Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Shunt]

Тоннель

 

- Ладно, - Лорус поплевал на руки и пошел к первому, самому симпатичному из камней. - Ну-кась, малыш, сейчас я тебя отнесу на новое место... Тяжелый какой, чуть из рук не выскользнул, а! - вздохнул потрошитель, устраивая камень на положенное ему местечко. 

 

Успех!

Изменено 18 июня, 2015 пользователем Aloija

[FromDarkTime]

Тоннель

 

-Не мешай, Бодарт, пожалуйста!

 

Голова гудела, а руки не слушались. "да со мной все в порядке, оклемаюсь, успокойся" хотел сказать Бодарт, однако вместо задуманных слов изо рта вывалилось невнятное бормотание. Потом стало еще больнее, чем было до того, а затем приятное тепло.

- Ты меня лечить или убить пыталась? - буркнул гном, потирая место ранения. - Это..ну..спасибо. Обеим.

 

- Заваливаем, так заваливаем. Кто у нас достаточно сильный, что бы камни ворочать? - Дэйган взглянул на Лоруса.

 

- Я могу...только перекурить надо. Поцелуй меня в зад Создатель, вот это меня припечатали, - покачал головой Бодарт.

[Spectre]

Тоннель

- Ладно, и я попробую внести вклад в общее дело заваливания этого тоннеля, - сказала Лилиан, осматривая землю в поисках подходящего камня, - ах вот и он, довольно подходящий камень.

- Черт, во имя Создателя, не надо было мне тогда всей силой насиловать труп твари, - крикнула от боли Лилиан, - мало того, что упала, так еще и на этот чертов камень, ведь мне обязательно нужно было выбрать самый острый!

Изменено 18 июня, 2015 пользователем Spectre

[Ettra]

Тоннель

 

- А ты... ты молодец, - добавила Шен тихо, глядя на Римата

 

- Да это я... от страха, - улыбнулся Римат и запустил руку в волосы. Выглядел он несколько смущенно, но совершенно не напугано. - Так что с дыркой делать? Если уж Яген идти не хочет, то дело - страх. 

- Если завалим, то хуже не будет, - ответила Тавила, внимательно оглядев проход. - Сможем крепко заделать. Демон знает, что там, да и порождения ниже, по словам Стража. И если Матка, то я не хотела бы с ней встретиться. Лорус, справишься, а то камни больше меня?

 

Осталось 8 камней!

 

Где-то внизу (Альхедриус)

Борясь с чувством голода, Альхедриус слепо бродил по тоннелю, совершенно забыв о сухарях и вяленом мясе, что бережно завернутые в бумагу, лежали в сумке за спиной. Он топал по тоннелю вперед и вперед, а гулкие шаги эхом разлетались на сотни миль вперед. Медленно но верно, он приближался к источнику света. После нескольких часов темноты оранжевое свечение резануло по глазам, а когда, наконец, темные пятна и цветные круги пропали, Альх увидел впереди то, что хотел бы увидеть меньше всего - небольшое укрепление порождений. 
Мысленно помолившись Создателю, он маленькими шажками стал отступать назад, надеясь что порождения не услышат и не заметят заплутавшего магистра. Шаг, еще один...
Словно кара за все его деяния, под ботинок попал камушек. Маленький, он бы даже не заметил его раньше, но сейчас этот камушек был тем, что могло убить магистра. Он вылетел из под ботинка и с глухим стуком покатился по полу.

Звук, отражаясь от стен, достиг ушей тварей впереди. Они вскинули головы и посмотрели на эльфа мерзкими желтыми глазами. С гарканием и булькающими звуками, они выскочили из своих укрытий и побежали к магу. 
 

 

АЛЬХЕДРИУС ВСТРЕЧАЕТ ОБЫЧНЫХ ВРАГОВ - ГАРЛОКОВ (7) И ГЕНЛОКОВ (3)

 

Гарлоки (7):

 

Характеристики:

Здоровье: 100
Физический урон: 15
Защита: 0

 

 

Генлоки (3):
 

Характеристики:

Здоровье: 150
Физический урон: 15
Защита: 2

ИНИЦИАТИВА!

 

Изменено 18 июня, 2015 пользователем Aloija

[Leo-ranger]

Тоннель

"Мерзкие, отвратные чудовища!"- мысленно воскликнул Франциск и тут же улыбнулся.- "Пожалуй, так и напишу,"- он не удержал улыбки. Увидев, что остальные бодро таскают камни, Фран недолго думая присоединился к ним, нашел достаточно увесистый камень и потащил его к остальным.
 

- 10 ХП

Изменено 18 июня, 2015 пользователем Aloija

[Shunt]

Тоннель

 

- Так, второй камень. - Лорус пошел к следующему булыжнику. - Ну что, родной, будешь так же смирно лежать? Будешь, куда денешься! - второй камень отправился лежать рядом с первым.

Изменено 18 июня, 2015 пользователем Гервальд из Рыбнии

[Лакич]

Тоннель

 

- Ты меня лечить или убить пыталась? - буркнул гном, потирая место ранения. - Это..ну..спасибо. Обеим.

 

- Второе, конечно же, как ярого мясоеда, в качестве мести за жаренного нага, - улыбнувшись, ответила ему целительница, - не за что, Бодарт, я рада была помочь, - девушка устало вздохнула, посматривая на остальных - кажется, они хотели завались проход, правильно, мало ли, что там еще будет.

- Говорят, что в Орлесиаской армии служил такой бугай, что он, когда его отряд занял крепость, собственноручно отправлял валуны в полет - смешно, да?

[Ettra]

Тоннель

 

- Да, так мы долго провозимся. Подсоблю, что-ли. Рим, или как там тебя, брысь! - сказала Тавила, отталкивая паренька, который все еще разглядывал порождений. Встал тут, на проходе, понимаешь.
- Вы так и собираетесь тут камни перебирать? - возмутился Ионир, постукивая посохом по стене. 

- О, Предки, дайте мне силы... 
Тавила поднатужилась и взяла каменюку, подтолкнув коленкой, чтобы получше ухватить. Как бы вместе с ним не покатиться. А потом пойдет второй, третий...

 

7 камней сразу (+1 от силы)!

- 40 ХП!
Осталось 4 камня!

Изменено 18 июня, 2015 пользователем Aloija

[Shunt]

Тоннель

 

- Оп, давай-давай, доминируй, унижай! - с этими словами потрошитель решительно взялся за остальные камни

 

[Spectre]

Тоннели

- Его звали Гесерон "Гномий камень", шевалье из Монтсимара, - сказала Лилиан, все еще вставая с земли, - он был и вправду похож на гнома, а сила была как у десятерых Совершенных, да и про камни не соврали, он метал конечно не валуны, но тяжелые камни, которые солдаты лишь втроем поднимали.

[FromDarkTime]

Тоннель

 

Бодарт, чуть оклемавшись решил внести свою лепту  и гордо поставил последний камень в завал.

 

 

[Supreme Overlord Malekith]

Тропы

 

Борясь с чувством голода, Альхедриус слепо бродил по тоннелю, совершенно забыв о сухарях и вяленом мясе, что бережно завернутые в бумагу, лежали в сумке за спиной. Он топал по тоннелю вперед и вперед, а гулкие шаги эхом разлетались на сотни миль вперед. Медленно но верно, он приближался к источнику света. После нескольких часов темноты оранжевое свечение резануло по глазам, а когда, наконец, темные пятна и цветные круги пропали, Альх увидел впереди то, что хотел бы увидеть меньше всего - небольшое укрепление порождений.
Мысленно помолившись Эльгархану и Творцам, он маленькими шажками стал отступать назад, надеясь что порождения не услышат и не заметят заплутавшего магистра. Шаг, еще один...
Словно кара за все его деяния, под ботинок попал камушек. Маленький, он бы даже не заметил его раньше, но сейчас этот камушек был тем, что могло убить магистра. Он вылетел из под ботинка и с глухим стуком покатился по полу.
Звук, отражаясь от стен, достиг ушей тварей впереди. Они вскинули головы и посмотрели на эльфа мерзкими желтыми глазами. С гарканием и булькающими звуками, они выскочили из своих укрытий и побежали к магу.

 

Альхедриус выругался на нескольких языках тому что врагов было слишком много и решил тактически поспешно отойти и потом как повезет...

 

[Perfect Stranger]

Тоннель

 

- Жаль... - выдохнула Шен, глядя, как воины и даже некоторые не такие сильные личности пытаются завалить проход. Наконец, у них это получилось - и Бодарт, словно гордый архитектор, принимающий постройку здания, положил последний камень. Теперь Порождения долго не смогут прокопать выход наружу. Это, с одной стороны, было хорошо - так за ними не будет погони. А с другой... они так и не узнают, что там внизу и правда ли Аведий пошел этим путем. Косситка не то чтобы была в этом уверена, но считала своим долгом проверить все тоннели и комнаты. - Что теперь? - спросила она у остальных, втайне чувствуя облегчение от того, что не придется разделяться с группой Иония. - Вернемся назад? Больше здесь некуда идти.

Поправив лямку сумки и перевязь с посохом, она с тревогой посмотрела на тех, кто потянул себе спину, таская тяжелые валуны. И зачем только рисковать собой? Ведь есть же гномы и Лорус, которые гораздо сильнее.

[Ettra]

Тоннель - Преддверие

 

- Ох, демоны, что ж за... - застонала Тавила, скривившись, словно паралитик. Она сделала неплохую работу, но спину себя потянула как пить дать. Хоть бы больше небыло битв в ближайшие пару часов... 
- Это должно остановить волну, - кивнул Яген, наконец убрав свой лук за спину. 

Вторая группа под руководством Ионира уже возвращалась назад и лучник поспешил догнать белокурую девушку, что шла замыкающей. Больше в тоннеле делать нечего, они обезопасили себе тылы. Теперь оставалось только идти дальше, в неизвестность. Странно, но о судьбе Альха, который скрылся в черном ходе, Тавила не волновалась вообще. Сам виноват. 
- Судя по карте, у нас остался только один путь. - Сейтесс, которая с боя не сказали и слова, словно башня появилась рядом с Тавилой. В бою она совершенно не напрягалась и выглядела едва не опрятнее и бодрее остальных. Тавилу это немного раздражало, но она не могла объяснить почему. 
- Именно. Вон, все уже собрались. 
Вторая группа действительно была готова выдвигаться. Мешки на спинах, в руках уже зажженные факелы, которые разгоняют мрак горячим светом. Искорки вылетают в воздух и устремляются под потолок, а тонкая струйка серого дыма, расплывается облачком над головами людей. Пожалуй, факелов, что зажгла вторая группа, хватит, чтобы не натыкаться на стены. 
- Ну, идем?

[Shunt]

Тоннель - Преддверие

 

- Ну, идем?

 

- Ты так говоришь, словно у нас выбор есть, - буркнул Лорус, хрустнув шеей. - Идем конечно. Нет, если у тебя есть иные предложения, то мы можем опять проголосовать. Вперед, на баррикады. 

[Junay]

Тоннель - Преддверие

 

- Судя по карте, у нас остался только один путь. - Сейтесс, которая с боя не сказали и слова, словно башня появилась рядом с Тавилой.

 

- Вот туда и пойдем. - сказал Дэйган. Хотя его мучило нездравое любопытство в стиле "а что мы там оставили, позади? Вдруг там великие сокровища?". Но он, поморщившись, быстро отбросил  эти мысли. Позади могли быть только враги, и смертельная опасность. 

Влохив клинки в ножны, он потопал за остальными.

[FromDarkTime]

Тоннель - Преддверие

 

- Зря не пошли дальше. Если там Матка - надо было уничтожить, - бурчал гном, шагая почти в самом конце отряда. - Наш завал не остановит тварей.

Гном вытащил на ходу трубку и, забив её табаком, с удовольствием закурил. Здесь, на Тропах, почему-то всегда хотелось курить.

[Kykuy]

Тоннель -> Преддверие

 

- Ну, идем?

Баратас с охотой воспользовался возможностью уйти подальше от завала и от убитых порождений тьмы, и последовал за отрядом. Косситу не нравились ни их внешний вид, ни трупный запах - теперь ему вообще едва ли что-то нравилось, и он шёл опустив голову с застывшим выражением беспокойства на лице.

[Perfect Stranger]

Преддверие

 

Шен тихо шла за остальными, стараясь держаться среди магов, которых впереди охраняли воины, а позади - лучники. Таким образом, самые уязвимые члены отряда оказывались как бы в середине. Ее беспокоило и еще кое-что: не заразился ли кто-то Скверной во время боя. Насколько она знала, болезнь проявляется не сразу. Лишь через несколько дней она может рухнуть, раздавить и размозжить разум, а заодно и тело, искорежить его и превратить в нечто ужасное. Сама Шен стояла достаточно далеко, чтобы не переживать за себя, да и за Римата тоже. А вот Бодарт, Тавила, Лорус... все они были близко. Дэйган вообще, похоже, был весь покрыть кровью Порождений. Только бы он не заразился, не сошел с ума, не умер. Только бы не он...

Мотнув головой и незаметно сжав руки в кулаки, она попыталась сменить направление своих размышлений.

- А ты никогда не думал научиться пользоваться магией духа? - спросила Шен у идущего рядом паренька-мага. - Я знаю, что те способности, что ты используешь, имеют отношение к этой школе. Но ведь в магии духа столько других полезных заклинаний. Например, дробящая темница - говорят, она не только убивает даже самого сильного врага, но и отлично деморализует остальных, - говорить о магии было привычно, легко, можно было отвлечься от постоянного страха за друзей и боязни темноты. Пока было достаточно светло, но при мысли о том, что дальше их ждет Тьма, Шен чувствовала, что задыхается. Паника. Ужас и паника. Только бы было светло...

[Ettra]

Преддверие - Спуск вниз

 

Два объеденных отряда, наконец, двинулись дальше. Возможно, кто-то боялся, кто-то гадал, что ждет всех там, внизу. Тавила... Тавила просто шла, сумев отрешиться от эмоций. Тусклый свет факелов мягко освещал стены, покрытые щербинами и как-то убаюкивал, скрадывал темноту и вдыхал немного жизни. Словно в оранжевом круге можно не бояться нападения. Но свет не даст им преимуществ - порождения отлично видят в темноте. 

Люди тихо переговаривались и обрывки голосов достигали Тавилы. Яген шептался с Лавет, Бодарт что-то недовольно ворчал, а паренек, Римат, бегал из головы в хвост отряда, где шествовал Ионир. Но часто останавливался рядом с Шен, чтобы перекинуться парой слов. Неплохой мальчишка, смышленый и забавный. Будет жаль, если... 

Как всегда, додумывать Тавила не стала. Чтобы отвлечься, она прислушалась к очередному разговору Римата и Шен. 

 

- А ты никогда не думал научиться пользоваться магией духа? - спросила Шен у идущего рядом паренька-мага. - Я знаю, что те способности, что ты используешь, имеют отношение к этой школе. Но ведь в магии духа столько других полезных заклинаний. Например, дробящая темница - говорят, она не только убивает даже самого сильного врага, но и отлично деморализует остальных

 

- Ага, интересная штука. Только она у меня плохо удается. В Круге то я даже Истязаний не прошел, таким заклинаниям детей не учили. А тут на чем тренироваться-то? Ну не на курах же? А когда я пытался на деревянном бревне клетку сделать, то оно как разлетелось во все стороны щепками! Чуть не зашибло, - засмеялся Римат. Смех у него был совершенно контрастный резкому и рваному голосу - мягкий и спокойный. - Но я могу сделать Взрыв разума.
Он некоторое время пожевал губу, а потом решился и положил ладонь на плечо Шен. Первую секунду ничего не происходило, а потом рука Римата осветилась тусклой вспышкой, а Шен слегка пошатнулась.

- Как-то так. Но это я слабо, понятное дело. А ты что знаешь? У тебя наверняка опыта больше, я не часто дрался.

[Perfect Stranger]

Спуск вниз

 

- Как-то так. Но это я слабо, понятное дело. А ты что знаешь? У тебя наверняка опыта больше, я не часто дрался.

 

Шен слабо дернулась и улыбнулась, но улыбка вышла кривоватой. Римат еще не видел то, на что способна косситка, и ей почему-то снова стало стыдно. Жгучий, прожигающий насквозь стыд перед этим смешливым и немного нервным человеком был еще хуже, чем перед Квинтом, там, в лесу.

- Я... ну... я знаю кое-какую магию, влияющую на... - уклончиво принялась бормотать она, дергая себя за прядь волос и не останавливая шаг. Слишком задумавшись над тем, как бы потактичнее сказать, она не заметила, как споткнулась о торчащий из-под земли камень, и едва не упала. - Ой! - Она по инерции упала вперед, но удержалась на ногах, врезавшись в спину шедшего впереди Франциска.

[Горыныч]

Преддверия

Порождения тьмы напали неожиданно. Бой был скоротечным, и применить свои таланты в полной мере у нее не получилось. Но и в стороне она не стояла.
Осмотрев себя на предмет кровопопадания ПТ, и убедившись в отсутствии оной, она присела на камень, и смотрела, как заваливают завал. После чего поднялась и двинулась за остальными.

[Leo-ranger]

Спуск вниз

 

Франц миро себе шел и насвистывал под нос песенку. Расслышать в общем было трудно, но если прислушаться, то можно было расслышать что-то вроде "Трупы буду валяться горой" и "Свергнем королей мы долой". И уж чего он не ожидал, так это того, что его кто-то сзади толкнет, едва не сбив с ног. Удержаться на ногах было непросто, но парню это все же удалось.

- Нельзя ли поосторож...- начал было орлесианец, но когда увидел, кто именно это был, неожиданно смягчился и тепло улыбнулся косситке.- А, это ты, Шен. Осторожней в следующий раз, хорошо?

[Ettra]

Преддверие - Спуск вниз

 

 - Ой!

 

- Камни? Тут они везде. О! У меня в сапоге один, только почувствовал, - хмыкнул Римат. - Надо света больше, но Ионир приказал экономить. Жадина.

 

 

Время тянулось, словно вязкая древесная смола. Стены совершенно не менялись, не происходило ровным счетом ничего интересного. Факелы продолжали потрескивать, а люди топали, разнося звуки по тоннелю. Тавила начала потихоньку дремать прямо на ходу, как справа кто-то воскликнул. 
Пэл, как звали этого человека из отряда Ионира, ткнул в какую-то кучу на полу. Подходить ближе он не решался, потому Тавила выхватила факел и сама решила разведать, что там впереди. Возможно, что просто камни и пугаться не стоит. А может... магистр, по дурости своей разодранный в клочья.
Кружок света нехотя выхватил из лап темноты бурую кучу, в которой явственно просматривались человеческие остатки. Старые, наверняка лежат тут несколько месяцев. Кому-то не повезло. Тут сложили свои головы четыре человека и несколько порождений. Тела тянутся цепочкой вглубь тоннеля, некоторые части вообще оторваны и лежат рядом в совершенном хаосе. Жуть.
- Что тут? - спросил Яген, подходя к телу. Он присел рядом и подсветил своим факелом, пытаясь разглядеть что-то ведомое только ему. - Ясно. Тут ваш эльф ходил. Точнее падал. Примято и каменная пыль стерта. 

- Ну, здорово. Может его еще не съели. Топаем дальше. - Тавила обернулась назад и предупредила: - Осторожно, впереди трупы! Не навернитесь. 
Едва она переступила тело, как впереди, из темноты, донеслись шаркающие звуки. В минуте ходьбы - Тавила это знала четко. Не благодаря чувству Камня, а благодаря многолетнему опыту. Странно, но Страж не выказывал признаков настороженности. Тавила же достала щит из-за спины и рукой приказала всем остановиться. 
Если раньше время текло ужасающе медленно, то сейчас оно почти остановилось, стало ползти со скоростью обожравшейся улитки. Вместе со временем замедлилось и сердцебиение Тавилы. Секунда за секундой, до тех пор, пока впереди не появился тощий силуэт в тряпье. Она напряглась и направила меч в сторону незнакомца, готовая одним махом отрубить ему голову.
Сначала свет выхватил кусочек темной мантии, потрепанной по краям. Затем посох в руке человека и, наконец, лицо. Альхедриус собственной персоной. Запыхавшийся, словно за ним гонится стая порождений тьмы. Маг, поджав хвост, побежал назад, испугавшись в одиночку бродить по тропам. 
- Слишком страшно, да? - со смешком спросила Тавила, убирая оружие в ножны.

Изменено 18 июня, 2015 пользователем Aloija

[Junay]

Спуск вниз

 

Дэйган шел в первыз рядах,  за Лорусом и Тавилой, время от времени осматривая обстановку в неясном свете факелов.  Глаза постепенно привыкли к сумраку, и он уже не спотыкался о каждый камень. Когда несколько человек подошли рассматривать какую-то кучу, стало ясно, что что-то интересное таки обнаружили. Когда Дэйган подошел к телу, впереди послышались шаги, а затем появился и силуэт.

- Это еще что? Или кто? - мужчина на всякий случай вытащил клинки.

Выжить здесь мог только вурдалак. Но не здоровый человек. 

 

Но когда он рассмотрел подошедшего...

- Тьху! Да это же чокнутый магистр! - разочарование в голосе мужчины граничило с отчаянием. 

Изменено 18 июня, 2015 пользователем Junay