Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Элесар]

Окрестности Грейвена

 

Ничего... совсем ничего, кроме грязи и слякоти: именно так встретила её местная природа, и не сказать, что такому приёму Кая была слишком уж не рада: могло быть куда как хуже. Девушка оставила попытки найти способ заработать или просто что-нибудь ценное и переключила своё внимание на травы

 

Поиск трав

 

Кая находит: эльфийский корень (2)!

[Leo-ranger]

Окрестности

Лиин любила галл. Их кожа, тонкая, мягкая, приятная ощупь идеально подходила для многих целей. В общем-то, практически для любых, связанных с ковкой брони и созданием оружия. Оставшуюся тушу Фен'Хагрен решил любезно утилизировать доступным ему методом - он уткнулся мордой в тело и стал есть. Фыркнув, глядя на это, Лиин решила повторить свой печальный нордботтенский опыт и заглянуть в дупло дерева…



Ценности

 

Лиин находит 64 серебряных монеты!

[Perfect Stranger]

Кузня

 

-Здравствуйте! Продайте мне пожалуйста болты для арбалета и ловушки. И еще кузнечный набор.

 

- Сорок серебряков, монна, - сказал кузнец, выкладывая перед девушкой товары. День уже клонился к вечеру, похоже, она долго пробродила по ярмарке. Народу становилось побольше, чем в полдень, но странно - Мэйрис заметила, как все переглядываются и перешептываются, косясь на чужаков, а дети и женщины спешат поскорее закончить свои дела и разойтись по домам.

 

Харчевня - Лес

 

Хекс ждал несколько часов, но Мэйрис так и не вернулась, а зудящее чувство где-то в затылке, отдающееся тупой болью в груди, не проходило. Наоборот, оно становилось сильнее. Последние полчаса потрошитель ходил из угла в угол по комнате, словно зверь в клетке, но не выдержал - в конце концов, если продолжать оставаться здесь, то он может наброситься на кого-то из посетителей. Спустившись вниз, бастард торопливым шагом вышел из трактира и направился к лесу, темнеющему вдалеке, у подножия небольших холмов. Убийство животных не утоляло голода, но хотя бы могло притупить его ненадолго. Рассеянно сорвав с пояса флягу, он сделал большой глоток. Алкоголь обжег горло, но Хекс даже этого не заметил.

Вечерний лес вскоре сомкнул чащу за его спиной, словно легендарный волк, проглотивший солнце.

 

(заработок)

 

[Лакич]

Харчевня

 

- Как не культурно, - фыркнула Алейра, когда ее соседка, кинув свои вещи куда попало и даже не удосужившись перекинуться с ней парочкой язвительных фраз, куда-то убежала. Ну кто так поступает? - Дикарка, - разложив свой немногочисленный багаж, все еще негодовала чародейка. - Все эти островитяне - сплошные варвары, - еще раз осмотрев свое временное пристанище, магистресса, устало вздохнув, махнула рукой в сторону своей кровати, на которой, как бы странно не звучало, уже царил полнейший беспорядок. Все таки отвыкнуть от того, что за тобой вечно убирает свора служанок, очень трудно, почти невозможно.

- Эля, - коротко сказала магистресса, когда наконец соизволила спустится на первый этаж. 

 

Аля, - 5 серебряных.

Изменено 25 января, 2015 пользователем Лакич

[Ettra]

Кузня - Лес

- Сорок серебряков, монна.

-Вот, держите, - Мэйс протянула монеты кузнецу и забрала товары. Сумка заметно раздулась и потяжелела, но возвращаться в комнату, что бы оставить вещи она не хотела. Хекс наверное еще спит, а она своим присутствием может разбудить. Можно было сходить на охоту в здешний лес. Чаща привлекла внимание девушки, едва она увидела тонкую полоску леса на горизонте. Это не окрестности большого города, тут наверняка куда больше разной живности и охота интереснее. 
Войдя в лес, девушка сразу почувствовала себя неуютно. Он такой же как городок - негостеприимный и мрачный. Безмолвные громады деревьев окружали и обступали вокруг, заставляя чувствовать себя маленькой и беспомощной. Ходить по лечу не цепляясь за торчащие ветки тоже было трудно - то и дело приходилось останавливаться и переламывать особенно хваткие сучья. Но в конце-концов удалось найти звериные следы. Теперь дело за малым - выследить и поймать.

 

Мэйрис получает: медвежья шкура (2)!

Поиск кожи (-ловушка)

[Mad Ness]

Харчевня

 

- Эля, - коротко сказала магистресса, когда наконец соизволила спустится на первый этаж.

 

Ивор молча налил ей пинту пенного напитка, настолько темного, что он казался непрозрачным, и принял монеты. Когда девушка уже отходила от стойки, он произнес, - До темноты все вертайтесь. Своим тоже передай. Как темнеет, я закрываю ставни, да дверь - до утра ходу нет и туда, ни сюда. Кто не вернется, останется ночевать на улице. Коли такое случится, к костру, что перед Большим Залом горит идите.

[Perfect Stranger]

Лес

 

До ушей Мэйрис донеслись какие-то странные звуки - высокий, короткий, пронзительный визг, до боли похожий на человеческий, а сразу за ним - низкий гулкий рев. Впрочем, он тоже почти сразу затих. Судя по всему, в лесу водились медведи - и оставаться здесь надолго было попросту опасно. Медведи могли представлять куда большую угрозу, чем даже волки, а рядом не было никого, кто спас бы ее от разъяренного хищника.

 

Хекс поднялся и вытер выступишвую из разбитого лба кровь. Разорванная галла лежала на земле, пялясь застывшим черным глазом в темнеющее небо. Фиолетовые кишки растянулись на несколько метров, но даже смертельно раненая, галла пыталась убежать и сражалась за свою жизнь. Острые раздвоенные копытца изо всех сил били по своему обидчику, но Хекс сейчас почти не ощущал боли. Но его подбородку стекала свежая, горячая кровь, но ее было недостаточно. Всегда недостаточно.

Глаза Зверя вспыхнули ярче, когда он почуял запах, столь сладкий, что его невозможно было игнорировать. Галла была лишь попыткой успокоить голод, но она умерла слишком быстро. Неслышно развернувшись, Зверь прыжками направился туда, откуда доносился запах добычи.

"Мэйрис..." - мысль умерла так же быстро, как и пронеслась в голове, а Зверь облизнулся, предвкушая трепет еще живого сердца в своих когтях. Девушка как раз заканчивала свежевать тушу молодого медведя, попавшего в ловушку, когда за ее спиной молчаливо выросла темная фигура, обдавшая ее горячим дыханием.

[Leo-ranger]

Лес

- О! Привет, Хекс, Мэйрис, не ожидала вас тут увидеть,- врет, нагло и в лицо. Волк почуял запахи знакомых девушки и потрошителя еще метров за сто. Каким образом Лиин поняла что он учуял именно их эльфийка не знала, просто пришло осознание этого. Похоже, связь со Старейшиной крепнет. Она запихнула найденные монеты в карман. И кто такой глупый, чтобы оставлять деньги в деревьях? Закапывать вернее.- Тоже охотитесь?- Лиин спросила, извлекач походную аптечку и наклонилась к волку. Нужно было, наконец, обработать его рану.

-аптечка, волк излечен. Изменено 25 января, 2015 пользователем Leo-ranger

[Лакич]

Харчевня

 

- До темноты все вертайтесь. Своим тоже передай. Как темнеет, я закрываю ставни, да дверь - до утра ходу нет и туда, ни сюда. Кто не вернется, останется ночевать на улице. Коли такое случится, к костру, что перед Большим Залом горит идите.

 

Приняв кружку с пивом, Алейра уселась за один из свободных столиков.

- Прямо как в монастыре, - тихонько фыркнула тевинтерка и, отпив немного эля, скривилась. Почему-то даже сама магесса толком не понимала, зачем купила эту гадость. Напиток на вкус был, мягко говоря, не очень, да и пить Алейра не умела.- Кажется, - чародейка тихо хихикнула. - Кого-то сегодня не пустят ночевать.

[Junay]

Харчевня - окраины города

 

Все услышанное от Духа, не умещалось у Рико в голове, и честно говоря, он не знал, что со всем этим делать. Некоторое время он скреб голову, но ничего примечательного так оттуда и не выскреб.

"Ладно, пойду развеюсь, подышу воздухом" - святой брат вспомнил, что так и не выбрался в прошлый раз за город, и теперь твердо намеревался исправить это опущение.

 

Набросив плащ на плечи, он вышел из таверны и направился в сторону леса.

 

(заработок)

 

[Ettra]

Лес

Девушка не услышала ни шагов, ни дыхания за своей спиной. Лишь когда расправилась со шкурой и обернулась, что бы взять из сумки тряпицу и вытереть руки заметила Хекса, мрачно возвышающегося над ней. Мэйс дернулась и отшатнулась назад, въехав спиной в тушу зверя. Вид потрошителя испугал. Кровь, стекающая по подбородку, примятая, прорванная и грязная на груди одежда. Он наверняка с кем-то сражался, может охотился. В голове всплыла картинка и склепа, где потрошитель с животной ловкостью кинулся на крысу, что бы сожрать. Значит он пришел в лес всего лишь, что бы найти еду. Нечего бояться, просто лучше не обращать внимания на кровь испачкавшую лицо и голодный взгляд. 
- Ты в порядке? - Мэйрис обеспокоенно посмотрела на Хекса и встала перед ним, заботливо положив руку на плечо. - У тебя грудь разодрана. У меня есть аптечка, я помогу. Присядь. - Мэйс мягко надавила на его плечо, пытаясь опустить на землю и обернулась, что бы поднять с земли сумку. 

[Perfect Stranger]

Лес

 

- У тебя грудь разодрана. У меня есть аптечка, я помогу. Присядь.

 

Хекс несколько секунд смотрел на нее покрасневшими глазами, ничего не говоря. Когда же она развернулась, чтобы достать аптечку, в лесу внезапно появилась Лиин. Едва заслышав голос эльфийки, бастард понял, что его охота не удалась... по крайней мере, сегодня. Волк, которого она называла Старейшиной, припал к земле и прижал уши к голове, угрожающе рыча на потрошителя, и тот сделал шаг назад. А потом развернулся и прыжками помчался обратно в чащу, по пути отшвырнув зашедшего поискать чего-нибудь полезного Рико. Монах от такого удара отлетел назад и врезался спиной в дерево, но не успел ничего сделать - через три секунды Хекса и след простыл. Впрочем, побежал он не в сторону деревни, а глубже в темный лес.

Ночь приближалась неумолимо, и если жители говорят правду, скоро вернуться в таверну станет невозможно.

 

(урон Рико)

 

Рико получает 16 пунктов урона!

[Элесар]

Окрестности - > Домик Рунвальда

 

Довольная своей находкой Кая направилась обратно к городу - теперь нужно было зайти в домик на окраине, где, по слухам, находился местный травник. Стоило надеяться, что хотя бы он ей вина не предложит, а то ведь девушка может от неожиданности ему бутылкой и голову пробить...

- Добрый вечер. Мне нужен набор алхимика. Не подскажете, что у вас за травы продаются?

 

На продающиеся травы

[Junay]

Лес

 

- Что за богадельня тут творится? - недовольно проворчал Рико. Потирая ушибленную спину, он углубился в лес, когда увидел выходящую из земли жилу какого-то металла.

Пришло время немного помахать киркой. 

 

Но все его труды не принесли никакого результата. Раздосадовано сплюнув, Рико отправился назад в город.  Сегодня в лесу ему было нечего делать.

 

(добыча руды)

Изменено 25 января, 2015 пользователем Junay

[Mad Ness]

Домик Рунвальда

 

Пока все обживались в деревне, Ядвига прогуливалась по ярмарке, где успела немного посплетничать с местными матронами, заглянула одним глазком в Большой Зал, где староста как раз пытался рассудить спорящих о чем-то мужичков. Довелось тетушке построить глазки нескольким рыбакам, шедшим с уловом и весело напевавшим удалую песню про дальние края и женскую верность. Спустя какое-то время, дорога вынесла ведунью к старой избушке, к которой примыкал небольшой крытый палисадничек. Старик Рунвальд нашел в лице тетушки Дурноглаз благодарного и внимательного слушателя и даже угостил ее травяным чаем с медом и капелькой спирту, для пущего согреву.

Беседа текла неспешно, особенно если принять во внимание манеру разговора старого травника. Обсудили времена нынешние и времена минувшие, поцокали языками, опасаясь времен грядущих, вскользь коснулись и высокого искусства алхимии, к коему оба были весьма расположены. Рунвальд показал Ядвиге свою оранжерейку, где было полным-полно трав, некоторые из которых, несмотря на зимний сезон, уже достигли той самой кондиции, в которой пригодны для сбора и использования. Как ему удавалось выращивать все вопреки сезонным циклам, тетушка сказать не смогла бы, видно есть в этих глухих краях какая-то своя, особая древняя магия.

 

Травы в продаже: хрустальная благодать 3 пучка.

Изменено 25 января, 2015 пользователем Mad Ness

[Ettra]

Лес

- О! Привет, Хекс, Мэйрис, не ожидала вас тут увидеть.

-Привет, да. - Мэйс все еще задумчиво смотрела в ту часть леса, где скрылся потрошитель. Чего это он? Он хоть и крепче обычного человека, но бегать в лесу с раной перед наступлением темноты - сумасбродство. - Почему он убежал? Вы что-то не поделили? - Девушка обернулась к эльфийке, все так же задумчиво глядя на нее. Может дело и не в ней, но другого объяснения Мэйрис придумать не могла. - Он ранен, скоро ночь...
Мэйс повесила на плечо сумку, которую все это время держала в руках, и подняла с земли тяжелые шкуры. С такой поклажей идти через лес искать Хекса было глупо. Да и может потрошитель не хочет быть найденным, раз убежал сломя голову.

[Leo-ranger]

Лес

- Почему он убежал? Вы что-то не поделили? - Девушка обернулась к эльфийке, все так же задумчиво глядя на нее. Может дело и не в ней, но другого объяснения Мэйрис придумать не могла. - Он ранен, скоро ночь...

- Неа. Но мне кажется, я помешала вам… или ему,- сказала Лиин, что-то быстро сообщила волку на долийском. Тот успокоился, сел и стал почесывать лапой у себя за ухом.- Сомневаюсь, что тебе стоит оставаться с ним наедине. Когда-нибудь он не совладает с голодом и…- Лиин провела пальцем по горлу.- Ты ведь не собираешься искать его, верно?

[Ettra]

Лес

- Сомневаюсь, что тебе стоит оставаться с ним наедине. Когда-нибудь он не совладает с голодом и…- Лиин провела пальцем по горлу.- Ты ведь не собираешься искать его, верно?

- Нет, он справляется. Я не боюсь, Лиин. - с нажимом ответила Мэйрис. - Я хочу искать, но все равно не найду. Я надеюсь он вернется в город. Этот лес странный, тебе не кажется?

[Perfect Stranger]

Лес

 

Он бежал долго, так долго, сколько мог - капая кровью из ран на пожухшую траву, почерневшие листья и толстый слой хвои, покрывавший землю. Ветви низких кустарников и деревьев цеплялись за одежду, но он не останавливался, пока в груди не начало жечь огнем, а запах, сводящий с ума, не остался далеко позади. Становилось все темнее, высокие кроны деревьев - все гуще, пока неба стало почти совсем не видать. Когда он остановился и огляделся, морок в голове почти совсем рассеялся. Тяжело опустившись на землю у толстого дуба, Хекс замер и опустил голову, сжав виски руками.

"Крови".

Он помотал головой, пытаясь приглушить вой Зверя, но он требовал свое, и будет продолжать, пока этого не получит. Вцепившись пальцами в землю, бастард задрожал.

"Крови!"

- Хватит! - закричал он, и от этого отчаянного крика с ветвей дуба сорвалась стая лесных птиц. Пугливо вереща, они рванулись ввысь, подальше от этого места, чувствуя, что присутствие высшего хищника может угрожать их коротким жизням. Возвращаться назад было нельзя. Дрожащими руками он попытался открутить крышку фляги и допить оставшийся самогон, но половина пролилась мимо и впиталась в землю. Выронив пустую флягу, Хекс тяжело сглотнул, чувствуя во рту еще свежий привкус галлы. Нужно было уйти как можно дальше. Подальше от Мэйрис. Только бы она не решила пойти следом... Через несколько минут он встал и, пошатываясь, направился куда глаза глядят. Лес был полон опасностей, но он же мог и укрыть его от мира, для которого потрошитель всегда будет опасным. И чужим.

[Лакич]

Харчевня -> Лес

 

"Они замерзнут"

Алейра недовольно поежилась на стуле, услышав голос пробудившейся совести.

"Пусть мерзнут, нам то тепло", - недовольно ответила темная сторона характера магессы, отчего тевинтерка недовольно поджала губы и отпила из кружки. Для полноты картины не хватало только двух маленьких рыжеволосых чародеек, сидящих на плечах настоящей, и, по закону жанра, разодетые в мантии разного цвета.

"Ходя да, пусть мерзнут", - вдруг сказала совесть, отчего реальная Алейра лишь философски пожала плечами.

- Действительно, - со стороны это все выглядело, естественно, очень и очень странно. - Но что ты за совесть такая? - Алейра фыркнула, встала из-за стола и, прихватив еще недопитую кружку с пивом, поспешила наружу.

"Так нечестно!", - вскрикнула злая сторона характера, - "Ты хотя бы денег поищи, что ли"

 

Флавий почему-то была уверена на сто процентов, что нерадивые собраться по несчастью сейчас сидели в лесу, искали неприятности на одно место, и, о чудо, она оказалась права. После пары минут ходьбы, завидев Мэйрис, Рико и Лиин, Алейра помахала им рукой, мол, подходите.

- Эй вы, - недовольно крикнула магистресса. - В таверну, бегом! - остановившись, чтобы перевести дыхание, Алейра случайно заметила что-то блестящее в небольшом кустике неподалеку.

 

На заработок

[Leo-ranger]

Лес

- Страх и осторожность - это разное, не путай,- она покачала головой. Волк вдруг встал, незаметно подошел к Мэйрис и лизнул ей руку. Старый, матерый волк как никто другой понимал, насколько легко прервать чужую жизнь и насколько опасны хищники типа него самого или Хекса.- Думаю, он достаточно разумен, чтобы вернуться в город. А там разберешься с его раной. Надеюсь, ты будешь достаточно умна, чтобы…- Лиин прервала мысль, посмотрела на Мэйрис и ехидно улыбнулась.- Стой, я, кажется, поняла…

[Perfect Stranger]

Лес

 

Блестящее оказалось всего лишь куском камня, отражающим в своей поверхности, как в зеркале, вечерние лучи солнца. А вот сидящий в засаде фенек вовсе не считал, что Алейра имеет право шарить в опасной близости от его норы. Как только ее рука оказалась на расстоянии укуса, зверек бросился вперед и вцепился в нее, что есть силы, протыкая кожу острыми, как иглы, зубами, и угрожающе рыча.

 

(урон)

 

Алейра получает урон 28 пунктов!

[Mad Ness]

Домик Рунвальда

 

- Добрый вечер. Мне нужен набор алхимика. Не подскажете, что у вас за травы продаются?

 

Рунвальд как раз показался в передней, в сопровождении тетушки Дурноглаз.
- Какие люди, где бы еще встретились, - всплеснула руками ведунья, подходя к Кае и чмокая ее в щеку. - Маэстро Рунвальд, позвольте вам представить, - надрывала голос Ядвига, чтобы старичок ее слышал, - молодое дарование в Высоком Искусстве, Каю из... издалека, в общем, - Тетушка рассмеялась.
- Оч-чень ра-а-ад. - Протянул травник, попытавшись изобразить поклон, но при его согбенности это было практически невозможно, даже просто стоя, он мел бородой земляной пол своей избушки. - За инструментарием пожаловала, деточка? Сейчас все бу-удет... - Он скрылся за занавесочкой, отделявшей импровизированный склад от передней.

- Травы ищешь? - Спросила ведунья у девушки. - В оранжерее Рунвальда как раз эмбриум один подоспел, спроси, может продаст.

[Junay]

Грейвен - харчевня

 

Городишко был гнилой. Гнилой - во всех смыслах. Если Нордботтен ему казался жестоким, из-за климата и каменных домов. то Грейвен был просто гнилым.  Гнилым и грязным, как вечная слякоть под ногами, и отвратительный мокрый снег, падающий сверху. Даже небо - сумрачное, с низкими свинцовыми тучами, казалось гнилым. 

Интересно, местный народец, такой же гнилой, как  и их городишко?

 

Некоторое время Рико раздумывал, куда бы податься. К вечеру ему все больше хотелось есть, да и мерзкий холод давал о себе знать.

"Перекушу и пойду на вечернее богослужение в Часовню". - решил он, круто поворачивая к таверне.

Зайдя в помещение, он обтрусил с сапог липкий снег и бросил трактирщику монету:

- Дичь на углях и пиво.

 

(-15 серебряков)

[Элесар]

Домик Рунвальда

 

- Ядвига! -  только и ответила на приветствие девушка, приложила ладонь к щеке и широко улыбнулась: ведунью она всегда была рада видеть, пусть та за время перехода и была довольно мрачна. - Я... вы меня смущаете.

Кая потупила взгляд в ответ на приветствие травника и, пока тот ходил за инструментами, молчала. Щёки магессы снова налились румянцем, пусть и не таким ярким, как в первый раз, когда она услышала похвалу от ривейни.

- Эмбриум? - наконец отозвалась сегеронка, задумчиво посмотрела на занавеску, мотнула головой и выложила 10 серебряков за алхимический набор. - Нет, эмбриум мне не нужен. Я... мне... - Кая повысила голос, чтобы её услышал старик. - Можно воспользоваться вашим очагом?! - островитянка посмотрела на Ядвигу, в глазах блеснули весёлые искорки и она добавила уже тише. - У меня есть небольшая идейка, хотелось бы её испробовать не в котелке, в таверне, а здесь.