно обойтись без жертвы, по крайней мере, человеческой жизни. В дела остальной группы он не лез, не потому что он их ненавидел, нет, им могло помочь лишь время. Исключением был только Хекс. Насколько была ужасна его судьба, если он готов убить любого, ради продления иллюзии своей всемогущности и власти? Ответ на этот вопрос Верес пытался найти большую часть пути, но даже его врождённой смекалки на это  не хватало.

Шюрно->Таверна "Серебряная Подкова"

На подъезде к Шюрно сердце ведьмака вздрогнуло, то были отголоски прошлого. Однажды, он хотел сюда попасть и на то была веская причина, но, увы, сейчас уже было поздно. Вряд ли это здание существовало, наверняка, Басилио хотел тогда лишь злобно пошутить над парнем. Как бы развеяв сомнения, маг вошёл в город и двинулся с остальными в таверну.
Получив свою порцию курицы с сыром он обрадовался смене рациона. Сдерживая себя от того, чтобы вцепиться в кусок мяса голыми руками, Верес позавтракал как нормальный человек и пока никто его не спохватился, ушёл на прогулку близ города.
 

-10 серебра.  Голод утолён
Заработок

[Perfect Stranger]

Старая мельница

 

Анри довольно быстро дошагал до мельницы, спрашивая местных. Они привечали в нем орлесианца, но при упоминании о проклятой мельнице, подозрительно косились.

 

Ключ подошел - к неожиданному удивлению самого Анри. Дверь мельницы, располагавшейся на самом краю города, скрипнула и отворилась, заставив Стража закашляться от попавшей в глаза и нос пыли. Когда пыль немного осела, он увидел самую обыденную картину - большое помещение, какие-то ящики (на поверку они оказались либо пустыми, либо забитыми строительным мусором), обломки осыпавшихся камней и балок и большие жернова. Лестница наверх, на второй этаж мельницы, была полностью разрушена, а пол второго этажа обвалился, и обломки досок теперь лежали по всему полу. Как ни прискорбно, но похоже, что слухи оказались лживыми и тут действительно ничего не было.

[Junay]

Часовня

 

- Сова? - девушка хихикнула, прикрыв рот ладонью, но тут же одернула себя и приобрела благочестивый, насколько смогла, вид. - Какое... забавное имя.

 

- Это прозвище, меня так с детства величают, из-за желтых глаз. - мимо воли усмехнулся Рико и внимательно выслушав девушку, покачал головой:

- Экие страсти! А освятить мельницу никто не пробовал, дабы дух неприкаянный изгнать? Родственников у этого Бонно вовсе нет? Как  он помер-то? От старости, или от хвори скончался? Столько костей перемолоть - это ж не только радикулит, а и грыжу заработаешь. 

Ну, ничего, ежели ищут команду под ее снос, то думаю, наши люди за эту работенку возьмутся.  Кирками мы работаем только так, да. Кто бы мог подумать - мельник и малефикар! Пути Создателя неисповедимы!

"Угу. Сначала трактирщица-малефикар, теперь мельник-малефикар... Не тот пошел пролетариат, не тот." - язвительно фыркнул голос.

[Perfect Stranger]

Часовня

 

А освятить мельницу никто не пробовал, дабы дух неприкаянный изгнать? Родственников у этого Бонно вовсе нет? Как  он помер-то?

 

- Утонул он, - пожала плечами девушка с красивым именем Арлетт. - Я тогда еще маленькая была, не помню, но рассказывали, что пошел на зимнюю рыбалку, да провалился под лед. Если он и правда был малефикаром, то так ему и надо! А жена его, Моник, за год до этого померла от чахотки. Тогда лечебница еще только начинала работать, и у монны Каро не хватало времени на всех. Бедняжка Моник. Кормилица говорила, она была очень доброй женщиной, но Создатель детьми не наградил. Слушайте... - Арлетт вдруг замерла, и ее зеленые большие глаза расширились еще больше. - А вдруг этот Серж ее и убил? И кости на жерновах перемолол?! Ужас!

Она побледнела и вздрогнула. Ее этот разговор явно не радовал, поэтому послушница попыталась перевести тему.

- А вы сходите к доске объявлений, там приказ Арчибальда уж давно висит. Только никто за работу эту не берется. Старик жадный, как сорока, и платит мало, а работы там - завались. Ну, и некоторое боятся, что на них нападет дух Бонно... Освящать мельницу никто не стал, потому что Преподобная Мать говорит, что это все неправдивая неправда и происки неверующих в Создателя!

[Драккон де Морей]

Старая мельница - Шюрно

 

Анри не то чтобы удивился увиденному, но картина, представшая перед его глазами, была вполне ожидаема. Однако Страж решил не сдаваться, и, подумав о том, что надо бы наведаться на ветхую мельницу ночью, удалился. На улице он подошел к какой-то женщине с корзинкой яблок в руках. По виду местная. Почему бы и нет?

- Здравствуйте, миледи. Не подскажете, где я могу найти Янику и Алину? - Страж показал объявление, покрутив усы.

 

Спойлер

"ТРЕБУЮТСЯ КАМЕНЩИКИ!
Любой, кто разбирается в сносе старых зданий, приглашается на хорошо оплачиваемую работу по сносу мельницы Сержа Бонно на западе города. Ключ от нее можно получить у стражника Поля возле администрации. Осмотр здания оплаты не требует. Готовый план по сносу предоставлять городскому голове Арчибальду.
P.S.: И не верьте этим проказницам Янике и Алине, никаких призраков на мельнице НЕТ!"

Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Драккон де Морей

[Элесар]

Таверна

 

- Тогда я всё равно предпочту отказаться от участия в ролевых... - "Против моей воли" - пронеслось в голове у Каи, но девушка предпочла не высказывать эту часть своих рассуждений храмовнику. Маленький ещё не стоило. - Мне тоже не хочется лишних смертей, Освальд, но если это произойдёт, моя смерть будет совсем не лишней.

Островитянка присела на один из стульев и потёрла костяшками пальцев переносицу. Может стоило поспать перед тем, как осуществлять забег по городу?.. Хотя, как известно, время никого не ждёт.

 

 - Кстати, ты была в городе? Что творится, не видела случайно?, - он поёжился на стуле и достал конверт с посланием, которое он должен был доставить Преподобной Матери Церкви Орлея, но разворачивать не стал.

 

- Была, но видела из всего города только церковь... Ещё люди постоянно говорят о том, что на мельнице совсем-совсем-пресовсем нет призраков, - Кая нахмурилась и мотнула головой. - А значит там точно что-то творится. Святой брат (ну, наверное) посоветовал мне сходить к доске объявлений или поспрашивать в таверне насчёт работы.

[Junay]

Часовня

 

- Утонул он, - пожала плечами девушка с красивым именем Арлетт. - Я тогда еще маленькая была, не помню, но рассказывали, что пошел на зимнюю рыбалку, да провалился под лед.

 

- Ежели потоп, то значит никакой не малефикар. В древние времена так их и выявляли - бросили в мешке в воду, ежели потоп, то простой человек. Идиотский был способ, надо признать. И не работал, понятное дело. - потер щетину Рико. - Откуда вообще пошли слухи о мельнике, что он маг? Обычно, маги либо целителями устраиваются, либо - к благородным в дом нанимаются, для престижу. Или он привораживал  местных женщин? - Рико подмигнул  девице. - А объявление посмотрю, но вы, помнится мне книги показать обещались?

[Perfect Stranger]

Шюрно

 

- Здравствуйте, миледи. Не подскажете, где я могу найти Янику и Алину? - Страж показал объявление, покрутив усы.

 

- Что?.. А вы кто такой? - женщина подозрительно уставилась на усатого орлесианца, похожего на головореза. По крайней мере, его внушительные доспехи и щит с мечом не располагали к доверительным беседам. - Я вам ничего не скажу! Алина - замечательная девочка, и не хватало еще, чтобы к ней приставали с расспросами всякие проходимцы! - рассердившись, женщина метнула на Бастьена обжигающий взгляд и гордо удалилась.

 

Часовня

 

- Откуда вообще пошли слухи о мельнике, что он маг?

 

- Не знаю, это так давно было... - вздохнула Арлетт, потирая щеку, на которой едва заметно проступали очаровательные веснушки. - Может, это и неправда. Преподобная Мать говорит, что выдумки, и Серж был приличным человеком, только немного нелюдимым. Редко выходил со своей мельницы и с народом не общался. Ходили к нему, бывало, крестьянки - но по делу, урожай собрать и принести, жалованье получить. Мне тогда всего десять было, я его даже не видела ни разу, а потом он умер. Я сама видела, как его прах в урну насыпали и на кладбище закопали. Нет, это точно выдумки! - решительно встряхнула волосами послушница. - Книги... ах да! Как раз сегодня завезли новые! Вот, у меня тут и новое издание "Драконологии" мессира Фредерика де Серо, и "Краткая история правящего дома Драккон", и... - она чуть покраснела и снова огляделась. - ...и "Приключения черного лиса" есть. Это Ее Преподобию лучше не видеть, она не одобряет светского чтения.

[Драккон де Морей]

Окрестности Шюрно

 

- Что?.. А вы кто такой? - женщина подозрительно уставилась на усатого орлесианца, похожего на головореза. По крайней мере, его внушительные доспехи и щит с мечом не располагали к доверительным беседам. - Я вам ничего не скажу! Алина - замечательная девочка, и не хватало еще, чтобы к ней приставали с расспросами всякие проходимцы! - рассердившись, женщина метнула на Бастьена обжигающий взгляд и гордо удалилась.

 

- Не думал, что скажу это, но... в Андерфелсе местные поприветливее будут. Ах, о чем это я, надо бы трактир местный найти. - Страж огляделся вокруг в поисках чего-нибудь ценного.

бросок на заработок

Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Драккон де Морей

[Фели]

Окрестности Шюрно

 

Этот город настораживал потрошителя.

Все здесь казалось таким... спокойным. Нормальным. Пропитанный страхом Нордботтен, в котором правила одержимая, параноидальный Грейвен с поклонением древним идолам - после такого опыта волей-неволей ко всему начинаешь относиться с подозрительностью. Ища, чем поживиться, Хексарион был начеку - он ни единой секунды не верил в то, что этот город действительно был таким мирным, каким казался на первый взгляд.

Без происшествий миновав пшеничное поле, в котором уже работали какие-то крестьяне, мужчина двинулся в сторону озера. Если задуматься, это было глупо - шнырять по окрестностям в поисках... чего? Валяющихся на земле кошельков? Когда ты натыкаешься на подобный случайно, то да - это возможно. Но преднамеренно искать удачу еще не удавалось никому - и Вольфер не был исключением из правил.

Губит людей не пиво - губит людей вода. Хекса она тоже чуть не погубила - хоть и масштабы были сильнее.

Вольфер не знал, что у местного озера есть любопытная особенность. В небольшом, незначительном водоеме раз в месяц вода словно... исчезала. Озеро мелело, превращаясь в жалкую лужицу. Некоторые из местных вполне успешно добывали здесь глину... но ведь Хекс то не знал. Хекс не знал о том, что обрыв, на котором он встал, дабы рассмотреть озеро, был достаточно рыхлый. Он не знал, что падать вниз ему пришлось прямо на камни... и он точно не знал, как же невообразимо больно это будет.

Все-таки немного удачи он нашел - думал Хекс, с силой стиснув зубы, меж которых вытекла струйка крови. Он нашел достаточно удачи для того, чтобы упасть не вниз головой - иначе бы его череп треснул, как сырое яйцо. Позвоночник болел невообразимо - потрошителю оставалось надеяться, что на голове его удача не заканчивается. Слишком много он наслушался историй об "ветеранах войны", чей перебитый позвоночник сделал их инвалидами. Глядя наверх, мужчина заметил... белого голубя. Птица сидела на ветке ели, корни которой торчали из почвы над  обрывом, подобно скрюченным когтям таинственного монстра. Голубь некоторое время посмотрел на потрошителя черными глазками-бусинками... а потом, нравоучительно курлыкнув, слетел с ветки и улетел - оставив Хексариона наедине с болью.

 

Хексарион получает травму - 50% от максимального здоровья.

Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Felecia

[Junay]

Часовня

 

Книги... ах да! Как раз сегодня завезли новые! Вот, у меня тут и новое издание "Драконологии" мессира Фредерика де Серо, и "Краткая история правящего дома Драккон", и... - она чуть покраснела и снова огляделась. - ...и "Приключения черного лиса" есть. Это Ее Преподобию лучше не видеть, она не одобряет светского чтения.

 

- Ну, это Преподобная зря... Есть ведь и достойные светские книги, которые учат читателей добру и благородству. - Рико взял в руки "Приключения Черного лиса" и подошел к окну. - Давненько значит, бедный Бонно упокоился. А мельницу раньше сносить не думали? Купить ее никто не хотел? Или все боялись страшных слухов? 

"Господи, да просто кто-то из местных проворачивает в мельнице темные делишки по ночам. Может, контрабанда лириума, или канабис антиванский фасуют". - лениво протянул голос. "Город - приграничный, для контрабандистов - рай. Вот и обжили мельницу. А местные сами себя слухами запугали".

[Perfect Stranger]

Шюрно - окрестности

 

Похоже, в этом городе Анри никто не любил. Что было странно, учитывая его орлесианское происхождение и благородную профессию Серого Стража. Как минимум его невзлюбила эта женщина с яблоками, но Страж не заметил, что когда она уходила, пара яблок выпала из ее корзинки и раскатилось по мощеной светлым булыжником улице. Направившись вниз по улице, он поскользнулся на одном из них и пролетел, дай Создатель, аж до самых городских стен, врезавшись в них что было силы - дорога шла под уклоном. Перед глазами Бастьена заплясали звездочки, но череп у него был твердым, как и положено воину-щитовику, а потому он просто встал и отряхнулся. Голова гудела, но небольшой отдых должен был снять боль.

 

Анри получает урон 36 пунктов!

Часовня

 

А мельницу раньше сносить не думали? Купить ее никто не хотел? Или все боялись страшных слухов?

 

- Думали! Так Арчибальд же уже семь лет с этим бьется! - рассмеялась девушка, со все возрастающим интересом глядя на Рико. Он был первым из чужаков, кто действительно проявил к ней внимание и был с нею вежлив, даже заинтересовался ее книгами. Юная девушка немедленно почувствовала в животе порхающих бабочек, хоть и стеснялась сама это признать. Обычно путешественники не обращали на послушницу внимание, а если и обращали - то обходились с нею грубо и навязчиво. - Но платит он слишком мало, чтобы приезжие брались за это дело, а местным все равно, они говорят, пусть старикашка сам тратит деньги на снос здания, которое принадлежит городу. Некоторые бояться, это правда, но ни за что в этом не признаются. Они предпочитают подождать, пока мельница сама от старости не развалится.

Поднявшись со своего места на лавочке, девушка заложила руки за спину и склонила голову, глядя в спину Совы. Ей бы хотелось пообщаться с ним подольше, но она понимала, что ей пора возвращаться к работе, а ему - к своим наемничьим делам. Но очень хотелось верить Арлетт, что странный желтоглазый мужчина еще вернется...

[Junay]

Часовня - таверна

 

Некоторые бояться, это правда, но ни за что в этом не признаются. Они предпочитают подождать, пока мельница сама от старости не развалится.

 

- Тогда мы в этом деле ему поможем. Лишняя копейка нам не помешает, да и местные будут счастливы, что мельница, наконец прекратит свое бренное существование.  - усмехнулся Рико, возвращая ей книгу. - Спасибо большое. Спрячьте от глаз Преподобной, надеюсь, я еще смогу прийти и дочитать рассказ на досуге. До встречи, Арлетт. 

 

Попрощавшись с девушкой, Рико покинул часовню и отправился к доске объявлений, но объявления там уже не было. Видимо, кто-то таки успел заняться сносом мельницы. Кажется, единственный способ заработать канул втуне. 

На площади уже начинали раскладывать товар  торговцы, и скоро можно будет пройтись по магазинам. Вот только было бы с чем.

Рико вернулся в таверну и стал ждать остальных, прикидывая, чем бы заняться.

Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Junay

[Kykuy]

Таверна "Серебряная подкова"->Шюрно->Окрестности

 

- Мне тоже не хочется лишних смертей, Освальд, но если это произойдёт, моя смерть будет совсем не лишней.

- Ты смогла преодолеть демона однажды... А это значит, что и второй раз получится, - кивнув, и скорее себе, чем Кае, сказал Освальд. Он бессознательно перебирал пальцами конверт, и едва успел спохватиться, чтобы не помять его.

" Что ты творишь, идиот? Этот конверт должен быть в идеальном состоянии. Письмо внутри должна прочитать сама Преподобная мать! ", - пронеслось у него в голове, и, Создатель подтвердит, такого чувства стыда он не испытывал с того самого дня в Антиве, когда его вполне публично распекла тамошняя Преподобная, когда они с Алейрой пытались проникнуть в архивы.

- Была, но видела из всего города только церковь... Ещё люди постоянно говорят о том, что на мельнице совсем-совсем-пресовсем нет призраков, - Кая нахмурилась и мотнула головой. - А значит там точно что-то творится. Святой брат (ну, наверное) посоветовал мне сходить к доске объявлений или поспрашивать в таверне насчёт работы.

- Хм... интересно, интересно. Как всегда, везде творится какое-то необъяснимое говно... В Нордботтене, Грейвене, здесь. Хотя, это неплохая возможность набить карманы. Разберёмся, разберёмся, - последние слова Освальд пробормотал про себя. Скинув ноги с подоконника и поставив стул на законное место, он направился к выходу из комнаты, - Ладно, пожалуй, пойду пройдусь по городу да по окрестностям, подышу свежим воздухом. Комната в твоём полном распоряжении - он кивнул Кае на прощание и, надев маску с капюшоном, вышел из номера, направляясь сначала в город, а потом на окраины.

Атмосфера в Шюрно и вправду была чуть ли не идиллическая. После довольно холодного приёма стражниками на границе(которые, к слову, чуть не умыкнули один из его драгоценных железных мечей!), этот городок был достаточно приятным разнообразием. После заснеженного Нордботтена и Грейвена, тёплый Шюрно казался Освальду(да и, наверное, не только ему одному) едва ли не раем. Не приходилось осторожно выверять каждый шаг, боясь подскользнутся на снежной корке, не приходилось каждую минуту стряхивать с себя снег, не приходилось проваливаться в сугробы через каждые полшага. Определённо, лучшего местечка для отдыха перед ещё одним долгим переходом было попросту не сыскать...

 

- Я буду добрым Серым Стражем, а вы - страшными Архидемонами!, - кричал один мальчуган, лет шести-семи, задиристо посмотрев на своих сверстников, с которыми играл в нечто вроде "Короли-разбойники"

- Нет, я!, - кричал другой

- Нет, вообще-то я!, - кричал третий, а затем последовала короткая шутливая потасовка, перемежающаяся смешками и обиженным сопением, когда кому-то удавалось изловчиться и как следует задеть кого-то другого.

 

" Эк какие паршивцы... ещё утро, а они уже вовсю носятся! "

Устало вздохнув, храмовник мысленно отмахнулся рукой от гомонящих на улице ребятишек и продолжил свой путь за город. Не помешало бы немного развеяться, да и просто подышать свежим воздухом, да и что ещё делать, когда в воздухе витает такая сладостная атмосфера безделия?!

Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Kykuy

[Perfect Stranger]

Окрестности - Шюрно

 

"Хватит ныть и поднимайся".

"Не могу. Кажется, у меня позвоночник сломан".

"Не сломан. Уж мне-то лучше знать. А теперь сжал зубы и вставай, или ты тут до пришествия Древних Богов вздумал валяться?"

Громко застонав, потрошитель медленно разогнулся и ухватился рукой за торчащий из покатого склона корень. Боль в спине оглушительно вспыхнула, заставив его замереть, на несколько секунд едва не потеряв сознание. Не потерял. Он терпел боль и посильнее. По крайней мере, ему хотелось так думать. Проглотив наполнившую рот кровавую слюну, Хекс медленно пополз вверх по глинистому склону, то и дело сползая обратно, но каждый раз упорно начиная свой путь. Когда ему удалось выбраться наверх, то на него было страшно смотреть - весь в грязи и глине, скорчившись от накатившей боли, слабости и тошноты, он медленно, останавливаясь через каждый шаг, поплелся назад в город.

"Чтоб я еще раз..."

"Пойдешь. Еще как пойдешь. Жить хочешь?"

Отвечать на это бастард не стал. Аптечек у него с собой не было, а потому пришлось идти до города в таком состоянии, в котором любой нормальный человек давно бы отключился. Потрошитель же изредка моргал, пытаясь прогнать белые вспышки и багровый, застилающий глаза туман. Он точно помнил, что видел проездом в городе больше двухэтажное здание под вывеской "Лечебница Марии Каро". Туда он и направился. Местные пугались и обходили его стороной, точно чумного, да сейчас он и вправду походил на бродягу, по которому проехался отряд всадников. С трудом взобравшись на ступеньки, он обессиленно повалился на пороге. Его хватило лишь на то, чтобы поднять руку и несколько раз с силой ударить ею в дверь.

[Фели]

Окрестности Шюрно

 

В это время года жители Орлея несколько раз отмечали подозрительное поведение фенеков. Маленькие лисята, обычно предпочитавшие жить в степных зонах, начали мигрировать на север - в более влажные климатические условия. Но фенеки (хоть и у некоторых членов группы и были с ними проблемы) были не самым страшным, что могло бы напасть на зазевавшихся путников...

Страшнее были глубинные охотники, которые, ужасу местных жителей, вылезали прямо из под земли.

Как и фенеки, эти... животные, если и выбирались на поверхность, предпочитали засушливый климат - идеальными были пустыни, в которых они с удовольствием устраивали настоящие засады на неосторожных путников. Закопавшись в песок, глубинный охотник становился почти невидимым...

Верес на собственной шкуре познал, что закапываться охотники могут не только в песок. По факту, невесть каким образом оказавшаяся в подлеске стайка этих животных вполне успешно устроила на него засаду. Велико же было удивление мага, никогда в жизни не видавшего подобных созданий, когда те со скрипучим звуком набросились на него.

Острейшие зубы вцепились в его руки и ноги, прокусив кожу и вонзившись почти до мяса. Оглушительный вопль Вереса, без сомнения, можно было услышать на всю округу - благо, один из лесничих маркиза, бродящий неподалеку и занимавшийся устранением установленных в лесу ловушек, чуть не свалился лицом в один из капканов. В расстроенных чувствах пнув звякнувшую ловушку, лесничий ринулся в сторону, из которой и раздался крик. Бежать ему пришлось недолго - едва мужчина выбежал на опушку, его взору предстало удивительное зрелище... пять глубинных тварей, неподвижно замерших из-за покрывающей их морозной корки, образовали собой неровный круг из оледеневшей травы - в центре которого, дрожа от боли, сидел на коленях беловолосый парень. Разодранная местами мантия была перепачкана в крови. Лесничий медленно попятился, и, как можно незаметнее, скрылся из виду. Шокированный произошедшим Верес его даже не заметил. Эта вспышка магии... он ведь не сумел ее проконтролировать. Вены на руках болели до невозможности - такое бывало, когда он пытался вытянуть из Тени больше, чем он мог выдержать.

Что с ним произошло?.. Что бы это ни было, многочисленные укусы этих омерзительных тварей могли быть опасны без должного осмотра. С этим надо что-то делать...

 

Верес получает травму - 50% от максимального здоровья.

Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Felecia

[Элесар]

Таверна. Комната Каи и Освальда - > Общий зал

 

- Спасибо за твою уверенность в моих силах. Удачной прогулки, - улыбнулась девушка, дождалась пока храмовник выйдет из комнаты и упала на кровать, уставившись в потолок. Созерцание деревянных балок ни к каким хорошим мыслям не приводило, Кая тихо прошептала. - Только, когда твою душу рвут на части это совсем не тренировка...

Она совсем не была уверена, что второй раз у неё получится вырваться из-под власти демона... в этот раз ей помогла Милосердие, но если она из-за глупости чародейки тоже поддастся гнилостному влиянию смертной, всё будет кончено. Каждый член отряда был слишком важным куском мозаики в их общем деле,а потому стоило ей подумать и о варианте, когда её убить не захотят. Вариант этот был противен Создателю, но её посещение церкви ещё не значило, что она стала ревностной верующей.

В одном храмовник был прав - везде происходило одно и то же, и если у неё получится хоть кому-то помочь, сделать что-то хорошее, возможно, это поможет и ей... в какой-то мере.

Кая заставила себя встать с кровати, подхватила сумку с зельями и пошла на выход из комнаты, к лестнице - внизу возможно был кто-то, с кем можно было поговорить. А поговорить девушке хотелось, хоть о чём-нибудь.

[Лакич]

Таверна "Серебреная подкова"

 

Алейра говорила много, очень много, и долго, изредка делая паузы, чтобы отпить из вина, похвалить его и саму Хильду, а затем, отсалютовав бокалом, продолжала. Переходили с темы на тему, видимо, из-за явного отсутствия опыта магистрессы вот таких вот простых житейских разговорах, предпочитая им язвительные перепалки или же споры по-поводу магических формул, которые нормальному человеку вообще покажутся лишь набором букв и символов, попавших в уравнение по чей-то ошибке.

-... и именно поэтому мы, тевинтерцы, так любим темные цвета, - чародейка, явно немного охмелевшая после пары бокалов, вновь отпила вина. - Но, думаю, эта мода на гротеск пройдет, ты понимаешь, - Флавий закончила, ожидая от Хильды ответа, но услышать его, увы, не удалось - какой-то пьянчуга, завалившийся в таверну, потребовал его обслужить.

- Отлично поговорили, - орлесианка улыбнулась, принимая деньги чародейки, лежавшие на стойке. - Мы в Серебреной подкове любим хорошие истории, а хорошему рассказчику всегда рады, - Хильда заговорщически подмигнула Алейре и через пару секунд, передав ей сдачу, в которой, несмотря на вычисления тевинтерки, оказалось серебряных монеток чуть больше, добавила: - Что-нибудь еще? - женщина улыбнулась еще шире, а Алейра, посмотрев на выбор, достала из внутреннего кармана кошель.

- А то, я же в Орлее, так что... - чародейка причмокнула, объявляя заказ. - Бутылку вина... даже две, блинчики и, конечно, круассаны. Я буду вон за тем столиком, - и, подмигнув орлесианке, поспешила к одному из немногих свободных столиков ожидать свой заказ.

"Серебряная подкова? Какая ирония."

 

Аля, - 30 серебра за комнату, - 10 за бутылки, - 10 за блинчики и - 10 за круассаны, ням-ням! 

итого - 60

Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Лакич

[Leo-ranger]

Таверна

Лиинда потерла переносицу, отпустила волка, которому нужно было срочно куда-то бежать. Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Leo-ranger