Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Лакич]

Пещера 

 

- Ты топаешь так, будто мимо проходит стая бронто, тевинтерка,- усмехнулась она и оглядела Алейру.- Боги, что это с тобой?

 

В полумраке пещеры, освещаемой парочкой виспов, Алейра, испачканная во внутренности крысы, выглядела особенно дико. Резко повернувшись и одаряя эльфийку безумным взглядом, магистресса не менее безумно улыбнулась.

- Спускайся сюда, остроухая. Разве ты не чувствуешь аромат приключений в воздухе? Нам еще нужно найти череп Фифи! - обернувшись обратно, женщина продолжила идти дальше во тьму, то и делая, что злобно хихикая. Может крыса бешеная была?

[Perfect Stranger]

Таверна "Серый Крест"

 

-Комнату и суп, пожа-а-алуста, - зевнула девушка.

 

- САША! - заорал трактирщик так, что Мэй едва не подпрыгнула от неожиданности.

- Минуту! - отозвался заспанный и усталый голос, и с кухни донесся грохот. Видимо, кто-то перевернул кастрюлю, а то и две.

- И побыстрее! - мужчина повернулся к девушке и взял деньги, делая вид, будто ничего не произошло. - Через буквально минуточку все будет, монна. Не обращайте внимания на шум, с утра тут всегда завал. Кстати, это правда, что тут болтал один монах про варгеста? Клянусь портками Андрасте, я бы в это не поверил, даже если бы сам увидел его голову. Походит на одну из этих сказочек, которые местные крестьянки рассказывают своей ребятне, чтобы не разбегалась далеко от дома.

Он протянул Мэйрис ключ, а через пять минут подоспел нагруженный и вспотевший паренек, выгрузив с подноса перед девушкой тарелку с дымящейся похлебкой.

 

Пещера

 

Найдя свой посох, дело оставалось за малым - обследовать пещеру.

 

Пещера оказалась больше, чем они представляли - снаружи ход казался маленьким, но нора уходила глубже и дальше под землю, постепенно расширяясь. Внизу, в небольшом гроте, и расположилось гнездо варгеста - ныне пустовавшее. Воняло тут зверски, так, что приходилось зажимать нос, иначе стошнило бы. Под ноги постоянно попадался какой-то мусор, то кости, то камни, то какие-то странные куски шкур. Темно было, хоть глаз выколи, но Алейра зажгла на навершии посоха небольшой осветительный огонек.

В гроте, в тусклом свете магического фонарика, они увидели кое-как натасканные ветки, обрывки одежды, явно принадлежащей когда-то людям, даже пару сельскохозяйственных инструментов вроде лопат и мотыг. Похоже, коровы были далеко не единственным, чем питалась самка варгеста и ее детеныши. У дальнего свода пещеры был небольшой каменный завал, который выглядел подозрительно - образоваться сам он никак не мог, кто-то явно навалил камни на это место специально.

Споткнувшись о что-то большое, Алейра ойкнула и едва удержала равновесие. Опустив глаза, она встретилась взглядом с потускневшим карим глазом коровы. Точнее, ее головы, отделенной от туловища. Белая шкурка, ленточка с колокольчиком на шее... Кажется, они нашли Фифи.

[Ettra]

Таверна "Серый Крест"

- Через буквально минуточку все будет, монна. Не обращайте внимания на шум, с утра тут всегда завал. Кстати, это правда, что тут болтал один монах про варгеста?

-Нет, все правда, - вздохнула Мэйс и печально посмотрела на трактирщика. Вот опять напоминают об этой битве. Не нарочно, его нечего винить, но все равно неприятно. - Мы видели ее, еле ноги унесли. Наверное сейчас уже ушела. Она коров фермерских ела, хорошо, что мы спугнули.

-Ух, суп! Спасибо, мессир. - Увидев еду, Мэйрис тут же откинула грустные мысли о собственном следопытском провале, потерла руки и с несвойственным себе аппетитом принялась за горячую похлебку. 

[Leo-ranger]

Пещера

- Фермер будет не рад,- мрачно сказала эльфийка, оглядывая труп коровы. Это значит, что и денег им, скорее всего, не видать.- Что будем делать? Отнесем фермеру колокольчик?

[Junay]

Часовня - Таверна "Серый крест"

 

Когда он вышел из Часовни, солнце стояло уже высоко, хотя лавки все еще были закрыты. Послеповато щурясь на блеклое зимнее солнце, Рико отправился в таверну.

Усевшись за отдаленный столик, он вытащил из сумки огрызок грифеля и  мятый лист бумаги и стал коряво писать  на нем будущие затраты на кузнечное дело. Обучение - 1 золотой, а еще нужно покупать кирку, и ловушки, что бы кожу добыть... На все денег просто не хватит. 

Некоторое время он мрачно раздумывал, что делать, но потом вздохнул и решил:

"Даст Создатель день, даст Создатель пищу".

Вытащив молитвенник, он погрузился в чтение, бурча под нос молитвы.

[Лакич]

Пещера

 

- Что будем делать? Отнесем фермеру колокольчик?

 

Алейра, завидев голову Фифи, присвистнула.

- Да ты смердишь, - фыркнула магистресса, зажимая нос. - Да, остроухая, ты права, - еще раз ненормально хихикнув, магесса склонила голову на бок и внимательно посмотрела на завал. Может через этот ход сбежал варгес? А что если... - Отойди, - зашипела магесса, резко выхватывая с головы Фифи колокольчик и отправляя в завал волшебную стрелу. Конечно, это не особо поможет, но вдруг? 

 

+ Колокольчик Фифи

[Perfect Stranger]

Пещера

 

Камни вспыхнули бледно-голубоватым светом, а затем медленно, печально осыпались по одному на пол. Из-под завала проглядывал краешек чего-то металлического. Подойдя поближе и руками расчистив остальные камни поменьше, Алейра обнаружила небольшой сундук. Похоже, кто-то спрятал его здесь - причем не так уж и давно. На полу виднелись царапины, когда кто-то тащил сундук в угол... Большой, тяжелый, в одиночку унести трудно, видать, человек этот был силен, как бык.

Осмотрев замок, Алейра пришла к выводу, что вскрыть его будет проблематично, если вообще возможно. На медной крышке было изображено солнце, не похожее на обычный знак Создателя - у него были прямые, расширяющиеся лучи.

[Лакич]

Пещера

 

Гордо нахохлившись, Алейра окинула эльфийку унизительным взглядом, мол, вот так это делают магистры.

- Ха, это было легко, не находишь? - Флавий хрустнула костяшками и поправила изрядно порванные перчатки. - Думаю, нам нужен ключ из потрохов курицы, - обернувшись к эльфийке, женщина проговорила. - Но и оставлять его здесь, одного, мне не нравится. Что делать будем, остроухая?

Изменено 19 января, 2015 пользователем Лакич

[Leo-ranger]

Пещера

- Да, мне тоже,- она посмотрела на магессу и прищурилась.- Ты же маг, да? Я слышала, что даже послушники могут использовать заклятие телекинеза. Так просто заставь сундук камнями, в чем проблема?

[Лакич]

Пещера -> Норботтен

 

- Ты же маг, да? Я слышала, что даже послушники могут использовать заклятие телекинеза. Так просто заставь сундук камнями, в чем проблема?

 

Магистресса одарила Лиин таким взглядом, что, казалось, сердце бедной эльфийки сейчас разорвется на части. Ведь надавила же на больную мозоль, остроухая.

- Думаешь, это так легко?! - зашипела магесса, нахмурившись. - Хорошо, - Алейра фыркнула, а валун, стоявший неподалеку, засветился голубоватым сиянием и спустя пару секунд, то падая с оглушительным грохотом, то снова подымаясь над землей, вплотную прижался к сундуку. - Все, пошли, - устало вздохнула Алейра, смахивая капельку пота с лба. Развернувшись, чародейка пошла проч от этого места.

Изменено 19 января, 2015 пользователем Лакич

[Leo-ranger]

Пещера => Нордботтен

Лиин наблюдала за действиями Алейры абсолютно серьезно, хотя мысленно она хохотала над магичкой-неумехой. Когда она, наконец-то, закончила мучать бедный валун, Лиинда направилась следом за тевинтерской магистрессой.

[Kykuy]

Таверна "Серый Крест". Отыгрыш за вчера.

 

Освальд, несмотря на все невзгоды и несчастья, и на только что проигранные двадцать серебра был вполне в неплохом настроении. Единственное беспокойство ему доставляла усилившаяся в последнее время Песнь, однако он справедливо списал это на усталость и нервные потрясения...

Сложив вещи и сняв доспехи, храмовник намереваясь отдохнуть лёг на кровать, и заснул. Видений не было, зато был сон. Обычный сон, который он уже видел...

 

Сон Освальда

Вал-Руайо. Белый Шпиль, помещения храмовников. Тринадцать лет назад.

 

Аудитория. Рыцарь-капитан, чинно расхаживающий взад-вперёд и что-то рассказывающий. Три ровных ряда стульев со столами. И тридцать рекрутов за ними сидящих, которые совсем недавно перестали быть безусыми юнцами... Освальд сидит почти посередине второго ряда, стараясь уложить непослушную чёлку тогда ещё светло-коричневых волос. Слева от него, прикрываясь другим сидящим впереди рекрутом полу-слушает полу-дремлет, закинув одну ногу на другую черноволосый юноша с красивыми и чёткими чертам лица, явно дворянин по происхождению - его друг. Освальд часто спрашивал себя, почему он вообще до сих пор знается  с Мюриэлем, этим остолопом, которого едва не выгнали из Ордена уже несколько раз за плохую дисциплину и неповиновение...

 

" ... С сегодняшнего дня ваше обучение начинается по-настоящему. Все вы уже прошли первые шаги, изучив основные принципы и догматы Храмовников ,  обучились концентрировать свою волю , закончили начальные тренировки по владению оружием... ", - храмовник-инструктор продолжал свою речь, не забывая время от времени награждать особо "усердных" учеников особо колким взглядом.

 

- Как же это скучно... мы и так уже всё это знаем десять раз, - Мюриэль соизволил открыть один глаз и покосился им на Освальда, - Неужели тебе это всё действительно интересно, а, Освальд?
- Э... Что?, - Освальд с непониманием уставился на друга, не в силах слушать и учителя, и его одновременно
- Скучно, говорю!, - негромко прошептал Мюриэль, - Когда уже начнутся настоящие занятия?
- Э-э... но ведь даже такие занятия развивают внимание и укрепляют дисциплину, разве это плохо? Ведь повторение - мать учения..., - возразил Освальд, однако в его словах не было особой уверенности. Как и связности.

 

Ответом ему было лишь фырканье и возобновившееся сопение.

 

" ... Всё это было лишь подготовкой. С завтрашнего дня вы будете находится под непосредственным контролем уже не меня, а рыцаря-командора. Вы изучили основные принципы магии и научились противостоять или даже развеивать простейшие магические воздействия. Во время дальнейшего обучения вы наконец закончите готовиться к тому, чтобы начать исполнять истинную цель нашего Ордена - защищать простых людей от плохой магии и опасных созданий из Тени - демонов, одержимых, и прочих исчадий и станете настоящими храмовниками, а не какими-то там рекрутами. Также с завтрашнего дня вы начинаете тренировки не с учебным, но с настоящим боевым оружием и... "

Когда прозвучали последние слова, Мюриэль тут же встрепенулся, и стал слушать с широко открытыми глазами и ушами, внимая каждому слову.

 

" ... Вы узнаете ещё больше о магии, в том числе и демонической, о способах противостояния ей. Подобно губке вы впитаете знания, чтобы затем показать их и доказать, что вы достойны. Вы принесёте обеты служения Ордену и Создателю, а затем будет проверка всех ваших способностей - Истязания... ", - Капитан обвёл взглядом рекрутов, остановившись взглядом на Мюриэле, который вновь задремал, но забыл спрятаться за сидящим спереди.

- Ау! Он смотрит на тебя, дурень!, - Освальд пихнул друга в бок, заставив того непонимающим взглядом оглядеться вокруг.

" .... Полагаю, на сегодня теоретические занятия закончены. У вас есть три часа на дневную молитву, обед и отдых перед последней тренировкой с учебным оружием. Свободны! ", - храмовник вышёл из аудитории, а за ним и рекруты, включая Освальда и Мюриэля. Кто-то шёл в часовню молиться, кто-то в столовую, а кто-то предпочёл просто отдохнуть.
Освальд и Мюриэль же сейчас шли на молитву.

 

- Мюриэль, ты какой-то странно нервный и рассеянный в последнее время..., - осторожно начал разговор Освальд. Кажется, он догадывался о причине...
- Что?... С чего ты..., - его друг остановился, направив на него непонимающий взор
- Ты..., - Освальд едва заметно улыбнулся, - Ты волнуешься за Бастилу? Боишься, что она не пройдёт Истязания, превратится в одержимую и ты никогда её больше не увидишь?, - лицо Мюриэля сначала побледнело, а затем резко покраснело, - Не отпирайся... Я всё видел позавчера ночью, когда вышел по нужде. Вы были... вы так увлечённо целовались, что даже не заметили меня, хотя я шёл совсем рядом и громко зевал! Я вас, кстати, тоже не сразу заметил...
- Ты же... никому не расскажешь?, - перебил его Мюриэль. Его лицо было серьёзным и вновь бледным, как полотно.
- Нет..., - лицо Освальда тоже резко посерьёзнело, - Но я понятия не имею, как вам удаётся сохранять это в тайне. Нет, не скажу..., - он прервался, увидев как его друг вдруг резко заулыбался и пошёл в обратную от часовни сторону, к комнатам рекрутов.
- Увидимся сегодня на занятиях с оружием!, - лишь сказал ему на прощание Мюриэль, помахав рукой.

Освальд лишь устало вздохнул и пошёл дальше. В тот вечер он лёг спать с парой новых синяков на теле. Парой десятков синяков...

Мюриэль, определённо, вполне заслуженно носил звание лучшего фехтовальщика в их группе.

 

Таверна "Серый Крест". Сегодня

 

Освальд проснулся намного позже обычного - был уже почти полдень. Кажется, всё-таки он вымотался гораздо сильнее чем хотел признать. А ещё и этот сон... Он его уже видел. В ночь перед тем, как ему пришлось убить его лучшего друга и ещё одного брата по Ордену, которые попали под контроль демона Желания...

" Странно... Это какой-то знак Создателя, который я не могу распознать, или просто совпадение? ", - думал храмовник, натягивая изрядно переломанные доспехи и надевая сапоги. Так и не придя к никакому выводу, он решил, что утолить голод и продлить комнату - гораздо важнее, и спустился вниз.

- Трактирщик... Доброе утро. Комнату продлеваю, да поесть бы чего-нибудь, - хмуро сказал Освальд, выкладывая на стол 40 серебра.

 

Освальд - минус 40 серебра. Голод побеждён, не бомж.

Изменено 19 января, 2015 пользователем Kykuy

[Элесар]

Озеро - > Нордботтен

 

- Эй, стойте! - крикнула вслед эльфийке и магистрессе Кая, когда увидела, как они отходят от пещеры. Вслед за криком её тут же сотряс кашель: похоже простуда не просто не собиралась отступать, но только усиливалась. Нетвёрдым шагом островитянка подошла к девушкам, кутая правую руку, покрытую ожогами, в плаще. Одной идти до города ей почему-то казалось не лучшей идеей. - Нашли что-нибудь в пещере? 

[Leo-ranger]

Озеро => Нордботтен

Лиин посмотрела на Алейру и сделала шаг назад, позволяя ей говорить. Как никак, ведь именно магистр нашла сундук, а, значит, ей и решать, рассказывать про него или нет.

[Лакич]

Озеро -> Нордбботен

 

- Нашли что-нибудь в пещере?

 

Алейра не смогла не сдержать улыбку.

- Какая встреча, - хмыкнула чародейка, кивком приветствуя магессу. - Да, нашли, - Алейра демонстративно зевнула и продолжила идти, якобы делая вид, что ничего интересного они не обнаружили. - Труп коровы, - женщина достала из внутреннего кармана колокольчик Фифи и помахала им. - И сундук. Увы, закрытый, но, надеюсь, что ключик мы найдем в доме старика Орандо, - чародейка замолчала, все продолжая идти в сторону ворот города. - А ты? 

[Элесар]

Озеро - > Нордботтен

 

Кая проследила за движениями Алейры и не смогла удержаться от комментария:

- Отлично. Колокольчик оставишь себе? - очередной приступ кашля заставил островитянку сбавить обороты по сравнению магистрессы с крупным, рогатым скотом. Непривычно опираясь на посох левой рукой, сегерока пошла вместе с эльфийкой и тевинтеркой к городу. - Только свой посох. Отчего такая уверенность, что именно тот ключик спрятали в курицу?

[Лакич]

Нордботтен -> Таверна

 

- Отлично. Колокольчик оставишь себе? - очередной приступ кашля заставил островитянку сбавить обороты по сравнению магистрессы с крупным, рогатым скотом. Непривычно опираясь на посох левой рукой, сегерока пошла вместе с эльфийкой и тевинтеркой к городу. - Только свой посох. Отчего такая уверенность, что именно тот ключик спрятали в курицу?

 

- Вообще-то, - возразила магистресса. - Я хотела подарить его тебе, но решила сначала найти для него красивую коробочку или что-нибудь подобное, - парировала чародейка, переступая очередной камешек. - Уверенность? С чего ты взяла, что это уверенность? В городе, поди, тысячи, если не десятки тысяч потерянных ключей. Поэтому нет, это не уверенность, скорее - простая надежда. Ведь надежда порой это единственное, что нам дано, - достаточно философски закончила Алейра, подходя к таверне. 

[Элесар]

Нордботтен -> Таверна

 

- Могла бы просто обвязать ленточкой, я бы всё поняла, - усмехнулась девушка, на этот раз сдерживая очередной приступ кашля и переступила порог таверны. - Надежда, это хорошо. А после того, как разберёмся с курицами - нужно отнести одну посылку старухе-отшельнице, за награду. Одна я вряд ли потяну дорогу, а деньги явно лишними не будут.

[Лакич]

Таверна "Серый крест"

 

...Одна я вряд ли потяну дорогу, а деньги явно лишними не будут.

 

- Не стоит так нагло врать, Кая, - сказала Алейра, присаживаясь за свободный столик (а свободных столиков в этот время суток было хоть отбавляй). - Тебе просто будет скучно идти невесть куда одной, я же права? - чародейка украдкой улыбнулась, взмахом руки приглашая спутниц присесть к ней.

Изменено 19 января, 2015 пользователем Лакич

[Элесар]

Таверна "Серый Крест"

 

- Не стоит так нагло врать, Кая, - скала Алейра, присаживаясь за свободный столик (а свободных столиков в этот время суток было хоть отбавляй). - Тебе просто будет скучно идти невесть куда одной, я же права? - чародейка украдкой улыбнулась, взмахом руки приглашая спутниц присесть к ней.

 

- Точно, боюсь расплакаться по дороге от одиночества. А уж если твоего лица не увижу, - закатила глаза девушка, но приглашением воспользовалась, присаживаясь за тот же стол. Кая стянула плащ, наконец обнажая ожоги на руке и поморщилась, то ли от боли, то ли от вида этих ранок. - К сожалению, не вру. Сбор трав оказался слишком опасной затеей.

[Лакич]

Таверна "Серый крест"

- Точно, боюсь расплакаться по дороге от одиночества. А уж если твоего лица не увижу, - закатила глаза девушка, но приглашением воспользовалась, присаживаясь за тот же стол. Кая стянула плащ, наконец обнажая ожоги на руке и поморщилась, то ли от боли, то ли от вида этих ранок. - К сожалению, не вру. Сбор трав оказался слишком опасной затеей.

 

- Что, белокопытник дал сдачу, когда ты решила срезать его с корнем? Бывает, наверное, - ухмыльнулась свою остроумию Алейра. - Ох, поверь. Уж если я своего лица не увижу, то точно расплачусь от горя. Говорю тебе как человек, страдающий от нарциссизма, - чародейка фыркнула, немного замявшись. Что-то уж слишком давно она не разговаривала с людьми просто так, а теперь, когда вокруг столько новых "товарищей", невольно теряешься. - Итак... О чем ты хочешь поговорить? Не думаю, что о темной магии или каких-нибудь скучных теориях. Думаю, лучшие пытки этого года тоже стоит вычеркнуть из списка доступных тем. Хм, - Алейра устало потерла переносицу. - Расскажи о себе. В прошлый раз вышло немного... не очень продуктивно.

[Leo-ranger]

Таверна

Лиин присела рядом с магессами, пока решив помолчать и просто послушать, о чем говорят её новые "подруги".

[Элесар]

Таверна

 

- Да, какая-то зверуха с копытами тоже меня чуть не затоптала, - рассеянно пробормотала Кая, заматывая покрытую волдырями руку тканью. Пока не найдёт чем вылечить - хотя бы будет не так больно... наверное. Закончив манипуляции, сегеронка посмотрела на Алейру и удивлённо подняла бровь. - Ооо, бедная, не плачь, иначе мне придётся тебя обнимать и утешать, того и гляди до смерти затискаю.

Рассказывать мне о себе особо нечего - жила я на Сегероне, в племени Воинов Тумана, была... как ты там говорила? Историком. Можно и так меня назвать было. Потом всё племя вырезали и мне ничего не оставалось, как перебраться сюда и искать деньги. А вот что забыла магистресса в этом богом забытом месте мне очень интересно. Оказалась слишком милой для Минратоса?

[Лакич]

Таверна

 

Рассказывать мне о себе особо нечего - жила я на Сегероне, в племени Воинов Тумана, была... как ты там говорила? Историком. Можно и так меня назвать было. Потом всё племя вырезали и мне ничего не оставалось, как перебраться сюда и искать деньги. А вот что забыла магистресса в этом богом забытом месте мне очень интересно. Оказалась слишком милой для Минратоса?

 

- О, это, уверена, очень интересная история, которую, о чудо, я умудрюсь сделать невыносимо скучной, - Алейра прищурилась, прикидывая, как бы рассказать причину своего прибывание здесь, в заднице мира, а не в родном Минратосе и желательно остаться после этого живой. - Считаю, что это была череда роковых неудач: крушение корабля с товарами, предназначенные для торговли и нужд моего дома, из-за чего я, признаться, немного в долгах - отчасти это даже правда. К тому же, последнее время у меня с семьей немного натянутые отношения, - чародейка утвердительно закачала головой. - Да, считай, что я слишком мила для Минратоса. К тому же, умереть от объятий сегеронки - не такая уж плохая смерть, - Алейра прикусила губу, раздумывая, чтобы еще добавить. - И конечно, пятьдесят золотых достаточно большая сумма даже для магистра. А дух приключений так манит!

[Элесар]

Таверна

 

- Тогда договорились, если понадобится я тебя умертвлю именно таким способом, - пообещала Кая и по голосу вряд ли можно было понять, шутит она или говорит серьёзно. Выслушав магистрессу, островитянка понимающе покивала и на пару мгновений задумалась. - Значит, у каждого свои проблемы: даже у столь милых меценаток, историков и прочая и прочая...

Девушка некоторое время отбивала пальцами левой руки какой-то замысловатый ритм, после чего мотнула головой, точно отходя от транса.

- Я уверена, что за закон, который признал Воинов на Сегероне нелюдями, требующими уничтожения, ты бы проголосовала всеми руками, коли принимался он при тебе. Но я рада, что на дело ты идёшь с нами, Алейра. Магистры - заноза в мягком месте и приятно для разнообразия знать, что эта заноза будет мешать врагам.