Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Shunt]

Спуск вниз

 

- Тьфу! - сплюнула девушка. - Если магистр не полный дурак, он усвоил урок. А вы останетесь полными дураками, если будете продолжать упорствовать!

 

- Что, нервишки шалят? - кровь порождений счищалась с трудом, да и воняла как немытый гном. - По поводу эльфа уже все решено. 

[Spectre]

Спуск вниз

- И как Серые Стражи могут терпеть это всю свою жизнь, - вздохнула Лилиан, смотря на трупы порождений тьмы, - я слышала, что один Страж может против дюжины таких тварей один выстоять и выйдет победителем.

[Горыныч]

Спуск вниз

 

- Что, нервишки шалят? - кровь порождений счищалась с трудом, да и воняла как немытый гном. - По поводу эльфа уже все решено

 

- Посмотрим, чьи нервишки быстрее сдадут. - Парировала Амарэйнт. - Мне начхать на него лично, но без его способностей будет туговато.

[Junay]

Спуск  вниз

 

- Или опять будем голосовать?

 

- У меня есть предложение. - голос Дэйгана стал воркующим и мягким: - Если уж сама судьба  опять столкнула нас с этим эльфиком, то предлагаю его взять. Но не как равноправного наемника. Как оруженосца и боевую единицу. Никакого права на добычу, никакого права голоса в отряде, никакой платы за задание. Только простой человеческий труд: разбивка лагеря, ношение вещей, чистка оружия и доспехов, а так же выполнение приказов командира отряда.

Если великий магистр Хералдиниус готов  стать простым смертным работягой и проявить себя с лучшей стороны - то пусть идет с отрядом. А если по прежнему собирается здесь корчить из себя великую цяцю и дуться от своего самомнения - теперь в голосе северянина слышался металл . - то пусть валит к демонам! 

Изменено 19 июня, 2015 пользователем Junay

[Горыныч]

Спуск вниз
Если великий магистр Хералдиниус готов стать простым смертным работягой и проявить себя с лучшей стороны - то пусть идет с отрядом

- А кормить-то мы его, хоть, будем? - засмеялась Амарэйнт.

[Perfect Stranger]

Спуск вниз

 

Когда после боя наемники решили устроить кратковременный привал, Шен устало села в углу большой пещеры. Хотя пещерой это сложно было назвать - лишь расширение прохода, ведущего вниз и все еще несущего на себе следы благородства строителей-гномов, которые создали этот ход. Огромные и высокие потолки, отделанные камнем ровным, что казалось невозможным, стены, залитый кровью, но без выбоин и трещин пол. Что-то подсказывало ей, что дальше будет хуже. Сейчас они сталкивались лишь с отдельными заблудившимися отрядами тварей, которые редко подбирались так близко к поверхности, но дорога вела дальше, в куда более разветвленные и запутанные ходы. Часть отделки обрушилась от времени, но гномы строили на века, и мало кто мог сказать, сколько столетий или даже тысячелетий могли просуществовать эти тоннели. Кое-где просматривались заваленные норы, прорытые глубинными охотниками и Порождениями, иногда попадались и гнезда нагов - все было покинутым и пустым. То ли животные просто ушли отсюда, когда наступил Мор, то ли их всех сожрали твари. Пустота и вымирание - вот что просачивалось через невидимые трещины меж плитами и валунами. Атмосфера безысходности. Косситка чувствовала ее так же четко, как ту пустоту внутри собственной головы, и она давила.

Пока остальные разбирались с тем, что делать с магистром, который по собственной глупости едва не погиб в бою, да и в самой схватке показал себя не лучшим образом, магесса попыталась развести что-то вроде костра на полу. Камень - не дерево, и опасности пожара не было, но ее собственные припасы были ограничены. И хотя в наборе обнаружились трут и огниво и несколько специальных огненных минералов, которые могли гореть достаточно долго, костер у нее не получился. В подземельях у Шен не было ровно никакого опыта, а голод уже подступал к горлу. Вздохнув, она вынула книгу и принялась читать дальше - на этот раз ее выбор пал на рукопись Дэйгана. Его описание приключений неких наемников в Антиве было чуть приукрашено (в конце концов, кто поверит в то, что эти самые наемники умудрились поучаствовать в заговоре против королевской семьи целой страны?), но все равно чтение было увлекательным. Лорус вел себя нервно, как и Тавила, а потому приставать к ним с разговорами косситка опасалась. И не место на Тропах праздной болтовне. И все же одиночество было слишком явственным, чтобы не замечать его.

[Junay]

Спуск вниз

 

- А кормить-то мы его, хоть, будем? - засмеялась Амарэйнт.

 

- Надеюсь, у него хватило ума купить пайки, перед походом. - пожал плечами Дэйган. - Иначе, кормиться будет с  Троп. В бою он себя показал не слишком бестяще, быть может, в охоте успехи у него будут получше?

 

Увидев, что косситка пытается разжечь огонь, Дэйган подошел к костру:

- Давай, я попробую. 

Разложив минералы, он огляделся в поисках чего-то горючего и его взляд упал на  высохший мох, покрывающий обломки каменной стены. 

"Надеюсь, это не тот мох, о котором я думаю. Иначе, всем сейчас станет очень весело... А с другой стороны, некоторым катастрофически необходимо расслабиться." - решив так, мужчина уложил мох и поджег его.  Подобие костра больше дымило, чнм горело, а мох казался самым обычным, но все таки это создавало некоторое подобие уюта. 

Изменено 19 июня, 2015 пользователем Junay

[Leo-ranger]

Спуск вниз

- Я не помешаю?- Франциск присел рядом с Шен. На лице менестреля, как всегда, была широкая улыбка, казалосб, он вообще не прекращал улыбаться и радоваться жизни, даже здесь, на тропах, после двух битв с порождениям подряд. Чуть в стороне Дэйган трудился над разведением костра и у него даже что-то получалось. У орлесианца пока не было познакомиться с антиванцем поближе, но как и всякий бард, он неплохо разбирался в людях и мог сказать, что у Дэйгана за душой было что рассказать и о том, чего не было в его книгах.
Задумчиво хмыкнув, юноша перевел взгляд на косситку.

[Кайра]

Спуск вниз

 

Два  боя подряд  и они  живы, как- то  все было пока обманчиво легко.  Привалившись  к камню  Лоран  отдыхал,  интересно сколько они уже тут.

Сейчас наверное  уже  вечер или  ночь. Встал,  подошел к Шен  -  Нужна помощь спросил он ее.

[Perfect Stranger]

Спуск вниз

 

- Я не помешаю?

 

- Нет... спасибо, - ответила она Дэйгану, но тот уже разжигал огонь. У мужчины получилось куда лучше - сразу было видно, что опыта за плечами предостаточно. И вправду, он бывал и в болотах, и в лесу, и в подземельях, и даже на заснеженных вершинах. В отличие от Шен, он хотя бы это помнил. Римат и остальные из отряда Ионира тоже расположились на отдых, но в другом конце помещения. Захлопнув книгу, магесса убрала ее в сумку. Лан, этот обманчиво-красивый и похожий на девушку эльф, тоже помогал с приготовлением ужина. Или завтрака? Сколько они уже здесь? Трудно было сказать, под землей время текло иначе. Повернувшись к барду, Шен заметила, что у него на лице кровь, перемешанная с пылью. Увы, умыться здесь было негде, а воду приходилось экономить.

[Leo-ranger]

Спуск вниз

- Что?- с веселой улыбкой спросил бард, когда заметил, что Шен его пристально разглядывает.- Лицо грязное что ли? Тогда дело плохо, негоже с дамой в таком виде общается,- он усмехнулся и почесал нос.- И правда грязное. Ужас какой… нету тряпки какой-нибудь?- спросил он у косситки.

[Perfect Stranger]

Спуск вниз

 

- И правда грязное. Ужас какой… нету тряпки какой-нибудь?

 

Смутившись, магесса протянула ему свой шарф. Жалко его не было, все равно вся одежда и так пропиталась пылью. К счастью, из-за особенности своей магии Шен не нужно было близко подходить к врагам, а вот остальные... Дэйгану не повезло больше всех. Хорошо, если через несколько дней выяснится, что он не заразился. Но магесса все равно волновалась, и это волнение трудно было игнорировать.

"Он что, назвал меня дамой?" - косситка мысленно вздохнула. Странный этот орлесианец. Они все странные - болтают так, что не разберешься, смеются они над тобой или нет. Феликс тоже...

Вздрогнув, она обняла себя за плечи и поежилась.

[Элесар]

Спуск вниз

 

- Тьфу! - сплюнула девушка. - Если магистр не полный дурак, он усвоил урок. А вы останитесь полными дураками, если будете продолжать упорствовать!

 

- Понимаешь в чём проблема, рыжуля. Магистр не просто дурак, он клинический идиот, если собирался в одно лицо пойти на тропы, - пожал плечами Феанор, присаживаясь на один из камней. - Согласен с Дэйганом. Не, вряд ли Ахерелиус согласится на нас работать грузчиком, а нового спора я не хочу, так что не в этой части. Если он хочет идти с нами - пусть идёт, не понесём же мы его обратно к выходу? Но ни денег за работу, ни права голоса ему не видать. Представим, что с нами бегает пёсик мабари, только не столь же милый и забавный.

[Ettra]

Спуск вниз

 

- Ну что, сидите отдыхаете? - спросила Тавила, с тихим усталым стоном приваливаясь к стене.

Она умостила свою тяжеленную сумку на колени и на лице появилась облегченная улыбка. Тропы Тропами, а иногда нужно просто посидеть и расслабиться. Тем более после битвы. Страж был спокоен, хотя говорил что с каждым шагом мы приближаемся к чему-то большому. Но разве тут есть выбор куда идти? Тоннель стрелой спускается вниз и уводит глубже, а почти все ответвления либо завалены, либо ведут в тупик. Тавиле было знакомо чувство напряженного ожидания, что терзает Ягна и это чувство всегда заканчивалось взрывом. Так будет и в этот раз, не стоит даже думать, что они смогут миновать "нечто большое". Но пока оно далеко можно просто забыть. 
 

 

 - Согласен с Дэйганом. Не, вряд ли Ахерелиус согласится на нас работать грузчиком, а нового спора я не хочу, так что не в этой части. Если он хочет идти с нами - пусть идёт, не понесём же мы его обратно к выходу? 

 

В этом вопросе Тавила тоже была полностью согласна. Привязать магистра не получится, отправить назад против его воли - тоже. Хочет идти, пусть идет. Но следить за ним Тавила просто не станет, а если начнет бузить, то с радостью вновь применит "Шееолом" и оставит где нибудь в тоннеле.

- Если будет вякать и истерить, то придется его оставить, - сказала она, жуя кусочек мяса из сухпайка. - Эй, осторожнее!

Римат, взъерошенный и всклокоченный, вылетел из-за угла, едва не споткнувшись о вытянутые ноги Тавилы и резко затормозил перед костерком. Вечно бегает, как ужаленный, кажется пыл этого паренька не может охладить вообще ничего. 

- Ой, чуть в костер не упал, - хмыкнул он и указал большим пальцем себе за спину, где отдыхала вторая группа. - Ионир совсем достал, заставил припасы пересчитывать. Зелья там всякие. Будто он вообще собирается ими пользоваться. 
С кислой миной он уселся рядом с Шен и пнул маленький камушек в сторону костра. Пламя дрогнуло и выплюнуло сноп жалящих искр. Некоторое время Римат сидел молча, сверля взглядом силуэт учителя, а потом как ошпаренный подпрыгнул на месте.

- О, я что подумал! Может он на обмен согласится? У вас-то припасов не так много, глядишь и продаст часть. Если я попрошу, то он опять орать будет. Но может кто-то уговорит, а? - он с лукавой улыбкой оглядел наемников, собравшихся у костра и ухмыльнулся. Парню явно хотелось посмотреть, как его учитель сдается под давлением со стороны. Что ж, Тавила не была мастерам в разговорах, но вот Феонор мог бы его уболтать продать часть зелий, это пригодилось бы отряду. Очень пригодилось. 

Можно использовать социальные навыки на Ионире

Изменено 19 июня, 2015 пользователем Aloija

[Junay]

Спуск вниз

 

- Готово! - Дэйган, наконец, заставил костер гореть, как следует, а не чадить вонючим дымом, и усевшись у него достал трубку. Можно было отдохнуть. Кровь порождений, обильно украсившая его броню, уже превратилась в сухую корку и теперь отпадала кусками от каждого движения. 

Нужно будет  как следует броню вычистить, возможно - самогоном, или каким-то другим средством.

 

У вас-то припасов не так много, глядишь и продаст часть. Если я попрошу, то он опять орать будет. Но может кто-то уговорит, а? - он с лукавой улыбкой оглядел наемников, собравшихся у костра и ухмыльнулся.

 

- Разве у нас нет припасов? Каждый взял себе все необходимое для похода. - удивился Дэйган. - В любом случае, у нас нет денег, что бы их покупать. 

[Perfect Stranger]

Спуск вниз

 

- О, я что подумал! Может он на обмен согласится? У вас-то припасов не так много, глядишь и продаст часть. Если я попрошу, то он опять орать будет. Но может кто-то уговорит, а?

 

- Привет, Римат, - с облегчением улыбнулась Шен. Подвинувшись, она уступила место пареньку и мысленно поблагодарила его за то, что прервал довольно-таки смущающий разговор с Франциском. Да и орлесианец, похоже, слишком задумался и не ответил на ее предложение. - С удовольствием, но у меня совсем нет денег. Все потратили перед походом. - Она покопалась в сумке и вытащила часть пайка. Жаль, что здесь не водится нагов, говорят, они довольно вкусные, если правильно приготовить. А теперь придется жевать сухари с солониной. Но это лучше, чем совсем ничего. - Хочешь? - она протянула своеобразный "бутерброд" Римату, понимая, что с ними ему почему-то веселее, чем со своим отрядом. Странно, но приятно.

[Kykuy]

Спуск вниз

 

- Никакого права на добычу, никакого права голоса в отряде, никакой платы за задание. Только простой человеческий труд: разбивка лагеря, ношение вещей, чистка оружия и доспехов, а так же выполнение приказов командира отряда.

Баратас недоверчиво хмыкнул, поглядев сначала на Дэйгана, а затем на Альхедриуса. Такой вариант ему не очень нравился. Не из-за того, что магистр ему сильно нравился(совсем наоборот), а потому, что к нему самому совсем недавно точно так же относились в отряде тал-васготов. Разве что кормили ещё. А также не доверяли ни разбивку лагеря, ни ношение вещей. Потому что считали мага "дьявольским отродьем", от которого, не дай случай, можно заразиться.

 

Коссит не стал сразу присаживаться к свежеобразованному костру, вместо этого подошёл поближе к трупам порождений тьмы, присел на колено, и занялся осмотром "новых" тварей - генлоков. Ради интереса он также подверг один из трупов электротерапии, и результат был тот же - лёгкое конвульсивное подёргивание.

Баратас уже после первого сражения нагляделся на гарлоков, а теперь вот и на генлоков, и заметил кое-что новое. Он мог бы поклясться, что первые несколько напоминают людей, а вторые - гномов. Только вот они были без волос без бороды, и вообще, как будто...

" Вывернутые наизнанку. ", - мрачно подумал маг. Соблюдая предосторожность, он ни разу не коснулся ни одного порождения, ограничившись наружным осмотром. - " Кажется, что-то там говорили про вурдалаков? То есть, все они получаются из... живых, обычных людей и гномов?! То есть, если я вдруг запаршивею от них, то стану таким же... уродом? ", - догадка настолько поразила молодого коссита, что они резко отшатнулся от трупов и быстро встал на ноги, опираясь на посох. Лицо его вновь стало бледным.

- Эти Тропы плохо влияют на меня..., - пробормотал он, наконец отправляясь к костру, - Я стал слишком впечатлительным.

 

- Разве у нас нет припасов? Каждый взял себе все необходимое для похода. - удивился Дэйган. - В любом случае, у нас нет денег, что бы их покупать.

- Не каждый, - покачал головой Баратас, становясь на границе круга огня, - Я вот, например, не успел. Хотя всё равно денег не было, это ты верно сказал. 

Изменено 19 июня, 2015 пользователем Kykuy

[Элесар]

Спуск вниз

 

- А знаешь, чего? Я попробую. Вдруг у кого денежки завалялись, или на обмен чего, - пожал плечами Мерилин, вставая со своего места. Возможность поговорить, пусть и не с самым дружелюбным магом, была куда лучше, чем и дальше сидеть, вглядываясь в серый камень, который буквально давил на Феанора.

- Ионир? Давай ты сначала выслушаешь моё предложение, а уже потом начнёшь орать? - усмехнулся Феанор, подходя к своему попутчику. - Как насчёт обмена части ваших припасов на презренный метал, золотистого оттенка? Или ещё чего, что приглянется. И тебе выгодно, и мы с голода не помрём, да в бою поэффективнее будем.

 

Убеждение

 

Неудача!

Изменено 19 июня, 2015 пользователем Aloija

[Leo-ranger]

Спуск вниз

В ответ на предложение Шен орлесианец лишь покачал головой и стал рыться в своей сумке, паралелльно думая о чем бы еще поговорить с косситкой, но та уже отвлеклась на юношу из другого отряда.
"Что же, как пожелаешь,"- хмыкнул Франциск, закрыл сумку и уставился в небо… то есть в потолок. Делать было пока нечего.

[Junay]

Спуск вниз

 

- Не каждый, - покачал головой Баратас, становясь на границе круга огня, - Я вот, например, не успел. Хотя всё равно денег не было, это ты верно сказал.

 

- У тебя, что, вообще ничего нет? Даже пайков? - Дэйган покосился на коссита. - Плохо дело. Ладно, схожу, к этому жлобу, посмотрю, что с ним можно поделать. Только, боюсь, меня он не послушает.
Тяжело вздохнув (он только удобно уселся и хотел закурить), Ашкаари направился в сторону спесивого мага.

- Прошу прощения, что потревожил, мессир Ионир. Но у нас обнаружилась недостача припасов, что грозит весьма плохими последствиями для вашей и нашей группы. Поэтому предлагаю вам поделиться с нами лишними припасами, раз уж они у вас имеются. - Дэйган улыбнулся.

 

(убеждение, +1)

 

[Горыныч]

Спуск вниз

- Мне абсолютно плевать, какой он идиот. Я сечас говорила о его магических способностях. - Произнесла Амарэйнт в спину Феанора, который тоже, как и некоторые, говорил с ней не долго. - Денежки есть. И обменяю их с удовольствием. На тропах золотом сыт не будешь.

[Ettra]

Спуск вниз

 

 - Хочешь? - она протянула своеобразный "бутерброд" Римату, понимая, что с ними ему почему-то веселее, чем со своим отрядом. Странно, но приятно.

 

- О, давай! - согласился Римат, выхватывая бутерброд из рук Шен. - Фкуфно. Я шабыл поесть.

- Не забывай, потом может не быть времени, - предупредила Тавила. Паренек ей нравился, разве что был слишком шебутной и иногда назойливый. Но с возрастом такое проходит, это сейчас ему все любопытно, пока не обжигал свой нос. - А что до припасов - верно, денег у нас ни монетки, все потратили. 
- Ну, мофет вы потом что-то найдете, - отозвался Римат, с усилием проглотив остатки бутерброда. - Хотя этот все заберет.

 

- Эти Тропы плохо влияют на меня..., - пробормотал он, наконец отправляясь к костру, - Я стал слишком впечатлительным.

 

- Радуйся, что влияет. Лучше, чем привыкнуть ко всему, - ответила Тавила подошедшему косситу. Сама она и правда не чувствовала больше ни страха, ни беспокойства. Она понимала, что каждый из отряда может заразится, но не могла заставить себя переживать ни за Шен, ни за Дэйгана, ни за остальных. Словно в груди что-то потухло или надежно спряталось, как прячутся глубинные охотники от света. Если она позволит себе эмоции и переживания, то заведет всех на гибель, но Камень, так хотелось чувствовать. 

 

- Как насчёт обмена части ваших припасов на презренный метал, золотистого оттенка? Или ещё чего, что приглянется. И тебе выгодно, и мы с голода не помрём, да в бою поэффективнее будем.

 

- Ты меня за кого держишь? - фркнул маг, посмотрев на эльфа, словно на противного слизняка. - Проваливай, видишь, я занят! Вот еще! Снабжать вас должен, получается...
- Мы не хотели отрывать вас от такого важного занятия, как очистка вашей мантии от крови и пыли, но Феанор высказал разумное предложение. Если наши группы идут вместе, то от части вам приходится рассчитывать не только на своих людей, но и на нас. Думаю, что голодные воины многое не сделают. Мы предлагаем всего лишь честный обмен, - встряла Сейтесс, все это время державшаяся в стороне от группы. Но разговор с Риматом она, видно, слышала. 

- Я не ясно сказал в первый раз? Может я говорю на варварском ферелденском? Я не собираюсь обеспечивать припасами неудачников, которые не позаботились о себе. А сейчас в который раз попрошу не мешать мне!

+2 к убеждению

 

Неудача!

Изменено 19 июня, 2015 пользователем Aloija

[Perfect Stranger]

Спуск вниз

 

- Франциск?

Шен протянула еще один бутерброд орлесианцу, который демонстративно уставился в потолок, когда к компании присоединились другие. Ей показалось, что он расстроен. Интересно, чем? Коссит упомянул, что у него вообще нет припасов, и магесса подумывала поделиться едой и с ним. Хоть количество пайков у нее было ограничено, она не считала справедливым, что кто-то должен голодать только потому, что у него нет денег. Это лучше, чем воровство у собственных товарищей. Вздохнув, Шен убрала упавшие на лицо пряди. И почему только она постоянно влипает в какие-то неловкие ситуации, когда пытается общаться с людьми? Тавила выглядела какой-то злой, и поколебавшись, Шен протянула кусок еды и ей тоже. Она понимала, как на гномку могут влиять Тропы, но все равно не хотела видеть ее такой мрачной.

- Ну же, Тави, тебе тоже надо поесть, - улыбнулась она, подбираясь поближе к подруге. - У меня тут где-то даже фляга с соком была... сейчас найду. Все лучше, чем простую воду пить.

[Junay]

Спуск вниз

 

- Мне абсолютно плевать, какой он идиот. Я сечас говорила о его магических способностях. - Произнесла Амарэйнт в спину Феанора, который тоже, как и некоторые, говорил с ней не долго.

 

- А мне не плевать, если этот идиот подставит отряд! - сказал Дэйган, возвращаясь от Ионира, который разразился бранью, что явно означала категоричное  "нет". - Его "магические способности" мы видели в бою и они обратно пропорцинальны его самомнению. А именно - равняются нулю!

Если хочет, пусть идет на правах раба или животного, но никогда - не равноценного члена отряда! Можно спросить командиров, что они об этом думают... Но их ответ тебе не понравится. 

[Лакич]

Спуск вниз

 

Регина никого не трогала, просто, как изнеженный человек, хрумкала сухарь, отбрасывая солонину в сумку, поэтому, когда галеты успели уже поднадоесть, целительница покосилась на Феанор и Дэйгана, что-то выпрашивающих у Ионира. "Наверное, у него и сухафрукты есть...", - от такой мысли ривейни сразу же ожила. И вправду - у него могут быть съестные припасы! А ей ведь еще повезло, рано или поздно галеты бы закончились, а что тогда? Что может быть хуже чем засоленное мясо? Наверное, только жаренное бедрышко какой-нибудь зверушки.

- Да! Если вы поделитесь припасами, мы поделимся золотом - и еще больше порождений тьмы умрет и мы быстрее уйдем отсюда. Вам же здесь не нравится, да?

 

Убеждение, бонус +1